Решение № 2-614/2018 614/2018 от 20 мая 2018 г. по делу № 2-614/2018

Мотивированное
решение суда изготовлено: 21.05.2018.

гр. дело № 614/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16.05.2018 Новоуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Шардаковой М. А., при секретаре Астаховой А. А.

с участием ст. помощника прокурора ЗАТО г. Новоуральск ФИО1

истца ФИО2, его представителя ФИО3, ответчика ФИО4, его представителя ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО4 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, встречному иску ФИО4 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка № 4 Новоуральского судебного района Свердловской области с вышеназванным иском. В обоснование требований указано, что ранее он обращался к мировому судье судебного участка № 4 Новоуральского судебного района Свердловской области с заявление в порядке частного обвинения по ч. 1 ст. 115 УК РФ в отношении своего отца ФИО4, указывая, что последний 27.05.2017 в период около 21 часов 15 минут во дворе лома № х по ул. ХХХХ нанес ему три удара кулаками по лицу, причинив физическую боль и телесные повреждения. В рамках рассмотрения данного уголовного дела была назначена судебно-медицинская экспертиза, согласно выводам которой у истца имеются, в том числе повреждения, которые относятся к легкому вреду здоровья. 15.12.2017 мировым судьей судебного участка № 4 Новоуральского судебного района Свердловской области было вынесено Постановление о прекращении уголовного дела по обвинению ФИО4 в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании п. 2 ст. 24 УПК РФ (поскольку частный обвинитель не явился в судебное заседание). В настоящее время истец в рамках гражданского судопроизводства просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда, причиненного указанными действиями ответчика и повреждением здоровья в сумме 20000 руб., возместить расходы на мазь в сумме 111 руб. 55 коп., взыскать расходы по уплате государственной пошлины в сумме 400 руб., а также расходы на оплату услуг представителя 10000 руб.

Определением мирового судьи судебного участка № 4 Новоуральского судебного района Свердловской области от 12.03.2018 данное гражданское дело было передано по подсудности в Новоуральский городской суд Свердловской области.

Определением судьи Новоуральского городского суда Свердловской области от 02.04.2018 данное гражданское дело было принято к производству суда.

Ответчиком ФИО4, в свою очередь, было принято встречное исковое заявление, в котором истец по встречному иску просил взыскать расходы на оплату услуг защитника, которые были понесены при рассмотрении уголовного дела в сумме 10000 руб., а также компенсацию морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности в сумме 20000 руб. Кроме того, также истцом по встречному иску было заявлено ходатайство о возмещении судебных издержек по составлению встречного искового заявления в сумме 2000 руб. и представительство в суде 3000 руб. В обоснование встречного иска указано, что действительно, 27.05.2017 около 21 часа он пришел к своему дому, расположенному по ул. ХХХХ в г. Новоуральск Свердловской области. Возле дома стояла машина младшего сына В., который сидел в салоне машины и пил пиво. Во время разговора с сыном истец по встречному иску увидел, что из подъезда вышел старший сын Ю. с пакетом, за ним шел сосед М., который тоже нес в руках пакет. Продолжая разговаривать с В., истец по встречному иску даже не обратил особого внимания на это. Однако когда Ю. и М. снова вышли из подъезда с пакетами, он предложил, что они выносит его вещи. ФИО2 пошел за ним. Сын завернул за угол дома, в направлении к мусорным бакам, но увидев истца по встречному иску, бросил пакеты на асфальт и побежал вдоль дома. ФИО4 убедился, что пакеты его, пошел домой. И вдруг увидел, что навстречу бежит Ю. Ю. был агрессивно настроен, был пьян, шатался. ФИО4 попытался уйти от своего сына Ю., однако последний догнал и стал махать кулаками, пытаясь попасть в грудь или лицо. Один из ударов пришёлся в грудь. Истец по встречному иску услышал женский крик: «За что пенсионеров бьют»! ФИО4 пытался защищаться и отталкивал сына Ю. от себя. В результате сын Ю. упал на асфальт. Упал он не от ударов, а от толчка истца по встречному иску в грудь. И упал только потому, что был сильно пьян. Он ударов ответчика по встречному иску у истца болела грудь, он был даже вынужден обратиться в травмпункт. При рассмотрении уголовного дела истец вынужден был обратиться к помощи адвоката, которому была уплачена денежная сумма в размере 10000 руб. Учитывая, что уголовное дело было прекращено по реабилитирующему основанию, в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности ФИО4 претерпел моральный вред (физические страдания от удара сына и нравственные страдания), сумма которого им оценивается в 20000 руб.

В судебном заседании истец по первоначальному иску ФИО2, его представитель ФИО3 доводы первоначального искового заявления поддержали в полном объеме по предмету и основаниям, настаивали на их удовлетворении. Во встречном иске просили отказать в связи с необоснованностью.

Ответчик ФИО4, его представитель ФИО5 против удовлетворения первоначального иска возражали, просили в иске отказать в связи с необоснованностью. Встречный иск поддержали по предмету и основаниям.

Прокурор полагал первоначальный иск в части компенсации подлежащим удовлетворению. При определении размера компенсации просил учесть требования разумности и справедливости.

Поскольку в материалах дела имеются доказательства надлежащего извещения участвующих в деле лиц, суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке. Предусмотренных положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ оснований для отложения дела не имеется.

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено и подтверждается материалами уголовного дела № 1-хх/2017, что ФИО2 20.09.2017 обратился с заявлением о возбуждении уголовного дела о привлечении ФИО4 к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ (л. д. 2).

Постановлением мирового судьи судебного участка № 4 Новоуральского судебного района Свердловской области от 15.12.2017 в связи с неявкой частного обвинителя, уголовное дело по обвинению ФИО4 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 115 УК РФ было прекращено в связи с отсутствием в деянии состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Несмотря на прекращение уголовного преследования в рамках уголовного-процессуального законодательства, истец в настоящее время просит о возмещении причинного ему действиями ответчика вреда в рамках гражданского законодательства.

Разрешая вопрос об обоснованности первоначально заявленных требований, суд исходит из следующего.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Никем из сторон не оспаривалось, что 27.05.2017 между сторонами произошел конфликт, при этом, как настаивал истец, ответчик ударил его несколько раз кулаками по лицу, в результате чего истец упал на асфальт и ему были причинены телесные повреждения, повлекшие легкий вред здоровью.

В силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений.

Суд полагает, что применительно к вышеприведенным требованиям закона, стороной истца по первоначальному иску был предоставлен достаточный объем достоверных, допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих причинение 27.05.2017 физической боли и телесных повреждений ответчиком истцу.

В частности, из материалов уголовного дела № 1-хх/2017 усматривается следующее.

Из рапорта участкового уполномоченного полиции от 29.05.2017, представленным в материалах вышеприведённого уголовного дела следует, что 27.05.2017 в дежурную часть поступило сообщение из ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России о том, что 27.05.2017 была оказана медицинская помощь ФИО2, КУСП № хххх от 27.05.2017 (л.д. 10).

Из объяснений истца, данных им непосредственно в день происшествия, следует, что 27.05.2017 в 21.35 он обратился за медицинской помощью в хирургическое отделение больницы, поскольку незадолго до этого у него произошел конфликт с отцом, в ходе которого последний несколько раз ударил истца по голове, от чего истец потерял сознание. Тем самым ответчик причинил истцу телесные повреждения (л. д. 13).

Ответчик ФИО4 04.06.2017 от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ (л. д. 19).

18.06.2017 истцом было написано заявление с просьбой привлечь ФИО4 к уголовной ответственности за то, что 27.05.2017 в вечернее время л <...> в г.Новоуральске Свердловской области указанное лицо причинило ФИО2 телесные повреждения, а именно, несколько раз ударил кулаком в область лица, от чего истец испытал физическую боль (л. д. 26).

Объяснения ФИО2 об обстоятельствах случившегося, данные им непосредственно после события в мае 2017 года, полностью согласуется с правовой позицией, высказанной им при рассмотрении настоящего гражданского дела.

Настаивая на обоснованности своих требований, истец указывал, что 27.05.2017 в результате конфликта с отцом рядом с домом по ул. ХХХХ в г. Новоуральске из-за просроченных продуктов, который ФИО4 хранил дома, последний нанес несколько ударов истцу кулаком по лицу, в результате чего истец упал и потерял сознание, очнулся уже в карете скорой помощи.

Данные объяснения истца полностью согласуются с показаниями допрошенного в ходе судебного следствия свидетеля М., показавшего, что 27 мая 2017 года, к нему подошел истец, попросил вынести мусор из квартиры, в которой стоял жуткий запах. Он, как старший по дому, согласился, они начали совместно выносить мусор. Когда он оглянулся, он увидел драку в ходе которой ответчик нанес истцу несколько ударов, последний упал на асфальт, пошла кровь, все произошло очень быстро, свидетель подбежал, после чего была вызвана скорая.

Согласно заключению эксперта № хххххх (ул. дело № 1-хх/2017) у ФИО2 выявлены повреждения: а) ХХХХХ, исходом заживления которой является рубец кожи. Учитывая анатомическую локализацию повреждений, характеристики раны (размеры, форма) можно указать, что повреждения причинены тупым твердым предметом с преобладающей поверхностью воздействия, могли образоваться при падении из вертикального положения с соударением областью хххххх о тупой твердый предмет, которым могли являться, в том числе, асфальтированная поверхность дороги/тротуара, бордюрный камень. Данные повреждения квалифицируются как причинившие легкий вред здоровью. б) хххххх - причинены тупым твердым предметом, не менее чем одним воздействием (л. д. 67-69).

С учетом изложенных обстоятельств, представленных в деле доказательств, в том числе, свидетельских показаний, суд полагает установленным факт причинения ФИО2 физической боли и вышеуказанных телесных повреждений именно ответчиком.

При этом, каких-либо достоверных, допустимых и достаточных доказательств, подтверждающих, что драка была обоюдной и истец также наносил ответчику удары, причинил какие-либо телесные повреждения, материалы дела не содержат. Данные доводы ответчика не подтверждены надлежащими достоверными и достаточными средствами доказывания. Медицинская карта ФИО4 содержит данные об обращении в больницу с жалобами на болезненность в области правой половины грудной клетки только 10.07.2017, при этом, анамнез содержит указание на травму бытовую 07.07.2017 в 21.30.

Отклоняя соответствующие возражений ответчика в данной части, суд также учитывает и противоречия в позиции последнего. В частности, во встречном иске ФИО4 утверждал, что истец ФИО2 упал от «моего толчка в грудь» (л. д. 39). В то же время, в настоящем судебном заседании ФИО4 указывал, что ФИО2 упал от своих собственных ударов.: «Он ударил в грудь меня, не удержал равновесие и упал».

В настоящем исковом заявлении и судебном заседании истец просит о взыскании компенсации морального вреда, причинённого указанными действиями ответчика, в том числе в связи с повреждением здоровья, а также компенсации расходов на мазь в сумме 111 руб. 55 коп.

Разрешая вопрос о конкретной сумме компенсации морального вреда, суд исходит из следующего.

Согласно п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с ударами по лицу, падением, физической болью, указанными повреждениями и эмоциональным стрессом в связи с данными обстоятельствами, также учитываются индивидуальные особенности истца, требования разумности и справедливости, позволяющие с одной стороны максимально возместить причиненный истцу моральный вред, а с другой стороны - не допустить неосновательного обогащения истца и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение ответчика. Суд также принимает во внимание грубую неосторожность самого потерпевшего, то обстоятельство, что он в момент случившегося он находился в состоянии алкогольного опьянения, что подтверждается медицинскими документами, что, в свою очередь, могло увеличить размер повреждений. Учитывая изложенные обстоятельства, требования разумности и справедливости, суд считает возможным определить размер компенсации морального вреда, причиненного истцу в сумме 10000 руб. Суд полагает, что названная сумма будет достаточной для компенсации перенесенных истцом нравственных и физических страданий с учетом обстоятельств конкретного спора.

Суд не усматривает оснований для взыскания с ответчика расходов на приобретение мази в размере 111 руб. 55 коп., поскольку данных о том, что данное лекарственное средство было истцом приобретено по назначению врача, материалы дела не содержат (л. д. 36).

Разрешая спор в части обоснованности иска встречного, суд исходит из следующего.

Настаивая на обоснованности свои требований, истец по встречному иску просил о компенсации морального вреда в связи с незаконным привлечением его к уголовной ответственности, а также в связи с тем, что он также получил физические страдания от истца, когда тот его ударил. Также истец просил о взыскании судебных издержек на защитника.

В соответствии с частью 1 статьи 20 УПК РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.

Согласно части 2 этой статьи уголовные дела о преступлениях, предусмотренных, в том числе, частью 1 статьи 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 данной статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.

Частью 1 статьи 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 г. N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.

Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.

Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.

Из пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. N 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.

Судам следует иметь в виду, что неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.

Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.

Применительно к данной ситуации таких обстоятельств установлено не было.

Уголовное дело было прекращено в связи с неявкой частного обвинителя, представившего невозвратные билеты во Вьетнам и поэтому не явившегося в судебное заседание по уголовного делу. В ходе настоящего судебного заседания было достоверно установлено наличие факта причинения ответчиком истцу вышеупомянытых телесных повреждений.

Федеральным законом от 5 апреля 2013 г. N 54-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации" статья 133 УПК РФ дополнена частью 2.1, согласно которой право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части 2 данной статьи (в том числе подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор), если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью 4 статьи 20 УПК РФ (дела, возбуждаемые руководителем следственного органа, следователем, а также дознавателем), а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 УПК РФ, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части 1 статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.

В соответствии со статьей 1100 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; в иных случаях, предусмотренных законом.

Однако положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.

Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.

Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).

Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.

Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 ГК РФ случаев, а именно:- для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, - статьей 152 ГК РФ, согласно пункту 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности;- для случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности - статьей 1079 ГК РФ, согласно пункту 1 которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего; - для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 ГК РФ, то есть при наличии вины причинителя.

Таким образом, из положений статей 1064, 1079 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.

В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 г. N 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.А., И.И. и И.Н., применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).

Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).

В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).

Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. N 643-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина В. на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".

Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.

В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.

Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).

При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 УПК РФ).

Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 г. N 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Б. на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.

Учитывая то обстоятельство, что в ходе настоящего судебного заседания было достоверно установлено событие, в ходе которого ответчик причинил истцу физическую боль и повреждения, повлекшие вред здоровью, и при этом, не было установлено наличия каких-либо злоупотреблений со стороны истца, как и вины последнего, в том числе и в части обращения в правоохранительные органы с соответствующим заявлением, либо причинении ответчику телесных повреждений, оснований для взыскания компенсации морального вреда суд не усматривает. Доводы о том, что истец также ударил ответчика надлежащими средствами доказывания не подтверждены.

Таким образом, правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда и судебных издержек на защитника в данном случае суд не усматривает.

Аналогичная правовая позиция содержится и в Определении ВС РФ от 10.03.2015 N 16-КГ14-37.

Поскольку не имеется оснований для удовлетворения основных требований по встречному иску, сопутствующие требования также удовлетворению не подлежат.

Истцом при подаче настоящего иска была оплачена государственная пошлина в сумме 300 руб., а также расходы на оплату услуг представителя в сумме 10000 руб.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 112 КАС Российской Федерации, ч. 2 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» от 21.01.2016 N 1).

Учитывая изложенное, исходя из существа спора и характера спорных правоотношений, объема выполненной представителем истца работы по составлению искового заявления и на стадии рассмотрения дела, ее результат, учитывая частичное удовлетворение исковых требований, суд полагает, что расходы по оплате юридических услуг в общем размере 7000 руб. вполне соответствуют требованиям разумности и справедливости и взыскивает их с ответчика.

Также с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к ФИО4 о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате причинения телесных повреждений и вреда здоровью денежную сумму в размере 10000 руб., расходы на оплату услуг представителя 7000 руб., расходы по оплате государственной пошлины 300 руб.

В оставшейся части требований отказать.

Встречные исковые оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Новоуральский городской суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий: Шардакова М. А.

СОГЛАСОВАНО: Судья М.А. Шардакова