Апелляционное постановление № 22К-301/2020 К-301/2020 от 3 февраля 2020 г. по делу № 3/2-18/2020

Судья Магомедов Р.А. дело №к-301/20


Апелляционное постановление

4 февраля 2020 г. г. Махачкала

Суд апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Дагестан в составе председательствующего – судьи судебной коллегии по уголовным делам ФИО11

при секретаре ФИО3,

с участием: прокурора ФИО4,

обвиняемого ФИО1,

адвокатов ФИО5 и ФИО6

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу адвокатов ФИО6 и ФИО5 на постановление Советского районного суда г. Махачкалы от <дата> о продлении срока содержания под стражей

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., <...>, ул.Рижская, дом №20, квартира 10, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.6 ст.290, ч.2 ст.228 УК РФ, д.19, на 28 суток, а всего до 9 месяцев 19 суток, т.е. до <дата>, включительно.

Заслушав доклад судьи ФИО11, выступление обвиняемого ФИО1, его защитников - адвокатов ФИО6, ФИО5, поддержавших апелляционную жалобу и просивших постановление суда отменить, освободив обвиняемого из-под стражи, мнение прокурора ФИО4, полагавшей необходимым постановление суда оставить без изменения, суд

Органами следствия ФИО1 обвиняется в получении взятки в составе организованной группы и в особо крупном размере, а также в незаконном приобретении и хранении в крупном размере наркотических средств при обстоятельствах, изложенных в соответствующем ходатайстве следователя.

установил:

В апелляционной жалобе адвокатов ФИО6 и ФИО5 ставится вопрос об отмене постановление суда о продлении срока содержания ФИО1 из-под стражей и освобождении его из-под стражи.

В обоснование жалобы указано, что в соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19.12,2013 г. «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», рассматривая вопросы о продлении срока содержания под стражей, суд обязан в каждом случае обсуждать возможность применения в отношении лица иной, более мягкой, меры пресечения вне зависимости от наличия ходатайства об этом сторон, а также от стадии производства по уголовному делу. Решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения (статьи 97 и 99 УПК РФ).

В постановлении суда данный вопрос не разрешен, так как каких-либо документов, свидетельствующих о необходимости продлении срока содержания под стражей ФИО1 в материалах следствия не имеются и суду не представлены.

Вывод суда об обоснованности доводов следствия о том, что в отношении ФИО1 мера пресечения в виде заключения под стражу избрана с учетом его, личности, тяжести преступления, в совершении которых он обвиняется, ввиду того, что имелись основания полагать, что, оставаясь на свободе, он может скрыться от следствия и суда. Учитывая, что обстоятельства, при которых ФИО1 была избрана мера пресечения не отпали, он обвиняется в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений, за которых уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, оставаясь на свободе, он может скрыться от следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству но уголовному делу, является не соответствующим действительности.

Так, само дело возбуждено <дата> на основании обращения ФИО1 о совершении преступления. 13 течение полутора лет ФИО1 не скрывался, а находился по месту жительства в г. Саратов, неоднократно являлся в органы следствия, на что было обращено внимание стороной защиты.

При таких обстоятельствах вывод суда является голословным о возможности совершения ФИО1 действий, предусмотренных ст. 97 УПК РФ и этому обстоятельству не дана оценка.

Кроме того, другим обвиняемым в совершении того же преступления, изменена мера пресечения в виде заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, на что было обращено внимание суда самим обвиняемым и стороной защиты. Следствием умышленно укрыт данный факт от суда и этим обстоятельствам не дана оценка.

В соответствии с действующим законодательством Российской Федерации законы должны действовать равно и одинаково и они должны быть предсказуемым для их участников и подлежать единообразного толкования и применения правовых норм чего согласно ст. 2 и 7 Федеральною конституционного закона от <дата> № З-ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации" не сделано судом.

В данном случае вопреки нормам уголовно-процессуального закона (ст. 90 УПК РФ) и Федерального конституционного закона от <дата> № 3- ФКЗ "О Верховном Суде Российской Федерации", суд пошел на поводу следствия, которое использует суд и соответственно меру пресечения в качестве прикрытия неэффективной организации расследования по делу.

Также непонятно желание органа следствия и суда содержание самого заявителя под стражей, а оставление других фигурантов дела на свободе.

Несмотря на это суд первой инстанции пришел в обжалуемом постановлении к немотивированному и не основанному на конкретных фактических обстоятельствах выводу о невозможности избрать обвиняемому ФИО1 иную, более мягкую меру пресечения, чем заключение его под стражу, не приведя каких-либо доводов, свидетельствующих о невозможности применения меры пресечения в виде домашнего ареста.

Ссылка суда об обоснованности принятого решения в соответствии ч. 6 ст. 162 и п. 11 ч. 5 ст. 39 УПК РФ является незаконным, так как срок предварительного следствия, установленный надлежащее уполномоченным лицом, истекал <дата>, а постановление о возвращении уголовного дела для производства дополнительного следствия и установления срока предварительного следствия до одного месяца от <дата>, вынесенное зам. руководителя первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по РД противоречит требованиям ч. 2 ст. 162 УПК РФ, то есть в срок предварительного следствия включается время со дня возбуждения уголовного дела и до дня его направления прокурору с обвинительным заключением.

В данном случае уголовное дело не было направлено прокурору и срок предварительного следствия тёк.

В соответствии с п. 11 ч. 5 ст. 39 УПК РФ руководитель следственною органа имеет право возвращать уголовное дело следователю со своими указаниями о производстве дополнительного расследования, но не имеет право по надуманным основаниям продлевать срок предварительного следствия, в том числе сверх срока, установленного ч. 5 ст. 162 УПК РФ и выводить решение данного вопроса из сферы полномочий руководителя вышестоящего следственного органа, что имеет место в данном случае.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (определение от 17.10. 2006 г. № 418-0, от <дата> № 962-0-0, от 19.10.2010г. № 1412-0-0, от <дата> № 1541-0 и др.) ст. 162 УПК РФ не представляет руководителю следственного органа возможность произвольно, по надуманным основаниям продлевать срок предварительного следствия, в том числе сверх срока, установленного ч. 5 ст. 162 УПК РФ в 12 месяцев и выводить решение данного вопроса из сферы полномочий руководителя вышестоящего следственного органа, поскольку при наличии таких полномочий закрепленное ч. 4 и 5 ст. 162 УПК РФ порядка продления срока предварительного следствия соответствующим руководителем следственного органа позволяет осуществлять ведомственный контроль за деятельностью следователя, препятствующий ею незаконным и необоснованным действиям и решениям.

В силу изложенного, срок содержания под стражей обвиняемого ФИО1 продлен противозаконно до <дата>, так как срок предварительного следствия по данному уголовному делу истекал <дата>.

Изучив материалы, заслушав выступление сторон, обсудив и проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены либо изменения постановления суда по доводам апелляционных жалоб.

Как следует из материала, мера пресечения в отношении обвиняемого ФИО1 в виде заключения под стражу избрана, и срок действия содержания под стражей продлен судом с соблюдением требований ст. ст. 97 и 99, 108 и 109 УПК РФ.

Исследованные судом материалы ходатайства свидетельствуют об обоснованности доводов следователя о проведении после предыдущего продления срока содержания под стражей следственных и процессуальных действий, указанных выше и необходимости проведения других следственных и процессуальных действий, направленных на завершение следствия, выполнение требований ст. ст. 215-220 УПК РФ с участием потерпевшего, его представителя, обвиняемых и их защитников по уголовному делу.

Так, из материалов ходатайства, в частности рапорта следователя ФИО7 следуют обстоятельства обоснованности подозрения в совершении ФИО1 указанных преступлений. Из данного рапорта следует, что установленные следствием обстоятельства свидетельствуют, что ФИО1 в сговоре с другими соучастниками преступления на получение взятки от ФИО8 в составе организованной группы получили взятку в размере 30 млн. руб., для достижения своей цели подбросили ФИО9 наркотическое средство героин.

Ходатайство об избрании меры пресечения подписано следователем, в чьем производстве находится уголовное дело, дано согласие руководителем следственного управления, что соответствует требованиям закона, оно возбуждено полномочным лицом, в ходатайстве изложены необходимые данные.

Особая сложность уголовного дела заключается в том, что оно расследуется по нескольким фактам преступной деятельности и эпизодов обвинения, участием нескольких лиц, вовлеченных в преступную деятельность, поэтому для вывода о неэффективности следствия у суда оснований не имеется.

Суд первой инстанции, с учетом обстоятельств, при которых ФИО1 была избрана мера пресечения, которые сохраняют свое значение и на данном этапе расследования дела, он обвиняется в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений в составе организованной группы, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок, скрылся от следствия и находился в розыске, пришел к правильному и обоснованному выводу о том, что в случае изменения меры пресечения на более мягкую, он может вновь скрыться от органов следствия и суда, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, суд приходит к выводу о невозможности изменения данной меры пресечения на более мягкую и необходимости удовлетворить ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей ФИО1

Исходя из объема выполненных следственных действий и намеченных к выполнению в период продления срока, суд правильно посчитал испрашиваемый срок обоснованным.

Доводы стороны защиты об отсутствии оснований для продления меры пресечения с учетом установленных обстоятельств личности обвиняемого, наличия малолетних детей на иждивении, положительной характеристики, незаконности продления сроков предварительного следствия, суд также обоснованно нашел несостоятельными, поскольку из исследованных судом материалов ходатайства следуют основания, предусмотренные ст.97 УПК РФ, тяжесть преступлений в совокупности с другими основаниями является достаточным основанием для продления срока содержания ФИО1 под стражей на данном этапе расследования дела.

Вопреки довода апелляционной жалобы адвокатов о нарушении органом следствия требований ч.6 ст.162 УПК РФ, из постановления зам. руководителя отдела от <дата> следует, что им возвращено уголовное дело в отношении ФИО1 на дополнительное расследование с установлением срока в один месяц со дня поступления дела к следователю, следователем дело принято к производству <дата>, что соответствует требованиям ч.6 ст. 162 УПК РФ.

Как правильно указано судом, в соответствии со ст. 39 УПК РФ руководитель следственного органа уполномочен возвращать уголовное дело следователю для производства дополнительного расследования. В соответствии с 4.5 данной статьи полномочия руководителя следственного органа осуществляют иные руководители следственных органов и их заместители, к каким относится зам. руководителя первого отдела СУ СК РФ по РД.

Объективных данных, свидетельствующих о невозможности ФИО1 содержаться под стражей в условиях следственного изолятора по состоянию здоровья, об ухудшении состояния его здоровья за период содержания под стражей, в представленных материалах не имеется. Медицинское заключение о наличии противопоказаний, установленных Постановлением Правительства Российской Федерации от <дата> N 3 "О медицинском освидетельствовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений", исключающих возможность дальнейшего содержания ФИО1 под стражей, в материалах отсутствует, суду первой инстанции и суду апелляционной инстанции не представлено.

Исходя из фактических обстоятельств, предъявленного ФИО1 обвинения, отсутствуют сведения об истечении срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Постановление суда о продлении ФИО1 срока содержания под стражей основано на объективных данных, содержащихся в представленных суду материалах, принято с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих порядок и основания продления обвиняемому срока содержания под стражей. Постановление полностью соответствует требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ.

Вопросы правильности квалификации действия ФИО1, доказанности его вины не могут рассматриваться в суде апелляционной инстанции на данном этапе судебного разбирательства.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, в том числе и по доводам апелляционной жалобы, не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20 и 389.28 УПК РФ, суд

постановил:

Постановление Советского районного суда г. Махачкалы от <дата> о продлении срока содержания под стражей ФИО2, обвиняемого совершении преступлений, предусмотренных ч.6 ст.290, ч.2 ст.228 УК РФ на 28 суток, а всего до 9 месяцев 19 суток, т.е. до <дата>, включительно, - оставить без изменения, апелляционную жалобу адвокатов - без удовлетворения.

Апелляционное постановление суда может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, установленном главами 47-1, 48-1 УПК РФ.

ФИО10ФИО11