Решение № 2-12/2026 2-12/2026(2-2119/2025;)~М-1603/2025 2-2119/2025 М-1603/2025 от 27 января 2026 г. по делу № 2-12/2026

Дело №57RS0026-01-2025-002523-56 Производство №2-12/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 января 2026 г. г. Орел

Орловский районный суд Орловской области в составе:

председательствующего судьи Каверина В.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Полянской К.Р.,

рассмотрев в судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску прокурора Орловской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 об обращении имущества в доход государства,

установил:

прокурор Орловской области, действующий в интересах Российской Федерации, обратился в суд с иском к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 об обращении имущества в доход государства.

Исковые требования обоснованы тем, что ответчик ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел с 2013 по 2025 гг., на основании чего на него возлагалась обязанность ежегодно представлять сведения о доходах, расходах, имуществе и обязательствах имущественного характера. В 2023 году на имя ФИО1 приобретен земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, стоимостью 5500000 руб. В свою очередь, совокупный доход семьи ФИО1 (он, супруга ФИО2, <данные изъяты> не позволял приобрести указанное имущество. В справке о доходах ФИО1 указал в качестве источника дохода полученные им в дар от матери ФИО3 денежные средства в сумме 4500000 руб. Между тем, проведенной проверкой установлено, что подобные сделки между ФИО3 и ФИО1 не совершались. Таким образом, ФИО1 не подтвердил легальность средств на приобретение указанного выше имущества.

Помимо этого, проверкой установлено, что на имя ФИО4 (отца ФИО1) зарегистрирован автомобиль Mitsubishi Outlander стоимостью 2453000 руб. на основании договора купли-продажи от 20.03.2020. Договор купли-продажи формально составлен на ФИО4, однако реальным собственником имущества является сам ФИО1, что подтверждено при проведении проверки. При этом доход ФИО1 не позволял приобрести указанный автомобиль.

Помимо этого, на имя ФИО4 зарегистрирован автомобиль Volkswagen Touareg, который также не мог быть им приобретен.

В свою очередь мать ФИО1 – ФИО3 по сделкам, совершенным в 2017, 2018 и 2024 гг. являлась приобретателем 3 объектов недвижимости: <адрес><адрес>. При этом, финансовые возможности ФИО3 и ее супруга ФИО4 не позволяли им приобрести данное имущество, так как его стоимость в значительной степени превышала их доход.

Помимо этого 26.02.2025 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ. В ходе расследования указанного уголовного дела в рамках обысков, проведенных в жилых помещениях, находящихся в пользовании ФИО1, обнаружены и изъяты наличные денежные средства в сумме 4260000 руб. В своих объяснениях ФИО1 указал, что 3500000 руб. принадлежат его родителям, остальные денежные средства – его личными накоплениями.

Прокурор полагал необходимым отнестись критически к данным пояснениям ФИО1 и считал, что ФИО1 в нарушение антикоррупционного законодательства не подтверждена законность приобретения перечисленного имущества, на основании чего оно подлежит обращению в доход государства.

В связи с изложенным прокурор просил обратить в доход Российской Федерации квартиры №<адрес>, транспортные средства Mitsubishi Outlander VIN №, Volkswagen Touareg VIN № земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, а также взыскать с ФИО1 в доход Российской Федерации денежные средства в сумме 4260000 руб., изъятые в ходе обыска по уголовному делу №.

Определениями суда к участию в деле в качестве материальных истцов привлечены Управление Федерального казначейства по Орловской области, Главное межрегиональное управление Федеральной службы судебных приставов, Межрегиональное территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом в Тульской, Рязанской и Орловской областях, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО1 и ФИО5

В судебном заседании старший помощник прокурора Орловской области Дорогавцева И.В. поддержала исковое заявление, ссылаясь на доводы, приведенные в самом исковом заявлении, а также письменных пояснениях.

Ответчики ФИО1, ФИО3, ФИО4, представитель ответчика ФИО1 – адвокат Никиточкин С.В. в судебном заседании иск не признали, ссылаясь на доводы письменных возражений.

Третье лицо ФИО1 в судебном заседании также возражал против удовлетворения иска, считая его необоснованным.

Прочие участники процесса в судебное заседание не явились, извещались надлежащим образом.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса.

Выслушав стороны, исследовав доказательства, представленные по делу, допросив свидетелей, суд считает заявленные требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Статьями 27, 35 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» предусмотрено, что прокурор вправе обратиться в суд с заявлением, если этого требует защита прав и охраняемых законом интересов граждан, общества и государства, когда нарушены права и свободы значительного числа граждан, либо в силу иных обстоятельств нарушение приобрело особое общественное значение. Одной из форм противодействия коррупции является осуществление контроля за расходами лиц, замещающих должности, включенные в перечни, установленные нормативными правовыми актами Российской Федерации или нормативными актами Центрального банка Российской Федерации, а также за расходами их супруги (супруга) и несовершеннолетних детей, в случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом от 03.12.2012 №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (ст. 8.1 Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции»).

Ст. 8 и 8.1 указанного закона, а также ст. 3 Федерального закон от 03.12.2012 №230-ФЗ «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их дохода» предусмотрено, что лицо, замещающее (занимающее) одну из указанных выше должностей, обязано ежегодно в сроки, установленные для представления сведений о доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера, представлять сведения о своих расходах, а также о расходах своих супруги (супруга) и несовершеннолетних детей по каждой сделке по приобретению земельного участка, другого объекта недвижимости, транспортного средства, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), совершенной им, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение календарного года, предшествующего году представления сведений (далее - отчетный период), если общая сумма таких сделок превышает общий доход данного лица и его супруги (супруга) за три последних года, предшествующих отчетному периоду, и об источниках получения средств, за счет которых совершены эти сделки.

Достаточная информация о том, что лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 данного Федерального закона, его супругой (супругом) и (или) несовершеннолетними детьми в течение отчетного периода совершены указанные сделки (сделка), является основанием для принятия решения об осуществлении контроля за расходами такого лица, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей (ч. 1 ст. 4 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Если в ходе осуществления контроля за расходами выявлены обстоятельства, свидетельствующие о несоответствии расходов лица, в отношении которого осуществляется такой контроль, его супруги (супруга) и несовершеннолетних детей их общему доходу, соответствующие материалы в трехдневный срок после его завершения направляются лицом, принявшим решение об осуществлении контроля за расходами, в органы прокуратуры Российской Федерации (ч. 3 ст. 16 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

При получении указанных материалов Генеральный прокурор Российской Федерации или подчиненные ему прокуроры в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обращаются в суд с заявлением об обращении в доход Российской Федерации земельных участков, других объектов недвижимости, транспортных средств, ценных бумаг, акций (долей участия, паев в уставных (складочных) капиталах организаций), в отношении которых лицом, замещающим (занимающим) одну из должностей, указанных в п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы, или об обращении в доход Российской Федерации денежной суммы, эквивалентной стоимости такого имущества, если его обращение в доход Российской Федерации невозможно (ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам»).

Согласно положениям пп. 8 п. 2 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) по решению суда допускается обращение в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

По смыслу приведенной нормы подлежит обращению по решению суда в доход Российской Федерации только то имущество, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы.

Вместе с тем, Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №26-П «По делу о проверке конституционности подпункта 8 пункта 2 статьи 235 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» в связи с запросом Верховного суда Республики Башкортостан» указано, что по буквальному смыслу пп. 8 п. 2 ст. 235 ГК РФ и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», предполагается, что имущество, в отношении которого государственным (муниципальным) служащим не представлено сведений, подтверждающих его приобретение на законные доходы, подлежит изъятию в целом, независимо от того, что в какой-то части затраты на его приобретение могли быть произведены из законных доходов.

Избранный федеральным законодателем подход, основанный на учете и сопоставлении поддающегося фиксации и оценке совокупного дохода государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за определенный период (три года) и произведенных ими расходов, обеспечивает соблюдение баланса частных и публичных интересов при применении данной меры государственного принуждения к лицу, в отношении имущества которого не доказана законность происхождения доходов, направленных на его приобретение, и, следовательно, является конституционно допустимым.

Вместе с тем, исходя из презумпции незаконности доходов, на которые было приобретено перечисленное в ч. 1 ст. 4 и ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» имущество, в случае, если стоимость такого имущества превышает общий доход государственного (муниципального) служащего и его супруги (супруга) за три года, предшествующих отчетному периоду, федеральный законодатель установил соответствующую систему контроля за соблюдением государственным (муниципальным) служащим возложенных на него запретов и ограничений в соответствии с Федеральным законом «О противодействии коррупции».

Такой порядок применения данной меры государственного принуждения позволяет обеспечить баланс публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, приобретшего имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью, который вправе доказывать в ходе контрольных мероприятий и в суде всеми доступными способами законность происхождения средств, затраченных на приобретение того или иного имущества, независимо от того, когда эти средства были им получены, отражены ли они в соответствующей справке (декларации) или обнаружены государственными органами в ходе проведения контрольных мероприятий. В свою очередь, суд оценивает доказательства, представленные как государственным (муниципальным) служащим, так и его супругой (супругом) и - с особенностями, установленными процессуальным законодательством, - несовершеннолетними детьми в подтверждение законного происхождения средств, позволивших приобрести соответствующее имущество, по своему внутреннему убеждению.

Из приведенных нормативных положений законодательства о противодействии коррупции и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что одной из форм противодействия коррупции является контроль за расходами лиц, поименованных в ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам». Такой контроль осуществляется в случаях и в порядке, которые установлены этим же законом.

Установленная законом презумпция незаконности доходов, на которые названными лицами было приобретено имущество, означает, что обязанность доказать законность происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества, возложена на лиц, контроль за расходами которых осуществляется на основании и в порядке, установленных Федеральным законом «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», и именно эти лица несут риск неблагоприятных последствий в результате недоказанности такого обстоятельства (законности происхождения денежных средств, затраченных на приобретение имущества).

Лица, поименованные в ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», при разрешении спора по иску прокурора об обращении в доход Российской Федерации принадлежащего этим лицам имущества вправе представлять в суде любые допустимые гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации доказательства в подтверждение законного происхождения средств, затраченных на его приобретение.

Оценка же таких доказательств должна производиться судом по правилам, установленным Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, с учетом нормативных положений Федерального закона «О противодействии коррупции» о принципах борьбы с коррупцией, а также правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в постановлении от 29.11.2016 №26-П, о неблагоприятных последствиях получения государственным (муниципальным) служащим доходов от коррупционной деятельности и об обеспечении баланса публичных интересов борьбы с коррупцией и частных интересов собственника, если он приобрел имущество на доходы, не связанные с коррупционной деятельностью.

Правовая позиция о том, что бремя доказывания законного источника происхождения средств, позволивших приобрести такое имущество, возлагается на ответчика (ответчиков), изложена и в преамбуле Обзора судебной практики по делам по заявлениям прокуроров об обращении в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 30.06.2017.

В п. 2 названного Обзора судебной практики указано, что ответчик вправе представлять любые допустимые доказательства в подтверждение законности происхождения средств, затраченных на приобретение спорного имущества. Если в обоснование законности доходов ответчик ссылается на получение им денежных средств по гражданско-правовым сделкам, то суд должен вынести на обсуждение как обстоятельство, имеющее значение для правильного разрешения дела, вопрос о реальности получения денежных средств по таким сделкам, а также были ли эти средства направлены на приобретение спорного имущества.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По настоящему делу, исходя из подлежащих применению норм материального права, приводимых прокурором доводов и возражений на них ответчиков, юридически значимыми являлись следующие обстоятельства:

- на какие доходы было приобретено ответчиками спорное имущество;

- были ли отражены ФИО1 источники этих доходов в сведениях о своих доходах, об имуществе и об обязательствах имущественного характера, а также в сведениях о доходах, об имуществе и об обязательствах имущественного характера своих супруги и несовершеннолетнего ребенка, а если такие источники доходов в этих сведениях не были отражены, то по какой причине;

- сообщал ли ФИО1 об источниках этих доходов при проведении проверки представителем нанимателя и прокурором в ходе осуществления контроля за его расходами и расходами его семьи;

- реально ли были получены ответчиками денежные средства, фигурирующие в споре, на каком праве, имели ли лица, передававшие денежные средства, материальную возможность по предоставлению денежных средств и были ли денежные средства, при условии действительности сделок, направлены им на приобретение спорного имущества.

Доказать законность происхождения денежных средств, за счет которых было приобретено спорное имущество, обязаны ответчики.

При рассмотрении дела установлено, что с 2013 года по 09.04.2025 ФИО1 проходил службу на различных должностях МВД России.

Приказом начальника УМВД России по Орловской области от 09.04.2025 №199 л/с ФИО1 уволен со службы в органах внутренних дел на основании п. 12 ч. 3 ст. 82 Федерального закона от 30.11.2011 №342-ФЗ «О службе в органах внутренних дел и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» в связи с утратой доверия.

На момент увольнения ФИО1 со службы в органах внутренних дел он состоял в должности государственного инспектора безопасности дорожного движения отделения №4 экзаменационной работы (дислокация г. Орел) МОТНРАСиЭР ГИБДД УМВД России по Орловской области, в связи с чем был обязан представлять работодателю соответствующие справки о своих доходах, об имуществе и обязательствах имущественного характера (приказы МВД России от 31.10.2013 №875, от 16.12.2016 №848).

Согласно материалам дела и подтверждено сторонами ФИО1 состоит в браке с ФИО6, от брака имеет ребенка ФИО7 рождения.

Соответственно ФИО1 обязан представлять справки и на названных членов его семьи.

Указанная обязанность была выполнена ответчиком путем предоставления справок за 2014-2021, 2023 гг.

За отчетный период 2022 года справку ФИО1 не представлял ввиду исполнения оперативно-служебных задач, возложенных на органы внутренних дел Российской Федерации, на территории проведения специальной военной операции.

Согласно справке за 2023 год на основании договора купли-продажи от 16.10.2023 ФИО1 приобрел в собственность земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес>, стоимостью 5500000 руб.

Указанный объект поименован в разделе «Сведения о расходах» справки за 2023 год, поскольку стоимость приобретенного имущества превысила доход ФИО1 и членов его семьи за 3 периода, предшествующих отчетному.

Так, по сведениям работодателя ФИО1 с учетом членов семьи за указанный период задекларировано 2019929,25 руб. (по подсчетам суда исходя из представленных справок о доходах и размерах полученных пособий – 2659470,05 руб.).

В связи с превышением суммы расходов над размером доходов ФИО1 в качестве источника средств указал собственные сбережения в сумме 1500000 руб. и денежные средства в сумме 4000000 руб., полученные в дар от ФИО3

Между тем, при даче пояснений в рамках прокурорской проверки, а также при рассмотрении настоящего дела и ФИО1 и ФИО3 пояснили, что сделка дарения денежных средств не заключалась, денежные средства в перечисленной сумме не передавались.

Как пояснял в судебном заседании ФИО1, им действительно были указаны несоответствующие действительности сведения об источнике средств приобретения участка и дома, поскольку спорное имущество приобреталось за счет нескольких источников, включающих личные сбережения, ввиду чего для упрощения информации по совету сотрудника кадровой службы им в качестве источника средств для покупки дома и участка указана несуществующая сделка.

В возражениях на исковое заявление ФИО1 указал, что помимо основного заработка ФИО1, в доход его семьи, подлежащий учету при приобретении спорного участка и жилого дома следует учитывать сбережения ФИО2, полученные от ее заработка, продажи жилого помещения в г. Кандалакша, сложившиеся до регистрации брака. Помимо этого, в 2020 году ФИО2 получила доход в сумме 630000 руб. от продажи автомобиля Kia Sorento, являлась распространителем продукции Greenway с декабря 2022 года по май 2024 года и получила доход в сумме 513608 руб. Помимо этого, ФИО2 получила помощь от своих родителей в сумме 1500000 руб. с целью улучшения жилищных условий.

Суд, оценив представленные по делу доказательства, относится к приведенной ФИО1 версии критически по следующим основаниям.

Так, как указано выше, ФИО1 задекларировал только официально получаемые им и его супругой доходы на сумму 2019929,25 руб.

Доход супруги от распространения продукции Greenway, а также от помощи от родителей не декларировались, что уже вызывает сомнения в достоверности данной информации.

Кроме того, в материалы дела не представлено объективной информации о том, что ФИО2 регистрировалась в качестве предпринимателя, самозанятого или производила оплату налога на доход от реализации продукции.

В качестве приложения к письменному отзыву приложена распечатка из личного кабинета, открытого на имя Гладковой Марины №, в котором содержится информация о доходе.

Вместе с тем, данная распечатка не отвечает критериям относимости и допустимости, так как никем не заверена и не соответствует сведениям о движении денежных средств по карте ФИО2

Согласно последним по счету ФИО2 имеются сведения о расходных операциях – оплате по QR-кодам Greenwaystart.com (плата распространителя за приобретаемую у оптового поставщика продукцию), а также сведения о переводах от физических лиц, составляющих по утверждению стороны ответчика, плату физических лиц за распространенную продукцию. Вместе с тем, при подсчете расходных и доходных операций установлено, что положительное сальдо (разница между поступившими в счет оплаты товара денежными средствами и собственными затратами ФИО2) не превышает 10000 руб.

В свою очередь доводы ФИО2 о том, что основная часть дохода получена ей в наличной форме, ничем не подтверждены, а, следовательно, не могут учитываться при разрешении спора.

Суд также относится критически к утверждению стороны ответчиков о том, что ФИО2 получила в дар от родителей 1500000 руб. в силу следующего.

По изложенной стороной ответчика версии в 2021-2022 гг. отношения между ФИО1 и ФИО2 ухудшились, после чего последняя на некоторое время выехала в Архангельскую область по месту жительства своих родителей, которые предложили ей оказать материальную помощь для приобретения жилья, для чего передали ей 1500000 руб. в наличной форме, которые изначально хранились по месту жительства ответчика ФИО2, а затем использовались для приобретения спорного имущества – дома и земельного участка.

Однако последовательность действий ответчика ФИО2 не соответствует как цели якобы полученных денежных средств – приобретение жилья исключительно на имя ФИО2, так и обычному поведению сторон, поскольку ФИО2 фактически взяла на себя риск перевозки крупной суммы на большое расстояние, затем длительное время хранила ее также в наличной форме по месту своего жительства, затем, несмотря на возникающие конфликтные отношения с супругом, израсходовала денежные средства, полученные в дар, то есть лично ей принадлежащие, на приобретение недвижимости на имя супруга.Кроме того, прокуратурой проведен анализ уровня дохода родителей ФИО2 – ФИО за 11 лет, с 2011 по 2021 гг., состоящий из пенсии, размер которой за указанный период за вычетом минимального прожиточного минимума, составил <данные изъяты> руб., без вычета такового <данные изъяты> руб.

Поскольку объективные сведения об ином источнике заработка ФИО стороной ответчика не представлено, суд отмечает, что вышеприведенный уровень дохода ФИО не позволяли им оказать вышеуказанную помощь ФИО2

Более того, допрошенная в качестве свидетеля ФИО пояснила, что помимо ФИО2 у нее и ФИО имеются другие дети, которым они также оказывали материальную помощь.

Кроме того, 14.04.2020 на имя отца ФИО1 – ФИО4 зарегистрировано транспортное средство Mitsubishi Outlander VIN №, приобретенное за 2453000 руб.

Вместе с тем, все ответчики подтвердили, что регистрация транспортного средства на имя ФИО4 произведена формально, в действительности указанный автомобиль принадлежит ответчику ФИО1 и приобретался за его средства.

Судом проанализирован уровень дохода ответчика ФИО1 и его супруги ФИО2 за 2017-2020 гг. (3-летний период до года, в котором произведено приобретение автомобиля) и он составил 2949620,60 руб., из которых 2319620,60 руб. – документально подтвержденный доход от основного заработка и пособий, 630000 руб. – доход от продажи автомобиля Kia Sorento по договору от 28.08.2020.

Таким образом, приобретение указанного автомобиля, стоимость которого была соизмеримой с уровнем дохода ФИО1 и его супруги за 3 года, исключает наличие у них иных законно полученных накоплений. То есть утверждение о наличии собственных накоплений в сумме 1500000 руб. является голословным.

Что касается утверждения о наличии сбережений у ФИО2, сформированных до заключения брака, то их существование на момент покупки участка и автомобиля документально не подтверждено, а, следовательно, не может быть принято во внимание при вынесении решения.

В связи с изложенным суд констатирует, что доказательств приобретения ФИО1 земельного участка вместе с жилым домом, расположенных по адресу: <адрес>, на законные источники дохода не представлено, на основании чего суд приходит к убеждению о необходимости обращения в доход Российской Федерации перечисленного имущества.

О том, что указанное имущество не приобреталось за счет законно полученных доходов ФИО1 свидетельствует и тот факт, что им внесены в справку о доходах заведомо ложные сведения об источнике средств на покупку дома и участка.

В свою очередь требования прокуратуры об обращении в собственность Российской Федерации автомобиля Mitsubishi Outlander VIN № не подлежат удовлетворению, поскольку как указано выше, стороной ответчика доказано наличие законного источника дохода, позволяющего приобрести данный автомобиль.

Помимо этого, согласно тексту иска, прокурор полагал, что ФИО1 приобрел, но формально зарегистрировал на имя своей матери ФИО3 3 объекта недвижимости: квартиры №<адрес>.

Суд, проверив доводы сторон, материалы дела, приходит к выводу, что указанные утверждения истца о действительной принадлежности перечисленного имущества ФИО1 не нашли своего подтверждения.

Так, согласно сведениям ЕГРН все перечисленные жилые помещения значатся зарегистрированными на основании возмездных сделок на имя ФИО3 Какие-либо права на данные квартиры за ФИО1 в ЕГРН не вносились.

Из полученных и представленных в материалы дела реестровых дел установлено следующее.

На основании договора цессии от 06.06.2016 к ФИО3 перешло право требования передачи в собственность квартиры №<адрес> в строящемся многоквартирном доме №<адрес>.

Стоимость уступки права составила 2260000 руб., из которых 800000 руб. внесено цессионарием за счет собственных средств, 1460000 руб. оплачено по кредитному договору № от 06.06.2016, заключенному между ПАО Сбербанк и ФИО3, ФИО4, ФИО1

24.03.2017 квартира передана дольщику и 26.04.2017 произведена государственная регистрация права собственности.

20.09.2017 между ФИО3 и ПАО «Орелстрой» заключен договор участия в долевом строительстве, предметом которого являлась квартира №<адрес>.

Стоимость квартиры по договору составила 2266650 руб., из которых 526650 руб. вносится дольщиком в течение 7 дней с момента регистрации договора, 1740000 руб. вносилось за счет кредита по договору № от 20.09.2017, заключенному между ПАО Сбербанк и ФИО3, ФИО4, ФИО1

12.03.2018 квартира передана по акту №ОР-ЕМ57-67 и 11.04.2018 произведена регистрация права собственности.

14.02.2024 между ФИО и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры №<адрес>.

Стоимость квартиры составила 2900000 руб. и согласно п. 4 договора расчет между сторонами произведен до заключения договора.

16.02.2024 зарегистрировано право собственности ФИО3 на указанную квартиру.

Поддерживая исковые требования в данной части, прокурор отмечал, что ответчик ФИО1 являлся созаемщиком в 2 кредитных договорах, фактически проживает вместе с семьей в квартире №<адрес>, что косвенно указывает на то, что он являлся реальным собственником квартир. Помимо этого, ссылался на то, что оба кредита оплачены досрочно, что указывает на то, что кредитные соглашения заключались для вида и являлись способом легализации доходов, полученных противоправным путем. Так отмечал, что родители ФИО1 не обладали необходимым доходом, позволяющим самостоятельно приобрести спорное имущество.

В свою очередь, возражая против иска, ответчики отмечали, что к приобретению квартиры по <адрес> ответчик ФИО1 не имеет отношения, его участие в качестве созаемщика носило формальный характер.

Указанная квартира предназначалась для проживания брата ответчика ФИО1 – ФИО1, привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно спора.

Третье лицо ФИО1 указанные факты подтвердил, пояснив, что в данной квартире проживает именно он вместе со своей сожительницей ФИО несет бремя содержания квартиры и помогал родителям в оплате кредита.

В подтверждение указанных доводов ФИО1 представил платежные документы на оплату коммунальных услуг, договор на оказание услуг домашнего интернета, приобретение мебели, бытовой техники, в которых заказчиком и плательщиком значился он, а также ФИО

Что касается квартиры по <адрес>, то ответчики подтвердили, что в указанной квартире действительно проживает ответчик ФИО1 вместе с супругой и сыном. Внесение платежей за квартиру, включая кредит, производилось в основном ФИО3 и ФИО4, ответчик ФИО1 оказывал помощь в оплате кредита, но указанная помощь не являлась основным источником средств погашения кредита.

Квартира по <адрес> по утверждению ответчиков приобретена за счет накоплений ФИО3 и ФИО4, а также за счет накопления матери ФИО3 – ФИО <данные изъяты> которая по состоянию здоровья проживает вместе с ФИО4 и ФИО3, которая осуществляет уход и распоряжается пенсией ФИО

Последние доводы нашли свое подтверждение в показаниях свидетеля ФИО., который пояснил, что он приходится родным братом ФИО3 У них имеется мать ФИО которая несколько лет назад перенесла инсульт и находится в доме ФИО3, которая осуществляет за ней уход. В свою очередь свидетель получает за ФИО пенсию по месту ее предыдущего жительства и за вычетом минимальных коммунальных расходов за жилище ФИО передает пенсию ФИО3, которая распоряжается ею по собственному усмотрению.

Таким образом, исходя из вышеприведенных положений закона, а также разъяснений Верховного Суда Российской Федерации суд полагает, что при проверке возможности приобретения спорного имущества надлежит учитывать уровень дохода ответчиков ФИО1, ФИО4, ФИО3 применительно к квартире по <адрес>, ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2 и третьего лица ФИО4 применительно к квартире по <адрес>, ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2 и ФИО. применительно к квартире по <адрес>.

Так, согласно условиям договоров и справки о погашении кредита оплата квартиры по <адрес> произведена в 2016-2017 гг. в общем размере 2312477,46 руб., включающих первоначальный взнос и стоимость кредита.

Суд при подсчете дохода ответчиков учитывает как 3-летний период до приобретения квартир, так и периоды действия кредитных договоров по квартирам, расположенным на <адрес> и <адрес>, поскольку платеж по ним осуществлялся не единовременно.

В свою очередь совокупный размер дохода ФИО1, ФИО3, ФИО4, складывающийся из заработной платы за 3 года, предшествующих году совершения сделки, и срока кредита (2013-2017 гг.), составил 4261455,36 руб.

Так, ФИО1 в 2013 году получил доход в сумме 333332,82 руб., в 2014 году в сумме 525682,97 руб., в 2015 году в сумме 479447 руб., в 2016 году в сумме 502132,64 руб., в 2017 году в сумме 508954 руб.

ФИО3 в 2014 году получила доход в сумме 277027,91 руб., в 2015 году в сумме 303885,50 руб., в 2016 году в сумме 345221,3 руб., в 2017 году в сумме 436014,57 руб.

ФИО4 в 2014 году получил доход в сумме 197361 руб., в 2015 году в сумме 213452 руб., в 2016 году в сумме 115512 руб., в 2017 году в сумме 23431,63 руб.

Сведения о доходе ФИО3 и ФИО4 за 2013 год не представлены.

Оплата квартиры по <адрес> произведен в 2017-2020 гг. в общей сумме 2428235,03 руб., включающих первоначальный взнос и стоимость кредита.

В свою очередь общая сумма дохода ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2 и третьего лица ФИО4, складывающийся из заработной платы, пенсии и иных пособий, а также полученного ФИО2 дохода по договору купли-продажи квартиры от 12.09.2017 и договора купли-продажи автомобиля Kia Sorento по договору от 28.08.2020 за указанный период и 3 предшествующих года составила 15489699,78 руб. (период 2014-2020 гг).

Так, ответчик ФИО1 получил доход в 2014 году в сумме 525682,97 руб., в 2015 году в сумме 479447 руб., в 2016 году в сумме 502132,64 руб., в 2017 году в сумме 508954 руб.; в 2018 году в сумме 540958 руб., в 2019 году в сумме 546109,10 руб., в 2020 году в сумме 561928,45 руб.

ФИО2 в 2014 году получила доход в сумме 413195,19 руб., в 2015 году 508926,07 руб., в 2016 году в сумме 591171 руб., в 2017 году в сумме 888612,49 руб., в 2018 году в сумме 300817,82 руб., в 2019 году в сумме 164169,19 руб., в 2020 году в сумме 774392 руб.

ФИО3 в 2014 году получила доход в сумме 277027,91 руб., в 2015 году в сумме 303885,50 руб., в 2016 году в сумме 345221,3 руб., в 2017 году в сумме 436014,57 руб.; в 2018 году в сумме 583574,91 руб., в 2019 году в сумме 636861,40 руб., в 2020 году в сумме 632455,42 руб.

ФИО4 в 2014 году получил доход в сумме 197361 руб., в 2015 году в сумме 213452 руб., в 2016 году в сумме 115512 руб., в 2017 году в сумме 23431,63 руб., в 2018 году в сумме 150821,28 руб., в 2019 году в сумме 184711,38 руб., в 2020 году в сумме 189177,72 руб.

Третье лицо ФИО1 в 2014 году получил доход в сумме 533145,17 руб., в 2015 году в сумме 522532,75 руб., в 2016 году в сумме 552063,64 руб., в 2017 году в сумме 550580,41 руб., в 2018 году в сумме 599839,33 руб., в 2019 году в сумме 545261,90 руб., в 2020 году в сумме 590272,62 руб.

В результате вычитания из данного дохода затрат на приобретение автомобиля Mitsubishi Outlander в сумме 2453000 руб., а также 2428235,03 руб. на приобретение квартиры по <адрес> сумма дохода составила 9978464,75 руб.

Таким образом, ответчики с участием третьего лица ФИО1 имели возможность приобретения квартиры по <адрес> и <адрес>.

При этом тот факт, что кредиты на указанные квартиры погашены досрочно, не может являться доказательством приобретения квартир на доходы, полученные противоправным путем, поскольку представленные доказательства указывают на то, что ответчики обладали соответствующим уровнем дохода для погашения кредитов.

В свою очередь доводы истца, касающиеся экономической нецелесообразности оформления кредитных договоров, не могут являться основанием к обращению указанного имущества в доход государства, поскольку такие действия не противоречат закону и не свидетельствуют о недобросовестном поведении кого-либо из ответчиков.

Аналогичным образом, суд не находит оснований для удовлетворения иска в отношении квартиры по <адрес>, поскольку ее стоимость составила 2900000 руб., тогда как общая сумма дохода ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2, складывающегося из заработной платы, пенсии и иных пособий, а также полученного ФИО4 дохода по договору купли-продажи автомобиля Лада Ваз-211540 от 13.07.2021, дохода ФИО. за 3 года, предшествующих году совершения сделки купли-продажи квартиры (2021-2023) составила 6907660,96 руб.

Так ФИО1 получил в 2021 году доход в сумме 610965,23 руб., в 2022 году в сумме 644107,35 руб., в 2023 году в сумме 778057,39 руб.

ФИО2 получила в 2021 году доход в сумме 58536,22 руб., в 2022 году в сумме 9540,80 руб., в 2023 году в сумме 8405,60 руб.

ФИО3 получила доход в 2021 году в сумме 668679,92 руб., в 2022 году в сумме 549002,30 руб., в 2023 году в сумме 597720,62 руб.;

ФИО4 получил доход в 2021 году в сумме 251096,96 руб., в 2022 году в сумме 532239,29 руб., в 2023 году в сумме 730449,23 руб.;

ФИО в 2022 году получила доход в сумме 401601,20 руб., в 2023 году в сумме 469077 руб. (сведений об иных доходах не представлено).

Из указанной суммы дохода надлежит вычесть сумму расходов ФИО4 на приобретение автомобиля Рено Логан в 2021 году в размере 690000 руб., а также сумму расходов ФИО3 на погашение кредита за квартиру по <адрес> в 2020 году в размере 371346,95 руб., на основании чего подтвержденный доход за данный период окончательно составит 6589007,91 руб., что позволяло приобрести спорную квартиру.

При этом доводы истца о том, что в реальности указанная квартира приобреталась для семьи ответчика ФИО1, который планировал в ней ремонт и приобретал дорогостоящую бытовую технику, в данном случае правового значения не имеют.

Также не имеется оснований для удовлетворения иска в части требования об обращении в доход Российской Федерации автомобиля Volkswagen Touareg, зарегистрированного на имя ФИО4

Указанный автомобиль согласно карточке учета транспортного средства приобретен на основании договора от 24.01.2019, в котором стоимость автомобиля определена в сумме 200000 руб.

Сами ответчики утверждали, что реальная стоимость автомобиля составила около 400000 руб.

Вместе с тем, и в том и в другом случае ответчики располагали необходимым доходом для приобретения автомобиля.

Более того, все ответчики, а также третье лицо ФИО1 последовательно указывали, а прокуратурой не оспорено, что реальным собственником и приобретателем данного автомобиля являлся ФИО1.

Разрешая спор в части требований о взыскании с ФИО1 денежных средств в сумме 4260000 руб., суд отмечает следующее.

В соответствии со ст. 128 ГК РФ наличные деньги относятся к вещам и являются объектами гражданских прав.

Из материалов дела установлено, что 26.02.2025 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 290 УК РФ.

Помимо этого 20.03.2025 в отношении ФИО1 возбуждены уголовные дела по признакам составов преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 290 УК РФ (4 уголовных дела), ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (3 уголовных дела), ч. 3 ст. 159 УК РФ (2 уголовных дела), которые в дальнейшем объединены в одно производство и расследуются следственной группой второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Орловской области.

На основании постановлений руководителя следственной группы от 26.02.2025 в жилом помещении ФИО1, расположенном по адресу: <адрес>, а также в помещениях по адресу<адрес>, проведены обыски в случаях, не терпящих отлагательства.

Постановлениями Заводского районного суда г. Орла от 27.02.2025 указанные обыски признаны законными.

Согласно протоколу обыска от 26.02.2025, проведенного в присутствии ответчика ФИО1, в жилом помещении по адресу: <адрес>, <адрес>, обнаружены и изъяты наличные денежные средства в сумме 3500000 руб.

Согласно протоколу обыска от 26.02.2025, проведенного в присутствии ответчика ФИО1, в жилом помещении по адресу: <адрес>, обнаружены и изъяты наличные денежные средства в сумме 760000 руб.

Постановлением Заводского районного суда г. Орла от 11.07.2025 наложен арест на имущество ФИО1, включая изъятые в ходе перечисленных обысков денежные средства в сумме 4260000 руб.

23.07.2025 следователем составлен протокол наложения ареста на денежные средства.

Предъявляя требования о взыскании указанных денежных средств в доход бюджета Российской Федерации, прокурор полагал, что данные денежные средства принадлежат ФИО1, о чем он фактически сообщал в ходе обысков, фактически составляют единую сумму и не могли быть им получены законным путем.

В подтверждение доводов иска прокуратурой обеспечен допрос в качестве свидетеля следователя второго отдела по расследованию особо важных дел (о преступлениях против государственной власти и в сфере экономики) следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Орловской области ФИО, который пояснил, что он принимает участие в расследовании уголовного дела в отношении ФИО1 и проводил обыск в жилых помещениях по адресам: <адрес> При обнаружении денежных средств в доме в <адрес>» из реакции ФИО1 можно было сделать вывод о том, что он помнил о существовании данной денежной суммы. Что касается денежных средств, изъятых в <адрес>, то ФИО1 дал пояснения, из которых можно сделать вывод о том, что денежные средства фактически принадлежат ему и предназначались для ремонта в этой же квартире, которая также фактически приобреталась для него и его семьи.

В свою очередь при проведении досудебной проверки, а также при даче возражений по настоящему спору сторона ответчика указывала на то, что денежные средства, изъятые в доме в <адрес>», являются личными сбережениями ФИО1 и его супруги. Денежные средства, изъятые в квартире по <адрес>, в сумме 1000000 руб. являются сбережениями ФИО4 и ФИО3, а 2500000 руб. получены ФИО3 в долг от третьего лица ФИО5 с целью финансирования приобретения третьим лицом ФИО1 грузового автомобиля для осуществления предпринимательской деятельности.

В подтверждение указанных доводов прокуратуре и суду предоставлена расписка от 17.11.2024, по которой ФИО3 взял в долг у ФИО5 2500000 руб. на срок 3 года.

Согласно объяснениям ФИО5, данным 06.05.2025 помощнику прокурора Троицкого и Новомосковского административных округов г. Москвы, в ноябре 2023 года ФИО5 продала принадлежащую ей квартиру №<адрес> за 9900000 руб., из которых часть денежных средств передана дочери, а 2500000 руб. дала в долг ФИО3 для приобретения ее младшим сыном грузового автомобиля.

Действительно, согласно договору от 15.11.2023 вышеуказанная квартира продана ФИО5 за 9900000 руб., из которых 30000 руб. переданы до подписании договора, 9870000 руб. перечислены с использованием расчетного счета ООО «Домклик» на расчетный счет ФИО5 №, открытый в ПАО «Московский кредитный банк».

Вышеуказанные объяснения ФИО5 не вызывают двоякого толкования и позволяют сделать вывод о том, что в долг ФИО3 переданы именно денежные средства, полученные от продажи квартиры.

Однако из представленной суду выписки по счету ФИО5 не установлено расходных операций в сумме, эквивалентной размеру займа, с даты поступления денежных средств и до даты составления расписки.

В судебном заседании ФИО5 дала иные пояснения, согласно которым она располагала 2500000 руб. в наличной форме и хранила их по месту своего жительства, для чего ей не требовалось дополнительно осуществлять снятие денежных средств со счета.

Между тем, объективных данных, позволяющих получить объяснение причинам расхождений в показаниях ФИО5 от последней не получено, на основании чего указанная версия получения денежных средств вызывает явные сомнения.

Кроме того, денежные средства согласно версии ответчиков предназначались третьему лицу ФИО1, который тем не менее, не хранил их по своему месту жительства, а разместил в квартире, в которой фактически никто не проживал.

Кроме того, третье лицо ФИО1 пояснил суду, что регистрации в качестве индивидуального предпринимателя или самозанятого не произвел, что также ставит под сомнение наличие у него действительного намерения осуществлять грузоперевозки.

К тому же, из пояснений третьего лица ФИО1 установлено, что с момента получения займа его матерью он не занимался активным подбором автомобиля и смог назвать только 1 случай, когда он действительно просматривал автомобиль у гражданина ФИО.

Названное лицо было допрошено судом в качестве свидетеля и подтвердило факт ведения переговоров с ФИО1 о приобретении грузового автомобиля марки Рено, который свидетель намеревался продать.

Однако свидетель также пояснил, что после того, как ФИО1 отказался от сделки автомобиль так и не был продан и используется ФИО. по назначению, что расценивается судом как косвенное доказательств отсутствия у свидетеля намерения реализовать автомобиль.

Таким образом, оценивая представленные доказательства каждое в отдельности и все в совокупности, суд полагает, что расписка имеет признаки мнимого договора, то есть заключенного для вида, с целью придания законности изъятых следствием денежных средств, о чем свидетельствуют неустраненные в ходе судебного разбирательства противоречия в пояснениях и действиях ФИО5, отсутствие реальных доказательств намерения приобретения третьим лицом ФИО1 автомобиля для осуществления грузоперевозок, а также пояснения ответчика ФИО1 при совершении следственного действия о том, что денежные средства предназначались для его нужд по ремонту жилого помещения.

В связи с этим суд, несмотря на то, что ответчики с формальной точки зрения имели техническую возможность накопления оставшихся 1760000 руб., полагает, что законность происхождения данных денежных средств вызывает объективные сомнения, ответчиками достоверно не подтверждена, на основании чего считает необходимым взыскать все указанные денежные средства с ФИО1

Процедура осуществления контроля за соответствием расходов ФИО1 соответствует положениям ст. 17 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» и п. 1 ч. 1 ст. 2 Федерального закона «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам», не представлено сведений, подтверждающих их приобретение на законные доходы.

Суд также отмечает, что согласно положениям ст. 10 Федерального закона от 25.12.2008 №273-ФЗ «О противодействии коррупции» круг лиц, участвующих в коррупционных правонарушениях не ограничен в системе действующего законодательства Российской Федерации каким-либо перечнем, а напрямую зависит от факта совершения или участия в совершении тем или иным физическим либо юридическим лицом коррупционного правонарушения.

Из выраженных в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 29.11.2016 №26-П и от 09.01.2019 №1-П и Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 06.06.2017 №1163-О позиций следует, что обращение по решению суда в доход Российской Федерации имущества, в отношении которого не представлены в соответствии с законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции доказательства его приобретения на законные доходы, относится к особым правовым мерам, применяемым в случае нарушения лицами, выполняющими публичные функции, антикоррупционного законодательства и направленным на эффективное противодействие коррупции и защиту конституционно значимых ценностей.

Таким образом, вопреки мнению стороны ответчика, что изъятое имущество в виде денежных средств арестовано по уголовному делу и именно в рамках уголовного дела должна быть разрешена его судьба, суд отмечает, что данное обстоятельство не препятствует принять меры по обращению такого имущества в доход Российской Федерации в рамках гражданских правоотношений, вытекающих из применения последствия нарушения антикоррупционного законодательства.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования прокурора Орловской области, действующего в интересах Российской Федерации, к ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 об обращении имущества в доход государства удовлетворить частично.

Обратить в доход государства земельный участок и жилой дом, принадлежащие ФИО1 <адрес>.

Взыскать с ФИО1 <данные изъяты>, в доход Российской Федерации денежные средства в сумме 4260000 руб.

В удовлетворении исковых требований в остальной части отказать.

Взыскать с ФИО1 <данные изъяты>, в доход бюджета муниципального образования «Город Орел» расходы по оплате государственной пошлины в сумме 66820 руб.

Решение может быть обжаловано в Орловский областной суд через Орловский районный суд Орловской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного текста решения.

Решение в окончательной форме изготовлено 28.01.2026.

Судья В.В. Каверин