Решение № 2-4809/2016 2-51/2017 2-51/2017(2-4809/2016;)~М-4906/2016 М-4906/2016 от 26 января 2017 г. по делу № 2-4809/2016

Дело № 2-51/17


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

27 января 2017 года г. Пятигорск

Пятигорский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Шевляковой И.Б.

при секретаре судебного заседания Галкине А.С.,

с участием

истца ФИО1,

представителя истца ФИО5,

представителя ответчика ФИО6,

представителя ответчика ФИО7-Б.М.,

представителя ответчика ФИО16,

старшего помощника прокурора г. Пятигорска Поповой И.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Пятигорского городского суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО19 к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Северо-Кавказскому Федеральному Округу о признании незаконным и отмене приказа об увольнении с изменениями, восстановлении на работе, признании условия о срочном характере контракта утратившим силу и признании его заключенным на неопределенный срок, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, убытков, связанных с наймом жилого помещения и получением медицинской помощи, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО19 обратился в суд с исковыми требованиями (с учетом уточнений) к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 о признании незаконными и отмене приказов начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении и № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе в должности помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), признании условия о срочном характере контракта, заключенного между истцом и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, утратившим силу и признании контракта заключенным на неопределенный срок, взыскании компенсации за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического рассмотрения спора по существу, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты>

В обоснование заявленных им исковых требований истец сослался на то, что с ДД.ММ.ГГГГ состоит на службе в органах внутренних дел. Приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с назначен на должность помощника начальника (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (диплокация н.<адрес>) с ДД.ММ.ГГГГ с присвоением специального звания майор полиции в порядке переаттестации. Приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с заключенный с ним на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с контракт от ДД.ММ.ГГГГ был расторгнут на основании п. 1 ч. 1 ст. 82 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 324-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и он уволен со службы в органах внутренних дел.

Считает процедуру увольнения незаконной, так как в соответствии с положениями ч. 1 ст. 86 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел в Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» о предстоящем ДД.ММ.ГГГГ увольнении в связи с истечением срока действия срочного контракта он должен был быть уведомлен не менее чем за семь рабочих дней до дня истечения указанного срока, т.е. не позднее ДД.ММ.ГГГГ, однако уведомление о предстоящем увольнении от ДД.ММ.ГГГГ исх. № и выписка из приказа № л/с об увольнении согласно почтового штемпеля на конверте были переданы ответчиком в почтовое отделение <адрес> только ДД.ММ.ГГГГ, согласно почтового идентификатора № вручено адресату ДД.ММ.ГГГГ, т.е. имеет место не заблаговременное, а уведомление об увольнении по факту с нарушением на 17 рабочих дней.

Кроме того, полагает, что буквальное толкование положений ст. 81 и 86 указанного Федерального закона позволяет говорить о диспозитивности положений данных статей. Исходя из принципов стабильности и профессионализма кадров системы МВД законодатель предоставляет сторонам контракта диспозитивное право: по истечении срока действия срочного контракта сотрудник полиции может быть уволен, а может быть и не уволен с последующим заключением нового контракта. В оспариваемом случае действия ответчика в части планирования сроков предоставления ему предусмотренных законодательством отпусков, по сути за пределами срока действия контракта от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, предпринимаемые как им, так и ответчиком, заблаговременные меры до истечения контракта к его назначению на иную должность, отсутствие какого-либо уведомления о предстоящем увольнении вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, однозначно свидетельствуют о его намерении продолжить службу в органах внутренних дел, и намерении ответчика заключить с ним новый служебный контракт.

В судебном заседании истец ФИО19 пояснил, что с ДД.ММ.ГГГГ состоит на службе в органах внутренних дел. Приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с назначен на должность помощника начальника (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (диплокация н.<адрес>) с ДД.ММ.ГГГГ с присвоением специального звания майор полиции в порядке переаттестации. Приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с заключенный с ним на основании приказа от ДД.ММ.ГГГГ № л/с контракт от ДД.ММ.ГГГГ был расторгнут на основании п. 1 ч. 1 ст. 82 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 324-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и он уволен со службы в органах внутренних дел. Впоследствии приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с ответчик изменил дату его увольнения с занимаемой должности с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ, о чем уведомил в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Считает увольнение незаконным по следующим основаниям.

Он состоял на службе в органах внутренних дел с сентября ДД.ММ.ГГГГ. По сложившейся практике и с целью сохранения социальных гарантий с сотрудниками внутренних дел, проходящими службу в особых условиях, заключается срочный контракт о службе в органах внутренних дел сроком на один год. В связи с чем с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с ним трудовые отношения оформлялись путем заключения срочных служебных контрактов (сроком на 1 год), при этом ни по одному из заключенных срочных контрактов предварительная процедура уведомления о прекращении контракта не проводилась, приказ о его увольнении из органов внутренних дел в связи с истечением срока контракта не издавался.

В начале ДД.ММ.ГГГГ года от непосредственного руководства ему поступило предложение о назначении на должность начальника пункта (федерального контрольно-пропускного) ОРД ФКПП УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2. На данное предложение он ответил согласием, в связи с чем ему непосредственными руководителями и заместителем начальника ГУ МВД ФИО2 был согласован рапорт и представление о назначении на указанную должность; весь необходимый для назначения на должность пакет документов был передан в середине ДД.ММ.ГГГГ года в отдел по работе с личным составом и конспирации ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 для последующей реализации.

Учитывая ранее утвержденный график отпусков и планируя выход на новое место службы но выходу из очередного отпуска, им неоднократно на имя начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 подавались подписанные непосредственными руководителями рапорта от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении части основного отпуска за 2016 и дополнительных отпусков за ДД.ММ.ГГГГ.

По непонятным причинам в конце ДД.ММ.ГГГГ года ответчик занял позицию полного игнорирования любых его обращений.

О последующей судьбе рапорта о назначении на должность начальника пункта (федерального контрольно-пропускного) ОРД ФКПП УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 он уведомлен не был; согласно скриншотам от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ его рапорта о предоставлении отпуска ответчиком были получены и оставлены без какого-либо ответа; направленные посредством сети «Интернет» рапорт от ДД.ММ.ГГГГ о нахождении на больничном (зарегистрирован под № от ДД.ММ.ГГГГ), ДД.ММ.ГГГГ почтовой корреспонденцией с описью отправления рапорт об оставлении без рассмотрения ранее направленного рапорта о предоставлении в связи с увольнением отпусков за ДД.ММ.ГГГГ годы и заключении нового служебного контракта (вх. № от ДД.ММ.ГГГГ) были ответчиком рассмотрены только ДД.ММ.ГГГГ и оставлены без ответа с формулировкой как «не поддерживаемые». Из представленных ответчиком копий рапортов о предоставлении отпуска от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что они не были доложены начальнику Главного управления, что доказывается отсутствием на рапортах соответствующей резолюции и даты их рассмотрения.

Из текста представленного ответчиком акта об отказе ознакомления с уведомлением о предстоящем увольнении усматривается, что он самоустранился от разрешения вопросов дальнейшего прохождения службы и не желает контактировать, но это не соответствует действительности.

Из представленного ответчиком журнала прохода сотрудников через пропускную систему усматривается, что в ДД.ММ.ГГГГ года он приезжал в ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 три раза: 14, 25 и 30. Совершенно очевидно, что помимо текущих рабочих моментов, в первую очередь его интересовал вопрос своего собственного прохождения службы. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ ответчик никакой информации о дальнейшем прохождении службы, запрашиваемых отпусках, ему не предоставил.

ДД.ММ.ГГГГ он обратился за медицинской помощью в установленном порядке в поликлинику МСЧ МВД ФИО2 по Чеченской республике, где ему был открыт больничный лист №. На следующий после открытия листка нетрудоспособности день, он максимально оперативным и доступным способом направил непосредственному руководителю рапорт, в котором сообщил, что с ДД.ММ.ГГГГ находится на лечении; ДД.ММ.ГГГГ им был направлен рапорт о нахождении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на лечении с приложением скана листка нетрудоспособности №, ДД.ММ.ГГГГ ответчику был направлен скан последующего листка нетрудоспособности №, который также был им получен. Таким образом, им были предприняты все доступные способы для оперативного уведомления ответчика о причинах отсутствия на рабочем месте с ДД.ММ.ГГГГ.

Он не согласен с доводами ответчика о принятии должных и своевременных мер к его уведомлению об истечении срока служебного контракта от ДД.ММ.ГГГГ, отсутствии намерения заключить с ним новый контракт и предстоящем увольнении. Документально передача извещения о предстоящем увольнении от ДД.ММ.ГГГГ ответчиком не подтверждена, а он данные обстоятельства категорически отрицает и считает, что представленные в материалы дела акты от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ являются поддельными.

В соответствии с п. 9 Приложения № к Приказу МВД ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ №, в случае отказа сотрудника от получения уведомления сотрудником кадрового подразделения по решению начальника территориального органа, составляется соответствующий акт в произвольной форме.

Акты от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ составлены сотрудниками ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 с нарушением своих полномочий и без соответствующего разрешения.

Он не оспаривает и подтверждает, что действительно находился в здании ГУ МВД ФИО2 но ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ по служебным вопросам. Однако никакие беседы по поводу предстоящего в связи с истечением срока контракта увольнения с ним ни ФИО14, ни ФИО15, ни тем более ФИО11 не проводились, ни с какими документами ему не было предложено ознакомиться, никакие тексты уведомления ему не зачитывались, предложение расписаться в ознакомлении с уведомлением также к нему не поступало.

Прохождение службы в органах внутренних дел регулируется Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и иными нормативными правовыми актами.

Согласно ч. 2 ст. 3 указанного Федерального закона правоотношения, связанные с прохождением в органах внутренних дел федеральной государственной гражданской службы, регулируются законодательством Российской Федерации о государственной гражданской службе, а трудовые отношения - трудовым законодательством.

Из положений ст. ст. 91, 121 ТК РФ следует, что к рабочему времени, включаемому в стаж работы, включается и время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями контракта должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с действующим законодательством относятся к рабочему времени и в течении которых за работником сохраняется место работы (должность).

Сложившаяся между ним и ответчиком ситуация напрямую Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ №-Ф3 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» не урегулирована. Согласно положениям ст. 58 ТК РФ в случае, когда ни одна из сторон не потребовала расторжения срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия и работник продолжает работать после истечения срока действия трудового договора, условие о срочном характере трудового договора утрачивает силу и трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

В данном случае в ответ на поступившее предложение о продолжении службы в органах внутренних дел он однозначно заявил согласием и заблаговременно подал ответчику рапорт о заключении нового служебного контракта; ответчик в установленном законом порядке не предпринял никаких действий по его уведомлению о прекращении срока действия контракта от ДД.ММ.ГГГГ и предстоящем ДД.ММ.ГГГГ (ДД.ММ.ГГГГ) увольнении и отсутствии намерения продолжить трудовые отношения в дальнейшем; новый срочный контракт с ним заключен не был, однако в период с ДД.ММ.ГГГГ (дата истечения срока действия контракта от ДД.ММ.ГГГГ), и спустя более чем 1 месяца 1 недели, он являлся сотрудником УОТ УЗС МВД ФИО2 по ФИО2 в должности помощника начальника (по работе с личным составом), а ответчик, в свою очередь, сохранял за ним рабочее место и производил соответствующие выплаты.

По указанным основаниям просит суд признать незаконными и отменить приказы начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с об увольнении и л/с от ДД.ММ.ГГГГ №, восстановить его на работе в должности помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), признать условие о срочном характере контракта, заключенного между ним и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, утратившим силу и считать заключенным на неопределенный срок.

Он не оспаривает и согласен с произведенным ответчиком расчетом суммы дневного заработка – <данные изъяты>

Также просит суд взыскать с ответчика в его пользу компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>, считает, что указанная сумма соотносима с его среднемесячным доходом по занимаемой должности и соответствует тяжести причиненного ему ответчиком нравственно-психологического ущерба.

Просит суд взыскать понесенные им убытки, связанные с наймом жилого помещения за период с ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты>

В судебном заседании полномочный представитель истца ФИО19 – ФИО8 поддержала заявленные истцом исковые требования по аналогичным основаниям, указав также на то, что согласно положениям ст. 232 ТК РФ сторона трудового договора, причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В период исполнения служебных обязанностей истцу было предоставлено служебное жилье в н.<адрес> Республики. Собственного жилья у него не имеется. Он зарегистрирован но адресу: <адрес>. Указанное жилое помещение это однокомнатная квартира, которая принадлежит на праве собственности его матери – ФИО3. В данном жилом помещении помимо матери проживает еще и отец – ФИО4. По получению сообщения от ответчика об увольнении ДД.ММ.ГГГГ истец был вынужден заключить договор аренды жилого помещения, расположенного но адресу: <адрес>. Стоимость аренды жилья с учетом коммунальных услуг составила <данные изъяты> ежемесячно. Поскольку истец считает приказ о его увольнении незаконным и необоснованным, на основании изложенного необоснованными и совершенно излишними являются и траты истца, связанные с наймом жилого помещения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Указанные траты являются для истца прямыми убытками. В связи с чем истец просит взыскать с ответчика компенсацию ущерба, связанного с наймом жилого помещения за период с ДД.ММ.ГГГГ по <данные изъяты>

В нарушение норм действующего законодательства, регламентирующего порядок предоставления медпомощи и прохождения службы в органах МВД ФИО2, своими запросами ответчик «засыпал» медполиклиники, в которые истец обращался за медицинской помощью запросами в отношении его здоровья. По состоянию на <данные изъяты> года истец имеет выслугу более 24 лет, что в соответствии со ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» предоставляет ему право на бесплатное получение медицинской помощи, в том числе бесплатное обеспечение лекарственными препаратами в медицинских организациях федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел.

Столь «пристальная» забота о состоянии здоровья истца фактически привела к тому, что собранные для определения дальнейшего оперативного лечения в ГКК МВД медицинские документы МСЧ МВД ФИО2 по <адрес> заволокичены; на неоднократные обращения истца с целью выяснить дату предстоящей госпитализации сотрудники лечебного учреждения отвечают недопониманием и фактически отказали в предоставлении медпомощи. В связи с существенным ухудшением своего здоровья истец в период с середины декабря 2016 года находился на интенсивном лечении, а с ДД.ММ.ГГГГ был госпитализирован в лор-отделение Центральной городской больницы № им. ФИО10. Медицинские справки содержат четкий перечень выполненных манипуляций и назначения, однако выписной эпикриз истца сообщает о явной запущенности болезни. Документально подтвержденные расходы истца, связанные с получением медпомощи составили <данные изъяты>. Указанную сумму истец просит взыскать с ответчика.

Согласно положениям ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещения имущественного ущерба.

Ответчик отказался представить в материалы дела копии подписанных непосредственными руководителями истца материалов – рапорта от ДД.ММ.ГГГГ и иных материалов для представления на иную должность. Однако при сопоставлении имеющихся копий указанных документов и представления к увольнению из органов внутренних дел РФ от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что за две недели истец из исполнительного, грамотного, постоянно занимающегося повышением своею образовательного уровня, дисциплинированного профессионала, пользующегося авторитетом и уважением ФИО19 непонятным образом «превратился» в сотрудника с низким уровнем организаторских способностей и личной дисциплины, высокомерного и неспособного к организации должной морально-психологической обстановки во вверенном подразделении, допускал сомнительные личные методы работы и вызывавшие нарекания со стороны руководства личные поступки, создавал конфликтные ситуации с подчиненным личным составом, авторитетом не пользовался.

Опрошенные в судебном заседании по инициативе самого ответчика свидетели ФИО11 и ФИО12 сообщили, что истец являлся грамотным (ФИО12 пояснила, что ФИО19 – профессионал своего дела) и уравновешенным сотрудником, серьезных нареканий в работе и конфликтов в среде коллег не имел; был рекомендован ФИО11 на ранее занимаемую должность.

В соответствии с положениями ст. 53 Дисциплинарного устава ОВД РФ и ст. 194 ТК РФ примененные к работнику дисциплинарные взыскания погашаются по истечении года с момента их объявления и при отсутствии нового дисциплинарного взыскания. Однако примененные к истцу взыскания были сняты по инициативе самого руководства по истечении 1-2 месяцев с момента их объявления (дисциплинарное наказание в виде строго выговора (приказ № от ДД.ММ.ГГГГ) было досрочно снято приказом № от ДД.ММ.ГГГГ, выговор, объявленный приказом № от ДД.ММ.ГГГГ досрочно был снят приказом № от ДД.ММ.ГГГГ). Совершенно очевидно, что подобного рода поспешность в снятии объявленных взысканий невозможна к хронически нерадивому и абсолютно некомпетентному сотруднику, каким ФИО19 характеризуют в представлении к увольнению от ДД.ММ.ГГГГ.

Однозначно, что ответчиком дана отрицательная характеристика профессиональных и личностных качеств истца. Совершенно очевидно, что с подобной характеристикой дальнейшее трудоустройство истца на любых должностях офицерского состава в системе МВД будет невозможно.

Кроме того, ранее истцом был получен потребительский кредит, а также с использованием кредитных средств был приобретен автомобиль «Хендай Солярис». При стабильной работе ежемесячные выплаты для истца являлись приемлемыми. Однако поскольку до настоящего времени истец трудоустроиться не смог, платежи по кредитам являются для него более чем проблематичными.

Таким образом, ответчик одномоментно лишил истца: работы, и, как следствие - источника дохода, выдачей крайне отрицательной характеристики - реальной возможности продолжать службу в системе МВД на должностях офицерского состава, жилья, доступа к адекватной ведомственной медицинской помощи, что в совокупности с ежемесячными платежами по аренде жилья и кредитам, существенным и негативным образом влияют на морально-психологическое состояние истца.

На основании этого истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального ущерба в сумме <данные изъяты>. Указанная сумма соотносима со среднемесячным доходом истца по занимаемой должности и соответствует тяжести причиненного ответчиком нравственно-психологического ущерба.

Кроме того, в соответствии со ст. 98 ГПК РФ истец просит взыскать с ответчика взыскать с ответчика расходы, связанные с восстановлением нарушенного права: почтовые расходы <данные изъяты>

Полномочные представители ответчика ФИО13, ФИО17-Б.М., ФИО14 в судебном заседании заявленные ФИО19 исковые требования к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 не признали. В обоснование возражений пояснили, что истец приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с был назначен на должность помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>) по контракту сроком на один год с ДД.ММ.ГГГГ.

В связи с истечением срока действия срочного контракта в соответствии п. 1 ч. 1 ст. 82 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» истец приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с уволен из ОВД.

В соответствии с ч. 1 ст. 86 указанного Федерального закона срочный контракт прекращается по истечении срока его действия, о чем сотрудник органов внутренних дел должен быть предупрежден в письменной форме не позднее чем за семь рабочих дней до дня истечения указанного срока.

Майору полиции ФИО19, помощнику начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), в чьи служебные обязанности, наряду с другими функциями, входило вручение уведомлений, заблаговременно ДД.ММ.ГГГГ (более чем за месяц до увольнения) сотрудниками ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 были переданы подлинники уведомления (в двух экземплярах) о предстоящем увольнении из органов внутренних дел на ряд сотрудников УЗС, в том числе и на него.

Впоследствии ФИО19 были возращены вторые экземпляры указанных уведомлений с отметками о вручении сотрудникам УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2, кроме уведомления, адресованного ему. На вопрос о предоставлении уведомления с отметкой о вручении ФИО19 ответил, что представит его позже.

После этого ФИО19 неоднократно прибывал в ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 <адрес> по служебным вопросам, где сотрудники ОРЛСиК требовали вернуть указанное уведомление с отметкой об ознакомлении, однако он всячески уходил от ответа и игнорировал требования вернуть уведомления.

ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками ОРЛСиК повторно подготовлены и подписаны начальником ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 уведомления (в двух экземплярах) для вручения ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (в срок более, чем за семь дней до окончания срока действия контракта) ФИО19 прибывал в ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 в <адрес> по служебным вопросам, где ему повторно было предложено получить уведомление о предстоящем увольнении. Однако он от получения уведомления отказался, после чего ему старшим инспектором ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 капитаном внутренней службы ФИО14 вслух зачитан текст уведомления о предстоящем увольнения из органов внутренних дел в присутствии сотрудников ОРЛСиК. Составлены акты об отказе в получении уведомления и ознакомлении с текстом уведомлением.

Таким образом, ответчиком были соблюдены установленные законом сроки уведомления о предстоящем увольнении из ОВД ФИО19

Истец в исковом заявлении утверждает, что уведомление о предстоящем увольнении было направлено ему с нарушением установленного срока – ДД.ММ.ГГГГ, т.е. после издания приказа об увольнении. Эти утверждения ФИО19 надуманны и голословны. Поскольку в день увольнения и последующие несколько дней ФИО19 к месту службы не прибывал, многократные попытки связаться с ним по телефону были безрезультатны, ДД.ММ.ГГГГ в его адрес за исх. от ДД.ММ.ГГГГ № заказным письмом направлено уведомление об увольнении из ОВД приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, а также о необходимости прибытия в ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 для решения вопроса назначения пенсии по выслуге лет и получения трудовой книжки либо о даче согласия на отправление ее по почте. Этим же письмом ФИО19 направлена выписка из приказа об увольнении.

Уведомление о предстоящем увольнении и уведомление об уже произведенном увольнении – это разные документы, для каждого из них установлены определенная форма и содержание, о чем следовало бы знать ФИО19, проходившему службу в кадровом подразделении.

После издания приказа об увольнении с сотрудником произведен окончательный расчет, на расчетный счет ФИО19 перечислены причитающиеся ему ко дню увольнения выплаты, в том числе денежная компенсация за неиспользованные отпуска. Претензий по указанному вопросу от истца не поступало.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 в ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 получена трудовая книжка, что подтверждается распиской.

Наряду с изложенным в своем исковом заявлении ФИО19, ставит вопрос об имевшейся возможности перевода его на иную равнозначную должность по окончании срока действия контракта, которая не была реализована ГУ МВД ФИО2 по ФИО2.

Из искового заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 был подан рапорт на имя начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2, согласованный с непосредственными руководителями, о назначении на должность начальника ФКПП ОРД ФКПП УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), о результатах рассмотрения которого ему неизвестно.

Действительно ДД.ММ.ГГГГ майором полиции ФИО19 был подан рапорт с просьбой о назначении его указанную должность, которая является нижестоящей по сравнению с занимаемой сотрудником должностью.

Учитывая прохождение службы ФИО19 (наличие двух дисциплинарных взысканий за допущенные нарушения) представителем нанимателя – МВД ФИО2 в лице начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 принято решение о нецелесообразности заключения с указанным сотрудником контракта на прохождение службы в должности начальника ФКПП ОРД ФКПП УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>). Данное решение реализовано путем издания ДД.ММ.ГГГГ приказа об увольнении сотрудника из органов внутренних дел.

Издание ДД.ММ.ГГГГ приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с о внесении изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ № л/с в части переноса даты увольнения ФИО19 с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ было обусловлено исключительно необходимостью соблюдения требований закона и обеспечения прав и законных интересов уволенного сотрудника.

В период судебного разбирательства было установлено, что ФИО19 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на лечении в МСЧ МВД ФИО2 по Чеченской Республике и МСЧ МВД ФИО2 по <адрес>. К работе должен был приступить ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с требованиями ч. 12 ст. 89 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» увольнение со службы сотрудника органов внутренних дел в период его временной нетрудоспособности, пребывания в отпуске или в командировке не допускается, за исключением увольнения в соответствии с пунктами 1, 2, 4, 7, 8, 9 и 11 части 3 статьи 82 указанного Федерального закона.

Пункт 1 ч. 1 ст. 82 указанного Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ, по которому уволен ФИО19, к числу исключений не отнесен.

Таким образом, с учетом вновь открывшихся обстоятельств было принято решение о внесении изменений в приказ об увольнении ФИО19 в части даты увольнения, что, соответственно, повлекло полную оплату периода его временной нетрудоспособности.

Согласно расчетному листку ЦОУ ВОГОиП МВД ФИО2 в сентябре 2016 года ФИО19 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ начислено денежное довольствие в сумме <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ сумма перерасчета была перечислена на его банковский счет.

Следовательно, внесением изменений в приказ от ДД.ММ.ГГГГ №л/с не было нарушено никаких прав истца, напротив – действия ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 были направлены на обеспечение защиты его прав и законных интересов.

Заявленные истцом исковые требования о признании условия о срочном характере контракта, заключенного между ним и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, утратившим силу и признании заключенным его на неопределенный срок, являются ничем иным, как злоупотреблением предоставленными ему правами, попыткой ввести суд в заблуждение путем искажения фактических обстоятельств дела.

Истец просит признать утратившим силу условие о срочном характере контракта, заключенного между истцом и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 №л/с от ДД.ММ.ГГГГ.

Вместе с тем, как следует из выписки из данного приказа, приобщенной к материалам дела, не приказ начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ является основанием для заключения контракта, а, напротив, рапорт ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, представление от ДД.ММ.ГГГГ и контракт от ДД.ММ.ГГГГ являются основанием для издания соответствующего приказа.

Заключение контракта о прохождении службы в ОВД РФ ДД.ММ.ГГГГ между ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 и ФИО19 было осуществлено на основе принципов добровольного волеизъявления и взаимного согласия сторон. Условие о срочности контракта было заранее известно истцу и он был с ним согласен, о чем свидетельствует его подпись в контракте.

Более того, инициатива на заключение срочного контракта исходила непосредственно от ФИО19, ДД.ММ.ГГГГ им на имя начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 был подан рапорт с просьбой назначить его на должность помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>) по контракту сроком на 1 год. Просьба, изложенная в рапорте сотрудника, была удовлетворена. С ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ был заключен контракт о прохождении службы, ДД.ММ.ГГГГ издан приказ о назначении его на указанную должность.

Ни в период службы по контракту, ни по окончании срока действия контракта, вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, ФИО19 с жалобами либо претензиями по поводу незаконности условия о сроке контракта в ГУ МВД ФИО2 по ФИО2, МВД ФИО2, судебные органы не обращался.

В соответствии с требованиями ч. 4 ст. 72 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотрудник органов внутренних дел или гражданин, поступающий на службу в органы внутренних дел либо ранее состоявший на службе в органах внутренних дел, для разрешения служебного спора может обратиться к руководителю федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел или уполномоченному руководителю либо в суд в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а для разрешения служебного спора, связанного с увольнением со службы в органах внутренних дел, в течение одного месяца со дня ознакомления с приказом об увольнении.

Условие о срочном характере контракта было известно ФИО19 еще до подписания контракта (рапорт от ДД.ММ.ГГГГ), изложено в контракте о прохождении службы, подписанном им ДД.ММ.ГГГГ. С момента заключения контракта до обращения ФИО19 с соответствующими исковыми требованиями прошло более 16 месяцев.

При этом неясно, как можно признать утратившим силу условие контракта, который фактически уже не действует с ДД.ММ.ГГГГ в связи с окончанием срока, на который он был заключен.

Исходя из смысла положений трудового законодательства, вынужденный прогул можно определить как ситуацию, когда работник не мог выполнять свои обязанности из-за того, что работодатель нарушил законно установленные требования к трудовым отношениям с этим работником. Иными словами, вынужденный прогул всегда связан с нарушением работодателем трудового законодательства.

Нарушений ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 трудового законодательства при увольнении ФИО19 из органов внутренних дел РФ допущено не было, в связи с чем требования истца о взыскании компенсации за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического рассмотрения спора по существу не основаны на законе.

Заявляя требования взыскании компенсации морального вреда истец не указывает при каких обстоятельствах и какими конкретно действиями (бездействием) со стороны ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ему причинены страдания, в чем они заключались, чем это подтверждается, какие его личные неимущественные права нарушены либо какое посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага было осуществлено, какова степень вины причинителя вреда и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения данного спора, что, в свою очередь, свидетельствует об отсутствии самого факта причинения нравственных и физических страданий.

Не имеется правовых оснований для выплаты ФИО19 компенсации за аренду жилого помещения.

Согласно ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ«О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» сотруднику, не имеющему жилого помещения по месту службы, в случае отсутствия у ОВД жилых помещений специализированного жилищного фонда ежемесячно выплачивается компенсация за наем (поднаем) жилого помещения в порядке и размерах, которые определены Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №.

Для рассмотрения вопроса о выплате компенсации сотрудник предоставляет рапорт на имя руководителя ОВД и пакет документов, подтверждающих наличие права на получение компенсации. Размер компенсации, выплачиваемой сотруднику в городах и районных центрах (за исключением г.<адрес> и Санкт-Петербург) составляет <данные изъяты>

ФИО19 в период службы указанную компенсацию не получал, так как был обеспечен жилым помещением по месту службы.

Гражданам, уволенным со службы в ОВД, указанная компенсация не выплачивается.

ФИО19 требует взыскать с ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 компенсацию убытков, связанных с наймом жилого помещения по адресу: <адрес>, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ т.е. за 5 месяцев на сумму <данные изъяты> рублей.

Однако, принимая во внимание, что договор аренды жилого помещения был заключен ДД.ММ.ГГГГ, то, соответственно, в ДД.ММ.ГГГГ года (ДД.ММ.ГГГГ) срок аренды составляет 4 месяца, а не 5 полных месяцев, как указал истец.

Кроме того, отсутствует сам факт необходимости найма жилого помещения в указанный период.

Как следует из отметки в ксерокопии паспорта ФИО19 (серия 60 12 №, выданного ДД.ММ.ГГГГ ФИО20 по <адрес> в <адрес>) данный гражданин с ДД.ММ.ГГГГ зарегистрирован по адресу: <адрес>. Следовательно, данный гражданин имеет жилплощадь для постоянного проживания в <адрес>, вселен по указанному адресу на законных основаниях. Согласно данным личного дела и договору аренды от ДД.ММ.ГГГГ совместно проживающих членов семьи не имеет.

ГУ МВД ФИО2 не располагает данными о наличии либо отсутствии в собственности ФИО19 жилых помещений. В суд доказательств, подтверждающих данный факт, истцом также не представлено.

Вместе с тем, к материалам дела истцом приобщена копия кредитного договора № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО19 банком был предоставлен кредит в сумме <данные изъяты> на потребительские цели, в том числе на энергоэффективные улучшения жилищных условий, что еще раз подтверждает наличие у него жилых помещений для проживания.

В обязательных реквизитах искового заявления, предусмотренных 131 ГПК РФ, поданного ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ, и в ходатайствах от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ истцом в качестве места жительства указан иной адрес, не совпадающий с местом регистрации и адресом арендуемого жилья – <адрес>, что также подтверждает наличие у него иных жилых помещений для проживания.

Не обоснованы требования истца о взыскании с ответчика расходов истца, связанных с получением медпомощи (стоматологические услуги), в размере <данные изъяты>.

После увольнения из органов внутренних дел Российской Федерации ФИО18 А.Н. не был лишен права на медицинское обеспечение, закрепленного ст. 11 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 247-ФЗ «О социальных гарантиях сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Медицинская помощь лицу, уволенному со службы в ОВД с правом на пенсию и имеющему стаж службы в ОВД более 20 лет, оказывается в соответствии с Правилами, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О порядке оказания сотрудникам органов внутренних дел Российской Федерации, отдельным категориям граждан Российской Федерации, уволенных со службы в органах внутренних дел, и членам их семей медицинской помощи и их санаторно-курортного обеспечения».

Указанные положения закона были известны ФИО19, как сотруднику кадрового аппарата. Дополнительно порядок оказания медицинской помощи в медицинских учреждениях системы МВД ФИО2 был разъяснен истцу в письме ФКУЗ «МСЧ МВД ФИО2 по <адрес>» (исх. от ДД.ММ.ГГГГ №).

Однако ФИО19 соответствующих действий по подтверждению своего права на медпомощь в ведомственных учреждениях здравоохранения до настоящего времени не осуществлено.

Вместо того, ФИО19, воспользовавшись служебным удостоверением, которое он не сдал в установленному порядке после увольнения, и незаконно оформленным отпускным удостоверением, прикрепился на медицинское обслуживание к МСЧ МВД ФИО2 по <адрес>, где необоснованно находился на лечении до ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» установлено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

В силу п. 15 указанного Постановления расходы представителя, необходимые для исполнения его обязательства по оказанию юридических услуг, например расходы на ознакомление с материалами дела, на использование сети «Интернет», на мобильную связь, на отправку документов, не подлежат дополнительному возмещению другой стороной спора, поскольку в силу ст. 309.2 ГК РФ такие расходы, по общему правилу, входят в цену оказываемых услуг, если иное не следует из условий договора.

Согласно п. 2.4 договора на оказание юридических услуг с физическим лицом № от ДД.ММ.ГГГГ заключенного ФИО19 («Заказчик») с ФИО8 («Исполнитель»), «Исполнитель сам несет расходы, связанные с выполнением Заказчиком поручения (транспорт, техническое обеспечение, изготовление копий документов, регистрационные сборы, госпошлина, при выполнении поручения в удаленной местности, расстояние от которой не позволяет вернуться в <адрес> в течение одного дня – проживание и командировочные) или компенсирует эти расходы Исполнителю в полном объеме».

Следовательно, требования о взыскании с ответчика расходов, связанных с восстановлением нарушенного права: почтовых расходов <данные изъяты>, расходов на ГСМ в судебные заседания в размере <данные изъяты>, расходов на ксерокопирование материалов дела в сумме <данные изъяты> являются незаконными и необоснованными.

Статьей 100 ГПК РФ закреплено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно положениям п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при определении разумности таких расходов могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Исходя из предмета иска, заявленные требования не предоставляют особой сложности для доказывания. Объем предоставленных представителем услуг и подготовленных процессуальных документов незначителен (1 исковое заявление, 4 ходатайства, ксерокопирование материалов, участие в 3 судебных заседаниях).

При этом, продолжительность рассмотрения дела в данном судебном процессе, во многом, зависит от действий истца и его представителя: если бы исковые требования на момент обращения в суд были сформулированы в полном объеме, не потребовалось бы дополнительное их уточнение ДД.ММ.ГГГГ, что значительно увеличило срок рассмотрения дела. Соответственно суд был вынужден откладывать судебные заседания по причинам, связанным с ходатайствами истца и его представителями. Увеличилось количество судебных заседаний и возросли прочие расходы, связанные с необходимостью прибытия стороны истца в <адрес> для участия в них.

Следовательно, заявленная к взысканию сумма издержек на оплату услуг представителя в размере <данные изъяты>, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Согласно 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, расходы на оформление доверенности представителя также могут быть признаны судебными издержками, если такая доверенность выдана для участия представителя в конкретном деле или конкретном судебном заседании по делу.

Вместе с тем, как следует из текста доверенности, выданной ФИО19, он уполномочил настоящей доверенностью ФИО8 представлять его интересы во всех судебных, административных и правоохранительных органах, органах дознания, прокуратуре, органах внутренних дел, УГИБДД, группе разбора, службе судебных приставов, во всех судах судебной системы РФ, при рассмотрении и разрешении судом гражданских дел с участием доверителя в качестве истца, ответчика, третьего лица, заявителя или заинтересованного лица, выступать защитником или представителем в производстве по делу об административном правонарушении, гражданского истца и гражданского ответчика в уголовном судопроизводстве, представлять интересы в Конституционном суде РФ, кредитных и банковских учреждениях и прочее, соответственно требование о взыскании расходов, связанных с удостоверением полномочий представителя, в размере <данные изъяты> не обоснованно и не подлежит удовлетворению.

Выдвижением дополнительных необоснованных и не подтвержденных доказательствами исковых требований истец злоупотребляет правом, предоставленными ему гражданским законодательством РФ, и тем самым ущемляет интересы ответчика – ГУ МВД ФИО2 по ФИО2, что является нарушением ст. 10 ГК РФ.

На основании изложенного, просили в удовлетворении заявленных ФИО19 исковых требований к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 отказать в полном объеме.

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО12, ФИО11, ФИО15 пояснили суду, что присутствовали при составлении актов ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, подтвердив изложенные в них обстоятельства ознакомления ФИО19 в служебном кабинете ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 с уведомлением о прекращении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел Российской Федерации и его отказе от подписания уведомления.

Заслушав объяснения сторон, допросив свидетелей, исследовав представленные письменные доказательства, оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности как в отдельности, так и в совокупности, а установленные судом обстоятельства – с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, принимая во внимание заключение старшего помощника прокурора <адрес> ФИО9 о том, что заявленные истцом ФИО19 к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 исковые требования не основаны на законе, необоснованны и не подлежат удовлетворению в полном объеме, суд приходит к следующему:

Правоотношения, связанные с поступлением на службу в органы внутренних дел, ее прохождением и прекращением, а также с определением правового положения (статуса) сотрудника органов внутренних дел, с ДД.ММ.ГГГГ регулируются Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии с ч. 2 ст. 22 указанного Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт о службе может заключаться на неопределенный срок или на определенный срок.

В соответствии с п. 6 ч. 5 ст. 22 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» контракт на неопределенный срок заключается с сотрудником внутренних дел, изъявившим желание заключить новый срочный контракт по окончании срока действия предыдущего срочного контракта, на период, определяемый по соглашению сторон, но не менее чем на один год.

Пунктом 1 ч. 1 ст. 82 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» установлено, что контракт прекращается, а сотрудник органов внутренних дел может быть уволен со службы в органах внутренних дел по истечении срока действия срочного контракта.

Согласно ч. 1 ст. 86 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» срочный контракт прекращается по истечении срока его действия, о чем сотрудник органов внутренних дел должен быть предупрежден в письменной форме не позднее чем за семь рабочих дней до дня истечения указанного срока.

Судом достоверно установлено, подтверждается представленными надлежащими, бесспорными и достаточными доказательствами, что на основании рапорта от ДД.ММ.ГГГГ ФИО19, о согласии на предложенную должность ДД.ММ.ГГГГ между ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 и ФИО19, заключен контракт о прохождении службы в органах внутренних дел Российской Федерации, согласно которому ФИО19 назначен на должность помощника начальника (по работе с личным составом) управления по организации работы учетно-заградительной системы МВД ФИО2 в Северо-Кавказском федеральном округе ВОГОиП МВД ФИО2 (диплокация н.<адрес>) Главного управления МВД ФИО2 по Северо-Кавказскому федеральному округу. В контракте имеются подписи сторон.

На основании рапорта ФИО19 от ДД.ММ.ГГГГ, представления от ДД.ММ.ГГГГ, контракта от ДД.ММ.ГГГГ Врио начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 был издан приказ от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, согласно которому ФИО19 считается приступившим к исполнению служебных обязанностей помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>) с ДД.ММ.ГГГГ, по контракту сроком на 1 год, с присвоением специального звания майора полиции в порядке переаттестации.

Приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с заключенный с ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ контракт расторгнут и он уволен из органов внутренних дел ДД.ММ.ГГГГ по п. 1 ч. 1 ст. 82 (по истечении срока действия срочного контракта) Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации». С истцом произведен окончательный расчет, на его расчетный счет перечислены причитающиеся ему ко дню увольнения выплаты, в том числе денежная компенсация за неиспользованные отпуска.

В связи с нахождением на лечении в МСЧ МВД ФИО2 по Чеченской Республике и МСЧ МВД ФИО2 по <адрес> в периоды: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается представленными суду листками освобождения от служебных обязанностей по временной нетрудоспособности № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, приказом начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с дата увольнения ФИО19 с занимаемой должности по инициативе ответчика изменена с ДД.ММ.ГГГГ на ДД.ММ.ГГГГ и произведена полная оплата периода временной нетрудоспособности истца. Согласно расчетному листку ЦОУ ВОГОиП МВД ФИО2 в сентябре 2016 года ФИО19 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ начислено денежное довольствие в сумме 205 874 рублей 24 копейки. ДД.ММ.ГГГГ сумма перерасчета перечислена на банковский счет истца.

Трудовая книжка, выписка из приказа об увольнении получены истцом лично ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается распиской.

Указанные выше обстоятельства сторонами в ходе судебного разбирательства не оспаривались.

В обоснование заявленных требований истец ФИО19 ссылается на нарушение ответчиком ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 требований ч. 1 ст. 86 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которой срочный контракт прекращается по истечении срока его действия, о чем сотрудник внутренних дел должен быть предупрежден в письменной форме не позднее, чем за семь рабочих дней до истечения указанного срока.

Как следует из объяснений представителей ответчиков в судебном заседании, являясь помощником начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), в чьи служебные обязанности, наряду с другими функциями, входило и вручение уведомлений об увольнении сотрудникам УЗС, ФИО19 заблаговременно ДД.ММ.ГГГГ (более чем за месяц до увольнения) получил у сотрудников отдела работы с личным составом и конспирации ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 (ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2) подлинники уведомлений (в двух экземплярах) о предстоящем увольнении из органов внутренних дел на ряд сотрудников УЗС, в том числе и в отношении себя. Как указывают представители ответчика, вторые экземпляры уведомлений с отметками о вручении их сотрудникам УЗС, за исключением уведомления, адресованного истцу, впоследствии были возращены ФИО19 в ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 с пояснением о том, что адресованное ему уведомление с отметкой о вручении он предоставит позже.

Данные доводы представителей ответчика суд находит заслуживающими внимания с учетом сложившейся в ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 практики передачи документов для согласования и подписания, характера и особенностей должностных обязанностей истца.

В подтверждение доводов о предпринимаемых попытках вручения ФИО19 в период его пребывания в служебном кабинете ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ уведомления о прекращении контракта и увольнении со службы в органах внутренних дел Российской Федерации и отказе истца от ознакомления с уведомлением ответчиком суду представлены акты, из которых следует, что старшим инспектором ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ФИО14 в присутствии – в первом случае заместителя начальника ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ФИО11 и старшего инспектора по особым поручениям ФИО15, во втором случае – ФИО11 и старшего инспектора по особым поручениям ФИО12, истцу было предложено ознакомиться с уведомлением и подписать его, текст уведомления зачитан вслух, от подписания уведомления истец отказался.

Истцом в ходе судебного разбирательства заявлено о подложности представленных ответчиком доказательств – актов об отказе ознакомления с уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, по тем основаниям, что: ФИО11 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в основном отпуске, следовательно, не мог присутствовать при совершении описываемых в акте от ДД.ММ.ГГГГ действий; ФИО11, ФИО15, ФИО14 назначены на соответствующие должности органов внутренних дел, дислоцированных на территории ФИО2 - н.<адрес> республики, который территориально находится на удалении от места осуществления описываемых в актах от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ действий более чем на 300 км, при этом письменных разрешений на выезд за пределы места их дислокации в н.<адрес> руководителя пункта временной дислокации не имеется; описанные в акте от ДД.ММ.ГГГГ действия происходили не в рабочий, а в выходной день – субботу, однако приказы о выходе ФИО11, ФИО15 и ФИО14 на работу в выходной день, как и приказ на отзыв ФИО11 из отпуска, отсутствуют.

Согласно ст. 186 ГПК РФ в случае заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, суд может для проверки этого заявления назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства.

Установленное ст. 186 ГПК РФ право суда на проверку заявления о том, что имеющееся в деле доказательство является подложным, назначить экспертизу или предложить сторонам представить иные доказательства вытекает из принципа самостоятельности и независимости судебной власти; при поступлении такого заявления суд оценивает его в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, исходя из возложенной на него обязанности по вынесению законного и обоснованного решения.

Как усматривается из содержания заявления, истцом не столько ставится под сомнение факт присутствия сотрудников ОРЛСиК ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ФИО11, ФИО15, ФИО14 при указанных в актах событиях, сколько оценивается правомерность и обоснованность их нахождения в здании ГУ МВД ФИО2 по ФИО2.

В подтверждение факта присутствия ФИО11, ФИО15, ФИО14 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ на рабочих местах в здании ГУ МВД ФИО2 по ФИО2, представители ответчика представили суду документы, образовавшиеся в результате служебной деятельности указанных сотрудников, – приказы, журналы, письма.

Свои утверждения о присутствии указанных лиц в здании ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ и достоверности описанных в составленных актах событий, представители ответчика обосновывали, в том числе и свидетельскими показаниями, что в соответствии со ст. 55 ГПК РФ является надлежащим способом доказывания.

В соответствии с ч. 1 ст. 69 ГПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела.

ФИО11, ФИО15 и ФИО12 допрошены судом в качестве свидетелей, им разъяснены их права и обязанности, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, показания свидетелей подтверждены материалами дела, объяснениями представителей ответчика, заинтересованность допрошенных свидетелей в исходе дела отсутствует.

Истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ показания свидетелей ничем не опровергнуты, доказательств подложности представленных ответчиком документов не представлено, тогда как ответчиком в опровержение доводов истца представлены доказательства, отвечающие принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности.

Оценив заявление истца в совокупности с другими доказательствами и обстоятельствами дела, учитывая объяснения самого истца о его пребывании в здании ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, что также подтверждается журналом прохода сотрудников через пропускную систему, суд исходя из возложенной на него обязанности по вынесению законного и обоснованного решения, приходит к выводу о несостоятельности доводов истца о подложности представленных ответчиком доказательств (актов об отказе ознакомления с уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ) и не находит оснований для исключения их из числа доказательств по делу.

По изложенным выше основаниям суд находит доводы истца о нарушении ответчиком процедуры увольнения в части требований ч. 1 ст. 86 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» необоснованными.

Кроме того, как пояснил ФИО19 в ходе судебного разбирательства в июне 2016 года он приезжал в ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 трижды: 14, 25, а также 30, уже будучи на лечении и имея листок освобождения от служебных обязанностей по временной нетрудоспособности №, выданный ему в этот же день – ДД.ММ.ГГГГ МСЧ МВД ФИО2 по Чеченской Республике. Однако находясь в здании ГУ МВД ФИО2 по ФИО2, в том числе непосредственно в отделе ОРЛСиК, по вопросу, как пояснил истец, своего собственного прохождения службы, о своей болезни никого не уведомил, после чего к месту прохождения службы и своего жительства – закрепленному за ним жилому помещению для проживания на территории УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>) не прибыл.

Заявляя требования о признании условия о срочном характере контракта, заключенного между ним и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, утратившим силу и признании его заключенным на неопределенный срок истец ссылается на сложившуюся с целью сохранения социальных гарантий с сотрудниками внутренних дел, проходящими службу в особых условиях, практику заключения срочных контрактов о службе в органах внутренних дел сроком на один год и указывая, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ по 2016 год трудовые отношения с ним оформлялись путем заключения срочных служебных контрактов (сроком на 1 год), при этом ни по одному из заключенных срочных контрактов предварительная процедура уведомления о прекращении контракта не проводилась, приказ о его увольнении из органов внутренних дел в связи с истечением срока контракта не издавался.

Истец ссылается также и на то, что в оспариваемом случае действия ответчика в части планирования сроков предоставления ему предусмотренных законодательством отпусков, по сути за пределами срока действия контракта от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, предпринимаемые как им, так и ответчиком, заблаговременные меры до истечения контракта к его назначению на иную должность, отсутствие какого-либо уведомления о предстоящем увольнении вплоть до ДД.ММ.ГГГГ, однозначно свидетельствуют о его намерении продолжить службу в органах внутренних дел, и намерении ответчика заключить с ним новый служебный контракт.

Как следует из представленных доказательств, ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 лично обратился к начальнику ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 с рапортом о заключении с ним нового контракта о прохождении службы сроком на 1 год на должность помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>). Именно на таких условиях с ним был заключен контракт от ДД.ММ.ГГГГ о прохождении службы в органах внутренних дел и издан соответствующий приказ.

Следовательно, обращаясь к нанимателю с указанным рапортом и заключая служебный контракт на таких условиях, ФИО19 должен был осознавать, что с ним заключается контракт сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ и он подлежит увольнению по окончании срока службы, предусмотренного настоящим контрактом, поскольку каких-либо исключений или иных условий оставления его на службе по данному контракту ни нормы действующего трудового законодательства, ни специальные нормы, регулирующие порядок прохождения службы в органах внутренних дел, не содержат. Заключая контракт на определенный срок, а именно на 1 год, истец не мог не знать о его прекращении по истечении заранее оговоренного сторонами периода. Заключение контракта на определенный срок предполагает, что по истечении данного срока отношения между сторонами могут быть прекращены. Прекращение контракта о службе в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора.

При подписании контракта истец возражений о сроке его действия не высказывал, понимал и знал, что следует из его доводов, приведенных в качестве оснований для признания условия о срочном характере заключенного между ним и ответчиком контракта утратившим силу и признании его заключенным на неопределенный срок, о том, что срочный характер заключаемого с ним договора связан с прохождением службы в особых условиях на территории Северо-Кавказского федерального округа и социальными гарантиями в виде дополнительных выплат отдельным категориям сотрудников органов внутренних дел, включая истца. (Приказ МВД РФ от ДД.ММ.ГГГГ № дсп).

Из правовых позиций, изложенных в Определениях Конституционного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О следует, что прекращение контракта о службе в связи с истечением срока его действия соответствует общеправовому принципу стабильности договора (контракта) с учетом того, что сотрудник органов внутренних дел, заключая контракт на определенный срок, знает о его прекращении по истечении заранее оговоренного периода.

Иные доводы, приведенные в качестве оснований для признания условия о срочном характере заключенного между ним и ответчиком контракта утратившим силу и признании его заключенным на неопределенный срок, - планирование сроков предоставления ему предусмотренных законодательством отпусков, предпринимаемые как им, так и ответчиком, заблаговременные меры до истечения контракта к его назначению на иную должность, свидетельствующие, по мнению истца о его намерении продолжить службу в органах внутренних дел и намерении ответчика заключить с ним новый служебный контракт, правового значения для рассматриваемого спора не имеют и не свидетельствуют о незаконности увольнения истца.

Несостоятельны, оспариваются представителями ответчика и не подтверждаются доказательствами, а также не имеют правового значения для данного спора и доводы истца о поступившем ему предложении о продолжении службы в органах внутренних дел, на которое он, как указывает, ответил согласием и заблаговременно подал ответчику рапорт о заключении нового служебного контракта.

Ошибочны, не соответствуют действительности и основаны на неправильном понимании закона доводы истца о неправомерности действий ответчика, не заключившего с ним новый срочный контракт с учетом того обстоятельства, что в период с ДД.ММ.ГГГГ (дата истечения срока действия контракта от ДД.ММ.ГГГГ), и спустя более чем 1 месяца 1 недели, он являлся сотрудником УОР УЗС МВД ФИО2 по ФИО2 в должности помощника начальника (по работе с личным составом), так как ответчик сохранял за ним рабочее место и производил соответствующие выплаты. Согласно материалам дела, намерение заключить с истцом новый срочный контракт у ответчика отсутствовало, рапорт о заключении нового контракта о прохождении службы в органах внутренних дел истец не подавал.

Учитывая изложенное суд приходит к выводу об отсутствии нарушений требований Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» при заключении контракта с истцом и оснований для признания условия о срочном характере контракта, заключенного между ним и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ № л/с, утратившим силу и признания его заключенным на неопределенный срок.

При изложенных выше обстоятельствах, принимая во внимание приведенные правовые нормы, суд полагает, что увольнение истца из органов внутренних дел по п. 1 ч. 1 ст. 82 (по истечении срока действия срочного контракта) Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» произведено в соответствии с установленным указанным законом порядком, процедура увольнения истца ответчиком соблюдена, в связи с чем считает не подлежащими удовлетворению исковые требования истца ФИО19 к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 о признании незаконными и отмене приказов начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении и № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе в должности помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), а также о признании условия о срочном характере контракта, заключенного между истцом и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, утратившим силу и признании контракта заключенным на неопределенный срок.

Поскольку судом не установлена неправомерность действий со стороны ответчика по отношению к истцу, не подлежат удовлетворению и производные исковые требования ФИО19 к ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 о взыскании компенсации за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического рассмотрения спора по существу, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты>.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении исковых требований ФИО19 к Главному управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Северо-Кавказскому Федеральному Округу о признании незаконными и отмене приказов начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении и № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, восстановлении на работе в должности помощника начальника управления (по работе с личным составом) УОР УЗС МВД ФИО2 в ФИО2 ВОГОиП МВД ФИО2 (дислокация н.<адрес>), признании условия о срочном характере контракта, заключенного между истцом и ответчиком на основании приказа начальника ГУ МВД ФИО2 по ФИО2 № л/с от ДД.ММ.ГГГГ, утратившим силу и признании контракта заключенным на неопределенный срок, взыскании компенсации за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического рассмотрения спора по существу, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты>, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам <адрес>вого суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Пятигорский городской суд.

Судья И.Б. Шевлякова