Апелляционное определение № 22-11768/2025 от 15 декабря 2025 г.

Судья Михайлова К.И. Дело № 22-11768/2025

УИД 50RS0026-01-2025-003815-41


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 декабря 2025 года г.Красногорск

Московской области

Судебная коллегия по уголовным делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Колпаковой Е.А.,

судей Абрамской О.А., Тришевой Ю.С.,

при помощнике судьи Богородской Д.Г.,

с участием прокурора Неумойчева В.Н.,

адвоката Медведева С.А. в защиту осужденного ФИО1

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу потерпевшего ФИО2

на приговор Люберецкого городского суда Московской области от <данные изъяты>, которым ФИО3 <данные изъяты>,

осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ к 6 (шести) годам лишения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

срок наказания исчислен с даты вступления приговора в законную силу;

зачтено в срок отбывания наказания время содержания под стражей с <данные изъяты> до дня вступления приговора в законную силу из расчета, произведенного в соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Колпаковой Е.А.,

объяснения осужденного адвоката Медведева С.А. в защиту осужденного ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы потерпевшего,

мнение прокурора Неумойчева В.Н. об оставлении приговора суда без изменения,

судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 осужден за покушение на убийство, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, которые не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам.

В судебном заседании ФИО1 виновным себя признал полностью.

В апелляционной жалобе потерпевший ФИО2 считает приговор суда незаконным, поскольку выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, судом неправильно применены нормы уголовного закона и назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления и личности осужденного;

полагает, что не подтвержден прямой умысел осужденного ФИО1 на совершение действий, направленных на лишение его (ФИО4) жизни;

обращает внимание на показания ФИО1 о том, что, увидев у него (потерпевшего) кровь, он выбежал в подъезд, стучался во все двери, прося вызвать скорую помощь, но ему никто не хотел открывать дверь; далее он вышел из подъезда на улицу и, как мог, просил прохожих вызвать для него (потерпевшего) скорую помощь, после чего потерял сознание от потери крови, что, по мнению автора жалобы, подтверждаются показаниями свидетелей ФИО5, ФИО6 и протоколом осмотра места происшествия;

утверждает, что характер действий ФИО1 непосредственно после совершения преступления, выраженный в обращении к соседям и жителям по подъезду за помощью и в публичном выходе на улицу в одежде со следами крови с целью обращения внимания прохожих на себя и придания гласности своим действиям, свидетельствуют об отсутствии прямого умысла на наступление его (потерпевшего) смерти и желании своевременного оказания медицинской помощи;

полагает, что действия ФИО1 должны быть квалифицированы как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью;

просит приговор суда в отношении ФИО1 изменить, квалифицировать его действия по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, назначить ему наказание в виде 3 лет лишения свободы.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия оснований для отмены либо изменения приговора суда не находит.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 304, 307-308 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации преступления.

Судебное разбирательство по уголовному делу в суде первой инстанции проведено с соблюдением требований УПК РФ о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступления, формы вины, мотивов, его целей и последствий. В процессе рассмотрения уголовного дела сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену либо изменение приговора, при расследовании уголовного дела и рассмотрении его судом допущено не было.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно-мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

По результатам состоявшегося разбирательства суд обоснованно пришел к выводу о виновности ФИО1 в покушении на убийство ФИО2, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

При обосновании вывода о виновности ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, суд в приговоре, помимо его показаний, в которых он полностью признал свою вину, правомерно сослался на

показания потерпевшего ФИО2, согласно которым ФИО1 является родным братом его жены, с которым у них были теплые, родственные отношения, никаких конфликтов, драк, потасовок между ними никогда не было; <данные изъяты> он (Огородников) находился у себя дома, около <данные изъяты> приехал ФИО1, с собой принес спиртное и арбуз, они вдвоем выпивали, никто к ним не приходил; в какой-то момент между ними произошел небольшой конфликт, после чего ФИО1 схватил кухонный нож, длиной клинка более 30 см, которым они резали арбуз, и начал на него (<данные изъяты>) замахиваться, поднимая нож над головой; он не ожидал этого и поднял левую руку вверх на случай, если тот решится ударить; ФИО1 ударил его ножом сверху и попал ему в левую руку, он увидел кровь, а ФИО1 продолжил наносить ему удары сверху в левую руку, ударив 2 раза, потом нанес ему боковой удар ножом в живот слева, от чего у него (<данные изъяты>) пошла кровь, и он (<данные изъяты>), осознавая, что его жизни и здоровью имеется реальная угроза, схватил в правую руку лежащий недалеко от стола канцелярский нож и, попытавшись обезвредить ФИО1, нанес ему один удар в левую руку, думая, что это заставит того выбросить нож или перестать наносить ему удары, однако ФИО1 это не остановило, и он продолжил наносить ему удары в живот и грудь; более подробностей того вечера он не помнит, всплывают отдельные фрагменты: поездка в больницу, разговоры с врачами; со слов хирурга знает, что ему сделали операцию на животе, так как была проколота кишка, было повреждено легкое; претензий к ФИО1 не имеет;

показания свидетелей ФИО5 и ФИО6, из которых следует, что к ним в дверь действительно стучался незнакомый им мужчина, ФИО5, открыв дверь, увидела у него на левой руке и ноге глубокие порезы, из которых обильно шла кровь, мужчина находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, невнятно выражался и плохо стоял на ногах; сначала она испугалась и закрыла дверь, а потом вышла в подъезд, где увидела следы крови, незнакомый мужчина уже был на лестничной площадке и шел в сторону выхода, они проследовали за ним; выйдя из подъезда и пройдя метров 15-20, мужчина рухнул на землю, ФИО6 направился к нему и стал оказывать первую помощь, предварительно вызвав скорую; спустя <данные изъяты> приехала бригада скорой медицинской помощи, еще через <данные изъяты> - полиция;

показания свидетеля ФИО7 - старшего оперуполномоченного ФИО8 ОУР МУ МВД России «Люберецкое» о том, что <данные изъяты> примерно в <данные изъяты> в дежурную часть отдела поступила информация о том, что по адресу: <данные изъяты> напротив подъезда находится мужчина в крови, с признаками ножевых ранений; он с ФИО9 незамедлительно выехали на указанный адрес, где обнаружили мужчину, который представился как ФИО1, он был в крови, на руке была открытая рана; рядом находились ФИО5 и ФИО6, которые оказывали пострадавшему медицинскую помощь, накладывая жгут на руку; ФИО1 по поводу полученных телесных повреждений ничего пояснить не мог, находился в тяжелом состоянии; они зашли во 2-ой подъезд вышеуказанного дома, где обнаружили следы крови, которые привели их в <данные изъяты>, дверь в которую была открыта; зайдя внутрь, они обнаружили мужчину, лежащего на кухне, с ножевыми ранениями живота и груди; мужчина представился как ФИО2; ФИО9 позвонил в службу «<данные изъяты>», а он (<данные изъяты>) начал беседу с ФИО2, чтобы тот не терял сознание; в ходе беседы ФИО2 пояснил, что в ходе совместного употребления алкогольных напитков ФИО1 взял нож и начал наносить ему (ФИО2) удары, иных обстоятельств пояснить не смог в силу состояния здоровья;

показания свидетеля ФИО10 - жены ФИО1, из которых следует, что они состоят в браке с <данные изъяты>, имеют совместного ребенка - инвалида с детства, муж является единственным кормильцем в их семье, обеспечивает, в том числе, лечение сына, она не работает; мужа характеризует как человека спокойного, доброго, заботливого, дружелюбного, внимательно относящегося к их ребенку и к ней, не допускающего никаких признаков агрессии, рукоприкладства;

протокол очной ставки между ФИО2 и ФИО1;

протоколы осмотра места происшествия, протоколы выемки, получения образцов для сравнительного исследования, осмотра предметов;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого при проведении судебно – медицинской экспертизы установлено, что ФИО2, <данные изъяты> были причинены повреждения: колото-резаное ранение грудной клетки по передней подмышечной линии в 7 межреберье слева (рана 1), проникающее в плевральную полость с повреждением левого легкого, межреберной артерии; левосторонний гемопневмоторакс (наличие воздуха и около 600 мл крови и свертков); колото-резанное ранение передней поверхности живота (рана 2), проникающее в брюшную полость, повреждение петли тонкой кишки, гемоперитонеум (кровь около 200,0 мл); резаная рана (3) S-образной формы на передней поверхности средней трети левого плеча с распространением на боковую поверхность; резаная рана (4) на ладонной поверхности средней трети левого предплечья дугообразной формы, выпуклой книзу; многочисленные гематомы области лица; повреждения в области лица могли образоваться от воздействия тупыми предметами, механизмом образования гематом, могло являться как ударное воздействие, так и сдавливающее, установить их количество, точную локализацию и давность причинения не представляется возможным, оснований для исключения возможности получения этих повреждений в срок, указанный в постановлении, не имеется; установленные повреждения в области грудной клетки и живота образовались от воздействия остро-режущего предмета(тов), имеющего(щих) острый край и обладающего(щих) колюще-режущими свойствами, механизмом образования ран (1, 2) могло являться давление остро-режущего предмета с погружением и рассечением мягких тканей; механизмом образования ран (3, 4), могло являться давление остро-режущего предмета с протягиванием и разделением ткани; особенности установленных повреждений дают основание считать, что они причинены незадолго до времени оказания медицинской помощи, не исключено <данные изъяты>; колото-резаное ранение грудной клетки по передней подмышечной линии в 7 межреберье слева, проникающее в плевральную полость с повреждением межреберной артерии, левого легкого; левосторонний гемопневмоторакс, как повреждение опасное для жизни, относится к тяжкому вреду, причинившего здоровью человека; колото-резаное ранение передней поверхности живота слева, проникающее в брюшную полость, повреждение петли тонкой кишки, гемоперитонеум, как повреждение опасное для жизни, относится к тяжкому вреду, причинившего здоровью человека; резаные раны передней поверхности средней трети левого плеча с распространением на боковую поверхность и ладонной поверхности средней трети левого предплечья дугообразной формы, выпуклой книзу, как повреждения, повлекшие кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью до трех недель (не более 21 дня), как раздельно, так и в совокупности, относятся к лёгкому вреду, причинившего здоровью человека; гематомы - поверхностные повреждения, не влекущие за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, из которого следует, что согласно записям в представленной копии медицинской карты <данные изъяты> пациента, получающего медицинскую помощь в ГБУЗ МО «Люберецкая ОБ» на имя ФИО1, <данные изъяты> г.р., установлено, что ему были причинены: рана по задненаружной поверхности верхней трети левого плеча с повреждением трехглавой мышцы левого плеча и мышечных сосудов; рана по переднелатеральной поверхности верхней трети левого бедра; установленные повреждения причинены незадолго до времени обращения за медицинской помощью, не исключено <данные изъяты>, и образовались от воздействия остро-режущего предмета(тов), имеющего(щих) острый лезвийный край и обладающего(щих) колюще-режущими свойствами; механизмом образования раны на левом плече могло являться давление остро-режущего предмета с протягиванием и разделением ткани; механизмом образования раны на левом бедре могло являться давление остро-режущего предмета с погружением и рассечением мягких тканей; установить индивидуальные и конструктивные особенности воздействовавшего(ших) предмета(тов) не представляется возможным; повреждения, как повлекшие кратковременное расстройство здоровья, продолжительностью до трех недель (не более 21 дня), как раздельно, так и в совокупности, относятся к лёгкому вреду, причиненному здоровью человека;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого на лезвии ножа <данные изъяты> обнаружена кровь человека; на его рукоятке обнаружена кровь человека с примесью пота; на клинке ножа <данные изъяты> обнаружена кровь человека; на его рукоятке обнаружена кровь человека с примесью пота; на трех марлевых тампонах со смывами обнаружена кровь человека;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого на одежде ФИО1 - спортивных брюках, трусах и паре носков обнаружена кровь человека;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого на одежде потерпевшего ФИО2 - спортивных брюках и трусах обнаружена кровь человека;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого биологические следы на ножах (<данные изъяты> клинок, <данные изъяты> рукоятка) могли произойти, в числе других вариантов, от смешения биологического материала ФИО2 и ФИО1; следы крови на ноже (<данные изъяты> клинок), на марлевом тампоне со смывом (<данные изъяты>) могут принадлежать ФИО2 с расчетной (условной) вероятностью не менее <данные изъяты>%, происхождение исследованных следов от ФИО1 исключается; следы крови на марлевом тампоне со смывом (<данные изъяты>), на марлевом тампоне со смывом (<данные изъяты>) могут принадлежать ФИО1 с расчетной (условной) вероятностью не менее <данные изъяты>%, происхождение исследованных следов от ФИО2 исключается;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого следы крови на спортивных брюках (объекты <данные изъяты>,3), паре носков ФИО1 могут принадлежать ФИО1 с расчетной (условной) вероятностью не менее 99,<данные изъяты>%; их происхождение от ФИО2 исключается;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого биологические следы на спортивных брюках ФИО2 (объект <данные изъяты>) могли произойти, в числе других вариантов, от смешения биологического материала ФИО2 и ФИО1;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия по адресу: <данные изъяты>, является ножом строительным и к категории холодного оружия не относится; изготовлен промышленным способом, видимых изменений в конструкцию ножа не внесено;

заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, согласно выводам которого нож, изъятый в ходе осмотра места происшествия по адресу: <данные изъяты>, относится к хозяйственным ножам, изготовленным промышленным способом и к холодному оружию не относится; соответствует требованиям <данные изъяты> «Ножи хозяйственные и специальные. Общение технических требования»;

другие исследованные в судебном заседании доказательства, подробное содержание и анализ которых приведены в приговоре.

Все изложенные в приговоре доказательства суд в соответствии с требованиями ст. ст. 87, 88 УПК РФ проверил, сопоставил друг с другом, и каждому из них дал оценку с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в совокупности признал их достаточными для разрешения уголовного дела по существу.

Приведенные в приговоре показания потерпевшего и свидетелей согласуются между собой и с письменными доказательствами, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, оснований не доверять им у суда не имелось, поэтому они в совокупности с другими допустимыми доказательствами обоснованно положены в основу обвинительного приговора. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний таким образом, что это искажало бы их существо и позволяло дать им иную оценку, чем та, которая содержится в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Существенных противоречий в приведенных выше доказательствах, которые могли бы повлиять на правильность выводов суда, не усматривается. Данные доказательства нашли свое подтверждение и обоснованно положены в основу выводов суда о виновности ФИО1 в инкриминируемом преступлении.

Приводимые в жалобе потерпевшего доводы о неправильной квалификации преступления, ссылки на отсутствие у ФИО1 умысла на его (мс) убийство, вследствие чего действия осужденного подлежат квалификации по ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ, судебная коллегия находит неубедительными, поскольку при решении вопроса о направленности умысла виновного суд исходил из совокупности всех обстоятельств содеянного, учел способ и орудие преступления, характер, количество и локализацию телесных повреждений у потерпевшего.

Судом установлено, что ФИО1, нанося удары ФИО2, действовал умышленно, о чем свидетельствует характер его действий, способ совершения и орудие преступления - нож, удары которым наносились неоднократно, в том числе, в область расположения жизненно-важных органов - живот и грудную клетку, при этом повреждения, диагностированные у ФИО2, согласно заключению эксперта, расцениваются как тяжкий вред здоровью, создающий непосредственно угрозу для жизни. Смерть ФИО2 не наступила в виду его активного сопротивления ФИО1 и своевременно оказанной ему медицинской помощи.

Таким образом, ФИО1, не будучи лицом, страдающим каким-либо хроническим или временным психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным состоянием психики, которые лишали бы его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, нанося ФИО2 удары ножом в область расположения жизненно-важных органов, не мог не осознавать, что совершает деяние, опасное для жизни и здоровья другого человека, и не мог не предвидеть наступления или возможности наступления последствий в виде смерти потерпевшего.

Последующее поведение ФИО1, на которое ссылается автор жалобы, не свидетельствует об отсутствии у ФИО1 умысла на лишение потерпевшего жизни и желании своевременно оказать ему медицинскую помощь.

Из показаний свидетелей ФИО5 и ФИО6 не следует, что стучавшийся к ним в дверь мужчина (ФИО3) просил вызвать скорую помощь для потерпевшего или каким-либо иным способом дал понять, что ФИО2, оставшийся в квартире, нуждается в медицинской помощи, а, напротив, пошел в сторону выхода из подъезда, где в последующем и упал. Не сообщал он об ФИО2 и приехавшим по вызову сотрудникам полиции, которые обнаружили последнего, проследовав к квартире по следам крови.

Судебная коллегия считает, что суд первой инстанции, проверив имеющиеся доказательства и сопоставив их друг с другом, пришел к обоснованному выводу о достаточности доказательств вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ему преступления при указанных в приговоре обстоятельствах.

Правильность оценки доказательств и установленных на их основании фактических обстоятельств дела сомнений не вызывают. Какие-либо не устраненные судом первой инстанции существенные противоречия в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденного, которые могли бы повлиять на выводы суда о доказанности его вины, по делу отсутствуют.

Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе его совершения, форме вины, цели и об иных данных, позволяющих судить о событии преступлений, причастности к ним осужденного ФИО1 и его виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.

С учетом установленных по делу обстоятельств, направленности умысла осужденного и наступивших последствий, действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 105 УК РФ как покушение на убийство, то есть умышленные действия, непосредственно направленные на умышленное причинение смерти другому человеку, которые не были доведены до конца по независящим от него обстоятельствам.

Оснований для переквалификации содеянного ФИО1 на ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ, как о том ставится вопрос в жалобе потерпевшего, судебная коллегия не усматривает.

При назначении наказания осужденному ФИО1 суд в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учитывал характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи, данные о личности ФИО1, который на учете в НД и ПНД не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, соседями и по месту работы характеризуется положительно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд учел признание им вины, раскаяние в содеянном, <данные изъяты>), принесение извинений потерпевшему.

Оснований для признания в соответствии с п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства аморального или противоправного поведения потерпевшего, явившегося поводом для совершения преступления, суд не нашел, мотивировав свои выводы в приговоре, с которыми судебная коллегия не может не согласиться.

Обстоятельств, отягчающих наказание, суд не установил.

Судебная коллегия считает, что все заслуживающие внимания обстоятельства при решении вопроса о виде и размере наказания осужденному, судом учтены, назначенное ФИО1 наказание в пределах, установленных ч. 3 ст. 66 УК РФ, является справедливым и соразмерным содеянному, и оснований для его смягчения, о чем просит в жалобе потерпевший, не имеется.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, судом не установлено, в связи с чем, оснований для применения в отношении ФИО1 положений ст. 64, ст. 73, ч. 6 ст. 15 УК РФ суд не нашел, приведя в приговоре соответствующие суждения.

Местом отбывания осужденным наказания суд в соответствии с п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ правильно определил исправительную колонию строгого режима.

На основании изложенного, руководствуясь ст.38913, 38920, 38928 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Приговор Люберецкого городского суда Московской области от <данные изъяты> в отношении ФИО3 <данные изъяты> оставить без изменения, апелляционную жалобу потерпевшего ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии судебного решения, вступившего в законную силу, при этом осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: