Приговор № 1-134/2017 от 1 июня 2017 г. по делу № 1-134/2017

Дело № 1-134/2017


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Чита «2» июня 2017 года

Читинский районный суд Забайкальского края в составе:

Председательствующее помощника прокурора Читинского района Казаковой О.В.

защитника адвоката Бояриновой В.А. представившей удостоверение № ордер №

подсудимого ФИО1

при секретаре Титовой В.С.

рассмотрев в открытом судебном заседании в особом порядке материалы уголовного дела по обвинению:

ФИО1, <данные изъяты>

в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное с применением насилия, организованной преступной группой, при следующих обстоятельствах.

В 2002 году, в целях раздела сфер преступного влияния, получения преступных доходов и консолидации всех преступных элементов под своим покровительством, криминальный лидер У., а также неустановленные следствием лица, занимающие высшее положение в преступной иерархии, так называемые «воры в законе», и представляющие преступные интересы <данные изъяты> криминальное влияние которых было распространено на ряд регионов Российской Федерации, связанные между собой едиными преступными целями и единой преступной идеологией, вступили между собой в преступный сговор, направленный на масштабное расширение своего влияния и криминальное подчинение организованных групп и лиц ведущих криминальный образ жизни на территории Читинской области (Забайкальского края), и на объединение их в преступное сообщество (преступную организацию), в целях получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды от совершения тяжких и особо тяжких преступлений.

У., осуществляя единый с неустановленными лицами преступный план, направленный на создание и реализацию условий, подготовку и организацию объединения самостоятельных организованных групп в преступное сообщество (преступную организацию) на территории Читинской области (Забайкальского края) в 2002-2003 годах, отбывая уголовное наказание в <адрес>) являясь лицом, занимающим высшее положение в преступной иерархии, так называемым «вором в законе», обладая морально-волевыми качествами лидера, действуя согласно занимаемому им криминальному статусу, на территории ИК-5 организовал и провел несколько встреч с лидерами самостоятельных преступных организованных групп, действовавших на территории Читинской области, а также лидерами уголовно-криминальной среды Читинской области (Забайкальского края), «положенцами», то есть лицами, осуществляющих криминальный контроль за деятельностью криминальных элементов на определенной территории (далее «положенцы») Т., осуществляющим криминальный контроль на территории Читинской области и Б., осуществляющим криминальный контроль на территории гор. Читы, а также лицами, ведущими криминальный образ жизни и поддерживающими криминальные традиции, получив от указанных лиц поддержку в объединении всех преступных групп и согласие на верховное руководство ими У.

В 2002 году, в целях оказания помощи У. и взаимодействия с лидерами уголовно-криминальной среды Читинской области, создания условий, направленных на подготовку объединения самостоятельных организованных групп в преступное сообщество (преступную организацию), в целях совершения тяжких и особо тяжких преступлений в г. Читу Читинской области (Забайкальского края) приехал Ш. по прозвищу «Анвер», активный участник воровского клана «Кутаисские», являющийся ближайшим советником У., занимающийся организацией поступления незаконных финансовых потоков, получаемых от преступной деятельности, контролем совершения тяжких и особо тяжких преступлений.

В июне 2003 года, в <адрес> для организации и создания преступного сообщества (преступной организации) прибыли неустановленные следствием лица, которые занимали высшее положение в преступной иерархии, так называемые «воры в законе», и представлявшие преступные интересы <данные изъяты>

В день освобождения У. из мест лишения свободы 10 июня 2003 года, прибывшие неустановленные следствием представители <данные изъяты> а также Ш., в ресторане <адрес>, организовали собрание лидеров организованных групп и наиболее активных лиц, ведущих криминальный образ жизни на территории Читинской области (Забайкальского края), имеющих криминальный авторитет так называемую «воровскую сходку», то есть высший совет криминальных авторитетов, в числе которых были приглашены В. и Г., в ходе которого У., Ш. и неустановленные следствием лица из воровского клана «Кутаисские», от имени так называемого «воровского движения» подтвердили криминальный статус Т. как лидера криминально-уголовной среды Читинской области со статусом «положенца» Читинской области, и криминальный статус Б. как лидера криминально-уголовной среды г. Читы Читинской области - «положенца» города Читы.

Располагая информацией о криминальной обстановке в Читинской области (Забайкальском крае), сложившейся в 2003 году, зная о наличии в Читинской области нескольких организованных преступных групп и преступных сообществ, которые действовали разрозненно и конфликтовали между собой за сферы криминального влияния, с целью консолидации вокруг одного лидера общероссийского масштаба У., лидеры и участники указанных групп, в том числе В. и Г., в целях получения криминального покровительства со стороны лиц, занимающих высшее положение в преступной иерархии, так называемых «воров в законе», приняли предложение У., Ш. и неустановленных следствием лиц из <данные изъяты> и поддержанное Т. и Б. об образовании единого сплоченного преступного сообщества под единым верховным руководством У., признав его главенствующее положение на территории Читинской области (Забайкальского края), а также «положенцев» Т. и Б.

При создании преступного сообщества У., Ш. и неустановленные следствием лица из воровского клана <данные изъяты>» отвели роль высшего руководителя преступной организации (преступного сообщества) У., роль краевых руководителей Т. и Б. и создали иерархическое организационное построение, охватывающее большую часть территории Читинской области и г. Читы, заключавшуюся в назначении лидеров уголовно-криминальной среды в населенных пунктах области, а так же в местах лишения свободы, так называемых «положенцев» и «смотрящих за положением», которым поручили осуществлять руководство структурными подразделениями преступного сообщества (преступной организации), о разделении сфер криминального контроля между различными организованными группами и криминальном взаимодействии между ними, о системе дисциплины участников преступного сообщества (преступной организации), их поощрении и наказании, о вовлечении новых участников в состав преступного сообщества (преступной организации). Кроме того, У. поручил Т. формировать преступную кассу, так называемый «общак», которая складывалась из отчислений от доходов, полученных от криминальной деятельности членов преступного сообщества (преступной организации) и лиц, ведущих криминальный образ жизни и расход денежных средств, в том числе на криминальные нужды и противодействие правоохранительным органам.

Дальнейшее решение комплекса вопросов, по взаимодействию с существующими на территории Читинской области преступными группировками, о разделении между ними сфер криминального контроля и влияния за районами, а также о совместном совершении преступлений У. отвел себе.

Приоритетными задачами, поставленными У., Ш. и неустановленными следствием лицами из воровского клана «Кутаисские» перед лидерами уголовно-криминальной среды Забайкальского края являлось: насаждение криминальной субкультуры среди жителей Читинской области (Забайкальского края), особенно в молодежной среде, в целях их вовлечения в состав организованных групп для совершения преступлений и принятия ими криминальных традиций основанных на безоговорочном подчинении лидерам (путем подмены общечеловеческих (ценностей) понятий долга и обязанностей перед обществом, криминальной идеологией, обеспечивающей полное подчинение молодежи криминальному мышлению и образу жизни), формирование преступной кассы, так называемого «общака», который образовывался из отчислений от доходов, полученных от криминальной деятельности участников преступного сообщества (преступной организации) и лиц ведущих криминальный образ жизни и как следствие расширение криминальных видов деятельности и их активизация.

Выстраивая иерархическую структуру преступного сообщества в целях обеспечения подчинения и контроля за преступной деятельностью лиц ведущих криминальный образ жизни и организованных групп, У., действуя в интересах преступного «воровского клана «Кутаисские» и согласно своему криминальному статусу, занимая высшее положение в преступной иерархии, являясь так называемым «вором в законе», в период июня-июля 2003 года в городе <адрес>, где он проживал совместно с Ш., по адресу: <адрес>, а так же <адрес> провел организационные встречи с лидерами и участниками организованных групп, в которые входили, в том числе Г. и В., осуществляющие свою преступную деятельность на территории <адрес>, в ходе которых назначил «положенцев» за отдельными районами и населенными пунктами Читинской области, поручив им осуществлять контроль за осуществлением преступной деятельности лиц, ведущих криминальный образ жизни и формирование преступной кассы, так называемого «общака», который образовывался из отчислений от доходов, полученных от криминальной деятельности. При этом обязательным условием осуществления преступной деятельности являлось отчисление денежных средств в распоряжение У. в так называемый «воровской общак», которыми последний распоряжался по своему усмотрению. Лидеры и участники организованных преступных групп, в том числе Г. и В., приняли предложение У., тем самым дав согласие на вступление в преступное сообщество (преступную организацию), создаваемое для совершения тяжких и особо тяжких преступлений и участие в нем.

Организационная структура преступного сообщества (преступной организации) отличалась многоступенчатостью и сложностью ее построения и с учетом обстоятельств видоизменялась.

Так самостоятельные организованные группы, преступная деятельность которых распространялась на многие районы Читинской области и г. Читу, признавая руководящую роль У., как лица занимающего высшее положение в преступной иерархии, являющегося так называемым «вором в законе», осуществляли свою деятельность в своих собственных интересах, отчисляя часть своих преступных доходов в «воровской общак» лично У., сохраняя при этом свою внутреннюю структуру и защищая свою криминальные интересы от действий других криминальных структур, признавая роль краевых руководителей Т. и Б..

Т., как «положенец» Читинской области (Забайкальского края) и Б., как «положенец» г. Читы подчинялись непосредственно У. и по его указанию, осуществляли руководство назначенными «положенцами» и «смотрящими» уголовно-криминальной среды в населенных пунктах Читинской области, а так же лицами, ведущими криминальный образ жизни и организованными группами на территории г. Читы, координировали их деятельность и отвечали перед У. за формирование финансовой базы преступного сообщества (преступной организации) и расходованием денежных средств «общака», отчисление денежных средств лично У.

Лица, назначенные «положенцами» или «смотрящими» в населенных пунктах Читинской области осуществляли руководство лицами, ведущими криминальный образ жизни и организованными группами, непосредственно организовывали и планировали совершение преступлений рядовыми участниками преступного сообщества, контролировали результаты преступной деятельности и обеспечивали безопасность сообщества и его структурных подразделений от действий правоохранительных органов и отвечали перед Т., Б. и У. за формирование финансовой базы преступного сообщества (преступной организации) и расходованием денежных средств «общака», отчислением денежных средств лично Т., Б. и У., для этой цели назначая из наиболее активных участников организованных преступных групп, так называемых «Смотрящих за общаком».

Во время отъездов У. в <адрес> и другие регионы России для координации действий с «ворами в законе» «Кутаисского клана», функции координатора деятельности преступного сообщества (преступной организации) на территории Читинской области (Забайкальского края), осуществлял и лично отчитывался перед У. Ш., который имел доверительные отношения с последним, выступая в качестве советника и финансиста.

Преступное сообщество (преступная организация) характеризовалось устойчивостью и сплоченностью, то есть длительным временным периодом существования, совершением множественных преступлений в рамках преступной деятельности, осуществляемой в интересах сообщества, а также психологической общностью, выражавшейся в осознании всеми участниками сообщества внутреннего единства целей функционирования преступного сообщества, своей принадлежности к нему и направленности на совершение тяжких и особо тяжких преступлений как общей цели, стабильности его (ее) состава. Кроме того, сплоченность сообщества подтверждается наличием длительных дружеских и криминальных связей, постоянным общением и взаимодействием участников сообщества друг с другом, как во время осуществления преступной деятельности, так и в свободное время.

Руководители структурных подразделений были объединены умыслом на совершение тяжких и особо тяжких преступлений при осознании ими общих целей преступного сообщества и своей принадлежности к нему, во исполнение чего обеспечивали решение комплекса вопросов, связанных с взаимодействием с существующими в Читинской области (Забайкальском крае) преступными группировками, о разделении сфер криминального контроля за районами Читинской области (Забайкальского края), а также о совместном совершении преступлений для получения прямо и косвенно финансовой и иной материальной выгоды, о системе дисциплины участников преступного сообщества (преступной организации), их поощрении и наказании, о вовлечении новых участников в состав преступного сообщества (преступной организации), на формирование криминального мировоззрения у рядовых участников преступного сообщества (преступной организации), а также о создании единой преступной кассы, так называемого «общака», которая формировалась из доходов, полученных от преступной деятельности.

Преступное сообщество (преступная организация) действовало на основе традиций и обычаев, сложившихся в криминальной среде. Имелись фактическое и формальное распределение ролей, иерархия, выражавшаяся в четкой субординации между участниками сообщества, лидерами преступного сообщества, которые непосредственно организовывали и планировали совершение преступлений рядовыми участниками преступного сообщества, контролировали результаты преступной деятельности и обеспечивали безопасность сообщества и его структурных подразделений, как от действий правоохранительных органов, так и других преступных групп.

Формирование преступного сообщества (преступной организации) как объединения организованных групп, идентифицируемого в общественном сознании жителей региона под общим названием <данные изъяты> руководимой Т. по прозвищу «Тит», Б., по прозвищу «Коля Буглак», Ш. по прозвищу «Анвер» и высшим руководителем «вором в законе» У. по прозвищу «Тахи», с входящими в него активными участниками Г. и В. свидетельствовало о масштабе криминального влияния на общественную жизнь Читинской области (Забайкальского края).

В дальнейшем, в период с 2003 по 2014 год в деятельность преступного сообщества (преступной организации) преступными лидерами У., Ш., Т. и Б. были вовлечены Г., К., Ц., М., Г., Г., М., Г., С., Т., а также другие лица, входящие в структурные подразделения преступного сообщества (преступной организации) и являющимися самостоятельными организованными группами, объединенные общим преступным умыслом, ведущие криминальный образ жизни и придерживающиеся криминальных традиций, обладающих в криминальной среде признанным авторитетом. Указанные лица осознавали свою причастность к преступному сообществу (преступной организации) и безоговорочно признавали руководящую роль У., Ш., Т. и Б.

Г. по прозвищу «Джоник» и Ц. по прозвищу «Бурят» возглавили самостоятельные структурные подразделения преступного сообщества (преступной организации), действовавшие на территории по <адрес> и <адрес>, придерживались строгой иерархии и порядка, установленных У., регулярно отчисляя в «общак» денежные средства, добытые в результате преступной деятельности.

Контролируемым и руководимым Г. и Ц. структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) в составе М., Г., Г., и подчиненными непосредственно им так называемыми «смотрящим» <адрес> М., «смотрящим» <адрес> Г., с участием лиц, входящих в данную организованную группу (структурное подразделение преступного сообщества) и подчиняющихся последним, период с 2008 по 2014 года были совершены тяжкие и особо тяжкие преступления в отношении военнослужащих Российской армии и гражданских лиц на территории <адрес>, регулярно отчисляя в «общак» денежные средства, добытые в результате преступной деятельности

Руководимым Ц. структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) в составе С. и Т. в период с 2012 по 2014 года на территории <адрес> были совершены вымогательства в отношении граждан, занимающихся незаконной добычей золота, с регулярным отчислением в «общак» денежных средств, добытых в результате преступной деятельности.

Участниками преступного сообщества (преступной организации) В. и К., а также лицами, входящими в самостоятельную организованную группу, объединенными общим преступным умыслом, в период с 2003 по 2010 года был совершен ряд имущественных преступлений на территории <адрес>, связанных с хищением автомобилей, принадлежащих жителям <адрес> с дальнейшим требованием от владельцев в качестве выкупа денежных средств, с угрозой в случае невыполнения их требований уничтожением либо реализацией автомобилей третьим лицам. Часть денежных средств, добытых преступным путем, регулярно передавалась В. лично Т. для нужд преступного сообщества (преступной организации) и пополнения «общака».

Организованная группа в составе М., Г., Г., М., Э., Г. и других лиц, как обособленное структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) образовалось не позднее 2004 года в <адрес> при следующих обстоятельствах.

В 2003 году Г. и Г., познакомившись друг с другом в период прохождения военной службы по призыву, после демобилизации остались проживать в <адрес>). Имея склонность к противоправной деятельности, по окончании военной службы на работу не устроились, стали жить по идеологии криминального мира, состояли в разных криминальных группировках, в составе которых они совершали противоправные действия в отношении местного населения и военнослужащих близлежащих воинских частей. В данный период времени, имея навыки рукопашного боя, приобретенные в период воинской службы, которые можно было применить при корыстно-насильственных преступлениях, продолжили заниматься спортом, контактировали с другими спортсменами, а также с лицами, имеющими криминальный авторитет, и ввиду своих физических и личностных данных завоевали определенный авторитет среди указанной категории лиц.

В указанный период времени, в 2003-2004 годах, Г. и Г. познакомились с Г., Ц., М., являющимися активными участниками преступного сообщества (преступной организации), руководимой У..

Не позднее 2004 года Г. и Г., из корыстных побуждений, обладая достаточным авторитетом в криминальной среде Забайкальского края, с целью систематического обеспечения для себя преступным путем высокого уровня материального благосостояния, решили войти в состав преступного сообщества (преступной организации) и стать организаторами создания на достаточно продолжительное время устойчивой организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества) для совместного совершения преступлений на территории Читинской области (Забайкальского края). При этом Г. и Г. решили организовывать в составе организованной устойчивой группы систематическое совершение преступлений против собственности, руководить такой группой, координируя и направляя действия других участников при совершении преступлений.

Придерживаясь «воровского уклада», принятого в преступной среде, Г. и Г. свои действия по созданию обособленной организованной группы преступного сообщества, согласовали с руководителями преступного сообщества (преступной организации) Г. и Ц., которые преследуя цель на увеличение численности преступного сообщества дали свое согласие на образование организованной группы под своим контролем и руководством, отведя роль руководителей данной группы Г. и Г., а также обладающему существенным криминальным авторитетом М.. Г. и Ц. было определено, что организованная группа (структурное подразделение преступного сообщества) будет формироваться по этническому признаку, то есть в группу войдут преимущественно выходцы из республик Кавказа, близкие по своему менталитету, образу жизни и склонные по своим моральным качествам к совершению корыстно-насильственных преступлений. Организованная группа будет иметь особую структуру, так руководство группой будет осуществляться советом руководителей М., Г. и Г., где главенствующая роль была отведена М.. Совет руководителей М., Г. и Г., согласно отведенной им роли, должен самостоятельно подбирать участников организованной группы, определять вид и способы совершения преступлений.

М., Г. и Г. решили, что организованная группа будет специализироваться, существенным образом на вымогательствах, то есть будет незаконно требовать от других лиц передачи чужого имущества под угрозой применения к ним насилия либо уничтожения или повреждения чужого имущества, а равно под угрозой распространения сведений, позорящих потерпевших, в случае необходимости и с применением насилия. Основным направлением преступной деятельности по вымогательству чужого имущества М., Г. и Г. определили совершение преступлений в отношении офицеров Вооруженных Сил Российской Федерации проходящих военную службу в воинских частях, дислоцированных в Забайкальском крае, поскольку у тех по сравнению с местным населением имеется сравнительно более высокий и постоянный доход. Кроме того, совершать вымогательства и в отношении не военнослужащих, используя любую конфликтную ситуацию, о которой им будет известно, либо искусственно созданный участниками организованной группы и лицами, действующими в их интересах конфликт. Для достижения более высокого и стабильного преступного дохода решили совершать и другие имущественные преступления, а именно кражи, мошенничество, грабежи.

М., Г. и Г. обладая определенным авторитетом, не позднее 2004 года стали подбирать и вербовать в создаваемую ими организованную группу в основном выходцев из республик Кавказа, а также спортсменов и хорошо физически развитых лиц, обладающими навыками восточных единоборств, а также лиц, ранее судимых и обладающих криминальным авторитетом. При этом они обещали вовлекаемым в организованную группу лицам, что за участие в преступлениях, они будут получать существенную материальную или иную имущественную выгоду.

Разрабатывая преступный план деятельности организованной группы, М., Г. и Г. для облегчения совершения преступлений решили организовать незаконный сбор информации, которая могла бы скомпрометировать потенциальных потерпевших и явиться надуманным поводом к совершению противоправных действий. В последующем, добыв такую информацию, под угрозой применения насилия или реально применяя физическое насилие, добиваться от них передачи им денег и имущества, в качестве материальной компенсации за совершенный проступок. Кроме того, было решено организовать сбор информации об объектах, откуда возможно было совершить кражи, а также лиц, в отношении которых возможно было совершить мошеннические действия путем обмана и злоупотребления доверием, используя искусственно созданные доверительные отношения. Для достижения преступного результата, при невозможности создать вышеуказанные условия для облегчения совершения преступлений, решили применять любые способы и методы противоправных действий с угрозой применения насилия и с применением насилия. Совершать в отношении данных лиц действия по открытому хищению чужого имущества. Также угрожать повреждением и уничтожением имущества, повреждать и уничтожать имущество, в случае не выполнения требований участников организованной группы.

М., Г. и Г. постоянно вели работу по вовлечению в организованную группу новых участников – спортсменов, имеющих хорошую физическую форму, а также лиц, обладающих связями в криминальной среде, чем расширяли созданную ими организованную группу.

Для придания устойчивых связей между участниками организованной группы М., Г. и Г. отбор членов преступной группы производили, по этническому признаку, в основном из выходцев республик Кавказа, близких по менталитету, по принципам идейной близости, преданности и на основе тесных, доверительных отношений, которые складывались между ними на протяжении длительного времени общения.

Не позднее 2004 года М., Г. и Г. создали устойчивую организованную группу с особой структурой и распределением ролей между её участниками, имеющую достаточно широкие и стабильные связи с другими организованными группами региона и обладающую криминальным авторитетом в преступной среде Читинской области (Забайкальского края). В организованную группу вовлекли лиц, имеющих к данному времени большой криминальный авторитет и склонных к совершению преступлений, а именно М., О. с которыми указанные лица проходили совместную военную службу, а также Э., освободившегося в 2004 году по отбытию наказания из мест лишения свободы, с которым находились в длительных дружеских отношениях и других неустановленных лиц.

С 2004 года руководителями организованной группы (структурным подразделением преступного сообщества) М., Г. и Г. постоянно велся подбор новых участников организованной группы.

В течение 2004-2013 годов руководители организованной группы М., Г. и Г., при разных обстоятельствах вовлекли в состав организованной группы Г., Г., Л., Г., В., М., М., А., Б., К., Д., Г., Ш., Г. и других. При этом М., Г. и Г., предложили названным лицам участвовать в преступной деятельности организованной группы, являющейся структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации), действующего на территории Читинской области (Забайкальского края) и совершать в её составе тяжкие и особо тяжкие преступления, и каждый из этих лиц согласился.

В 2011 году руководители организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества) М., Г. и Г., по согласованию с руководителями преступного сообщества (преступной организации) Г. и Ц., согласно «воровского движения» обозначили территории своего криминального влияния. Так наиболее активным участникам структурного подразделения преступного сообщества (организованной группы) М. и Г. были определены роли так называемых «смотрящих» за <адрес>. То есть, М. и Г. были отведены особо активные роли в преступной группе без права решения ключевых вопросов по организации и совершению преступлений в подконтрольных населенных пунктах с подчиненностью перед руководителями организованной группы, с территориальной дислокацией: М. в <адрес>, Г. в <адрес>. При этом, М. и Г., являясь так называемыми «смотрящими», наряду с Г. и Г., должны были осуществлять подбор новых членов организованной группы, которые по своим моральным качествам были готовы участвовать в преступной деятельности организованной группы.

В 2012 году М., Г. и Г., по рекомендации Г. вовлекли в организованную группу ранее судимого ФИО1, который не имел постоянного заработка, и испытывал финансовые затруднения, предложив ему участвовать в организованной группе, и получили от него соответствующее согласие на длительную преступную деятельность.

В мае 2013 года М., Г. и Г., по рекомендации М. вовлекли в организованную группу ранее судимого Г., который освободился по отбытию наказания из мест лишения свободы и с которым указанные лица находились в дружеских отношениях. Г., преследуя корыстную цель, добровольно согласился участвовать в преступной деятельности организованной группы.

Осенью 2013 года М., Г. и Г., по рекомендации Г. вовлекли в организованную группу Э. и Г.-О., которым была отведена специфическая роль по сбору информации о потенциальных потерпевших, с которыми необходимо было вступить в доверительные отношения и в дальнейшем, при совершении преступления в отношении данных лиц, демонстрируя свое мнимое участие в благоприятном исходе разрешении ситуации для потерпевшего, действуя согласовано с другими участниками организованной группы, похитить чужое имущество путем вымогательства. Э. и Г.-О., предполагая безнаказанность своей преступной деятельности, так как их действия формально выглядели как «помощь» потерпевшим, преследуя корыстную цель, согласились на участие в организованной группе и на выполнение указаний руководителей М., Г. и Г.,

Таким образом, в период не позднее 2004 года по октябрь 2013 года в <адрес> М., Г. и Г., создали организованную группу, являющуюся структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) характеризующейся повышенной общественной опасностью в составе М., Г., О., Э., ФИО1, В., Г., М., Л., Г., М., Э., Г.-О., А., Ш., Б., К., Д., Г., Г. и других, при этом каждый член организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества) сознавал, что они заранее объединились на сравнительно продолжительное время с целью совместного совершения многих преступлений против собственности на территории Читинской области (Забайкальского края).

Для совершения преступлений в составе устойчивой группы М., Г. и Г., как организаторы и руководители группы, разработали не позднее 2004 года следующий типовой (общий для многих вымогательств) план совершения преступлений. Согласно этому плану отдельным членам группы надлежало узнавать сведения о потенциальных потерпевших, которые были вовлечены в конфликтную ситуацию. На основании добытой информации иные участники преступной группы, якобы представляя интересы другой конфликтующей стороны, обратятся к такому потерпевшему с требованием передачи последним денег, то есть чужого имущества, сопровождая требование угрозой применения насилия, либо уничтожением (повреждением) чужого имущества, которые могут причинить существенный вред правам или законным интересам потерпевшего. В случае, если данные угрозы не приведут к положительному результату, то члены организованной преступной группы, используя свое численное превосходство и превосходство в навыках силового воздействия на людей, принудят потерпевшего к передаче денег путем непосредственного применения насилия и подчинив его своей воле, добьются передачи чужого имущества.

Организованная группа (структурное подразделение преступного сообщества) действовала на основе традиций и обычаев, сложившихся в криминальной среде, характеризовалась своей устойчивостью и сплоченностью, которая выражалась в стабильности её состава, дисциплине, основанной на подчиненности участников организованной группы, как руководителям группы, так и руководителям преступного сообщества (преступной организации), наличию согласованности действий между членами группы, в постоянстве форм и методов преступной деятельности, в использовании специальных мер для конспирации, в целеустремленности всех членов организованной группы на достижение общего преступного результата – извлечение материальной выгоды, в продолжительности преступной деятельности, которая длилась с 2004 года по май 2014 года, в течение которого совершено более 52 преступлений, осознанием участников организованной группы единой цели, направленной на постоянное извлечения материальной выгоды от совершения преступлений, для достижения которых она была создана.

В организованной группе были четко распределены роли и установлена субординация между соучастниками преступной группы.

Так, в частности:

М., Г. и Г., являлись руководителями организованной группы, осуществляли общее и согласованное между собой руководство созданной им группой, разрабатывали планы и распределяли обязанности между участниками группы, обеспечивали спланированную, целенаправленную и слаженную деятельность группы, как в целом, так и каждого ее участника в отдельности, подыскивали лиц, объекты преступного посягательства, подбирали участников для конкретного преступления с постановкой четко определенных задач, принимали непосредственное участие в совершаемых преступлениях, участвовали в распределении дохода, полученного в результате совершения преступлений, часть которого передавали «положенцу» Читинской области (Забайкальского края) Т., который формировал и контролировал единую преступную кассу - областной (краевой) «общак» преступного сообщества (преступной организации).

М. и Г. являлись активными участниками организованной группы, так называемыми «смотрящими», без права решения ключевых вопросов по организации и совершению преступлений в подконтрольных населенных пунктах в <адрес> соответственно, с подчиненностью перед руководителями организованной группы, осуществляли контроль за исполнением правил и норм «воровского движения», общий сбор информации по лицам и объектам, в отношении которых возможно совершить преступление, по совершаемым преступлениям в подконтрольных им населенных пунктах, о чем информировали руководителей организованной группы. При непосредственном участии в совершении преступлений, действуя как представители преступного сообщества (преступной организации), имеющие высокий криминальный статус «смотрящего», согласно отведенной им ролью должны были выступать в качестве лиц, способных справедливо разрешить конфликт согласно «понятий» «воровского движения». Кроме того, пропагандируя «воровской» уклад жизни и придерживаясь его, М. и Г. осуществляли действия, направленные на формирование криминального мировоззрения у рядовых участников преступного сообщества (преступной организации), а также о пополнении единой преступной кассы, так называемого «общака», которая формировалась из доходов, полученных от преступной деятельности.

Г., обладая криминальным авторитетом среди участников преступного сообщества (преступной организации) и определенными личностными качествами, осуществлял сбор денежных средств, добытых преступным путем участниками организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), руководимого М., Г. и Г., в так называемый «общак», средства из которого расходовались на обеспечение преступной деятельности организованной группы и финансовое поддержание её участников, в том числе для передачи лицам, содержащимся в учреждениях системы УФСИН России. Часть средств из «общака», Г. отдавал руководителям М., Г. и Г., которые в свою очередь, передавали их «положенцу» Читинской области (Забайкальского края) Т., который формировал и контролировал областной (краевой) «общак» преступного сообщества (преступной организации).

О., Э., ФИО1, В., Г., М., Л., Г., М., Э., Г.-О., А., Ш., Б., К., Д., Г., была отведена роль непосредственных исполнителей преступлений, которые действуя по указанию и под руководством М., Г. и Г., должны были подыскать потенциальных потерпевших и объекты преступного посягательства, а затем, действуя согласно разработанного плана, и распределенных ролей совершать преступные действия, направленные на завладение чужим имуществом.

При совершении каждого преступления М., Г. и Г., лично руководили действиями всех участников организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества).

При координации деятельности между участниками организованной преступной группы М., Г. и Г., соблюдали повышенные меры конспирации. Для общения между собой члены группы использовали мобильные телефоны с сим-картами, зарегистрированные на других лиц, не имеющих к ним отношения, систематически меняли телефонные аппараты и сим-карты к ним.

В целях обеспечения мобильности и подвижности лидеров и участников организованной группы, структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) при совершении конкретных преступлений было решено использовать личный автотранспорт и иные автомобили, которыми участники структурированной преступной группы управляли по доверенностям.

Для координации действий, информирования о месте нахождения, получения своевременного инструктажа, предупреждения об опасности, участники преступного сообщества (преступной организации) использовали мобильные телефоны.

Для решения вопросов преступной деятельности, в том числе и для планирования преступной деятельности, а также личного досуга, участники преступного сообщества (преступной организации) использовали жилые и иные помещения. Так использовались съемные квартиры, а также:

- в <адрес>

<адрес>

<адрес>

Таким образом, не позднее 2004 года М., Г. и Г., создали организованную группу (структурное подразделение преступного сообщества). В период с 2004 года по май 2014 года на территории Читинской области (Забайкальского края) участниками организованной группы, являющейся структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) М., Г., О., Э., ФИО1, В., Г., М., Л., Г., М., Э., Г.-О., А., Ш., Б., К., Д., Г., Г. и другими лицами, под непосредственным руководством организованной группы М., Г., Г. и под прямым общим руководством преступного сообщества (преступной организации) Г. и Ц. совершено более 52 тяжких и особо тяжких преступлений в отношении более 48 потерпевших, которым причинен ущерб на общую сумму более 5 100 000 рублей.

Так, контролируемым и руководимым руководителями преступного сообщества (преступной организации) Г. и Ц. структурным подразделением преступного сообщества (преступной организации) под руководством М., Г. и Г., при непосредственном участии членов преступного сообщества (преступной организации), являющихся участниками организованной группы (структурным подразделением преступного сообщества) Г., Э., Г.-О., ФИО1, руководителей Г. и Г., а также неустановленных лиц совершено особо тяжкое преступление в отношении Л. при следующих обстоятельствах.

В марте 2014 года руководителям организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества (преступной организации) М., Г., Г., а также Г., являющемуся так называемым «смотрящим» за <адрес>, достоверно стало известно о том, что военнослужащий контрактной службы воинской части, дислоцирующийся в <адрес> края Л. с 2010 года не выполняет их требования о ежемесячной выплате денежных средств в так называемый «общак», то есть криминальную кассу взаимопомощи участников преступного сообщества, решили данную ситуацию использовать как повод для совершения вымогательства в отношении Л. При этом, разработали план совершения преступления и распределили роли.

Так, с целью создания благоприятных для себя условий совершения преступления и численного превосходства, что создало бы дополнительное психологическое давление на потерпевшего и окончательно убедило его выполнить требования участников структурированной организованной группы, М., Г., Г., Г., для совершения преступления привлекли участников организованной группы Э., ФИО1, Ш., С., которые дали свое согласие на участие в вымогательстве чужого имущества, тем самым вступили с указанными лицами в преступный сговор.

Э., согласно отведенной ему ролью, на предстоящей встрече, действуя в интересах участников организованной группы, должен был представлять интересы Л., тем самым создавая мнимую защиту потерпевшего.

Г., Г., Ш., С., Г. и ФИО1 действуя согласно разработанного плана и в интересах организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), угрожая применением насилия, а в случае необходимости с применением насилия, должны выдвинуть в адрес Л., требования о передачи им денежных средств.

С целью конспирации, не желая быть застигнутыми на месте совершения преступления третьими лицами и исключая, таким образом, появление нежелательных свидетелей, преступление решили совершить в помещении кафе «Спорт-бар» расположенного по адресу: <адрес>, для чего поручили Э., работающему в указанном кафе, исключить появление в на месте преступления посторонних лиц.

26 марта 2014 года Э. по указанию Г. и Г. позвонил Л., которому сообщил о необходимости его прибытия 26 марта 2014 года в 21 час в <адрес>, для встречи с Г. и Г. Л., осознавая, что встречу ему назначили лица, относящиеся к организованному преступному формированию и обладающие криминальным авторитетом, вынуждено прибыл в назначенное место, где находились Г., Г., Э., Ш., С., Г. и ФИО1

В спорт-баре, Г., действуя из корыстных побуждений, согласно отведенной ему ролью и в интересах преступного сообщества, осознавая общественно опасный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда и желая их наступления, предъявил Л. претензии о том, что тот с декабря 2010 года не передает деньги в «общак», то есть в кассу взаимопомощи криминальной среды. Г., ФИО1 и С., исполняя ранее отведенную им роль, поддержали требования Г. и стали угрожать Л., заявив, что все присутствующие в помещении кафе участники организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), применят к нему физическое насилие, если он не согласиться сдавать деньги на «общак», тем самым высказали угрозы применения насилия. Для подтверждения высказанных угроз С., нанес Л. один удар кулаком по лицу, чем причинил сильную физическую боль и нравственные страдания.

Г. и Ш., действуя совместно и согласовано, в составе организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), добиваясь общей корыстной преступной цели, желая сломить волю потерпевшего к сопротивлению нанесли Л. удары по лицу и по телу не менее трех ударов кулаками и ногами.

Г., продолжая добиваться общей преступной цели, выдвинул Л. требование передачи чужого имущества, а именно потребовал от него безвозмездной передачи денег в сумме 200 000 рублей. После чего Г., желая сломить волю Л. к сопротивлению, схватил его за одежду, насильно вывел из-за стола, и действуя совместно, и согласованно с Ш. нанес Л. множественные (не менее двух) удары кулаками и ногами по его лицу и телу, причиняя тем самым сильную физическую боль и принуждая последнего согласиться с требованием передачи им денег.

После этого Г., продолжая применять насилие к Л., ногой нанес удар по ногам последнего, вследствие чего тот упал и ударился о пол. Продолжая свои совместные преступные действия, Г., Ш., Г., действуя совместно и согласованно нанесли лежащему на полу Л. множественные удары по телу руками и ногами. При этом, каждый из них нанес Л. не менее четырех таких ударов. Затем Г. нанес металлическим стулом не менее двух ударов по спине и не менее двух ударов по ноге Л., чем причинил последнему сильную физическую боль и нравственные страдания.

При этом, ФИО1 и Г., выполняя отведенную им роль в совершаемом преступлении, действуя совместно с другими участниками преступления, преследуя единую корыстную цель, своим присутствием создавали видимость численного и физического превосходства над Л., что также оказывало на последнего психологическое воздействие, способствовало его принуждению к выполнению незаконных требований передачи денежных средств.

Г., следуя общей преступной цели, повторил Л. незаконные требование о передаче в течение 10 дней членам организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), денежных средств в сумме 200 000 рублей. Для окончательного подавления воли потерпевшего к сопротивлению и выполнению их незаконных требований Г. нанес Л. один удар кулаком по лицу, чем причинил ему сильную физическую боль.

Э., действуя по ранее отведенной ему роли, подошел к Л. и стал убеждать в том, что лучше передать деньги участникам организованной группы (структурного подразделения преступного сообщества), аргументируя свое мнение тем, что в отношении Л. может быть продолжено применение насилия.

Л., осознавая, что совместные действия Г., Г., Ш., С., Г., Э. и ФИО1 носят крайне агрессивный характер, будучи морально подавленным, опасаясь повторного применения физического насилия со стороны участников организованной группы, согласился с предъявленным требованием и пообещал в ближайшее время передать им деньги в сумме 200 000 рублей, после чего ему позволили уйти с места преступления.

Впоследствии Л. деньги участникам организованной группы не передал, вследствие того, что обратился в правоохранительные органы, которыми была пресечена преступная деятельность указанных лиц.

Заместителем прокурора Ингодинского района 05 июля 2014 г. на стадии предварительного расследования с обвиняемым ФИО1 заключено досудебное соглашение о сотрудничестве и вынесено представление об особом порядке про ведения судебного заседания и вынесения судебного решения.

В судебном заседании государственный обвинитель старший прокурора Читинского района Казакова О.В. подтвердила содействие подсудимого ФИО1 следствию, которое выразилось в полном объеме пояснения обстоятельств совершенных преступлений, активном способствовании раскрытию преступлений, изобличении других участников преступлений, участии во всех следственных действиях, организованных следователем.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 пояснил, что обвинение ему понятно, с предъявленным обвинением согласен полностью, вину в предъявленном обвинении признает, согласен на рассмотрение уголовного дела без проведения судебного разбирательства при особом порядке принятия решения, решение о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве сделано добровольно после консультации с защитником. Подсудимый понимает в чем состоит существо особого порядка принятия судебного решения по делу и с какими именно материально-правовыми процессуальными последствиями сопряжено использование данного порядка: с отказом от исследования каких бы- то ни было доказательств; с постановлением обвинительного приговора. Кроме того, пояснил, что досудебное соглашение о сотрудничестве было заключено им добровольно, при участии защитника. Условия досудебного соглашения о сотрудничестве им были выполнены в полном объеме. Ему разъяснено положение ст. 317.8 УПК РФ, согласно которому, если после назначения наказания будет обнаружено, что он умышленно сообщил ложные сведения или умышленно скрыть от следствия какие-либо существенные сведения, то приговор подлежит пересмотру в порядке, установленном разделом 15 УПК РФ.

Адвокат Бояринова В.А. подтвердила заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, полное выполнение его условий ФИО1, так же то, что проконсультировал подзащитного о том, в чём заключается сущность особого порядка принятия судебного решения.

Таким образом, судом установлено, что подсудимым ФИО1 соблюдены все условия и выполнены все обязательства, предусмотренные заключенным с ним досудебным соглашением о сотрудничестве, которое было заключено им добровольно и при участии защитника, что подтверждено государственным обвинителем, самим ФИО1.

Государственный обвинитель - заместитель прокурора Читинского района старший помощник Казакова О.В. полагает возможным постановление приговора без проведения судебного разбирательства, поскольку уголовное дело поступило в суд с представлением прокурора об особом порядке проведения судебного заседания и вынесения судебного решения в связи с заключенным досудебным соглашением о сотрудничестве и с ходатайством подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, которое он поддержал в судебном заседании. Подтвердил активное содействие подсудимого Лескова следствию в раскрытии и расследовании преступления, изобличении других участников преступления.

Потерпевший Л., согласно письменного заявления, не возражает против рассмотрения дела в особом порядке судопроизводства, порядок и последствия постановления приговора без проведения судебного разбирательства им разъяснены.

При согласии участников процесса суд, рассмотрев данное дело в особом порядке, установил, что ФИО1 своими умышленными действиями совершил участие в преступном сообществе (преступной организации), кроме того, в составе преступного сообщества (преступной организации), являясь его участником, совершил вымогательство, то есть требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершенное в крупном размере, организованной группой.

Суд квалифицирует действия подсудимого по п. «а» ч.3 ст. 163 УК РФ.

При назначении вида и размера наказания подсудимому суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного - подсудимый ФИО1 совершил особо тяжкое преступление, предусмотренное п. «а» ч.3 ст. 163 УК РФ.

Кроме того, суд учитывает данные, характеризующие личность подсудимого: ФИО1 ранее судим, на учетах в психоневрологическом и наркологическом диспансерах не состоит, характеризуется положительно.

Оснований для изменения категории преступлений на менее тяжкие в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, с учетом фактических обстоятельств совершенных преступлений и степени их общественной опасности суд не усматривает.

Обстоятельствами, смягчающими наказание, суд признает признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию группового преступления, изобличение других соучастников преступления, состояние здоровья, нпаличе заболеваний, подтвержденные медицинскими документами

Обстоятельством, отягчающим наказание ФИО1 суд признает особо опасный рецидив преступления, поскольку ФИО1 ранее был осужден за особо тяжкое преступление к реальному лишению свободы, вновь совершил особо тяжкие преступление.

Совокупность таких смягчающих наказание обстоятельств, как активное способствование раскрытию и расследованию группового преступления, изобличение других соучастников преступления, суд признает исключительным обстоятельством, и на основании ч. 1 ст. 64 УК РФ назначает наказание ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 163 УК РФ ниже низшего предела, предусмотренного санкциями вышеуказанных статей.

Ввиду нецелесообразности суд не назначает подсудимому ФИО1 дополнительное наказание, в виде штрафа и ограничения свободы.

На основании ст. 58 ч. 1 п. «г» УК РФ суд назначает подсудимому ФИО1 вид исправительного учреждения - колонию особого режима, так как он совершил преступление, предусмотренное п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ при особо опасном рецидиве, ранее отбывал лишение свободы.

Руководствуясь ст.ст. 307-309, 316, 317.7 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать виновным ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст. 163 УК РФ и назначить наказание в виде 2 лет лишения свободы без штрафа и ограничения свободы.

На основании ч. 5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить 3 года 6 месяцев лишения свободы без штрафа, с ограничением свободы сроком на 1 год, установив следующие ограничения: не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования, где осужденный будет про живать после отбывания лишения свободы, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы, а так же возложить на осужденного обязанность являться в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы 1 раз в месяц для регистрации.

Наказание отбывать в исправительной колонии особого режима.

Срок к отбытию наказания исчислять с 23 мая 2017 года.

Зачесть в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 25 апреля 2014

по 22 мая 2017 года

Процессуальные издержки, связанные с оплатой труда адвокатов отнести за счет федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Читинский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения, с соблюдением требований ст. 317 УПК РФ, приговор не может быть обжалован по мотиву несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Судья Кулакова К.Л.