Решение № 2-173/2020 2-173/2020~М-166/2020 М-166/2020 от 12 октября 2020 г. по делу № 2-173/2020

Решение

Именем Российской Федерации

13 октября 2020 г. г. Грозный

Грозненский гарнизонный военный суд в составе председательствующего – заместителя председателя суда Петрова Д.Г., при секретаре судебного заседания Павловой Ю.К., с участием истца ФИО1, представителя третьего лица на стороне ответчика – руководителя № военного следственного отдела – <данные изъяты> юстиции ФИО2, прокурора – заместителя военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона <данные изъяты> юстиции ФИО3, рассмотрев гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 о взыскании в порядке реабилитации с Министерства финансов Российской Федерации компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования,

установил:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском и просил суд взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 150 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал и просил их удовлетворить, при этом пояснив, что в результате незаконного уголовного преследования были существенно нарушены его права на личное достоинство, доброе имя и деловую репутацию, свободное передвижение, в связи с чем он испытал нравственные страдания, обусловленные пониманием несправедливости и безысходности.

Представитель № военного следственного отдела <данные изъяты> юстиции ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований.

Представитель Министерства финансов Российской Федерации по доверенности ФИО4, надлежащим образом извещенный о судебном заседании, в суд не прибыл, представив свои письменные возражения, из которых усматривается, что требования иска он не признает и просит отказать в его удовлетворении, указав, что причинение истцу морального вреда не подтверждается материалами дела и каких-либо доказательств перенесенных нравственных и моральных страданий истцом не представлено.

Выслушав объяснения сторон, исследовав материалы дела, оценив имеющиеся доказательства, заслушав мнение прокурора, полагавшего иск в интересах ФИО1 подлежащим удовлетворению частично, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 ранее проходил военную службу по контракту в войсковой части № в должности командира батальона материального обеспечения и воинском звании «<данные изъяты>».

2 мая 2017 г. должностным лицом органа предварительного следствия – следователем № военного следственного отдела в отношении Шкитина возбуждено уголовное дела по признакам преступлений, предусмотренных ч. 5 ст. 33, ч. 4 ст. 160 УК РФ.

При этом поводом для возбуждения уголовного дела явилось постановление военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона о направлении материалов проверки в орган предварительного расследования для решения вопроса об уголовном преследовании ФИО1 и иных лиц, а основанием – наличие достаточных данных, указывающих на наличие признаков преступлений в деяниях ФИО1.

18 декабря 2017 г. ФИО1 освобожден от воинской должности и зачислен в распоряжение командования в связи с возбуждением в отношении него уголовного дела.

В дальнейшем следователем деяния ФИО1 переквалифицированы на ч. 1 ст. 293 УК РФ и 11 января 2018 г. угловое дело в отношении последнего прекращено на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

В дальнейшем постановление о прекращении уголовного дела неоднократно отменялось военным прокурором и предварительное следствие возобновлялось.

В октябре 2018 г. в связи с проводимыми организационно-штатными мероприятиями и расформированием № военного следственного отдела уголовное дело в отношении ФИО1 и иных лиц передано для производства предварительного следствия в № военный следственный отдел, где оно принято следователем к своему производству, которым вновь принимались решения о прекращении уголовного дела.

Крайний раз уголовное дело в отношении ФИО1 на основании постановления следователя прекращено 30 мая 2019 г. на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть за отсутствием состава преступления, с признанием за последним права на реабилитацию.

В настоящее время это постановление следователя должностными лицами военных следственных органов и военной прокуратуры не отменено.

Данные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании материалами настоящего гражданского дела и материалами уголовного дела в отношении ФИО1.

Конституцией Российской Федерации в статье 53 установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя в том числе и устранение последствий морального вреда. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В ч. 2 ст. 133 УПК РФ среди лиц, наделенных правом на реабилитацию и возмещение вреда, указан обвиняемый (подозреваемый), уголовное преследование в отношении которого прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, факт незаконного привлечения ФИО1 к уголовной ответственности судом установлен на основании постановления следователя № военного следственного отдела от 30 мая 2019 г. о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении истца и извещения о праве на реабилитацию, что не оспаривалось сторонами.

Суд считает также установленным, что с момента возбуждения в отношении ФИО1 уголовного дела и до вынесения окончательного постановления о прекращении уголовного дела, то есть со 2 мая 2017 г. по 30 мая 2019 г., истец испытывал определенные нравственные переживания, поскольку незаконное привлечение к уголовной ответственности нанесло вред авторитету ФИО1 среди командования, сослуживцев и подчинённых военнослужащих, а также знакомых и близких ему людей.

Кроме того военный суд учитывает и то, что в период нахождения в распоряжении командования на протяжении более двух лет ФИО1 был ограничен в реализации своих прав и свобод, в частности на получение денежного довольствия и дополнительных выплат в полном объеме, что существенно сказалось на его материальном положении и причинило ему длительные нравственные страдания.

Рассматривая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 151 ГК РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со статьей 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя в случаях, когда вред причинен гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде.

В силу статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

При определении размера компенсации морального вреда военный суд учитывает степень и характер физических и нравственных страданий, причиненных истцу уголовным преследованием, поскольку возбуждение уголовного дела и производство предварительного следствия, вызвали необходимость оправдываться перед близкими, знакомыми, сослуживцами и подчинёнными. Освобождение истца от занимаемой воинской должности и зачисление в распоряжение командования в связи с возбуждением уголовного дела ограничило ФИО1 в его правах и свободах.

Также суд принимает во внимание, что за весь период предварительного следствия с непосредственным участием ФИО1 произведено незначительное количество следственных действий, обвинение ему не предъявлялось и мера пресечения в отношении последнего не избиралась, а следователь ограничился применением иной меры процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

При таких обстоятельствах, учитывая требования разумности и справедливости, военный суд определяет компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей, а в остальной части заявленных требований в части взыскания 100 000 рублей отказывает, находя данные требования завышенными.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, военный суд,

решил:

Исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 в порядке реабилитации компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в размере 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части иска на сумму 100 000 рублей отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по административным делам Южного окружного военного суда через Грозненский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня принятия решения судом.

Председательствующий по делу Д.Г. Петров