Апелляционное определение № 33-46043/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья: Трофимова Н.А.

Дело <данные изъяты>

УИД <данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<данные изъяты> 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Литвиновой М.А.,

судей: Горячевой М.Н., Миридоновой М.А.,

при ведении протокола помощником судьи Кузнецовой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты> по иску АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» к ФИО1, ФИО4 Э о признании сделки недействительной

по апелляционной жалобе АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» на решение Одинцовского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Литвиновой М.А.,

объяснения представителя истца ФИО5, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя ответчика ФИО1 – адвоката Данилова Д.О., возражавшего против доводов жалобы и отмены решения суда,

установила:

АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» обратилось в суд с иском к ФИО6, ФИО7 о признании недействительным договора дарения от <данные изъяты>, заключенного между ФИО1 и ФИО7 в отношении земельного участка, расположенного по адресу: <данные изъяты>, площадью 75 кв.м с кадастровым номером <данные изъяты> и применении последствий недействительности сделки.

Требования мотивированы тем, что <данные изъяты> Банк России отозвал лицензию на осуществление банковских операций у АО «РИАБАНК». Решением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> по делу № <данные изъяты> АО «РИАБАНК» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ». В рамках дела о банкротстве АО «РИАБАНК» в Арбитражном суде <данные изъяты> рассматриваются обособленные споры о взыскании убытков, привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих Банк лиц, ответчиком по которым, среди прочих, выступает ФИО1 В рамках указанного обособленного спора ГК «АСВ», как конкурсным управляющим Банка, заявлены требования о взыскании с ФИО1 убытков в размере 708 597 182,49 руб. солидарно с другими ответчиками. <данные изъяты> конкурсным управляющим Банком подано заявление о привлечении контролирующих лиц, в том числе ФИО1, к субсидиарной ответственности в общем размере 1 264 217 000 руб. Из выписок ЕГРН конкурсным управляющим Банка установлено, что ФИО1 <данные изъяты>, после отзыва лицензии у Банка, отчужден на основании договора дарения земельный участок по адресу: <данные изъяты>, площадь 75 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты> в пользу ФИО7, которая в настоящий момент является собственником объекта недвижимости. По имеющейся у истца информации ФИО7 является родственницей ФИО1 Конкурсный управляющий полагает, что сделка по отчуждению принадлежащего ФИО1 недвижимого имущества совершена в целях сокрытия активов от возможного обращения взыскания на них со стороны Банка, в связи с чем подлежит признанию недействительной на основании ст.ст. 10, 168 ГК РФ, как совершенная со злоупотреблением правом (ничтожная сделка). Указанной сделкой нарушены законные интересы Банка, как кредитора, добросовестно рассчитывающего обратить взыскание на указанное недвижимое имущество по результатам привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности и пополнить конкурсную массу, в связи с чем истец обратился в суд.

Представитель истца в судебном заседании исковое заявление поддержал и просил их удовлетворить.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен, направил в суд представителя, который в судебном заседании заявленные требования не признал, в их удовлетворении просил отказать по доводам, изложенным в письменных возражениях.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явился, извещалась судом надлежащим образом.

Решением Одинцовского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в удовлетворении исковых требований АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» отказано.

Истец АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ», не согласился с вынесенным решением суда, обратился с апелляционной жалобой, в которой ссылается на незаконность и необоснованность решения суда, просит его отменить, по делу принять новое решение, которым удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав явившихся лиц, судебная коллегия приходит к выводу о том, что обжалуемое решение суда первой инстанции подлежит отмене по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Приведенным положениям закона принятое судом решение не отвечает.

Судом первой инстанции было установлено и следует из материалов дела, что <данные изъяты> Банком России отозвана лицензия на осуществление банковских операций у АО «РИАБАНК» (т. 1 л.д. 25).

Решением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> по делу № <данные изъяты> АО «РИАБАНК» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ» (т. 1 л.д. 26).

<данные изъяты> к производству Арбитражного суда <данные изъяты> принято заявление конкурсного управляющего о взыскании, в том числе, с ФИО1 солидарно убытков в размере 708 597 182,49 руб. (л.д. 27).

<данные изъяты> к производству Арбитражного суда <данные изъяты> принято заявление конкурсного управляющего о привлечении, в том числе, с ФИО1 к субсидиарной ответственности в размере 1 264 217 000 руб. (л.д. 28).

Согласно выписке из ЕГРН от <данные изъяты> земельный участок по адресу: <данные изъяты>, площадь 75 кв.м., кадастровый номер <данные изъяты>, находится на основании договора дарения от <данные изъяты>, заключенного между ФИО1 и ФИО7, в собственности ФИО7 с <данные изъяты> (т. 1 л.д. 67-68).

ФИО1 и ФИО7 с <данные изъяты> состоят в зарегистрированном браке, что подтверждается свидетельством о регистрации брака (т. 1 л.д. 63).

ФИО1 на основании трудового договора <данные изъяты> от <данные изъяты> был принят на работу в КБ «Русский Инвестиционный Альянс» (ЗАО) на должность начальника Управления проектного финансирования (т. 1 л.д. 34); приказом от <данные изъяты><данные изъяты>-Л/с ФИО1 переведен на должность Председателя Правления с <данные изъяты>, о чем заключено соглашение от <данные изъяты> (т. 1 л.д. 35-39); приказом от <данные изъяты> ФИО1 уволен по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (т. 1 л.д. 40).

<данные изъяты> между ФИО1 и ФИО7 заключен договор дарения, по условиям которого (п. 1) даритель безвозмездно передает одаряемому в собственность земельный участок, находящегося по адресу: <данные изъяты>, площадь 75 кв.м, кадастровый номер <данные изъяты> (т. 1 л.д. 12-153).

Определением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> частично удовлетворено заявление конкурсного управляющего АО «РИАБАНК» о привлечении, в том числе, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «РИАБАНК» (т. 1 л.д. 136-142).

Постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от <данные изъяты> решение Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> отменено в части привлечения к субсидиарной ответственности фио2, в остальной части определение оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, конкурсного управляющего должника, фио3 – без удовлетворения.

Постановление Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, определение Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от <данные изъяты> в обжалуемых частях оставлено без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Как указывает истец, оспариваемой сделкой нарушены права банка, как кредитора, добросовестно рассчитывающего обратить взыскание на указанное недвижимое имущество по результатам привлечения ФИО1 к гражданско-правовой ответственности и пополнить конкурсную массу.

Определением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в удовлетворении заявления конкурсного управляющего АО «РИАБАНК» о взыскании убытков, в том числе, с ФИО1 отказано.

Разрешая заявленные требования, суд, руководствуясь нормами ст.ст. 10, 168, 181, 572 Гражданского кодекса РФ, оценив представленные в дело доказательства, учитывая заявление ответчика о пропуске истцом срока на оспаривание сделки, принимая во внимание, что оспариваемый договор дарения между ФИО1 и ФИО7 был заключен <данные изъяты>, а настоящий иск в суд подан <данные изъяты>, при этом, о предполагаемом нарушении своего права истец должен был узнать не позднее <данные изъяты> при подаче заявления об обеспечении заявленных требований в рамках обособленного спора о привлечении к субсидиарной ответственности и принятия Арбитражным судом <данные изъяты>, к которому была приложена выписка из ЕГРН, из которой видно, что спорное имущество выбыло на основании оспариваемой сделки из собственности ФИО1, пришел к выводу о том, что на момент подачи искового заявления срок исковой давности пропущен, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Вместе с тем, при разрешении спора суд также учитывал, что по состоянию на <данные изъяты> (момент заключения оспариваемой сделки) помимо спорного участка в собственности ФИО1 также находилось иное имущество: жилое помещение с кадастровым номером 77:01:0001071:1494, расположенное по адресу: <данные изъяты>; земельные участки с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, (земли общего пользования), в районе <данные изъяты> площадью 5 190 кв.м.; с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, (земли общего пользования), в районе <данные изъяты>-2, ДПК "Тайм-1", площадью 1 500 кв.м.; с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, (земли общего пользования), в районе <данные изъяты> площадью 144 кв.м.; с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>, (земли общего пользования), в районе <данные изъяты> площадью 149 кв.м.; жилое помещение с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>; земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>ю 377 кв.м.; нежилое помещение с кадастровым номером <данные изъяты> по адресу: <данные изъяты>.

Также суд исходил из того, что по состоянию на <данные изъяты> в собственности ответчика имеются: земельные участки с кадастровым номером <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу об отказе по существу заявленных требований истца.

Судебная коллегия не может согласить с выводами суда, как о пропуске спора исковой давности на обращение в суд с данным иском, так и с выводом об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, учитывая следующее.

В силу положений статьи 181 Гражданского кодекса РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

При этом, как следует из материалов дела, заявление конкурсного управляющего АО «РИАБАНК» о привлечении, в том числе, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам АО «РИАБАНК» частично удовлетворено определением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которое в части привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности вступило в законную силу постановлением Девятого Арбитражного апелляционного суда от <данные изъяты>.

С настоящим иском истец обратился <данные изъяты>.

Таким образом, несмотря на то, что у конкурсного управляющего имелись сведения о совершенной сделке, учитывая дату состоявшегося определения о привлечении к субсидиарной ответственности, однократное обжалование судебного акта и его вступление в силу в части, касающейся ФИО1, только в <данные изъяты> году, безусловных оснований полагать, что истец подал настоящий иск с пропуском трехлетнего срока, не имеется, учитывая, что, даже в случае подачи заявления об обеспечении иска в <данные изъяты> года, при наличии спора срок исковой давности ввиду обращения в суд свидетельствовал о перерыве такого срока. Кроме того, только вступившее в силу определение суда бесспорно подтверждает право истца требовать признания сделки недействительной.

С учетом изложенного, дав оценку представленным доказательствам, судебная коллегия приходит к выводу, что срок исковой давности истцом не пропущен.

Судебная коллегия, проверяя решение суда с учетом доводов жалобы истца, соглашается с доводами банка о том, что договор дарения земельного участка от <данные изъяты> является недействительной (ничтожной) сделкой, нарушающей требования п. 1 ст. 10, п. 2 ст. 168, п. 1 ст. 170 ГК РФ, исходя из следующего.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Между тем, в силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных п. 1 ст. 10 ГК РФ, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (п. 1 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Как указано в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации, зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (п. 3 ст. 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (п. 5 ст. 166 ГК РФ).

Согласно п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам ст. 170 ГК РФ) (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Злоупотребление правом может выражаться в отчуждении имущества с целью предотвращения возможного обращения на него взыскания.

Таким образом, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов, может быть признана недействительной сделка ответчика (должника), в частности, направленная на уменьшение имущества должника с целью отказа во взыскании кредитору.

Заключение договора дарения земельного участка от <данные изъяты> ответчиками является злоупотреблением правом ввиду следующего.

Договор дарения земельного участка от <данные изъяты> был заключен сторонами через несколько дней после отзыва лицензии у АО «РИАБАНК», в котором ФИО1 занимал одну из руководящих должностей. При этом, право собственности на земельный участок зарегистрировано за ФИО8 <данные изъяты>, т.е. уже после возбуждения производства по делу о банкротстве Банка № <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Как указано ранее, решением Арбитражного суда <данные изъяты> от <данные изъяты> по делу № <данные изъяты> АО «РИАБАНК» признан несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство. Функции конкурсного управляющего возложены на ГК «АСВ».

<данные изъяты> к производству Арбитражного суда <данные изъяты> принято заявление конкурсного управляющего о взыскании, в том числе, с ФИО1 солидарно убытков в размере 708 597 182,49 руб. (л.д. 27).

<данные изъяты> к производству Арбитражного суда <данные изъяты> принято заявление конкурсного управляющего о привлечении, в том числе, с ФИО1 к субсидиарной ответственности в размере 1 264 217 000 руб. (л.д. 28).

Впоследствии судебный акт о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности вступил в законную силу.

На момент вынесения настоящего решения, как и в настоящее время, окончательный размер субсидиарного обязательства не определен, производство по делу приостановлено, в дело вступают новые кредиторы, что стороны подтвердили в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Таким образом, ответчик ФИО1 является лицом, ответственным за причиненный ущерб в размере, который в настоящее время окончательно не определен.

В соответствии с абз. 1 п. 5 ст. 189.23 Федерального закона от <данные изъяты> № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» кредитная организация либо Банк России, Управляющая компания или Агентство от ее имени вправе обратиться в арбитражный суд с требованием о возмещении убытков, причиненных виновными действиями (бездействием) лиц, контролирующих кредитную организацию, в отношении которой осуществлены (осуществляются) меры по предупреждению банкротства с участием Банка России или Агентства, предусмотренные статьей 189.49 настоящего Федерального закона.

Способами, направленными на компенсацию убытков, которые были причинены банку в результате действий лиц, руководивших банком до введения санации или в случае необходимости банкротства банка, является взыскание с таких лиц соответствующих убытков (ст. 15, 53 ГК РФ, п. 5 ст. 189.23 Федерального закона от <данные изъяты> № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)») или привлечения к субсидиарной ответственности (п. 1 ст. 189.23 Федерального закона от <данные изъяты> № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

С учетом вышеизложенного, ФИО1 не мог не понимать, что к нему может быть предъявлен иск о взыскании убытков или о привлечении к субсидиарной ответственности. При этом сделку по отчуждению земельного участка он совершил уже после отзыва лицензии у банка, что является попыткой сберечь имущество от обращения на него взыскания.

Добросовестный участник гражданского оборота, зная о том, что к нему могут быть предъявлены требования, должен обеспечить сохранность своего имущества для обеспечения возможности их исполнения. В противном случае поведение в виде отчуждения принадлежащего должнику имущества не будет учитывать права и законные интересы другой стороны, то есть такое поведение будет недобросовестным.

Следовательно, причинно-следственная связь между сделкой и нарушением прав Банка состоит в нарушении существующего состояния отношений между сторонами (status quo) и невозможности обращения взыскания на отчужденное имущество в будущем.

Таким образом, после отзыва лицензии в банка ФИО1 осуществил действия по передаче права собственности на земельный участок в пользу супруги ФИО7

По мнению судебной коллегии, передача прав на имущество супруге не преследовала правомерной цели.

Судебная коллегия критически оценивает доводы ответчика о том, что он не имел возможности содержать и обслуживать участок, в связи с чем подарил его супруге, поскольку из материалов дела следует, что подтвердил представитель ответчика, что супруга ФИО1 проживает за границей (куда она, в том числе, извещалась о рассмотрении дела (т. 2, л.д. 129), как и сам ФИО1 (т. 2, л.д. 128).

Суд полагает, что ответчики не привели убедительных доказательств в обоснование правомерной цели заключения договора дарения после отзывали лицензии у банка и предстоящего банкротства банка.

Помимо изложенного, судебная коллегия учитывает, что имущество передано по безвозмездной сделке близкому человеку – супруге, вследствие чего ФИО1 не мог не знать о порочном мотиве сделки и ее направленности на причинение вреда кредитору (банку).

Сочетание приведенных обстоятельств подтверждает, что договор дарения земельного участка от <данные изъяты> был заключен с целью воспрепятствования банку в наложении на указанное имущество обеспечительных мер и дальнейшему обращению взыскания на него.

Согласно ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств, опровергающих доводы истца относительно недействительности (ничтожности) договора дарения от <данные изъяты>.

В силу п. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Исходя из системного толкования п. 1 ст. 1, п. 3 ст. 166 и п. 2 ст. 168 ГК РФ иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки (п. 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»). С учетом вышеизложенных обстоятельств дела, такие основания для применения последствий недействительности договора дарения от <данные изъяты> по иску банка усматриваются судебной коллегией.

Согласно п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 2 ст. 167 ГК РФ).

С учетом изложенного, дав оценку всем представленным доказательствам, судебная коллегия приходит к выводу о признании сделки дарения земельного участка от <данные изъяты>, заключенной между ФИО1 и ФИО7 в отношении земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 75 кв.м., расположенного по адресу: <данные изъяты>, недействительной сделкой.

Признав договор дарения от <данные изъяты>, заключенный между ответчиками, недействительным, судебная коллегия приводит стороны договора в первоначальное положение. Учитывая, что в связи с заключением договора дарения от <данные изъяты> произошла регистрация права собственности на земельный участок ФИО7, то последствия недействительности договора будут заключаться в восстановлении положения, существовавшего до заключения ничтожной сделки, путем восстановления права собственности на названное имущество за ФИО1, а право собственности ФИО7 на земельный участок подлежит прекращению с внесением соответствующих сведений в ЕГРН.

В указанной связи решение суда подлежит отмене в полном объеме с принятием по делу нового решения об удовлетворении требований истца.

Руководствуясь ст.ст. 199, 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Одинцовского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> отменить.

Принять по делу новое решение.

Исковые требования АО «РИАБАНК» в лице конкурсного управляющего ГК «АСВ» к ФИО1, ФИО4 Э о признании сделки недействительной – удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения от <данные изъяты>, заключенный между ФИО1 и ФИО7 в отношении земельного участка с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 75 кв.м., расположенного по адресу: <данные изъяты>.

Применить последствий недействительности сделки.

Прекратить право собственности Липкиной Илзы на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 75 кв.м., расположенный по адресу: <данные изъяты>.

Признать за ФИО1 право собственности на земельный участок с кадастровым номером <данные изъяты> площадью 75 кв.м., расположенный по адресу: <данные изъяты>.

Данное решение является основанием для внесения соответствующих сведений в ЕГРН о прекращении права собственности и регистрации права собственности органами госрегистрации.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено <данные изъяты>.

Председательствующий

Судьи