Апелляционное определение № 22-147/2026 от 11 февраля 2026 г.

Дело № 22-147 Судья Цыгульская С.Н.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

12 февраля 2026 года г. Тула

Судебная коллегия по уголовным делам Тульского областного суда в составе:

председательствующего судьи Кузнецовой Е.Б.,

судей Турчиной Т.Е., Жеребцова Н.В.,

при ведении протокола помощником судьи Сухининой В.Н.,

с участием прокурора Абиюка А.А.,

потерпевшего Потерпевший №1,

осужденного ФИО16,

защитника адвоката Родионовой Ю.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденного ФИО16 и адвоката Родионовой Ю.О. на приговор Донского городского суда Тульской области от 16 декабря 2024 года, в соответствии с которым

ФИО16, <данные изъяты>,

осужден по ч. 4 ст. 111 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, до вступления приговора в законную силу.

Срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу. На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачтено время содержания под стражей с 14.08.2024 до дня вступления приговора суда в законную силу в срок лишения свободы, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Судьба вещественных доказательств решена.

Заслушав доклад судьи Турчиной Т.Е., изложившей содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражение на них, выслушав выступления сторон, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

согласно приговору, ФИО16 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего ФИО7, совершенное в период с 09 часов 10 минут до 09 часов 36 минут 30.06.2024, на участке местности, расположенном в <адрес>.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО16 выражает несогласие с приговором суда, ввиду неправильной квалификации его действий и суровости назначенного наказания.

Просит приговор суда изменить, переквалифицировать его действия на ч.2 ст.109 УК РФ, назначив более мягкое наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Родионова Ю.О. в защиту интересов осужденного ФИО16 выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным.

Отмечает, что ФИО16 признает, что нанес ФИО7 два удара по голове, однако, считает, что его действия не взаимосвязаны с наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего, наступившей по иным причинам. Он не оспаривает исследованные доказательства, однако полагает, что заключения судебно-медицинских экспертиз №397 от 26.05.2024, № 621-Д от 27.09.2024 недостаточно были изучены судом, внимание которого обращалось на неполноту выводов судебно-медицинского эксперта и наличие ряда противоречий в заключениях. Поэтому, они просили назначить дополнительную экспертизу, которая могла бы разрешить противоречия, в чем судом было отказано.

Отмечает, что допрошенная в судебном заседании эксперт ФИО1. не ответила на необходимые вопросы защиты, а дала противоречивые показания.

Утверждает, что ФИО16, не отрицая факта нанесения повреждений ФИО7, не имел прямого умысла на причинение тому тяжкого вреда здоровью, не мог и не должен был предвидеть возможность наступления его смерти. И считает, что состояние здоровья ФИО7 является одной из причин, которая находится во взаимосвязи с наступлением последствий виде смерти последнего.

Считает неверным вывод суда о наличии между действиями осужденного и наступившими последствиями в виде смерти потерпевшего прямой причинно-следственной связи. И полагает, что в действиях ФИО16 отсутствуют признаки преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ.

Ссылаясь на ст.38917 УПК РФ, полагает, что имеющиеся при вынесении приговора нарушения, являются основанием для его отмены или изменения, поскольку осужденный был лишен прав, гарантированных участникам уголовного судопроизводства, что повлияло на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Кроме того, находит неверной оценку, данную судом смягчающим наказание осужденного обстоятельствам. И указывает, что приговором установлено, что действия осужденного были вызваны аморальным поведением потерпевшего. Однако, пребывание в общественном месте, в сквере, в состоянии алкогольного опьянения, не может рассматриваться как аморальное.

Отмечает, что ФИО16 просил не кричать утром, не распивать спиртное, на что ФИО7, чье состояние алкогольного опьянения установлено заключением эксперта и подтверждено свидетелями, не реагировал. Считает доказанным, что так как приобретение спиртного и его распитие в сквере происходило периодически, что употребление спиртных напитков потерпевшим в запрещенных для этого места, образует состав административного правонарушения, предусмотренного ст.20.20 КоАП РФ, что и стало причиной конфликта.

Обращает внимание, что судом была просмотрена видеозапись с места происшествия, согласно которой ФИО7 пытался подойти к ФИО16, начал правой рукой замахиваться на него, одна из женщин, присутствовавших при этом, своим усилием не дает это сделать, но данное обстоятельство судом не оценено. В связи с этим, находит вывод суда о невозможности учесть в качестве смягчающего наказание обстоятельства аморальное и противоправное поведение ФИО7 не основанным на законе.

Перечисляя установленные судом в приговоре смягчающие наказание ФИО16 обстоятельства, ссылаясь на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств и обоснование судом невозможности применения положений ст.64, 73, 53.1 УК РФ, полагает, что совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, сведения о личности осужденного и условия жизни его семьи, были учтены судом не в полной мере, что привело к суровому и несправедливому наказанию.

Просит приговор суда изменить.

В дополнении к апелляционной жалобе адвокат Родионова Ю.О. в защиту интересах осужденного ФИО16, считет, что судом не были учтены существенные обстоятельства дела, касающиеся действий последнего в отношении ФИО7, с которым он проживал по соседству, был осведомлен о том, что тот был дерзким, агрессивным, неоднократно судимым за тяжкие преступления. И находит опровергающимся обстоятельствами дела и записью с камеры видеонаблюдения вывод суда об отсутствии у ФИО16 причин для обороны и о том, что ФИО7 никакой опасности для него не представлял. По ее мнению, совокупность нахождения потерпевшего в состоянии алкогольного состояния и сведений о характеризующих его личность данных, свидетельствует о том, что у ФИО16, который уже подходил и просил не шуметь, был повод опасаться агрессии и дерзкого ответа от ФИО8

Также не соглашается с выводам приговора о том, что нахождение ФИО7 в состоянии опьянения не влияет на существо обвинения. В обоснование своих доводов об этом ссылается на то, что в силу требований уголовного закона это обстоятельство может смягчить ответственность ФИО16 Нахождение ФИО7 в состоянии опьянения, в общественном месте, в шумной пьяной компании, послужило поводом для повторно сделанного осужденным замечания о тишине. Свидетели подтвердили, что распивали с ФИО7 спиртное в сквере и постоянно его докупали для совместного распития. А потому считает, что именно в этой части поведение потерпевшего могло быть признано судом ни аморальным, ни противоправным.

Вновь ссылаясь на ст. 20.20 КоАП РФ, что судом должно было быть учтено, считает неправильным анализ суда о том, что ФИО7 в присутствии ФИО16 спиртное не употреблял, сидел спокойно, никому не мешал а на просьбу осужденного покинуть сквер, проявил неделание это делать. И отмечает, что на видеозаписи очевидны совершаемые в отношении ФИО16 ФИО7 действия, его намерение подойти к осужденному, замахивание на последнего правовой рукой, после чего ФИО16 и нанес тому удар. Поэтому полагает, что действия потерпевшего носили провокационный характер, чему суд должен был дать объективную оценку.

Выражает несогласие с квалификацией действий ФИО16, поскольку умысла на причинение тяжкого вреда здоровью повлекшего смерть потерпевшего у него не было.

При этом, указывает, что заключением эксперта № 397 от 26.07.2024 было установлено у ФИО7 наличие мешотчатой аневризмы артерии головного мозга, дистрофические изменения головного мозга, в то время, как в выводах эксперта н среди основного состояния, ни среди сопутствующего данное обстоятельство не перечислено. Ссылаясь на то, что Международной статистической классификацией аневризма аорты представляет собой отдельное заболевание, утверждает, что и дополнительное заключение эксперта № 621-Д не разрешило данный вопрос. Исходя из этого, вместе с осужденным, считают, что перед экспертом необходимо поставить имеющие у них вопросы, перечисленные в апелляционной жалобе.

Обращает внимание на указание в заключении эксперта о том, что джинсы на ФИО7 были чистые, что подтвердила в судебном заседании и эксперт. И указывает, что при исследовании трупа была обнаружена ссадина на передней поверхности левого коленного сустава с засохшей коркой. Поэтому не исключает возможность падения потерпевшего ранее, от чего тот мог удариться головой, и что могло спровоцировать разрыв имеющейся у него аорты, и что могло иметь место в короткий промежуток времени перед событиями, случившимися с осужденным, и потерпевший мог передвигаться и совершать иные действия. В обоснование этого ссылается на то, что потерпевший был одет в джинсы и считает, что если бы он в них падал, то они бы имели загрязнения: снаружи от грязи и внутри от крови. Исходя из этого, делает предположение о том, что такое повреждение ФИО7 мог получить, находясь в короткой летней одежде, но не в джинсах. И отмечает, что эксперт описывает все повреждения, включая ссадину на левом локте, на левом колене, как полученные одновременно, что, по ее мнению, противоречит обвинению.

При этом утверждает, что просмотр видеонаблюдения подтвердил невозможность при установленных обстоятельствах дела повреждение потерпевшим передней поверхности левого коленного сустава, так как он на колено не падал.

Соглашаясь с выводов суда о том, что ссадины на локте и колене не имеют критериев тяжести вреда здоровью, причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего, считает, что, поскольку они причинены с иными повреждениями одномоментно, то необходимо серьезно исследовать обстоятельства, при которых они были причинены. И приводит показания эксперта ФИО1. о том, что после нанесения потерпевшему удара по голове слева, он сел на лавку, обмяк и более никаких действий не совершал; после нанесения первого удара ФИО7 вел себя обыкновенно, изменений в его поведении она не увидела. Полагает, что эти показания эксперта подтверждают, что телесные повреждения потерпевший мог получить раньше, при иных обстоятельствах.

Считает, что наличие у потерпевшего аневризмы аорты, возможные иные обстоятельства получения им телесных повреждений, о которых ФИО16 не мог знать, спровоцировали неблагоприятный исход для потерпевшего, а ухудшение состояния его здоровья в связи с такой аномалией сосудов головного мозна не должно создавать основания, для квалификации действий осужденного по ч.4 ст. 111 УК РФ.

Находит позицию ФИО16, не отрицавшего факта причинения телесных повреждений потерпевшему, но оспаривавшего обвинение в части квалификации, непроверенной судом, что привело к вынесению незаконного приговора, а выводы суда в этой части,- противоречащими обстоятельствам дела.

Ссылаясь на частичное признание осужденным своей вины, принесение им потерпевшему Потерпевший №1 извинений, дважды явку с повинной, добровольное возмещение вреда потерпевшему, данные о личности ФИО16, отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств и на то, что потерпевший Потерпевший №1 не высказал позицию о назначении осужденному строгой меры наказания, считает, что суд не в полной мере учел данные о личности осужденного и назначил слишком суровое наказание, вопреки требованиям ст. 60 УК РФ.

Приводя положения ст.38915 УПК РФ, просит приговор изменить.

В дополнении к апелляционной жалобе осужденный ФИО16, ссылаясь на аналогичные доводы адвоката, просит приговор суда изменить.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Можаев М.В. находит доводы апелляционных жалоб не подлежащими удовлетворению, назначенное ФИО16 наказание справедливым и соразмерным содеянному, на основании чего, просить приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы, - без удовлетворения.

В судебном заседании судебной коллегии осужденный ФИО16 его защитник адвокат Родионова Ю.О. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили их удовлетворить и приговор изменить, переквалифицировав действия осужденного с ч.4 ст. 111 УК РФ на ч.2 ст. 109 УК РФ, наказание смягчить.

Потерпевший Потерпевший №1 и прокурор Абиюк А.А., считая приговор законным, просили оставить его без изменения, апелляционные жалобы,- без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражение на них, выслушав участников процесса, судебная коллегия приходит следующему.

Настоящее уголовное дело было рассмотрено судом в открытом судебном заседании, в общем порядке принятия судебного решения.

При этом, суд первой инстанции в соответствии со ст. 122, 271 УПК РФ разрешил все заявленные сторонами ходатайства, не допустив нарушений требований, предусмотренных ст. ст. 14-15 УПК РФ, то есть, соблюдая принцип состязательности и равноправия сторон. Ограничений прав в предоставлении сторонами доказательств, судом не допущено.

Уголовное дело разрешено с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ, то есть в пределах предъявленного обвинения. По окончании судебного следствия ни от кого из участников процесса юридически значимых ходатайств о дополнении судебного следствия не поступило.

Нарушений уголовно-процессуального закона, в том числе права ФИО16 на защиту, реализуемого в соответствии со ст. 16 УПК РФ, на всех стадиях уголовного процесса при рассмотрении дела не допущено.

Данные обстоятельства, установленные судом апелляционной инстанции, подтверждены протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Суд признал ФИО16 виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, не согласившись с его доводами о квалификации действий по ст. 109 УК РФ.

Посчитав его вину в совершении инкриминируемого преступления доказанной, суд сослался на исследованные в судебном заседании доказательства, а именно:

на показания: потерпевшего Потерпевший №1 о том, что 30.06.2024 ему по телефону сообщили об убийстве ФИО7 в парке, а когда он приехал в парк, узнал, что туда приходил молодой человек, который ударил ФИО7; свидетеля ФИО2 о том, что 30.06.2024, в 11 часов, звонивший ей Потерпевший №1 сообщил об убийстве ФИО7, который 27.06.2024, 28.06.2024 на здоровье не жаловался и у которого телесные повреждения отсутствовали; свидетеля ФИО3., подтвердившей, что 30.06.2024, около 06 часов 30 минут, она и ФИО16 проснулись от криков и нецензурной брани со стороны сквера, где собираются лица, употребляющие спиртное и ведущие себя аморально, которых последний пытался успокоить и, так как те не прислушались, около 09 часов 10 минут пошел поговорить с ними, а, вернувшись примерно в 09 часов 15 минут пытался дозвониться до скорой, сказав, что мужчине плохо; свидетеля ФИО4 о том, что от сотрудников следственного комитета 30.06.2024 ей и ФИО3 стало известно, что между ФИО16 и распивавшими спиртное в сквере лицами произошел конфликт, в ходе которого тот нанес мужчине удар в лицо, отчего последний скончался; свидетелей ФИО5., ФИО6., ФИО8., ФИО9 ФИО10 подтвердившими, что 30.06.2024, около 09 часов 10 минут, когда они с ФИО7 находились в сквере, то к ним прибежал ФИО16, который вел себя агрессивно, выражался грубой нецензурной бранью и возмущавшийся тем, что они громко разговаривают и мешают спать, на что ФИО7, желая поговорить, встал с лавочки, а ФИО16, достав из-под футболки предмет, замахнулся им на ФИО7 и дал ему пощечину. После того, как ФИО7 повернулся спиной к ФИО16, тот его толкнул двумя руками в спину, от чего ФИО7 упал на лавочку, ударившись грудью, а ФИО16 продолжил конфликтовать. Затем ФИО7 направился в сторону ФИО16 и тот нанес ему удар правой рукой, сжатой в кулак, в область лица, от чего ФИО7 пошатнулся и сел на лавочку, а ФИО16 ушел. ФИО5. и ФИО11. видели, как потерпевший сполз с лавочки на асфальт, находился в неестественной позе и, поняв, что тот умер, вызвали скорую помощь; свидетеля ФИО12 о том, чт 30.06.2024 в парке в <адрес> видел лежащего на земле мужчину, не подававшего признаков жизни и вызвал скорую помощь; свидетеля ФИО13., пояснившего о получении 30.06.2024, примерно в 10-00, информация, что на территории парка <адрес><адрес>, обнаружен труп неустановленного мужчины, обстоятельствах опроса установления личности умершего, в том числе с помощью Потерпевший №1; свидетеля ФИО14. о выезде в составе бригады скорой медицпснкой помощи 30.06.2024, примерно в 09-20, на территорию парка, где увидели стоявшего на коленях с опущенной вниз головой мужчину, у которого были установлены все признаки биологической смерти и смерть которого была зафиксирована в 9 часов 36 минут 30.06.2024; свидетеля ФИО15. о произведении им записи с камеры видеонаблюдения, расположенной возле <адрес>, направленной на территорию памятника шахтера, с целью отыскания причастных к смерти ФИО7 и лиц, располагающих сведениями об этом;

на письменные доказательства: протоколы осмотра места происшествия и трупа от 30.06.2024, предъявления трупа для опознания от 30.06.2024, выемок от 05.07.2024 и 08.07.2024, осмотра предметов с фототаблицей к нему от 14.08.2024 и 26.08.2024, постановления о приобщении к делу вещественных доказательств и протоколы их осмотра, из совокупности которых видно, что труп ФИО7, которого опознал Потерпевший №1, был обнаружен на участке местности, расположенном <адрес>; на видеозаписи с камер видеонаблюдения установлены обстоятельства нанесения осужденным своей правой рукой, сжатой в кулак, в область лица потерпевшему удара, от чего тот, пошатываясь, ушел в сторону скамейки, сел на скамейку и больше не встал; осмотрены образцы крови ФИО25

Кроме того, суд сослался на заключения эксперта:

№ 397 от 26.07.2024 года о причинах и давности смерти ФИО25, установленных у него телесных повреждениях и механизме их получения, наличии в крови и моче его трупа этилового спирта и его количества в %;

№ 621-д от 27.09.2024 об обнаруженных на трупе ФИО7 телесных повреждениях в виде кровоизлияния в мягкие ткани головы ( с их перечислением в п. «а»), механизме и давности их образования, их квалификации в совокупности, как тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека и имеющих причинно-следственную связь со смертью, не исключении возможности их причинения при обстоятельствах, указанных ФИО16 при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого, а также при обстоятельствах, отраженных в записи с камеры видеонаблюдения, о расположении ФИО7 в момент их причинения; о наличии у ФИО7 не имеющих причинно-следственной связи со смертью других (перечисленных в п. «б») повреждений, их механизме и давности образования, о расположении ФИО7 в момент их причинения; о невозможности отделить повреждения по последовательности их причинения; о не обнаружении повреждений в области мягких тканей лица справа трупа ФИО7;

на карту вызова скорой медицинской помощи № 271209 (109) от 30.06.2024, согласно которой, 30.06.2024, в 09 часа 25 минут, на подстанцию ТЦМК <адрес> поступил вызов о том, что возле памятника <адрес>, лежит без сознания мужчина и что прибывшими на место в 09 часов 36 минут сотрудниками бригады скорой медицинской помощи была констатирована смерть лица (до приезда).

Суд также привел показания допрошенной в судебном заседании эксперта ФИО1 с участием которой осматривалась видеозапись с камер видеонаблюдения, согласно которым она поясняла о диагнозах ФИО7, выставленных в заключении эксперта № 397 и ею, в том числе связанные с обнаруженной у ФИО7 аневризмой головного мозга, которая была до травмы; об обнаружении у него телесных повреждений, не имеющих причинно-следственной связи с его смертью; о давности всех обнаруженных повреждений, в том числе тех, которые не имели причинно-следственной связи со смертью и могли быть причинены раньше, а могли одновременно (с учетом просмотренной видеозаписи); об изменении поведения человека при кровоизлиянии в головной мозг и причине смерти ФИО7; о механизме причинения повреждений как минимум однократным ударным действием тупого твердого предмета с местом приложения сил в область нижней челюсти слева, тупым твердым предметом, к которым относится и кулак; о нахождении ФИО7 в состоянии алкогольного опьянения и невозможности его смерти от количества обнаруженного в крови и моче этилового спирта; об отсутствии признаков перенесенных ФИО7 в 1986 году черепно-мозговых травм.

Вместе с тем, судебная коллегия считает, что приговор суда подлежит отмене в соответствии с п. 1, 2, 3 ст. 38915, ч.1 ст.38917, п.1 ч.1 ст. 38918 УПК РФ, ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения, несоответствия выводов суда, изложенных приговоре, фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, а также неправильного применения уголовного закона, выразившееся в нарушении требований Общей части УК РФ.

Так, положениями ч.4 ст. 7 УПК РФ установлено, что приговор суда должен быт законным, обоснованным и мотивированным. В силу ст. 297 УК РФ таковым признает приговор, постановленный в соответствии с требованиями уголовно процессуального закона и основанный на правильном применении уголовного закона.

На основании ст. 73 УПК РФ при производстве предварительного следствия и разбирательстве в суде подлежат доказыванию событие преступления, в том числе время, место, способ, обстоятельства его совершения, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы совершения преступления.

В силу ч. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены.

Каждое и доказательств в соответствии со ст. 87 УПК РФ суд обязан проверять путем сопоставления его с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле.

Однако, судебная коллегия установила, что при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО16 приведенные выше положения закона судом первой инстанции в полной мере не выполнены.

Вопреки изложенным требованиям закона, судом при вынесении приговора в отношении ФИО16 не были надлежаще в полном объеме выяснены и оценены обстоятельства причинения потерпевшему ФИО7 телесных повреждений, в связи с чем, выводы суда, изложенные в судебном решении, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и, тем самым, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного, на правильность применения уголовного закона или на определение меры наказания.

В соответствии с п.2 ч. 1 ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежит обязательному установлению форма вины лица, привлекаемого к уголовной ответственности.

В силу ст. 25 УК РФ преступлением, совершенным умышленно, признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом.

Преступление признается совершенным с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления.

Преступление признается совершенным с косвенным умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность наступления общественно опасных последствий, не желало, но сознательно допускало эти последствия либо относилось к ним безразлично.

Как усматривается из приговора суда, 30.06.2024, в период времени с 9 часов 10 минут до 9 часов 36 минут, между в ходе ссоры, ФИО16 нанес ФИО7 не менее одного удара ладонью левой руки в область головы, после отошел от него, а затем, вновь подойдя к потерпевшему, нанес тому не менее одного удара кулаком правой руки в область нижней челюсти слева. Своими действиями, ФИО16 причинил ФИО7 телесные повреждения в виде кровоизлияния в мягкие ткани головы (в области угла нижней челюсти слева и прикрепления левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы к сосцевидному отростку левой височной кости), травматического разрыва левой задней соединительной артерии артериального кольца основания мозга в области мешотчатой аневризмы по базальной поверхности и травматического субарахноидального кровоизлияния на основании мозга, базальных и конвекситальных поверхностях височных и лобных долей, на внутренних поверхностях лобных долей, представляющие собой единый комплекс закрытой черепно-мозговой травмы, чем причинил тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Смерть ФИО7 наступила на месте происшествия от вышеуказанной закрытой черепно-мозговой травмы, осложненной отеком головного мозга.

Характер и тяжесть причиненных осужденным ФИО7 телесных повреждений, причину его смерти, суд установил исходя из заключений судебно-медицинской экспертизы N 397 от 26,07.2024 и дополнительной судебно-медицинской экспертизы N 621-Д от 27.09.2024.

Действия ФИО16 суд первой инстанции квалифицировал по ч.4 ст. 111 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть ФИО7 При этом, суд посчитал, что телесные повреждения, от которых наступила смерть ФИО7, были причинены тому именно в результате действий осужденного и, по мнению суда, наступление таких последствий при должной внимательности и предусмотрительности, с учетом приложенной силы и локализации нанесенных ударов, ФИО16 мог и должен был предвидеть.

В ходе предварительного и судебного следствия ФИО16 отрицал наличие у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО7 Причем, на стадии предварительного расследования он указывал о нанесении потерпевшему сначала пощечины ладонью правой руки в область головы последнего, от чего у того упали очки с лица. Затем, когда ФИО7 повернулся к нему спиной, - о толчке двумя руками того в область спины, по ходу движения вперед, с применением физической силы, от чего ФИО7 упал на лавку, ударившись грудью. И после, - о нанесении ФИО7 одного удара правой рукой в область головы, а именно нижней челюсти слева, не отрицая, что этот удар нанес кулаком.

Данные показания, после их оглашения в порядке п.3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, осужденный подтвердил в судебном заседании

Отвергая доводы стороны защиты и осужденного об отсутствии у ФИО16 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО7, признав его виновным в умышленном причинении потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для его жизни и повлекшего по неосторожности смерть последнего, суд исходил из того, что ФИО16 действовал умышленно, нанося удары в голову потерпевшему со значительной силой, а для умышленного причинения вреда здоровью достаточно неконкретизированного умысла, когда виновный предвидит и желает или сознательно допускает причинение вреда здоровью другого лица, но не представляет конкретно объем этого вреда и нередко лишен возможности конкретизировать степень тяжести причиненного вреда здоровью, и квалификация, в таком случае, зависит от фактически наступивших последствий, поскольку умыслом виновного охватывается причинение любого вреда здоровью. В данном случае, причиненный вред здоровью потерпевшего привел по неосторожности к его смерти.

Вместе с тем, исходя из содержания ст. 25 УК РФ, умысел на создание состояния, опасного для жизни, должен охватывать осознание общественной опасности деяния, предвидение возможности и неизбежности наступления такого состояния, а также желание или сознательное допущение такого последствия.

Приведенные судом доводы в названной части сами по себе не исключают того обстоятельства, что в данном случае идет речь именно о последствиях самого насилия, примененного виновным, при сознательном допущении и возможности предвидения им развития событий в том ключе, котором они произошли, для чего он должен был знать об особенностях организма потерпевшего (его состоянии, болезнях), способных привести действия к непредсказуемому результату.

Как усматривается из заключений эксперта, приведенных в приговоре, смерть ФИО7 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, которая осложнилась отеком головного мозга.

Причем, согласно выводам эксперта, закрытая черепно-мозговая травма представляет собой единый комплекс повреждений, в который, наряду с кровоизлияниями в мягкие ткани головы (в области угла нижней челюсти слева и прикрепления левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы к сосцевидному отростку левой височной кости), вошли травматический разрыв левой задней соединительной артерии артериального кольца основания мозга в области мешотчатой аневризмы по базальной поверхности и травматическое субарахноидальное кровоизлияние на основании мозга, базальных и конвекситальных поверхностях височных и лобных долей, внутренних поверхностях лобных долей.

Кроме того, эксперт пришел к выводу, что развитие угрожающего жизни состояния и непосредственную угрозу для жизни потерпевшего ФИО7 создал единый комплекс повреждений, входящих в черепно-мозговую травму, которые взаимно отягощают друг друга и не подлежат отдельной друг от друга оценке по тяжести, давности и механизму образования.

В судебном заседании эксперт ФИО1 давшая заключения № 397 от 26.07.2024 и № 621-Д от 27.09.2024, показала, что обнаруженная у ФИО7 аневризма имелась у потерпевшего до травмы головы и разорвалась в результате удара, что и вызвало кровоизлияние под оболочкой головного мозга, которое повлекло за собой его отек и смерть ФИО7

Как видно из протокола судебного заседания, факт неосведомленности ФИО16 о патологическом изменении сосуда головного мозга потерпевшего ФИО7 (аневризмы) для участников уголовного судопроизводства (сторон) и для суда являлся бесспорным.

Однако, суд первой инстанции, в опровержение позиции стороны защиты, положений ст. 25 УК РФ, указал, что наличие у потерпевшего патологического изменения сосудов головного мозга в виде аневризмы, о чем не знал осужденный, не опровергает доказанность вины ФИО16 и направленность его умысла, проявившегося в конкретных насильственных действиях, на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего. Тем самым, суд отверг возможность наступления смерти потерпевшего ФИО7 по иным причинам, в том числе связанным с индивидуальными особенностями его организма, изменениями сосудов его головного мозга.

При этом, суд оставил без внимания заключения судебно-медицинского эксперта №397 от 26.07.2024 и № 624-Д от 27.09.2024, в котором тот указал, что закрытая черепно-мозговая травма, обнаруженная у ФИО7, образовалась в результате как минимум однократного ударного воздействия твердым тупым предметом с местом приложения силы в области нижней челюсти слева, и показания эксперта ФИО1 о том, что обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения, составляющие закрытую черепно-мозговую травму, представляют собой цепь следующих друг за другом событий: удар, разрыв аневризмы, кровоизлияние под оболочной мозга, которые повлекли за собой отек головного мозга и смерть потерпевшего.

Между тем, установленные экспертом данные давали суду достаточные основания и повод обсудить, могли ли причиненные именно ударом осужденного ФИО16 телесные повреждения повлечь смертельный исход при условии нормального строения сосудов головного мозга у потерпевшего ФИО7, не являлись ли именно особые свойства организма потерпевшего, которые не были известны осужденному, в совокупности с состоянием опьянения потерпевшего, условием наступления смерти последнего. В зависимости от сделанных на этот счет выводов обсудить вопрос, не являлись ли в сложившейся ситуации фактически наступившие последствия в виде смерти потерпевшего несчастным случаем, и, таким образом, оценить результат действий ФИО16 (с учетом его неосведомленности о наличии у потерпевшего патологии сосудов) не только применительно к ст. 25, 26 УК РФ, но и к положениям ст. 28 УК РФ, устанавливающим невиновное причинение вреда.

Придя к выводу об умышленном причинении ФИО16 тяжкого вреда здоровью ФИО7, наличии прямой причинно-следственной связи между его действиями, связанными с нанесением не менее одного удара ладонью правой руки в область головы и не менее одного удара кулаком правой руки в область челюсти слева потерпевшего, и наступившими последствиями в виде смерти ФИО7 от закрытой черепно-мозговой травмы, осложненной отеком головного мозга, в комплекс которой наряду с кровоизлияниями в области угла нижней челюсти слева и прикрепления левой грудино-ключично-сосцевидной мышцы к сосцевидному отростку левой височной кости, входит травматический разрыв левой задней соединительной артерии артериального кольца основания мозга в области мешотчатой аневризмы по базальной поверхности, то есть имевшееся у потерпевшего индивидуально обусловленное заболевание сосудов головного мозга, в условиях неосведомленности осужденного о наличии у ФИО7 такого заболевания, суд, тем самым, собранные по делу доказательства должным образом не исследовал, указанные выше обстоятельства, имеющие юридическое значение для правильного разрешения данного уголовного дела, не учел, а свои выводы в части квалификации действий осужденного ФИО16 надлежаще, со ссылками на конкретные доказательства, не мотивировал.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что суд первой инстанции не установил в полном объеме фактические обстоятельства настоящего уголовного дела, при описании обстоятельств преступления изложил сведения, которые вызывают различное толкование и сомнения по вопросу квалификации действий осужденного, представленные сторонами доказательства и доводы стороны защиты надлежаще не оценил, что в своей совокупности могло повлиять на его выводы о форме вины ФИО16

Вместе с тем, разделение телесных повреждений, полученных непосредственно при не менее одном ударе ладонью правой руки в область головы и не менее одном ударе кулаком правой руки в область челюсти слева потерпевшего, и отека головного мозга вследствие разрыва аневризмы, что привело к смерти ФИО7, исходя из травмирующего воздействия, имеет существенное значение для квалификации юридической оценки действий осужденного ФИО16

Исходя из этого, судебная коллегия находит, что в оспариваемом судебном решении не устранены имеющиеся противоречия в части наличия прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО16 (по нанесению одного удара ладонью в область головы и одного удара кулаком в область челюсти слева потерпевшего) и наступившими последствиями в виде смерти ФИО7 Не приведено убедительных мотивов, подтверждающих вывод о том, что нанесение осужденным названных ударов, безусловно свидетельствует о наличии у него умысла на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего ФИО7

Точное установление обстоятельств и механизма получения потерпевшим ФИО7 телесных повреждений и их разграничение, исходя из вида травмирующего воздействия, имеет основополагающее значение для квалификации действий осужденного, так как получение потерпевшим повреждений в виде отека головного мозга вследствие разрыва аневризмы, само по себе не указывает на наличие у ФИО16 умысла на их причинение.

Данный вопрос мог быть разрешен как путем более тщательного допроса эксперта, так и, при необходимости, проведения дополнительных экспертных исследований, чего судом первой инстанции не сделано.

Исходя из принципа вины, сформулированного в ст. 5 УК РФ, лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные деяния и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вину.

В силу ст. 14, 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана.

На основании ч.1 ст. 38922УПК РФ обвинительный приговор подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции допущенные нарушения уголовно-процессуального или уголовного закона, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

В связи с допущенными судом существенными нарушениями норм УПК РФ, не устранимым в суде апелляционной инстанции, приговор суда подлежит безусловной отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда.

При новом рассмотрении уголовного дела суду надлежит учесть изложенное, проверить и дать оценку всем доводам апелляционных жалоб осужденного и его защитника, которые не могут являться предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, и, в зависимости от установленных обстоятельств, принять законное, обоснованное, мотивированное и справедливое решение.

Учитывая положительно характеризующие осужденного ФИО16 данные, приведенные в приговоре суда, судебная коллегия считает возможным избрать в отношении него меру пресечения в виде подписки и надлежащем поведении.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 38915, 38920, 38928, 38933 УПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а :

приговор Донского городского суда Тульской области от 16 декабря 2024 года в отношении ФИО16 отменить.

Передать уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Меру пресечения в отношении ФИО16 в виде содержания под стражей изменить, избрав подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Освободить ФИО16 из-под стражи немедленно.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Кассационные жалобы, представление на указанное определение могут быть поданы в Первый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня вынесения настоящего апелляционного определения.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья

Судьи