Апелляционное постановление № 22-2413/2025 22-8/2026 от 14 января 2026 г.

Председательствующий по делу Дело № 22-8-2026 (22-2413-2025)

судья Бальжинимаев Б.Б.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Чита 15 января 2026 г.

Забайкальский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Климовой Е.М.,

при секретаре судебного заседания Савлуке М.С.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Забайкальского края Дашабальжировой И.С.,

адвокатов Малкова А.В., Жоржолиани Б.В.,

осужденного ФИО1,

потерпевшего ФИО2,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление и.о. прокурора <адрес> Садовникова И.А. на приговор <данные изъяты> от 17 марта 2025 года, которым

ФИО3, родившийся <Дата> в <адрес>, не судимый,

- осужден по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году лишения свободы, по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 2 года 6 месяцев лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 2 года с возложением в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ следующих обязанностей: встать по месту жительства на учет в специализированном государственном органе, осуществляющем контроль за поведением условно осужденных, не менять места жительства без предварительного уведомления указанного специализированного государственного органа, один раз в месяц проходить регистрацию в указанном специализированном государственном органе в установленные эти органом дни,

ФИО4, родившийся <Дата> в <адрес>, не судимый,

- осужден по ч. 1 ст. 119 УК РФ к 1 году лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 1 год с возложением в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ следующих обязанностей: встать по месту жительства на учет в специализированном государственном органе, осуществляющем контроль за поведением условно осужденных, не менять места жительства без предварительного уведомления указанного специализированного государственного органа, один раз в месяц проходить регистрацию в указанном специализированном государственном органе в установленные эти органом дни.

По гражданскому иску в счет компенсации морального вреда в пользу потерпевшего БГЦТ с ФИО3 взыскано 100 000 рублей, с ФИО4 - 20 000 рублей,

Исковое заявление потерпевшего БГЦТ к ФИО3 и ФИО4 о взыскании расходов на восстановление здоровья оставлено без рассмотрения. Признано за потерпевшим БГЦТ право на удовлетворение иска к ФИО3 и ФИО4 о взыскании расходов на восстановление здоровья, и вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Также приговором разрешена судьба вещественных доказательств и вопрос о процессуальных издержках.

Апелляционная жалоба осужденным ФИО3 до начала судебного заседания апелляционной инстанции отозвана.

Заслушав доклад судьи Климовой Е.М., выслушав выступление прокурора Дашабальжировой И.С., осужденного ФИО1, адвокатов Малкова А.В. и Жоржолиани Б.В., потерпевшего БГЦТ по доводам апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО3 и ФИО4 осуждены за угрозу убийством в адрес БГЦТ при наличии у потерпевшего оснований опасаться осуществления этой угрозы.

Кроме того, ФИО3 осужден за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступления совершены осужденными при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении и.о. прокурора <адрес> Садовников И.А., не оспаривая доказанность вины ФИО3 и ФИО4, а также квалификацию их действий, считает приговор подлежащим изменению в сторону ухудшения положения осужденных в связи с неправильным применением уголовного закона, поскольку суд при назначении наказания осужденным по обоим преступлениям учел в качестве смягчающих обстоятельств несовершеннолетие виновного, наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, тогда как ФИО3 и ФИО4 на момент совершения преступления давно достигли возраста совершеннолетия, вину они не признали, в содеянном не раскаялись, с заявлением о явке с повинной не обращались, раскрытию и расследованию преступлений не способствовали и не принимали действий к изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений, а малолетний ребенок имеется на иждивении только у ФИО3. Просит приговор изменить, исключить из приговора указание о признании смягчающими наказание обстоятельствами несовершеннолетие виновного, наличие малолетнего ребенка, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, назначить ФИО3 по ч. 1 ст. 119 УК РФ 1 год 1 месяц лишения свободы, по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ - 2 года 1 месяц лишения свободы, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ окончательно назначить ФИО3 наказание в виде лишения свободы на срок 2 года 7 месяцев, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 2 года 1 месяц с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ. Назначить ФИО4 наказание по ч. 1 ст. 119 УК РФ 1 год 1 месяц лишения свободы, на основании ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком в 1 год с возложением обязанностей в соответствии с ч. 5 ст. 73 УК РФ. В остальной части приговор оставить без изменения.

Изучив материалы уголовного дела и доводы апелляционного представления, выслушав мнение участников судебного заседания, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Выводы о виновности ФИО3 и ФИО4 в преступлениях, за которые они осуждены, соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным судом, и основаны на исследованных в судебном заседании доказательствах, приведенных и надлежаще оцененных в приговоре в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 88 УПК РФ.

Несмотря на занятую осужденными позицию, их виновность установлена показаниями потерпевшего ФИО2, который, как на протяжении предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства, настаивал на том, что травма в области левого глаза, повлекшая средней тяжести вред здоровью, получена им в результате действий ФИО3, а высказанные ФИО3 и ФИО4

Б.Ц. его адрес угрозы убийством были восприняты им реально.

Как пояснил БЦГТ, 5 декабря 2023 года после совместного распития спиртного в здании убойного цеха ООО «<данные изъяты>», когда он и ФИО3 в ходе возникшего конфликта вышли на улицу, последний с силой схватил его за шею и высказал в его адрес угрозу убийством. Пытаясь прекратить противоправные действия ФИО3, он стал отталкивать его от себя и при этом наклонился к нему головой, однако никаких ударов не наносил. В этот момент на улицу с палкой в руках выбежал ФИО4, схватил его сзади за шею и уронил на землю. Когда он и ФИО4 оказались на земле, ФИО5 деревянной палкой не менее 3 раз ударил его по ногам, после чего подошел ближе к его голове и ударил палкой в область левого глаза. От этого удара он на какое-то время потерял сознание. Когда пришел в себя, увидел свет фар подъезжавшей автомашины, поднялся с земли и стал заходить в здание убойного цеха. В этот момент ФИО3 с силой ударил его палкой в область левой височной области, от чего у него пошла кровь. Зайдя в сторожевую комнату убойного цеха, он почувствовал, что его самочувствие ухудшается (у него начала болеть голова, ему было тяжело стоять) и присел на диван. В этом помещении ФИО3 и ФИО4, отключив камеру видеонаблюдения, нанесли ему еще не менее 10 ударов деревянными палками по голове, при этом кричали, что убьют его. Кроме того, когда он лежал на полу, кто-то из них достаточной силы удар нанес ему в область лопатки. Высказанные в его адрес ФИО3 и ФИО4 угрозы убийством он воспринял реально, опасаясь за свою жизнь и здоровье, так как вели они себя агрессивно, использовали при его избиении деревянные палки.

Не доверять уличающим показаниям потерпевшего БЦГТ у суда оснований не имелось, поскольку они стабильны и последовательны, подтверждены при их проверке с выходом на место происшествия, на очных ставках с осужденными, согласуются с другими представленными по делу доказательствами и противоречий, которые могут быть истолкованы в пользу осужденных и повлиять на выводы суда, не содержат.

Объективных данных, указывающих на то, что потерпевший оговаривает ФИО3 и ФИО4, по материалам дела также не установлено.

Кроме показаний потерпевшего БЦГТ виновность ФИО3 и ФИО4 нашла объективное подтверждение:

- показаниями свидетеля ЛАВ о том, что ночью 5 декабря 2023 года он находился на суточном дежурстве в убойном цехе ООО <данные изъяты>, куда вечером сначала приехал БЦГТ, а позднее АБЭ., ФИО3 и ФИО4 Все они проследовали на кухню, где стали распивать спиртное. Также вместе с ними спиртное распивал ФИО6 Сначала там все было спокойно, никакого шума не доносилось. Однако ночью на улице рядом со зданием убойного цеха он видел борьбу между ФИО4 и ФИО6 и, зайдя на кухню, сказал об этом БЦГТ и ФИО3 Затем около 3 часов ночи, когда он ходил в котельную, то увидел, как ФИО3 и ФИО4 заходили в сторожевую комнату с палками. Заходить в это помещение он не стал, так как, судя по звукам, там происходила драка, и он боялся, что его тоже могут побить. Слышал, как БЦГТ кричал от боли, в связи с чем позвонил НБЗ и попросил его вызвать сотрудников полиции. Крики из сторожевой комнаты доносились до самого их приезда. Когда приехали сотрудники полиции, видел, что у БЦГТ разбита голова,

- показаниями свидетеля НБЗ о том, что ночью 5 декабря 2023 года ЛАВ по телефону сообщил ему о драке, происходившей на территории убойного цеха ООО «<данные изъяты> с участием БЦГТ и он вызвал сотрудников полиции. На следующий день видел БЦГТ на работе избитым, с синяками, о том, что случилось, его не расспрашивал,

- показаниями свидетелей ДМЭ ЧЭЖ ЧЖЦ о том, что ночью 5 декабря 2023 года они по вызову выезжали в убойный цех ООО «<данные изъяты>», где происходила драка, отбирали объяснения от ее участников, отвезли на медицинское освидетельствование БЦГТ потому что у него была рана на голове и следы крови на лице. БЦГТ пояснил, что били его вдвоем ФИО3 и ФИО4, упоминал при этом про палку. У ФИО3 и ФИО4 видимых телесных повреждений не было,

- заключением ситуационной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 166/24 от 25 июля 2024 года (т. 2 л.д. 149-160), согласно выводам которой у БГЦТ имелись: а) рвано-ушибленная рана волосистой части головы, б) подкожная гематома мягких тканей левой лопатки, в теменной области слева - подапоневротическая гематома (кровоизлияние) размером 27х7 мм, которые носят характер тупой травмы и могли образоваться в результате травматического воздействия тупого твердого предмета (предметов), не отобразивших своих индивидуальных свойств в повреждениях, как от удара (ударов) таковым (таковыми), так и при ударе о таковой (таковые), не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и по этому признаку квалифицируются как повреждения, не причинившие вреда здоровью, в) оскольчатый перелом нижней стенки левой орбиты со смещением отломков в полость верхнечелюстной пазухи, перелом латеральных передних клеток решетчатого лабиринта, посттравматическая грыжа орбитальной клетчатки в верхнечелюстную пазуху слева, эмфизема мягких тканей скулоорбитальной, височной области слева, параорбитальная гематома левого глаза. Данные телесные повреждения носят характер тупой травмы и могли образоваться в результате травматического воздействия тупого твердого предмета (предметов), как от удара таковым (таковыми), так и при ударе (ударах) о таковой (таковые), повлекли за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью, г) горизонтальный разрыв заднего рога медиального мениска левого коленного сустава. Данное телесное повреждение носит характер тупой травмы, могло образоваться как в результате прямого ударного воздействия тупого твердого предмета, так и в результате ротационного действия - вращения на опорной (поврежденной) ноге, повлекло за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицируются как повреждение, причинившее средней тяжести вред здоровью. Исходя из количества вышеописанных телесных повреждений, количества ударов, от которых могли образоваться данные телесные повреждения, было не менее четырех.

Также виновность ФИО3 и ФИО4 установлена показаниями свидетелей БББ АБЭ МСМ сведениями, содержащимися в протоколах осмотра места происшествия, осмотра предметов, осмотра видеозаписей из убойного цеха ООО «<данные изъяты>», выводами криминалистической экспертизы видеозаписей, другими письменными и вещественными доказательствами, имеющимися в материалах дела.

Все эти доказательства суд оценил в соответствии с требованиями ст. ст. 17, 87, 88 УПК РФ, а в своей совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Причин не доверять положенным в основу приговора доказательствам у суда не было, нарушений уголовно-процессуального закона при их собирании и закреплении не допущено.

Таким образом, проанализировав и оценив все представленные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу о доказанности виновности ФИО3 и ФИО4 в совершении преступлений и дал их действиям правильную юридическую оценку.

Вместе с тем, из осуждения ФИО3 по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить причинение потерпевшему БЦГТ телесного повреждения в виде горизонтального разрыва заднего рога медиального мениска левого коленного сустава, поскольку, как пояснил в судебном заседании апелляционной инстанции после просмотра видеозаписи с места происшествия врач-травматолог-ортопед ГКА входивший в состав комиссии экспертов при проведении ситуационной судебно-медицинской экспертизы, указанная травма вероятнее всего была получена потерпевшим в результате ротационного действия, а именно, при падении на землю (которое имело место не от действий ФИО3), получение же данной травмы в результате ударов палкой, нанесенных ФИО3 по ногам БЦГТ в тот момент, когда он уже лежал на земле, по мнению эксперта ГКА маловероятно.

Учитывая изложенное, суд апелляционной инстанции в соответствии с положениями ст. 14 УПК РФ полагает, что все неустранимые сомнения в данной части следует истолковать в пользу ФИО3 и внести в обжалуемый приговор соответствующие изменения.

В то же время исключение из объема обвинения у ФИО3 факта причинения потерпевшему горизонтального разрыва заднего рога медиального мениска левого коленного сустава не ставит под сомнение обоснованность его осуждения по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, поскольку совокупностью представленных и исследованных в судебном заседании достоверно установлено, что ФИО3 в ходе возникшего конфликта на почве личных неприязненных отношений, используя в качестве оружия деревянную палку, умышленно нанес БЦГТ не менее 1 удара по лицу, причинив оскольчатый перелом нижней стенки левой орбиты со смещением отломков в полость верхнечелюстной пазухи, перелом латеральных передних клеток решетчатого лабиринта, посттравматическую грыжу орбитальной клетчатки в верхнечелюстную пазуху слева, эмфизему мягких тканей скулоорбитальной, височной области слева, параорбитальную гематому левого глаза, и эти телесные повреждения, как и горизонтальный разрыв заднего рога медиального мениска левого коленного сустава, также повлекли за собой длительное расстройство здоровья на срок более трех недель и по этому признаку квалифицируются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью.

Что касается в этой части ссылок стороны защиты на заключение криминалистической экспертизы по видеозаписям от 19 февраля 2025 года № 68\4-1-25, в соответствии с которым на представленной на исследование видеозаписи не зафиксировано нанесение ФИО3 удара палкой по голове БГЦТ то, по мнению суда апелляционной инстанции, они не могут свидетельствовать о невиновности ФИО3, поскольку, как установлено при просмотре в судебном заседании данной видеозаписи, она не содержит отражения всех действий ФИО3 в момент инкриминируемых ему событий.

В частности, просмотр в судебном заседании данной видеозаписи пока-

зал, что после нанесения ФИО3 ударов по ногам лежавших на земле БГЦТ и ФИО4 силуэты всех участников данного конфликта были освещены фарами подъезжавшей к этому месту автомашины, и как именно в этот момент развивались события с участием ФИО3, ФИО4 и БГЦТ каковыми были в этот момент их действия, на видеозаписи не видно, поскольку они сокрыты под большим белым пятном.

Между тем, как настаивал потерпевший БГЦТ в момент нанесения ему удара палкой в область левого глаза он четко видел над собой лицо ФИО3, и именно после этого удара он почувствовал сильную боль в области левого глаза и даже кратковременно потерял сознание, когда же пришел в себя, был ослеплен светом фар подъехавшей автомашины, и не доверять показаниям потерпевшего, как уже было указано ранее, у суда оснований не имеется.

Кроме того, показания потерпевшего БГЦТ относительно механизма образования имевшейся у него травмы в области левого глаза объективно подтверждаются заключением ситуационной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 166/24 от 25 июля 2024 года (т. 2 л.д. 149-160), согласно выводам которой не исключается образование данных телесных повреждений в результате травматического воздействия тупого твердого предмета (предметов), в том числе и от удара таковым (таковыми), а потому доводы стороны защиты о возможном их получении в результате произведенного самим потерпевшим удара головой в голову ФИО3, равно как и при самостоятельном падении, не могут быть признаны обоснованными.

Таким образом, предложенные стороной защиты суждения относительно недостаточности доказательств виновности ФИО3 в инкриминированных преступлениях являются лишь ее собственным мнением, противоречащим совокупности представленных доказательств, и оснований для иной оценки этих доказательств, равно как и неполноты предварительного и судебного следствия, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Каких-либо иных доводов, способных повлиять на выводы суда о виновности ФИО3 и ФИО4 в инкриминированных преступлениях, но неучтенных или учтенных судом в недостаточной степени, стороной защиты в судебном заседании апелляционной инстанции не приведено.

Нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом при рассмотрении уголовного дела не допущено.

При назначении наказания судом в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ учтены характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности осужденных, имеющиеся у них смягчающие и отягчающие обстоятельства, влияние наказания на их исправление и на условия жизни их семей.

В качестве смягчающих обстоятельств у ФИО3 и ФИО4 справедливо приняты наличие малолетних и несовершеннолетних детей, положительные характеристики, кроме того, у ФИО4 - участие сына в специальной военной операции.

Иных смягчающих обстоятельств, подлежащих учету при назначении наказания, в том числе исключительных, дающих основание для применения ст. 64 УК РФ, у ФИО3 и ФИО4 не установлено и по материалам дела не усматривается.

Решение суда о признании отягчающим обстоятельством у ФИО3 и ФИО4 совершения преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в приговоре мотивировано, и признать его неправильным у суда апелляционной инстанции, вопреки утверждению защиты, оснований также не имеется.

В свою очередь, наличие отягчающего обстоятельства исключило возможность применения к ФИО3 по ч. 2 ст. 112 УК РФ правил ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Таким образом, с учетом всех приведенных обстоятельств суд апелляционной инстанции не может не согласиться с выводами суда о назначении ФИО3 и ФИО4 наказания в виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ, поскольку оно в полной мере соответствует содеянному, данным о личности осужденных, целям наказания, установленным ст. 43 УК РФ. Выводы в этой части судом надлежаще мотивированы, и причин признать их неправильными, а назначенное наказание несправедливым и чрезмерно суровым, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, с учетом уменьшения объема обвинения подлежит снижению срок наказания, назначенного ФИО3 по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ.

Помимо этого, соглашаясь с доводами апелляционного представления, суд апелляционной инстанции исключает из приговора указание суда на несовершеннолетие виновного, явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления, поскольку ни к ФИО3, ни к ФИО4, эти обстоятельства не относятся: ФИО3 на момент совершения преступлений исполнилось 42 года, ФИО4 - 59 лет, при этом каких-либо активных действий, свидетельствующих о способствовании раскрытию и расследованию преступлений, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступлений, они не совершали, с явками с повинной в правоохранительные органы также не обращались, что, однако, вопреки доводам апелляционного представления, не влечет усиления осужденным наказания, поскольку в качестве смягчающих вышеуказанные обстоятельства у них не признавались.

Также суд апелляционной инстанции исключает из описательно-мотивировочной части приговора, как ошибочное, указание о том, что причиненная потерпевшему БГЦТ рвано-ушибленная рана волосистой части головы повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья на срок более 3 недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью, поскольку, как следует из заключения ситуационной комиссионной судебно-медицинской экспертизы № 166/24 от 25 июля 2024 года (т. 2 л.д. 149-160), высказаться о степени тяжести причиненного вреда здоровью в данной части, ввиду отсутствия подробного морфологического описания указанного телесного повреждения в медицинских документах, эксперты не смогли, а потому расценивать его следует как повреждение, не причинившее вреда здоровью БГЦТ

Кроме того, согласно ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если после совершения преступления небольшой тяжести истекло два года. Сроки давности исчисляются со дня совершения преступления и до момента вступления приговора в законную силу. Течение сроков давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия и суда, и возобновляется с момента задержания указанного лица.

Осужденные ФИО3 и ФИО4 совершили преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 119 УК РФ, 5 декабря 2023 года.

В соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ данное преступление относится к категории небольшой тяжести.

При этом какие-либо объективные данные, свидетельствующие о том, что ФИО3 и ФИО4 уклонялись от органов предварительного расследования или суда, совершая какие-либо активные действия, направленные на избежание привлечения к уголовной ответственности, в материалах дела отсутствуют.

Таким образом, с 5 декабря 2023 года на момент вступления приговора

в законную силу, то есть на 15 января 2026 года, истек двухлетний срок давности привлечения ФИО3 и ФИО4 к уголовной ответственности, предусмотренный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ.

В силу требований ч. 8 ст. 302 УПК РФ, если сроки уголовного преследования истекли к моменту вступления приговора в законную силу, осужденный освобождается от назначенного наказания.

С учетом изложенного состоявшийся в отношении ФИО3 и ФИО4 приговор подлежит изменению с освобождением их от отбывания наказания, назначенного по ч. 1 ст. 119 УК РФ, на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за истечением срока давности уголовного преследования.

В этой связи подлежит исключению из приговора и назначение ФИО3 наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ.

Также приговор в отношении ФИО3 и ФИО4 подлежит изменению по основаниям, предусмотренным ст. 389.17 УПК РФ, в связи с существенными нарушениями уголовно-процессуального закона, допущенными при принятии решения по гражданскому иску, заявленному потерпевшим БГЦТ

Так, в силу положений ч. 2 ст. 309 УПК РФ при постановлении обвинительного приговора суд обязан разрешить предъявленный по делу гражданский иск. При необходимости произвести дополнительные расчеты, связанные с гражданским иском, требующие отложения судебного разбирательства, суд может признать за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска и передать вопрос о размере его возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

При указанной ситуации оставление гражданского иска без рассмотрения уголовно-процессуальным законом не предусмотрено.

Принимая решение по гражданскому иску БГЦТ о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением здоровья, суд признал за гражданским истцом право на удовлетворение гражданского иска, передав вопрос о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Одновременно суд принял решение об оставлении гражданского иска БГЦТ без рассмотрения, которое принимается том в случае, если гражданский истец в судебное заседание не явился, при этом не сообщил о том, что исковые требования поддерживает.

Между тем, как следует из материалов дела, потерпевший БГЦТ в судебном заседании свои исковые требования поддержал в полном объеме и просил их удовлетворить, в связи с чем оснований для оставления его гражданского иска без рассмотрения у суда не имелось.

Таким образом, принятое судом решение об оставлении гражданского иска БГЦТ о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением здоровья, без рассмотрения и одновременно о признании за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска к ФИО3 и ФИО4 с передачей вопроса о размере возмещения для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства не соответствует положениям уголовно-процессуального закона.

В этой связи для устранения имеющихся противоречий, выводы и решение суда об оставлении гражданского иска БГЦТ о взыскании материального ущерба, причиненного повреждением здоровья, без рассмотрения суд апелляционной инстанции считает необходимым из приговора исключить.

При этом исключению из приговора подлежит и решение суда о признании гражданским ответчиком по этому иску ФИО4, поскольку, как следует из содержания искового заявления БГЦТ и представленных в его обоснование медицинских документов, понесены были эти расходы БГЦТ в связи с телесными повреждениями, повлекшими причинение средней тяжести вреда его здоровью, между тем, ФИО4 в рамках настоящего уголовного дела к ответственности за причинение БГЦТ средней тяжести вреда здоровью не привлекался.

Других оснований для изменения приговора в отношении ФИО3 и ФИО4 суд апелляционной инстанции не находит.

По приведенным мотивам апелляционное представление прокурора подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

Приговор <данные изъяты> от 17 марта 2025 года в отношении ФИО3 и ФИО4 изменить:

- исключить из осуждения ФИО3 по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ причинение потерпевшему БЦГТ телесного повреждения в виде горизонтального разрыва заднего рога медиального мениска левого коленного сустава,

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании обстоятельств преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ, указание о том, что причиненная потерпевшему БЦГТ рвано-ушибленная рана волосистой части головы повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья на срок более 3 недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью, считать, что данное телесное повреждение квалифицируется как не причинившее вреда здоровью потерпевшего БЦГТ

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание суда на обстоятельства, не относящиеся к осужденным ФИО3 и ФИО4, а именно, касающиеся несовершеннолетия виновного, явок с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления,

- исключить из описательно-мотивировочной и резолютивной частей приговора выводы и решение суда об оставлении искового заявления потерпевшего БЦГТ к ФИО3 и ФИО4 о взыскании расходов на лечение без рассмотрения, а также решение суда о признании за потерпевшим БЦГТ права на удовлетворение гражданского иска о взыскании расходов на лечение к ФИО4, считать, что за потерпевшим БЦГТ признано право на удовлетворение гражданского иска о взыскании расходов на лечение только к ФИО3,

- снизить ФИО3 наказание по п. «з» ч. 2 ст. 112 УК РФ до 1 года 9 месяцев лишения свободы,

- на основании п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ освободить ФИО3 и ФИО4 от отбывания наказания, назначенного по ч. 1 ст. 119 УК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования,

- исключить из приговора назначение ФИО3 наказания по совокупности преступлений по правилам ч. 2 ст. 69 УК РФ,

- на основании ст. 73 УК РФ назначенное ФИО3 наказание в виде 1 года 9 месяцев лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев с установленными в приговоре обязанностями, способствующими исправлению.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционное представление прокурора удовлетворить частично.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через суд, постановивший приговор.

Кассационная жалоба, представление могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

Лицо, подавшее кассационную жалобу, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

В случае пропуска срока обжалования или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) могут быть поданы непосредственно в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции.

Председательствующий Е.М. Климова