Апелляционное определение № 33-13614/2026 от 19 апреля 2026 г.

<данные изъяты>–13614/2026

Судья: Могильная О.В. 50RS0003–01–2025–001518–03


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 апреля 2026 г. г. Красногорск, Московская область

Судебная коллегия по гражданским делам Московского областного суда в составе:

председательствующего судьи Поляковой Ю.В.,

судей Кобызева В.А., Клубничкиной А.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Денисенко Ю.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело <данные изъяты>–1836/2025 по исковому заявлению ФИО к ФИО о взыскании суммы долга, договорных процентов, процентов за пользование чужими денежными средствами,

по апелляционной жалобе ФИО на решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>,

заслушав доклад судьи Кобызева В.А.,

выслушав объяснения явившихся лиц,

установила:

ФИО обратился в Воскресенский городской суд <данные изъяты> с иском к ФИО о взыскании суммы основного долга в размере 10 000 долларов США, что в рублёвом эквиваленте составляло 980 555 рублей 58 копеек, договорных процентов в размере 437 824 рублей 79 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами (за просрочку возврата займа) в размере 636 830 рублей 05 копеек, расходов по уплате государственной пошлины в размере 35 552 рублей, расходов по оплате услуг представителя в размере 150 000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что <данные изъяты> ФИО передал ФИО денежные средства в размере 120 000 долларов США под 7,5 % годовых, что подтверждается распиской, написанной ответчиком собственноручно, в соответствии с которой <данные изъяты> ответчик получил у истца ФИО денежные средства в размере 120 000 долларов США с обязательством вернуть указанную сумму в неустановленный срок; был подписан акт приёма-передачи денежных средств от <данные изъяты>. По состоянию на дату займа рублёвый эквивалент суммы займа составлял 8 880 000 рублей. <данные изъяты> ФИО вернул 300 000 рублей; <данные изъяты> – 150 000 рублей; <данные изъяты> – 300 000 рублей; <данные изъяты> – 400 000 рублей; <данные изъяты> – 200 000 рублей; <данные изъяты> – 3 000 долларов США, что в рублёвом эквиваленте составило 224 670 рублей; <данные изъяты> – 3 000 долларов США, что составило 224 670 рублей; <данные изъяты> – 1 700 долларов США, что составило 164 472 рубля 57 копеек; <данные изъяты> – 2 300 долларов США, а также 20 000 евро, что в рублёвом эквиваленте составило 222 521 рубль 71 копейку и 164 474 рубля 20 копеек соответственно, то есть в совокупности 2 010 030 рублей.

Истец также указал, что оставшуюся сумму займа в размере 10 000 долларов США ответчик до настоящего времени ФИО не вернул. <данные изъяты> почтой России в адрес ответчика была направлена досудебная претензия с требованием в течение трёх дней с момента её получения перечислить на лицевой счёт ФИО сумму основного долга в размере 10 000 долларов США, эквивалентную на день подачи иска 980 555 рублям 58 копейкам, договорные проценты в размере 437 824 рублей 79 копеек и проценты за пользование денежными средствами в размере 636 830 рублей 05 копеек, а всего 2 055 210 рублей 42 копейки. Претензия была оставлена ответчиком без ответа, долг возвращён не был, проценты не уплачены.

Истец ФИО в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания был извещён; суд определил рассмотреть дело в отсутствие истца с учётом участия в деле его представителя. Представитель истца ФИО в судебном заседании поддержал заявленные требования в полном объёме. Ответчик ФИО в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований. Представитель ответчика адвокат ФИО просил отказать в удовлетворении исковых требований в полном объёме.

Представителем ответчика ФИО было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности, из которого следовало, что долг в размере 10 000 долларов США образовался не позднее <данные изъяты> и был востребован ФИО, а запись «на <данные изъяты> долг ФИО составляет 10 000 долларов США» подтверждает, что кредитору стало известно о неисполненном обязательстве не позднее указанной даты; следовательно, трёхлетний срок исковой давности истёк <данные изъяты>, тогда как исковое заявление подано в суд <данные изъяты>, что, по мнению ответчика, является самостоятельным и безусловным основанием для отказа в иске.

Решением Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> постановлено: исковые требования ФИО к ФИО о взыскании суммы долга, договорных процентов, процентов за пользование чужими денежными средствами удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО в пользу ФИО сумму долга по расписке в размере 10 000 долларов США, что в рублёвом эквиваленте составляет 768 100 рублей, проценты за пользование денежными средствами в размере 417 162 рублей 48 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 26 852 рублей 62 копеек, расходы на оплату услуг представителя в размере 80 000 рублей, а всего взыскать 1 292 115 (один миллион двести девяносто две тысячи сто пятнадцать) рублей 10 копеек.

Во взыскании с ФИО в пользу ФИО суммы долга по расписке в большем размере 212 455 рублей 58 копеек, договорных процентов в размере 437 824 рублей 79 копеек, процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 219 667 рублей 57 копеек, расходов на представителя в размере 70 000 рублей, государственной пошлины в размере 8 699 рублей 38 копеек отказать.

В апелляционной жалобе поставлен вопрос об отмене решения суда как незаконного и необоснованного.

В обоснование жалобы ответчик ФИО указывает, что текст расписки написан не им; в расписках отсутствуют паспортные данные сторон, что, по мнению апеллянта, не позволяет достоверно установить личности участников правоотношений; судом не установлено достоверно, что между сторонами сложились отношения, вытекающие из договора займа; в расписке содержится неопределённое условие «о благоприятном исходе суда и в правоохранительных органах», которое, по утверждению ответчика, не наступило, в связи с чем обязательство по возврату долга не возникло; кроме того, апеллянт настаивает на том, что истцом пропущен срок исковой давности, поскольку неисполненное обязательство было зафиксировано <данные изъяты>, а исковое заявление подано лишь <данные изъяты>.

Истец в судебное заседание суда апелляционной инстанции явился в лице представителя по доверенности, просил апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Ответчик в судебное заседание суда апелляционной инстанции явился лично и в лице представителя по доверенности, просил апелляционную жалобу удовлетворить.

В соответствии с положениями ст. 167 ГПК РФ, ст. 327 ГПК РФ судебное разбирательство в суде апелляционной инстанции проведено в отсутствие не явившихся лиц, извещавшихся о времени и месте судебного заседания.

Судебная коллегия, проверив в соответствии со статьями 327 и 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации законность и обоснованность решения суда первой инстанции, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, исследовав имеющиеся в деле доказательства, пришла к следующим выводам.

В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: 1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; 3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права. Неправильным применением норм материального права являются: 1) неприменение закона, подлежащего применению; 2) применение закона, не подлежащего применению; 3) неправильное истолкование закона.

Указанных обстоятельств, которые могли бы послужить основанием к отмене либо изменению обжалуемого решения суда, при рассмотрении дела не установлено.

Суд первой инстанции при рассмотрении гражданского дела правильно определил юридически значимые обстоятельства, применил подлежащие применению нормы материального права и постановил законное и обоснованное решение, не допустив существенных нарушений норм процессуального права.

Как следует из материалов дела, истцом ФИО в материалы дела были представлены: соглашение от <данные изъяты>, заключённое между ФИО и ФИО, согласно которому ФИО выдавал кредит в размере до 120 000 долларов США; процент за кредит устанавливался в размере 7,5 % годовых с момента погашения кредита с рублёвого эквивалента на момент передачи средств по курсу продажи доллара; возврат основной части кредита производился в рублях по курсу продажи доллара на момент возврата (том 1, л.д. 82); акт приёма-передачи средств по соглашению от <данные изъяты>, по которому ФИО было передано 43 000 долларов США по курсу 65 – 2 795 000 рублей ФИО (том 1, л.д. 83); акт приёма-передачи средств по соглашению от <данные изъяты>, по которому ФИО передано ФИО 40 000 долларов США (том 1, л.д. 84).

Также в материалы дела были представлены рукописные документы о частичном погашении задолженности: <данные изъяты> – 7 170 долларов США; <данные изъяты> – 300 000 рублей; <данные изъяты> – 150 000 рублей (том 1, л.д. 85); <данные изъяты> – 4 500 долларов США; <данные изъяты> – 300 000 рублей; <данные изъяты> – 400 000 рублей; получено (от неизвестного лица) 6 000 долларов США; <данные изъяты> – 200 000 рублей; <данные изъяты> – 3 000 долларов США, остаток составил 43 260 долларов США (том 1, л.д. 86). Далее из представленных документов следует рукописная запись: «из долга вычитаю 35 000 долларов США. Остаток долга 23 045 долларов США; 500 тыс. потраченных лично на квартиру», а также запись «на <данные изъяты> 10 000 долларов США. Долг ФИО составляет 10 000 долларов США, с оговоркой о благополучном исходе суда и правоохранительных органов» (том 1, л.д. 87).

В судебном заседании представитель истца пояснил, что у истца имеется квартира, в которой производился ремонт, заметки делались для себя и в итоге после устных договорённостей стороны пришли к тому, что остаток долга составляет 10 000 долларов США.

Ответчик ФИО отрицал наличие долговых обязательств перед истцом.

В ходе судебного разбирательства по делу была назначена и проведена судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта <данные изъяты>–061 от <данные изъяты> Автономной некоммерческой организации «Центр судебных экспертиз «Правое дело»»: подписи от имени ФИО и рукописные расшифровки его подписи в соглашении от <данные изъяты> (л.д. 82), в актах приёма-передачи средств по соглашению от <данные изъяты> (л.д. 83, 84), а также подпись от его имени в расписке от <данные изъяты> выполнены самим ФИО; подпись от имени ФИО в соглашении от <данные изъяты> (л.д. 82) выполнена самим ФИО, тогда как рукописная запись «ФИО» расшифровки подписи от его имени выполнена иным лицом; подпись от имени ФИО в акте приёма-передачи средств по соглашению от <данные изъяты> (л.д. 83) выполнена самим ФИО, рукописная запись расшифровки подписи «ФИО» – иным лицом; подпись от имени ФИО в акте приёма-передачи (л.д. 84) выполнена самим ФИО, рукописная запись расшифровки «ФИО» – иным лицом; подпись от имени ФИО и рукописная запись «ФИО» расшифровки подписи от его имени в расписке от <данные изъяты> (л.д. 87) выполнены самим ФИО (л.д. 204–234).

Оценивая заключение эксперта, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что данное заключение в полной мере является допустимым и достоверным доказательством, поскольку оно составлено компетентным специалистом, обладающим специальными познаниями, объективно и с достоверными выводами; заключение в полном объёме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, содержит подробное описание произведённых исследований, сделанные выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение материалов, указывает применённые методы исследования и основывается на исходных объективных данных, подкреплённых документами, имеющимися в материалах дела.

Оснований не доверять заключению эксперта у суда первой инстанции не имелось, поскольку эксперт был предупреждён об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ. Каких-либо возражений или доказательств, указывающих на недостоверность указанного заключения, ответчиком представлено не было; ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы ответчик не заявлял.

Результатами судебной экспертизы были опровергнуты доводы ответчика о том, что принадлежность расписки ФИО не доказана. Доводы ответчика о том, что он и истец в заёмных правоотношениях не состояли, а образцы подписей и росчерков могли быть использованы ФИО злонамеренно ввиду давних деловых взаимоотношений, судом первой инстанции были отклонены ввиду их недоказанности.

Таким образом, судом первой инстанции было достоверно установлено наличие долговых обязательств ответчика перед истцом.

Судом первой инстанции установлено, что срок возврата долга по соглашению от <данные изъяты> и расписке от <данные изъяты> сторонами не был установлен.

Поскольку истцом <данные изъяты> было реализовано право на истребование у ответчика всей суммы займа в течение пяти рабочих дней с даты получения претензии, срок исполнения заёмщиком обязательств по возврату основного долга и уплате процентов за пользование займом подлежал исчислению с момента неисполнения должником требования о досрочном возврате всей суммы, то есть с <данные изъяты>. С учётом изложенного суд пришёл к выводу о том, что трёхлетний срок исковой давности истцом не был пропущен.

Оценивая собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришёл к выводу о том, что между сторонами возникли правоотношения из договора займа; поскольку ответчик нарушил свои обязательства, образовалась задолженность; исковые требования обоснованы по праву; наличие задолженности подтверждено всей совокупностью собранных по делу доказательств и не было опровергнуто стороной ответчика на основе доказательств, отвечающих требованиям главы 6 ГПК РФ.

Из представленных истцом доказательств следовало, что сумма долга на <данные изъяты> составляет 10 000 долларов США (л.д. 87), что составляет рублёвый эквивалент на дату вынесения решения – <данные изъяты> – 768 100 рублей.

Размер процентов за пользование чужими средствами за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> на сумму основного долга (768 100 рублей) составил 417 162 рубля 48 копеек.

При разрешении спора судом первой инстанции применены положения ст. ст. 309, 310 ГК РФ, в силу которых обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, а односторонний отказ от их исполнения недопустим.

В соответствии с ч. 1 ст. 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передаёт в собственность другой стороне (заёмщику) деньги или другие вещи, определённые родовыми признаками, а заёмщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

В соответствии со ст. 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключён в письменной форме, если его сумма превышает не менее чем в десять раз установленный законом минимальный размер оплаты труда; в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определённой денежной суммы или определённого количества вещей.

Согласно п. 1 ст. 809 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заёмщика процентов на сумму займа в размерах и в порядке, определённых договором.

В силу п. 1 ст. 810 ГК РФ заёмщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа; в случаях, когда срок возврата договором не установлен или определён моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заёмщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, установив совокупностью письменных доказательств – соглашением от <данные изъяты>, актами приёма-передачи денежных средств, рукописными документами о частичном погашении задолженности и распиской от <данные изъяты> – факт заключения между сторонами договора займа и наличие у ответчика неисполненных долговых обязательств, а также установив, что принадлежность подписей ФИО в указанных документах подтверждена заключением судебной почерковедческой экспертизы, руководствуясь положениями ст. ст. 309, 310, 395, 807, 808, 809, 810 ГК РФ, исходил из того, что долговые обязательства ответчика по соглашению от <данные изъяты> прекратились с наступлением новых долговых обязательств, зафиксированных распиской от <данные изъяты> на сумму 10 000 долларов США, составляющей в рублёвом эквиваленте на дату вынесения решения 768 100 рублей; в связи с чем именно указанная сумма подлежала взысканию в качестве суммы долга, тогда как во взыскании договорных процентов, определённых соглашением от <данные изъяты>, надлежало отказать ввиду прекращения обязательств по названному соглашению.

Отклоняя доводы ответчика о недоказанности заёмных правоотношений, суд первой инстанции правомерно указывал, что ответчиком не было представлено ни одного доказательства, опровергающего факт получения и удержания денежных средств, а утверждения о злонамеренном использовании образцов подписи не подкреплены какими-либо объективными данными.

Суд первой инстанции также правильно учёл, что ответчик не заявлял ходатайств о назначении повторной или дополнительной экспертизы, не оспаривал заключение судебного эксперта по существу и не воспользовался процессуальными правами, предоставленными ему нормами главы 6 ГПК РФ.

Разрешая требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд первой инстанции, установив факт неправомерного удержания ответчиком денежных средств истца и уклонения от их возврата, руководствуясь ст. 395 ГК РФ, взыскал с ответчика проценты за период с <данные изъяты> по <данные изъяты> в размере 417 162 рублей 48 копеек, начислив их на сумму основного долга в рублёвом эквиваленте (768 100 рублей). В удовлетворении требования о взыскании процентов в большем размере суд правомерно отказал, поскольку размер долговых обязательств был достоверно установлен именно из расписки от <данные изъяты>.

С указанными выводами судебная коллегия соглашается, поскольку считает их основанными на правильном применении норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, с учётом установленных обстоятельств.

Выводы суда первой инстанции о наличии между сторонами заёмных правоотношений основаны на надлежащей оценке совокупности доказательств, произведённой по правилам ст. 67 ГПК РФ, и согласуются с разъяснениями, содержащимися в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <данные изъяты><данные изъяты> «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», согласно которым договор считается заключённым, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора; в силу п. 1 ст. 807 ГК РФ договор займа является реальным и считается заключённым с момента передачи денег или других вещей.

В части определения момента начала течения срока исковой давности выводы суда первой инстанции в полной мере согласуются с положениями п. 2 ст. 200 ГК РФ.

Поскольку соглашением от <данные изъяты> и распиской от <данные изъяты> срок возврата займа сторонами не был установлен, то есть обязательство являлось обязательством с моментом востребования, течение срока исковой давности не могло начаться ранее предъявления займодавцем соответствующего требования.

Направленная истцом <данные изъяты> претензия с установленным пятидневным сроком для исполнения обязательства влечёт исчисление срока исковой давности не ранее <данные изъяты>, в связи с чем иск, поданный <данные изъяты>, заявлен в пределах трёхлетнего срока исковой давности.

Довод жалобы о том, что текст расписки написан не ответчиком, является несостоятельным, поскольку данное обстоятельство само по себе не может свидетельствовать о недействительности документа или об отсутствии долгового обязательства.

Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы <данные изъяты>–061 от <данные изъяты>, которое принято судом первой инстанции в качестве допустимого и достоверного доказательства, подписи от имени ФИО в соглашении от <данные изъяты>, в актах приёма-передачи денежных средств, а также в расписке от <данные изъяты> выполнены непосредственно самим ФИО. Факт выполнения рукописных расшифровок подписи ответчика иным лицом при доказанности принадлежности самих подписей ФИО не опровергает действительность оспариваемых документов.

При этом ответчиком не было представлено каких-либо доказательств того, что текст расписки был дописан или сформирован после того, как ответчик проставил на документах свою подпись; бремя доказывания данного обстоятельства в силу ст. 56 ГПК РФ лежало именно на ответчике.

Судебная коллегия не может согласиться с указанными доводами апеллянта, поскольку они основаны на неверном толковании норм процессуального права, регулирующих распределение бремени доказывания, и фактически направлены на опровержение вступившего в законную силу заключения судебной экспертизы, которое ответчик в ходе рассмотрения дела судом первой инстанции надлежащим образом не оспорил.

Ссылка в жалобе на отсутствие в расписках паспортных данных сторон не может быть принята во внимание, поскольку действующее гражданское законодательство не устанавливает требования об обязательном указании паспортных данных в расписке заёмщика.

В соответствии со ст. 808 ГК РФ в подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заёмщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определённой денежной суммы, при этом законом не предъявляются формальные требования к реквизитному составу такой расписки, выходящие за пределы фиксации факта передачи денежных средств.

Личность сторон документа в рассматриваемом случае установлена судом на основании совокупности имеющихся в деле доказательств, в том числе заключения судебного эксперта, подтвердившего принадлежность подписей конкретным лицам.

Довод жалобы о том, что судом не установлено достоверно, что между сторонами сложились отношения, вытекающие из договора займа, является несостоятельным, поскольку прямо опровергается совокупностью письменных доказательств, исследованных судом первой инстанции: соглашением от <данные изъяты> с указанием суммы займа и процентной ставки, актами приёма-передачи денежных средств, рукописными документами о частичном погашении задолженности, которые в своей системной взаимосвязи с очевидностью свидетельствуют о систематическом исполнении сторонами именно заёмного обязательства.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о том, что содержащаяся в расписке оговорка «с оговоркой о благополучном исходе суда и правоохранительных органов» является неисполненным отлагательным условием, влекущим отсутствие обязанности по возврату долга, судебная коллегия не может согласиться с указанными доводами апеллянта.

Из буквального содержания записи от <данные изъяты> (ст. 431 ГК РФ) следует, что сумма долга зафиксирована как существующее, наличное обязательство («Долг ФИО составляет 10 000 долларов США»), причём само это утверждение сформулировано в форме настоящего времени и констатирует уже сложившийся факт, а не условие возникновения обязательства в будущем.

В соответствии с п. 2 ст. 420 ГК РФ к договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 ГК РФ, если иное не установлено ГК РФ.

Согласно п. 1 ст. 157 ГК РФ сделка считается совершенной под отлагательным условием, если стороны поставили возникновение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит.

Из разъяснений, данных в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты><данные изъяты> «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что гражданским законодательством не запрещено заключение сделки под отлагательным условием, наступление которого зависит в том числе и от поведения стороны сделки.

Например, заключение договора поставки под отлагательным условием о предоставлении банковской гарантии, обеспечивающей исполнение обязательств покупателя по оплате товара; заключение договора аренды вновь построенного здания под отлагательным условием о регистрации на него права собственности арендодателя.

В частности, в п. 27 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации <данные изъяты> (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ <данные изъяты>, отмечается, что по общему правилу условие о наступлении срока исполнения обязанности по оплате встречного предоставления с момента наступления обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет, является действительным.

При этом указанный момент считается наступившим по истечении разумного срока, в который данное обстоятельство должно было наступить, если иной срок не установлен законом, иным правовым актом или договором.

По смыслу пункта 2 статьи 314 ГК РФ в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условий, позволяющих определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, должник вправе при непредъявлении кредитором в разумный срок требования об исполнении такого обязательства предложить кредитору принять исполнение, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не явствует из обычаев либо существа обязательства.

В связи с этим в ситуации, когда возврат займа поставлен в зависимость от каких-то обстоятельств, но такие обстоятельства не наступают, кредитор по истечении такого срока получает право предъявить к заемщику требования, связанные с возвратом займа.

Иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с постановленным по делу решением суда и не содержат оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Таким образом, не имеется оснований, установленных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда по заявленным доводам.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Воскресенского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> – оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО – без удовлетворения.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено <данные изъяты>

<данные изъяты>–13614/2026

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>