Апелляционное определение № 33-597/2026 от 24 февраля 2026 г.

Судья Никитина Е.В. (УИД)46RS0031-01-2025-001509-04

№2-1161/2025

№33-597/2026

КУРСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курск 25 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Курского областного суда в составе:

председательствующего судьи Щербаковой Н.В.,

судей Леонтьевой И.В., Воробьевой Е.Н.,

с участием прокурора Польской И.И.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Михайловым Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, поступившее с апелляционной жалобой истца ФИО1 на решение Промышленного районного суда г. Курска от 21 ноября 2025 года, которым постановлено:

«Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о возмещении морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия – удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <данные изъяты> выдан ДД.ММ.ГГГГ, в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 150 000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

В остальной части в иске отказать.

Взыскать с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., паспорт <данные изъяты> выдан ДД.ММ.ГГГГ, в доход бюджета муниципального образования «г.Курск» судебные расходы по оплате гос. пошлины в размере 3000 (три тысячи) руб.».

Заслушав доклад судьи Леонтьевой И.В., судебная коллегия

ФИО4 Н О В И Л А:

ФИО1 обратилась в суд с вышеназванным иском к ФИО2, в котором указала, что ДД.ММ.ГГГГ напротив <адрес> водитель ФИО2, управляя автомобилем «<данные изъяты>, в нарушение требований пункта 9.1 ПДД РФ выехал на сторону дороги, предназначенную для встречного движения, и допустил столкновение с автомобилем «<данные изъяты> под управлением водителя ФИО5 В результате дорожно-транспортного происшествия ей, как пассажиру автомобиля «<данные изъяты>, согласно заключению судебно-медицинского эксперта ОБУЗ «<данные изъяты>» №/з от ДД.ММ.ГГГГ были причинены телесные повреждения <данные изъяты>. В связи с данным дорожно-транспортным происшествием она (истец) перенесла физические и нравственные страдания как в момент ДТП, так и в ходе последующего лечения. Физические боли длились на протяжении многих месяцев, пока не восстановились функции поврежденных органов. Нравственные страдания связаны с перенесенным стрессом и переживаниями, невозможностью вести привычный образ жизни.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в дело в качестве соответчика привлечен ФИО3

С учетом уточненных в судебном заседании исковых требований истец ФИО1 просит суд взыскать с ответчиков ФИО2 и ФИО3 в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб.

Судом постановлено вышеприведенное решение о частичном удовлетворении исковых требований.

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение суда отменить как незаконное, принять новое решение, которым взыскать компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб. с ФИО3

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истца ФИО1 помощник прокурора Сеймского административного округа г. Курска Лебедева В.А. просит оставить решение суда без изменения.

В судебное заседание судебной коллегии ответчики ФИО2, ФИО3, третьи лица ФИО5, ФИО6, ФИО7, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела, не явились, о причинах неявки в судебное заседание суду не сообщили, об отложении дела – не ходатайствовали. Информация о назначении судебного заседания заблаговременно размещена на официальном сайте Курского областного суда в сети Интернет. В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия считает возможным рассмотрение дела провести в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ законность решения суда проверена судебной коллегией по доводам апелляционной жалобы истца ФИО1

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, выслушав объяснения истца ФИО1, поддержавшей доводы своей апелляционной жалобы, заключение прокурора Польской И.И., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Согласно ч.1 ст.195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПКРФ).

Решение является обоснованным, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами. Не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55,59 - 61,67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов (п.п. 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №23 от 19.12.2003 «О судебном решении»).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли удовлетворению иск (п. 1 ст. 196 ГПК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения судом первой инстанции при рассмотрении дела допущены.

Согласно ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Обязанность возместить причиненный вред как мера гражданско – правовой ответственности применяется к причинителю вреда при наличии состава правонарушения, включающего, как правило, наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступлением вреда, а также его вину.

Согласно разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью» установленная ч.ч. 1,2 ст. 1064 ГК РФ ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья (например, факт причинения вреда в результате дорожно-транспортного происшествия с участием ответчика), размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В силу ст. 322 ГК РФ солидарная обязанность (ответственность) или солидарное требование возникает, если солидарность обязанности или требования предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства.

Согласно разъяснений, данных в п.34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», лица, совместно причинившие моральный вред, исходя из положений статьи 1080 ГК РФ, отвечают перед потерпевшим солидарно. Суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах (часть вторая статьи 1080 ГК РФ).

Судам следует также иметь в виду, что в силу пункта 3 статьи 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности, взаимодействием которых причинен моральный вред третьим лицам (например, пассажирам транспортного средства, пешеходам, их родственникам или членам семьи вследствие травмы или гибели указанных лиц), солидарно возмещают моральный вред независимо от вины каждого из них по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 ГК РФ.

Отсутствие оснований для возложения солидарной ответственности за причинение вреда истцу не освобождает от обязанности по его возмещению тем из соответчиков, кто этот вред причинил.

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст.ст. 12, 151 ГК РФ).

Согласно п.1 ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 150 ГК РФ к личным неимущественным правам и другим материальным благам относятся, в том числе: жизнь, здоровье, достоинство личности, честь и доброе имя.

Согласно ст. 151 ГПК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, к которым, в частности, относится здоровье (ст.150 ГК РФ), а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1), учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ).

Аналогичные разъяснения даны в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации в постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33), который разъяснил, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (п.1).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п.28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п.25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33).

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты>. на <адрес> комсомола, около <адрес>, произошло дорожно – транспортное происшествие с участием: автомобиля «<данные изъяты> под управлением ФИО2, автомобиля «<данные изъяты> под управлением ФИО5, автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО6, автомобиля «<данные изъяты>», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением ФИО7

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажиру автомобиля «Киа Рио» ФИО1 были причинены телесные повреждения.

Согласно заключения судебно-медицинского эксперта ОБУЗ «<данные изъяты>» №/з от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 были обнаружены следующие телесные повреждения:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

В отношении водителей ФИО5 и ФИО2 вынесены определения о возбуждении дела об административном правонарушении по ст. 12.24 КоАП РФ и назначено проведение административного расследования.

Постановлениями инспектора по ИАЗ отдела ГИБДД УМВД России по г.Курску от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии со ст.24.5 п.6 ч.1 КоАП РФ административное производство в отношении ФИО2 и ФИО5 прекращено за истечением срока давности привлечения к административной ответственности.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что на момент дорожно – транспортного происшествия ФИО2 управлял автомобилем на законном основании, при наличии у него водительского удостоверения и в присутствии его собственника (ФИО3), доказательств исполнения им обязанности по управлению транспортным средством по заданию и в интересах ФИО3 за вознаграждение не представлено и иных оснований для освобождения от ответственности не установлено. Суд первой инстанции сделал вывод, что ФИО2, являясь непосредственным причинителем вреда, в момент аварии управлял транспортным средством при наличии водительского удостоверения и в присутствии его собственника, т.е. на законном основании, а, следовательно, является его владельцем по смыслу ст. 1079 ГК РФ и обязан как причинитель вреда, возместить истцу ущерб в заявленном размере. ФИО2, как владелец источника повышенной опасности несет гражданско – правовую ответственность в виде компенсации морального вреда за причинение вреда здоровью потерпевшей ФИО1 без вины. С учетом положений ст. 322 ГК РФ суд сделал вывод, что договором между владельцем транспортного средства и непосредственным причинителем вреда солидарная ответственность установлена быть не может. Не может быть установлена солидарная ответственность и двух лиц, владеющих одним транспортным средством на разных основаниях. Следовательно, законным владельцем транспортного средства на момент (владельцем источника повышенной опасности) являлся ФИО2, именно на нем лежит обязанность компенсировать истцу ФИО1 моральный вред, а иск к ФИО3 удовлетворению не подлежит. То обстоятельство, что на момент дорожно – транспортного происшествия гражданская ответственность владельца транспортного средства – автомобиля «Лада Гранта» государственный регистрационный знак Н205)В46 застрахована не была, также не свидетельствует о том, что водитель ФИО2 на момент дорожно – транспортного происшествия управлял автомобилем без законных оснований. При определении размера компенсации морального вреда суд исходил из того, что в результате ДТП истцу был причинен вред здоровью легкой и средней степени тяжести, последствием которого явились не только физические, но и нравственные страдания, поскольку в силу травмы испытала стресс от самого факта дорожно – транспортного происшествия, случившееся привело к ухудшению качества ее жизни, повлекло состояние эмоционального расстройства, препятствует социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, также принимает во внимание обстоятельства причинения вреда – отсутствие вины потерпевшей, неосторожности в ее действиях, материального положения сторон, учитывая возраст пострадавшей, являющейся пенсионеркой, а также материальное и семейное положение ответчика, причинение вреда совместно иными источниками повышенной опасности, к законным владельцам которых истец заявлять требования не желает. Суд пришел к выводу, что с учетом всех обстоятельств по делу, моральный вред подлежит взысканию с ФИО2 в размере 150 000 руб. Кроме того, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ суд взыскал с ответчика ФИО2 в доход бюджета муниципального образования «город Курск» государственную пошлину в размере 3 000 руб.

Соглашаясь с выводом суда первой инстанции о том, что положения ст.322 ГК РФ о солидарной обязанности (ответственности) к спорным правоотношениям применению не подлежат, обязанность компенсировать истцу моральный вред наступает в силу ст.ст. 1079, 1100 ГК РФ, судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции в части возложения обязанности компенсировать истцу ФИО1 моральный вред на ФИО2 и в части размера компенсации морального вреда не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и нормам материального права.

В соответствии со ст. 1100 ГК РФ в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда.

В настоящем деле для правильного разрешения иска ФИО1 суду необходимо было установить, кто согласно действующему законодательству являлся законным владельцем транспортного средства «Лада Гранта» государственный регистрационный знак <***> в момент дорожно-транспортного происшествия, и чья вина имелась в случившемся дорожно-транспортном происшествии.

Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, регламентируется нормами статьи 1079 ГК РФ.

В силу ст. 1079 ГК РФ юридические лица или граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью (использование транспортных средств и т.д.) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях, несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (ч. 2 ст. 1079 ГК РФ).

В п.18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 разъяснено, что судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

Исходя из положений ст. 1079 ГК РФ суду при разрешении спора, следовало разрешить вопрос, находился ли автомобиль во владении собственника (ФИО3) либо во владении другого лица (ФИО2) по воле собственника и его поручению в интересах собственника, имея в виду, что для признания того или иного субъекта владельцем источника повышенной опасности необходимо установить наличие одновременно как факта юридического владения, так и факта физического владения вещью.

Понятие владельца транспортного средства приведено в ст. 1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», в соответствии с которым им является собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Письменная доверенность не является единственным доказательством наделения лица, не являющегося собственником, правом владения транспортным средством, а факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством.

Как следует из материалов дела, собственником транспортного средства «<данные изъяты>, является ФИО3, что ответчики в суде первой инстанции не отспаривали, а так же не отрицали, что в полисе ОСАГО ФИО2 не указан в качестве лица, имевшего право на управление транспортным средством «<данные изъяты>, доверенность от имени ФИО3 на управление вышеуказанным автомобилем у него отсутствовала.

То обстоятельство, что в момент ДТП ответчик ФИО3 находился в автомобиле в качестве пассажира и транспортным средством, на котором произошло ДТП, не управлял, не свидетельствует о том, что ФИО2 управлял этим автомобилем на законном основании, действовал в своих интересах, а не в интересах ФИО3, поэтому в силу ст. 1079 ГК обязан отвечать за вред, причиненный истцу.

Факт управления транспортным средством, в том числе и по воле его собственника, не всегда свидетельствует о законном владении лицом, управлявшим им, данным транспортным средством.

В связи с этим передача транспортного средства другому лицу в техническое управление без надлежащего юридического оформления такой передачи не освобождает собственника от ответственности за причиненный вред. Бремя доказывания перехода титула владения в данном случае лежит на собственнике транспортного средства.

Как следует из объяснений ФИО3 в отказном материале по делу об административном правонарушении, ФИО3 по личному желанию передал управление принадлежащим ему автомобилем «<данные изъяты> ФИО2 в связи с нахождением ФИО3 и его друзей в состоянии алкогольного опьянения.

Аналогичные объяснения даны ответчиком ФИО2 в суде первой инстанции, согласно которым, ФИО3 передал ему управление транспортным средством не для личного использования автомобиля ФИО2, а ФИО3 попросил ФИО2 подвезти его (ФИО3) из <адрес> в <адрес>, так как сам ФИО3 находился в этот момент в состоянии алкогольного опьянения.

С учетом имеющихся доказательств по делу, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что само по себе управление ФИО2 в момент ДТП автомобилем с согласия собственника транспортного средства ФИО3 и при личном его присутствии, так как ФИО3 в момент ДТП находился в качестве пассажира, не свидетельствует о законном владении данным транспортным средством ФИО2, поскольку доказательств использования ФИО2 автомобилем «<данные изъяты>, на основании договора аренды, безвозмездного пользования в личных целях, несения бремени его содержания, а также наличия трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником автомобиля не представлено, поэтому законных оснований для освобождения ФИО3 от возмещения потерпевшей ФИО1 (истца по данному делу) компенсации морального вреда не имеется.

При изложенных обстоятельствах решение суда как незаконное подлежит отмене в полном объеме.

Отменяя решение суда, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального права, судебная коллегия считает возможным принять новое решение, о частичном удовлетворении исковых требований ФИО1 о возложении обязанности компенсировать моральный вред на ответчика ФИО3, отказав в удовлетворении иска к ФИО2

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (ч.1).

Ч.2 ст. 1101 ГК РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 №33, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В силу пунктов 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд вправе уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

По смыслу действующего законодательства виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (п. 2 ст. 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Размер возмещения вреда в силу п. 3 ст. 1083 ГК РФ может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно (п.17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях Пленума от 26.01.2010 №1, от 15.11.2022 №33, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические и нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Принимая во внимание, что ФИО1 в связи с причинением вреда здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ей морального вреда предполагается и подлежит возмещению. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда, судебная коллегия учитывает, что в результате ДТП истец испытала физическую боль, страх за здоровье как в момент получения травмы, так и входе дальнейшего лечения и восстановления здоровья; возраст истца, ДД.ММ.ГГГГ рождения; тяжесть полученных ФИО8 телесных повреждений (легкий вред здоровью и вред здоровью средней тяжести); длительность лечения; отсутствие в ее действиях грубой неосторожности, в силу ст. 1083 ГК РФ влияющей на размер компенсации морального вреда, обязанность ответчика в силу ст. ст. 1079, 1100 ГК РФ компенсировать моральный вред без вины; материальное и семейное положение ответчика ФИО3, который имеет в собственности транспортное средство <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, инвалидом не является, трудоспособен, работает в Филиале АО «<данные изъяты> имеет постоянный заработок, согласно справок 2 НДФЛ, общая сумма дохода за <данные изъяты>, и приходит к выводу, что с ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

По мнение судебной коллегии взыскание компенсации морального вреда в указанном размере будет способствовать восстановлению прав истца и соблюдению баланса интересов сторон, не поставит ответчика в трудное материальное положение, исключающее возможность компенсировать истцу моральный вред.

Оснований для удовлетворения иска ФИО5 в требуемом ею размере в сумме 300 000 руб., как о том просит истец в апелляционной жалобе, судебная коллегия не усматривает.

Поэтому апелляционная жалоба истца ФИО1 подлежит удовлетворению частично.

Принимая во внимание, что решение суда судебной коллегией отменено, принято новое решение, судебная коллегия считает необходимым перераспределить судебные расходы.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика ФИО3 подлежит взысканию государственная пошлина в доход муниципального образования «город Курс» в размере 3 000 руб.

Руководствуясь ст. ст.199, 328, 329, п.п.3,4 ч.1 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия

О п р е д е л и л а:

Апелляционную жалобу истца ФИО1 удовлетворить частично.

Решение Промышленного районного суда г. Курска от ДД.ММ.ГГГГ отменить, принять новое решение:

«Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт <данные изъяты>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> компенсацию морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 200 000 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт <данные изъяты>, в доход бюджета муниципального образования «город Курск» государственную пошлину в размере 3 000 руб.».

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и на него может быть подана кассационная жалоба в Первый кассационный суд общей юрисдикции через Промышленный районный суд г. Курска в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 марта 2026 года.

Председательствующий

Судьи