Апелляционное определение № 2-70-33-24/2026 33-1651/2025 33-24/2026 от 17 марта 2026 г.

Судья Гусенков А.С. 18 марта 2026г. Дело № 2–70–33–24/2026

53RS0022-01-2024-001850-43


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Великий Новгород

Судебная коллегия по гражданским делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего: Колокольцева Ю.А.,

судей: Котихиной А.В. и Сергейчика И.М.,

при секретаре: Жуковой К.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 18 марта 2026г. по апелляционной жалобе ФКУ Упрдор «Россия» на решение Новгородского районного суда Новгородской области от 20 ноября 2025г. дело по иску ФИО1 к ФКУ Упрдор «Россия» и АО «МОСТОТРЕСТ-СЕРВИС» о возмещении ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.

Заслушав доклад судьи Новгородского областного суда Колокольцева Ю.А., выслушав объяснения представителя ФКУ Упрдор «Россия» ФИО2 и АО «МОСТОТРЕСТ-СЕРВИС» ФИО3, поддержавших доводы апелляционной жалобы, объяснения представителя ФИО1 - ФИО4, возражавшей против удовлетворения апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФКУ Упрдор «Россия» (далее также Учреждение), в котором после неоднократных уточнений исковых требований просил взыскать солидарно с ФКУ Упрдор «Россия» и АО «МОСТОТРЕСТ-СЕРВИС» (далее также АО «МТТС» или Общество) ущерб, причинённый в результате ДТП, в размере 678600 руб., расходы по оплате услуг представителя - 20000 руб., по оплате нотариального оформления доверенности на представителя - 1700 руб., на проведение досудебной экспертизы - 16000 руб., на нотариальный осмотр доказательств - 12750 руб., по оплате судебной экспертизы - 120000 руб. и по уплате государственной пошлины - 10955 руб.

В обоснование иска ФИО1 ссылался на то, что 28 октября 2023г., на 361 км + 50 м автодороги М9 «Балтия» в Западнодвинском районе, Тверской области (далее также М9 «Балтия»), произошло ДТП в виде столкновения автомобилей УАЗ PATRIOT, г/н номер (далее также УАЗ PATRIOT, УАЗ или ТС), с прицепом МЗСА 832310, г/н номер (далее также прицеп), под его управлением, и MERSEDES BENZ, г/н номер (далее также MERSEDES BENZ, Мерседес или ТС), под управлением собственника ФИО5, после которого его автомобиль УАЗ совершил наезд на дорожное металлическое ограждение (далее также дорожное ограждение). ДТП произошло вследствие ненадлежащего содержания и обслуживания Учреждением автомобильной дороги и наличия в связи с этим в нарушение требований пункта 8.1 ГОСТ Р 50597-2017 «Национальный стандарт Российской Федерации. Дороги автомобильные и улицы. Требования к эксплуатационному состоянию, допустимому по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Методы контроля» (далее также ГОСТ Р 50597-2017), утверждённый приказом Росстандарта от 26 сентября 2017г. № 1245-ст, на покрытии проезжей части зимней скользкости (стекловидного льда). В результате ДТП его автомобиль УАЗ получил механические повреждения и требовал восстановительного ремонта.

Определениями Новгородского районного суда Новгородской области к участию в деле привлечены в качестве ответчика АО «МТТС» и третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, ПАО СК «Росгосстрах» и ФИО5

В судебном заседании суда первой инстанции представитель истца ФИО1 - ФИО4 уточнённые требования поддерживала по указанным в исковом заявлении и в уточнениях к нему основаниям и доводам.

Представитель ответчика ФКУ Упрдор «Россия» в судебном заседании суда первой инстанции иск не признавал по мотивам и основаниям, указанным в отзыве на иск и дополнениях к нему, полагая, что надлежащим ответчиком является АО «МТТС», с которым заключён государственный контракт на обслуживание вышеуказанного участка дороги (далее также спорный участок); предусмотренные ГОСТом сроки, в течение которых необходимо устранить выявленные дефекты дорожного покрытия, не были нарушены; истцом не в полной мере были выполнены требования пункта 10.1 Правил дорожного движения РФ (далее также ПДД РФ или Правила), в результате чего произошло ДТП и повреждение автомобиля.

Представитель ответчика АО «МТТС» в судебном заседании суда первой инстанции иск не признавал по доводам, изложенным в письменном отзыве на иск и дополнениях к нему, полагая, что истцом не были выполнены требования пункта 10.1 ПДД РФ; сроки устранения дефектов дорожного покрытия, предусмотренные ГОСТом, нарушены не были; судебная экспертиза являться ненадлежащим доказательством, поскольку выполнена с нарушениями.

Истец ФИО1, представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах», третье лицо ФИО5 в судебное заседание суда первой инстанции не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещались.

Решением Новгородского районного суда Новгородской области от 20 июня 2025г. постановлено:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФКУ Упрдор «Россия» (ИНН номер ) в пользу ФИО1 (паспорт номер ) в счёт возмещения вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, 678600 руб., расходы на проведение досудебного исследования - 16000 руб., на нотариальный осмотр доказательств - 12750 руб., по оплате судебной экспертизы - 120000 руб., на оплату услуг представителя - 20000 руб. и по уплате государственной пошлины - 9986 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Возвратить ФИО1 из бюджета государственную пошлину в размере 969 руб. (чек по операции от датаг.).

В апелляционной жалобе ФКУ Упрдор «Россия» просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска к ФКУ Упрдор «Россия» отказать по основаниям недоказанности обстоятельств, имеющих значение для дела, не соответствия выводов суда установленным обстоятельствам дела, нарушения норм материального и процессуального права.

От ФИО1 в суд поступили возражения (дополнения к ним) относительно апелляционной жалобы, в которых указывается на несостоятельность доводов апелляционной жалобы.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО1, представитель третьего лица ПАО СК «Росгосстрах», третье лицо ФИО5 не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьи 113 ГПК РФ и статьи 165.1. ГК РФ, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия в силу статьи 167 ГПК РФ считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Согласно статье 327.1. ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы (абзац 1 части 1).

В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (абзац 1 части 2).

В силу указанных норм судебная коллегия рассматривает настоящее дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет законность и обоснованность решения, не выходя за пределы требований, изложенных в апелляционной жалобе. Основания для проверки решения суда в полном объеме отсутствуют.

Проверив материалы дела в пределах доводов апелляционной жалобы и возражения относительно апелляционной жалобы, обсудив эти доводы, судебная коллегия приходит к следующему.

В рассматриваемом споре вред истцу причинен в результате столкновения транспортных средств (источников повышенной опасности), двигавшихся на скользком (опасном) участке автодороги.

Использование автомобильных дорог осуществляется с соблюдением правил дорожного движения, устанавливаемых в соответствии с законодательством РФ о безопасности дорожного движения (пункт 5 статьи 27 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ «Об автомобильных дорогах и о дорожной деятельности в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», далее также Федеральный закон от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ).

В силу абзаца 6 пункта 3 статьи 24 Федерального закона от 10 декабря 1995г. № 196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» (далее также Федеральный закон от 10 декабря 1995г. № 196-ФЗ), участники дорожного движения в случаях повреждения транспортных средств в результате ДТП имеют право на возмещение ущерба по основаниям и в порядке, которые установлены законодательством Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 28 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ пользователи автомобильными дорогами имеют право получать компенсацию вреда, причиненного их имуществу в случае содержания автомобильных дорог вследствие нарушений требований настоящего Федерального закона, требований технических регламентов лицами, осуществляющими содержание автомобильных дорог, в порядке, предусмотренном гражданским законодательством.

Гражданским кодексом РФ (далее также ГК РФ) предусмотрены основания, условия и порядок наступления гражданской ответственности и возмещения вреда, причиненного участникам дорожного движения (пользователям автомобильных дорог) и их имуществу, в том числе транспортным средствам.

В соответствии с абзацем 2 пункта 3 статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (транспортных средств) их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 ГК РФ).

На основании абзаца 1 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (абзац 2 пункта 1 статьи 1064 ГК РФ).

Если вред причинен работником юридического лица при исполнении им трудовых обязанностей, то он возмещается этим юридическим лицом (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Положение пункта 2 статьи 1064 ГК РФ закрепляет в рамках общих оснований ответственности за причинение вреда презумпцию вины причинителя вреда и возлагает на него бремя доказывания своей невиновности (Определения Конституционного Суда от 28 мая 2009г. № 581-О-О и от 27 октября 2015г. № 2525-О).

Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 11 (абзацы 1 и 2) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», далее также Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. № 1, и пункт 12 (абзацы 1 и 3) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», далее также Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015г. № 25).

Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен (абзац 1 пункта 2 статьи 1083 ГК РФ).

Пунктом 17 (абзацы 2 и 3) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010г. № 1 разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Под неосторожной виной понимается легкомыслие (если лицо предвидело возможность наступления вреда в результате своих действий или бездействия, но без достаточных к тому оснований самонадеянно рассчитывало на предотвращение этих последствий) или небрежность (если лицо не предвидело возможности наступления вреда в результате своих действий (бездействия), хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должно и могла предвидеть эти последствия).

Применительно к настоящему спору, исходя из статей 1064 и 1083 ГК РФ, в случае наличия вины истца и лица, ответственного за содержание проезжей части автодороги, в произошедшем ДТП, размер возмещения вреда с учетом степени вины этих лиц в ДТП определяется соразмерно степени виновности каждого лица, исходя из принципа смешанной вины, закрепленного в пункте 2 статьи 1083 ГК РФ.

Статьей 1082 ГК РФ предусмотрено, что лицо, ответственное за причинение вреда, обязано возместить причиненные убытки, под которыми понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб) (статья 15 ГК РФ).

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015г. № 25 разъяснено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков (пункт 11). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Размер подлежащих возмещению убытков определяется судом исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (абзац 2 пункта 12).

Пунктом 13 (абзацы 1 и 2) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015г. № 25 разъяснено, что в состав реального ущерба входят фактически понесенные расходы и/или расходы, которые лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Если для устранения повреждений имущества будут использованы новые материалы, то расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба полностью. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ (Постановление от 10 марта 2017г. № 6-П) полное возмещение вреда применительно к случаю причинения вреда транспортному средству предполагает восстановление поврежденного ТС до состояния, в котором оно находилось до нарушения права (до повреждения). При исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые детали.

В соответствии с приведенными нормами и правовыми позициями Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, виновный причинитель вреда возмещает вред в размере стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа запчастей.

В силу принципа состязательности сторон (статья 12 ГПК РФ) и требований части 1 статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Исходя из перечисленных норм и правовых позиций Конституционного Суда РФ и Верховного Суда РФ, применительно к рассматриваемому в пределах доводов апелляционной жалобы спору, истец должен доказать значимые для дела обстоятельства: факт ДТП и причинения вреда в результате ДТП; противоправность поведения ответчиков (их работников), выразившаяся в ненадлежащем содержании участка автодороги (наличие образования зимней скользкости на спорном участке автодороги, на котором произошло ДТП); наличие прямой причинной связи между противоправным поведением ответчиков и причинением вреда в конкретном размере. Также истец обязан доказать отсутствие его вины в столкновении с автомобилем Мерседес.

В свою очередь, ответчики обязаны доказать отсутствие вины их работников в причинении вреда истцу, подтвердить свои доводы о вине (грубой неосторожности) истца в столкновении автомобилей (несоответствие действий истца требованиям ПДД РФ в сложившейся дорожной ситуации и наличие возможности избежать ДТП), а также доказать возможность восстановления истцом поврежденного автомобиля без использования новых деталей.

Принимая решение, суд исходил из доказанности того, что причиной ДТП, в результате которого причинены повреждения автомобилю УАЗ, явилось исключительно виновное противоправное бездействие работников Учреждения, выразившееся в ненадлежащем содержании спорного участка дороги (наличие зимней скользкости в нарушение требований ГОСТ Р 50597-2017).

Такой вывод суда в части определения степени вины Учреждения в причинении истцу вреда, не соответствует приведенным правовым нормам и установленным по делу обстоятельствам.

Правилами дорожного движения РФ, утвержденными Постановлением Правительства РФ от 23 октября 1993г. № 1090, предусмотрено, что количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) дорожными знаками, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними; при этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева (пункт 9.1); водитель должен соблюдать необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения (пункт 9.10); водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения; скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (часть 1 пункта 10.1); при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (часть 2 пункта 10.1).

Пунктом 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09 декабря 2008г. № 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения» разъяснено, что при решении вопроса о технической возможности предотвращения ДТП следует исходить из того, что момент возникновения опасности для движения определяется в каждом конкретном случае с учетом дорожной обстановки, предшествующей ДТП. Опасность для движения следует считать возникшей в тот момент, когда водитель имел объективную возможность ее обнаружить. При анализе доказательств наличия либо отсутствия у водителя технической возможности предотвратить ДТП в условиях недостаточной видимости следует исходить из того, что водитель в соответствии с пунктом 10.1 Правил должен выбрать скорость движения, обеспечивающую ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

Как видно из материалов дела, 28 октября 2023г., примерно в 09 часов 05 минут, на 361 км + 50 м автодороги М9 «Балтия», ФИО1, управляя личным автомобилем УАЗ PATRIOT с прицепом МЗСА, двигался со скоростью 70 км/час по автодороге, состояние покрытия которой перед выездом на мостовое сооружение через р. Велеса, в пределах и за пределами мостового сооружения не соответствовало требованиям пунктов 5.2.2 и 8.1. ГОСТ Р 50597-2017 в связи с ненадлежащим содержанием дороги, выразившимся в наличии на проезжей части зимней скользкости (гололед, стекловидный лед, лёд в виде гладкой плёнки, далее также зимняя скользкость) после окончания работ по её устранению. Перед выездом на мостовое сооружение, ФИО1 в нарушение требований пунктов 10.1. и 9.10 ПДД РФ не учел сложные (опасные) дорожные условия (ненадлежащее состояние дорожного покрытия), не выбрал оптимальный режим движения, обеспечивающий постоянный контроль за движением автомобиля с прицепом, вследствие чего при движении по скользкому участку дороги не справился с управлением и допустил занос с последующим выездом на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем MERSEDES BENZ, двигавшимся под управлением ФИО5 во встречном направлении с соблюдением требований ПДД РФ, а затем допустил столкновение с дорожным ограждением.

В результате ДТП автомобиль УАЗ получил множественные механические повреждения и требовал восстановительного ремонта.

Перечисленные выше обстоятельства ДТП и причинения истцу вреда подтверждаются материалами дела, в том числе и материалами проверки (КУСП номер ) МО МВД России «адрес » по адрес по факту ДТП (схема места совершения административного правонарушения с фотографиями, справка о ДТП, объяснения участников ДТП ФИО1 и ФИО5, рапорта сотрудников ДПС ГИБДД, акт о выявленных недостатков в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги).

Так, из объяснений ФИО1, данных сотруднику ГИБДД 28 октября 2023г., следует, что в указанный день он двигался на автомобиле с прицепом со скоростью не более 70 км/ч; как только заехал на мост через реку Велеса, автомобиль с прицепом начало заносить из стороны в сторону, попытался выровнять автомобиль, но этого не удалось; как только проехал мост через р. Велеса, также попытался выровнять автомобиль с прицепом, но этого не получилось; мимо во встречном направлении проехало два автомобиля и им удалось разъехаться, а с автомобилем Мерседес разъехаться не удалось и произошло столкновение по касательной, после чего его автомобиль развернуло, и он совершил наезд на дорожное ограждение, а затем развернуло на проезжую часть; на мосту через р. Велеса было очень скользко, был гололёд.

В объяснениях ФИО5, данных сотрудникам ГИБДД в день ДТП, указывается на то, что 28 октября 2023г., подъезжая к р. Велеса со скоростью около 90 км/ч, она заметила, что навстречу по ее полосе движения двигается автомобиль УАЗ с прицепом со скоростью более 80 км/ч, который не сворачивал на свою полосу для движения, в связи с чем она приняла правее ближе к дорожному ограждению, но избежать столкновения не удалось, и произошло столкновение; после столкновения её автомобиль Мерседес развернуло и выбросило на противоположный край проезжей части по ходу движения, где произошёл наезд на дорожное ограждение.

Схема места совершения административного правонарушения подтверждает, что место ДТП располагалось на прямолинейном участке дороги; ширина проезжей части 7 м, ширина обочин 2,5 м; на схеме отражено конечное расположение ТС после ДТП и обозначен участок проезжей части в пределах мостового сооружения над р. Велеса с гололёдом.

Согласно акту о выявленных недостатках в эксплуатационном состоянии автомобильной дороги от 28 октября 2023г., составленному сотрудником дорожного надзора ОГИБДД С., на 361 км автодороги М9 «Балтия» выявлены недостатки в эксплуатационном состоянии автодороги: на покрытии проезжей части дороги, в пределах мостового сооружения через р. Велеса, и перед ним, имеется зимняя скользкость в нарушении требования пункта 8.1 ГОСТ Р 50597-2017.

В рапортах инспекторов ДПС ОГИБДД МО МВД России «адрес » Л и Л-2 от 28 октября 2023г. имеется ссылка на факт наличия на покрытии проезжей части зимней скользкости, который, в соответствии с письмом начальника ОГИБДД МО МВД России «адрес » И от 22 мая 2024г., был установлен со слов водителя ФИО1

Из видеозаписи (видеограмма в виде файла «<...>.mp4») видно, что неустановленным лицом происходит демонстрация скользкости покрытия проезжей части на мосту через р. Велеса путем скольжения подошв обуви, на заднем плане просматривается обстановка места ДТП.

Также из видеозаписи и фотографий видно обледенелое состояние покрытия проезжей части по всей ширине, включая обочины, в пределах мостового сооружения через р. Велеса и за его пределами в обоих направлениях.

По сведениям журнала производства работ по оказанию услуг по содержанию автодороги М-9 «Балтия», представленного суду АО «МТТС», на участке км 360 + 000 - км 419+700, 09 октября 2023г. дорожной организацией АО «МТТС» произведена установка дорожных знаков 1.15 «Скользкая дорога» с табличкой 8.2.1. «Зона действия». Знаки установлены на 360 км + 50 м (обратное направление), 361 км + 000 м (прямое направление), 363 км + 000 м (прямое и обратное направление) и т.д.

Согласно пункту 3.3 ГОСТ 33181-2014 под зимней скользкостью понимаются все виды снежно-ледяных образований на проезжей части, приводящие к снижению сцепных свойств поверхности покрытия.

К видам снежно-ледяных образований на покрытии проезжей части (обочин) относятся стекловидный лед, гололед, который представляется собой лед на дорожном покрытии в виде гладкой пленки или шероховатой корки (Таблица В.1 приложения В ГОСТ Р 50597-2017).

На покрытии проезжей части дорог не допускаются наличие зимней скользкости после окончания работ по их устранению, осуществляемых в установленные сроки (пункт 8.1 ГОСТ Р 50597-2017).

В силу пункта 5.2.2 ГОСТ Р 50597-2017, коэффициент сцепления колеса автомобиля с покрытием должен быть не менее 0,3 при его измерении измерительным колесом стандартным с покрышкой с протектором без рисунка по ГОСТ 33078.

Совокупность исследованных выше доказательств достоверно подтверждает факт наличия в момент ДТП недостатков в эксплуатационном покрытии спорного участка автомобильной дороги (361 км + 50 м автодороги М9 «Балтия», в том числе перед мостовым сооружением через реку Велеса и в пределах этого мостового сооружения), выразившийся в том, что дорожное полотно не соответствовало требованиям ГОСТ Р 50597-2017 и имело зимнюю скользкость, а также факт того, что данное ненадлежащее (опасное) состояние дороги было очевидным для участников движения.

Каких-либо допустимых доказательств, опровергающих достоверность установленных фактов, ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции не представлено.

Ссылка истца и его представителя в подтверждении довода о том, что истец не был в состоянии обнаружить стекловидный лед и идентифицировать его как опасность, на заключение судебной экспертизы от 17 февраля 2025г. номер (далее также экспертное заключение от 17 февраля 2025г. номер ), составленное экспертом ООО «<...>», несостоятельна, так как выводы названной экспертизы являются необоснованными и не основанными на исследованных выше доказательствах.

В соответствии с автотехнической частью заключения судебной экспертизы от 17 февраля 2025г. номер , составленного экспертом ООО «<...>», в рассматриваемой ситуации водитель ФИО1 должен был руководствоваться требованиям пунктов 1.3, 1.5, 9.1, 9.10, 10.1, 10.3, 19.1. и 19.2. ПДД РФ. Несоответствий требованиям ПДД РФ в действиях водителя автомобиля УАЗ, экспертом не выявлено. Учитывая действия водителя и состояние дорожного полотна, которое не соответствовало ГОСТ Р 50597-2017, экспертом был сделан вывод о том, что несоответствие дорожного полотна требованиям ГОСТ Р 50597-2017 находится в прямой причинно-следственной связи с ДТП.

Указанное заключение судебной экспертизы было положено судом в основу обжалуемого решения суда в качестве достоверного доказательства без учета доводов ответчиков АО «МТТС» и ФКУ Упрдор «Россия», оспаривающих вину ответчиков в причинении вреда, и утверждающих о несоблюдении водителем ФИО1 требований ПДД РФ, что и могло явиться причиной ДТП.

Из представленной суду рецензии эксперта-техника ИП Т. (далее также эксперт-техник) номер от 05 мая 2025г. на экспертное заключение номер от 19 февраля 2025г. следует, что экспертное заключение содержит в себе противоречия, выполнено не в соответствии с требованиями действующих методик, рекомендаций и требований закона, выводы заключения основаны на неполном и искаженном восприятии эксперта представленных на исследование материалов.

В частности, эксперт, не проведя исследование объяснений участников ДТП, схемы места совершения административного правонарушения, фото и видеоматериалов с места ДТП, изложил перечень пунктов ПДД РФ, которыми в дорожной ситуации должен был руководствоваться водитель, однако по существу не указал в заключении, какие конкретно действия должен был совершать водитель в соответствии с требованиями Правил.

Также, безосновательно сославшись на то, что водитель не был в состоянии обнаружить стекловидный лед и идентифицировать его как опасность, эксперт сделал вывод о том, что в действиях водителя не выявлено нарушений требований пункта 10.1 ПДД РФ. Между тем, как правильно указал эксперт-техник в рецензии, эксперт-автотехник не полномочен давать юридическую оценку действиям водителя, поскольку это выходит за пределы его компетенции; эксперт лишь может расчётными или аналитическими способами установить, соответствовали или не соответствовали фактические действия водителя тем или иным требованиям ПДД РФ.

Вывод эксперта о том, что обнаружение на дорожном покрытии стекловидного льда практически невозможно, противоречит материалам дела, в частности, фото- и видеоматериалам с места ДТП, из которых видно, что обе полосы движения автомобиля УАЗ до и после места въезда на мост имеют однородное состояние покрытия - на асфальтовом покрытии слой стекловидного льда в виде гладкой прозрачной пленки, о чем и было указано в рапорте инспектора ДПС Л-2

Исходя из вводной части заключения и приложении к заключению эксперта, содержащих копии документов об образовании и квалификации, эксперт не имеет повышения квалификации (диплома о профессиональной переподготовке и/или удостоверения о повышении квалификации) по судебно-экспертной специальности «Исследование технического состояния дороги, дорожных условий на месте дорожно-транспортного происшествия (транспортно-трасологическая диагностика», а потому, отвечая на вопрос номер и давая по нему категорические выводы, эксперт вышел за пределы своей компетенции. Данное обстоятельство ставит под сомнение обоснованность и достоверность выводов эксперта по второму вопросу.

Неполнота установления основных данных, определяющих обстоятельства дорожного происшествия, как правильно указано экспертом-техником в рецензии, не позволила эксперту объективно и всесторонне определить необходимые расчетные значения, на которых возможно дать обоснованные выводы относительно соответствия/несоответствия действий водителя автомобиля УАЗ требованиям Правил и наличия технической возможности у него избежать ДТП при движении с выбранной скоростью.

Принимая во внимание, что суд в нарушение требований статей 35, 56, 87 и 196 ГПК РФ не выяснил значимые по делу обстоятельства путем назначения повторной судебной автотехнической экспертизы, судебная коллегия в целях полного и всестороннего выяснения значимых обстоятельств назначила по делу повторную судебную автотехническую и автотовароведческую экспертизу по тем же вопросам.

Согласно заключению повторной судебной автотехнической и автотовароведческой экспертизы №номер , номер и номер 23 января 2026г. и от 03 февраля 2026г., составленному экспертами ФГБУ «Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста РФ» В и Б и состоящему из автотехнической и автотовароведческой частей (далее также повторная судебная экспертиза, автотехническая часть, автотовароведческая часть), требования к эксплуатационному состоянию дорожного покрытия по условиям обеспечения безопасности дорожного движения предусмотрены ГОСТ Р 50597-2017, который устанавливает минимальный коэффициент сцепления колеса автомобиля с дорожным покрытием (не менее 0,3) по ГОСТ 33078 (пункт 5.2.2 ГОСТ Р 50597-2017), а также не допускает наличие на покрытии проезжей части дороги зимней скользкости (в том числе стекловидного льда, гололеда) после окончания работ по ее устранению, на которые отведено время (срок устранения), отсчитываемое с момента обнаружения образования (пункт 8.1 ГОСТ Р 50597-2017).

В связи с тем, что измерение коэффициента сцепления дорожного покрытия на месте ДТП не проводилось, эксперт исходил из того, что согласно имеющимся информационным источникам, коэффициент сцепления дорожного покрытия проезжей части с обледенелым покрытием (гололед), не превышает 0,2 (составляет 0,1 - 0,2), что меньше минимально установленной ГОСТом величины по условиям обеспечения безопасности дорожного движения. Таким образом, косвенно усматривается несоответствие состояния дорожного покрытия проезжей части требованиям пункта 5.2.2 ГОСТ Р 50597-2017, что с технической точки зрения способствовало возникновению опасных ситуаций.

В части требований пункта 8.1 ГОСТ Р 50597-2017, несоответствием является не наличие на покрытии проезжей части дорог зимней скользкости, как таковой, а наличие зимней скользкости после окончания работ по ее устранению, на которые отведено установленное время (срок устранения).

Решить вопрос о соответствии участка дороги места ДТП требованиям пункт 8.1 ГОСТ Р 50597-2017, экспертным путем не представляется возможным, поскольку в материалах дела отсутствует объективная информация о моменте обнаружения зимней скользкости; решение этого вопроса не требует специальных технических познаний и выходит за пределы компетенции эксперта-автотехника.

На основании представленных на экспертизу материалов и с учетом данных, которые в свободном доступе предоставляет Интернет-сервис «Google Maps», эксперт пришел к выводу о том, что водитель ФИО1 выехал на автодорогу М-9 «Балтия» на участке дороги между местом установки дорожного знака 1.15 «Скользкая дорога» с табличкой 8.2.1. «Зона действия (2 км)», который находился на 363 км + 000 м (обратное направление) и местом ДТП, соответственно такой дорожный знак он видеть не мог, т.е. ФИО1 в исследуемой ситуации не был предупрежден дорожными знаками о наличии участка скользкой дороги. Совокупность представленных на экспертизу материалов позволяет заключить, что состояние дорожного покрытия на мостовом сооружении через р. Велеса и при подъезде к нему резко отличалось от общего состояния проезжей части других участков дороги.

В рассматриваемой ситуации наличие наледи на проезжей части (косвенно, несоответствие требованиям пункта 5.2.2 ГОСТ Р 50597-2017 в части минимально допустимого коэффициента сцепления) с технической точки зрения не являлось непосредственной причиной ДТП, однако способствовало возникновению опасных ситуаций.

Согласно выводам эксперта, в данном дорожном случае, самопроизвольный занос автомобиля УАЗ с прицепом (т.е. потеря контроля за движением ТС без воздействия водителя на органы управления) хотя и маловероятен, но всё же технически возможен. Кроме того, потеря контроля за движением ТС водителем ФИО1 в исследуемой ситуации могла быть обусловлена и примененными им воздействиями на органы управления автомобиля, не соответствующими выбранной скорости в имеющихся дорожных условиях.

В исследуемой дорожно-транспортной ситуации, согласно выводам эксперта, водитель автомобиля УАЗ с прицепом ФИО1 должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1, части 3 пункта 10.3, пункта 9.1 и пункта 9.10 ПДД РФ. То есть ПДД РФ предписывают водителю при движении учесть имеющиеся дорожные и метеорологические условия, особенности и состояние транспортного средства и груза, свои навыки вождения, и выбрать такую скорость движения из диапазона разрешенных (допустимых) скоростей (в данном случае от 0 до 70 км/час), которая бы обеспечивала ему возможность осуществлять постоянный контроль за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. Водитель должен двигаться в пределах своей полосы движения, соблюдая необходимый боковой интервал от ее границ (от обочины и осевой линии дорожной разметки), а также от других участников дорожного движения, в том числе при встречном разъезде.

По мнению эксперта, если у водителя ФИО1 имелась объективная возможность заблаговременно наблюдать имеющуюся на локальном участке пути наледь, либо с учетом общих дорожных условий предполагать ее наличие (например, если подобные явления наблюдались повсеместно), то в рассматриваемой ситуации выбранная водителем ФИО1 скорость движения не обеспечила ему возможность осуществлять постоянный контроль за движением транспортного средства в имеющихся условиях, при этом водитель, потеряв контроль за движением автомобиля, допустил его занос и последующий выезд на полосу встречного движения, где и произошло столкновение с автомобилем, двигающимся во встречном направлении. В такой дорожно-транспортной ситуации действия ФИО1 с технической точки зрения не соответствовали требованиям пунктов 10.1 и 9.10. Правил и находятся в причинной связи с имевшим место ДТП.

Техническая возможность у водителя ФИО1 избежать ДТП при данном развитии исследуемой дорожно-транспортной ситуации полностью зависела от его действий по управлению своим автомобилем и выполнению им вышеуказанных требований Правил. То есть, при полном и своевременном их выполнении он мог не допустить имевшего место ДТП.

Выводам заключения автотехнической части судебной экспертизы (заключение эксперта В) у суда не было оснований не доверять, поскольку они основаны на объяснениях участников ДТП об обстоятельствах происшествия и материалах ГИБДД, в том числе и на фото- и видеоматериалах. Само заключение экспертизы является достаточно и убедительно мотивированным, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылки на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является достаточно ясным и полным. Эксперт проанализировал все имеющиеся и известные исходные данные, провел исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своей специальности, всесторонне и в полном объеме. При этом эксперт, как лицо, обладающее необходимыми специальными познаниями, самостоятельно избирал методы исследования, объем необходимых материалов. Экспертиза проведена квалифицированным специалистом, не заинтересованным в исходе дела экспертом В, имеющим высшее техническое образование по специальности «Автомобили и автомобильное хозяйство», дополнительное профессиональное образование по экспертной специальности «Исследование обстоятельств ДТП», квалификацию судебного эксперта по экспертной специальности 13.1. «Исследование обстоятельств ДТП» (переаттестация на право самостоятельного производства судебной экспертизы от 29.01.2025г., стаж работы по экспертной специальности с 2005 года), дополнительное профессиональное образование по экспертной специальности «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика)», квалификацию судебного эксперта по экспертной специальности 13.3. «Исследование следов на транспортных средствах и месте ДТП (транспортно-трасологическая диагностика)» (переаттестация на право самостоятельного производства судебной экспертизы от 16.03.2021г., стаж работы по экспертной специальности с 2006 года), дополнительное профессиональное образование по экспертной специальности «Исследование технического состояния дороги, дорожных условий на месте дорожно-транспортного происшествия», квалификацию судебного эксперта по экспертной специальности 13.4 «Исследование технического состояния дороги, дорожных условий на месте дорожно-транспортного происшествия» (переаттестация на право самостоятельного производства судебной экспертизы от 08.02.2024г., стаж работы по экспертной специальности с 2013 года), дополнительное профессиональное образование по экспертной специальности «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей», квалификацию судебного эксперта по экспертной специальности 7.3 «Исследование видеоизображений, условий, средств, материалов и следов видеозаписей (модуль 5: исследование видеоизображений для определения временных и пространственных характеристик объектов)» (аттестация на право самостоятельного производства судебной экспертизы от 03.06.2021г., стаж работы по экспертной специальности с 2021 года), состоящему в государственном реестре экспертов-техников (регистрационный номер ), имеющему общий стаж экспертной работы с 2004 года. Заключение судебной экспертизы соответствует требованиям статей 59, 60 и 86 ГПК РФ и положениям Федерального закона «О государственной судебно–экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001г. №73–ФЗ, и является допустимым и относимым доказательством.

Оснований, предусмотренных статьей 87 ГПК РФ, для назначения по делу дополнительной (повторной) экспертизы судом не установлено. Ходатайств о назначении по делу дополнительной (повторной) автотехнической экспертизы от лиц, участвующих в деле, не поступало.

Обстоятельств, позволяющих признать заключение повторной судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством, не установлено, выводы эксперта-автотехника подтверждаются, в том числе, представленными выше доказательствами.

Надлежащих доказательств, опровергающих достоверность выводов заключения автотехнической части судебной экспертизы, лицами, участвующими в деле, в силу статьи 56 ГПК РФ в суд не представлено.

К таким доказательствам не может быть отнесена представленная представителем истца рецензия эксперта ООО «НПО «<...>» от 11 марта 2026г. В-2 о том, что заключение эксперта В не соответствует требованиям Федерального закона от 31 мая 2002г. №73-Ф3 «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», что делает исследование не объективным.

Вывод рецензента о необъективности выводов, содержащихся в заключении эксперта В, является несостоятельным, поскольку в заключении эксперта содержится подробное описание проведенных исследований, сделанные в результате исследований выводы, даны ответы на поставленные вопросы, экспертиза была проведена с учетом всех требований, необходимых для ее проведения.

Рецензия ООО «НПО «<...>» не подтверждает обоснованность доводов истца о несогласии с повторной экспертизой в силу того, что рецензия содержит лишь мнение специалиста В-2, который не исследовал материалы дела в полном объеме, основывает свои выводы исключительно на результатах анализа заключения эксперта В

Вывод в рецензии о том, что соблюдение скоростного режима движения ТС не изменило бы ситуацию с возможностью самопроизвольного заноса ТС, основана на неправильном толковании вывода эксперта В о том, что потеря контроля за движением ТС водителем в исследуемой ситуации могла быть обусловлена и примененными им воздействиями на органы управления автомобиля, не соответствующими выбранной скорости в имеющихся дорожных условиях.

То есть потеря контроля за движением автомобиля (занос автомобиля) по скользкой дороге напрямую связана со скоростью движения автомобиля, в частности, чем выше скорость, тем выше вероятность потери контроля за движением.

Ссылка в рецензии на то, что эксперт не мог давать оценку документам, в которых указывается на наличие стекловидного льда на проезжей части в месте ДТП, не соответствует требованиям статей 8 и 16 Федерального закона от 31 мая 2001г. № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», из которых усматривается обязанность эксперта проводить полное исследование представленных ему материалов дела на строго научной и практической основе, а также всесторонне и в полном объеме.

Рассуждения рецензента о том, что стекловидный лед в виде гладкой стекловидной пленки или матовой белой шероховатой корки как наиболее опасный вид скользкости наиболее сложно обнаружить, а потому у водителя не было возможности своевременно и заблаговременно установить данный вид скользкости и воспринять это как опасность для движения, не только основаны на предположениях, в связи с чем не могут быть приняты во внимание, но и опровергаются исследованными выше доказательствами, в том числе фотографиями и видеозаписью, из которых четко видно, что дорожное покрытие по всей протяженности наблюдаемой автодороги (мостового сооружения) имеет признаки скользкости (обледенелости, гололеда, стекловидного льда и т.п.).

С учетом указанных выше обстоятельств рецензия В-2 не может быть отнесена к допустимым доказательствам, опровергающим выводы автотехнической части заключения повторной судебной экспертизы, которые являются достаточно объективными и достоверными.

Таким образом, материалами настоящего дела достоверно установлено (и это не опровергнуто лицами, участвующими в деле), что дорожное происшествие в виде выезда автомобиля УАЗ на полосу встречного движения, столкновение с автомобилем Мерседес и дорожным ограждением, произошло в результате потери водителем ФИО1 контроля за движением автомобиля, двигавшегося по проезжей части, покрытой зимней скользкостью, со скоростью, которая не обеспечивала безопасность движения.

Исследованные выше доказательства, в том числе и заключение повторной судебной экспертизы, в их совокупности свидетельствуют о том, что в упомянутой дорожной ситуации водитель ФИО1, находясь в условиях неограниченной видимости (в светлое время суток), объективно должен был видеть фактическое состояние дорожного покрытия дороги – наличие зимней скользкости и осознавать (воспринимать) такие дорожные условия как опасные и сложные, и потому должен был и имел реальную возможность действовать в соответствии с требованиями пунктов 9.1, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. В частности, с учетом дорожных и погодных условий (видимости, обзорности, наличие скользкости) ФИО1 должен был двигаться в пределах своей полосы движения (половина ширины проезжей части расположенная справа), соблюдая необходимый боковой интервал от ее границ, в том числе при разъезде со следовавшим во встречном направлении транспортным средством и выбрать такую скорость из диапазона от 0 км/час до 70 км/час, двигаясь с которой, он смог бы осуществлять постоянный контроль за движением автомобиля для выполнения требований ПДД РФ, исключив неуправляемое движение и занос автомобиля, его выезд на полосу встречного движения, столкновение с автомобилем и дорожным ограждением. Для избежания ДТП от ФИО1 требовалось только строгое выполнение требований ПДД РФ и повышенное внимание, обеспечивающее безопасное прохождение сложного участка автодороги. Поэтому ФИО1 необходимо и достаточно было снизить скорость до величины, при которой он с учетом технической характеристики своего автомобиля с прицепом смог бы следовать по сложному (опасному) участку проезжей части без потери контроля за движением автомобиля (без утраты возможности управлять автомобилем).

Однако, как следует из материалов дела, ФИО1 вопреки указанных требований ПДД РФ, в условиях неограниченной видимости не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность движения по зимней скользкости (вплоть до остановки автомобиля), не соблюдал безопасный боковой интервал при встречном разъезде, легкомысленно надеясь на предотвращение вредных последствий. В результате, ФИО1 при движении автомобиля по проезжей части, покрытой зимней скользкостью со скоростью 70 км/час, потерял контроль над управлением автомобиля, и не справившись с управлением, допустил выезд на полосу встречного движения, где произошло столкновение с автомобилем Мерседес и дорожным ограждением. То есть ФИО1 проявил явную неосторожность, повлекшую ДТП. Отсюда следует, что дорожное происшествие, а соответственно и причинение вреда автомобилю, произошло по вине истца, допустившего нарушение требований пунктов 9.1, 9.10 и 10.1 ПДД РФ.

Сам по себе факт ненадлежащего состояния дорожного покрытия, как и отсутствие дорожных знаков, предупреждающих о скользком участке дороги, в данном конкретном случае не только не освобождал истца от выполнения указанных требований безопасности движения, а напротив, обязывал его соблюдать требования пунктов 9.1, 9.10 и 10.1. ПДД РФ, при выполнении которых неуправляемое скольжение (занос) автомобиля с последующим ДТП, исключилось бы.

Доказательств, подтверждающих отсутствие у истца вины в совершении столкновения с автомобилем Мерседес, последним суду не представлено.

Не представлено истцом и доказательств, подтверждающих факт того, что последний при установленных выше обстоятельствах объективно не мог заблаговременно обнаружить зимнюю скользкость дорожного покрытия, не имел технической возможности избежать движение по такому дорожному покрытию и предотвратить занос автомобиля и его выезд на полосу встречного движения с последующим столкновением с автомобилем и дорожным ограждением.

В этой связи доводы возражений относительно апелляционной жалобы о том, что ФИО1 не мог заблаговременно обнаружить зимнюю скользкость на проезжей части по всей протяжённости участка автодороги (непосредственно до, в пределах, после мостового сооружения), не имел технической возможности избежать ДТП и у истца отсутствует вина в совершенном ДТП, являются несостоятельными.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что ДТП произошло вследствие противоправного виновного поведения истца, которое находилось в прямой причинной связи с имевшим место ДТП, а соответственно и с наступлением вредных последствий.

В то же время, как усматривается из материалов дела, вследствие виновного ненадлежащего исполнения ответчиком Учреждением обязательства по содержанию спорного участка автодороги и по качественному устранению зимней скользкости на дорожном покрытии, состояние дорожного покрытия проезжей части не соответствовало требованиям ГОСТ Р 50597–2017, что способствовало возникновению опасной (сложно) дорожной ситуации и явилось косвенной причиной произошедшего ДТП.

Допустимых и достоверных доказательств подтверждающих, что ответчик Учреждение своевременно и надлежащим образом выполнил обязанность по надлежащему содержанию указанного участка дороги (по своевременному и качественному устранению скользкости дорожного покрытия), а также доказательств отсутствия вины ответчика Учреждения в ненадлежащем состоянии покрытия проезжей части спорного участка автодороги, а, соответственно и в причинении истцу ущерба, ответчиками, суду не представлено.

Ссылка в апелляционной жалобе на журнал производства работ АО «МТТС», согласно которого, как утверждает представитель Учреждения, 28 октября 2023г. на автомобильной дороге производились работы по устранению зимней скользкости, не может быть принята во внимание, поскольку названное доказательство само по себе не подтверждает факт надлежащего состояния проезжей части на момент ДТП, которое бы исключало дорожное происшествие.

То обстоятельство, что на указанном выше участке дороги проводилась работа по устранению зимней скользкости, после которой к моменту ДТП на дорожном покрытии имелась скользкость, не столько подтверждает довод Учреждения о выполнении им обязанности по обеспечению надлежащего состояния дорожного покрытия, сколько свидетельствует о том, что Учреждением были приняты ненадлежащие меры к устранению скользкости и предупреждению истца о такой скользкости, что способствовало наступлению вредных последствий и явилось косвенной причиной совершения истцом ДТП.

Доводы апелляционной жалобы о том, что судом неправильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, несостоятельны, поскольку не соответствуют установленным обстоятельствам дела и не основаны на доказательствах.

Доводы апелляционной жалобы о наличии на дороге предупреждающего знака, который истец должен был видеть, отклоняются, поскольку каких-либо объективных доказательств установки знака 1.15 «Скользкая дорога» и 8.2.1 «Зона действия» на участке дороги, по которому двигался истец и где произошло ДТП, не представлено.

На основании исследованных доказательств по делу в их совокупности следует признать установленным факт того, что ДТП, в результате которого автомобилю истца был причинен вред, произошло также в результате виновного противоправного бездействия работников Учреждения, выразившегося в необеспечении безопасности дорожного движения и ненадлежащем содержании спорного участка дороги (наличие на проезжей части зимней скользкости), которое способствовало наступлению вредных последствий.

Доказательств подтверждающих, что ответчик Учреждение надлежащим образом выполнило обязанность по содержанию спорного участка дороги, а также доказательств отсутствия вины ответчика Учреждения в ненадлежащем содержании спорного участка автодороги, а, соответственно и в причинении истцу ущерба, ответчиками суду не представлено.

В этой связи довод апелляционной жалобы о том, что ненадлежащее состояние дорожного покрытия и отсутствие предупреждающего дорожного знака о скользкости участка дороги не могло способствовать возникновению опасной дорожной ситуации, опровергается исследованными выше доказательствами и является несостоятельным.

Доводы апелляционной жалобы Учреждения о том, что ДТП произошло исключительно по вине водителя ФИО1, несостоятельны, так как не соответствуют установленным выше обстоятельствам дела и опровергаются исследованными доказательствами.

Доводы возражений относительно апелляционной жалобы о том, что причиной произошедшего ДТП явилось не нарушение истцом каких-либо требований Правил, а ненадлежащее содержание автодороги, выразившееся в наличии на проезжей части автодороги зимней скользкости, недостаточном выполнении работ по устранению зимней скользкости и отсутствии предупреждающих знаков о скользкости, являются несостоятельными, поскольку, как выше установлено, в данном случае ненадлежащее состояние дорожного покрытия (зимняя скользкость) не находилось в прямой причинно-следственной связи с ДТП, и при выполнении истцом упомянутых требований ПДД РФ на опасном участке дороги, дорожное происшествие исключалось бы.

Доводы возражений представителя истца относительно того, что со стороны истца не был нарушен скоростной режим движения автомобиля, также несостоятельны, поскольку несмотря на то, что истец вел автомобиль с разрешенной скоростью (обратное не доказано; объяснение ФИО5 в части визуального определения превышения скорости автомобиля, двигавшегося ей навстречу, не может быть признано достоверным), данное обстоятельство не свидетельствует о том, что им не было нарушено требование пункта 10.1 ПДД РФ, в силу которого, как выше установлено, истец должен был учесть ненадлежащее содержание дорожного покрытия (наличие зимней скользкости) и выбрать такую скорость движения из диапазона разрешенных (допустимых от 0 до 70 км/час) скоростей, которая бы обеспечивала ему возможность осуществлять постоянный контроль за движением автомобиля для выполнения требования ПДД РФ и исключить неуправляемое скольжение (занос) автомобиля. Между тем, выбранная истцом скорость движения, не позволила ему обеспечить постоянный контроль за движением автомобиля, вследствие чего он не справился с управлением автомобилем и допустил ДТП.

Принимая во внимание вышеизложенные обстоятельства дела, судебная коллегия полагает установленным, что ДТП, а соответственно и причинение вреда истцу, произошло как по вине ответчика Учреждения, не исполнившее обязанность по содержанию спорного участка дороги, в том числе и в соответствии с требованиями пунктов 5.2.2 и 8.1 ГОСТ Р50597-2017, что создало опасную дорожную ситуацию и способствовало совершению истцом ДТП, так и по вине истца, который имея объективную (реальную) возможность воспринимать ненадлежащее состояние дорожного покрытия, а именно зимнюю скользкость на дорожном покрытии проезжей части, как опасность для движения, не выбрал скорость движения автомобиля с прицепом, которая обеспечивала бы безопасность движения по полосе своего движения и соблюдение бокового интервала, то есть допустил нарушение требований пунктов 9.1, 9.10 и 10.1 Правил ПДД РФ, которое находилось в прямой причинной связи с произошедшим ДТП.

Доводы апелляционной жалобы относительно отсутствия вины ответчика Учреждения в ДТП и наличия вины в ДТП только истца, не могут быть приняты во внимание как не соответствующие установленным выше обстоятельствам дела, свидетельствующим о том, что в произошедшем ДТП виновен как истец, так и ответчик Учреждение.

Определяя степень вины водителя ФИО1 и Учреждения, судебная коллегия принимает во внимание фактические обстоятельства дела, свидетельствующие об обоюдной вине этих лиц в наступлении вредных последствий и находит необходимым определить в причинении вреда равную степень вины ответчика Учреждения - 50% и степень вины водителя ФИО1 - 50%.

Данное обстоятельство дела свидетельствует о том, что у истца возникло право на возмещение причиненного ему ущерба в размере 50% от общей суммы ущерба.

Выше указывалось, что в результате ДТП автомобилю истца были причинены механические повреждения, а истцу как собственнику этого автомобиля, соответственно, был причинен вред, подлежащий возмещению в предусмотренном законом порядке и размере.

В силу статьи 56 ГПК РФ, доказательства, подтверждающие реальный размер ущерба, обязан представлять истец. Допустимым доказательством размера ущерба в подобном случае является соответствующее заключение судебной экспертизы либо письменные доказательства (заключения специалистов-экспертов, отчеты об оценке, калькуляция и т.п.), обоснованность и достоверность которых не вызывает сомнений.

Истцом в подтверждение размера причиненного ему ущерба было представлено письменное доказательство – заключение эксперта № номер от 16 декабря 2023г., составленное экспертом-техником Е Экспертно-оценочное бюро «<...>» (далее - заключение № номер от 16 декабря 2023г. или досудебное заключение), по которому рыночная стоимость ремонта автомобиля УАЗ без учета износа запчастей составляет 737800 руб.

По заключению автотовароведческой части судебной экспертизы от 17 февраля 2025г. номер , составленному экспертом ООО «<...>» Л-3 (далее также эксперт), рыночная стоимость ремонта автомобиля УАЗ без учета износа запчастей составила 678600 руб.

В связи с тем, что эксперт не в полном объеме руководствовался Методическими рекомендациями по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки (ФБУ РФЦСЭ при Минюсте России, 2018, далее также Методические рекомендации), по настоящему делу по инициативе ответчиков определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда от 12 ноября 2025г. была назначена повторная судебная экспертиза. По заключению автотовароведческой части повторной судебной экспертизы номер от 03 февраля 2026г. рыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля УАЗ без учета износа заменяемых запчастей составляет 640500 руб.

У судебной коллегии отсутствуют основания не доверять указанным выводам заключения повторной судебной экспертизы, поскольку заключение составлено на основании документов, имеющихся в материалах дела, в том числе актов осмотра и фотоснимках автомобиля, отказного материала КУСП номер , которые согласуются между собой. Само заключение не содержит неполноты или неясностей, расчет стоимости ремонта автомобиля произведен экспертом в соответствии с требованиями методики определения указанной стоимости, в том числе с требованиями Методических рекомендаций, и отражает действительные расходы, которые истец должен понести при восстановлении автомобиля. При этом учитывался не любой ремонт, а качественный, который проводится техническим способом и по расчетам, указанным экспертом. Экспертное исследование проведено квалифицированным специалистом, не заинтересованным в исходе дела. Заключение автотовароведческой части повторной судебной экспертизы соответствует требованиям статей 86 и 87 ГПК РФ и положениям Федерального закона «О государственной судебно–экспертной деятельности в Российской Федерации» от 31 мая 2001г. № 73–ФЗ, и является допустимым и относимым доказательством.

Оснований, предусмотренных статьей 87 ГПК РФ, для назначения по делу дополнительной (повторной) автотовароведческой экспертизы, судебной коллегией не установлено. Лица, участвующие в деле, ходатайств о назначении повторной (дополнительной) судебной автотовароведческой экспертизы не заявляли.

Допустимых доказательств, подтверждающих, что повреждения автомобиля истца, не могли стать следствием ДТП, а также доказательств, опровергающих выводы повторной судебной экспертизы (автотовароведческая часть) и подтверждающих иную стоимость восстановительного ремонта автомобиля, лицами, участвующие в деле, в силу статьи 56 ГПК РФ суду не представлено.

Не представлено в силу статьи 56 ГПК РФ лицами, участвующие в деле, суду и доказательств того, что автомобиль истца мог быть отремонтирован (восстановлен в техническое состояние, в котором он находился до момента ДТП) за меньшую сумму, чем определено экспертным заключением.

Также в силу статьи 56 ГПК РФ, лицами, участвующие в деле, не представлено суду и каких-либо допустимых и достоверных доказательств существования иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений автомобиля истца, и доказательств о значительном улучшении автомобиля, влекущем увеличение его стоимости за счет ответчика(ов), причинившего вред.

Установленные выше обстоятельства дела свидетельствуют о том, что в результате ДТП истцу был причинен ущерб в размере рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля без учета износа заменяемых запчастей в размере 640500 руб., который подлежит возмещению за счет ответчика Учреждения с учетом степени его вины в причинении вреда (50%), а именно в размере 320250 руб. (640500 руб. х 50%).

Принимая решение, суд исходил из того, что Учреждение является надлежащим ответчиком, поскольку оно является ответственным лицом за надлежащее содержание спорного участка автодороги, в том числе и за надлежащее состояние дорожного покрытия.

Такой вывод суда является обоснованным, так как основан на законе и фактических обстоятельствах дела.

Согласно пункту 7 статьи 3 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ, под владельцами автомобильных дорог понимаются также исполнительные органы государственной власти или юридические лица, владеющие автомобильными дорогами на вещном праве в соответствии с законодательством РФ.

В соответствии со статьей 6 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ автомобильные дороги могут находиться в федеральной собственности (часть 1). К федеральной собственности относятся автомобильные дороги, которые включены в перечень автомобильных дорог общего пользования федерального значения или перечень автомобильных дорог необщего пользования федерального значения, утверждаемые соответственно Правительством РФ, уполномоченными федеральными органами исполнительной власти (часть 2).

Осуществление дорожной деятельности в отношении автомобильных дорог федерального значения обеспечивается федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по оказанию государственных услуг и управлению государственным имуществом в сфере дорожного хозяйства (часть 1 статьи 15 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ).

Пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 17 ноября 2010г. № 928 «О перечне автомобильных дорог общего пользования федерального значения» предусмотрено, что к федеральной собственности относятся автомобильные дороги, которые включены в перечень автомобильных дорог общего пользования федерального значения или перечень автомобильных дорог необщего пользования федерального значения, утверждаемые соответственно Правительством Российской Федерации, уполномоченными федеральными органами исполнительной власти.

В Перечень автомобильных дорог общего пользования федерального значения, утвержденный Постановлением Правительства РФ от 17 ноября 2010г. № 928 «О перечне автомобильных дорог общего пользования федерального значения» включена автомобильная дорога М-9 «Балтия» Москва - Волоколамск - граница с Латвийской Республикой (00 ОП ФЗ М-9 (Е22, СНГ).

Участок автомобильной дороги, на котором произошло ДТП, является собственностью Российской Федерации и находится в оперативном управлении ФКУ Упрдор «Россия».

Доказательств обратного ответчиками не представлено, а судом не установлено.

Статьей 210 ГК РФ предусмотрено, что собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно пункту 1 статьи 296 ГК РФ учреждение, за которым имущество закреплено на праве оперативного управления, владеет, пользуется этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 27 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 27 ноября 2019г., собственник, передав в соответствии со статьей 296 ГК РФ учреждению во владение имущество на данном ограниченном вещном праве, возлагает на учреждение и обязанности по его содержанию.

Согласно пункту 1 статьи 12 Федерального закона от 10 декабря 1995г. № 196-ФЗ содержание дорог на территории Российской Федерации должно обеспечивать безопасность дорожного движения.

Под содержанием автомобильной дороги понимается комплекс работ по поддержанию надлежащего технического состояния автомобильной дороги, а также по организации и обеспечению безопасности дорожного движения (пункт 12 статьи 3 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ).

Обеспечение безопасности дорожного движения - это деятельность, направленная на предупреждение причин возникновения дорожно-транспортных происшествий, снижение тяжести их последствий (статья 2 Федерального закона от 10 декабря 1995г. № 196-ФЗ).

Обязанность по обеспечению соответствия состояния дорог при их содержании установленным техническим регламентам и другим нормативным документам возлагается на лица, осуществляющие содержание автомобильных дорог (пункт 2 статьи 12 Федерального закона от 10 декабря 1995г. № 196-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 17 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ содержание автомобильных дорог осуществляется в соответствии с требованиями технических регламентов в целях поддержания бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам и безопасных условий такого движения.

Перечень и допустимые по условиям обеспечения безопасности движения предельные значения показателей эксплуатационного состояния автомобильных дорог установлены ГОСТ Р 50597-2017.

Дорожная деятельность - это деятельность по строительству, ремонту и содержанию автомобильных дорог (пункты 6 и 12 статьи 3 Федерального закона от 08 ноября 2007г. № 257-ФЗ).

В соответствии с пунктами 2 и 4 Правил ремонта и содержания автомобильных дорог общего пользования федерального значения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26 октября 2020г. № 1737, организация и проведение работ по содержанию автомобильных дорог, находящихся в оперативном управлении подведомственных Федеральному дорожному агентству федеральных казенных учреждений, осуществляется указанными учреждениями, и включает в себя следующие мероприятия: а) разработка проектов содержания автодорог; б) проведение работ по содержанию автодорог; в) приемка работ по содержанию автодорог.

Уставом Учреждения, утвержденным приказом Федерального дорожного агентства от 24 августа 2015г. № 801 (далее также Устав), предусмотрено, что Учреждение является федеральным казённым учреждением, предназначенным для осуществления функций по оказанию государственных услуг в сфере дорожного хозяйства, осуществления оперативного управления автомобильными дорогами общего пользования федерального значения, обеспечения безопасного и бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам общего пользования федерального значения (пункт 1.2). Одной из целей деятельности Учреждения является обеспечение безопасного и бесперебойного движения транспортных средств по автомобильным дорогам общего пользования федерального значения, сохранение, а также улучшение их транспортно-эксплуатационного состояния (пункт 3.1.2 Устава).

Пунктом 3.2.1. Устава установлено, что предметом деятельности управления является организация выполнения работ по строительству, ремонту и содержанию автодорог общего пользования федерального значения, закрепленных за Учреждением на праве оперативного управления.

В силу Устава, Учреждение осуществляет виды деятельности как исполнение функций заказчика на выполнение работ по ремонту и содержанию автодорог общего пользования федерального значения (пункта 3.3.1).

Из приведенных выше правовых норм и положений Устава следует, что обязанность по содержанию в соответствии с установленными техническими регламентами и другими нормативными документами автомобильных дорог федерального значения возложена на Учреждение. Данную обязанность Учреждение выполняет через соответствующие подрядные и иные организации.

Данные обстоятельства лицами, участвующими в деле, не отрицаются и не оспариваются, в связи с чем судом правомерно признаны установленными.

Следовательно, на Учреждение возложено бремя содержания автомобильной дороги М-9 «Балтия», в том числе на 361 км + 50 м в Тверской области.

При отсутствии доказательств, подтверждающих передачу спорного участка автодороги во владение и пользование на законном основании иным лицам, такие функции собственника автодороги как её надлежащее содержание, выполняет Учреждение.

По смыслу пункта 6 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2018) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04 июля 2018г.), ответственность за повреждение транспортного средства в результате ненадлежащего состояния дорожного покрытия лежит на организации, ответственной за содержание автомобильной дороги.

Установленные обстоятельства свидетельствуют о том, что ответственным за состояние участка автомобильной дороги М-9 «Балтия», в том числе на 361 км в Тверской области, является Учреждение, которому спорный участок дороги передан в оперативное управление и которое, как выше установлено, ненадлежащим образом исполняло свои обязанности по содержанию дорожного покрытия.

Отсюда следует, что АО «МТТС» не является лицом, несущим ответственность перед истцом за причиненный вред, а потому довод апелляционной жалобы о том, что надлежащим ответчиком является подрядная организация – АО «МТТС», которое не обеспечило безопасность дорожного движения, не может быть признан обоснованным.

Таким образом, ответственность за ненадлежащее содержание дорожного покрытия, лежит на Учреждении.

Ссылка в апелляционной жалобе на заключение Учреждением с АО «МТТС» государственного контракта (далее контракт) номер от 21 июня 2023г., не является основанием для возложения на исполнителя по данному контракту гражданско-правовой ответственности за вред, причинённый неопределённому кругу третьих лиц (пользователей автомобильной дороги) в результате ненадлежащего содержания автомобильной дороги, поскольку условия контракта распространяются лишь на правоотношения, возникшие между заключившими их хозяйствующими субъектами, и направлены на урегулирование их взаимных обязательств и претензий. Данный контракт может являться основаниями для заявления в дальнейшем регрессных требований по обязательства из причинения вреда третьим лицам.

В связи с тем, что обязанность по содержанию автодорог федерального значения лежит на Учреждении, то передача полномочий по ремонту, реконструкции указанного выше участка автодороги по государственному контракту АО «МТТС», не освобождает Учреждение от осуществления полномочий, связанных с его содержанием, а также не освобождает от ответственности за ненадлежащее исполнение указанной обязанности.

Кроме того, заключение государственного контракта с подрядчиками не освобождает Учреждение от необходимости осуществления контроля за надлежащим исполнением подрядными организациями обязательств по заключенным государственным контрактам (пункт 3.3.7 Устава).

То есть заключение государственного контракта с подрядной организацией не освобождает заказчика от обязанности по содержанию автомобильной дороги, в том числе путем осуществления необходимого контроля за надлежащим исполнением подрядной организацией обязательств и применения мер ответственности. В связи с этим наличие соответствующего контракта и подрядчика не означает, что собственник дороги (или лицо, за которым она закреплена на праве оперативного управления) сможет избежать привлечения к ответственности (Постановление Верховного Суда РФ от 09 января 2017г. № 34-АД16-9).

Ссылка в апелляционной жалобе на пункт 13.7 государственного контракта, в силу которого ответственность за последствия ДТП, произошедшие вследствие неудовлетворительных дорожных условий несет АО «МТТС», является необоснованной, поскольку из указанного пункта контракта следует, что исполнитель (АО «МТТС») обязан компенсировать заказчику (Учреждению) убытки, связанные с травмами или ущербом, нанесенным третьим лицам, возникший вследствие невыполнения и/или ненадлежащего выполнения исполнителем работ в соответствии с контрактом. Следовательно, указанным пунктом контракта не установлена прямая ответственность АО «МТТС» как исполнителя за причиненный вследствие ненадлежащего исполнения принятых на себя по контракту обязанностей ущерб непосредственно перед третьими лицами, которым причинен такой ущерб, а отвечает только лишь перед заказчиком (Учреждением).

Ссылка в апелляционной жалобе заявителя на правовую позицию Конституционного Суда РФ, выраженную в Определении от 20 декабря 2018г. № 3233-0, и правовую позицию Верховного Суда РФ, выраженную в Определении от 12 июля 2022г. № 48-КГ22-16-К7, несостоятельна, поскольку в указанных определениях не содержится каких-либо правовых позиций по рассматриваемому вопросу, в частности, вопрос о возложении ответственности на лицо, в оперативном управлении которого находится автодорога, за ненадлежащее содержание этой дороги.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что решением судьи адрес межрайонного суда адрес области от 01 декабря 2023г. из определения об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении от 28 октября 2023г. исключен вывод о нарушении ФИО1 пункта 10.1 ПДД РФ, однако не опровергнуты обстоятельства допущенного ФИО1 нарушения пункта 10.1 ПДД РФ, является несостоятельной, так как предметом рассмотрения дела по жалобе на определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении не могли быть обстоятельства соответствия/несоответствия действий (бездействие) ФИО1 требованиям пункта 10.1 ПДД РФ, которые имели бы преюдициальное значение для настоящего гражданского дела.

Другие доводы апелляционной жалобы относительно несогласия с выводами суда о ненадлежащем содержании Учреждением дорожного покрытия, которое способствовало наступлению вредных последствий, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку основаны на неверном толковании норм материального права и опровергаются установленными выше обстоятельствами ДТП.

В силу статей 88, 94, 98 и 100 ГПК РФ, статьи 333.19 НК РФ и с учетом того, что исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению (на 50%), с ответчика Учреждения в пользу истца подлежат взысканию пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований понесенные истцом расходы на проведение досудебного исследования (досудебной экспертизы) в размере 8000 руб. (чек номер от 17 декабря 2023г. на 16000 руб.), расходов на нотариальный осмотр доказательств - 6375 руб. (нотариальный тариф за оформление протокола осмотра доказательств от 18 октября 2024г. на 12000 руб.), расходов по оплате назначенной судом по инициативе истца судебной автотехнической и автотовароведческой экспертизы - 60000 руб. (чек по операции от 04 июля 2024г. и квитанция от 18 февраля 2025г. на 120000 руб.), расходов на оплату услуг представителя истца - 10000 руб. (чек по операции Сбербанк от 29 января 2024г. на 20000 руб.) и расходов по уплате государственной пошлины при подаче иска - 6402 руб. 50 коп. (чек по операции МП <...> от 29 января 2024г. на 10955 руб.).

Решение суда в части определения размера понесенных истцом судебных расходов на проведение досудебного исследования, на нотариальный осмотр доказательств, по оплате судебной экспертизы, на оплату услуг представителя и по уплате государственной пошлины, связанных с рассмотрением настоящего дела, лицами, участвующими в деле, не обжаловалось, доводов несогласия с этой частью решения суда апелляционная жалоба не содержит, оснований выходить за пределы апелляционной жалобы у суда апелляционной инстанции не имеется, а потому в этой части решение суда в соответствии с частью 2 статьи 327.1 ГПК РФ предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.

Таким образом, в связи с неправильным применением норм материального права решение суда в части размера, взысканных с ФКУ Упрдор «Россия» в пользу истца денежных средств в счёт возмещения вреда, причинённого в результате ДТП, расходов на проведение досудебного исследования, на нотариальный осмотр доказательств, по оплате судебной экспертизы, на оплату услуг представителя, по уплате государственной пошлины нельзя признать законным, а потому оно в этой части подлежит изменению путем уменьшения размера денежных средств в счёт возмещения вреда, причинённого в результате ДТП, до 320250 руб., расходов на проведение досудебного исследования до 8000 руб., расходов на нотариальный осмотр доказательств до 6375 руб., расходов по оплате судебной экспертизы до 60000 руб., расходов на оплату услуг представителя до 10000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины до 6402 руб. 50 коп.

На основании определения судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда 12 ноября 2025г. по делу назначена повторная судебная автотехническая и автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено ФГБУ «Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России».

Из письма ФГБУ «Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» следует, что стоимость проведенной повторной судебной экспертизы составляет 71604 руб.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Новгородского областного суда 18 марта 2026г. денежные средства в размере 70000 руб., внесённые ответчиком АО «МТТС» на депозит Новгородского областного суда (платежное поручение номер от 06 ноября 2025г.) перечислены на расчетных счет ФГБУ «Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» для оплаты экспертизы, при этом ответчиком АО «МТТС» также на расчетный счет ФГБУ «Новгородская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» для оплаты экспертизы дополнительно перечислено – 1604 руб. (платежное поручение номер от 19 февраля 2026г.). Отсюда следует, что ответчиком АО «МТТС» понесены расходы по оплате повторной судебной экспертизы в общем сумме 71604 руб.

Учитывая, что иск подлежит частичному удовлетворению, в пользу ответчика АО «МТТС» с истца в силу статьи 98 ГПК РФ подлежат взысканию пропорционально размеру отклоненных исковых требований (50%) судебные расходы по оплате повторной судебной экспертизы в размере 35802 руб. (71604 руб. х 50%).

На основании изложенного, руководствуясь статьями 327–330 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

Решение Новгородского районного суда Новгородской области от 20 июня 2025г. в части размера, взысканных с ФКУ Упрдор «Россия» (ИНН номер ) в пользу ФИО1 (паспорт номер ) денежных средств в счёт возмещения вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, расходов на проведение досудебного исследования, на нотариальный осмотр доказательств, по оплате судебной экспертизы, на оплату услуг представителя, по уплате государственной пошлины изменить, уменьшив размер денежных средств в счёт возмещения вреда, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия, до 320250 руб., расходов на проведение досудебного исследования до 8000 руб., расходов на нотариальный осмотр доказательств до 6375 руб., расходов по оплате судебной экспертизы до 60000 руб., расходов на оплату услуг представителя до 10000 руб. и расходов по уплате государственной пошлины до 6402 руб. 50 коп.

В остальной части то же решение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФКУ Упрдор «Россия» – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в пользу АО «МОСТОТРЕСТ-СЕРВИС» (ИНН номер ) расходы по оплате проведения повторной судебной автотехнической экспертизы в размере 35802 руб.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 25 июня 2026г.