Апелляционное определение № 33-1109/2026 от 7 мая 2026 г.

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено

8 мая 2026 г.

Судья Пронина Е.А.

№ 33-1109-2026УИД 51RS0006-01-2025-002084-61

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Мурманск

29 апреля 2026 г.

Судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда в составе:

председательствующего

Морозовой И.Ю.

судей

ФИО1 ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-78/2026 по иску ФИО4 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Мурманской области о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, о возложении обязанности назначить страховую пенсию,

по апелляционной жалобе Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Мурманской области на решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 4 февраля 2026 г.

Заслушав доклад судьи Морозовой И.Ю., судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

установила:

ФИО4 к. обратилась в суд с иском к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Мурманской области (далее – ОСФР по Мурманской области) о включении периодов работы в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера, о возложении обязанности назначить страховую пенсию.

В обоснование заявленных требований указано, что решением ОСФР по Мурманской области от 8 октября 2025 г. № * ей было отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» по причине отсутствия требуемого страхового стажа.

Из подсчета страхового стажа исключены периоды ухода за детьми Н Р.Ф.о, _ _ года рождения, Н Р.Ф.к., _ _ года рождения, н Р.Ф.о., _ _ года рождения, поскольку дети рождены и воспитывались в Республике Азербайджан, а международный договор (соглашение) в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Республикой Азербайджан отсутствует.

Кроме того, период работы истца с 31 января 2025 г. по 4 октября 2025 г. не принят в подсчет страхового стажа и стажа работы в районах Крайнего Севера, так как не подтвержден сведениями индивидуального персонифицированного учета.

Истец полагала решение пенсионного органа необоснованным.

Уточнив заявленные требования, истец просила признать за ней право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», возложить на ОСФР по Мурманской области обязанность включить в страховой стаж периоды ухода за детьми с _ _ по _ _ ., с _ _ по _ _ , с _ _ по _ _ ., включить в страховой стаж и стаж работы в районах Крайнего Севера период трудовой деятельности в обществе с ограниченной ответственностью (далее – ООО) «Фабрика здоровой еды» с 31 января 2025 г. по 4 октября 2025 г., назначить страховую пенсию по старости с 6 октября 2025 г.

Судом постановлено решение, которым исковые требования ФИО4 к. удовлетворены.

За ФИО4 к. признано право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», с включением ФИО4 к. в страховой стаж периодов ухода за детьми с _ _ . по _ _ ., с _ _ г. по _ _ г., с _ _ г. по _ _ г., а также в стаж работы в районах Крайнего Севера периода работы с 31 января 2025г. по 4 октября 2025 г. (за исключением периода с 14 июля 2025 г. по 27 июля 2025 г.).

На ОСФР по Мурманской области возложена обязанность назначить ФИО4 к. страховую пенсию по старости с 6 октября 2025 г

В апелляционной жалобе представитель ответчика ОСФР по Мурманской области ФИО5 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении исковых требований ФИО4 к.

В обоснование жалобы приводит доводы, аналогичные изложенным в возражениях на иск, и указывает, что ввиду отсутствия международного договора (соглашение) в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой периоды ухода за детьми Н Р.Ф.о. _ _ года рождения, Н Р.Ф.к. _ _ года рождения, Н Р.Ф.о., _ _ г.р. не могут быть приняты к зачету в страховой стаж, так как дети рождены и воспитывались на территории Республики Азербайджан.

Обращает внимание, что поскольку ФИО4 не подтвержден факт проживания (работы) на 31 декабря 2001 г. на территории Российской Федерации, то право на пенсию может быть рассмотрено либо с учетом поэтапного применения норм пенсионного законодательства, либо в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В возражениях на апелляционную жалобе представитель истца ФИО6 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика – без удовлетворения.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились истец ФИО4 к. и ее представитель ФИО6, представитель ответчика ОСФР по Мурманской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в том числе с учетом положений статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, поскольку их неявка в силу части 3 статьи 167 и части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием к разбирательству дела.

В соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражений относительно жалобы.

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (часть 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения постановленного решения.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Согласно части 1 статьи 2 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Федеральный закон № 400-ФЗ) законодательство Российской Федерации о страховых пенсиях состоит из названного федерального закона, Федерального закона от 16 июля 1999 г. № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования», Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», Федерального закона от 1 апреля 1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования», других федеральных законов.

В сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации (часть 3 статьи 2 Федерального закона № 400-ФЗ). В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Согласно части 1 статьи 4 Федерального закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных этим федеральным законом.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют лица, достигшие возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) (часть 1 статьи 8 Федерального закона № 400-ФЗ).

В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

В статье 12 Федерального закона № 400-ФЗ приведен перечень иных периодов, засчитываемых в страховой стаж наравне с периодами работы и (или) иной деятельности, которые предусмотрены статьей 11 данного закона, в том числе, период ухода одного из родителей за каждым ребенком до достижения им возраста полутора лет (пункт 3 части 1).

Согласно части 2 статьи 12 Федерального закона № 400-ФЗ периоды, предусмотренные частью 1 настоящей статьи, засчитываются в страховой стаж в том случае, если им предшествовали и (или) за ними следовали периоды работы и (или) иной деятельности (независимо от их продолжительности), указанные в статье 11 настоящего Федерального закона.

В силу части 3 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии.

Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (часть 4 статьи 30 Федерального закона № 400-ФЗ).

Из приведенных нормативных положений следует, что право на страховую пенсию по старости имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при наличии определенных условий, в числе которых страховой стаж, то есть суммарная продолжительность периодов работы и (или) иной деятельности, в течение которых уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации, а также иных периодов, засчитываемых в страховой стаж.

Порядок включения в страховой стаж периодов работы за пределами территории Российской Федерации закреплены в части 2 статьи 11 Федерального закона № 400-ФЗ, согласно которой периоды работы и (или) иной деятельности, выполнявшиеся лицами, указанными в части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, за пределами территории Российской Федерации, включаются в страховой стаж в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации или международными договорами Российской Федерации, либо в случае уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации».

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО4 к., _ _ года рождения, зарегистрирована в системе обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования 7 декабря 2018 г.

ФИО4 к. является матерью троих детей: Н Р.Ф.о., _ _ года рождения, Н Р.Ф.к., _ _ года рождения, Н Р.Ф.о., _ _ года рождения, родившихся в *** Азербайджанской ССР.

Из архивной справки Государственного Архива Кедабекского района Администрации Кедабекского района Управления Национального Архива Азербайджанской Республики от 21 октября 2021 г. установлено, что ФИО4 к. работала в бывшем колхозе имени Азизбеков, заработала трудовые дни за 1982, 1983 года.

В период с 2021 по 2025 года ФИО4 к. неоднократно обращалась с заявлениями о назначении страховой пенсии по старости, по всем обращениям решениями ОСФР по Мурманской области ей было отказано в назначении страховой пенсии по старости.

По обращению от 23 июля 2024 г. решением ОСФР по Мурманской области № * от 20 сентября 2024 г. ФИО4 к. отказано в установлении страховой пенсии по старости в виду отсутствия необходимой продолжительности страхового стажа. Решением, вынесенным во изменение решения № *, стаж откорректирован в соответствии с нормами действующего пенсионного законодательства, исключены периоды ухода за детьми.

5 октября 2025 г. ФИО4 к. вновь обратилась в ОСФР Мурманской области с заявлением о назначении страховой пенсии по старости.

Решением ОСФР по Мурманской области от 8 октября 2025 г. № * по заявлению от 5 октября 2025 г. ФИО4 к. также отказано в назначении страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ, в связи с отсутствием требуемого страхового стажа.

По данным пенсионного органа, продолжительность страхового стажа ФИО4 к. учтенного по 30 января 2025 г. составляет 05 лет 10 месяцев 19 дней, при требуемом не менее 9 лет; величина индивидуального пенсионного коэффициента - 22,712, при требуемой не менее 13,8.

Кроме того, указано, что поскольку ФИО4 к. не подтвержден факт проживания (работы) на 31 декабря 2001 г. на территории Российской Федерации, право на пенсию может быть рассмотрено с учетом поэтапного применения норм пенсионного законодательства (в соответствии с частью 8 статьи 13 Федерального закона № 400-ФЗ).

Ввиду отсутствия международного договора (соглашения) в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой спорные периоды ухода за детьми с _ _ г. по _ _ г., с _ _ г. по _ _ г., с _ _ г. по _ _ г., не приняты пенсионным органом к зачету в страховой стаж, так как дети рождены и воспитывались на территории Республики Азербайджан.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь приведенными положениями Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», нормами пенсионного законодательства СССР, действовавшего в спорные периоды, регламентирующего зачет отпусков по уходу за ребенком в общий и непрерывный стаж, а также распоряжением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 г. № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств – республик бывшего СССР», оценив собранные по делу доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что приобретенное истцом на основе ранее действующего законодательства право включения в общий трудовой стаж отпуска по уходу за ребенком до полутора лет, с учетом включения в страховой (трудовой) стаж лиц, прибывших в Российскую Федерацию из государств-республик бывшего СССР, не заключивших соглашения с Российской Федерацией, периодов, имевших место в СССР до 1 января 1991 г., пришел к выводу, что периоды нахождения ФИО4 к в отпуске по уходу за детьми с _ _ г. по _ _ г., с _ _ г. по *** г., с _ _ г. по _ _ г. подлежат включению в стаж, дающий право на пенсию независимо от времени обращения за назначением пенсии и времени возникновения права на назначение пенсии по старости.

Выводы суда в решении мотивированы, соответствуют установленным обстоятельствам дела и требованиям закона, оснований считать их неправильными, вопреки доводам апелляционной жалобы, у судебной коллегии не имеется.

Повторяемые доводы апелляционной жалобы об отсутствии между Российской Федерацией и Республикой Азербайджан договора в сфере пенсионного обеспечения, и, как следствие, отсутствии оснований для включения в страховой стаж спорных периодов ухода за детьми подлежат отклонению.

В силу части 3 статьи 2 Федерального закона № 400-ФЗ в сфере пенсионного обеспечения применяются общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации. В случае, если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные данным Федеральным законом, применяются правила международного договора Российской Федерации.

Российская Федерация и Азербайджанская Республика являются государствами - участниками Содружества Независимых Государств.

Договор в области пенсионного обеспечения между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой не заключался.

В соответствии с пунктом 8 распоряжения Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 22 июня 2004 г. № 99р «О некоторых вопросах осуществления пенсионного обеспечения лиц, прибывших на место жительства в Российскую Федерацию из государств - республик бывшего СССР», для определения права на трудовую пенсию по старости, в том числе досрочную трудовую пенсию по старости лицам, прибывшим из государств - республик бывшего СССР, не заключивших соглашения с Российской Федерацией (Азербайджан, Латвия, Эстония), учитывается страховой (трудовой) стаж, исчисленный с учетом периодов работы в СССР до 1 января 1991 г., независимо от уплаты страховых взносов. Периоды работы и иные периоды, к которым может быть отнесен также и отпуск по уходу за ребенком, после указанной даты включаются в страховой стаж при условии уплаты страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которую следует рассматривать во взаимосвязи со статьей 123 Конституции Российской Федерации и статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляет принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В материалы дела представлена архивная справка Государственного архива Кедабекского района администрации Кедабекского района Управления Национального архива Азербайджанской Республики (перевод с азербайджанского языка на русский язык), согласно которой ФИО4 к. в 1982, 1983 годах работала в бывшем колхозе имени Азизобекова, в связи с чем суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что со стороны истца представлены доказательства осуществления трудовой деятельности, предшествующей отпуску по уходу за ребенком до достижения им полутора лет.

При этом, судом учтено, что в соответствии с пунктом 2 Постановления Совета Министров СССР и ВЦСПС от 22 августа 1989 г. № 677 «Об увеличении продолжительности отпусков женщинам, имеющим малолетних детей» с 1 декабря 1989 г. повсеместно продолжительность дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком была увеличена до достижения им возраста трех лет. Указанный дополнительный отпуск подлежал зачету в общий и непрерывный стаж, а также в стаж работы по специальности.

Позднее, Законом СССР от 22 мая 1990 г. № 1501-1 «О внесении изменений и дополнений в некоторые законодательные акты СССР по вопросам, касающимся женщин, семьи и детства», были внесены изменения в Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о труде; статья 71 Основ была изложена в новой редакции и предусматривала предоставление женщине частично оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста полутора лет и дополнительного отпуска без сохранения заработной платы по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет.

Таким образом, является верным вывод суда первой инстанции о том, что спорные периоды, имевшие место на территории республики бывшего СССР – Азербайджане до 1 января 1991 г., подлежат включению в страховой стаж независимо от уплаты страховых взносов.

Повторяемые в апелляционной жалобе доводы ОСФР по Мурманской области являлись предметом проверки судом первой инстанции и были обоснованно отклонены по приведенным выше основаниям, поскольку основаны на ошибочном толковании норм материального права.

Соглашаясь с выводами суда, судебная коллегия также учитывает, что в постановлении от 27 апреля 2026 г. № 28-П Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание, что в силу статьи 6 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждый гражданин России обладает на ее территории всеми правами и свободами и несет равные обязанности, предусмотренные Конституцией Российской Федерации. Осуществление комплекса специальных мер, предусмотренных и реализуемых в российском правопорядке для интеграции в российское общество соотечественников, особенно граждан бывшего Союза ССР, переезжающих на постоянное жительство в Россию, тем более предполагает их возможность рассчитывать, согласно статье 67.1 часть 1 Конституции Российской Федерации, на справедливое, единообразное, понятное и последовательное действие в их отношении российских законов и правоприменительных практик, на их равное (в той мере, в какой этому не препятствуют особенности конкретных правоотношений) положение в сравнении с гражданами России, принадлежащими к ее юрисдикции с рождения.

Конституционный Суд Российской Федерации отметил недопустимость нарушения принципа равенства при реализации права на социальное обеспечение (статья 19, части 1 и 2; статья 39 части 1 и 2 Конституции Российской Федерации), а именно чтобы многодетные матери, являющиеся гражданками Российской Федерации, ставились в разное положение исключительно в зависимости от места рождения детей, которые на момент обращения их матери за назначением страховой пенсии по старости также являются гражданами Российской Федерации, притом что такой критерий дифференциации условий пенсионного обеспечения этой категории граждан законом прямо не предусмотрен.

Также Конституционный Суд Российской Федерации обратил внимание на вытекающие из конституционных предписаний приоритеты государственной политики, направленной на улучшение демографической ситуации в стране и социальную поддержку многодетных семей, а также содействие интеграции в российское общество соотечественников - граждан бывшего Союза ССР, переезжающих на постоянное жительство в Российскую Федерацию, путем в том числе предоставления им после приобретения гражданства Российской Федерации вытекающих из этого статуса прав, включая права в сфере пенсионного обеспечения.

Решение суда в части возложения на ОСФР по Мурманской области обязанности включить в стаж работы в районах Крайнего Севера период работы истца с 31 января 2025 г. по 4 октября 2025 г. (за исключением периода с 14 июля 2025 г. по 27 июля 2025 г.) сторонами не обжалуется, в связи с чем в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского кодекса Российской Федерации в указанной части решение суда предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Принимая решение о возложении обязанности на ОСФР по Мурманской области назначить ФИО4 к. страховую пенсию по старости с 6 октября 2025 г. в пределах заявленных исковых требований с учетом положений части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции руководствовался статьей 22 Федерального закона №400-ФЗ и справочным расчетом пенсионного органа, отраженным в сообщении от 29 января 2026 г. № *, согласно которому при включении спорных периодов ухода за детьми в страховой стаж работы истца, а также периода работы в ООО «Фабрика здоровой еды СПБ», право на назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ возникнет у ФИО4 к с указанной даты.

Пенсионным органом в справке приведено, что продолжительность страхового стажа для определения права на страховую пенсию по старости в соответствии со статьей 8 Федерального закона № 400-ФЗ составит для ФИО4 к., достигшей возраста 55 лет, 9 лет 08 месяцев 03 дня при требуемом не менее 9 лет, величина индивидуального пенсионного коэффициента ФИО4 составит 22.712 при требуемом не менее 13,8.

При таком положении вывод суда о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части назначения страховой пенсии по старости является правильным.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы не могут являться основанием к отмене или изменению судебного решения, поскольку не опровергают выводов суда, а повторяют правовую позицию стороны ответчика, выраженную в суде первой инстанции, исследованную судом и нашедшую верное отражение в решении суда.

Иных правовых доводов, которые в силу закона могли бы повлечь отмену решения суда, ссылок на обстоятельства, требующие дополнительной проверки, апелляционная жалоба не содержит.

Нарушений судом норм процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации являются безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, не усматривается.

С учетом изложенного решение суда является законным и обоснованным, отмене либо изменению по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь статьями 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Мурманского областного суда

определила:

решение Мончегорского городского суда Мурманской области от 4 февраля 2026 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Мурманской области – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи