Решение № 12-206/2019 от 20 декабря 2019 г. по делу № 12-206/2019

Дело № 12-206/2019


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу

об административном правонарушении

г. ФИО2 20 декабря 2019 года

Судья Можгинского районного суда Удмуртской Республики Хисамутдинова Е.В.,

при секретаре Груздевой С.В.,

с участием защитника лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – адвоката Костиной О.Н., представившей удостоверение №*** и ордер №*** от 05 декабря 2019 года,

рассмотрев жалобу ФИО3 на постановление по делу об административном правонарушении,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка Алнашского района Удмуртской Республики от 18 марта 2019 года ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ, и подвергнут административному наказанию в виде лишения права осуществлять охоту на срок 1 (один) год.

Событие правонарушения, согласно постановлению мирового судьи по делу об административном правонарушении, заключается в том, что 22 декабря 2018 года в 18 часов 00 минут, ФИО3, являясь лицом, обладающим правом осуществления охоты, в 40 квартале Алнашского лесничества, в 500 метрах от дорожного полотна сообщением Алнаши-Казаково, вблизи д. <***>, в нарушение п.п. «г» п. 3.2 Правил охоты, утвержденных Приказом МПР России № 512 от 16.11.2010 г., произвел добычу взрослой особи лося путем отстрела, не имея разрешения, в отсутствие собственника разрешения на добычу копытного животного М.А.В., выданного последнему на период охоты сроком до 31 декабря 2018 года.

ФИО1 с данным постановлением не согласился и обратился в суд с жалобой, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения. Жалоба мотивирована тем, что при производстве по делу об административном правонарушении допущены существенные нарушения норм процессуального и материального права. Описание события правонарушения, изложенное в постановлении по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ в отношении ФИО1, не отвечает требованиям закона, поскольку в постановлении отсутствует описание и доказательства события правонарушения, а также иные элементы конструкции состава правонарушения. Как протокол об административном правонарушении, так и обжалуемое постановление незаконны, немотивированны и необоснованны. Протокол об административном правонарушении составлен без надлежащего извещения лица, привлекаемого к административной ответственности. При составлении протокола лицу, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, не разъяснялись права, и обязанности, предусмотренные КоАП РФ. Судом не приняты во внимание объяснения привлекаемого лица, а также результаты служебной проверки Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды от 15 февраля 2019 года, не дана им должная оценка. Судом неверно установлены фактические обстоятельства дела, неправильно применены Правила охоты, утвержденные Приказом Министерства природных ресурсов России от 16 ноября 2010 года № 512. Имеются нарушения норм, регламентирующих содержание протокола судебного заседания, его полноты и правильности фиксации показаний свидетелей по делу.

Решением Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 24 апреля 2019 года постановление мирового судьи судебного участка Алнашского района Удмуртской Республики от 18 марта 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ в отношении ФИО3 отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено.

Постановлением Верховного суда Удмуртской Республики от 13 ноября 2019 года решение Можгинского районного суда Удмуртской Республики от 24 апреля 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ в отношении ФИО3 отменено, дело об административном правонарушении в отношении ФИО3 направлено на новое рассмотрение в Можгинский районный суд Удмуртской Республики.

В судебное заседание ФИО3 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, ходатайство об отложении рассмотрения дела не заявлял. В соответствии со ст. 25.1 КоАП РФ дело рассмотрено в отсутствие ФИО3

Защитник лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – адвокат Костина О.Н. в судебном заседании доводы, изложенные в жалобе ФИО3, а также в имеющихся в материалах дела дополнениях к жалобе адвоката Шаколиной Н.А., поддержала, представила суду письменные дополнения к жалобе по делу об административном правонарушении, в которых изложила доводы, аналогичные тем, что изложены в жалобе М.А.В. и дополнениях к жалобе адвоката Шаколиной Н.А. В частности, о том, что событие правонарушения согласно протокола подтверждения не получило, суд вышел за пределы возбужденного должностным лицом правонарушения. Кроме того, мировой судья при вынесении постановления по делу об административном правонарушении пришел к выводу о наличии в действиях ФИО3 признаков состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ, которые выразились в нарушении условий разрешения на охоту, тогда как согласно протокола по делу об административном правонарушении ему вменялась добыча копытного животного, относящегося к охотничьим ресурсам, без разрешения, если разрешение обязательно. Суд, рассматривая обстоятельства нарушения, не применил положения Правил охоты, подлежащих применению и исключающих ответственность ФИО3, в частности, п. 5, 6, 9 Правил охоты, из которых следует, что при коллективной охоте в закрепленных охотничьих угодьях разрешение на добычу охотничьих ресурсов хранится при ответственном уполномоченном лице охотхозяйства, а не участнике коллективной охоты, на которого выдано разрешение, независимо от того, кем из охотников состава произведен отстрел. В рассматриваемом случае охота осуществлялась коллективно в закрепленном охотничьем угодье, охотхозяйстве, на земельном участке, предоставленном ПХ «Арбайка» на основании договора аренды и на условиях охотсоглашения, при этом ФИО3 являлся лицом, ответственным за проведение коллективной охоты. Указанные обстоятельства судом оценки не получили. Показания свидетеля М.А.В., которые суд положил в основу вывода о виновности, являются недопустимыми доказательствами, поскольку указанные доказательства получены с нарушением закона. В объяснениях М.А.В. сведений о том, что он отсутствовал на коллективной охоте, не содержится, что свидетельствует о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела. Кроме того, должностным лицом при составлении протокола допущены процессуальные нарушения, поскольку факт обнаружения правонарушения был выявлен не позднее 27 декабря 2018 года, вместе с тем, протокол был составлен только 28 декабря 2018 года, что не отвечает требованиям ст. 28.5 КоАП РФ, согласно которой протокол об административном правонарушении составляется немедленно после выявления совершения административного правонарушения, при этом административное расследование не проводилось. Кроме того, мировой судья пришел к выводу о том, что время совершения правонарушения в протоколе является технической ошибкой, в таком случае должен был вынести постановление о прекращении административного производства или возвращении материала для пересоставления протокола, что выполнено не было. При этом ни время, указанное в протоколе, ни установленное в ходе рассмотрения дела действительности не соответствует. Мировой судья не принял в качестве доказательства заключение служебной проверки Минприроды, поскольку при ее проведении не была дана оценка показаниям М.А.В. от 26 декабря 2018 года и 28 декабря 2018 года, вместе с тем, данный вывод суда является ошибочным, кроме того, судом не учтено, что проведение проверки носило самостоятельный характер. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности должны толковаться в пользу этого лица. На дату рассмотрения жалобы сроки давности привлечения к административной ответственности истекли. Доводы, изложенные в дополнениях к жалобе, защитник Костина О.Н. в судебном заседании также поддержала.

Заслушав защитника Костину О.Н., изучив материалы дела об административном правонарушении, доводы жалобы заявителя и дополнения к жалобе его защитников Костиной О.Н., Шаколиной Н.А., прихожу к следующим выводам.

Согласно ст. 30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении проверяются законность и обоснованность вынесенного постановления, при этом судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В силу ч.1 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

В соответствии с ч. 2 статьи 7.11 КоАП РФ добыча копытных животных и медведей, относящихся к охотничьим ресурсам, без разрешения, если разрешение обязательно, либо с нарушением условий, предусмотренных разрешением, влечет лишение права осуществлять охоту на срок от одного года до трех лет.

Как следует из материалов дела, 22 декабря 2018 года в 18 часов 00 минут ФИО1, являясь лицом, обладающим правом осуществления охоты, в 40 квартале Алнашского лесничества, в 500 метрах от дорожного полотна сообщением Алнаши-Казаково, вблизи д. <***>, в нарушение п.п. «г» п. 3.2 Правил охоты, утвержденных Приказом Минпророды России от 16 ноября 2010 года № 512, произвел добычу взрослой особи лося путем отстрела, не имея разрешения, в отсутствие собственника разрешения на добычу копытного животного М.А.В., выданного последнему на период охоты сроком до 31 декабря 2018 года (л.д. 98-102).

Статьей 26.1 КоАП РФ установлено, что по делу об административном правонарушении выяснению подлежат: наличие события административного правонарушения; лицо, совершившее противоправные действия (бездействие), за которые настоящим Кодексом или законом субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность; виновность лица в совершении административного правонарушения; обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность; характер и размер ущерба, причиненного административным правонарушением; обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении; иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

Согласно ст. ст. 35, 40 Федерального закона от 24.04.1995 г. N 52-ФЗ «О животном мире», пользователи животным миром обязаны осуществлять только разрешенные виды пользования животным миром, соблюдать установленные правила, нормативы и сроки пользования животным миром. В соответствии со ст. 34 указанного Федерального закона охота является одним из видов пользования животным миром.

Отношения в области охоты и сохранения охотничьих ресурсов также регулируются Федеральным законом от 24.07.2009 г. N 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Правилами охоты, утвержденными Приказом Минприроды России от 16 ноября 2010 года N 512.

На основании п. п. 1, 4, 16 ст. 1 Федерального закона от 24.07.2009 г. N 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту - Закон) охотничьи ресурсы - это объекты животного мира, которые в соответствии с настоящим Федеральным законом и (или) законами субъектов Российской Федерации используются или могут быть использованы в целях охоты; добыча охотничьих ресурсов - это отлов или отстрел охотничьих ресурсов; разрешение на добычу охотничьих ресурсов - документ, удостоверяющий право на добычу охотничьих ресурсов.

Согласно ст. 20 Закона охотником признается физическое лицо, сведения о котором содержатся в государственном охотхозяйственном реестре, или иностранный гражданин, временно пребывающий в Российской Федерации и заключивший договор об оказании услуг в сфере охотничьего хозяйства. К охотнику приравнивается работник юридического лица или индивидуального предпринимателя, выполняющий обязанности, связанные с осуществлением охоты и сохранением охотничьих ресурсов, на основании трудового или гражданско-правового договора.

В соответствии со ст. 11 Закона лось, являющийся копытным животным, относится к охотничьим ресурсам на территории Российской Федерации.

Учитывая требования ч. 3 ст. 8 Закона право на добычу охотничьих ресурсов возникает с момента выдачи разрешения на их добычу.

В соответствии с Правилами охоты, утвержденными Приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 16 ноября 2010 года N 512, правила охоты (далее - Правила) устанавливают требования к осуществлению охоты и сохранению охотничьих ресурсов (далее - охотничьи животные) на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с п. 3 Правил охоты при осуществлении охоты охотник обязан: соблюдать настоящие Правила (п. 3.1); иметь при себе в случае осуществления охоты в общедоступных охотничьих угодьях разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке (п.п. «в» п. 3.2); в случае осуществления охоты в закрепленных охотничьих угодьях разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное в установленном порядке, и путевку, в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 24 июля 2009 г. N 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» (п.п. «г» п. 3.2.); в случае осуществления охоты на иных территориях, являющихся средой обитания охотничьих животных, разрешение на добычу охотничьих ресурсов, выданное уполномоченными в соответствии с законодательством Российской Федерации органами государственной власти или природоохранными учреждениями в установленном порядке (п.п. «д» п. 3.2).

Охота может осуществляться как одним охотником, так и коллективно (с участием двух и более охотников), при которой осуществляются совместные согласованные действия, направленные на обнаружение и добычу охотничьих животных (далее - коллективная охота) (п. 5); при осуществлении коллективной охоты на копытных животных, медведей, волков в общедоступных охотничьих угодьях лицом ответственным за ее проведение является лицо, на имя которого выдано разрешение на добычу охотничьих ресурсов (п. 6). При осуществлении коллективной охоты на копытных животных, медведей, волков в закрепленных охотничьих угодьях лицом, ответственным за ее проведение, является уполномоченный представитель юридического лица или индивидуального предпринимателя, заключившего охотхозяйственное соглашение или обладающего правом долгосрочного пользования животным миром, которое у него возникло до дня вступления в силу Федерального закона об охоте на основании долгосрочной лицензии на пользование животным миром в отношении охотничьих ресурсов, или лицо, на имя которого выдано разрешение на добычу охотничьих ресурсов (п. 7).

В соответствии с п. 9 Правил охоты при осуществлении коллективной охоты каждый охотник должен иметь при себе документы, указанные в пункте 3.2 настоящих Правил, за исключением осуществления коллективной охоты на копытных животных, медведей, волков, при осуществлении которой разрешения на добычу охотничьих ресурсов находится у лица, ответственного за осуществление коллективной охоты.

Анализ приведенных норм права позволяет сделать вывод о том, что при проведении коллективной охоты необходимо осуществление совместных согласованных действий, направленных на обнаружение и добычу охотничьих животных.

Как следует из материалов дела, ФИО3 с 01 декабря 2017 года является егерем общества с ограниченной ответственностью «Подсобное хозяйство «Арбайка» и исполняет обязанности, связанные с осуществлением охоты и сохранением охотничьих ресурсов, на основании трудового договора, что подтверждается записями в трудовой книжке работника, приказом о переводе работника № 14 от 01 декабря 2017 года, должностной инструкцией егеря (л.д. 21-24).

05 октября 2018 года охотпользователем обществом с ограниченной ответственностью «Подсобное хозяйство «Арбайка» М.А.В. выдано разрешение на добычу копытных животных серии №*** от в закрепленных за ООО «П/х Арбайка» охотничьих угодьях (л.д. 71).

Согласно объяснениям М.А.В. от 28 декабря 2018 года, разрешение на добычу лося приобрел в ООО ПХ «Арбайка» в ноябре 2018 года. Данное разрешение было у ФИО3 – егеря охотхозяйства ПХ «Арбайка», так как М.А.В. забыл забрать разрешение из машины ФИО3 С утра и в течение дня 22 декабря 2018 года М.А.В. находился на охоте. Вечером был дома.

27 декабря 2018 года органом дознания вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по признаку преступления, предусмотренного ст. 258 УК РФ – незаконная охота, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления. При этом материалы проверки в отношении М.А.В., ФИО3, Б.И.Я. выделены в отдельное производство.

Судом истребован и изучен материал проверки №3703/600, зарегистрированный в КУСП за № 3703 от 22 декабря 2018 года по сообщению Б.И.Я. о том, что в лесном массиве вблизи д. <***> осуществлялась незаконная охота на дикого животного лося.

В материалах проверки имеются объяснения ФИО3, данные им 25 декабря 2018 года, непосредственно после события, в результате которого было возбуждено административное производство. Из объяснений ФИО3 от 25 декабря 2018 года следует, что на протяжении трех лет он является егерем, в его должностные обязанности входит охрана биологических ресурсов на территории ПХ «Арбайка» Алнашского района Удмуртской Республики. 22 декабря 2018 года в вечернее время вместе с ведущим специалистом Минприроды Удмуртской Республики Б.И.Я. на автомобиле Нива они поехали на объезд территории в сторону д. <***><***>. Примерно в 1 км от перекрестка дорог Абышево-Казаково увидели на снегу у обочины следы лося, который фактически бежал на трех ногах, так как были видны следы волочения на снегу. Он пошел по следам вглубь леса, увидел лося, который лежал на обочине, и произвел один выстрел в голову из своего ружья, тем самым закрыл разрешение на добычу копытных животных, которое имелось у него на руках. В этот день никто из бригад охотничьих не охотился на лося.

Из объяснений М.А.В. от 26 декабря 2018 года, следует, что он приобрел лицензию на добычу взрослой особи животного – лося. 22 декабря 2018 года с 08 часов находился на охоте с ФИО1, П.А.Н., Ф.А.Ф. в лесополосе д. <***>. Около 16 часов взяли взрослую особь животного лось и закрыли чью-то лицензию. Около 17 часов ФИО3 позвонил Б.И.Я. – охотовед с. Алнаши и сообщил, что дорогу перешел лось с подозрением на ранение задней ноги. Далее ФИО4 повез Петрова домой, потом поехал поменять машину, связь по телефону держал с ФИО5. В 17 часов 50 минут ему позвонил ФИО5 и сообщил, что они нашли лося, он сразу выехал на место, когда приехал, лось был уже убит. По приезду он попросил у ФИО3 свою лицензию на добычу лося и сразу ее закрыл, так как добыта одна особь животного лось.

Согласно письменным объяснениям Б.И.Я., ведущего специалиста Минприроды Удмуртской Республики, от 27 декабря 2018 года, вместе с егерем ФИО3 22 декабря 2018 года они выехали на объезд территории в сторону д. <***>, около 16 часов от верховья Казаковского пруда увидели дикое животное – лося, который шел в сторону Алнашского леса. У ФИО3 было разрешение на добычу лося сроком до 31 декабря 2018 года, так как лось хромал и волочил за собой заднюю ногу, приняли решение добить раненного лося. Примерно в 400 м от дорожного полотна ФИО3 настиг лося и застрелил его, добил, тем самым закрыл разрешение на отстрел лося. Перед тем как застрелить увиденного лося, он сообщил в полицию, так как предположил, что лося могли подранить при осуществлении незаконной охоты.

Таким образом, из объяснений ФИО3, а также свидетелей Б.И.Я., М.А.В., данных ими непосредственно после события, в результате которого было возбуждено административное производство, следует, что коллективной охоты, при которой должны осуществляться совместные согласованные действия, направленные на обнаружение и добычу охотничьих животных, в момент обнаружения раненного лося и его отстрела ФИО3 не производилось, производился обход охотничьих угодий ведущим специалистом Минприроды Удмуртской Республики Б.И.Я. совместно с егерем ООО ПХ «Арбайка» ФИО3

Кроме того, из указанных объяснений следует, что на момент обнаружения лося и его отстрела ФИО3, М.А.В. – лицо, которому принадлежало разрешение на отстрел лося, при добыче лося не присутствовал. В этой части объяснения ФИО3, Б.И.Я. согласуются с объяснениями М.А.В., данными последним 26 декабря 2018 года и 28 декабря 2018 года, из которых следует, что коллективной охоты в момент обнаружения раненного лося не было, а сам М.А.В. как владелец разрешения, при добыче лося не присутствовал, находился дома.

Оснований не доверять указанным объяснениям ФИО3, Б.И.Я. и М.А.В. не имеется, поскольку они согласуются между собой, указанные лица давали их спустя непродолжительное время после описываемых ими событий, при этом им были разъяснены их права, обязанности и ответственность (л.д. 4 оборотная сторона, 6, 7).

В связи с изложенным судом не принимаются доводы, изложенные в письменных объяснениях ФИО3, и доводы дополнений к жалобе его защитников о том, что в рассматриваемом случае охота осуществлялась коллективно в закрепленном охотничьем угодье, охотхозяйстве, на земельном участке, предоставленном ПХ «Арбайка» на основании договора аренды и на условиях охотсоглашения, при этом ФИО3 являлся лицом, ответственным за проведение коллективной охоты, а также доводы о том, что мировым судьей неправильно установлены фактические обстоятельства дела, неправильно применены Правила охоты, утвержденные Приказом Министерства природных ресурсов России от 16 ноября 2010 года № 512, не применен пункт указанных правил, подлежащих применению и исключающих ответственность ФИО3, поскольку указанные доводы опровергаются доказательствами, имеющимися в материалах дела.

При рассмотрении дела мировым судьей в полном объеме были установлены обстоятельства, подлежащие выяснению по делу об административном правонарушении согласно ст. 26.1 КоАП РФ. Данные обстоятельства подтверждаются исследованными судом доказательствами по делу:

- протоколом об административном правонарушении от 29 декабря 2018 года, в котором зафиксирован факт нарушения. Протокол соответствует требованиям ст. 28.2 КоАП РФ, составлен уполномоченным должностным лицом, содержит сведения, необходимые для исследования события правонарушения, и сведения о лице, его совершившем (л.д. 2);

- объяснениями М.А.В. от 26 декабря 2018 года и 28 декабря 2018 года (л.д. 4-5, 9);

- объяснениями должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, К.М.А. о том, что при составлении протокола объяснений 28 декабря 2018 года М.А.В. разъяснялись права, предусмотренный действующим законодательством, о чем имеется соответствующая подпись, никакого давления на него не оказывалось, жалоб от него не поступало, объяснения даны М.А.В. добровольно;

- объяснениями свидетеля Г.А.С. о том, что при опросе М.А.В. 26 декабря 2018 года разъяснялись права, предусмотренный действующим законодательством, о чем имеется соответствующая подпись, никакого давления на него не оказывалось, жалоб от него не поступало, объяснения даны М.А.В. добровольно.

В обоснование жалобы защитники ФИО3 приводят доводы о том, что объяснения свидетеля М.А.В., которые положены в основу вывода мирового судьи о виновности ФИО3, собраны до возбуждения дела об административном правонарушении, в связи с чем не могут быть признаны допустимыми. Вместе с тем, указанные доказательства являются надлежащими и могут быть использованы в рамках производства по делу об административном правонарушении, поскольку статьей 26.2 КоАП РФ дан неисчерпывающий перечень доказательств.

Каких-либо обстоятельств, ставящих под сомнение допустимость и достоверность вышеуказанных протоколов, объяснений и иных исследованных судом доказательств, не имеется, поэтому они обоснованно приняты мировым судьей в качестве надлежащих доказательств по делу.

Мировой судья обоснованно отнесся критически, как к избранному способу защиты, к показаниям допрошенных свидетелей М.А.В., Ф.А.Ф., ФИО11, а также к доводам ФИО3 о том, что добытый лось был застрелен им с соблюдением Правил охоты, утвержденными приказом Министерства природных ресурсов и экологии Российской Федерации от 16 ноября 2010 года № 512, так как указанные объяснения и доводы опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Довод жалобы о том, что мировой судья не принял в качестве доказательства заключение служебной проверки Минприроды, поскольку при ее проведении не была дана оценка показаниям свидетеля М.А.В. от 26 декабря 2018 года и 28 декабря 2018 года, вместе с тем, данный вывод мирового судьи является ошибочным, является несостоятельным и не нашел своего подтверждения при рассмотрении жалобы.

Так, при рассмотрении жалобы были истребованы и исследованы материалы служебной проверки Министерства природных ресурсов и охраны окружающей среды Удмуртской Республики, из которых следует, что при проведении служебном проверки не исследовались письменные объяснения М.А.В., данные им непосредственно после события, в результате которого было возбуждено административное производство, а заключение служебной проверки основано на объяснениях М.А.В., а также ФИО3 и Б.И.Я., которые даны ими после составления протокола об административном правонарушении в отношении ФИО3 и принятия дела об административном правонарушении к производству мирового судьи.

В ходе рассмотрения данного дела об административном правонарушении в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения.

Так, в силу требований ст. 26.1 КоАП РФ установлены: наличие события административного правонарушения; лицо совершившее административное правонарушение; виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Довод жалобы о том, что судом не установлено время правонарушения не нашел своего подтверждения при рассмотрении жалобы. При этом доводы защитников ФИО3 о том, что в случае признания указанного в протоколе времени совершения правонарушения технической ошибкой мировой судья должен был вынести постановление о прекращении административного производства или возвращении материала для пересоставления протокола, судом не принимаются как не основанные на законе, поскольку Кодекс об административных правонарушениях Российской Федерации таких положений не содержит. Коме того, как следует из материалов дела, мировой судья, установив на основе исследования письменных доказательств и объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, и свидетелей, что в протоколе об административном правонарушении неверно указано время совершения правонарушения, указал в постановлении по делу об административном правонарушении установленные при рассмотрении дела обстоятельства, касающиеся времени совершения ФИО3 административного правонарушения.

Довод жалобы о том, что мировой судья вышел за пределы возбужденного должностным лицом правонарушения, при рассмотрении жалобы подтверждения не нашел.

Доводы жалобы о процессуальных нарушениях при составлении протокола об административном правонарушении несостоятельны, при составлении протокола об административном правонарушении ФИО3 были разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, ст. 51 Конституции РФ, вместе с тем ФИО3 отказался от подписи в присутствии понятых, о чем имеется соответствующая отметка в протоколе об административном правонарушении и подписи двух понятых. Нарушение должностными лицами административного органа процессуальных норм при отобрании объяснений при проведении проверки сообщения о преступлении также не установлено.

Довод защитников ФИО3 о том, что должностным лицом при составлении протокола допущены процессуальные нарушения, поскольку факт обнаружения правонарушения был выявлен не позднее 27 декабря 2018 года, вместе с тем, протокол был составлен только 28 декабря 2018 года, что не отвечает требованиям ст. 28.5 КоАП РФ, судом не принимается, поскольку указанный довод основан на неверном толковании норм права. Так, частью 2 статьи 28.5 КоАП РФ предусмотрена возможность составления протокола об административном правонарушении в течение двух суток с момента выявления административного правонарушения в случае, если требуется дополнительное выяснение обстоятельств дела либо данных о физическом лице или сведений о юридическом лице, в отношении которых возбуждается дело об административном правонарушении. Как следует из материалов дела, постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, которым выделены в отдельное производство материалы проверки в отношении ФИО3 по факту административного правонарушения, вынесено 27 декабря 2018 года, на следующий день у ФИО3 отбирались объяснения, от дачи которых он в присутствии двух понятых отказался (л.д. 8), после чего в тот же день - 28 декабря 2018 года - в отношении него составлен протокол об административном правонарушении, что соответствует нормам ст. 28.5 КоАП РФ, регламентирующим сроки составления протокола об административном правонарушении.

Доводы защитников ФИО3 о том, что срок давности привлечения к административной ответственности по ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ на момент рассмотрения жалобы истек, основаны на неправильном толковании положений ст. 4.5 КоАП РФ и норм Федерального закона «О животном мире», Федерального закона «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». ФИО3 привлечен к административной ответственности за то, что он 22 декабря 2018 года в 40 квартале Алнашского лесничества, в 500 метрах от дорожного полотна сообщением Алнаши-Казаково, вблизи д. <***>, в нарушение п.п. «г» п. 3.2 Правил охоты, утвержденных Приказом МПР России № 512 от 16.11.2010 г., произвел добычу взрослой особи лося путем отстрела, не имея разрешения. Соответственно, при определении срока давности привлечения ФИО3 к административной ответственности необходимо исходить из нарушения им законодательства Российской Федерации об охране окружающей среды и природопользования, за нарушение которого давность привлечения к административной ответственности в силу части 1 статьи 4.5 КоАП РФ составляет один год.

Довод жалобы о том, что имеются нарушения норм, регламентирующих содержание протокола судебного заседания, его полноты и правильности фиксации показаний свидетелей по делу, судом отклоняется, поскольку в протоколах судебных заседаний, имеющихся в материалах дела, отражены действия, проводимые в ходе судебного заседания, а также данные участниками процесса объяснения. Оснований сомневаться в том, что они изложены в протоколах судебного заседания не в полном объеме, не в соответствии с проведенными действиями и не в том порядке, в каком они имели место в ходе судебного заседания, у суда не имеется.

Все доказательства по делу мировым судьей были всесторонне, полно и объективно исследованы в совокупности, получив оценку в соответствии с требованиями ст. 26.1 КоАП РФ, без придания каким-либо из них заранее установленной силы. Оценив представленные доказательства в совокупности, мировой судья пришел к обоснованному выводу о наличии в действиях ФИО3 состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ.

Действия ФИО3 правильно квалифицированы в соответствии с установленными обстоятельствами и требованиями КоАП РФ.

С учетом изложенного содержащийся в жалобе довод о том, что в действиях ФИО3 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ, опровергается приведенными доказательствами, является необоснованным и не влечет отмену состоявшегося по делу судебного постановления.

Доводы жалобы по существу сводятся к переоценке установленных судом обстоятельств и доказательств, не ставят под сомнение наличие в действиях ФИО3 объективной стороны состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ.

Нарушений норм материального и процессуального права в ходе производства по делу об административном правонарушении, позволяющих рассматривать состоявшееся судебное постановление как незаконное и необоснованное, не установлено.

Обстоятельства, исключающие производство по делу об административном правонарушении, отсутствуют. Административное наказание назначено ФИО3 с учетом общих правил назначения наказания в соответствии с требованиями ст. 3.1, 3.8, 4.1, 4.2, 4.3 КоАП РФ и характера совершенного административного правонарушения.

При таких обстоятельствах состоявшиеся по делу судебное постановление сомнений в своей законности не вызывает, является правильным и оснований для его отмены или изменения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

постановление мирового судьи судебного участка Алнашского района Удмуртской Республики от 18 марта 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 7.11 КоАП РФ в отношении ФИО3 оставить без изменения.

Жалобу ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение обжалованию и опротестованию в порядке ст. 30.9 КоАП РФ не подлежит.

Судья Е.В. Хисамутдинова