Приговор № 1-79/2020 от 13 мая 2020 г. по делу № 1-168/2019

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 мая 2020 г. г.Тула

Привокзальный районный суд г.Тулы в составе:

председательствующего Пушкарь Н.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Шепель О.А.,

с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора Привокзального района г.Тулы Куцопало Г.А.,

потерпевшего ШМ,

подсудимого ФИО1,

защитника - адвоката Волдаевой К.П., представившей удостоверение № от 31 мая 2019 г. и ордер № от 22 апреля 2020 г.,

переводчика Р,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Привокзального районного суда г.Тулы материалы уголовного дела в отношении подсудимого

ФИО1, <...> судимого

по приговору Привокзального районного суда г.Тулы от 24 января 2019 г. по п.п. «а», «в» ч.2 ст.158 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 50000 рублей, на основании ч.5 ст.72 УК РФ сумма штрафа снижена до 6000 рублей (штраф не оплачен);

с 17 августа 2019 года содержащегося под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Тульской области,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО1 умышленно причинил тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах.

3 августа 2019 г., в период времени с 17 часов 00 минут до 22 часов 00 минут, ФИО1 находился в помещении комнаты <адрес> совместно с проживающим в данной квартире Ш Ш начал оскорблять ФИО1 и родственников последнего, из-за чего между ФИО1 и Ш произошел словесный конфликт, в ходе которого на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, обусловленных высказанными оскорблениями со стороны Ш, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью Ш, опасного для жизни человека, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Действуя умышленно во исполнение своего преступного умысла, ФИО1, осознавая общественную опасность своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью Ш, опасного для жизни последнего и желая их наступления, в указанный период времени по указанному адресу подверг Ш избиению, нанося удары своими ногами по туловищу Ш, причинив ему своими противоправными действиями следующие повреждения: множественные двусторонние переломы ребер с нарушением анатомической целостности каркаса грудной клетки (перелом 2-7 ребер слева по средне ключичной линии, перелом 8-го ребра слева по передней подмышечной линии; переломы ребер справа – перелом 2-6 ребер между хрящевой и костной тканью (между средне-ключичной и окологрудинной линиями), переломы 2-8-го ребер по среднеключичной линии, перелом 2-10-го ребер по задней подмышечной линии; перелом грудины на уровне 1-го межреберья, которые причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти, при сдавлении грудной клетки в направлении спереди назад, справа налево, которые имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью.

Поле этого ФИО1 схватил за левую руку Ш в области запястья и развернул кисть, в которой Ш держал нож, при этом лезвие ножа было обращено в сторону тела Ш, последний потерял равновесие и они вместе упали на диван, при этом ФИО1 оказался сверху на Ш, в результате падения нож воткнулся Ш в области груди и Ш причинены следующие повреждения: колото-резаное ранение груди на уровне 3-го ребра слева по окологрудинной линии, проникающее в правую плевральную полость на уровне 2-го межреберья справа по окологрудинной линии с повреждением сердца – причинено ударным действием колюще-режущего орудия (клинка ножа), которые причинены прижизненно, направление раневого канала спереди назад, слева направо и незначительно снизу вверх; длина раневого канала в передней грудной стенке около 5.8 см. и имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью.

В результате указных повреждений наступила смерть Ш на месте преступления. ФИО1 из вышеуказанной квартиры скрылся.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал частично, пояснил, что умысла на убийство Ш у него не было, допускает, что смерть Ш могла наступить по неосторожности от колото – резанного ранения груди. Также пояснил, что знаком с Ш с 2013 г., иногда жил у него, помогал ему по хозяйству, покупал продукты, относился к нему как отцу. Он жалел Ш, так как он был инвалидом. Ш проживал на первом этаже по адресу: <адрес>. Иногда они вместе распивали спиртные напитки. К нему постоянно приходили посторонние люди, были скандалы, драки. Был случай, когда пришел Б и еще какой - то мужчина, который с ножом накинулся, вызывали полицию. Он говорил Ш, чтобы он не пил, но ШВ говорил ему о том, что когда пьет, то не чувствует боли. В состоянии алкогольного опьянения Ш не обращал на него внимания. Со слов Б ему известно, что у Ш жил, какой-то мужчина и его избили. С Ш у него конфликтов не было. 3 августа 2019 г. Ш ему позвонил, и он пришел к нему. В подъезде ему встретился пьяный мужчина, дверь в квартиру Ш была открыта. Ш был избит и находился в состоянии алкогольного опьянения. В квартире было много пустых бутылок из-под пива, которые он убрал, выбросил мусор из ведра. Ш говорил, что к нему приехал какой -то товарищ. Он говорил, что ему плохо, но при этом видимых повреждений на нем не было, от вызова скорой помощи он отказался. Ш сказал, что хочет выпить, и он сходил в магазин, купил арбуз, продукты и алкоголь в аптеке. Он выпил, они покушали. Ш жаловался, на то, что никому не нужен. На его глазах Ш порезал себе руку ножом, он пытался отобрать у него нож, они упали, после чего он отобрал у Ш нож. Крови он не видел у Ш, никаких повреждений кроме пореза на руке он не видел. Утром 4 августа 2019 г. он проснулся, а Ш лежал на диване боком, был накрыт одеялом. Он подумал, что Ш спал. Он спросил у Ш, живой ли он, но он молчал. Он повернул его, но ШВ был жесткий и холодный. Он подумал, что у него сердце остановилось. Он хотел сделать ему массаж сердца. Позже он вышел на улицу, подходил к прохожим, просил помочь, но все отказались. Он никогда не видел труп и очень испугался. Ш он не убивал. Когда уходил, дверь оставил открытой. Когда оставался ночевать у Ш, дверь была закрыта. Скорую помощь не вызвал, так как у него не работал телефон.

Из показаний ФИО1, данных в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого от 16 августа 2019 г., оглашенных в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ, следует, что 3 августа 2019 г., примерно в 12 часов 20 минут, он пришел домой к Ш по адресу: <адрес>. В магазине купил продукты, в аптеке два флакона спиртового раствора «<...>». Дверь в квартиру была закрыта, но не на замок, он прошел в комнату, где увидел Ш одного в состоянии алкогольного опьянения, телесных повреждений на Ш не было. В ходе распития спиртного Ш просил его сходить за спиртным еще, в связи с чем, он сходил в магазин и купил 250 гр. водки. Распивая спиртное, Ш оскорблял его, начал демонстрировать ему нож и говорил, что может зарезать его, на что он ответил, что тот ничего не сможет. Затем Ш стал себя жалеть, говорил, что никому не нужен, что хочет умереть, и, держа нож в левой руке, порезал себе правую руку. Он тут же перевязал ему руку фрагментом ткани, который оторвал от своей футболки, которая лежала в комнате, крови было не много. Через некоторое время Ш стал спрашивать, что случилось, показывая порезанную руку. Он стал говорить Ш, что это тот сделал сам, на что Ш ему не поверил, продолжил высказывать оскорбления, старался обидеть его сильнее. Ш сидел на диване, он от обиды ударил его по голове правой ладонью. Тогда Ш высказал ему угрозы в нецензурной форме, после чего он снова стал говорить Ш, чтобы тот успокоился, тогда Ш достал нож из тумбочки, которая стояла около кровати и стал пытаться встать с дивана, опираясь на тумбочку, но у Ш это не получилось. Затем Ш, сидя на диване, попытался ударить его ножом, он сидел напротив него в кресле, в тот момент когда Ш замахивался на него ножом, он успел увернуться. Ш оскорблял его и его родственников, он хотел уйти из квартиры, но Ш встал с кровати и хотел кинуться на него с ножом, нож Ш держал в левой руке, он схватил Ш за левую руку в области запястья и развернул кисть Ш, в которой тот сжимал нож, при этом лезвие ножа было обращено в сторону Ш Ш хотел ударить его правой рукой, но правую руку он тоже схватил. Они стали бороться, он хотел отобрать у Ш нож и отбросить в сторону. Так как у Ш не было стоп, он не удержал равновесие, в результате они упали на диван, он лежал сверху на Ш и понял, что в результате данного падения, нож воткнулся Ш в левую часть груди, примерно где расположено сердце. Он очень испугался, так как Ш хрипел, крови он не видел. Нож он сразу взял с дивана и кинул в тумбочку, которая стояла возле дивана. Нож с ручкой черного цвета, лезвие короткое, длиной до 10 см и примерно 1 см шириной. Он подумал, что Ш жив, последний остался лежать на диване. Это происходило 3 августа 2019 г., в период с 18 часов 00 минут до 21 часа 00 минут. Оскорбления в его адрес со стороны Ш продолжались на протяжении двух часов, он все это терпел, и потом когда Ш начал кидаться на него с ножом, у него выбора уже просто не было. Он остался ночевать у Ш дома. Утром 4 августа 2019 г., проснувшись он посмотрел на диван, Ш лежал на диване, одна нога свисала с дивана, глаза Ш были открыты. Он спросил у Ш жив ли тот, но тот промолчал. Он подошел к Ш и потрогал его, тот был холодный на ощупь. Он стал пробовать делать непрямой массаж сердца, двумя руками упирался в грудь Ш и с силой давил на протяжении минуты, полагая, что так сердце может заработать, но у него не получилось. Он понял, что Ш умер. Он очень испугался и убежал из его дома, когда уходил, то дверь просто прикрыл (т.2 л.д.1-7).

Данные показания в качестве подозреваемого ФИО1 подтвердил будучи допрошенным в качестве обвиняемого 16 августа 2019 года (т.2 л.д.32-34) и 8 октября 2019 года (т.2 л.д.44-47), в ходе проверки показаний на месте от 16 августа 2019 года (т.2 л.д.9-25).

После оглашения показаний подсудимый ФИО1 настаивал на своих показаниях, данных им в судебном заседании, пояснил, что его показания, данные им на предварительном следствии не во всем соответствуют тому, что он говорил следователям, он не говорил о том, что в результате падения, нож воткнулся Ш в левую часть груди. Конфликта у него с ШВ в тот день не было, Ш оскорблял его, но всерьез он это не воспринял, как не воспринял всерьез и то обстоятельство, что ШВ, сидя на диване, попытался ударить его ножом. Следователи что-то записывали с его слов, а что-то писали сами, он не читал то, что было написано, поскольку поверил своему адвокату, который говорил, что там все нормально. Также адвокат сам говорил следователям что писать.

Несмотря на то, что ФИО1 вину в содеянном не признал, его вина подтверждается следующими доказательствами по делу.

Показаниями потерпевшего ШМ, данными им в судебном заседании о том, что Ш был его братом и проживал примерно с 2013 г. в одной из комнат в квартире на первом этаже по адресу: <адрес>, поскольку одна комната в квартире является муниципальной, а другая закрыта. Он имел инвалидность, у него было обморожение стоп и он плохо передвигался, на четвереньках, держась по стенке. На улицу он не выходил. Он употреблял спиртными напитками в связи с этим, не работал. Квартира закрывалась на ключ, всего в наличии было два комплекта ключей у него и у брата, один комплект ключей он передал в орган социальной защиты. Иногда к брату приходили какие-то люди, однажды соседи сообщили ему о драке, в квартире брата. Когда он приехал, то увидел в квартире своего брата мужчину с женщиной, которые спали, в квартире была кровь. Одного человека забрали. В августе 2019 г. ему позвонили соседи и сказали, что в подъезде ощущается трупный запах. Он пришел в квартиру, открыл ключом входную дверь, прошел в квартиру и почувствовал трупный запах, брат лежал на кровати, телевизор работал, он откинул одеяло и увидел своего брата, часть тела уже была покрыта опарышами. В квартире признаков борьбы не было. На удивление все было чисто, как никогда до этого. Мусорное ведро было чистое, в нем не было мусора и лежал целлофановый пакет. При этом он приходил к брату примерно в июле или августе 2019 г. На тот момент он уже обратил внимание, что он лежал в том же положении, как и тогда, когда он его обнаружил. Он принес продукты, брат лежал на диване, также работал телевизор. Он подумал, что брат пьяный и не стал его беспокоить, положил сигареты в тумбочку и ушел, закрыв дверь на ключ. Окна в квартире были закрыты, прикрыто было окно на кухне. Окна деревянные и в той комнате, где жил брат решеток на окнах нет. ФИО1 он видел у брата, когда приходил к нему. Брат говорил, что ФИО1 его знакомый, помогал ему, еду готовил. На следствии ему был предъявлен обнаруженный нож, который он ему приобретал. В процессе следствия также был обнаружен рюкзак черного цвета, но он не знает чей это был рюкзак. Брат ни с кем не дрался, случаев, когда бы он угрожал кому - либо ножом или физической расправой не было, увечий себе сам не наносил. Настаивал на строгом наказании.

Оценивая показания потерпевшего ШМ, суд приходит к выводу, что они согласуются с другими доказательствами обвинения, совпадают по времени и обстоятельствам, оснований не доверять им не имеется, в связи с чем, суд признает показания потерпевшего ШМ, данные в судебном заседании допустимыми и достоверными.

Оснований для оговора подсудимого ФИО1 потерпевшим ШМ, судом не установлено.

Показаниями свидетеля Б, данными им в судебном заседании о том, что ФИО1 ему знаком, поскольку у них был общий друг Ш, с которым он общался и иногда употреблял спиртное. ФИО1 иногда проживал у Ш, иногда в гости к нему приходил. В ходе распития спиртного Ш агрессию не проявлял. О том, что Ш умер, он узнал от полиции, как он умер, ему не известно.

В соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия сторон, оглашены показания свидетеля Б, данные им на предварительном следствии в части того, что в состоянии алкогольного опьянения Ш иногда высказывал ФИО1 свое недовольство по поводу того, что ФИО1 проживает в его квартире. На что ФИО1 говорил Ш, что приносит тому еду, спиртное и сигареты, обычно конфликты между ними происходил словесно и заканчивались примирением. Примерно в апреле 2019 года он, находясь в гостях у Ш, заметил на лице Ш телесные повреждения. Ш ему рассказал, что его побил ФИО1, в ходе конфликта, возникшего из-за того, что Ш высказал свое недовольство о проживании ФИО1 в его квартире. Также он пояснил, что ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения бывал агрессивным, громко высказывался нецензурной бранью, с Ш у ФИО1 бывали словесные конфликты только на почве того, что ФИО1 проживает в квартире Ш ФИО1 было обидно, что Ш этим не доволен, так как ФИО1 постоянно приносил продукты, алкоголь и сигареты Ш (т.1 л.д.156-159).

После оглашения показаний свидетеля Б данных им на предварительном следствии он в полном объеме их подтвердил, пояснил, что он не все помнит, поскольку прошло много времени.

Показаниями ША в судебном заседании, согласно которым он работал в должности старшего оперуполномоченного уголовного розыска ОП «Привокзальный» УМВД России по г.Туле. 9 августа 2019 г. по адресу <адрес> был обнаружен труп Ш с телесными повреждениями. В ходе вскрытия установлено, что у него имеется колото-резаное ранение в области сердца и множественные переломы ребер. В ходе проведения мероприятий установлено, что возможно к совершению данного преступления причастен ФИО1, который был задержан и доставлен в отдел полиции. Об обстоятельствах дела он не пояснял, после чего был передан в следственный комитет для производства следственных действий. ФИО1 был помещен в изолятор временного содержания, где с ним было проведено оперативно-розыскное мероприятие «Негласная аудиозапись», в ходе проведения которого агенту, данные которого засекречены ФИО1 рассказал, что пришел к Ш они с ним распивали спиртное, ели. В ходе распития спиртных напитков у Ш с ФИО1 возникли какие - то личные неприязненные отношения, возник конфликт, в ходе которого ФИО1 начал его избивать. Ш был физически слабее ФИО1, инвалид, не имел стоп ног. От агента стало известно, что ФИО1 говорил о том, что повалил Ш и начал на нем прыгать, у него очень сильно хрустели кости, после чего он взял нож и ударил его в область сердца. ФИО1 скрылся от правоохранительных органов в Пролетарском районе г.Тулы.

Показаниями свидетеля ГМ, данными им в судебном заседании о том, что поступил вызов из дежурной части, они направились по данному адресу, там их встретил брат Ш со своей супругой. Он пояснил, что уже заходил в комнату, посмотрел и вернул все в исходное положение как было и вызвал сотрудников полиции. Также пояснил, что брат его злоупотреблял спиртными напитками. В квартире стоял запах, похожий на трупный. Они дождались сотрудников скорой помощи и вместе с ними зашли в квартиру, освещение было тусклое, в комнате, с левой стороны стоял диван, на диване на левой стороне лежал потерпевший, который был накрыт полностью с головы до ног одеялом. Сотрудники скорой помощи подошли, сняли с него это одеяло, на нем имелись уже темные кожные покровы. Следов борьбы в квартире не было. В квартире было довольно таки чисто для человека который злоупотребляет спиртными напитками. Пятен крови не видел. Видимых повреждений не видел.

В соответствии с ч.3 ст.281 УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, с согласия сторон, оглашены показания свидетеля ГМ, данные им на предварительном следствии в части того, что 9 августа 2019 г. он выехал по адресу: <адрес>, так как граждане, проживающие в подъезде дома, почувствовали из вышеуказанной квартиры трупный запах. Прибыв по указанному адресу, к нему подошел ШМ, который пояснил, что в <адрес> проживал его брат Ш, также ШМ пояснил ему, что Ш злоупотреблял спиртными напитками, из дома практически не выходил, так как у него были наполовину ампутированы ступни ног, также пояснил, что часто к Ш приходили различные лица, для совместного употребления алкоголя. Пройдя в квартиру, он увидел на диване труп мужчины (Ш), который был накрыт одеялом, от трупа исходил резкий трупный запах, при этом труп лежал на левом боку. Кожные покровы уже были сгнившие. На диване, убрав одеяло, он увидел множество опарышей (т.1 л.д.208-210).

После оглашения показаний свидетеля ГМ, данных им на предварительном следствии он в полном объеме их подтвердил, пояснил, что он не сказал об этом в судебном заседании, так как не придал этому значение.

Показаниями свидетеля Г, от 14 августа 2019 г., данными им на предварительном следствии, оглашенными по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, о том, что 4 августа 2019 г. в магазине «<...>», расположенном около ост.<...> он познакомился с ФИО1 Одежда ФИО1, в которой он находился при знакомстве была уже не чистая, по ней было видно, что ФИО1 носит одежду несколько дней. Телесных повреждений у ФИО1 он не видел. ФИО1 ему рассказал о том, что он на протяжении четырех лет проживает в <адрес>, также у него есть родной брат в <адрес>. ФИО1 сообщил ему, что у него в <адрес> проживает жена, которая его подставила, в результате чего ФИО1 был осужден за разбой на три года. Они обменялись телефонами. После этого несколько раз встречались, пили пиво, ФИО1 рассказывал ему, что остался на улице без жилья, и недавно освободился из мест лишения свободы, к своей жене и ребенку идти ФИО1 не хотел. Он впустил ФИО1 пожить у него, дал ему ключи от квартиры. ФИО1 приходил домой иногда в начале седьмого вечера, а иногда после 21 часа 00 минут, говорил, что ездил по знакомым, чтобы найти работу (т.1 л.д.183-187).

Показания свидетеля КЛ, данными ею на предварительном следствии, оглашенными по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, о том, что в 2014 году в сети интернет она познакомилась с ФИО1 В последующем они проживали с ФИО1, которого может охарактеризовать как агрессивного человека, часто злоупотребляющего спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения ФИО1 неоднократно подвергал ее избиению. ФИО1 скрытный человек, никогда не показывал ей свой мобильный телефон. ФИО1 постоянно обманывал ее. В состоянии алкогольного опьянения ФИО1 бросался на ее сына, бил его, оскорблял их с сыном, в связи с чем, ее сын решил уйти проживать к своей бабушке. В трезвом состоянии ФИО1 вел себя нормально, спокойно, был адекватным человеком. В 2015 году у них родился общий ребенок КД После рождения дочери ФИО1 продолжал злоупотреблять спиртным, в состоянии алкогольного опьянения он ругался с соседями, часто подвергал ее избиению, после чего у нее оставались синяки на лице и теле. В полицию по данному факту она не обращалась, так как думала, что все наладиться, а также не хотела заявлять в полицию на отца своего ребенка. Были случаи когда ФИО1 брал в руки кухонный нож и говорил о том, что он ее прирежет. В ходе очередной ссоры с ФИО2, которая произошла в начале зимы 2016 года, когда ФИО1 начал ее оскорблять и бить в область лица, она с дочерью сбежала из дома от ФИО1 После того, как она ушла от ФИО1, то прекратила с ним общение. Однажды она просила у ФИО1 деньги на лечение их дочери, однако ФИО1 сказал, что помогать ей не будет и денег не даст. С дочерью ФИО1 не общается, не видится, никакого внимания не уделяет. Примерно в марте 2019 года ей по телефону звонил ФИО1, говорил, что находится в СИЗО, угрожал.(т.1 л.д.188-191).

Показания указанных свидетелей не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, поэтому суд придает им доказательственное значение, их показания не содержат противоречий, подтверждаются и согласуются с письменными материалами дела.

Вина подсудимого ФИО1 также подтверждается письменными материалами дела:

протоколом осмотра места происшествия от 10 августа 2019 года, согласно которому осмотрена <адрес>. В ходе осмотра изъяты: насадка (тряпка) для швабры, рабочая часть которой из синтетической ткани голубого цвета; джемпер из трикотажа серого цвета с надписями иностранным текстом и рисунками серого и розового цвета около плечевых швов и в верхней трети передней поверхности слева, обнаруженный в рюкзаке; брюки из джинсовой ткани темно-синего цвета, с участками более светлого прокрашивания на передней и задней поверхностях, обнаруженные в рюкзаке; два ключа из металла серого цвета соединенные кольцом из металла серого цвета, к которому с помощью кольца из металла серого цвета крепится электронный ключ (связка ключей); фильтрующий мундштук сигареты и фрагмент бумаги темно-желтого цвета; нож длинной 162 мм. (т.1 л.д.47-70, 71-78);

явкой с повинной ФИО1 от 16 августа 2019 года, из которой следует, что 3 августа 2019 года, примерно в 12 часов 20 минут, ФИО1 пришел к Ш по адресу: <адрес>. Перед этим зашел в магазин, купил продукты питания, спиртное. Дома Ш распивал спиртное, в ходе распития которого стал на него бросаться с ножом. Он хотел уйти из квартиры, но Ш встал с кровати и хотел еще раз кинуться на него с ножом, нож Ш держал в левой руке, он схватил Ш за левую руку и развернул кисть, в которой тот сжимал нож, при этом лезвие ножа было обращено в сторону тела Ш Последний хотел его ударить правой рукой, но эту руку он тоже схватил. Он стал бороться с Ш, хотел отобрать у того нож и отбросить в сторону. Так как Ш не удержал равновесие, они упали на диван, он лежал сверху на Ш и понял, что в результате данного падения нож воткнулся Ш в грудь. Он очень испугался. В последствии Ш умер, труп последнего был обнаружен в данной квартире. Данные события происходили 3 августа 2019 года, в период времени с 18 часов 00 минут до 21 часа 00 минут. В содеянном раскаивается, просит прощения у брата погибшего – ШМ, так как причинять смерть Ш не желал, хотел отобрать нож и откинуть в сторону, а вышло так, что Ш умер, умысла убивать Ш не было, так как Ш ему всегда было жалко, несмотря на постоянные оскорбления (т.1 л.д.218-219);

протоколом проверки показаний на месте подозреваемого ФИО1 от 16 августа 2019 г. с видеозаписью на компакт – диске, просмотренной в судебном заседании, согласно которому ФИО1 продемонстрировал механизм нанесения повреждений Ш в <адрес> дата, в период с 16 часов до 23 часов. Указал, что сидел в кресле напротив дивана, на котором находился Ш, между диваном и креслом находилась тумбочка. Ш взял нож в свою левую руку, встал с дивана и, облокотившись на тумбочку своей правой рукой и держа нож в левой руке, начал осуществлять замах ножом в области шеи ФИО1 После чего ФИО1 встал с кресла, схватил своей левой рукой левую руку Ш в области запястья, а правой рукой схватил также левую руку Ш, в которой находился нож, в области локтевого сгиба. Он начал тянуть своими руками руку Ш на себя, а Ш тянул в свою сторону, при этом нож был лезвием развернуть в сторону Ш В какой-то момент он вышел из-за тумбочки, находившейся между ним и Ш в результате чего Ш начал падать на диван, а он начал падать на Ш сверху, при этом, когда Ш упал, то воткнул себе в область груди слева нож. После чего Ш самостоятельно вытащил из своей груди нож, он убрал данный нож в верхний ящик тумбочки. Далее Ш на четвереньках, встав с кровати, передвигался в туалет. Проснувшись в 6.00 часов утра 4 августа 2019 года, ФИО1 обнаружил Ш мертвым, делал последнему искусственный массаж сердца, продемонстрировав как скрестив свои руки в области центра груди и в области сердца с усилием нажимал на данные области в течении примерно минуты, после чего покинул квартиру (т.2 л.д.9-25);

протоколом выемки от 14 августа 2019 г., согласно которому в ГУЗ ТО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» изъят лоскут кожи с раной трупа Ш (т.2 л.д.109-114);

протоколом выемки от 14 августа 2019 г., согласно которому в ГУЗ ТО «Бюро судебно-медицинской экспертизы» изъята мышца трупа Ш (т.2 л.д.117-122);

протоколом выемки от 13 августа 2019 г., согласно которому у ФИО1 изъят смартфон «<...>», в корпусе из полимерных материалов черного цвета (т.2 л.д.125-128);

протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 14 августа 2019 г., согласно которому получен образец крови ФИО1 (т.2 л.д.137-139);

протоколом получения образцов для сравнительного исследования от 16 августа 2019 г., согласно которому получены образцы следов рук ФИО1 (т.2 л.д.141-143);

протоколом обыска от 13 августа 2019 года, согласно которому из <адрес> изъят смартфон «<...>» в корпусе из полимерных материалов золотистого цвета (т.2 л.д.147-153);

протоколом выемки от 5 сентября 2019 г., согласно которому в ЭКЦ УМВД России по Тульской области изъята часть марлевого тампона, пропитанного кровью обвиняемого ФИО1 (т.2 л.д.188-192);

заключением эксперта ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» №-И от 30 августа 2019 г., согласно которому причина смерти Ш не установлена из-за выраженных гнилостных изменений трупа. При исследовании трупа обнаружены следующие повреждения:

колото-резаное ранение груди на уровне 3-го ребра слева по окологрудинной линии, проникающее в правую плевральную полость на уровне 2-го межреберья справа по окологрудинной линии с повреждением сердца – причинено ударным действием колюще-режущего орудия (клинка ножа), причинены прижизненно, и по признаку опасности для жизни имеет медицинские критерии тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.9 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и могут иметь прямую причинную связь с наступлением смерти. Направление раневого канала спереди назад, слева направо и незначительно снизу вверх; длина раневого канала в передней грудной стенке около 5.8 см.; множественные двусторонние переломы ребер с нарушением анатомической целостности каркаса грудной клетки (перелом 2-7 ребер слева по средне ключичной линии, перелом 8-го ребра слева по передней подмышечной линии; переломы ребер справа – перелом 2-6 ребер между хрящевой и костной тканью (между средне-ключичной и окологрудинной линиями), переломы 2-8-го ребер по среднеключичной линии, перелом 2-10-го ребер по задней подмышечной линии; перелом грудины на уровне 1-го межреберья – причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти, при сдавлении грудной клетки в направлении спереди назад, справа налево; и по признаку опасности для жизни имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью (пункт 6.1.11 приложения к приказу Минздравсоцразвития РФ от 24 апреля 2008 г. №194н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»), и могут иметь прямую причинную связь с наступлением смерти (т.2 л.д.197-204);

заключением экспертов №3913 от 13 сентября 2019 г., согласно которому на клинке представленного на экспертизу ножа общей длинной 162 мм обнаружена кровь Ш; на спортивных брюках, представленных на экспертизу, обнаружена кровь ФИО1; на связке ключей и паре ботинок, представленных на экспертизу, обнаружен пот, произошедший от ФИО1 и Ш; на представленном на экспертизу окурке сигареты, изъятом «с пола кухни», обнаружена слюна ФИО1 (т.2 л.д.221-231);

заключением эксперта № от 20 сентября 2019 г., согласно которому при определение групповой принадлежности, во фрагменте мышцы трупа Ш выявлен только антиген Н. Вероятнее всего, кровь Ш относится к 0 группе. Кровь ФИО1 к А группы.

На насадке для швабры, (синей тряпке), изъятой в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес> от 10 августа 2019 г., а также на джемпере серого цвета и джинсовых брюках, изъятых из рюкзака, обнаруженного на полу в зале в ходе осмотра места происшествия 13 августа 2019 г. по адресу: <адрес>, обнаружена кровь человека А группы, которая могла произойти от ФИО1 (т.2 л.д.240-247);

заключением эксперта № от 23 сентября 2019 г., согласно которому на представленном лоскуте кожи трупа Ш имеется колото-резаная рана, причиненная ударным воздействием плоского орудия (клинка ножа), обладающего колюще-режущими свойствами и имеющего обух, лезвие и острие, чем мог быть представленный на экспертизу нож (т.3 л.д.6-8);

постановлением начальника отдела полиции «Привокзальный» УМВД России по г.Туле от 2 октября 2019 г., согласно которому материалы, полученные в результате оперативно-розыскного мероприятия «Негласная аудиозапись» в отношении ФИО1 направлены в следственный отдел по Привокзальному району г.Тулы СУ СК РФ по Тульской области для приобщения к материалам дела (т.3 л.д.58);

постановлением начальника отдела полиции «Привокзальный» УМВД России по г.Туле от 2 октября 2019 г., согласно которому рассекречены результаты оперативно-розыскного мероприятия «Негласная аудиозапись», проведенного 17 августа 2019 г. в помещении ИВС УМВД России по г.Туле в отношении ФИО1 (т.3 л.д.59);

стенограммой оперативно-розыскного мероприятия «Негласная аудиозапись», из которой следует, что ФИО1 сообщает, что Ш обзывал его, он начал реагировать, подверг Ш сильному избиению, сломал ребра, бил ногой (т.3 л.д.60-64);

протоколом осмотра предметов от 15 августа 2019 г., из которого следует, что предметом осмотра являлся смартфон «<...>», в корпусе из полимерных материалов золотистого цвета (IMEI 1: №, IMEI 2: №, S/N: №), который был изъят в ходе обыска 13 августа 2019 г. по адресу: <адрес> (т.3 л.д.65-85);

протоколом осмотра предметов от 15 августа 2019 г., согласно которому предметом осмотра являлся смартфон «<...>», в корпусе из полимерных материалов черного цвета (модель: <...>, IMEI 1: №, IMEI 2: №), который был изъят в ходе выемки 13 августа 2019 г. у ФИО1 (т.3 л.д.86-110);

постановлением о признании в качестве вещественных доказательств от 30 августа 2019 года: смартфона «<...>», в корпусе из полимерных материалов золотистого цвета (IMEI 1: №, IMEI 2: №, S/N: №), изъятый в ходе обыска от 13 августа 2019 г. по адресу: <адрес>; смартфона «<...>», в корпусе из полимерных материалов черного цвета (модель: <...>, IMEI 1: №, IMEI 2: №), изъятый в ходе выемки от 13 августа 2019 г. у ФИО1 (т.3 л.д.111-112);

протоколом осмотра предметов от 17 сентября 2019 г., согласно которому осмотрены: два ключа из металла серого цвета соединенные кольцом из металла серого цвета, к которому с помощью кольца из металла серого цвета крепится электронный ключ (связка ключей), фильтрующий мундштук сигареты и фрагмент бумаги темно-желтого цвета, нож длинной 162 мм, изъятые в ходе осмотра места происшествия от 10 августа 2019 г., по адресу: <адрес>; образец мышечной ткани Ш, изъятый в ходе выемки от 14 августа 2019 г. в ГУЗ ТО «БСМЭ» (т.3 л.д.113-132);

постановлением о признании в качестве вещественных доказательств от 17 сентября 2019 г.: двух ключей из металла серого цвета соединенные кольцом из металла серого цвета, к которому с помощью кольца из металла серого цвета крепится электронный ключ (связка ключей); фильтрующего мундштука сигареты и фрагмента бумаги темно-желтого цвета, ножа длинной 162 мм, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>; образца мышечной ткани Ш, изъятый в ходе выемки от 14 августа 2019 г. в ГУЗ ТО «БСМЭ» (т.3 л.д.133-134);

протоколом осмотра предметов от 22 сентября 2019 г., согласно которому осмотрены предметы: насадка (тряпка) для швабры, рабочая часть которой из синтетической ткани голубого цвета; джемпер из трикотажа серого цвета с надписями иностранным текстом и рисунками серого и розового цвета около плечевых швов и в верхней трети передней поверхности слева, брюки из джинсовой ткани темно-синего цвета, с участками более светлого прокрашивания на передней и задней поверхностях, изъятые в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес> (т.3 л.д.138-165);

постановлением о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств от 22 сентября 2019 г.: насадки (тряпки) для швабры, рабочая часть которой из синтетической ткани голубого цвета, джемпера из трикотажа серого цвета с надписями иностранным текстом и рисунками серого и розового цвета около плечевых швов и в верхней трети передней поверхности слева, обнаруженный в рюкзаке, брюк из джинсовой ткани темно-синего цвета, с участками более светлого прокрашивания на передней и задней поверхностях, обнаруженные в рюкзаке, изъятых в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес> (т.3 л.д.166-167);

протоколом осмотра предметов от 7 октября 2019 г., согласно которому осмотрен лоскут кожи с раной, от трупа Ш, полученный в ходе выемки от 14 августа 2019 г. в ГУЗ ТО «БСМЭ» (т.3 л.д.171-174);

протоколом осмотра предметов от 6 октября 2019 года, согласно которому осмотрены следующие предметы: листы формата А4 содержащие детализации телефонных соединений абонентских номеров: №, №, №, за период времени с 20 июля 2019 г. по 9 августа 2019 г. – полученные от операторов мобильной связи по судебному решению; дактилоскопическая карта обвиняемого ФИО1, полученная в ходе получения образцов для сравнительного исследования от 16 августа 2019 г. (т.3 л.д.177-179);

постановлением о признании в качестве вещественных доказательств от 7 октября 2019 г.: лоскута кожи с раной, от трупа Ш, полученного в ходе выемки от 14 августа 2019 г. в ГУЗ ТО «БСМЭ» (т.3 л.д.175-176);

постановлением о признании в качестве вещественных доказательств от 6 октября 2019 г.: листов формата А 4, содержащих детализации телефонных соединений абонентских номеров: №, №, №, за период времени с 20 июля 2019 г. по 9 августа 2019 г. – полученные от операторов мобильной связи по судебному решению; дактилоскопической карты обвиняемого ФИО1, полученной в ходе получения образцов для сравнительного исследования от 16 августа 2019 г. (т.3 л.д.180-181).

Указанные письменные и иные документы не вызывают у суда сомнений в своей достоверности, оснований для признания их недопустимыми доказательствами не имеется.

Выводы экспертиз не вызывают у суда сомнений в своей достоверности. Экспертные заключения выполнены с соблюдением предъявляемых уголовно-процессуальным законом требований, содержат сведения о проведенных исследованиях и примененных методиках, в силу чего какие-либо сомнения в компетентности сделанных выводах отсутствуют. Локализация телесных повреждений, обнаруженных у Ш соответствует установленным по делу обстоятельствам, телесные повреждения по давности соответствуют исследуемым событиям.

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд приходит к убеждению в том, что каждое из них является относимым, допустимым и достоверным, а все представленные обвинением доказательства в совокупности – достаточными для вывода о виновности подсудимого.

Статьей 6 Федерального закона от 12 августа 1995 г. №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» предусмотрено использование в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий видео- и аудиозаписи, кино- и фотосъемки, а также других технических и иных средств.

Оперативно-розыскное мероприятие «Негласная аудиозапись» в отношении ФИО1 проведено 17 августа 2019 г. с соблюдением законодательства. Результаты оперативно-розыскной деятельности представлены следователю в соответствии с требованиями ст.11 Федерального закона от 12 августа 1995 г. №144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Законность рассекречивания и передачи следователю результатов оперативно-розыскной деятельности подтверждается постановлениями начальника отдела полиции «Привокзальный» УМВД России по г.Туле от 2 октября 2019 г. о предоставлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд и о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей.

Результаты оперативно-розыскной деятельности содержат объективную информацию, которая, в совокупности с другими представленными обвинением и исследованными в судебном заседании доказательствами, изобличает подсудимого ФИО1 в совершении вышеуказанного преступления.

Отсутствие носителя с аудизаписью оперативно – розыскного мероприятия «Негласная аудиозапись», который, как следует из сообщения начальника ОП «Привокзальный» А от 29 апреля 2020 г., не возможно предоставить по техническим причинам, не влечет исключение данного доказательства из числа допустимых по делу.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что обвинением представлена достаточная совокупность доказательств, исследованных в судебном заседании, которая в полном объеме дает суду основания для вывода о виновности ФИО1 в совершении преступления при изложенных судом обстоятельствах.

Действия ФИО1 с учетом требований ст.252 УПК РФ, согласно которой судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушает его право на защиту, а также с учетом установленных в судебном заседании обстоятельств и позиции государственного обвинителя, просившего суд о переквалификации действий подсудимого ФИО1 с ч.1 ст.105 УК РФ на ч.4 ст.111 УК РФ, суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Анализируя конкретные обстоятельства совершения ФИО1 данного преступления, суд приходит к выводу, что 3 августа 2019 г., в период времени с 17 часов 00 минут до 22 часов 00 минут, ФИО1 находился в помещении комнаты <адрес>, где у него на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, обусловленных высказанными оскорблениями со стороны Ш, и произошедшего словесного конфликта, возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, во исполнение которого, ФИО1 подверг Ш избиению, наносил удары ногами по туловищу Ш ФИО1, схватив за левую руку Ш в области запястья, развернул кисть, в которой Ш держал нож, при этом лезвие ножа было обращено в сторону тела Ш, последний потерял равновесие и они вместе упали на диван, при этом ФИО1 оказался сверху на Ш, в результате чего нож воткнулся Ш В результате нанесенных ФИО1 повреждений Ш был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни Ш, повлекший по неосторожности его смерть.

Вопреки доводам подсудимого и его защитника оснований для иной квалификации содеянного подсудимым, в том числе по ч.1 ст.109 УК РФ, не имеется.

Состояние алкогольного опьянения у потерпевшего Ш своего подтверждения в материалах дела не нашло, поскольку допрошенная в судебном заседании в качестве эксперта судебно-медицинский эксперт К указала о том, что в мышечной структуре трупа алкоголь не обнаружен.

Суд признает недостоверными показания ФИО1, данные им в судебном заседании в части того, что у них с Ш не было конфликта, что он не видел никаких повреждений от ножа у Ш, кроме пореза на руке когда он пытался отобрать у него нож и они упали, в части того, что крови он не видел у Ш, а утром 4 августа 2019 г. он хотел сделать ему массаж сердца, поскольку его показания в данной части объективного подтверждения не нашли, опровергаются совокупностью исследованных по делу доказательств: показаниями свидетелей и другими материалами дела. Суд расценивает данные показания ФИО1 как избранный им способ защиты с целью избежания уголовной ответственности за содеянное, либо смягчения наказания.

Суд принимает показания ФИО1, данные им в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого и обвиняемого, в ходе проверки показаний на месте в части того, что Ш высказал ему угрозы в нецензурной форме, после чего он снова стал говорить Ш, чтобы тот успокоился, тогда Ш достал нож из тумбочки, которая стояла около кровати и стал пытаться встать с дивана, опираясь на тумбочку, но у Ш это не получилось. Затем Ш, сидя на диване, попытался ударить его ножом, он сидел напротив него в кресле, в тот момент, когда Ш замахивался на него ножом, он успел увернуться. Ш оскорблял его и его родственников, он хотел уйти из квартиры, но Ш встал с кровати и хотел кинуться на него с ножом, нож Ш держал в левой руке, он схватил Ш за левую руку в области запястья и развернул кисть Ш, в которой тот сжимал нож, при этом лезвие ножа было обращено в сторону Ш Ш хотел ударить его правой рукой, но правую руку он тоже схватил. Они стали бороться, он хотел отобрать у Ш нож и отбросить в сторону. Так как у Ш не было стоп, он не удержал равновесие, в результате они упали на диван, он лежал сверху на Ш и понял, что в результате данного падения, нож воткнулся Ш в левую часть груди, примерно где расположено сердце, поскольку данные показания были им даны им спустя непродолжительное время после случившегося, в присутствии защитника, переводчика, они одинаковые, последовательные, существенных противоречий не имеют, подтверждаются показаниями свидетелей, заключениями экспертов и другими материалами дела, а также просмотренной в судебном заседании видеозаписью проверки показаний на месте, где ФИО1 сам рассказывает и показывает обстоятельства произошедшего. При этом ФИО1 указал на область, в которую было причинено ножевое ранение - в область груди Ш, именно в этой области, на которую указал в своих показаниях и в ходе проверки показаний на месте ФИО1 экспертом обнаружено колото-резаное ранение груди на уровне 3-го ребра слева по окологрудинной линии, проникающее в правую плевральную полость на уровне 2-го межреберья справа по окологрудинной линии с повреждением сердца, которое причинено ударным действием колюще-режущего орудия (клинка ножа), причинены прижизненно и по признаку опасности для жизни имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью и повлекли наступление смерти.

Согласно заключению эксперта № от 23 сентября 2019 года на представленном лоскуте кожи трупа Ш имеется колото-резаная рана, причиненная ударным воздействием плоского орудия (клинка ножа), обладающего колюще-режущими свойствами и имеющего обух, лезвие и острие, чем мог быть представленный на экспертизу нож, который был изъят в ходе осмотра места происшествия, и согласно заключению эксперта № от 13 сентября 2019 г. на клинке которого обнаружена кровь Ш

Оценивая показания подсудимого ФИО1 в части обстоятельств причинения ножевого ранения Ш суд также принимает во внимание заключение эксперта №-И от 30 августа 2019 г., согласно выводам которого проникающее колото-резанное ранение грудной клетки на уровне 3-го ребра слева с повреждением сердца могло быть причинено в ситуации, изложенной ФИО1 в ходе проверки показаний на месте.

Показания ФИО1 в этой части на протяжении предварительного и судебного следствия последовательны и объективно ничем не опровергнуты, получены в установленном законом порядке.

Вместе с тем, суд не принимает версию подсудимого ФИО1 о том, что переломы ребер образовались утром 4 августа 2019 г., от механического воздействия на грудную клетку Ш при непрямом массаже сердца, и расценивает данные показания как способ защиты подсудимого в целях избежать ответственности за содеянное. У суда нет оснований доверять показаниям подсудимого ФИО1 в данной части, поскольку они опровергаются представленными в суд доказательствами, поведением подсудимого после совершения преступления, который после нанесения повреждений Ш не принял мер к вывозу скорой медицинской помощи, покинул место происшествия, не сообщив кому-либо о произошедшем.

Данная версия подсудимого опровергается проведенным оперативно-розыскным мероприятием «Негласная аудиозапись» в отношении ФИО1, из которого следует, что ФИО1 сообщает о нанесении сильных ударов ногами по ребрам Ш, сломанных ребрах у последнего.

Кроме того, как следует из заключения эксперта №-И от 30 августа 2019 г. причинение множественных двусторонних переломов ребер и грудины при проведении непрямого массажа сердца маловероятно, указанные повреждения причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти.

Из показаний судебно-медицинского эксперта К, данных ею в судебном заседании следует, что причина смерти Ш не установлена из-за гнилостных изменений трупа. Имеющиеся у Ш две группы повреждений: колото-резаное повреждение груди и множественные переломы ребер имеют критерии тяжкого вреда здоровью, а тяжкий вред здоровью всегда влечет смерть. Смерть могла наступить как от колото-резанной раны с повреждением сердца, так и от множественных двухсторонних переломов ребер с нарушением каркасности грудной клетки, а также от обоих этих групп повреждений в совокупности. Исключила образование колото-резаного повреждения путем самонатыкания на нож, поскольку повреждение причинено ударным действием, а ударное действие всегда бывает с применением силы, которое могло быть причинено, в том числе и в ситуации, изложенной ФИО1 в ходе проверки показаний на месте. Какое- то время после указанных повреждений потерпевший мог жить, но точное время определить невозможно, поскольку клетки распались, но это время исчисляется в часах. Исключила образование обнаруженных переломов ребер при оказании помощи, при непрямом массаже сердца, а также при падении из положения стоя. Причинены ли все повреждения в одно время установить невозможно из-за гнилостных изменений.

Довод ФИО1 о том, что он подвергался избиению сотрудниками полиции ОП «Привокзальный» УМВД России по г.Туле, были проверены, но своего подтверждения не нашли и опровергаются представленными суду материалами: постановлением следователя следственного отдела по Привокзальному району г.Тулы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации Х от 12 мая 2020 г. об отказе в возбуждении уголовного дела, в связи с отсутствием в действиях сотрудников ОП «Привокзальный» УМВД России по г.Туле состава преступления, сообщением начальника ФКУ СИЗО – 1 УФСИН России по Тульской области от 12 мая 2020 г. о том, что по прибытии в учреждение телесных повреждений у ФИО1 не выявлено; справкой начальника филиала «МЧ -7» ФКУЗ МСЧ – 71 ФСИН России о том, что в медицинское учреждение с жалобами на здоровье ФИО1 не обращался; сообщениями заместителя начальника (по охране порядка) УМВД России по г.Туле Н, врио заместителя начальника ОП «Криволученский» УМВД России по г.Туле П, начальника отдела полиции ОП «Привокзальный» А о том, что заявлений и обращений от ФИО1 о применении в отношении него психологического или физического насилия со стороны сотрудников правоохранительных органов, не поступало; сообщением руководителя следственного отдела по Пролетарскому району г.Тулы Щ о том, что ФИО1 в следственный отдел по Пролетарскому району г.Тулы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области не доставлялся, а также показаниями свидетелей ША, У, Р о том, что им ФИО1 не сообщал о том, что к нему применялось какое – либо насилие, на плохое самочувствие в их присутствии он не жаловался.

Утверждение ФИО1 о том, что на предварительном следствии при допросе его в качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке показаний на месте следователи что-то записывали с его слов, а что-то писали сами, он не читал то, что было написано, поскольку поверил своему адвокату, который говорил, что там все нормально и о том, что адвокат сам говорил следователям что писать, не нашел своего подтверждения в судебном заседании и опровергается показаниями свидетелей: старшего следователя отделения по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области У и старшего следователя следственного отдела по Привокзальному району г.Тулы следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Тульской области Р, которые в судебном заседании пояснили о том, что все следственные действия, которые они проводили с ФИО1 проводились в присутствии адвоката и переводчика и все показания он давал сам, они заносились в протоколы с его слов, все разъяснялось ему, если он что- то не понимал, переводилось переводчиком. Он знакомился с занесением его показаний в протокол в присутствии адвоката и переводчика, сам все читал, замечаний ни от кого не поступало. Сами они ничего не дописывали. Со слов адвоката ничего не записывалось, так как это противоречит требованиям УПК РФ.

О преступном умысле, направленном на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни потерпевшего, повлекшего неосторожности смерть Ш также свидетельствует характер, и локализация причинения множественных двусторонних переломов ребер и грудины, способ их причинения.

Доказательств и оснований полагать о том, что ФИО1 в момент совершения преступления находился в состоянии необходимой обороны или при превышении ее пределов, не имеется, поскольку как установлено в судебном заседании погибший являлся инвалидом, с трудом мог передвигаться, и как следует из показаний ФИО1, он не опасался погибшего.

В материалах дела отсутствуют объективные данные, свидетельствующие о том, что поведение и действия Ш ставили под угрозу жизнь ФИО1 и требовали от него принятия несоразмерных мер для пресечения действий последнего.

Причастность других лиц к причинению повреждений Ш, от которых наступила его смерть, – не установлена.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона при расследовании уголовного дела судом не установлено.

Каких-либо данных, свидетельствующих о недопустимости письменных доказательств, изложенных выше, в качестве доказательств, судом не установлено, сторонами таких не названо и не представлено. От сторон каких-либо замечаний и ходатайств по исследованным письменным доказательствам не поступало.

Вменяемость подсудимого ФИО1 у суда сомнений не вызывает, поскольку его поведение в судебном заседании адекватно происходящему. ФИО1 дает обдуманные, последовательные и логично выдержанные ответы на вопросы.

Согласно заключения комиссии экспертов ГУЗ «Тульская областная клиническая психиатрическая больница № им. Н.П. Каменева» от 19 сентября 2019 г. № ФИО1 <...>

Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов нет, учитывая отсутствие у ФИО1 хронических психических расстройств, слабоумия, иных болезненных состояний психики. Поэтому, выводы экспертов суд признает достоверными, и в отношении инкриминируемого ФИО1 деяния считает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за совершенное им преступление.

Также не имеется оснований считать действия подсудимого совершенными в состоянии аффекта.

При назначении наказания подсудимому, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

ФИО1 является <...>

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд признает: в соответствии с п.«г» ч.1 ст.61 УК РФ - наличие малолетнего ребенка, в соответствии с п.«и» ч.1 ст.61 УК РФ – явку с повинной; в соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ аморальное поведение потерпевшего; в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ, суд учитывает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние его здоровья и состояние здоровья его матери, принесение извинений потерпевшему.

В соответствии с п.«а» ч.1 ст.63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1, суд признает рецидив преступлений, предусмотренный ч.1 ст.18 УК РФ.

С учетом характера и обстоятельств преступления, его описания в обвинительном заключении, отсутствием в материалах дела подтверждающих документов нахождения подсудимого в состоянии опьянения и его влияние на поведении последнего, суд не находит оснований для признания в соответствии с ч.1.1 ст.63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

С учетом всех данных о личности подсудимого ФИО1, который <...>, принимая во внимание, что он положительно характеризуется по месту жительства, учитывая состояние его здоровья и состояние здоровья его близкого родственника - матери, учитывая обстоятельства дела, влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, обстоятельства, смягчающие наказание, суд назначает наказание с применением ч.1,2 ст.68 УК РФ и не находит оснований для применения ст.ст.64, 73, ч.3 ст.68 УК РФ так как это не окажет на подсудимого достаточного воспитательного воздействия, не будет отвечать принципу справедливости, целям и задачам уголовного наказания, и считает, что исправление ФИО1 возможно только в условиях изоляции от общества.

Окончательное наказание ФИО1 суд назначает по правилам ч.1 ст.70 УК РФ путем присоединения неотбытой части наказания приговору Привокзального районного суда г.Тулы от 24 января 2019 г., который в соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ исполняется самостоятельно.

Дополнительное наказание в виде ограничения свободы, с учетом личности виновного и положений ч.6 ст.53 УК РФ ФИО1 не назначается.

При назначении ФИО1 вида исправительного учреждения суд руководствуется п.«в» ч.2 ст.58 УК РФ, согласно которой мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве или опасном рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы отбывание лишения свободы назначается в исправительных колониях строгого режима.

При решении вопроса о мере пресечения, суд полагает необходимым ФИО1 до вступления приговора, оставить меру пресечения в виде заключения под стражу.

Гражданский иск по делу не заявлен.

Судьбу вещественных доказательств разрешить в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ.

Руководствуясь ст.ст.303-304, 307-309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В соответствии со ст.70 УК РФ к вновь назначенному ФИО1 наказанию полностью присоединить неотбытую часть наказания по приговору Привокзального районного суда г.Тулы от 24 января 2019 г. и окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком на 9 (девять) лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима и штрафа в размере 6000 (шесть тысяч) рублей, который в соответствии с ч.2 ст.71 УК РФ исполнять самостоятельно.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 14 мая 2020 года. Засчитать в срок наказания время содержания ФИО1 под стражей с учетом задержания с 16 августа 2019 года по день вступления приговора в законную силу в срок лишения свободы, в соответствии с п.«а» ч.3.1 ст.72 УК РФ, с учетом ч.3.3 ст.72 УК РФ (в редакции Федерального закона от 3 июля 2018 г. №186-ФЗ).

До вступления приговора суда в законную силу меру пресечения ФИО1 оставить без изменения в виде заключения под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Тульской области.

Вещественные доказательства: два ключа из металла серого цвета соединенные кольцом из металла серого цвета, к которому с помощью кольца из металла серого цвета крепится электронный ключ (связка ключей), находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Привокзальному району г.Тулы СУ СК России по Тульской области, возвратить потерпевшему ШМ после вступления приговора в законную силу;

фильтрующий мундштук сигареты и фрагмент бумаги темно-желтого цвета, нож длинной 162 мм, насадку (тряпку) для швабры, рабочая часть которой из синтетической ткани голубого цвета, образец мышечной ткани Ш, лоскут кожи с раной от трупа Ш, джемпер из трикотажа серого цвета с надписями иностранным текстом и рисунками серого и розового цвета около плечевых швов и в верхней трети передней поверхности слева, обнаруженный в рюкзаке, брюки из джинсовой ткани темно-синего цвета, с участками более светлого прокрашивания на передней и задней поверхностях, обнаруженные в рюкзаке, находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Привокзальному району г.Тулы СУ СК России по Тульской области, уничтожить после вступления приговора в законную силу;

листы формата А4 содержащие детализации телефонных соединений абонентских номеров: №, №, №, за период времени с 20 июля 2019 года по 9 августа 2019 года, дактилоскопическую карту обвиняемого ФИО1, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Привокзальному району г.Тулы СУ СК России по Тульской области, уничтожить после вступления приговора в законную силу;

смартфон «<...>», в корпусе из полимерных материалов золотистого цвета (IMEI 1: №, IMEI 2: №, S/N: <...>), смартфон «<...>», в корпусе из полимерных материалов черного цвета (модель: <...>, IMEI 1: №, IMEI 2: №), находящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по Привокзальному району г.Тулы СУ СК России по Тульской области, возвратить законному владельцу - ФИО1.

Приговор суда может быть обжалован в течение десяти суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, в судебную коллегию по уголовным делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы или представления через Привокзальный районный суд г.Тулы.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, с использованием системы видеоконференцсвязи.

Председательствующий