Решение № 2-3468/2024 2-521/2025 2-521/2025(2-3468/2024;)~М-3573/2024 М-3573/2024 от 30 ноября 2025 г. по делу № 2-3468/2024

УИД: 31RS0022-01-2024-006015-29 № 2-521/2025


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

26 ноября 2025 года гор. Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи Василенко В.В.,

при секретаре Лодяной Ю.А.,

с участием истца, его представителя ФИО11, представителя ООО «АТП 131» – ФИО12, представителя ФИО13 – ФИО14, прокурора Рыбниковой Н.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО15 (<данные изъяты>) к ФИО13 (<данные изъяты>), ООО «АТП 131» (<данные изъяты>) о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО15 обратился в суд с иском, в котором просил взыскать солидарно с ООО «АТП 131» и ФИО13 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб., причиненного в результате гибели в ДТП от ДД.ММ.ГГГГ жены ФИО1.

ДД.ММ.ГГГГ произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ООО «АТП 131», но под управлением ФИО16, автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего и находящегося под управлением ФИО13, и автомобиля <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО1

В результате ДТП водитель ФИО1 скончалась на месте ДТП. По данному факту было возбуждено уголовное дело № №.

Производство по данному уголовному делу приостановлено на основании постановления Яковлевского районного суда Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ (дело № №), поскольку ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

В судебном заседании истец и его представитель ФИО11 поддержали исковые требования.

Ответчик ФИО13 в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Обеспечил участие в деле своего представителя.

Представители ответчиков возражали против удовлетворения иска.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО16 в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд, выслушав доводы сторон, исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, заслушав заключение прокурора, полагавшего, что исковое заявление подлежит частичному удовлетворению, приходит к следующему выводу.

В судебном заседании установлено, что <адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО16, автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО13 и автомобиля <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО1

В результате ДТП водитель ФИО1 скончалась на месте ДТП. По данному факту было возбуждено уголовное дело № №

Производство по данному уголовному делу приостановлено на основании постановления Яковлевского районного суда Белгородской области от ДД.ММ.ГГГГ (дело № №), поскольку <данные изъяты> ФИО16 ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>

Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 г. № 1 определено, что установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, фототаблицы, схемы места ДТП следует, что в имевшем место <адрес> дорожно-транспортном происшествии принимало участие три участника.

В силу абз. 2 п. 3 ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» от 26.01.2010 № 1, вред владельцам источников повышенной опасности, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее:

а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным;

б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается;

в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого;

г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.

В п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 № 33 указано, что моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.

Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных статьей 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (статьи 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).

С учетом приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации факт наличия или отсутствия вины каждого из участников дорожного движения в дорожно-транспортном происшествии является обстоятельством, имеющим юридическое значение для правильного разрешения спора о возмещении вреда, причиненного в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам. При наличии вины обоих владельцев транспортных средств размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого из них.

В момент ДТП ФИО17 являлась владельцем источника повышенной опасности.

В рамках расследования уголовного дела № № дважды назначались автотехнические экспертизы, производство которых поручалось экспертам ФИО2.

Судом в ходе рассмотрения настоящего гражданского дела также назначалась судебная техническая экспертиза механизма ДТП, к выполнению которой привлекался эксперт ФИО3

Из заключений эксперта ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № №, от ДД.ММ.ГГГГ № № и эксперта ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ № № следует, что перед столкновением автомобиль <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО16 двигался по <адрес> по правой крайней полосе, автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО13 двигался в том же направлении по крайней левой полосе, совершая опережение автомобиля <данные изъяты>. В это же время автомобиль <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО1 двигался по <адрес> по левой крайней полосе во встречном направлении первым двум автомобилям.

На <адрес> водитель автомобиля <данные изъяты>, не убедившись в безопасности своего маневра, приступил к выполнению маневра перестроения с правой полосы на левую, чем создал помеху для движения автомобиля <данные изъяты> и вступил с ним в контакт.

В момент первичного столкновения первоначальный контакт происходил между передней частью боковой стороны кузова автомобиля <данные изъяты> и центральной частью левой стороны контейнерного пространства автомобиля <данные изъяты>. Место контакта этих автомобилей находится на полосе движения автомобиля <данные изъяты> (на левой полосе) в направлении движения в сторону <адрес>

В результате контакта и действия неодолимой силы со стороны автомобиля <данные изъяты>, автомобиль <данные изъяты> сместился влево, совершив выезд на полосу, предназначенную для движения во встречном направлении, по которой перемещался автомобиль <данные изъяты>, с которым автомобиль <данные изъяты> вступил во вторичный контакт.

В момент вторичного столкновения первоначальный контакт происходил между левой частью передней стороны кузова автомобиля <данные изъяты> и левой частью передней стороны автомобиля <данные изъяты>. Место контакта данных автомобилей располагалось на полосе движения автомобиля <данные изъяты> (левая полоса в направлении движения в сторону <адрес>).

Оба эксперта, проводившие свои исследования, пришли к выводу, что водители автомобилей <данные изъяты> и <данные изъяты> не располагали технической возможностью предотвратить столкновение путем применения экстренного торможения с остановкой автомобиля до места столкновения.

Эксперт ФИО3, исходя из проведенного расчета работ по перемещению транспортных средств на этапе первичного сближения, пришел к выводу, что работа по перемещению автомобиля <данные изъяты> значительно превышает работу, необходимую на смещение автомобиля <данные изъяты>, а следовательно, выезд автомобиля <данные изъяты> на полосу встречного движения произошел в результате воздействия на него превосходящего по массе автомобиля <данные изъяты>, совершившего перестроение на полосу движения автомобиля под управлением ФИО13

Выводы эксперта ФИО3. о причине выезда автомобиля <данные изъяты> на полосу встречного движения подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО4, видеозаписью <данные изъяты> с видеорегистратора автомобиля, двигавшегося в попутном направлении с автомобилем <данные изъяты>.

В п. 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090 (далее – ПДД РФ), закреплено, что участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (п. 1.5 ПДД РФ).

В соответствии с п. 8.1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.

В силу п. 8.4 ПДД РФ при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа.

На дорогах с двусторонним движением, имеющих четыре или более полосы, запрещается выезжать для обгона или объезда на полосу, предназначенную для встречного движения. На таких дорогах повороты налево или развороты могут выполняться на перекрестках и в других местах, где это не запрещено Правилами, знаками и (или) разметкой (п. 9.2 ПДД РФ).

В п. 10.1 ПДД РФ закреплено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

С учетом изложенного выше суд приходит к выводу, что смерть ФИО1 наступила в результате нарушения водителем ФИО16 <данные изъяты> ПДД РФ. В действиях других участников ДТП от ДД.ММ.ГГГГ не усматривается нарушения Правил дорожного движения, повлекшего смерть водителя <данные изъяты>.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов и т.п.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Автомобиль <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>, на момент ДТП от ДД.ММ.ГГГГ находился в собственности ООО «АТП 131», что усматривается из свидетельства о регистрации серии <данные изъяты> № № от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО16 на основании трудового договора № № с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с ООО «АТП 131», занимая должность <данные изъяты>. Трудовые отношения сторон прекращены ДД.ММ.ГГГГ.

Юридическое лицо либо гражданин в силу ст. 1068 ГК РФ возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

В материалы дел также представлен договор № № аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ООО «АТП 131» (арендодатель) передает во временное владение и пользование ФИО16 (арендатору) принадлежащее на праве собственности транспортное средство: <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>. Данный договор заключался на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Договором аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ было предусмотрено, что ответственность за вред, причиненный третьим лицам, арендуемым транспортным средством несет арендатор (п. 5.2).

Верховный Суд РФ в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» указал, что при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (ст. 632 и 640 ГК РФ). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (ст. 642 и 648 ГК РФ).

Из содержания прав и обязанностей сторон договора аренды транспортного средства от 01.03.2023 следует, что данный вид соглашения является договором аренды транспортного средства без экипажа (ст. 642 ГК РФ).

ФИО16 в рамках производства по уголовному делу № № первоначально допрашивался в качестве свидетеля, в ходе этого допроса ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 184) он пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ работал в ООО «АТП 131» в должности <данные изъяты>. В его трудовые обязанности входило: <данные изъяты>. Обществу принадлежит грузовой автомобиль <данные изъяты>, регистрационный знак <данные изъяты>. Данный автомобиль по договору аренды транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ был передан ему в личное пользование. На указанном автомобиле он выполнял как служебные обязанности, так и какие-нибудь личные грузоперевозки в иных транспортных компаниях, в период, когда трудовые обязанности не выполнял.

ДД.ММ.ГГГГ механик ООО «АТП 131» проверил техническое состояние автомобиля и, не обнаружив каких-либо технических неисправностей, сделал соответствующую отметку в путевом листе. После чего, он прошел медицинский осмотр, о чем свидетельствует отметка в путевом листе. В тот день он чувствовал себя хорошо, не уставшим, алкогольные напитки и наркотические средства не употреблял.

Так, ДД.ММ.ГГГГ он, управляя вышеуказанным технически исправным автомобилем, двигался по автодороге <адрес>. Двигался он от <адрес>, где загрузил <данные изъяты>, которое должен был отвезти в <адрес> в ФИО5. В кузове автомобиля был груз – <данные изъяты>.

В п. 4.1 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № № закреплено, что работнику ФИО16 <данные изъяты>

С учетом показаний ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу, что он в момент ДТП от ДД.ММ.ГГГГ исполнял свои трудовые обязанности в рамках трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ. Данный вывод обосновывается тем, что ДД.ММ.ГГГГ являлось рабочим днем согласно производственному календарю, ДТП произошло в рабочее время - <данные изъяты> час. Работник перевозил <данные изъяты>, что входит в его должностные обязанности по должности <данные изъяты>. Перед поездкой он прошел технический и медицинский осмотры, получил путевой лист.

ООО «АТП 131» не представило суду доказательств, опровергающих вышеуказанные выводы, несмотря на неоднократные предложения со стороны суда.

При таких обстоятельствах именно ООО «АТП 131» как работодатель обязано возместить вред, причиненный его работником ФИО16 при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО15 являлся <данные изъяты> ФИО1, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии <данные изъяты> № № от ДД.ММ.ГГГГ. У умершей имелись также <данные изъяты>: ФИО6 и ФИО7 (т. 1 л.д. 216), <данные изъяты> ФИО8 (т. 2 л.д. 10).

Пунктом 1 статьи 150 ГК РФ определено, что жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (п. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» от 15.11.2022 № 33 разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из норм Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положений статей 150, 151 ГК РФ, разъяснений вышеуказанного Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

В результате действий ФИО16 истцу причинены нравственные и физические страдания в связи с нарушением принадлежащих ему нематериальных благ, перенесенными именно им нравственными и физическими страданиями вследствие смерти его <данные изъяты> ФИО1, то есть нарушением неимущественного права члена семьи на родственные и семейные связи.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1).

Исходя из характера причиненных ФИО15 нравственных страданий, вызванных переживаниями и потерей близкого родственника, принципов разумности и справедливости, наличия у иных близких родственников ФИО1 права на компенсацию вреда, а также вины ФИО16 в наступившей смерти в форме неосторожности, суд считает обоснованным и соразмерным степени нравственных страданий истца размер компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб. В материалы дела не представлено достаточного количества доказательств для возможности взыскания компенсации морального вреда в заявленном в иске размере.

Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Расходы ФИО15 на представителя в размере <данные изъяты> руб. подтверждаются соглашениями об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и квитанциями к приходному кассовому ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя принимаются во внимание: относимость расходов по делу; объем и сложность выполненной работы; время, которое мог бы затратить на подготовку материалов квалифицированный специалист; сложившаяся в данном регионе стоимость на сходные услуги с учетом квалификации лиц, оказывающих услуги; имеющиеся сведения статистических органов о ценах на рынке юридических услуг; продолжительность рассмотрения дела; другие обстоятельства, свидетельствующие о разумности данных расходов.

Разумность расходов на оплату услуг представителя должна быть обоснована стороной, требующей возмещения указанных расходов.

Исходя из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2004 г. № 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым – на реализацию требований ст. 17 (ч. 3) Конституции РФ.

Из материалов дела следует, что интересы истца представлял на основании ордера ФИО11

Представитель принимал участие при подготовке дела ДД.ММ.ГГГГ, в предварительных судебных заседаниях ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в судебных заседаниях суда первой инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, в судебных заседаниях суда апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, готовил исковое заявление, частные жалобы.

При определении объемов юридической помощи суд учитывает, что представитель поддерживал заявленные требования к двум ответчикам. При этом требования к ФИО13 признаны необоснованными.

С учетом сложности рассматриваемого гражданского дела, времени участия представителя в судебных заседаниях, цен на рынке юридических услуг, объема и сложности оказанной юридической помощи, критерия разумности, частичного удовлетворения исковых требований, возражений ответчиков, суд приходит к выводу, что заявленный ко взысканию размер судебных расходов на оплату услуг представителя подлежит снижению до <данные изъяты> руб.

В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Определением Свердловского районного суда г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначалась судебная экспертиза, расходы по проведению которой возлагались на ООО «АТП 131».

ООО «АТП 131» внесло на счет ФИО9 за производство экспертизы <данные изъяты> руб., что подтверждается платежным поручением от ДД.ММ.ГГГГ № №.

Стоимость проведенной судебной экспертизы составляет <данные изъяты> руб., что усматривается из счета на оплату ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ № №.

Расходы на экспертизу были необходимы для установления наличия или отсутствия вины участников ДТП от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем они подлежат оплате за счет надлежащего ответчика.

ООО «АТП 131» обязано выплатить ФИО10 за проведение судебной экспертизы денежные средства в размере <данные изъяты> руб.

Издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации (ч. 1 ст. 103 ГПК РФ).

ООО «АТП 131» на основании положений ст. 103 ГПК РФ обязан выплатить государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере <данные изъяты> руб. по требованию о компенсации морального вреда, которое было заявлено истцом.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО15 (<данные изъяты>) к ФИО13 (<данные изъяты>), ООО «АТП 131» (<данные изъяты>) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «АТП 131» в пользу ФИО15 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.; судебные расходы в виде оплаты услуг представителя в размере <данные изъяты> руб.

В остальной части исковых требований ФИО15 отказать.

Обязать ООО «АТП 131» выплатить государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ «Город Белгород» в размере <данные изъяты> руб.

Обязать ООО «АТП 131» оплатить ФИО10 (<данные изъяты>) проведение судебной экспертизы в размере <данные изъяты> руб.

Решение может быть обжаловано в Белгородский областной суд через Свердловский районный суд города Белгорода в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы.

Судья – подпись.

Мотивированное решение изготовлено 01.12.2025.