Решение № 2-1310/2025 2-1310/2025~М-1092/2025 М-1092/2025 от 30 октября 2025 г. по делу № 2-1310/2025

Дело № 2-1310/2025 (УИД №42RS0016-01-2025-001512-17)


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Новокузнецк 17 октября 2025 года

Куйбышевский районный суд г. Новокузнецка Кемеровской области в составе: председательствующего судьи Нейцель О.А.,

при секретаре судебного заседания Киндлиб Е.С.,

с участием прокурора Колесникова А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Усковская» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО «Шахта «Усковская» о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ, являясь работником ООО «Шахта» «Усковская», с ним произошел несчастный случай, что подтверждается актом № о несчастном случае на производстве формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с медицинским заключением о характере полученных повреждений в результате несчастного случая и их тяжести от ДД.ММ.ГГГГ №, выданного <данные изъяты> ФИО1 получил травму –<данные изъяты>. <данные изъяты>, по степени тяжести, данная травма квалифицируется, как тяжелая. Причиной возникновения травмы явилось недостаточно эффективные СИЗ <данные изъяты>, используемые при работе с ручным инструментом и приспособлениями ударного действия. Вины пострадавшего в данной травме не установлено. С ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении в <данные изъяты>, где ему наложили швы <данные изъяты>, было рекомендовано наблюдение и лечение у <данные изъяты>. После выписки из больницы, у него возникли осложнения. ДД.ММ.ГГГГ ему была проведена операция <данные изъяты>. В связи с полученной травмой, он находился на больничном с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области» в связи с производственной травмой, ему установлено №% утраты трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда, ООО «Шахта «Усковская», по нормам ФОСа, произвела ему выплату компенсации морального вреда в размере 810 945,72 руб. Однако, истец полагает, что данной суммы недостаточно для компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в том числе и по тем основаниям, что работодатель при подсчете компенсации руководствовался размером заработной платы без ее индексации. В момент несчастного случая, он испытал сильную боль <данные изъяты>. После несчастного случая, у него большая тревожность <данные изъяты>

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ медицинским заключением <данные изъяты>, истцу установлен диагноз- <данные изъяты>. Заболевание профессиональное, установлено впервые. Работодателем ООО «Шахта «Усковская» составлен акт о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ. Причиной возникновения профессионального заболевания явилось несовершенство технологического процесса, а также длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов. С ДД.ММ.ГГГГ ФКУ «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Кемеровской области» в связи с профессиональным заболеванием, истцу установлено №% утраты профессиональной трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ, а затем до ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда от ДД.ММ.ГГГГ, АО «ОУК «ЮКУ» произвела ему выплату компенсации морального вреда по нормам ФОСа, за 31,7% вины предприятия и за №% утраты трудоспособности, в размере 31 280,16 руб. ООО «Шахта «Усковская» произвела выплату компенсации морального вреда в размере 80 960,48 руб. за 37,2% вины предприятия. Однако, истец считает, что указанных сумм недостаточно для компенсации тех страданий, которые он испытывает в связи с полученным заболеванием. В связи с полученным профзаболеванием, он вынужден постоянно принимать лекарственные средства, рекомендованные врачом, периодически проходить лечение. Не может передвигаться на дальние расстояния, наклоняться, т.к. испытывает боль в пояснице. Проживая в частном доме, он ограничен в быту, вынужден обращаться за посторонней помощью. Стал замкнутым, склонным к эмоциональным вспышкам, раздражительным, возбудимым, беспокойным. Все это причиняет ему физические и нравственные страдания. С учетом изложенного, руководствуясь ст. 1093,151, 1101 ГК РФ, ст. 237 ТК РФ, просит суд взыскать с ООО «Шахта «Усковская» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ, в размере 2000 000 руб., с АО «ОУК «Южкузбассуголь» компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 837 219,84 руб., расходы по проведению экспертизы в размере 2250 руб. С ООО «Шахта «Усковская» в свою пользу компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 477 039,52 руб., расходы по проведению экспертизы в размере 2250 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, по доводам и основаниям, изложенным в иске. Суду пояснил, что в связи с полученной травмой <данные изъяты>, во время работы в ООО «Шахта «Усковская», он длительное время находился на больничном. Сразу же после травмы был госпитализирован, ему была проведена операция, <данные изъяты>. Он длительное время проходил лечение, испытывал боль. Он не мог <данные изъяты>. <данные изъяты> Ему установлена утрата трудоспособности в размере № %. Все это ограничивает его жизнедеятельность как, в быту, так и в досуге. Выплаченной ответчиком суммы, он считает недостаточно, т.к. тяжесть травмы и те страдания, которые он испытал в связи с травмой, не компенсирует его страдания, поэтому просил взыскать сумму в размере 2000 000 руб.

Кроме того, в связи с полученным профессиональным заболеванием- <данные изъяты> во время работы на предприятиях ответчика, он также испытывает физические и нравственные страдания, т.к. у него постоянно болит поясница, ноги, он ограничен в движении, т.к. боль сковывает движения. Вынужден проходить лечение, использовать обезболивающие препараты. Регулярно обращается к неврологу, где ему делают блокады, но все это приносит лишь временное облегчение. В связи с профзаболеванием, ему установлено №% утраты профтрудоспособности. Считает, что выплаченные ответчиками суммы, в счет компенсации морального вреда, также не отражают степень физических и нравственных страданий, которые он испытывает в связи с полученным профзаболеванием. Поэтому просит взыскать компенсацию морального вреда с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» за профзаболевание в размере 837 219, 84 руб., с ООО «Шахта «Усковская» в размере 477 039, 52 руб. Расходы, связанные с проведением экспертизы по 2250 руб. с каждого ответчика, расходы на оплату услуг представителя в размере 43 000 руб.

Представитель ответчиков ФИО2, действующая на основании доверенностей, с исковыми требованиями не согласна. Суду пояснила, что в связи с полученной производственной травмой, а также профессиональным заболеванием, истцу были произведены выплаты в счет компенсации морального вреда по нормам ФОСа, исходя из заработной платы, процента утраты трудоспособности и процента вины предприятий в образовании у истца профзаболевания и травмы, которые по ее мнению, в полной мере отражают те страдания, которые испытает истец. В связи с чем, просила в удовлетворении исковых требований, отказать в полном объеме.

Суд, заслушав истца, его представителя, представителя ответчика, допросив свидетеля, изучив письменные доказательства, заслушав заключение прокурора, и рассмотрев дело, в пределах заявленных требований, приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ, жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ, Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч.3 ст. 1099 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещения имущественного вреда.

В соответствии со ст. 5 ТК РФ, коллективный договор, соглашение (в том числе отраслевое) и локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, входят в систему трудового законодательства.

В соответствии со ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым Кодексом РФ, иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан: обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Согласно ст. 45 ТК РФ, соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства. Территориальное соглашение устанавливает общие условия труда, гарантии, компенсации и льготы работникам на территории соответствующего муниципального образования.

Согласно ст. 164 ТК РФ, под компенсациями понимаются денежные выплаты, установленные в целях возмещения работникам затрат, связанных с исполнением ими трудовых или иных обязанностей, предусмотренных настоящим Кодексом и другими федеральными законами.

Согласно ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве, либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях, определяются федеральными законами.

В силу ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", профессиональным заболеванием признаётся хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности.

Несчастный случай на производстве - событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В силу положений ст. ст. 227 – 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Согласно разъяснениям п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 г. №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», при рассмотрении дел о возмещении вреда, причиненного здоровью в результате возникновения у застрахованного профессионального заболевания, необходимо иметь в виду, что в силу Постановления Правительства РФ от 05.07.2022 N 1206 "О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников" (вместе с "Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников"), центр профессиональной патологии устанавливает заключительный диагноз - острое профессиональное заболевание или хроническое профессиональное заболевание (возникшее, в том числе, спустя длительный срок после прекращения работы в контакте с вредными веществами или производственными факторами) (п.11).

Степень стойкой утраты профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.

В силу разъяснений п. 6 Постановления Пленума ВС РФ № 2 от 10.03.2011г. «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании…» работодатель несет ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей в порядке, закрепленном главой 59 ГК РФ.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 46, 47 разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, работник, в силу статьи 237 ТК РФ, имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда. Возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 ТК РФ). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду, в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

Суду, при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя.

В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе, в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Как разъяснено в абзацах 2 и 4 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", суду следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности утверждено Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности.

В рамках реализации положений ФОС по угольной промышленности, генеральным директором Управляющей организации ООО «Распадская угольная компания» и председателем Новокузнецкой территориальной организации Росуглепрофа, заключено Соглашение на период с 01.11.2022 по 30.10.2025.

В соответствии с п.8.1 указанного выше Соглашения, расчет размера единовременной компенсации морального вреда, производится Работодателем по формуле, с учетом среднемесячной заработной платы работника, процента утраты профессиональной трудоспособности, единовременной выплаты Фонда социального страхования РФ, процента вины предприятия в утрате профессиональной трудоспособности.

П.8.2 указанного Соглашения, предусмотрен расчет единовременной компенсации морального вреда при утрате профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, по формуле, с учетом среднемесячной заработной платы работника, процента утраты профессиональной трудоспособности, единовременной выплаты Фонда социального страхования РФ, процента вины предприятия в утрате профессиональной трудоспособности

Судом установлено, что истец состоял в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ с Шахтой «Есаульская», с ДД.ММ.ГГГГ. с ОАО «Шахта «Есаульская», с ДД.ММ.ГГГГ с ОАО «Шахта «Есаульская-Н», с ДД.ММ.ГГГГ с ОАО «ОУК «Южкукзбассуль» филиал «Шахта «Юбилейная», с ДД.ММ.ГГГГ с ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ульяновская», с ДД.ММ.ГГГГ. с ООО «Шахта «Усковская», откуда был уволен в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Согласно медицинскому заключению <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, истцу установлен диагноз –<данные изъяты>. Заболевание профессиональное.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, непосредственной причиной профессионального заболевания- <данные изъяты>, послужило- тяжесть трудового процесса.

В результате указанного профессионального заболевания, истцу, по заключению МСЭ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлено №% утраты профессиональной трудоспособности, что подтверждается справкой МСЭ.

В соответствии с заключением врачебной экспертной комиссии <данные изъяты>» № от ДД.ММ.ГГГГ, установлена степень вины предприятий по профессиональному заболеванию истца: Шахта «Есаульская»-9,4%, ОАО «Шахта «Есаульская»-16,8 %, ОАО «Шахта «Есаульская-Н»-6,6%, ОАО «ОУК «Южкукзбассуль» филиал «Шахта «Юбилейная»-13,1%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ульяновская»-12%, ООО «Шахта «Усковская»-37,2%.

Суд считает, что ответчик АО «ОУК «Южкузбассуголь» должен нести ответственность за 57,9 % вины работодателя в образовании у истца профессионального заболевания, поскольку ответчик является правопреемником предприятий «Шахта «Есаульская», ОАО «Шахта «Есаульская» и ОАО «Шахта «Есаульская-Н», на которых истец работал.

Доводы ответчика о том, что АО 2ОУК «Южкузбассуголь» не несет ответственность по обязательствам указанных предприятий, виновных в развитии у истца профессионального заболевания, опровергаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

В соответствии со ст. 57, 58 ГК РФ при реорганизации юридического лица при выделении из состава юридического лица одного или нескольких юридических лиц к каждому из них переходят права и обязанности реорганизованного юридического лица в соответствии с разделительным балансом.

В соответствии со ст. 59 ГК РФ, в передаточном акте и разделительном балансе должны содержаться положения о правопреемстве по всем обязательствам реорганизованного юридического лица в отношении всех его кредиторов и должников, включая и обязательства, оспариваемые сторонами.

В соответствии со ст. 1093 ГК РФ, в случае реорганизации юридического лица, признанного в установленном порядке ответственным за вред, причиненный жизни или здоровью, обязанность по выплате соответствующих платежей несет его правопреемник. К нему же предъявляются требования о возмещении вреда.

Пунктами 1, 4 ст. 19 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» предусмотрено, что выделением общества признается создание одного или нескольких обществ с передачей им части прав и обязанностей реорганизуемого общества без прекращения последнего; при выделении из состава общества одного или нескольких обществ к каждому из них переходит часть прав и обязанностей реорганизованного в форме выделения общества в соответствии с разделительным балансом.

Согласно ст.60 ГК РФ, если разделительный баланс не даёт возможности определить правопреемника реорганизованного юридического лица, вновь возникшие юридические лица несут солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица перед его кредиторами.

В соответствии с пунктом 6 статьи 15 Федерального закона от 26 декабря 1995 года №208-ФЗ «Об акционерных обществах» установлена солидарная ответственность вновь созданных в процессе реорганизации юридических лиц по обязательствам последнего в случае невозможности определения правопреемника из разделительного баланса, а также в случае допущения нарушения принципа справедливого распределения активов.

В соответствии с исторической справкой ОАО «Шахта «Есаульская» с ДД.ММ.ГГГГ –Шахта «Есаульская» ПО «Гидроуголь».

Распоряжением Комитета по государственному имуществу № от ДД.ММ.ГГГГ государственное предприятие Шахта «Есаульская» преобразовано и переименовано в АООТ «Шахта «Есаульская». АООТ «Шахта «Есаульская» переименовано в ОАО «Шахта «Есаульская». Решением внеочередного общего собрания акционеров ОАО «Шахта «Есаульская» от ДД.ММ.ГГГГ общество реорганизовано путем выделения из его состава и образования новых юридических лиц: ОАО «Шахта «Есаульская-Н» и ОАО «Шахта «Ульяновская».

ОАО Шахта «Есаульская» определением Арбитражного суда от ДД.ММ.ГГГГ признана банкротом.

В соответствии с п. 4.1 Устава ОАО «Шахта «Есаульская-Н», к обществу переходит часть прав и обязанностей реорганизованного общества ОАО «Шахта «Есаульская». Объем передаваемых прав определяется разделительным балансом.

При реорганизации ОАО «Шахта «Есаульская» вопрос о правопреемнике по обязательствам о возмещении вреда здоровью, причиненного работникам реорганизованного юридического лица, определен не был. Актом предусмотрена передача ОАО «Шахта «Есаульская-Н» основных средств, оборотных активов, капиталов и краткосрочных пассивов исключительно в объеме, определенном и зафиксированном настоящим актом.

Поскольку разделительный баланс не дает возможности определить правопреемника по обязательствам вследствие причинения вреда реорганизованного юридического лица, то в силу п. 3 ст. 60 ГК РФ, п. 6. ст. 15 ФЗ «Об акционерных обществах» вновь возникшее юридическое лицо – ОАО «Шахта «Есаульская-Н», несет солидарную ответственность по обязательствам реорганизованного юридического лица – ОАО «Шахта «Есаульская» перед его кредиторами, в частности, перед истцом.

Из устава ОАО «ОУК «Южкузбассуголь», образованного в результате реорганизации, путем слияния ряда шахт, в том числе и Шахта «Есаульская-Н», Шахта «Ульяновская», видно, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» является правопреемником ОАО «Шахта «Есаульская- Н», по всем обязательствам.

Таким образом, суд считает, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» должно нести ответственность по обязательствам вследствие причинения вреда здоровью, в том числе, за Шахту «Есаульская», ОАО «Шахта «Есаульская», виновных в возникновении у истца профессионального заболевания, а поэтому АО «ОУК «Южкузбассуголь» обязано выплатить истцу компенсацию морального вреда, вследствие профессионального заболевания за 57,9 % вины предприятий.

Учитывая изложенное, суд считает, что доводы представителя ответчика о том, что АО «ОУК «Южкузбассуголь» не должно нести перед истцом ответственность по выплате компенсации морального вреда за ликвидированные предприятия, являются необоснованными.

В соответствии с Решением Отделения Фонда Пенсионного и Социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу №-В от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с наличием профессионального заболевания и утратой профессиональной трудоспособности, в размере № %, истцу была назначена единовременная страховая выплата, в размере 18 392,42 руб.

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда №№ от ДД.ММ.ГГГГ, АО «ОУК «Южкузбассуголь» произвела истцу выплату в счет компенсации морального вреда, по нормам Федерального отраслевого соглашения, за 31,7 % вины предприятий ( ОАО «Шахта «Есаульская-Н»- 6,6%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Юбилейная»-13,1%, ОАО «ОУК «Южкузбассуголь» филиал «Шахта «Ульяновская»-12%) в размере 31 280,16 руб., исходя из заработной платы в размере 58 534 руб., процента утраты трудоспособности в размере № %.

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда №№ от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Шахта «Усковская» произвела истцу выплату в счет компенсации морального вреда, по нормам Федерального отраслевого соглашения, за 37,2 % вины предприятия, в размере 80 960, 48 руб., исходя из заработной платы в размере 118 014,60 руб. руб., процента утраты трудоспособности в размере № %.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Положения же отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере, в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, тогда как выплата в добровольном порядке компенсации морального вреда не препятствует обращению гражданина в суд с требованиями о компенсации морального вреда, в связи с чем, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований истца.

В судебном заседании установлено, что истец, в связи с полученным профзаболеванием- <данные изъяты>, возникшим в результате длительной работы на предприятиях угольной промышленности, испытывал и испытывает до настоящего времени физические и нравственные страдания.

В результате полученного профессионального заболевания, истец вынужден отказаться от привычных занятий, в том числе, связанных с работой в быту, т.к. постоянные боли в поясничном отделе позвоночника, не позволяют ему вести прежний образ жизни. Все это причиняет ему как физические, так и нравственные страдания. Истец нуждается в проведении реабилитационных мероприятий, проходит стационарное и амбулаторное лечение курсами, принимает медицинские препараты, для улучшения состояния здоровья, однако, указанное приносит только временное облегчение, что подтверждается медицинскими документами, исследованными в судебном заседании. Последствиями заболевания явилась №% утрата профессиональной трудоспособности до ДД.ММ.ГГГГ.

Из-за полученного профессионального заболевания, в силу состояния здоровья, истец органичен в выполнении профессиональной деятельности, поскольку согласно программе реабилитации пострадавшего от ДД.ММ.ГГГГ №№, продолжение выполнения профессиональной деятельности возможно при уменьшении объема (тяжести) работ. Истцу также необходимо медикаментозное лечение, которое согласно медицинским документам, исследованным в судебном заседании, он регулярно проходит, обращаясь за медицинской помощью, в том числе, к неврологу.

Единственным местом работы истца, согласно сведениям трудовой книжки, архивной справке, личной карточке работника, являлись предприятия угольной промышленности, работать на которых, истец в настоящее время не может, в силу состояния здоровья, и в соответствии с медицинскими ограничениями программы реабилитации пострадавшего.

Указанные обстоятельства подтверждаются также показаниями свидетеля ФИО7, из которых следует, что в связи с полученным профессиональным заболеванием, истец не может вести привычный образ жизни, выполнять домашнюю работу, проживая в частном доме. Испытывая боли в пояснице, он вынужден принимать обезболивающие препараты. В связи с полученной производственной травмой, он находился на больничном, ему была проведена операция, он длительное время принимал обезболивающие препараты, мази. После травмы ухудшилось <данные изъяты>.

Не доверять показаниям указанного свидетеля, у суда оснований не имеется, поскольку являясь супругой истца, она ежедневно наблюдает те страдания, которые испытывает истец в связи с полученным профессиональным заболеванием и производственной травмой <данные изъяты>, которые он получил, в период длительной работы на предприятиях угольной промышленности.

Таким образом, в результате профессионального заболевания, истец лишен возможности вести полноценный образ жизни, заниматься домашними делами, связанными с проживанием в частном доме, трудиться, что сказывается на его эмоциональном состоянии, из-за осознания своей неполноценности, переживания в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь.

Доказательств того, что последствия полученного профессионального заболевания в будущем будут устранены и истец сможет вернуться к своему обычному образу жизни, суду не представлено.

Данные обстоятельства подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

На основании изложенного, суд признает за истцом право на компенсацию морального вреда, в соответствии с нормами ТК РФ, ГК РФ.

Однако, принимая во внимание вышеуказанные обстоятельства, суд считает, что размер заявленных истцом требований о компенсации морального вреда с АО «ОУК «Южкузбассуголь» в размере 837 219, 84 руб., в связи с полученным профзаболеванием, является завышенным, не соответствующим требованиям разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер физических и нравственных страданий истца в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания, его индивидуальные особенности, а именно, его образ жизни, что ограничен в быту, его возраст, влияние его заболевания на повседневную жизнь, а также значимость компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан с момента установления утраты профессиональной трудоспособности и до настоящего времени, степень утраты профессиональной трудоспособности в размере № %, степень вины предприятий АО «ОУК «Южкузбассуголь», на которых работал истец в размере 57,9 %, стаж работы истца на предприятиях ответчика, который составил более № лет, а также добровольно, выплаченные ответчиком суммы в счет компенсации морального вреда по Соглашению в размере 31 280,16 руб. за 31,7 % вины предприятий, суд приходит к выводу, что в пользу истца с АО «ОУК «Южкузбассуголь» подлежит взысканию компенсация морального вреда за профзаболевание «<данные изъяты>», в размере 50 000 рублей.

По мнению суда, сумма в размере 50 000 руб., подлежащая взысканию с АО «ОУК «Южкузбассуголь», в счет компенсации морального вреда, соответствует требованиям разумности и справедливости, а также степени и характеру причиненных профзаболеванием истцу страданий и его последствиям, которые истец испытывает до настоящего времени, а также соблюдает баланс прав и законных интересов сторон.

Указанная сумма соразмерна характеру причиненного вреда, отвечает признакам вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, в соответствии со статьями 21, 53 Конституции Российской Федерации, принципами разумности и справедливости.

Между тем, денежная компенсация морального вреда в размере 80 960,48 руб., выплаченная ООО «Шахта «Усковская», по Соглашению за профессиональное заболевание <данные изъяты>», исходя из №% утраты трудоспособности и 37,2% вины данного предприятия в развитии у истца профзаболевания, соразмерна характеру причиненного вреда, отвечает признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, в соответствии со ст. 21,53 Конституции РФ, принципами разумности и справедливости.

В связи с чем, оснований для взыскания с ООО «Шахта «Усковская» компенсации морального вреда за профессиональное заболевание в размере 477 039,52 руб., у суда не имеется.

Отказ в удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда, влечет отказ в удовлетворении требований о возмещении судебных расходов с ООО «Шахта «Усковская».

Кроме того, судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ во время работы в ООО «Шахта «Усковская» с истцом произошел несчастный случай, в результате которого ему было причинено <данные изъяты>, которая по степени тяжести квалифицируется, как тяжелая.

Причиной несчастного случая явилось недостаточно эффективные СИЗ <данные изъяты>, используемые при работе с ручным инструментом и приспособлениями ударного воздействия. Вины, а также грубой неосторожности ФИО1, в произошедшем несчастном случае, не установлено.

Данные обстоятельства подтверждаются актом № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ., выписным эпикризом №, из которого следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец находился на стационарном лечении с диагнозом –<данные изъяты>

В соответствии со справкой МСЭ от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с полученной производственной травмой, истцу, на период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, установлено №% утраты профессиональной трудоспособности.

В соответствии с Решением №-В от ДД.ММ.ГГГГ Отделения Фонда Пенсионного и Социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области-Кузбассу, вследствие несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, и утратой профессиональной трудоспособности в размере № %, истцу была назначена единовременная страховая выплата, в размере 55 177,26 руб.

В соответствии с Соглашением о компенсации морального вреда №№ от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «Шахта «Усковская» произвела истцу выплату в счет компенсации морального вреда, по нормам Федерального отраслевого соглашения, в размере 810 945,72 руб., исходя из заработной платы в размере 144 353,83 руб., процента утраты трудоспособности в размере № %.

В связи с полученной травмой на производстве, истец длительное время был временно нетрудоспособен, проходил лечение, ему была сделана операция <данные изъяты>. До настоящего времени истец испытывает последствия травмы, т.к. <данные изъяты> при малейшей нагрузке появляется боль.

В связи с чем, истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 2000 000 руб., поскольку, по мнению истца, именно эта сумма отражает физические и нравственные страдания, который он испытал и продолжает испытать до настоящего времени, в связи с полученной травмой.

Однако, суд полагает, что выплаченный ответчиком размер компенсации морального вреда, в размере 810 945, 72 руб., по нормам ФОСа, является соразмерным причиненным истцу физическим и нравственным страданиям, отвечает требованиям разумности и справедливости, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21, 53 Конституции Российской Федерации).

Законодатель не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду, компенсация морального вреда должна возместить потерпевшему понесенные им физические и нравственные страдания.

Данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы материального права, с учетом степени вины причинителя вреда и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда, по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Поэтому, суд, оценив степень нравственных и физических страданий и переживаний истца, критерии разумности и справедливости, приходит к выводу, что оснований для взыскания с ООО «Шахта «Усковская» компенсации морального вреда в пользу истца в размере 2 000 000 руб., за полученную производственную травму не находит.

Довод представителя истца о том, что при выплате компенсации морального вреда ответчиком АО «ОУК «Южкузбассуголь» неверно указан размер среднего заработка, без учета его индексации, что повлияло на размер компенсации морального вреда, выплаченного по Соглашению, при разрешении данных исковых требований, не имеет правого значения, поскольку требования о компенсации морального вреда истцом заявлены не по нормам ФОСа, а по нормам гражданского законодательства, которые не предусматривают определение размера компенсации, исходя заработной платы работника.

В соответствии со ст.94 ГПК РФ, к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Согласно ст. 100 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 48 ГПК РФ, граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Истец просит взыскать с ответчика расходы по оплате услуг представителя в сумме 43 000 руб. Оплата данной суммы подтверждается квитанциями. Однако, с учетом сложности дела, объемом проделанной представителем работы (консультация, составление искового заявления), времени, потраченному на рассмотрение дела, участие представителей в трех судебных заседаниях (в двух судебных заседаниях адвоката Челпановой О.Н., в одном судебном заседании ФИО3), суд считает, что данная сумма должна быть снижена до 20 000 рублей, исходя из принципа соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей, с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в определении № 382-О-О от 17.06.2007г. и недопустимости необоснованного завышения размера оплаты указанных расходов, с целью соблюдения требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, в соответствии с которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Указанная сумма, по мнению суда, является разумной, соответствует проделанной представителями работе, категории дела и времени, затраченному в связи с разрешением спора, соразмерна удовлетворенным исковым требованиям и подлежит взысканию с ответчика АО ОУК «Южкузбассуголь» в размере 20 000 руб.

Кроме того, в соответствии со ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», ст.15, 1064 ГК РФ, ст. 184 ТК РФ, с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь» также подлежит взысканию сумма 4500 руб., оплаченная истцом за проведение экспертизы по определению связи профзаболевания с трудовой деятельностью в размере, пропорциональном степени вины ответчика в образовании у истца профзаболевания, в размере 2605,50 руб. (4500 руб. х 57.9%) Несение указанных расходов подтверждается кассовым чеком.

В связи с тем, что истец согласно ст.333.36 НК РФ, освобождается от уплаты государственной пошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ, ст. 61.1 БК РФ, 333.19 НК РФ, суд считает необходимым взыскать с ответчика АО «ОУК «Южкузбассуголь», в доход бюджета Новокузнецкого городского округа расходы по оплате государственной пошлины в сумме 3000 руб. Доказательств иного, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, суду не представлено.

Иных требований сторонами не заявлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь», ООО Шахта «Усковская» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 20 000 руб., расходы, связанные с проведением экспертизы в размере 2605,5 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований к АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» отказать.

В удовлетворении исковых требований к ООО «Шахта «Усковская» отказать в полном объеме.

Взыскать с АО «Объединенная угольная компания «Южкузбассуголь» в доход бюджета Новокузнецкого городского округа государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме, через Куйбышевский районный суд г.Новокузнецка.

Мотивированное решение суда изготовлено 31.10.2025.

Судья: О.А. Нейцель