Решение № 2-487/2026 2-487/2026(2-5741/2025;)~М-3875/2025 2-5741/2025 М-3875/2025 от 4 февраля 2026 г. по делу № 2-487/2026

Дело № 2-487/2026 (2-5741/2025;)

74RS0002-01-2025-007745-78


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 января 2026 года г. Челябинск

Центральный районный суд г. Челябинска в составе:

председательствующего судьи Губка Н.Б.,

при секретаре Манаковой К.Э.,

с участием старшего помощника прокурора Центрального района г. Челябинска Гурской О.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с участием представителя истцов ФИО1, представителя ответчика ФИО2, гражданское дело по иску ФИО3 ФИО17, ФИО3 ФИО18, ФИО3 ФИО19 к акционерному обществу «Челябинский радиозавод «Полет», ФИО6 ФИО20 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО4, ФИО5 обратились в суд с требованиями (с учетом уточнений) к АО «Челябинский радиозавод «Полет», ФИО6 о солидарном взыскании компенсации морального вреда, причиненного в связи с гибелью супруга и отца ФИО7 в размере по 1 000 000 руб. в пользу каждого.

В обосновании исковых требований указано на то, что 09 декабря 2022 года в результате столкновения транспортных средств <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО6 и <данные изъяты>, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО8, пассажиру ФИО7 были причинены телесные повреждения, в результате которых наступила смерть, в связи с чем истцы потерпели моральные и нравственные страдания.

Истцы ФИО4, ФИО4, ФИО5 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, просили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Представитель истцов ФИО4, ФИО5 - ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении уточненных требований настаивал в полом объёме.

Представитель ответчика АО «Челябинский радиозавод «Полет» ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания.

Заслушав доводы сторон, заключение старшего помощника прокурора Центрального района г. Челябинска Гурской О.Д., исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В судебном заседании установлено и материалами дела подтверждается, что приговором Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 20 декабря 2024 года ФИО8, ФИО6 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного Кодекса Российской Федерации.

Указанным приговором суда установлено, что 09 декабря 2022 года примерно в 11 часов 10 минут водитель ФИО8, управляя принадлежащим ему автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в технически исправном состоянии, двигался в направлении г. Саранск Республики Мордовия по 148 км (147 + 370) автодороги «М-5 «Урал» Москва - Рязань - Пенза - Самара - Уфа-Челябинск, подъезд к г. Саранск», проходящей по территории Старошайговского муниципального района Республики Мордовия, по мокрому, частично покрытому снегом асфальтовому горизонтальному покрытию. В салоне данного автомобиля кроме водителя ФИО8 передвигались в качестве пассажиров ФИО9 (на переднем пассажирском сиденье) и ФИО7 (на заднем пассажирском сиденье), при этом последний не был пристегнут ремнем безопасности, которым автомобиль был оборудован.

Двигаясь на управляемом им автомобиле со скоростью примерно 76 километров в час, включив световой указатель поворота влево, ФИО8 стал совершать маневр обгона, движущегося впереди него в попутном направлении транспортного средства, при этом проявил преступную небрежность и невнимательность, в нарушение абзаца 1 пункта 1.5, пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 «О правилах дорожного движения» (с последующими изменениями и дополнениями) (далее - Правила дорожного движения Российской Федерации) не учитывая дорожные и метеорологические условия, избрав скорость не обеспечивающую возможность постоянного контроля над автомобилем, выехал на встречную сторону проезжей части, где потерял контроль над управлением своего автомобиля и допустил его перемещение по проезжей части в стадии бокового заноса в сторону левой по ходу его движения обочины. Своими действиями водитель ФИО8 создал опасную дорожно-транспортную ситуацию и помеху движущемуся навстречу автомобилю марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО6

В это же время водитель ФИО6, управляя принадлежащим ему автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, в технически исправном состоянии, двигался со скоростью примерно 70 километров в час в направлении с. Старое Шайгово Старошайговского муниципального района Республики Мордовия по 148 км (147 + 370) автодороги «М-5 «Урал» Москва - Рязань - Пенза - Самара - Уфа - Челябинск, подъезд к г. Саранск», проходящей по территории Старошайговского муниципального района Республики Мордовия, по мокрому, частично покрытому снегом асфальтовому горизонтальному покрытию, навстречу автомобилю марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО8

Водитель ФИО6, обнаружив, выехавший на его полосу движения и перемещающийся по проезжей части в стадии бокового заноса в сторону правой по ходу его движения обочины, автомобиль марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО8, несмотря на возникшую опасность, проявив тем самым преступную небрежность и невнимательность к изменчивой дорожной обстановке, в нарушение абзаца 1 пункта 8.1, абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации не принял своевременных мер к снижению скорости вплоть до остановки управляемого им автомобиля путем торможения на своей полосе движения, а совершил не обеспечивающий безопасность его движения маневр вправо по ходу своего движения, который с технической точки зрения оказался неоправданным, так как при прямолинейном (без маневра вправо) движении автомобиля марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № по своей полосе движения и без применения торможения, ФИО6 имел техническую возможность предотвратить столкновение с автомобилем марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением водителя ФИО8, а в случае применения ФИО6 торможения и прямолинейном движении (без маневра вправо), такая возможность у него была тем более.

В результате этого на занесенной снегом части дороги в области правого края проезжей части и правой обочины по ходу движения автомобиля марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № под управлением ФИО6, по которой движение транспортных средств на момент дорожно-транспортного происшествия фактически не осуществлялось, под углом близким к 180 градусам произошло столкновение между двумя вышеуказанными автомобилями.

В результате допущенных как водителем ФИО8, а также водителем ФИО6 нарушений указанных пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации пассажиру автомобиля марки «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак № ФИО7 согласно заключению эксперта ГКУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» № от 13 марта 2023 года при соударении с тупыми твердыми предметами в салоне автомобиля прижизненно, незадолго до смерти (минуты) были причинены телесные повреждения: открытый перелом костей черепа с частичным разрушением твердой, мягкой мозговых оболочек головного мозга; вещества головного мозга; кровоизлияния в мягкие ткани головы со стороны их внутренней поверхности в лобных, теменных, височных и затылочных областях; под мягкую оболочку головного мозга; в ткань головного мозга; в желудочки головного мозга; в области ушибов внутренних органов; в области переломов; в плевральных полостях; ушиб ткани легких; перелом ребер по различным анатомическим линиям, с повреждением пристеночной плевры; кровоподтеки, ссадины лица, с причинением в своей совокупности тяжкого вреда здоровью по признаку как опасные для жизни (согласно пунктам 6.1.2. 6.1.3, 6.1.11, 13 приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н «Об утверждении Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека»). Смерть ФИО7 наступила от тупой сочетанной травмы тела, о чем свидетельствуют: морфологически - открытый перелом костей черепа с частичным разрушением твердой, мягкой мозговых оболочек головного мозга; вещества головного мозга; кровоизлияния в мягкие ткани головы со стороны их внутренней поверхности в лобных, теменных, височных и затылочных областях; под мягкую оболочку головного мозга; в ткань головного мозга; в желудочки головного мозга; в области ушибов внутренних органов; в области переломов; в плевральных полостях; ушиб ткани легких; перелом ребер по различным анатомическим линиям, с повреждением пристеночной плевры; кровоподтеки, ссадины лица; гистологически: очаговые кровоизлияния в твердой мозговой оболочке, очагово-диффузные кровоизлияния в мягкой мозговой оболочке с минимальными реактивными изменениями; мелкоочаговое кровоизлияние в ткани головного мозга без реактивных клеточных изменений; единичные, диапедезные, околососудистые кровоизлияния, выраженный отек. Учитывая характер, локализацию телесных повреждений на трупе ФИО7, образование их в результате дорожно-транспортного происшествия не исключается.

Действиями ФИО8 нарушены требования абзаца 1 пункта 1.5, пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые находятся в прямой причинно-следственной связи с совершенным им дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти по неосторожности ФИО7

Своими действиями ФИО6 нарушил требования абзаца 1 пункта 8.1, абзаца 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, которые находятся в прямой причинно-следственной связи с совершенным им дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти по неосторожности ФИО7

Апелляционным приговором Верховного Суда Республики Мордовия от 30 октября 2025 года приговор Краснослободского районного суда Республики Мордовия от 20 декабря 2024 года в отношении ФИО8 и ФИО6 отменен. ФИО6 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдан на основании пункта 2 части 1 статьи 24 и пункта 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, за отсутствием в его действиях состава преступления. ФИО8 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 3 статьи 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначено ему наказание в виде лишения свободы на срок 2 года. Признано за гражданскими истцами ФИО3 А.А.. ФИО5. ФИО3 А.А. право на удовлетворение гражданского иска о компенсации морального вреда, причиненного преступлением. Оставлено исковое заявление ФИО4, ФИО5, ФИО4 о компенсации морального вреда причиненного преступлением, без рассмотрения, разъяснено право на предъявление иска в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством.

В указанном апелляционном приговоре Верховный Суд Республики Мордовия пришел к выводу о том, что именно нарушение ФИО8 требований абзаца 1 пункта 1.5 и пункта 10.1 Правил дорожного движения явилось причиной столкновения указанных автомобилей, в результате которого погиб ФИО7

В то же время водитель ФИО6, управляя автомобилем «Ауди», двигался по проезжей части, по своей полосе движения, в соответствии с требованиями Правил дорожного движения Российской Федерации, и опасности для движения водителю ФИО8 не создавал. При этом ФИО6 ввиду незначительного расстояния, с которого обнаружил создающий опасность для его движения автомобиль «Мазда», не имел технической возможности избежать с ним столкновение.

Заявленные осужденным ФИО8 доводы о том, что ФИО6 избрал повышенную скорость при управлении своим автомобилем ввиду ограниченной видимости от завихрений снега, создающих встречным большегрузным автомобилем, являются несостоятельными, поскольку помеха для движения последнему была создана именно действиями водителя ФИО8, несоответствующими требованиям пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. В то же время движение водителя ФИО6 по своей полосе никоим образом не создавало опасности для движения водителю ФИО8, который обязан был контролировать управление своего автомобиля с учётом погодных и дорожных условий, чего им обеспечено не было.

Доводы ФИО8 о длительности нахождения автомобиля под его управлением на встречной полосе движения, что позволяло ФИО6 своевременно обнаружить опасность, опровергаются показаниями свидетеля ФИО10, которые в полной мере согласуются с показаниями ФИО6 о неожиданности для него выехавшего ему навстречу автомобиля.

Возможность избежать столкновения автомобилей изначально заключалась в соблюдении водителем автомобиля «<данные изъяты>» под управлением ФИО8 во время движения требований пункта 1.5 и пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, выполнение которых исключило бы возникновение опасности для водителя автомобиля «<данные изъяты>».

Утверждение ФИО6 о том, что выехавший на его полосу движения автомобиль под управлением ФИО8 он заметил лишь с расстояния 15-20 метров, стороной обвинения не опровергнут. При этом указанный довод согласуется с показаниями свидетеля ФИО10 о том, что с момента выезда автомобиля «<данные изъяты>» на полосу встречного движения он сразу же увидел последствия столкновения с другим автомобилем.

При таких обстоятельствах, проверив и оценив совокупность исследованных доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности суд пришел к выводу о достаточности доказательств стороны обвинения о доказанности того, что при установленных апелляционным приговором фактических обстоятельствах нарушения Правил дорожного движения Российской Федерации были допущены водителем автомобиля «<данные изъяты>» ФИО8, которые находятся в прямой причинной связи со столкновением с автомобилем «<данные изъяты>» под управлением ФИО6, что повлекло причинение телесных повреждений ФИО7, повлекших его смерть.

Истец ФИО3 ФИО21, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является супругой умершего ФИО3 ФИО22, что подтверждается свидетельством о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО3 ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сыном ФИО3 ФИО24 и ФИО3 ФИО25, что подтверждается свидетельством о рождении № от 08 июня 1993 года.

Истец ФИО3 ФИО26, ДД.ММ.ГГГГ года рождения является сыном ФИО3 ФИО27 и ФИО3 ФИО28, что подтверждается свидетельством о рождении № от 21 мая 1991 года.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (абзац первый пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац второй пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Кодекса (пункт 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статьей 1080 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 1081 Кодекса.

Причинитель вреда, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения в размере, соответствующем степени вины этого причинителя вреда. При невозможности определить степень вины доли признаются равными (пункт 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников. При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.

Пунктом 1 статьи 322 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

В силу части 1 статьи 323 Гражданского кодекса Российской Федерации при солидарной обязанности должников кредитор вправе требовать исполнения как от всех должников совместно, так и от любого из них в отдельности, притом как полностью, так и в части долга.

Из приведенных нормативных положений следует, что в случае причинения вреда третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцы солидарно несут ответственность за такой вред. В данном правоотношении обязанность по возмещению вреда, в частности компенсации морального вреда, владельцами источников повышенной опасности исполняется солидарно. При этом солидарные должники остаются обязанными до полного возмещения вреда потерпевшему. Основанием для освобождения владельцев источников повышенной опасности от ответственности за возникший вред независимо от того, виновен владелец источника повышенной опасности в причинении вреда или нет, является умысел потерпевшего или непреодолимая сила.

В соответствии со статьей 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из материалов дела следует, что на основании приказа и.о. генерального директора АО «Челябинский радиозавод «Полет» ФИО11 № от 18 ноября 2022 года, приказа генерального директора АО «Челябинский радиозавод «Полет» ФИО12 № от 30 ноября 2022 года ФИО8 был направлен в командировку в г. Рязань (в/ч 41521) с 21 ноября по 17 декабря 2022 года с использованием личного автомобиля «<данные изъяты>» государственный регистрационный знак №, действовал по заданию работодателя, на основании трудового договора.

Актом о несчастном случае на производстве АО «Челябинский радиозавод «Полет» № от 30 мая 2025 года также подтверждается факт направления ФИО7, ФИО8 и ФИО9 в служебную командировку в г. Рязань на личном автомобиле ФИО8

В силу статьи 166 Трудового кодекса Российской Федерации служебная командировка - поездка работника по распоряжению работодателя на определенный срок для выполнения служебного поручения вне места постоянной работы. Служебные поездки работников, постоянная работа которых осуществляется в пути или имеет разъездной характер, служебными командировками не признаются.

Таким образом, поскольку последствия в виде гибели ФИО7 наступили в результате взаимодействия источников повышенной опасности, владельцами которых являлись ФИО6 и ФИО8, направленный в служебную командировку работодателем АО «Челябинский радиозавод «Полет», суд приходит к выводу о возложении обязанности по возмещению истцам ФИО4, ФИО4, ФИО5 компенсации морального вреда на солидарных ответчиков ФИО6, АО «Челябинский радиозавод «Полет».

Доводы стороны ответчика АО «Челябинский радиозавод «Полет» о том, что работники выехали в командировку на личном автотранспорте самостоятельно, не подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, а также стороной ответчика не представлено документов, подтверждающих оплату билетов на иной вид транспорта.

В соответствии со статьей 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В обоснование требования о компенсации морального вреда истцы ссылаются на то, что до смерти ФИО7 вся дружная семья С-вых проживали совместно по адресу: <адрес>. ФИО7 был настоящим главой большой семьи и авторитетом для своих детей и внуков. Более того, на его фактическом иждивении находились его супруга - ФИО5, являющаяся пенсионером по старости, которая за год до этого тяжело перенесла заболевание вирусной пневмонией COVID-19, которым заразилась в больнице, куда изначально была доставлена с диагнозом ОНМК (инсульт); и младший сын ФИО4, являющийся инвалидом первой группы с детства, с диагнозом G80.9 Последствия раннего органического поражения ЦНС, синдром нижнего рефлекторного парапареза без нарушения функций ходьбы, синдром выраженных интеллектуально-мнестических нарушений.

Также после смерти отца у ФИО3 ФИО29 повысилась тревожность, очень долго находился в угнетенном состоянии, возникли проблемы со сном, резко потерял вес на нервной почве. Отец был для него человеком, который с самого детства занимался его развитием и воспитанием. ФИО3 ФИО30, прожившая в браке с ФИО3 ФИО31 32 года очень тяжело перенесла смерть мужа. Долгое время её мучила бессонница, тоска по любимому человеку и понимание того, что его уже не вернуть. Долгое время она не могла выйти из дома. Кроме того, пришло осознание того, что теперь она одна будет вынуждена осуществлять уход за ФИО3 ФИО32. ФИО3 ФИО33, также испытал нравственные страдания, связанные с потерей дорогого и любимого для него человека, которые выразились в тоске и осознании того, что он никогда больше не увидит его и не сможет поговорить с ним. Также ему необходимо было донести информацию о смерти дедушки своим несовершеннолетним детям.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает необратимое обстоятельство, нарушившее психическое благополучие истцов, лишившихся близкого человека, подобная утрата является тяжелейшим событием в жизни, нравственные и физические страдания истцов, степень вины ответчиков, с учетом принципа разумности и справедливости, приходит к выводу о том, что ответчиков АО «Челябинский радиозавод «Полет», ФИО6 в солидарном порядке подлежи взысканию компенсация морального вреда в пользу ФИО3 ФИО34 в размере 600 000 руб., в пользу ФИО3 ФИО35 в размере 1 000 000 руб., в пользу ФИО3 ФИО36 в размере 800 000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с акционерного общества «Челябинский радиозавод «Полет» (ИНН <***>), ФИО6 ФИО37, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серия №) в солидарном порядке в пользу ФИО3 ФИО38, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серия №) компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей, в пользу ФИО3 ФИО39, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серия №) компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, в пользу ФИО3 ФИО40, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт РФ серия №) компенсацию морального вреда в размере 800 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 ФИО41, ФИО3 ФИО42, ФИО3 ФИО43 - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме, через Центральный районный суд г. Челябинска.

Председательствующий Н.Б. Губка

Мотивированное решение изготовлено 05 февраля 2026 года.