Апелляционное определение № 33-3-8240/2025 от 2 декабря 2025 г.

УИД № 26RS0035-01-2025-003144-43

дело № 2-1928/2025

Судья Миронюк В.В. дело № 33-3-8240/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Ставрополь 03 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ставропольского краевого суда в составе председательствующего Берко А.В.,

судей Филатовой В.В., Николаенко А.В.,

при секретаре судебного заседания Фатневой Т.Е.,

с участием представителя ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» – ФИО1 по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе истца ФИО2 на решение Шпаковского районного суда Ставропольского края от 23 июля 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО2 к ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала в Шпаковском районе о взыскании компенсации морального вреда,

заслушав доклад судьи Берко А.В.,

УСТАНОВИЛА:

ФИО2 обратилась в суд с вышеуказанным иском, мотивируя его тем, что в силу положений семейного законодательства о совместно нажитом имуществе супругов она является сособственником жилого дома по адресу: <адрес>, <адрес>, право собственности на которое зарегистрировано за ее супругом ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ (то есть в период их зарегистрированного брака).

Отмечает, что в вышеуказанном жилом помещении было произведено неправомерное приостановление подачи газа со стороны ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала в Шпаковском районе, обстоятельства чего были установлены вступившим в законную силу решением суда.

Указывает, что истец ФИО2 стоит на учете у кардиолога, страдает гипертонической болезнью, переживания и нервное потрясение противопоказано ей категорически, однако приостановление коммунальной услуги «газоснабжение» в жилой дом повлекло отсутствие возможности приготовления горячей пищи для лица пенсионного возраста, имеющего хронические заболевания, невозможность подогрева воды, необходимой для использования в личных целях, что причинило истцу физические и нравственные страдания, которые выразились в переживании относительно причин приостановления подачи газа, в то время как какая-либо задолженность отсутствовала, а предварительного уведомления о предстоящем приостановлении газа не поступало.

Учитывая изложенное, истец ФИО2 просила суд взыскать с ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала в Шпаковском районе компенсацию морального вреда в размере 20000 рублей, штраф в размере 10000 рублей (л.д. 4-6).

Решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 23 июля 2025 года в удовлетворении исковых требований было отказано в полном объеме (л.д. 62-65).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней истец ФИО2 с вынесенным решением суда не согласна, считает его незаконным и необоснованным, поскольку судом первой инстанции неправильно определены юридически значимые обстоятельства дела, неправильно применены нормы материального права, подлежащие применению. Указывает, что истец ФИО2 является супругой собственника жилого помещения по адресу: <адрес>, <адрес>, а, следовательно, в силу положений семейного законодательства указанное имущество принадлежит ей на праве общей собственности как совместно нажитое имущество супругов. Отмечает, что, несмотря на регистрацию в <адрес>, истец ФИО2 фактически проживает в <адрес> вместе с супругом и является абонентом коммунальных услуг, поставляемых в указанное жилое помещение, в связи с чем неправомерное приостановление подачи газа в домовладение причинило ей неудобство и существенно нарушило ее права как сособственника и как потребителя. Просит обжалуемое решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме (л.д. 76-78).

В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала в Шпаковском районе – Киви А.Э. по доверенности с доводами жалобы не согласен, считает их незаконными и необоснованными, поскольку жилое помещение по адресу: <адрес>, <адрес>, принадлежит на праве собственности только ФИО3, в котором он проживает один, а факт проживания истца ФИО2 в указанном домовладении ничем не подтвержден, в связи с чем просит обжалуемое решение суда оставить без изменения, а жалобу – без удовлетворения (л.д. 87-88).

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений на них, заслушав пояснения представителя ответчика ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» – ФИО1 по доверенности, возражавшую против доводов жалобы и просившую в их удовлетворении отказать, проверив законность и обоснованность обжалованного судебного решения в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Суд апелляционной инстанции оценивает имеющиеся в деле, а также дополнительно представленные доказательства.

Основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в апелляционном порядке являются несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; существенные нарушения норм процессуального права и неправильное применение норм материального права (ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Таких нарушений судом первой инстанции допущено не было.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст.ст. 55, 59-61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

В соответствии с ч. 1 ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации, регламентируя судебный процесс, наряду с правами его участников предполагает наличие у них определенных обязанностей, в том числе обязанности добросовестно пользоваться своими правами (ст. 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При этом, реализация права на судебную защиту одних участников процесса не должна ставиться в зависимость от исполнения либо неисполнения своих прав и обязанностей другими участниками процесса.

На основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В соответствии со ст. 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несёт бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не установлено законом или договором.

Из ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

На основании ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

На основании ч. 2 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Детальное регулирование компенсации морального вреда предусмотрено ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме, ее размер определяется в зависимости от характера причиненных страданий, степени вины причинителя вреда, с учетом требований разумности и справедливости.

В соответствии со ст. 15 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда.

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда – должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из материалов дела следует, что с ДД.ММ.ГГГГ жилое помещение по адресу: <адрес>, <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО3, который состоит с истцом ФИО2 в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 27, 28).

Решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 26 августа 2024 года по делу № 2-2383/2024, вступившим в законную силу, исковые требования ФИО3 к ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» о защите прав потребителя были удовлетворены частично, а именно решено:

1) Признать незаконными действия ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в Шпаковском районе по приостановлению ДД.ММ.ГГГГ газоснабжения жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>,

2) Взыскать с ООО «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в лице филиала «Газпром межрегионгаз Ставрополь» в Шпаковском районе в пользу ФИО3 убытки, понесенные для восстановления газоснабжения, в размере 5317,72 рублей, компенсацию морального вреда в размере 3000 рублей, штраф в размере 4158,86 рублей, почтовые расходы в размере 155 рублей (л.д. 10-25).

В исковом заявлении истец ФИО2 утверждает, что, несмотря на то, что с ДД.ММ.ГГГГ она зарегистрирована по адресу: <адрес> (л.д. 26), однако в действительности она фактически проживает в домовладении по адресу: <адрес>, <адрес>.

Полагая, что факт неправомерного приостановление подачи газа в жилой дом повлекло нарушение прав истца ФИО2 как сособственника данного жилого помещения и как потребителя коммунальной услуги, что причинило ей физические и нравственные страдания, в связи с чем она обратилась в суд с настоящим исковым заявлением.

В период разбирательства по делу в суде первой инстанции было установлено, что согласно справке Отдела МВД России «Шпаковский» № от ДД.ММ.ГГГГ, заявления ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, справки Михайловского территориального отдела администрации Шпаковского МО № от ДД.ММ.ГГГГ, справки Михайловского территориального отдела администрации Шпаковского муниципального округа Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ №, в домовладении по адресу: <адрес>, <адрес>, проживает один человек – ФИО3 (л.д. 39-43).

Разрешая заявленные требования по существу, суд первой инстанции, руководствуясь вышеперечисленными положениями действующего законодательства, оценив представленные в деле доказательства по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что в материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства фактического проживания истца ФИО2 в жилом помещении на момент приостановления подачи газа (в то время как она зарегистрирована по иному адресу), она не является собственником указанного жилого помещения и стороной договора поставки газа в жилой дом, в связи с чем пришел к выводу о незаконности исковых требований и необходимости отказать в их удовлетворении.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда первой инстанции, считает их законными и обоснованными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и отвечающими требованиям действующего законодательства.

Основными задачами гражданского судопроизводства, сформулированными в ст. 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В соответствии с ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

На основании ч. 2 ст. 45 Конституции Российской Федерации каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.

Вместе с тем, из права каждого на судебную защиту его прав и свобод, как оно сформулировано в Конституции Российской Федерации, не следует возможность выбора гражданином по своему усмотрению любых способов и процедур судебной защиты, а также способов доказывания тех или иных обстоятельств, особенности которых применительно к отдельным видам судопроизводства и категориям дел определяются, исходя из Конституции Российской Федерации и федеральных законов.

В соответствии со ст.ст. 8, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Согласно положениям ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора (ч. 2).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (ч. 3).

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (ч. 4).

В ст. 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены способы защиты гражданских прав, необходимым условием применения которых является обеспечение восстановление нарушенного или оспариваемого права в случае удовлетворения исковых требований.

В силу ч. 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основании состязательности и равноправия сторон.

Из существа положений ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что гражданское законодательство среди основных начал предусматривает обеспечение восстановления нарушенных прав с использованием для этого предусмотренных ст. 12 данного Кодекса различных способов защиты, в качестве одного из которых выступает возможность стороны, неимущественные права которой нарушены, требовать компенсации морального вреда.

Согласно положениям ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред подлежит денежной компенсации при условии, что он явился результатом действий, нарушающих личные неимущественные права либо посягающих на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом.

В п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно:

- физических или нравственных страданий потерпевшего;

- неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда;

- причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом;

- вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Потерпевший – истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Из положений п. 28 вышеуказанного Постановления следует, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Пересматривая обжалуемое решение суда в апелляционном порядке, судебная коллегия полагает, что при рассмотрении заявленных исковых требований по существу суд первой инстанции в полном объеме установил фактические обстоятельства дела, надлежащим образом исследовал представленные в деле доказательства, которым была дана верная правовая оценка.

Так, представленными в материалах дела доказательствами достоверно подтверждается, что жилое помещение по адресу: <адрес>, принадлежит на праве собственности ФИО3

В условиях состязательности судебного процесса и равноправия сторон, в нарушение положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ни в суд первой инстанции, ни в суд апелляционной инстанции не представлено надлежащих доказательств того, что истец ФИО2 также является правообладателем указанного объекта недвижимости в силу семейного законодательства (так как с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время она состоит в зарегистрированном браке в зарегистрированном браке с ФИО3, право собственности которого на спорное домовладение было зарегистрировано в период брака (ДД.ММ.ГГГГ)).

В свою очередь, судебная коллегия отмечает, что по общему правилу на объект недвижимости, поступивший в собственность одного из супругов в период брака, распространяется режим совместной собственности супругов, однако фактические обстоятельства поступления в собственность ФИО3 спорного жилого помещения по адресу: <адрес> (в порядке наследования, или передачи в дар, или на основании возмездной сделки, или другое), предметом настоящего гражданского дела не являются, в рамках иного судебного разбирательства не устанавливались, а, следовательно, на данном этапе судебного разбирательства отсутствуют безусловные основания для применения положений ст.ст. 33, 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации.

Доводы апелляционной жалобы об обратном судебная коллегия признает несостоятельными и отвергает как основанные на неверном установлении фактических обстоятельств дела и ошибочном толковании норм действующего законодательства.

Также судом первой инстанции правомерно принято во внимание, что истцом ФИО2 не представлено доказательств того, что в период неправомерного приостановления газоснабжения в домовладении по адресу: <адрес>, <адрес>, она фактически проживала в данном жилом помещении вместе с супругом ФИО3, в то время как с ДД.ММ.ГГГГ она зарегистрирована по иному месту жительства – по адресу: <адрес>.

Аналогичные доказательства также не представлены в период апелляционного разбирательства по делу, а, следовательно, доводы апелляционной жалобы в указанной части судебная коллегия отклоняет как не подтвержденные надлежащими доказательствами по делу.

Анализируя вышеизложенное, несмотря на то, что факт неправомерности действий ответчика ООО «Газпром Межрегионгаз Ставрополь» филиал в Шпаковском районе, выразившихся в приостановлении подачи газа в жилое помещение по адресу: <адрес>, <адрес>, без предварительного уведомления, установлен вступившим в законную силу решением Шпаковского районного суда Ставропольского края от 26 августа 2024 года по делу № 2-2383/2024, однако по причине отсутствия доказательств фактического проживания истца ФИО2 в указанный период суд первой инстанции правомерно не усмотрел нарушения ее прав как потребителя коммунальной услуги, в связи с чем пришел к обоснованному выводу о незаконности исковых требований и необходимости отказать в их удовлетворении.

Таким образом, законность и обоснованность решения суда первой инстанции проверены судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы в силу положений ч. 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Каких-либо нарушений норм процессуального права, являющихся в силу ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого решения, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что выводы суда основаны на всестороннем, полном и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка которым дана судом по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и соответствует нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения.

Следовательно, постановленное по настоящему гражданскому делу решение Шпаковского районного суда Ставропольского края от 23 июля 2025 года является законным и обоснованным.

Доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене или изменению решения суда не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, и к выражению несогласия с действиями суда, связанными с установлением фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, и оценкой представленных по делу доказательств.

В п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19.12.2003 года «О судебном решении» предусмотрено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению.

Решение постановлено судом при правильном применении норм материального права с соблюдением требований гражданского процессуального законодательства. Оснований для отмены или изменения решения суда, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, по доводам апелляционной жалобы не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Шпаковского районного суда Ставропольского края от 23 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу истца ФИО2 оставить без удовлетворения.

Настоящее апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции в срок, не превышающий трех месяцев со дня его вступления в законную силу.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 10 декабря 2025 года.

Председательствующий:

Судьи: