Приговор № 1-187/2019 1-3/2020 от 5 февраля 2020 г. по делу № 1-187/2019

Дело № 1-3/2020


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Тейково Ивановской области 6 февраля 2020 года

Тейковский районный суд Ивановской области в составе

председательствующего судьи Кочеткова С.С. с участием:

государственных обвинителей Тейковской межрайонной прокуратуры Нечаева А.К., Водопьянова К.И., Криницына Н.О., Гулиева В.Г. оглы,

подсудимого ФИО1,

его защитника - адвоката адвокатского кабинета ФИО2, предъявившего удостоверение адвоката №, и представившего ордер № от ДД.ММ.ГГГГ,

при секретере ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО1, - ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, русского, гражданина РФ, имеющего высшее образование, разведённого, имеющего на иждивении 3 малолетних детей, официально не трудоустроенного, военнообязанного, не судимого,

в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 ст. 228.1 ч. 4 п. «г» УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, при этом преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам.

В период с ноября 2017 года до 11 января 2018 года, в неустановленном месте при неустановленных обстоятельствах ФИО1 в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и неустановленное лицо, зарегистрированное в интернет-магазине «StaffStore» под учётной записью «@<данные изъяты>» («<данные изъяты>») в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» из личной корыстной заинтересованности, с целью незаконного обогащения от незаконного сбыта наркотических средств, вступили между собой в преступный сговор, направленный на незаконный сбыт наркотических средств неопределённому кругу лиц.

В соответствии со схемой функционирования группы и распределением ролей внутри неё, неустановленное лицо, зарегистрированное в интернет-магазине «StaffStore» под учётной записью «@<данные изъяты>» («<данные изъяты>») в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» осуществляло руководство, планирование и координацию деятельности ФИО1, связанной с незаконным приобретением и хранением, с целью последующего незаконного сбыта и непосредственно сбытом наркотических средств; в целях конспирации при незаконном сбыте наркотических средств определило метод сбыта бесконтактным способом, посредством «закладок», а именно помещения наркотических средств в тайники; организовывало розничный сбыт имеющегося у группы наркотического средства; поддерживало постоянную связь с неустановленными лицами, обеспечивающими поставку наркотических средств для нужд группы в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В свою очередь, ФИО1, имея корыстную цель получения денежных средств, действуя согласно отведённой ему роли при совершении преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») получал указания от неустановленного лица, зарегистрированного в интернет-магазине «StaffStore» под учётной записью «@<данные изъяты>»(«<данные изъяты>»), связанные с незаконными приобретением и хранением с целью последующего незаконного сбыта и сбытом наркотических средств; осуществлял непосредственные приобретение, хранение и сбыт наркотических средств бесконтактным способом путём организации «закладок», в которые помещал наркотические средства с целью их дальнейшего незаконного сбыта неопределённому кругу лиц; осуществлял фотофиксацию мест «закладок» с необходимой последующей отправкой фотографических снимков с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») неустановленному лицу под учётной записью «@<данные изъяты>» (<данные изъяты>»); поддерживал постоянную связь с указанным лицом в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

Реализуя преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, действуя согласно разработанной схеме, в соответствии с распределёнными ролями, неустановленное лицо, зарегистрированное в интернет-магазине «StaffStore» под учётной записью «@<данные изъяты>» («<данные изъяты>») в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в период с 11 января 2018 года до 15 часов 30 минут 17 января 2018 года, в целях последующего незаконного сбыта осуществило незаконное приобретение для нужд ФИО1 у неустановленного лица при неустановленных обстоятельствах вещества, содержащего в своём составе наркотическое средство 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, которое является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 52,52 г, что является крупным размером, которое поместило в тайник, оборудованный у <адрес> (точное место не установлено), о чём в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в указанный выше период времени сообщило ФИО1

ФИО1, действуя в соответствии с указаниями указанного неустановленного лица, в целях незаконного сбыта наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, в период с 11 января 2018 года до 15 часов 30 минут 17 января 2018 года изъял из данного тайника свёрток, в котором находилось наркотическое средство 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, которое является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 52,52 г, что является крупным размером.

В продолжение реализации своего преступного умысла, направленного на незаконный сбыт наркотических средств с использованием информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, ФИО1, после того, как забрал указанный выше свёрток с наркотическим средством из места его хранения, действуя согласованно с указанным выше неустановленным лицом, в период с 11 января 2018 года до 15 часов 30 минут 17 января 2018 года с целью незаконного сбыта неопределённому кругу лиц на территории <адрес> поместил наркотическое средство 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, которое является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 52,52 г, расфасованное в 17 свёртков из полимерной липкой ленты синего и чёрного цветов с находящимися в них во фрагментах фольги пакетами из неокрашенного полимерного материала с фиксирующими застежками в 17 тайников, оборудованных по следующим адресам:

под доской, на земле, при входе в подъезд <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,14 г, что является крупным размером;

на земле, за доской, приставленной к гаражу, расположенному напротив <адрес>, - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,11 г, что является крупным размером;

в стволе дерева, расположенного на расстоянии 20 м от <адрес>, - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,12 г, что является крупным размером;

под дверью, лежащей на земле сбоку гаража, расположенного у <адрес>, на расстоянии 20 см от левого верхнего угла двери - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,07 г, что является крупным размером;

под сколом цементного покрытия с правого угла <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,11 г, что является крупным размером;

в снегу, у 2 фрагментов железобетонной конструкции у дерева, расположенного на расстоянии 6 м от <адрес>, - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,18 г, что является крупным размером;

под кирпичом верхней кладки фундамента дома, с левого угла по фасаду <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,15 г, что является крупным размером;

на расстоянии 100 м от <адрес>, в 1 м от края проезжей части, за пнём дерева - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,14 г, что является крупным размером;

на расстоянии 40 см от угла забора, в покрышке колеса у <адрес><адрес><адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,12 г., что является крупным размером;

на расстоянии 20 м от <адрес><адрес><адрес>, в прогоне справа, у забора около дерева <адрес><адрес><адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, общей массой 3,11 г, что является крупным размером;

в 20 м от калитки <адрес>, под деревом слева, на поверхности грунта - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,07 г, что является крупным размером;

в 30 м от <адрес>, на краю обочины, в бревне - вышеуказанное наркотическое средство, массой 2,98 г, что является крупным размером;

с правой стороны деревянного настила, перед входом в калитку <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 2,81 г., что является крупным размером;

с правого угла забора <адрес> по <адрес>, на земле, у вкопанной металлической трубы - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,11 г, что является крупным размером;

под деревянным пандусом с левой стороны гаража расположенного у <адрес>, - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,09 г, что является крупным размером;

под корой дерева, у <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,09 г, что является крупным размером;

под деревом, на земле, на расстоянии 40 см от забора <адрес> - вышеуказанное наркотическое средство, массой 3,12 г, что является крупным размером.

17 января 2018 года в 15 часов 30 минут у <адрес><адрес> в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий ФИО1 был задержан сотрудниками УНК УМВД РФ по Ивановской области.

18 января 2018 года в период с 00 часов 05 минут до 16 часов 15 минут все вышеуказанные свёртки с наркотическим средством 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, которое является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, заложенные ФИО1 по указанным выше адресам были изъяты сотрудниками МО МВД РФ «Тейковский» в ходе осмотров места происшествия, вследствие чего незаконный сбыт указанного наркотического средства общей массой 52,52 г, не был доведен до конца по независящим от ФИО1 и неустановленного лица, зарегистрированного в интернет-магазине «StaffStore» под учётной записью «@<данные изъяты>» («<данные изъяты>») в программе обмена сообщениями «Shelter» («Shelter IM») в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» обстоятельствам.

Согласно ст. 2 Федерального закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» на территории РФ запрещён оборот наркотических средств, включенных в Список I перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ.

Согласно Перечню наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в РФ, утверждённому Постановлением Правительства РФ № 681 от 30 июня 1998 года (в действующей редакции с изменениями и дополнениями) 3-(2,2,3,3- тетраметилциклопропанкарбонил)индол и его производные относятся к наркотическим средствам, оборот которых на территории РФ запрещён.

В соответствии с Примечанием 2 к ст. 228 УК РФ значительный, крупный и особо крупный размеры наркотических средств и психотропных веществ для целей настоящей статьи, а также для целей ст.ст. 228.1, 229 и 229.1 УК РФ утверждаются Правительством РФ.

Согласно Постановлению Правительства РФ от 1 октября 2012 года № 1002 «Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей ст.ст. 228, 228.1, 229 и 229.1 УК РФ» (в действующей редакции с внесенными изменениями и дополнениями), значительным размером для наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол и его производных, за исключением производных, включенных в качестве самостоятельных позиций в перечень, признается его масса свыше 0,05 г, крупным размером признается его масса свыше 0,25 г, особо крупным размером признается его масса свыше 500 г.

Совершив покушение на незаконный сбыт наркотических средств, с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») группой лиц по предварительному сговору в крупном размере, ФИО1 нарушил ст. 2 Федерального закона от 8 января 1998 года № 3-ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах» (в действующей редакции с изменениями и дополнениями).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал и показал, что в ноябре 2017 года после ссоры с женой на улице познакомился с мужчиной по имени ФИО44, с которым употребил спиртное. Затем ФИО45 отвёз его домой. В декабре 2017 года он вновь встретил ФИО46, вновь употребил с ним спиртное. ФИО47 предложил ему употребить наркотик («соль»), однако он отказался. 6-7 января 2018 года, после увольнения из Вооружённых сил РФ он вновь встретил ФИО48 и в разговоре с ним согласился употребить наркотик. ФИО49 написал ему на бумажке адрес в <адрес>, где находится наркотик - у гаражей на <адрес>. 17 января 2018 года на автомобиле ВАЗ-2107, государственный регистрационный знак №, он поехал в <адрес> в 98 дивизию ВДВ для трудоустройства. Решив все вопросы с трудоустройством, он направился за наркотиком по указанному выше адресу. Когда он забрал свёрток из места, указанного ФИО51, к нему подъехал автомобиль, из которого выбежало 2 человека. Он, поняв, что ФИО50 его подставил, выбросил наркотик в сугроб, но сотрудники полиции сбили его с ног, повалили за землю и надели на него наручники. Один из них стал спрашивать, где у него телефон и наркотик, который он подобрал. Он сказал, что при нём наркотиков нет, а его телефон находится в автомобиле. Сотрудники полиции стали искать наркотик в снегу, но ничего не нашли. Двое из находившихся с ним лиц в масках, при этом постоянно били его по голове. Затем он почувствовал, как в задний карман джинсов и в правый карман куртки ему что-то подложили и сказали, чтобы при понятых он молчал. ФИО6 №7 пошёл осматривать его автомобиль, принёс из него его мобильный телефон «Nokia» и документы, которые положил к нему в одежду. Затем они около 40-45 минут искали понятых, потом в подъезде указанного выше дома провели его личный досмотр и изъяли у него мобильный телефон «Samsung» и свёрток. Он просил развернуть свёрток, но ему отказали. По окончании досмотра был составлен протокол, в котором он и понятые расписались. Затем его доставили в УНК УМВД РФ по <адрес>, где в одном из кабинетов на первом этаже пристегнули наручниками к батарее. Там от него стали требовать подписать необходимые бумаги. Он отказался и потребовал адвоката. Один стоявших сзади него в кабинете сотрудников полиции ударил его книгой по голове. Затем его отвели в другой кабинет, где заставили пить воду, били бутылкой с водой по голове, угрожали тем, что привлекут к ответственности его жену. После того, как он выпил половину полуторалитровой бутылки воды, ФИО6 №8 стал применять к нему электрошокер, чтобы он обмочился, а ФИО6 №7 вылил ему на руку горячее масло. Затем они стали угрожать ему тем, что «тронут» его жену, если он не подпишет, что им нужно. Он согласился на их требования. ФИО6 №7 сделал фотографии с экрана мобильного телефона «Samsung», распечатал их, после чего в 23 часа 20 минут они поехали в г. Тейково. По дороге ему пообещали, что после всех мероприятий его отпустят. В г. Тейково ему сказали, что необходимо поехать и сфотографироваться в определённых местах в капюшоне, после чего его отпустят. Он, испугавшись ранее высказанных ими угроз в отношении жены, согласился и вместе с сотрудниками полиции г. Тейково поехал по различным адресам, где в присутствии понятых его сфотографировали в капюшоне в определённых местах, как он по требованию сотрудников полиции указывал на неизвестные ему свёртки. Затем его задержали, а 20 января 2018 года избрали меру пресечения в виде заключения под стражу. Когда он находился в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по <адрес> сотрудник полиции ФИО52, сказал, что в деле допущено много ошибок и попросил подписать какие-то документы, на что он ему ответил, что без адвоката ничего подписывать не будет. Затем к нему приезжали ФИО6 №7 и ФИО6 №8, спрашивали его, почему он пригласил адвоката ФИО24, угрожали подкинуть его жене наркотики, если он не будет говорить так, как нужно. Там же он подписал заявление, в котором согласился добровольно сотрудничать с правоохранительными органами по изобличению лиц, связанных с незаконным оборотом наркотических средств.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ оглашены показания ФИО1, данные в качестве подозреваемого 18 января 2018 года и обвиняемого 20 января 2018 года (т. 7, л.д. 8-14, 18-20), а также показания, данные им в качестве обвиняемого 7 июня 2019 года (т. 7, л.д. 122-124).

Будучи допрошенным в качестве подозреваемого 18 января 2018 года (т. 7, л.д. 8-14), ФИО1 показал, что в конце ноября 2017 года ему в мессенджере «Telegramm» пришло сообщение с неизвестного аккаунта с предложением работать закладчиком наркотических средств. Он должен был по указанию данного лица раскладывать пакетики с наркотиками, а адреса их местонахождения в мессенджере «Shelter IM» сообщать указанному лицу под логином «@<данные изъяты>». За каждую закладку ему обещали заплатить до 300 рублей. Для начала работы через Qiwi-кошелек он перечислил 3700 рублей в качестве залога и гарантии того, что с ним будут сотрудничать. С конца ноября 2017 года ему в приложении «Shelter IM» от лица под именем «@<данные изъяты>» приходили адреса тайников, где он забирал расфасованные по пакетикам наркотики и раскладывал их в <адрес> и в <адрес>, а места с закладками сообщал этому лицу в приложении «Shelter IM». 11 января 2018 года, примерно в 13 часов 00 минут, ему от лица под именем «@<данные изъяты>» пришёл адрес места, где можно было забрать наркотическое средство для его последующей раскладки, - г. <адрес>. В тот же день около 14 часов 30 минут он в указанном месте забрал пакет с 30 свёртками с наркотическими средствами (15 свёртков черного цвета и 15 свёртков синего цвета). 12 января 2018 года он сделал 14 закладок наркотических средств на <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>. 13 января 2018 года в период с 9 часов 30 минут до 15 часов 30 минут он сделал ещё 29 закладок на <адрес>, у д. №<адрес> по <адрес>, у <адрес>, у <адрес>, в <адрес> у <адрес> у <адрес> у <адрес>, у д<адрес> по <адрес>, у <адрес>, у д. №№ <адрес> по <адрес>, в <адрес> у д. <адрес>. Затем в приложении «Shelter IM» он разослал указания на места, где произвёл закладки с наркотическим средством, лицу под логином «@<данные изъяты>». За каждую закладку он должен был получить по 300 рублей. 17 января 2018 года около 15 часов 00 минут он поехал в <адрес>, чтобы забрать очередную большую партию закладок с наркотическими средствами для их реализации на территории <адрес>. Когда у <адрес><адрес> он забрал указанную закладку, был задержан сотрудниками полиции. При личном досмотре у него был изъят его мобильный телефон и указанная закладка. Он добровольно показал сотрудникам полиции все адреса, где разложил закладки 12-13 января 2018 года. Они сделали скриншоты с его телефона, после того, как он показал им графический ключ на его телефоне и пароль в мессенджере «Shelter IM».

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 20 января 2018 года (т. 7, л.д. 18-20), ФИО1 подтвердил ранее данные показания и показал, что 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 10 минут, он совершил сбыт наркотического средства «спайс» весом 3,14 г, который заложил в подъезде <адрес> под одной из досок. Данное наркотическое средство он приобрёл 11 января 2018 года в условном месте по адресу: <адрес> для его последующего сбыта. Его он перевёз в <адрес> и впоследствии добровольно показал сотрудникам полиции место, где совершил его закладку. Также он указал на места сбыта им наркотических средств в период с 12 по 13 января 2018 года.

Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 7 июня 2019 года (т. 7, л.д. 122-124), ФИО1 показал, что мужской и женский голоса на мобильном телефоне марки «Samsung» - это голоса его и его жены ФИО6 №25

После оглашения данных показаний подсудимый ФИО1 не подтвердил их, пояснив, что первоначальные показания он давал под давлением сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес> при описанных им в суде обстоятельствах, о чём в протоколе допроса от 18 января 2018 года сделал запись, что эти показания он давал в стрессе и его к ним принуждали. Показаний, содержащихся в протоколе допроса от 20 января 2018 года, он не давал, а подписал протокол, не читая. При допросе 7 июня 2019 года ему следователем демонстрировались имевшиеся в мобильном телефоне «Samsung» аудиозаписи его голоса и голоса его жены, касающиеся интимных сторон его жизни, не имеющие отношения к делу. Голоса же, описывающие местонахождение закладок с наркотическими средствами, имеющиеся в указанном телефоне, ему и его жене ФИО1 не принадлежат.

ФИО6 ФИО6 №3 - заместитель начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> в судебном заседании показал, что 14 января 2018 года сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> был задержан ФИО12, который делал закладки крупных партий наркотических средств для распространителей. Он переписывался в программе «Shelter IM» с оператором магазина «StaffStore» под никнеймом «@<данные изъяты>». ФИО12 дал добровольное согласие на сотрудничество с правоохранительными органами в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» на изобличение других лиц, вовлечённых в распространение наркотических средств на территории <адрес>. После получения от него указанного согласия, ими был использован мобильный телефон ФИО12 и 16 января 2018 года им от лица под никнеймом «@<данные изъяты>» поступило указание сделать 5 закладок крупных партий с наркотическими средствами в г. ФИО6 №9. Им и ФИО6 №4 был организован оперативный эксперимент. Они выбрали в г. ФИО6 №9 места, где будут сделаны муляжи этих закладок, заполненные пищевой солью. 17 января 2018 года ими были сделаны муляжи закладок на <адрес> г. ФИО6 №9 и впоследствии было организовано наблюдение за данными местами. В каждом месте, где ими были заложены муляжи с наркотическими средствами, кроме <адрес> г. ФИО6 №9 были задержаны лица, причастные к незаконному обороту наркотиков, среди которых был ФИО1 Он был задержан при попытке забрать муляж, располагавшийся у <адрес> г. ФИО6 №9. В день его задержания от своих сотрудников он узнал, что при ФИО1 был обнаружен мобильный телефон «Samsung», в котором имелись сведения об адресах с закладками наркотических средств в <адрес>. Изъятие этих закладок проводилось органом предварительного следствия. Какого-либо давления на ФИО1 в ходе работы с ним никем из подчинённых ему сотрудников не оказывалось.

ФИО6 ФИО6 №4 - оперуполномоченный по ОВД УНК УМВД РФ по <адрес> в судебном заседании показал, что в январе 2018 года сотрудниками УНК УМВД по <адрес> было задержано лицо, являвшееся крупным поставщиком наркотических средств на территории <адрес>. Это лицо в соответствии с Федеральным законом от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» добровольно согласилось сотрудничать в изобличении других лиц, причастных к незаконному обороту наркотиков. С этой целью с согласия данного лица была продолжена переписка с лицом, использовавшим в сети псевдоним «@<данные изъяты>». 17 января 2018 года по поступившему на телефон задержанного от указанного лица указанию им и ФИО6 №3 в присутствии незаинтересованных лиц по различным адресам в г. ФИО6 №9 было организовано 5 закладок с муляжами крупных партий наркотических средств для распространителей. В них находилась поваренная соль. О закладке указанных муляжей были составлены соответствующие протоколы, проводилась фотофиксация участка местности, где были сделаны закладки. Затем, по этим адресам проводилось наблюдение. Как он впоследствии узнал от сотрудников, проводивших наблюдение, в 4 из 5 указанных адресов были задержаны лица, забравшие муляжи. В одном из них был задержан ФИО1 На месте была установлена его причастность к незаконному сбыту наркотических средств - он работал закладчиком на интернет-магазин «StaffStore». Впоследствии он с ФИО6 №3 обследовал место, откуда ФИО1 забрал муляж. Он в указанном месте отсутствовал. Какого-либо давления на ФИО1 в ходе работы с ним никем сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес> не оказывалось.

ФИО6 ФИО6 №8 - старший оперуполномоченный УНК УМВД РФ по <адрес> в судебном заседании показал, что в январе 2018 года сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> было задержано лицо, делавшее закладки крупных партий наркотических средств для мелких распространителей. У него были установлены адреса, где он ранее сделал крупные закладки. В эти места ими были заложены муляжи наркотических средств. 17 января 2018 года им проводились оперативно-розыскное мероприятия «оперативный эксперимент» и «наблюдение» у гаражей у <адрес> г. ФИО6 №9. Около 15-16 часов 00 минут в указанное место пришёл ФИО1 Он держал в руках мобильный телефон, несколько раз обернулся, забрал муляж из тайника и хотел уйти, но был задержан. После задержания они с ФИО1 проследовали в первый подъезд <адрес> г. ФИО6 №9, где в присутствии понятых провели его личный досмотр. Перед началом досмотра всем участвующим были разъяснены права и обязанности. ФИО1 признался, что пришёл за закладкой наркотических средств. В ходе личного досмотра закладка с муляжом наркотического средства была обнаружена в кармане его куртки. Также при нём были обнаружены 2 мобильных телефона - сенсорный и кнопочный. С экрана сенсорного телефона с разрешения ФИО1 были сделаны скриншоты его переписки о закладках в <адрес>. Сенсорный телефон и муляж наркотического средства были у ФИО1 изъяты, опечатаны. Кнопочный телефон был возвращён ФИО1, как не представляющий оперативного интереса. Затем они провели медицинское освидетельствование ФИО1, а после проследовали в УНК УМВД РФ по <адрес>, где с ФИО1 было взято объяснение. ФИО1 признал, что сделал закладки на территории <адрес>. После всех мероприятий ФИО1 был доставлен в <адрес>, где, как ему впоследствии стало известно, часть из сделанных им закладок была изъята. Какого-либо физического и морального давления на ФИО1 он за время работы с ним на него не оказывал.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №8, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 14-16, 66-68), а также показания, данные им на очных ставках со свидетелями ФИО6 №12 (т. 9, л.д. 136-138) и ФИО6 №10 (т. 9, л.д. 139-141), из которых следует, что до начала личного досмотра ФИО1 сообщил, что при нём в кармане джинсов находятся наркотические средства. После этого из кармана джинсов ФИО1 была извлечена перчатка (тёмного цвета), в которой находился сверток из изоленты синего цвета - муляж наркотического средства. Также при ФИО1 находился паспорт на его имя и сенсорный мобильный телефон, который ФИО1 разрешил осмотреть. В нём имелись адреса закладок наркотических средств, сделанных в <адрес>. С разрешения ФИО1 были сделаны скриншоты с экрана его телефона. В ходе проведения досмотра у ФИО1 был изъят сверток из изоленты синего цвета и его мобильный телефон «Samsung».

После оглашения данных показаний, а также протокола личного досмотра ФИО1 от 17 января 2018 года (т. 1, л.д. 214-219) свидетель ФИО6 №8 подтвердил их, уточнив, что у ФИО1 были обнаружены 2 мобильных телефона - сенсорный и кнопочный. Первый был изъят, второй был возвращён ФИО1 Очная ставка между ним и ФИО6 №10 проводилась в подъезде по месту жительства ФИО6 №10, после чего он со следователем убыл по месту службы, а затем после составления протокола вместе со следователем вновь прибыл к ФИО6 №10, чтобы ознакомиться и подписать протокол.

ФИО6 ФИО6 №7, ранее состоявший в должности оперуполномоченного УНК УМВД РФ по <адрес>, в судебном заседании показал, что 17 января 2018 года около 15 часов 00 минут он по поручению руководства проводил оперативный эксперимент и наблюдение на <адрес> г. ФИО6 №9, где в тайник был заложен муляж наркотического средства. В указанное место пришёл ФИО1, взял муляж, после чего был задержан. В одном из домов по <адрес> г. ФИО6 №9 в присутствии понятых был проведён его личный досмотр. ФИО1 до начала досмотра сообщил, что при нём в кармане джинсов, находилось наркотическое средство, которое впоследствии было обнаружено и изъято. ФИО1 пояснил, что работал закладчиком в интернет-магазине «StaffStore», общался с лицом, который осуществлял поставку наркотических средств. Также при нём было обнаружено 2 мобильных телефона - один кнопочный, другой сенсорный. В последнем, со слов ФИО1, находились фотографии закладок, которые он сделал в <адрес>. С экрана данного телефона он с разрешения ФИО1 сделал фотографии. Указанный телефон и муляж наркотического средства были изъяты, упакованы и опечатаны. Второй мобильный телефон у ФИО1 не изымался, поскольку не представлял оперативного интереса. По окончании досмотра ФИО1 был доставлен на медицинское освидетельствование, а затем - в УНК УМВД РФ по <адрес>, где с него было взято объяснение. Затем ФИО1 был доставлен им в <адрес>. Какого-либо физического, морального давления на него никто из сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес>, в том числе и он, не оказывал.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №7, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 11-13), из которых следует, что при личном досмотре ФИО1, кроме муляжа наркотического средства, был обнаружен сенсорный мобильный телефон, в котором содержались сведения об адресах закладок наркотических средств, сделанных в <адрес>. У ФИО1 был изъят свёрток из изоленты синего цвета и указанный мобильный телефон.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №7 подтвердил их, однако уточнил, что у ФИО1 при себе имелось 2 мобильных телефона. Второй телефон (кнопочный) не изымался, поскольку он не представлял оперативного интереса.

ФИО6 ФИО6 №12 в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ вечером он участвовал в качестве понятого при производстве личного досмотра ФИО1 сотрудниками полиции в подъезде <адрес> г. ФИО6 №9. В качестве понятого также участвовал ещё один человек. До начала досмотра им и ФИО1 были разъяснены их права и обязанности. ФИО1 перед началом досмотра предлагалось добровольно выдать запрещённые предметы. Он сказал, что при нём имеются наркотические средства. При личном досмотре у ФИО1 в заднем кармане джинсов обнаружили и изъяли коробочку, обмотанную синей ленточкой. Также в куртке у него было обнаружено 2 мобильный телефона: один - кнопочный, другой - сенсорный, паспорт на его имя. С экрана сенсорного телефона сотрудниками полиции с согласия ФИО1 были сделаны фотографии. Указанный мобильный телефон был изъят. Он не упаковывался. Также была изъята коробочка с синей лентой. Она была упакована и опечатана. По окончании личного досмотра ФИО1 был составлен протокол, который был им зачитан. Он и второй понятой расписались в нём, замечаний к нему никто из участвовавших лиц, включая ФИО1, не имел.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №12, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 25-27), из которых следует, что в ходе личного досмотра у ФИО1, кроме указанного выше свёртка, был обнаружен сотовый телефон в корпусе тёмного цвета. Он был старенький, «кнопочный», маленький и невзрачный, именно этот телефон был у него изъят.

После оглашения данных показаний и протокола личного досмотра ФИО1 от 17 января 2018 года (т. 1, л.д. 214-219) свидетель ФИО6 №12 не подтвердил их, пояснив, что на момент допроса на следствии помнил лишь про старенький телефон, имевшийся у ФИО1 Поскольку ему перед допросом не зачитывался протокол личного досмотра ФИО1, он и сообщил, что при нём был только указанный телефон. В действительности у ФИО1 было 2 телефона, и изъят был сенсорный телефон.

ФИО6 ФИО6 №10 в судебном заседании показал, что 16-17 января 2018 года вечером он по просьбе сотрудников полиции участвовал в качестве понятого при личном досмотре ФИО1 в подъезде <адрес> г. ФИО6 №9. В качестве понятого также участвовал ФИО6 №12 До начала досмотра им и ФИО1 были разъяснены их права и обязанности. ФИО1 было предложено добровольно выдать запрещённые предметы, на что он сказал, что при нём ничего запрещённого нет. При личном досмотре у ФИО1, как помнит, в карманах куртки обнаружили 2 мобильных телефона: один - сенсорный, другой - кнопочный, а в заднем кармане брюк - перчатку, в которой лежал свёрток, перетянутый изолентой. С экрана сенсорного телефона сотрудниками полиции с разрешения ФИО1 были сделаны фотографии. Данный телефон, как пояснял ФИО1, принадлежал ему. Он был у него изъят вместе со свёртком. Они были упакованы и опечатаны. По окончании личного досмотра был составлен документ, в котором все расписались. Замечаний к его содержанию, как помнит, ни у кого не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №10, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 22-24, т. 9, л.д. 133-135), а также показания, данные им на очной ставке со свидетелем ФИО6 №8 (т. 9, л.д. 139-141).

Будучи допрошенным 2 апреля 2018 года (т. 6, л.д. 22-24) свидетель ФИО6 №10 показал, что перед началом досмотра ФИО1 сообщил, что при себе ничего запрещённого не имеет. У него был изъят свёрток из синей изоленты с веществом внутри, сотовый телефон в корпусе тёмного цвета, где содержалась переписка с каким-то лицом, с экрана которого сотрудники полиции сделали скриншоты.

Будучи дополнительно допрошенным 4 октября 2019 года (т. 9, л.д. 133-135) и на ставке со свидетелем ФИО6 №8 (т. 9, л.д. 139-141) свидетель ФИО6 №10 подтвердил содержащиеся в протоколе личного досмотра ФИО1 сведения о том, что до начала личного досмотра он сообщил о наличии при нём запрещённых веществ. Противоречия с ранее данными показаниями объяснил тем, что с момента досмотра прошло много времени и ему не предъявляли протокол личного досмотра ФИО1 Также у ФИО1 был кнопочный телефон, но где он был у него, не помнит. Его у ФИО1 не изымали.

После оглашения данных показаний, объяснений, данных им 17 января 2018 года (т. 1, л.д. 239), протокола личного досмотра ФИО1 (т. 1, л.д. 214-219) свидетель ФИО6 №10 заявил, что поддерживает показания, данные им 2 апреля 2018 года. Не помнит, сообщал ли ФИО1 до начала досмотра о наличии при нём запрещённых предметов. Протокол допроса от 4 октября 2019 года и протокол очной ставки он подписал, когда к нему домой их привезли мужчина и женщина из полиции в напечатанном виде.

ФИО6 ФИО65 - старший оперуполномоченный по контролю за оборотом наркотиков МО МВД РФ «Тейковский» в судебном заседании показал, что 17 января 2018 года вечером в МО МВД РФ «Тейковский» сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> был доставлен ФИО1 Ими также был представлен материал о причастности ФИО1 к незаконному обороту наркотиков путём осуществления закладок. В нём имелся рапорт сотрудника УНК УМВД РФ по <адрес> и фототаблица со скриншотами с мобильного телефона ФИО1, в которых содержалось описание мест сделанных им закладок наркотических средств в <адрес>. ФИО1 было предложено показать места, где он заложил наркотические средства. Он согласился и совместно с сотрудниками СО МО МВД РФ «Тейковский» они направились по указанным местам. На <адрес> при содействии ФИО1 в присутствии понятых они изъяли около 5 закладок, которые были изъяты и упакованы, опечатаны и направлены на исследование. По результатам исследования было установлено, что содержащиеся в них вещества являлись наркотическими. В дальнейшем ФИО1 было предложено показать другие места, где им были заложены наркотические средства. ФИО1 в общей сложности указал на 17 мест, где он заложил наркотические средства в целях сбыта. Все обнаруженные закладки были в присутствии понятых изъяты, упакованы, опечатаны и направлены на исследование, по результатам которого было установлено, что в них находились наркотические средства. В последующем им совместно со следователем и понятыми проводились осмотры других мест, где ещё могли находиться другие наркотические средства, но в указанных местах ничего обнаружено не было. Со стороны ФИО1 никаких замечаний на действия сотрудников полиции не поступало. Какого-либо давления на него никем из них не оказывалось.

ФИО6 ФИО6 №17 в судебном заседании показала, что в 2018 году зимой она вместе с ФИО6 №16 оглы участвовала в качестве понятой при изъятии закладок с наркотическими средствами. Ей были разъяснены права и обязанности. Разъяснялись ли ФИО1 его права, не помнит. В ходе осмотра ФИО1 указал на местонахождение закладок. Помнит, что в её присутствии было изъято 3 закладки - у гаража её дома по адресу: <адрес>, у забора её гаража и у соседнего дома по адресу: <адрес>, в конце забора. В ходе осмотра проводилась фотосъёмка. По окончании осмотра был составлен протокол, в котором она расписалась. Замечаний к протоколу осмотра ни у кого не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №17, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 50-51), из которых следует, что ФИО1, находясь у <адрес>, указал на гараж с правой стороны от фасада дома и пояснил, что 13 января 2018 года примерно в 11 часов 10 минут под деревянным настилом, ведущим в гараж, он спрятал закладку с наркотическим веществом. В указанном месте был изъят свёрток, который был упакован и опечатан. Далее ФИО1 показал на часть металлической трубы у <адрес> по <адрес>, пояснив, что 13 января 2018 года, примерно в 11 часов 20 минут он спрятал в этом месте свёрток с наркотическим веществом с целью сбыта. В ходе осмотра в месте, указанном ФИО1, был обнаружен и изъят свёрток, который был упакован и опечатан.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №17 подтвердила их, уточнив, что участвовала в изъятии 2 закладок с наркотическими средствами. Противоречия в своих показаниях объяснила значительным промежутком времени, прошедшим со дня тех событий.

ФИО6 ФИО6 №16 оглы в судебном заседании показал, что зимой около 2 лет назад он с ФИО6 №17 участвовал в качестве понятого при изъятии у его дома по адресу: <адрес>А свёртка из трубы. Также свёрток изымался у дома ФИО6 №17 Показывал ли на них ФИО1, не помнит. Оба свёртка были упакованы и опечатаны. По окончании изъятия были составлены документы, в которых он расписался. Эти документы он не читал. Замечаний к ним ни у кого не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №16 оглы, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 48-49), из которых следует, что 18 января 2018 года днём он участвовал в качестве понятого при проведении осмотра места происшествия вместе с ФИО6 №17 Перед началом осмотра им был разъяснён порядок и цель проведения осмотра, права и обязанности всех его участников. ФИО1 провёл всех участников осмотра к <адрес>, где указал на гараж у дома, пояснив, что 13 января 2018 года, примерно в 11 часов 10 минут, под деревянным настилом, ведущем в гараж, он спрятал наркотическое вещество. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Далее ФИО1 провёл всех к <адрес> по <адрес>, где указал на часть металлической трубы на земле, пояснив, что 13 января 2018 года, примерно в 11 часов 20 минут, он спрятал в этом месте свёрток с наркотическим веществом с целью сбыта. Данный свёрток был обнаружен, изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, с которым все были ознакомлены и подписали. Замечаний ни у кого не было.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №16 оглы в целом подтвердил его содержание, однако пояснил, что его никто на допрос не вызывал и не допрашивал. Он подписал пустой бланк протокола, не желая, чтобы его вызывали в полицию.

ФИО6 ФИО6 №15 в судебном заседании показал, что зимой около года назад он вместе с незнакомым мужчиной был понятым при изъятии с участием ФИО1 свёртков с наркотическими средствами рядом со своим домом. Сотрудники полиции сказали, что всю ночь ждали его. Эти сотрудники полиции вышли из автомобиля, который с вечера прошлого дня и всю ночь стоял в прогоне между домами. ФИО1 показывал места, где им были сделаны закладки наркотических средств. Свёртки, как помнит, изымались у камня, в конце <адрес>, через 2 дома на той же улице, а также через дорогу. Всего было изъято 3 свёртка. Они были упакованы и опечатаны. По окончании осмотра был составлен протокол, в котором они расписались. Замечаний ни у кого из участвовавших лиц не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №15, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 46-47), из которых следует, что указанные выше события происходили утром 18 января 2018 года. С ним в качестве второго понятого участвовал ФИО6 №22 Перед началом осмотра им были разъяснены права и обязанности. В ходе осмотра ФИО1 показал, что под металлической конструкцией в снегу, на расстоянии около 6 м от <адрес>, он 13 января 2018 года, примерно в 13 часов 55 минут, спрятал свёрток с наркотическим веществом с целью сбыта. В указанном месте был обнаружен свёрток с веществом коричневого цвета. Он был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух, замечаний к нему ни у кого не поступило. Затем уже днём он участвовал в качестве понятого при изъятии с участием ФИО1 свёртка с наркотическим веществом из фундамента <адрес>. ФИО1 пояснил, что 13 января 2018 года, примерно в 13 часов 40 минут, он поместил туда указанный свёрток с наркотическим веществом с целью сбыта. В данном свёртке было обнаружено вещество коричневого цвета. Свёрток был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух, замечаний к нему ни от кого не поступило.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №15 подтвердил их, объяснив противоречия в своих показаниях значительным промежутком времени, прошедшим со дня его допроса.

ФИО6 ФИО6 №22 в судебном заседании показал, что в один из дней зимой около двух лет назад он участвовал в качестве понятого при изъятии 2 закладок с наркотическим средством, в районе <адрес>. В осмотре также участвовал ещё один понятой и ФИО1 Последний был в наручниках. ФИО1 указывал на места, где находились закладки. Первая закладка была под бревном, вторая - в кирпичной кладке дома. Внутри свёртков было серое вещество. После осмотра все свёртки упаковали. Помещались ли они в конверт или в другую упаковку, не помнит, как не помнит и того, опечатывались они или нет. Впоследствии он вызывался в отдел полиции, где женщина зачитала ему протокол его допроса, который он подписал, не читая.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №22, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 62-63), из которых следует, что указанные события происходили 18 января 2018 года в дневное время. Вместе с ним вторым понятым был ФИО6 №15 Им был разъяснен порядок и цель проведения осмотра, права и обязанности участвующих лиц. В ходе осмотра ФИО1 указал на 2 фрагмента железобетонной конструкции на снегу у дерева, на расстоянии около 6 м от <адрес>, где был обнаружен свёрток, который, как пояснил ФИО1, он 13 января 2018 года, примерно в 13 часов 55 минут, с целью сбыта спрятал в указанном месте. В свёртке находилось вещество коричневого цвета. Данное вещество было изъято, упаковано и опечатано. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух. Замечаний к нему ни от кого не поступало. Также он участвовал в качестве понятого при изъятии свёртка с веществом из фундамента <адрес>. ФИО1 указал на данное место и пояснил, что под одним из кирпичей в верхней кладке фундамента с левого угла по фасаду дома он 13 января 2018 года, примерно в 13 часов 40 минут, с целью сбыта спрятал наркотическое вещество. В указанном месте был обнаружен свёрток синего цвета. В нём находится пакет с веществом коричневого цвета. Данный свёрток был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух. Замечаний к нему ни от кого не поступало.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №22 подтвердил их, объяснив отдельные противоречия в своих показаниях значительным промежутком времени, прошедшим со дня его допроса. При этом он подтвердил, что протокол допроса он подписал, не читая.

ФИО6 ФИО6 №18 в судебном заседании показал, что в один из дней 1-2 года назад, в вечернее время он участвовал в качестве понятого при проведении осмотров и изъятии закладок с наркотическими средствами. Осмотр проводился в районе <адрес> и <адрес>. В осмотре участвовал мужчина, который показывал места, где хранились свёртки с наркотическими средствами. Всего, как помнит, было изъято около 4 свертков. Они находились на макушке спиленного дерева, в подъезде и где-то между сараями. Об изъятии указанных свёртков сотрудниками полиции составлялись документы. Все свёртки были упакованы и опечатаны. Замечаний ни у кого не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО6 №18, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 52-53, 58-59).

Будучи допрошенным 15 марта 2018 года (т. 6, л.д. 52-53) свидетель ФИО6 №18 показал, что осмотр места происшествия, проводился 18 января 2018 года в ночное время. В качестве второго понятого был приглашён ФИО6 №24 Перед началом осмотра им и другим его участникам были разъяснены права и обязанности. ФИО1 предложил пройти ко 2 подъезду <адрес>, где указал на дверь подъезда пояснив, что при входе под досками находится свёрток с наркотическим веществом, который он спрятал в указанном месте 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 10 минут, с целью сбыта. В указанном месте был обнаружен свёрток. Он был изъят, упакован и опечатан. Затем ФИО1 указал на дерево на расстоянии около 20 м от <адрес>, пояснив, что в стволе данного дерева он 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 25 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В коре был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Далее ФИО1 указал на гараж напротив <адрес>, и пояснил, что на земле у гаража он 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 10 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте был изъят свёрток, который был упакован и опечатан. Затем ФИО1 указал на деревянную дверь сбоку гаража и пояснил, что под ней на расстоянии 20-30 см от левого верхнего угла, ближе к гаражу, он 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 20 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Далее ФИО1 указал на угол д. № 3 по <адрес> и пояснил, что 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 50 минут, он с целью сбыта спрятал под сколом цементного покрытия наркотическое вещество. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух. Он был подписан всеми участвовавшими лицами. Замечаний ни у кого не было.

Будучи допрошенным 15 марта 2018 года (т. 6, л.д. 58-59) свидетель ФИО6 №18 показал, что 18 января 2018 года он участвовал в осмотре места происшествия у <адрес>, где ФИО1 пояснил, что под ёлкой, на земле у забора возле ствола он 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 30 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Далее ФИО1 указал на дерево у <адрес> и пояснил, что под корой данного дерева он 13 января 2018 года, примерно в 14 часов 40 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте под корой был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашен вслух. Замечаний к нему ни у кого не было. Также 18 января 2018 года он участвовал в качестве понятого в осмотре места происшествия у <адрес> пер. Зеленый <адрес>, где, как пояснил ФИО1, на расстоянии около 40 см от угла забора дома в колесе находится свёрток с наркотическим веществом, который он спрятал с целью сбыта 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 20 минут. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Далее ФИО1 пояснил, что в прогоне справа у забора у <адрес><адрес><адрес> возле дерева породы «ясень» он 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 30 минут, с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра следователем был составлен протокол, который был оглашен вслух. Он был подписан всеми участвовавшими лицами. Замечаний ни у кого из них не было.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО6 №18 подтвердил их, объяснив противоречия в своих показаниях значительным промежутком времени, прошедшим со дня его допроса.

Из оглашённых показаний свидетеля ФИО6 №13 (т. 6, л.д. 42-43) следует, что 18 января 2018 года ночью к ней обратились сотрудники полиции и попросили принять участие в осмотре места происшествия. Она согласилась. В качестве второго понятого был приглашён ФИО6 №18 Перед началом осмотра следователь разъяснила всем их права и обязанности, а также порядок и цель проведения осмотра. Участвовавший в осмотре ФИО1 пояснил, что необходимо пройти к <адрес><адрес><адрес>, после чего сказал, что 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 20 минут он с целью сбыта спрятал наркотическое вещество внутри колеса у забора данного дома. В указанном месте был обнаружен свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Затем ФИО1 предложил пройти в прогон, где справа у забора у <адрес> пер. Зелёный <адрес> указал на дерево породы «ясень», пояснив, что 13 января 2018 года, примерно в 15 часов 30 минут, он с целью сбыта спрятал свёрток с наркотическим веществом. В указанном месте был изъят свёрток, который был изъят, упакован и опечатан. Следователем был составлен протокол, который был оглашён вслух. Замечаний, дополнений к нему ни от кого не поступило.

ФИО6 ФИО6 №24 в судебном заседании показал, что в один из дней зимой 2018 года после 23 часов 00 минут он вместе с молодым человеком участвовал в качестве понятого при осмотре и изъятии свёртков, в которых, находились наркотические средства. Изъятие происходило по адресу: <адрес>. До этого сотрудники полиции находились у подъезда с 16 часов 00 минут, запрещали закрывать дверь в подъезд. Затем они привезли ФИО1, который стал показывать места, где им были сделаны закладки. Первую нашли у подъезда <адрес> под половицей, вторую - в дупле дерева, за сараями - третью, на углу дома - четвёртую. Далее, когда спустились в прогон на <адрес> у частного дома, в баллоне, где росла ёлка, была пятая закладка. Затем, когда прошли вниз на <адрес>, с правой стороны у дерева нашли шестую. Всего было изъято 7 закладок. Каждое место закладок фотографировалось, изъятые закладки упаковывались и опечатывались. По окончании осмотра был составлен протокол, в котором он расписался. Замечаний ни у кого из участвовавших лиц не было. Впоследствии в отделе полиции он подписал готовый текст протокола допроса. В нём было всё записано правильно.

ФИО6 ФИО4 в судебном заседании показал, что в феврале-марте около 2 лет назад он вместе с ФИО5 участвовал в качестве понятого при изъятии свёртка с каким-то веществом недалеко от <адрес>. Когда они пришли на место, там находилось 2 мужчин и девушка, а также человек в капюшоне. В указанном месте на земле лежал пень, в котором был сверток с каким-то веществом. Кто-то из присутствовавших мужчин сказал: «вот, видите закладка». Все происходящее сфотографировали. Мужчина в капюшоне, как помнит, просто молчал. Данный свёрток упаковали, опечатали. Затем составили протокол, в котором они расписались. Замечаний ни у кого не было.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО4, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 54-55), из которых следует, что указанные события происходили 18 января 2018 года в дневное время. Перед началом осмотра всем участвующим лицам был разъяснён порядок и цель проведения осмотра, права и обязанности. В осмотре участвовал ФИО1, который предложил пройти к <адрес>, где у дороги, напротив дома указал на бревно на земле, сообщив, что в нём находится свёрток с наркотическим веществом, который он спрятал с целью сбыта 13 января 2018 года, примерно в 11 часов 35 минут. Внутри бревна был обнаружен свёрток, в котором находилось вещество коричневого цвета. Свёрток был изъят, упакован и опечатан. При осмотре было проведено фотографирование. Затем был составлен протокол, который был оглашен вслух. Замечаний к нему ни у кого не было. Все расписались в нём.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО4 пояснил, что за давностью произошедшего не помнит обстоятельств производства указанного осмотра, равно как и то, разъяснялись ли участникам осмотра их права и обязанности и показывал ли ФИО1 на место, где лежал изъятый свёрток. Оглашённый протокол своего допроса он не читал, а лишь расписался в нём, когда явился в отдел полиции, не читая.

ФИО6 ФИО5 в судебном заседании показал, что в один из дней зимой 2017 года днём он вместе с ФИО4 участвовал в качестве понятого в осмотре места происшествия, недалеко от <адрес>. В осмотре участвовал мужчина в куртке и капюшоне, который показал на бревно, куда он закладывал пакет с веществом растительного происхождения. Производилось фотографирование. Это вещество было изъято, упаковано, опечатано. По окончании осмотра был составлен протокол, в котором они расписались. Замечаний ни у кого не было. Впоследствии его вызывали на допрос в отдел полиции вместе с ФИО5, где они одновременно зашли в кабинет. Там сидела девушка. Он всё подтвердил, как было, и подписал протокол своего допроса, не читая его.

В связи с существенными противоречиями в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ оглашены показания свидетеля ФИО5, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 60-61), из которых следует, что указанные события происходили 18 января 2018 года. ФИО1 предложил всем участникам осмотра пройти к <адрес>, где указал на бревно напротив дома, пояснив, что в нём находится сверток с наркотическим веществом, который он поместил в него 13 января 2018 года, примерно, в 11 часов 35 минут. Внутри бревна был обнаружен свёрток, внутри которого находилось вещество коричневого цвета. Указанный свёрток был изъят, упакован и опечатан. По окончании осмотра был составлен протокол, который был оглашён вслух. Замечаний к нему ни у кого не было.

После оглашения данных показаний свидетель ФИО5 подтвердил их, пояснив, что за давностью произошедшего не помнит, указывал ли ФИО1 на дату, когда заложил свёрток с наркотическим веществом в указанное место, помнит лишь, что он указывал место, куда им был помещён сверток. Впоследствии он вместе с ФИО4 ходил в отдел полиции. Они одновременно зашли в кабинет. Там он подтвердил всё, как было, и подписал протокол допроса, не читая его.

ФИО6 ФИО6 №20 в судебном заседании показал, что в один из дней зимой около 2 лет назад он по просьбе сотрудников полиции участвовал в качестве понятого при осмотре на <адрес>. В качестве второго понятого также участвовал мужчина. ФИО1 показывал места, куда он клал свёртки с наркотическим средством. Указанные свёртки изъяли, сфотографировали, вскрыли, показали им, затем упаковывали и опечатали. По окончании осмотра составили протокол, в котором они расписались. Замечаний к нему ни у кого не было.

ФИО6 ФИО6 №23 в судебном заседании показал, что ФИО1 является его соседом. В период с ноября 2017 года по январь 2018 года у него в пользовании было 2 мобильных телефона. Один из них был кнопочный телефон марки «Samsung». В указанный период он был абонентом оператора «Билайн». Абонентский номер, которым он пользовался, не помнит. В указанный период у него украли мобильный телефон из дома, когда он спал в состоянии алкогольного опьянения. Иногда дверь в квартиру он не запирал, чем, как он полагал, и воспользовалось лицо, укравшее у него телефон. В полицию по поводу кражи телефона он не обращался. Объяснить, при каких обстоятельствах sim-карта, зарегистрированная на его имя, оказалась в телефоне, изъятом у ФИО1, не смог. Доступа в его квартиру ФИО1 не имел, однако имела его жена, которой он приносил воду и помогал по хозяйству. Впервые сенсорный телефон у него появился лишь 9 мая 2019 года.

ФИО6 ФИО6 №1 - старший следователь СО МО МВД РФ «Тейковский» в судебном заседании показала, что в 2018 году в её производстве находилось уголовное дело № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 ст. 228.1 ч. 4 п. «г» УК РФ. Ею проводился допрос ФИО1 в качестве подозреваемого и обвиняемого Допросы ФИО1 проводились ею в присутствии защитника с разъяснением ему прав, предусмотренных ст.ст. 46, 47 УПК РФ, а также ст. 51 Конституции РФ. Показания ФИО1 она заносила в протоколы допроса с его слов. С указанными протоколами ФИО1 и защитник были ознакомлены лично, замечаний не имели. Также ею в ходе предварительного следствия допрашивались свидетели ФИО6 №13, ФИО6 №14, ФИО6 №15, ФИО6 №16 оглы, ФИО6 №17, ФИО6 №18, ФИО5, ФИО14, ФИО6 №24, ФИО6 №20, ФИО6 №22 Им разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, ст. 56 УПК РФ. Они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Указанные свидетели допрашивались ею отдельно друг от друга, их показания она заносила в протоколы допроса с их слов, после чего ознакомила их с содержанием протоколов, которые они подписали и замечаний к ним не имели.

ФИО6 ФИО6 №26 в судебном заседании показала, что ранее состояла в должности старшего следователя СЧ СУ УМВД РФ по <адрес>. В её производстве находилось уголовное дело № по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 ст. 228.1 ч. 4 п. «г» УК РФ. В ходе расследования уголовного дела ею у кого-то из оперативных сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес> изымался мобильный телефон марки «Samsung». Кроме того, ею в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по <адрес> изымался мобильный телефон «Nokia», принадлежащий ФИО1 Также ею по делу допрашивался свидетель ФИО6 №12 Его показания она заносила в протокол с его слов. Замечаний к протоколу допроса он не имел.

ФИО6 ФИО6 №2 - старший следователь СЧ по ОВД СУ УМВД РФ по Ивановской области в судебном заседании показала, что 4 октября 2019 года она допрашивала свидетеля ФИО6 №8 и проводила очную ставку между ним и свидетелем ФИО6 №10 Ею указанным свидетелям разъяснялись права, предусмотренные ст. 56 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, они предупреждались об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ. Указанные допрос и очная ставка проводились на лестничной площадке в подъезде по месту жительства свидетеля ФИО6 №10, после чего она вместе со свидетелем ФИО6 №8 убыла по месту службы, где составила протоколы указанных следственных действий, а после вернулась к ФИО6 №10, который, ознакомившись с ними, подписал их. При допросе ФИО1 в качестве обвиняемого 7 июня 2019 года (т. 7, л.д. 122-124) ею ФИО1 демонстрировались аудиозаписи мужского и женского голосов в мобильном телефоне «Samsung», которые описывали местонахождение закладок с наркотическими средствами в <адрес>. Иных аудиозаписей, в том числе касающихся личной жизни ФИО1, в указанном телефоне не имелось.

Из оглашённых показаний свидетеля ФИО6 №25 от ДД.ММ.ГГГГ (т. 6, л.д. 64-65) следует, что её муж ФИО1 зарегистрирован по адресу: <адрес>, где проживает его бывшая супруга ФИО16 и сын ФИО17 До 23 декабря 2017 года ФИО1 являлся военнослужащим в/ч №, но был уволен по собственному желанию, после чего официально трудоустроен не был, как ей было известно с его слов, он подрабатывал таксистом, наркотических средств не употреблял, каких-либо подозрительных пакетов при муже и в квартире она не видела. В их собственности имеется автомобиль ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак №. О том, что муж совершил сбыт наркотических средств, она узнала 18 января 2018 года от сотрудников полиции.

Из оглашённых показаний свидетеля ФИО6 №25 от 24 июня 2019 года (т. 6, л.д. 93-96) следует, что абонентским номером № пользуется она. Сообщение «Всё плохо, маме скажи что я дома», имеющееся в изъятом у ФИО1 мобильном телефоне «Nokia», написал ей ФИО1 после задержания. О чём идёт речь в принятых с её абонентского номера сообщениях: «Ну дак а как мне делать то без стрелок. Все равно уже не сдам сегодня ничего»; «А как мне их делать непойму без стрелок. У тебя и так не совпадения где рядом с лавкой пень на нём тарелка. Стрелка на тарелке а на аудио под лавкой»; «Я 15 сделала, что мне еще делать» пояснить не смогла, воспользовалась ст. 51 Конституции РФ.

Вина ФИО1 в совершении данного преступления подтверждается материалами уголовного дела:

• постановлением о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности от 5 февраля 2018 года, согласно которому заместителем начальника УМВД РФ по <адрес> в СЧ СУ УМВД РФ по <адрес> предоставлены результаты оперативно-розыскной деятельности, полученные по результатам документирования преступной деятельности ФИО1 (т. 1, л.д. 184-185);

• постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей, № от 5 февраля 2018 года, согласно которому заместителем начальника УМВД РФ по <адрес> рассекречены рапорт о проведении наблюдения № от 17 января 2018 года; рапорт на проведение оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» № от 17 января 2018 года; постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» № от 17 января 2018 года; план проведения оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» № от 17 января 2018 года; рапорт на проведение оперативно-розыскного мероприятия «обследование участка местности» № от 17 января 2018 года; акт о проведении оперативного эксперимента от № от 29 января 2018 года (т. 1 л.д. 186-187);

• рапортом заместителя начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №3 № от 17 января 2018 года, согласно которому им принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» в отношении лиц, причастных к незаконному сбыту наркотических средств совместно с ФИО12 и лицом с никнеймом: «@<данные изъяты>», «@<данные изъяты>» (т. 1, л.д. 191-192);

• постановлением о проведении оперативного эксперимента №с от 17 января 2018 года, согласно которому заместителем начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №3 принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «оперативный эксперимент» в отношении лиц, причастных к незаконному сбыту наркотических средств, совместно с ФИО18 и лицом под никнеймом: «@<данные изъяты>», «@<данные изъяты>» (т. 1, л.д. 193-194);

• рапортом заместителя начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №3 от 18 января 2018 года, согласно которому 14 января 2018 года после задержания ФИО12 при попытке забрать из тайника закладку с наркотическим средством и получения от него согласия на переписку от его имени с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>» 17 января 2018 года на телефон ФИО12 поступило указание сделать 5 тайников-закладок с наркотическими средствами на территории г. ФИО6 №9, в том числе по адресу: г. ФИО6 №9, <адрес> (т. 1, л.д. 197-201);

• рапортом заместителя начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №3 №с от 17 января 2018 года, согласно которому им предложено проведение оперативно-розыскного мероприятия «обследование участка местности» у <адрес> г. ФИО6 №9 (т. 1, л.д. 202);

• распоряжением заместителя начальника УМВД РФ по <адрес> № от 17 января 2018 года, согласно которому с целью изобличения лиц, причастных к незаконному обороту наркотических средств принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «обследование участка местности» у <адрес> г. ФИО6 №9 (т. 1, л.д. 205-206);

• протоколом вручения предметов от 17 января 2018 года, согласно которому 17 января 2018 года заместителю начальника отдела УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №3 вручены 5 свёртков с муляжами наркотического средства, которые по поручению лица с никнеймом «@<данные изъяты>», необходимо оборудовать в тайники-закладки на территории г. ФИО6 №9 (т. 1, л.д. 204);

• протоколом обследования участка местности от 17 января 2018 года, согласно которому у гаража <данные изъяты> с левого торца <адрес><адрес> оборудован тайник с муляжом наркотического средства (т. 1, л.д. 207-212);

• рапортом оперуполномоченного по ОВД УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №4 от 17 января 2018 года, согласно которому 17 января 2018 года проведено обследование участка местности расположенного у <адрес><адрес> в ходе которого был обнаружен свёрток с муляжом наркотического средства (т. 1, л.д. 203);

• рапортом № от 17 января 2018 года, согласно которому 17 января 2018 года около 15 часов 30 минут у <адрес><адрес> при попытке забрать свёрток с муляжом наркотического средства был задержан ФИО1 (т. 1, л.д. 213);

• протоколом личного досмотра от 17 января 2018 года, согласно которому при ФИО1 был обнаружен свёрток с муляжом наркотического средства, мобильный телефон «Samsung», которые были у него изъяты. С экрана мобильного телефона с разрешения ФИО1 сделаны скриншоты его переписки в программе «Shelter IM» с пользователем «@<данные изъяты>». ФИО1 пояснил, что при переписке в указанной программе, оператор с никнеймом «@<данные изъяты>» дал ему указание забрать наркотики у гаража по адресу: г. ФИО6 №9, <адрес> у <адрес> (т. 1, л.д. 214-219);

• распоряжением заместителя начальника УМВД РФ по <адрес> № от 17 января 2018 года, согласно которому принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия «обследование участка местности» у <адрес> г. ФИО6 №9 (т. 1, л.д. 221-222);

• протоколом обследования участка местности от 17 января 2018 года, согласно которому у гаража К-6Т2 с левого торца <адрес> г. ФИО6 №9 в тайнике ранее заложенного муляжа наркотического средства не обнаружено (т. 1, л.д. 223-226);

• рапортом оперуполномоченного по ОВД УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №4 от 17 января 2018 года, согласно которому проведено обследование участка местности у <адрес><адрес>, где в оборудованном тайнике ранее заложенного муляжа наркотического средства не обнаружено (т. 1, л.д. 227);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой в веществе, массой 14,63 г, из свёртка, изъятого при личном досмотре ФИО1, каких-либо наркотических средств, психотропных или сильнодействующих веществ не обнаружено (т. 1, л.д. 230);

• заявлением ФИО1 от 17 января 2018 года, согласно которому он изъявил добровольное желание участвовать в оперативно-розыскных мероприятиях, направленных на документирование преступной деятельности группы лиц, сбывавших наркотические средства на территории <адрес>, разрешил вести переписку от его имени с использованием его телефона с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», согласился следовать его указаниям, разрешил осуществлять фотографирование переписки, имевшейся в его телефоне (т. 1, л.д. 231);

• актом оперативного эксперимента № от 29 января 2018 года, согласно которому ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий установлена причастность ФИО1 к совершению преступлений в сфере незаконного оборота наркотиков (т. 1, л.д. 234-236);

• протоколом исследования предметов от 18 января 2018 года, согласно которому осмотрен мобильный телефон «Samsung», изъятый у ФИО1 (т. 1 л.д. 232-233);

• рапортом оперуполномоченного УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №7 от 17 января 2018 года, согласно которому в ходе проверки мобильного телефона ФИО1 было установлено, что он в период с 12 по 13 января 2018 года осуществлял сбыт наркотических средств через закладки в <адрес>, в связи с чем в его действиях усматриваются признаки преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, в связи с чем необходимо провести осмотр мест предполагаемых закладок в <адрес> с целью обнаружения и изъятия наркотических средств (т. 1, л.д. 259-271);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому под доской, на земле, при входе в подъезд <адрес>; на земле, за доской, приставленной к гаражу, напротив <адрес>, в стволе дерева на расстоянии 20 м от <адрес>, под дверью, лежащей на земле сбоку гаража у <адрес>, под сколом цементного покрытия с правого угла <адрес> обнаружены и изъяты 5 свёртков с веществом, которые были упакованы и опечатаны (т. 2, л.д. 2-10);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,14 г содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2, л.д. 12);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой, вещество массой 3,11 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2, л.д. 17);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,12 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 22);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,07 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2, л.д. 27);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,11 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 32);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому под кирпичом верхней кладки фундамента дома, с левого угла по фасаду у <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом, который был упакован и опечатан (т. 2, л.д. 36-39);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,15 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 41);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому в 20 м от калитки у <адрес> был обнаружен и изъят свёрток с веществом, который был упакован и опечатан (т. 2 л.д. 45-48);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,07 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 50);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому в 30 м от <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом, который был упакован и опечатан (т. 2 л.д. 54-57);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 2,98 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 59);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому с правой стороны деревянного настила, перед входом в калитку <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом, который был упакован и опечатан (т. 2 л.д. 63-66);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 2,81 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 68);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому на расстоянии 40 см от угла забора, в покрышке колеса у <адрес><адрес><адрес>, в прогоне справа, у забора около дерева <адрес> пер. Зеленый <адрес>, на расстоянии 20 м от <адрес> по пер. Зеленый <адрес> в прогоне справа, у забора около дерева у <адрес><адрес><адрес> обнаружены и изъяты 2 свёртка с веществом (т. 2 л.д. 73-77);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,11 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 79);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,12 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 83);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому под деревянным пандусом с левой стороны гаража у <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом; с правого угла забора <адрес>А по <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом. Оба свёртка были упакованы и опечатаны (т. 2 л.д. 88-94);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,11 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 96);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,09 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 100);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которого на расстоянии 100 м от <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом (т. 2, л.д. 104-107);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,14 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 109);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому под корой дерева у <адрес>, под деревом, на земле, на расстоянии 40 см от забора у <адрес> обнаружены и изъяты 2 свёртка с веществом (т. 2 л.д. 114-118);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,09 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2, л.д. 120);

• справкой об исследовании №и от 19 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,12 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 124);

• протоколом осмотра места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которому в снегу, у 2 фрагментов железобетонной конструкции у дерева, расположенного на расстоянии 6 м от <адрес> обнаружен и изъят свёрток с веществом (т. 2 л.д. 128-131);

• справкой об исследовании №и от 18 января 2018 года, согласно которой вещество массой 3,18 г, содержит в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 133);

• протоколом выемки от 21 марта 2018 года, согласно которому у специалиста тылового обеспечения МО МВД РФ «Тейковский» ФИО19 изъято 17 конвертов с наркотическими средствами (т. 2, л.д. 200-209);

• протоколом выемки от 26 марта 2018 года, согласно которому у оперуполномоченного УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №7 изъяты конверт с муляжом наркотического средства, конверт с мобильным телефоном «Samsung», изъятыми в ходе личного досмотра у ФИО1 (т. 2 л.д. 229-232);

• заключением эксперта № от 12 апреля 2018 года, согласно которому, в представленном на исследование веществе массой 14,62 г, изъятом при личном досмотре у ФИО1, каких-либо наркотических средств, психотропных или сильнодействующих веществ не обнаружено (т. 2 л.д. 236-237);

• заключением эксперта № от 30 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,10 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 243-245);

• заключением эксперта № от 23 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,09 г, изъятое у <адрес><адрес><адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2 л.д. 251-253);

• заключением эксперта № от 23 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,05 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 5-7);

• заключением эксперта № от 26 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,10 г, изъятое у <адрес><адрес><адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 13-15);

• заключением эксперта № от 4 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,09 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 21-23);

• заключением эксперта № от 26 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,13 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 29-31);

• заключением эксперта № от 27 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,16 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 37-39);

• заключением эксперта № от 27 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,12 г, изъятое в 100 м от <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 45-47);

• заключением эксперта № от 28 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 2,79 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 53-55);

• заключением эксперта № от 28 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 2,96 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 61-63);

• заключением эксперта № от 2 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,05 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 69-71);

• заключением эксперта № от 29 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,07 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 77-79);

• заключением эксперта № от 5 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,09 г, изъятое у <адрес>А по <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 85-86);

• заключением эксперта № от 6 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,07 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 92-93);

• заключением эксперта № от 29 марта 2018 года, согласно которому вещество массой 3,10 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 99-101);

• заключением эксперта № от 5 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,12 г, изъятое у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 107-109);

• заключением эксперта № от 3 апреля 2018 года, согласно которому вещество массой 3,09 г, изъятое под ёлкой у <адрес>, содержит в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 3 л.д. 115-117);

• протоколом выемки от 22 июня 2018 года, согласно которому у специалиста ОВ ООТО УМВД РФ по <адрес> ФИО20 изъято наркотическое средство, содержащее в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой после проведённого исследования массой 51,84 г (т. 3, л.д. 125-126);

• протоколами осмотра предметов от 18 апреля и 27 августа 2018 года, согласно которым осмотрен свёрток с муляжом наркотического средства, изъятым в ходе личного досмотра у ФИО1, в котором находилось кристаллическое вещество белого цвета (т. 3 л.д. 177-181, 245-247);

• протоколами осмотра предметов от 18 апреля и 27 августа 2018 года 2018 года согласно которым осмотрены 17 свёртков с наркотическими средствами, содержащими в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, изъятые 18 января 2018 года в ходе осмотра места происшествия (т. 3, л.д. 189-220, 226-244);

• протоколом выемки от 12 апреля 2018 года, согласно которому у инспектора отдела коммунально-бытового интендантского и хозяйственного обеспечения ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по <адрес> ФИО21 изъят мобильный телефон «Nokia» (т. 3 л.д. 147-150);

• заключением эксперта № от 17 сентября 2018 года, согласно которому в памяти мобильного телефона «Samsung», изъятого у ФИО1, имеется информация о 17 контактах «телефонной книги», 52 sms-сообщениях, о 13 звонках, о 96 сообщениях в программе «Telegram», 6908 файлов, содержащих изображения. Полученные данные записаны на компакт диск CD-R (т. 3, л.д. 165-167);

• заключением эксперта № от 19 сентября 2018 года, согласно которому в памяти мобильного телефона «Nokia» имеется информация о 257 принятых, 15 отправленных sms-сообщениях, 92 контактах» телефонной книги», на sim-карте из представленного мобильного телефона имеется информация о 90 контактах «телефонной книги» и 8 смс-сообщениях. Информации о сообщениях программ для обмена электронными сообщениями файлов, содержащих изображения не имелось. Полученные данные записаны на компакт диск CD-R (т. 3 л.д. 174-175);

• протоколом осмотра предметов от 28 ФИО6 №23 2019 года, согласно которому осмотрен компакт-диск CD-R, приложенный к заключению эксперта № от 19 сентября 2018 года. В мобильном телефоне «Nokia» имелась sim-карта оператора «Билайн», оформленная на ФИО1, с абонентским номером № В списке контактов имеется абонент под именем «кисюля» с абонентским номером <***>, которым является ФИО6 №25 В файле с названием «принятые смс» имеется переписка с ФИО6 №25: «я 15 сделала. что мне ещё делать. А как мне их делать непойму без стрелок. У тебя и так не совпадения где рядом с лавкой пень на нём тарелка. Стрелка на тарелке а на аудио под лавкой. Ну дак а как мне делать то без стрелок. Все равно уже не сдам сегодня» (т. 4, л.д. 1-6);

• протоколом осмотра предметов от 24 ФИО6 №23 2019 года, согласно которому осмотрен мобильный телефон «Nokia», в котором в отправленных сообщениях имеется sms-сообщение абоненту «кисюля» с абонентским номером №, датированное 17 января 2018 года в 21:07:31: «все плохо маме скажи что я дома»; в принятых сообщениях имеются сообщения от абонента «кисюля» за 24 декабря 2018 года: «Ну дак а как мне делать то без стрелок. Все равно уже не сдам сегодня ничего» (в 16:28:36); «А как мне их делать непойму без стрелок. У тебя и так не совпадения где рядом с лавкой пень на нём тарелка. Стрелка на тарелке а на аудио под лавкой» (в 16:27:02); «Я 15 сделала, что мне еще делать» (в 16:24:41) (т. 4, л.д. 8-15);

• протоколом осмотра предметов от 5 июня 2019 года, согласно которому осмотрен компакт-диск CD-R, приложенный к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года. В телефоне «Samsung» имеется контакт с названием «друг мой» с абонентским номером <***> (sim-карта с данным номером находится в телефоне); На диске имеется папка с файлами с названием: «изображения» и файлами в формате «еxcel»: «звонки», «тел_книга», «смс», «тelegram» «изображения»; файл с названием «тelegram» за период с 26 июня 2017 года по 14 января 2018 года содержит предложения от интернет-магазина о работе курьерами, прайс-листы на наркотические средства; переписку от 14 января 2018 года с 16:42 до 16:48 с абонентом с номером №(х) о необходимости забрать «клад»; файл с названием «звонки» содержит информацию о соединениях 26 ноября 2017 года, 19 декабря 2017 года и 17 января 2018 года с абонентом под именем «х» с абонентским номером №, которым пользуется ФИО6 №25, файл с названием «изображения» содержит фото участков местности с обозначениями в виде стрелок, описанием адресов местонахождение «клада» (<адрес>, <адрес>, <адрес>. <адрес>), логотип магазина «Staffstore», фотографии ФИО1 и его малолетнего ребёнка (т. 4, л.д. 17-270, т. 5, л.д. 1-241);

• протоколами осмотра предметов от 6 и 14 июня 2019 года, согласно которым осмотрен мобильный телефон «Samsung». В нём имеется: а) информация о контактах с абонентом «х» с номером №, которым пользуется ФИО6 №25 и «мой друг» - <***> (sim-карта с данным номером находится в телефоне); б) информация о входящих sms-сообщениях от абонента «х» с номером № от 26 декабря 2017 года: «скинь фото», «ау»; в) переписка с неизвестным абонентом: «не грузится»; «со своего телефона отправь. У тебя то есть инэт»; «ты прямо в земле искал»; «да», «под досками»; «свежий клад то», «сегодняшний», «поищи еще». «Попробуй. Иначе блин я не знаю точно сольют нас. Так и не ответили они?», «там на телефоне инэт нет денег нет»; «может просто под доски в глубь запихнул», «я везде рыл»; г) переписка с лицом с именем «@<данные изъяты>»: «приняла» теперь тут писать?», «да тут теперь», «ок», старый удалить можно?»; д) информация о вызовах (принятых, исходящих, пропущенных звонках) с абонентом «х» с номером <данные изъяты>: входящий вызов от 26 декабря 2017 года, исходящий вызов от 19 декабря 2017 года, пропущенный вызов от 17 января 2018 года. В телефоне установлены программы «Telegram», «Shelter», «Vipole»; в программе «Telegram» имеется информация об обмене сообщениями с пользователями под именами: «<данные изъяты>», «х», программа настроена на работу пользователя с учётными данными: «№; в памяти телефона в папке «галерея» содержатся «альбомы» с названиями: «camera (30)», «screnshots(5)», «download(2)». В папке «camera» имеются 30 фотографий, в альбоме «screenshots» - 5 фотографий, в альбоме «download» - 2 фотографии с изображением участков местности; в папке «мои файлы», в разделе «аудио» содержатся 15 аудиозаписей мужского голоса, датированных ДД.ММ.ГГГГ с 2:11 до 2:22 о закладках наркотических средств по адресам: <адрес> в программе «простой диктофон» имеется 31 аудиозапись женского голоса, датированная 13 января 2018 года с 0:28 до 1:31 о закладках наркотических средств по адресам: <адрес> (т. 5, л.д. 243-280; 282-288);

• справкой из ПАО «ВымпелКом» от 3 июля 2018 года, согласно которой абонентский № зарегистрирован на ФИО1, а абонентский № зарегистрирован на ФИО6 №23 (т. 6, л.д. 77-79);

• вещественными доказательствами: компакт-диском CD-R, прилагаемым к заключению эксперта № от 19 сентября 2018 года; компакт-диском CD-R, прилагаемым к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года; мобильным телефоном «Nоkia»; мобильным телефоном «Samsung»; наркотическим средством, содержащим в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 51,84 г, свёртком с муляжом наркотического средства (т. 3, л.д. 182-188, 221-224; т. 4, л.д. 7, 16, т. 5, л.д. 242, 281).

Проанализировав представленные доказательства, суд находит вину ФИО1 в совершении данного преступления доказанной.

Суд не может согласиться с доводами защитника о необходимости оправдания ФИО1 в связи с его непричастностью к инкриминируемому преступлению со ссылкой на то, что оперативно-розыскные мероприятия, приведшие к его задержанию и привлечению к уголовной ответственности, проведены сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> с нарушением Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности».

Вопреки указанным доводам, оперативно-розыскные мероприятия, результаты которых послужили основанием к возбуждению в отношении ФИО1 уголовного дела, проводились должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес> при наличии предусмотренных п. 1 ч. 2 ст. 7 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» оснований не в отношении конкретно ФИО1, а по имевшейся информации о причастности неустановленных лиц к незаконному сбыту наркотических средств совместно с ФИО12 и лицом с никнеймом «@<данные изъяты>». Сведений о том, что именно ФИО1 был причастен к незаконному сбыту наркотических средств, у указанных должностных лиц на момент начала проведения указанных мероприятий не имелось. Такие сведения были получены лишь после задержания ФИО1 при его попытке забрать муляж с наркотическим средством из заранее оборудованного ими тайника, сделанного по указанию лица с никнеймом «@<данные изъяты>», поступившему на телефон ФИО12, который к тому моменту уже оказывал содействие правоохранительным органам в изобличении лиц, занимающихся незаконным сбытом наркотических средств (т. 1, л.д. 197-201). В указанном тайнике, согласно поступившей ФИО12 от лица с никнеймом «@<данные изъяты>» информации, должна была находиться крупная партия наркотических средств, расфасованных по свёрткам и готовая к реализации наркозависимым лицам. При этом при личном досмотре ФИО1, проведённом непосредственно после его задержания должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес>, был обнаружен мобильный телефон «Samsung», в котором содержались переписка с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», о сделанных им закладках наркотических средств по различным адресам в <адрес>, о которых ранее указанным должностным лицам известно не было.

Таким образом, проводимые должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес> оперативно-розыскные мероприятия («оперативный эксперимент» и «наблюдение»), в результате которых была установлена причастность ФИО1 к незаконному сбыту наркотических средств, носили пассивных характер и заключались в их стороннем наблюдении («пассивном невмешательстве») за участком местности, где ими от лица ранее задержанного ФИО12 по указанию лица с никнеймом «@<данные изъяты>» вместо наркотического средства был заложен его муляж. О том, что за данным муляжом явится именно ФИО1, указанным должностным лицам известно не было. Соответственно, каких-либо действий, свидетельствующих о подстрекательстве, склонении, побуждении ФИО1 в прямой или косвенной форме к совершению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес>, вопреки утверждениям защитника, не совершалось.

Надуманными являются доводы защитника о том, что должностные лица УНК УМВД РФ по <адрес> спровоцировали ФИО1 тем, что заложили муляж наркотического средства в оборудованный ими тайник, из которого он впоследствии данный муляж изъял.

Такие действия должностных лиц УНК УМВД РФ по <адрес> провокацией по смыслу ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», вопреки доводам защитника, не являются и являться не могут, поскольку они никак не способствовали возникновению у ФИО1 умысла на совершение преступлений при том, что, как следует из материалов дела, закладки с наркотическими средствами, которые ФИО1 намеревался незаконно сбыть совместно с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», были заложены им в тайники ещё до начала проведения указанных выше оперативно-розыскных мероприятий.

Учитывая таким образом, что все приведённые выше результаты оперативно-розыскной деятельности, вследствие которых ФИО1 был изобличён в незаконном обороте наркотических средств, были получены в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», впоследствии были представлены в орган предварительного следствия в соответствии с Инструкцией о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания, следователю или в суд, утверждённой Приказом МВД РФ, Минобороны РФ, ФСБ РФ, ФСО РФ, ФТС РФ, СВР РФ, ФСИН РФ, ФСКН РФ, СК РФ, № от 27 сентября 2013 года, оснований к признанию их недопустимыми не имеется. Наличие же в части из них (в протоколе личного досмотра ФИО1 (т. 1, л.д. 214-219), в протоколе обследования участка местности от 17 января 2018 года (т. 1, л.д. 223-224), в объяснениях свидетеля ФИО6 №10 (т. 1, л.д. 239), в объяснениях ФИО1 (т. 1, л.д. 257-258)) указания на неверную дату проведения оперативно-розыскных мероприятий, а также наличие в них исправлений даты их проведения, на что ссылался защитник в судебном заседании, основанием к признанию их недопустимыми не является.

Сам ФИО1 при этом, непосредственно после своего задержания, а также изъятия с его участием из тайников закладок с наркотическими средствами, о которых велась речь в имевшейся в изъятом у него телефоне «Samsung» переписке с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 7, л.д. 8-14, 18-20), подтвердил то обстоятельство, что все изъятые свёртки с наркотическими средствами были заложены им с целью их сбыта.

Объективно причастность ФИО1 к осуществлению этих закладок, кроме указанных его показаний, подтверждается совокупностью иных исследованных по делу доказательств, а именно:

-протоколом его личного досмотра от 17 января 2018 года, согласно которому у него были обнаружены и изъяты муляж наркотического средства, заложенный в тайник у <адрес> г. ФИО6 №9 должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес>, а также вышеуказанный мобильный телефон «Samsung», в памяти которого содержались сведения о заложенных им в тайники наркотических средствах в <адрес> (т. 1, л.д. 214-219);

-показаниями свидетелей ФИО6 №7 и ФИО6 №8 - сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес>, проводивших задержание ФИО1 в месте изъятия им из тайника муляжа наркотического средства и проводившими его личный досмотр, а также показаниями свидетелей ФИО6 №10 и ФИО6 №12 - незаинтересованных лиц, непосредственно присутствовавших при личном досмотре ФИО1 и подтвердивших факт изъятия у него вышеуказанного мобильного телефона и муляжа наркотического средства;

-показаниями свидетелей ФИО6 №3 и ФИО6 №4 - сотрудников УНК УМВД РФ по <адрес>, осуществивших закладку муляжа наркотического средства в тайник у гаражей у <адрес> г. ФИО6 №9, где ФИО1 был задержан при его изъятии;

-протоколами осмотров места происшествия от 18 января 2018 года, согласно которым по указанным в обвинении адресам в <адрес> с участием ФИО1 в присутствии понятых было изъято 17 свёртков с наркотическими средствами (т. 2, л.д. 2-10, 36-39, 45-48, 54-57, 63-66, 73-77, 88-94, 104-107, 114-118, 128-131);

-показаниями свидетелей ФИО6 №13, ФИО6 №15, ФИО62, ФИО6 №17, ФИО6 №18, ФИО63, ФИО6 №20, ФИО64, ФИО6 №22 и ФИО6 №24, в том числе данными на предварительном следствии и оглашёнными в судебном заседании на основании ч. 3 ст. 281 УПК РФ, которые подтвердили факт своего участия в качестве понятых при изъятии с участием ФИО1 из тайников свёртков с наркотическими средствами, и показавших о том, что он (ФИО1) сам показывал на места сделанных им закладок наркотических средств в целях их сбыта;

-показаниями свидетеля ФИО6 №9 - старшего оперуполномоченного по контролю за оборотом наркотиков МО МВД РФ «Тейковский», также подтвердившего, что ФИО1 добровольно указал на места сделанных им 17 закладок наркотических средств на территории <адрес>;

-справками об исследовании и заключениями судебных экспертиз, в соответствии с которыми все изъятые из тайников вещества являются наркотическим средством, содержащим в своем составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, который является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол (т. 2, л.д. 12, 17, 22, 27, 32, 41, 50, 59, 68, 79, 83, 96, 100, 109, 120, 124, 133, 243-245, 251-253; т. 3, л.д. 5-7, 13-15, 21-23, 29-31, 37-39, 45-47, 53-55, 61-63, 69-71, 77-79, 85-86, 92-93, 99-101, 107-109, 115-117);

-протоколом осмотра мобильного телефона «Samsung», заключением эксперта № от 17 сентября 2018 года и прилагаемым к нему компакт-диском CD-R, а также протоколом его осмотра, из которых следует, что ещё до 17 января 2018 года (даты задержания) ФИО1 был причастен к незаконному обороту наркотических средств (т. 3, л.д. 165-167, т. 4, л.д. 17-270, т. 5, л.д. 1-241, 243-280, 282-288).

Вышеприведённые доказательства, получены в соответствии с требованиями УПК РФ, согласуются друг с другом, с вышеприведёнными показаниями ФИО1, данными в качестве подозреваемого и обвиняемого (т. 7, л.д. 8-14, 18-20), а поэтому являются, допустимыми, достоверными, а в своей совокупности - достаточными для вывода о его виновности в совершении данного преступления, в связи с чем суд берёт их за основу при вынесении решения.

Несостоятельными суд находит доводы защитника о недопустимости протокола личного досмотра ФИО1, в ходе которого у него был изъят мобильный телефон «Samsung», а также свёрток с муляжом наркотического средства (т. 1, л.д. 214-219) со ссылкой на то, что эти предметы ему были подброшены сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> при его задержании.

Факт изъятия у ФИО1 при его личном досмотре указанного мобильного телефона и свёртка с муляжом наркотического средства подтверждается содержанием самого протокола досмотра (т. 1, л.д. 214-219), в котором подробно описаны обстоятельства их изъятия, предметы одежды, откуда они были изъяты. В нём, кроме того, содержатся пояснения самого ФИО1 о том, что он прибыл к <адрес> г. <адрес> с целью забрать наркотики. Помимо этого, в указанном протоколе имеется запись об ознакомлении с ним всех участвующих лиц, включая самого ФИО1, и об отсутствии у них замечаний к его содержанию.

В свою очередь, допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО6 №10 и ФИО6 №12, принимавшие участие в личном досмотре ФИО1 в качестве незаинтересованных лиц, подтвердили тот факт, что у него сотрудниками полиции был изъят сенсорный мобильный телефон и свёрток с неизвестным веществом. Кроме того, они подтвердили факт составления по окончании личного досмотра с участием ФИО1 вышеуказанного протокола, правильность занесённых в него сведений и отсутствие у каждого из них, а также у самого ФИО1, замечаний к его содержанию.

Показания указанных свидетелей в соответствующей части полностью согласуются с показаниями сотрудников УНК УМВД РФ по Ивановской области ФИО6 №8 и ФИО6 №7, проводивших его личный досмотр, в связи с чем оснований не доверять их показаниям, равно, как и показаниям последних, у суда не имеется.

Помимо этого, факт принадлежности ФИО1 указанного выше мобильного телефона до его задержания 17 января 2018 года объективно подтверждается протоколом его осмотра, заключением эксперта № от 17 сентября 2018 года, а также протоколом осмотра прилагаемого к нему компакт-диска CD-R (т. 3, л.д. 165-167, т. 4, л.д. 17-270, т. 5, л.д. 1-242), из которых следует, что в памяти этого телефона имеются фотографии, как самого ФИО1, так и его малолетнего ребёнка, исходящие вызовы за 19 декабря 2017 года абоненту под именем «х» с абонентским номером №, которым пользуется его супруга ФИО6 №25, пропущенные от неё же вызовы за 26 ноября 2017 года, 2 декабря 2017 года и 17 января 2018 года, а также входящие sms-сообщения от неё за 26 декабря 2017 года.

Оснований считать протокол личного досмотра ФИО1 недопустимым доказательством по иным приведённым защитником в судебном заседании обстоятельствам, а именно по причине отсутствия в нём указания на участие в личном досмотре свидетеля ФИО6 №8, а также указания на обнаружение при ФИО1 мобильного телефона «Nokia» и возвращении его ему по окончании досмотра не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что изъятый у ФИО1 при личном досмотре мобильный телефон «Samsung» находился у него в пользовании до его задержания, а, следовательно, он, как и свёрток с муляжом наркотического средства, не были ему подброшены сотрудниками УНК УМВД РФ по Ивановской области при его задержании.

Отвергает суд доводы защитника о необходимости не доверять показаниям свидетелей ФИО6 №10 и ФИО6 №12 в связи с наличием в них противоречий в той части, что они по-разному описывали пояснения ФИО1, данные в ходе личного досмотра, относительно наличия или отсутствия при нём запрещённых предметов, а также относительно наличия или отсутствия при нём мобильного телефона «Nokia».

Вопреки указанным доводам, показания свидетелей ФИО6 №12 и ФИО6 №10 в части того, сообщал ли ФИО1 о наличии или отсутствии при нём запрещённых предметов, не имеют какого-либо доказательственного значения по делу, поскольку они не подтверждают и не опровергают обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ применительно к существу предъявленного ФИО1 обвинения.

Вместе с тем, данные свидетели в судебном заседании подтвердили факт обнаружения при ФИО1 в ходе его личного досмотра, кроме свёртка с муляжом наркотического средства, двух мобильных телефонов - марки «Samsung» и марки «Nokia», один из которых (марки «Samsung») был изъят. Ссылку при этом защитника на показания свидетеля ФИО6 №12 (т. 6, л.д. 25-27), в которых он на следствии утверждал, что у ФИО1 был изъят старенький, «кнопочный», маленький и невзрачный мобильный телефон, суд во внимание принять не может, поскольку сам свидетель опроверг эти показания, пояснив, что они были вызваны его добросовестным заблуждением, поскольку со дня личного досмотра ФИО1 прошёл значительный промежуток времени, в связи с чем он не помнил отдельных его обстоятельств.

Не может суд согласиться и с утверждениями защитника о недопустимости протоколов осмотра места происшествия, в ходе которых с участием ФИО1 было изъято 17 свёртков с наркотическим веществом (т. 2, л.д. 2-10, 36-39, 45-48, 54-57, 63-66, 73-77, 88-94, 104-107, 114-118, 128-131) и первоначально данных им признательных показаний (т. 7, л.д. 8-14, 18-20) со ссылкой на то, что эти доказательства были получены с нарушением УПК РФ, в результате применения к нему сотрудниками УНК УМВД РФ по Ивановской области недозволенных методов ведения следствия, а также на то, что при производстве осмотров ему не было разъяснено его право пользоваться услугами защитника.

Вопреки вышеуказанным доводам, как видно из оспариваемого защитником протокола личного досмотра ФИО1, ему непосредственно до начала досмотра было разъяснено его право выступать и давать объяснения, заявлять ходатайства и отводы, приносить жалобы, а также предусмотренное ст. 51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя самого, что подтверждено наличием его подписи в соответствующей графе протокола (т. 1, л.д. 214-219).

Факт разъяснения ФИО1 его прав до начала личного досмотра подтвердили в суде и допрошенные по делу в качестве свидетелей незаинтересованные лица - ФИО6 №12 и ФИО6 №10

Однако, от ФИО1 каких-либо ходатайств, в том числе о желании пользоваться услугами защитника либо заявлений об отказе от дачи каких-либо пояснений по существу задержания не поступало.

Напротив, как видно из протокола личного досмотра, ФИО1 при обнаружении при нём мобильного телефона «Samsung» и свёртка с муляжом наркотического средства, он, несмотря на разъяснение ему права, предусмотренного ст. 51 Конституции РФ, дал пояснение о том, что при переписке в программе «Shelter» оператор с никнеймом «@<данные изъяты>» дал ему указание забрать наркотики у гаража по адресу: <адрес>, где он и забрал их.

Кроме того, ФИО1 изъявил добровольное желание оказывать содействие должностным лицам УНК УМВД РФ по <адрес> в проведении оперативно-розыскных мероприятий по изобличению лиц, сбывающих наркотические средства на территории <адрес>, разрешив им сделать скриншоты его переписки с указанным лицом и от его (ФИО1) имени вести с ним переписку, а также следовать его указаниям, что подтверждается имеющимся в материалах дела его собственноручно написанным 17 января 2018 года заявлением на имя начальника УНК УМВД РФ по <адрес> (т. 1, л.д. 231).

В дальнейшем, следуя указанному заявлению, вплоть до своего первого допроса 18 января 2018 года (т. 7, л.д. 8-14) ФИО1, добровольно в присутствии понятых в соответствии с имевшейся в изъятом у него телефоне «Samsung» перепиской с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>» указал на 17 тайников со сделанными им закладками наркотических средств, которые он намеревался сбыть, и которые при его непосредственном содействии были изъяты органом предварительного следствия из незаконного оборота в рамках проводимых с его участием осмотров указанных мест (т. 2, л.д. 2-10, 36-39, 45-48, 54-57, 63-66, 73-77, 88-94, 104-107, 114-118, 128-131).

Объективно, факт производства указанных осмотров, помимо самих протоколов осмотра, подтверждается прилагаемыми к ним фототаблицами, на которых видно, как ФИО1 в присутствии понятых, указывает на места сделанных им закладок наркотических средств.

Как видно из содержания протоколов осмотра, до начала их производства, равно, как и в ходе них, ФИО1 каких-либо ходатайств, в том числе о желании пользоваться услугами защитника не заявлял.

В свою очередь, допрошенные по делу в качестве свидетелей ФИО6 №13, ФИО6 №15, ФИО61, ФИО6 №17, ФИО6 №18, ФИО59, ФИО6 №20, ФИО60, ФИО6 №22 и ФИО6 №24, участвовавшие в качестве понятых при производстве данных осмотров, подтвердили факт изъятия с участием ФИО1 вышеуказанных 17 свёртков с наркотическими средствами, на которые указал ФИО1, а также факт составления с их участием названных выше протоколов, правильность и полноту сделанных в них записей. Показания указанных свидетелей в полной мере согласуются с содержанием протоколов осмотра.

Кроме того, как видно из содержания указанных выше протоколов, они составлены в строгом соответствии с требованиями ст.ст. 166, 180 УПК РФ. Сделанные в ходе их производства ФИО1 заявления, касающиеся обстоятельств обнаружения и изъятия закладок с наркотическими средствами, были занесены должностными лицами, проводившими осмотры, в протокол, как того требуют положения ч. 4 ст. 166 УПК РФ. Отсутствие защитника при даче ФИО1 соответствующих пояснений, о недопустимости данных протоколов осмотра с учётом приведённых выше обстоятельств и разъяснения ему соответствующих прав, не свидетельствует.

Сопоставляя, таким образом содержание вышеуказанных протоколов осмотра с иными доказательствами, с показаниями указанных выше свидетелей, а также с имеющимися в деле фототаблицами, суд приходит к выводу о том, что описанные в них обстоятельства обнаружения фиксации и изъятия наркотических средств с участием ФИО1, а также и данные им в ходе их производства пояснения соответствуют действительности. Нахождение же ФИО1 в капюшоне в момент производства осмотров о нарушении требований УПК РФ и о недопустимости составленных протоколов осмотра, не свидетельствует.

Безосновательны и утверждения защитника о том, что в ходе осмотров было изъято не 17, а 10 закладок с наркотическими средствами. Эти его утверждения противоречат содержанию протоколов осмотра, в которых зафиксирован факт изъятия с участием ФИО1 именно 17 свёртков с наркотическими средствами, а не 10, как указывал защитник.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на досудебной стадии производства по делу до явки защитника должностными лицами правоохранительных органов выполнены предусмотренные ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ требования о разъяснении ФИО1 его права не свидетельствовать против самого себя, пользоваться услугами адвоката, приносить жалобы на действия (бездействие) и решения органов предварительного расследования и была обеспечена возможность осуществления этих прав. Отсутствие же в материалах дела документально подтверждённых сведений о разъяснении ФИО1 перед каждым из проводимых осмотров перечисленных прав, о нарушении требований УПК РФ, и права на защиту ФИО1, с учётом приведённых выше обстоятельств, не свидетельствует.

Оценивая, в свою очередь, доводы ФИО1 и защитника о применении к ФИО1 должностными лицами УНК УМВД РФ по <адрес> недозволенных методов ведения следствия, вследствие которых были получены упомянутые выше доказательства, суд, исходит из того, что ни подсудимым, ни защитником достаточных и убедительных доказательств, свидетельствующих о применении к нему на досудебной стадии производства по делу указанных незаконных методов ведения следствия, не представлено.

Опровергли сообщённые ФИО1 сведения о применении к нему недозволенных методов ведения следствия свидетели ФИО6 №7 и ФИО6 №8 - должностные лица УНК УМВД РФ по <адрес>, непосредственно проводившие его задержание при попытке забрать из тайника муляж с наркотическим средством. Они показали, что на месте задержания ФИО1 и в процессе работы с ним в здании УНК УМВД РФ по <адрес> какого-либо физического или психического насилия к нему не применяли.

Допрошенные по делу в качестве свидетелей ФИО6 №3 и ФИО6 №4, также проводившие оперативно-розыскные мероприятия и изобличившие ФИО1 в совершении указанного преступления, факт какого-либо физического или психического воздействия на ФИО1 также отрицали.

Объективных данных, свидетельствующих о наличии у ФИО1 телесных повреждений, на которые он ссылался на следствии и в судебном заседании, в подтверждении доводов о применении к нему сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> физического насилия, в деле не содержится.

Кроме того, как видно из материалов дела, по изложенным ФИО1 фактам применения к нему сотрудниками УНК УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №8 и ФИО6 №7 незаконных методов ведения следствия, подкладывания ими ему мобильного телефона «Samsung» и свёртка с муляжом наркотического средства проводилась доследственная проверка в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ, по результатам которой постановлением следователя по ОВД СО по <адрес> г. <адрес> СУ СК РФ по <адрес> 28 апреля 2018 года и постановлением старшего следователя СО по <адрес><адрес> СУ СК РФ по Ивановской области от 13 августа 2018 года в возбуждении уголовного дела в отношении них по ст.ст. 285, 286 УК РФ было отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в их действиях состава преступлений.

В ходе проведённых проверок по сведениям из ИВС УМВД РФ по Ивановской области и ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Ивановской области установлено, что каких-либо телесных повреждений у ФИО1 зафиксировано не было, жалоб на состояние здоровья за время содержания в указанных учреждениях он не предъявлял.

Отказано в возбуждении уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступлений, предусмотренных ст.ст. 285, 286 УК РФ постановлением следователя Тейковского МСО СУ СК РФ по Ивановской области от 25 апреля 2018 года и в отношении должностных лиц МО МВД РФ «Тейковский» ФИО6 №9 и ФИО6 №1 по сообщению ФИО1 о незаконном его удержании 18 января 2018 года.

Иных доказательств, кроме утверждений ФИО1, о применении к нему недозволенных методов ведения следствия, им и защитником суду не представлено.

Вместе с тем, как видно из материалов дела, свои первоначальные показания (т. 7, л.д. 8-14, 18-20) уже после задержания и изъятия с его участием свёртков с наркотическими средствами, ФИО1 давал в присутствии защитника, с разъяснением ему положений ст.ст. 46, 47 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, а также положений о возможности их использования в качестве доказательств по уголовному делу в случае его отказа от них. В протоколах его допроса содержится ссылка на факт личного ознакомления его и его защитника с их содержанием и отсутствие замечаний к ним, что подтверждено подписью каждого из них в соответствующих графах протоколов.

Старший следователь СО МО МВД РФ «Тейковский» ФИО6 №1, проводившая вышеуказанные допросы ФИО1, будучи допрошенной в качестве свидетеля, в судебном заседании подтвердила, что он допрашивался ею в обоих случаях с участием защитника Курейко С.В. Ему перед началом допроса разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ, ст.ст. 46, 47 УПК РФ. Показания, данные ФИО1, заносились ею в протоколы допроса с его слов. С указанными протоколами допроса ФИО1 и защитник знакомились лично, замечаний к ним не имели.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, каких-либо доказательств, свидетельствующих о применении к ФИО1 на досудебной стадии недозволенных методов ведения следствия, стороной защиты суду не представлено. В этой связи, все протоколы осмотров, проведённых с участием ФИО1, по изъятию из тайников 17 свёртков с наркотическими средствами, а также первоначально данные им на предварительном следствии показания (т. 7, л.д. 8-14, 18-20), являются допустимыми доказательствами. Показания же ФИО1, данные в судебном заседании, о применении к нему недозволенных методов ведения следствия суд расценивает, как изменение им избранного способа защиты и предпринятую им попытку избежать ответственности за содеянное.

Ссылка защитника в обоснование вынужденности данных ФИО1 первоначальных показаний на запись, выполненную ФИО1 в протоколе допроса от 18 января 2018 года (т. 7, л.д. 8-14) после фразы: «с моих слов записано верно», не может служить доказательством применения к нему недозволенных методов ведения следствия, поскольку эта запись неразборчива. Само по себе же её наличие в указанном протоколе допроса, с учётом участия в допросе защитника и отсутствия с его стороны и со стороны ФИО1 каких-либо замечаний к его содержанию, а также соответствующих жалоб от них, поданных сразу после допроса к надзирающему прокурору или руководителю следственного органа, о доказанности факта применения к нему незаконных методов ведения следствия не свидетельствует.

Не свидетельствует об этом и тот факт, что указанный допрос ФИО1 производился по истечении установленного ч. 2 ст. 46 УПК РФ срока, поскольку данный факт не опровергает сообщённых ФИО1 в ходе допроса с участием защитника сведений о своей причастности к совершённому преступлению.

Нелогичность же, по мнению защитника, показаний ФИО1 о последовательности осуществления им закладок наркотических средств в тайники, противоречивость его показаний о месте приобретения им ДД.ММ.ГГГГ крупной партии наркотических средств, о количестве сделанных им 12 и 13 января 2018 года в <адрес> закладок и их несоответствие общему количеству закладок, находившихся, с его слов, в полученной им крупной партии наркотиков, а равно его ссылка на промежуток времени, в течение которого проводился допрос ФИО1 (в действительности не 20 минут, как указал защитник, а 2 часа 20 минут (с 20 часов 20 минут до 22 часов 40 минут 18 января 2018 года), о применении к нему незаконных методов ведения следствия и о недопустимости данного протокола допроса также не свидетельствуют.

Утверждения защитника об отсутствии на каждой странице протокола допроса ФИО1 от 18 января 2018 года (т. 7, л.д. 8-14) подписи ФИО1 надуманны и опровергаются содержанием указанного протокола допроса, в котором на каждой его странице имеется его подпись, в связи с чем требования ч. 8 ст. 190 УПК РФ следователем выполнены в полном объёме.

Не может само по себе свидетельствовать о вынужденности первоначально данных ФИО1 показаний, вопреки доводам защитника, и тот факт, что, согласно показаниям свидетелей ФИО6 №24 и ФИО6 №15 сотрудники полиции находились в местах сделанных им закладок ещё до его прибытия в указанные места с целью их изъятия.

Нахождение в указанных местах сотрудников полиции до изъятия с участием ФИО1 из тайников закладок с наркотическими средствами было вызвано необходимостью охраны места происшествия и недопущения изъятия наркотических средств иными лицами, включая и их потребителей, что в целом согласуется с положениями п. 2 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 7 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции», а также с тем, что в распоряжении сотрудников полиции на тот момент уже имелись сведения о переписке ФИО1 с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>» о местах сделанных им закладок наркотических средств в <адрес>.

Не может суд признать убедительными и доводы защитника о недопустимости протоколов допроса свидетелей ФИО53, ФИО54 и ФИО55 (т. 6, л.д. 48-49, 54-55, 60-61) со ссылкой на их пояснения в судебном заседании о том, что они на досудебной стадии производства по делу не допрашивались.

Факт допроса указанных свидетелей на предварительном следствии подтверждается имеющимися в материалах дела протоколами их допроса (т. 6, л.д. 48-49, 54-55, 60-61), в которых содержится указание на разъяснение им прав, предусмотренных ст. 56 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ, а также сведения о предупреждении их об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний.

Старший следователь СО МО МВД РФ «Тейковский» ФИО6 №1 в судебном заседании, будучи допрошенной в качестве свидетеля, подтвердила факт допроса ею на стадии предварительного следствия указанных свидетелей. Она пояснила, что допрашивала этих свидетелей отдельно друг от друга, их показания заносила в протоколы допроса с их слов, после чего ознакомила их с содержанием протоколов, которые они подписали и замечаний к ним не имели.

Содержащиеся при этом в протоколах допроса показания указанных свидетелей в целом идентичны данным, изложенным в протоколах осмотра места происшествия, в которых они принимали участие в качестве понятых (т. 2 л.д. 54-57, 88-94). Эти свидетели, кроме того, несмотря на данные ими вышеуказанные пояснения, в судебном заседании подтвердили правильность содержащихся в протоколах их допроса сведений об обстоятельствах их участия в качестве понятых при производстве соответствующих осмотров и изъятия с их участием и с участием ФИО1 закладок с наркотическими средствами.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что приведённые выше пояснения свидетелей ФИО56, ФИО57 и ФИО58 являются следствием их добросовестного заблуждения, при котором они ввиду значительного промежутка времени, прошедшего со дня допроса, не помнили обстоятельств их производства.

По тем же причинам не усматривает суд оснований к признанию недопустимыми и протоколов допроса свидетелей ФИО6 №24 и ФИО6 №22 (т. 6, л.д. 62-63), также утверждавших, что на предварительном следствии они подписали готовые протоколы их допроса, поскольку также расценивает данные их утверждения, как следствие их добросовестного заблуждения, при котором они ввиду значительного промежутка времени, не помнили обстоятельств производства с их участием допросов.

Отклоняет суд и утверждения защитника о недопустимости показаний свидетелей ФИО6 №13 (т. 6, л.д. 42-43), ФИО6 №17 (т. 6, л.д. 50-51), ФИО6 №18 (т. 6, л.д. 52-53, 58-59) со ссылкой на то, что в протоколах их допроса содержится чрезмерно подробное, по его мнению, описание обстоятельств изъятия с их участием и с участием ФИО1 закладок с наркотическими средствами, на то, что запись: «с моих слов записано верно, мной прочитано» выполнена ими со значительным пропуском от окончания текста протокола, а также на то, что запись о личном ознакомлении с ними и об отсутствии замечаний к ним, выполнена почерком, отличным от почерка свидетелей, что, как полагал защитник, свидетельствует о том, что эти свидетели по делу на досудебной стадии фактически не допрашивались.

Соответствующие утверждения защитника являются голословными и какими-либо доказательствами не подтверждаются. Само по себе же содержание протоколов допроса указанных свидетелей, с учётом наличия в них подписи свидетелей и подтверждённой ими в суде правильности содержащихся в них показаний, о недопустимости протоколов их допроса не свидетельствует.

Не может суд принять во внимание и доводы защитника о недопустимости показаний свидетеля ФИО6 №20 со ссылкой на, якобы, данные им в суде показания, о том, что он на стадии предварительного следствия не допрашивался, протокол своего допроса подписал, не читая, а также о недопустимости показаний свидетеля ФИО6 №24, якобы, утверждавшего о том, что ФИО1 путался в местах закладок наркотических средств и их местонахождение ему подсказывали сотрудники полиции.

Таких показаний ни свидетель ФИО6 №20, ни свидетель ФИО6 №24 в суде не давали, в связи с чем ссылка на них защитника необоснованна. Показания же свидетеля ФИО6 №24, данные на предварительном следствии (т. 6, л.д. 100-102), которые защитник просил признать недопустимыми, в судебном заседании не исследовались, а поэтому утверждения защитника об их недопустимости необоснованны.

Не исследовался в судебном заседании и протокол свидетеля ФИО6 №14 (т. 6, л.д. 44-45), в связи с чем доводы защитника о недопустимости данного протокола также необоснованны.

По тем же причинам суд отклоняет и доводы защитника о недопустимости показаний свидетеля ФИО6 №12, данных на предварительном следствии 27 сентября 2019 года, а также протокола его очной ставки со свидетелем ФИО6 №8 (т. 9, л.д. 130-132, 136-138) со ссылкой на якобы данные этим свидетелем в судебном заседании пояснения о том, что он подписал заранее изготовленные протоколы указанных следственных действий. Таких показаний свидетель ФИО6 №12 также не давал и указанные протоколы следственных действий с его участием в судебном заседании не исследовались.

Отвергает суд и доводы защитника о недопустимости протокола допроса свидетеля ФИО6 №10 от 4 октября 2019 года (т. 9, л.д. 133-135), а также протокола его очной ставки со свидетелем ФИО6 №8 (т. 9, л.д. 139-141) со ссылкой на то, что данный свидетель подписал заранее заготовленные следователем протоколы указанных следственных действий без их фактического проведения.

Вопреки доводам защитника, факт производства данных следственных действий с участием свидетеля ФИО6 №10 подтверждается наличием в материалах дела соответствующих протоколов, в которых имеются его подписи, подлинность которых он подтвердил в судебном заседании.

Допрошенная в качестве свидетеля следователь по ОВД СЧ СУ УМВД РФ по Ивановской области ФИО6 №2, а также свидетель ФИО6 №8, участвовавший в очной ставке со ФИО6 №10, подтвердили факт производства указанных следственных действий, пояснив, что они проводились в подъезде по месту жительства ФИО6 №10, а протоколы этих следственных действий составлялись по их окончании в УМВД РФ по Ивановской области, что требованиям ст. 166 УПК РФ не противоречит. Оснований не доверять показаниям указанных лиц, суд, вопреки доводам защитника, не усматривает. Содержащееся же в протоколах указанных следственных действий указание на то, что они были выполнены в кабинете следователя, а равно о том, что в протоколе допроса свидетеля ФИО6 №10 отсутствует указание на то, что при нём присутствовал свидетель ФИО6 №8, о недопустимости таких протоколов не свидетельствует. Ссылка при этом защитника на пояснения свидетеля ФИО22 в судебном заседании, в которых он утверждал, что подтверждает ранее данные им показания о том, что в ходе личного досмотра ФИО1 пояснял, что при себе ничего запрещённого на момент производства его личного досмотра он не имел (т. 6, л.д. 22-24), судом во внимание быть принята не может, поскольку это обстоятельство факта производства вышеуказанных следственных действий не опровергает.

Несостоятельными суд находит и доводы защитника о недопустимости протоколов осмотра мобильного телефона «Samsung» от 6 июня 2019 года (т. 5, л.д. 243-280), а также протокола осмотра компакт-диска CD-R - приложения к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года (т. 4, л.д. 17-270, т. 5, л.д. 1-241) со ссылкой на то, что по делу не проведена фоноскопическая и психолого-лингвистическая судебная экспертиза имеющегося в телефоне мужского голоса, а обнаруженные в телефоне фотографии участков местности сделаны после 15 часов 30 минут 17 января 2018 года (даты и времени фактического задержания ФИО1).

Сам ФИО1, будучи допрошенным на стадии предварительного следствия 7 июня 2019 года с участием защитника ФИО24 (т. 7, л.д. 122-124) подтвердил, что обнаруженный в мобильном телефоне мужской голос, который как видно из содержания прослушанных аудиозаписей, 10 ноября 2017 года описывал местонахождение закладок с наркотическими средствами, принадлежит ему, в связи с чем оснований к проведению по делу вышеуказанных судебных экспертиз по делу не имелось. Утверждения защитника и самого ФИО1 о том, что в ходе допроса ему следователем демонстрировались иные аудиозаписи, в том числе интимного характера его взаимоотношений с женой, опровергла допрошенная по делу в качестве свидетеля старший следователь по ОВД СЧ СУ УМВД РФ по <адрес> ФИО6 №2, проводившая указанный допрос, и подтвердившая, что ею ФИО1 демонстрировались именно указанные выше аудиозаписи. Кроме того, утверждения защитника и ФИО1 о демонстрации им в ходе указанного допроса указанных не относящихся к делу аудиозаписей противоречит версии ФИО1 о непринадлежности ему телефона «Samsung» в котором, якобы, эти записи были, а также результатам его осмотра, которым установлено, что иных аудиозаписей мужского голоса, кроме того, что описывал местонахождение закладок, в нём не содержится. Обнаруженные же на компакт-диске - приложении к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года в папке «thumbnails» директории «DCIM» фотографии участков местности с датой создания в 16 часов 47 минут 17 января 2018 года о непричастности ФИО1 к вменяемому ему преступлению не свидетельствуют, поскольку данная папка в операционной системе «Android» предназначена для хранения миниатюр ранее сделанных пользователем снимков и видеофайлов с камеры устройства. При этом в самой папке «camera» директории «DCIM», где хранятся все первоисточники сделанных на камеру устройства фотографий и видеозаписей, фотографий и файлов с датой создания позднее 15 часов 30 минут ДД.ММ.ГГГГ не имеется.

Утверждения ФИО1 о том, что его фотографии и фотографии его ребёнка, имеющиеся на компакт-диске CD-R, прилагаемом к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года, были специально перемещены на него из изъятого у него в ходе обыска ноутбука «Acer» с целью фальсификации доказательств обвинения, голословны и материалами дела не подтверждаются.

Безосновательны утверждения защитника о наличии в деле противоречий в описании мобильного телефона «Samsung», изъятого у ФИО1, со ссылкой на то, что в протоколе личного досмотра ФИО1 (т. 1, л.д. 214-219) и в показаниях свидетелей ФИО6 №10 и ФИО6 №12 указано на факт изъятия мобильного телефона «Samsung» в корпусе чёрного цвета, а в заключении эксперта № от 17 сентября 2018 года (т. 3, л.д. 165-167) описан телефон в чехле-бампере чёрного цвета.

Факт изъятия у ФИО1 мобильного телефона «Samsung», представленного впоследствии на компьютерную экспертизу, по результатам которой было дано вышеуказанное заключение, сомнений у суда не вызывает. Кроме того, данный факт был подтверждён в судебном заседании в результате непосредственного осмотра судом указанного телефона с участием сторон, при котором все его идентификационные признаки, включая I-MEI-коды, были сопоставлены с данными мобильного телефона, представленного на экспертизу.

Не свидетельствует о непричастности ФИО1 к инкриминируемому преступлению и тот факт, что в памяти указанного мобильного телефона присутствует женский голос, описывающий местонахождение закладок наркотических средств по адресам: <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>, <адрес>.

Само по себе наличие указанного женского голоса в памяти данного мобильного телефона не опровергает приведённой выше совокупности доказательств, свидетельствующих о причастности ФИО1 к вменяемому ему преступлению или о причастности к нему иного лица, поскольку точное местонахождение этих закладок ФИО1 показал ещё при осмотре мест происшествия 18 января 2018 года, в ходе которых они с его участием были изъяты (т. 2, л.д. 2-10, 36-39, 45-48, 54-57, 63-66, 73-77, 88-94, 104-107, 114-118, 128-131). О том же, что в памяти данного мобильного телефона имеется женский голос, описывавший местонахождение закладок с наркотическими средствами по указанным выше адресам, органу предварительного следствия стало известно гораздо позднее - 6 июня 2019 года только при его осмотре (т. 5, л.д. 243-280), что с учётом приведённых выше обстоятельств изъятия этих закладок свидетельствует о преступной осведомлённости ФИО1 об их точном местонахождении. В противном случае, не зная об их точном местоположении, ФИО1 не смог бы указать на них при производстве с его участием вышеуказанных осмотров места происшествия.

Об осведомлённости ФИО1 в целом о точном местонахождении всех 17 изъятых с его участием закладок с наркотическими средствами свидетельствует, кроме того, и тот факт, что в его переписке с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», изъятой из обнаруженного при нём телефона «Samsung», отсутствует описание местонахождения 5 из 17 изъятых закладок (3 из 5 закладок у <адрес> и <адрес> закладок у <...> на <адрес>) на которые он (ФИО1) указал в ходе проводимых с его участием осмотров места происшествия. Местонахождение этих закладок не описано и женским голосом, имевшимся в указанном телефоне.

Изложенное в совокупности достаточно свидетельствует о том, что, должностным лицам правоохранительных органов ничего не было известно о местонахождении этих 5 закладок до того момента, пока на них не указал ФИО1 в ходе проводимых с его участием осмотров места происшествия, что полностью опровергает его версию о его невиновности в совершении преступления и о том, что все закладки изымались сотрудниками правоохранительных органов без какого-либо его содействия.

Наличие, кроме того, в указанном мобильном телефоне женского голоса, описывавшего местонахождение указанных выше закладок с наркотическими средствами, в достаточной степени не свидетельствует и о том, что эти закладки были сделаны ФИО1 в группе лиц по предварительному сговору с иным лицом, поскольку в материалах дела отсутствует достаточная совокупность доказательств, подтверждающих факт выполнения лицом, чей голос, описывал их местонахождение, объективной стороны состава преступления, предусмотренного ст. 228.1 ч. 4 п. «г» УК РФ. Само по себе же наличие в памяти указанного телефона данного женского голоса о выполнении лицом, его оставившим, объективной стороны состава данного преступления не свидетельствует.

Суд не может признать относимыми и использовать в качестве доказательств по делу автомобиль ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак <***>, протокол его осмотра от 20 января 2018 года, ноутбук «ACER», изъятый в ходе обыска по месту жительства ФИО1, поскольку эти доказательства не подтверждают и не опровергают предусмотренных ст. 73 УПК РФ обстоятельств, подлежащих доказыванию применительно к предъявленному ФИО1 обвинению.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, как покушение на незаконный сбыт наркотических средств группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, с использованием электронных и информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), при этом преступление не было доведено им до конца по не зависящим от него обстоятельствам.

Суд уточняет содержащееся в обвинении указание на период времени совершения ФИО1 преступления, как с 11 января 2018 года до 15 часов 30 минут 17 января 2018 года, поскольку факт осуществления им указанных в обвинении 17 закладок наркотического средства в указанный период времени подтверждается совокупностью исследованных по делу доказательств. Кроме того, ФИО1, как видно из материалов дела, был фактически задержан в 15 часов 30 минут 17 января 2018 года, а не в 15 часов 45 минут указанного числа, как об этом указано в обвинительном заключении, в связи с чем вменение ему периода совершения преступления до 15 часов 45 минут является необоснованным.

Кроме того, суд уточняет содержащееся в обвинении указание на общую массу наркотического средства, которое в адрес ФИО1 поставило лицо с никнеймом «@<данные изъяты>» - 52,52 г., а также указание на массу наркотических средств в свёртках, заложенных ФИО1 в тайники с целью сбыта - 3,14 г, 3,11 г, 3,12 г, 3,07 г, 3,11 г., 3,18 г, 3,15 г., 3,14 г, 3,12 г., 3,11 г., 3,07 г, 2,98 г, 2,81 г, 3,11 г, 3,09 г, 3,09 г, 3,12 г, поскольку содержащееся в обвинении указание на их количество с формулировкой «не менее» вышеприведённого является неконкретным и не соответствует требованиям п. 4 ч. 1 ст. 171, п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ.

Также суд уточняет обвинение ФИО1 в той его части, что он поместил в 17 тайников наркотическое средство 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, которое является производным наркотического средства 3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 52,52 г, расфасованное в 17 свёртков из полимерной липкой ленты синего и чёрного цветов с находящимися в них во фрагментах фольги пакетами из неокрашенного полимерного материала с фиксирующими застежками.

Указанное обстоятельство непосредственно следует из содержания данных ФИО1 на следствии показаний, из которых следует, что полученное им от лица с никнеймом «@<данные изъяты>» указанное наркотическое средство общей массой 52,52 г, уже было расфасовано по свёрткам.

Приведённые выше уточнения обвинения не изменяют фактических обстоятельств вменяемого в вину ФИО1 преступления и не нарушают его права на защиту.

Квалифицирующие признаки «группой лиц по предварительному сговору» и «с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет») вменены ФИО1 обоснованно.

Как видно из материалов дела, ФИО1, вступив в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в предварительный преступный сговор с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>», в своей преступной деятельности действовал в рамках отведённой ему роли, а именно поместил 17 свёртков с наркотическими средствами общей массой 52,52 г, в специально оборудованные тайники с целью их доведения до потребителей, о чём через специальное приложение «Shelter» («Shelter IM») в сети «Интернет» сообщил указанному выше лицу и присылал ему описание местонахождения тайников с наркотическими средствами и их фотографии.

В свою очередь, указанное лицо должно было осуществить розничный сбыт указанных наркотических средств и сообщить в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» потребителям наркотических средств места сделанных ФИО1 закладок, однако преступление не было доведено ФИО1 до конца по независящим от него обстоятельствам, поскольку наркотические средства, предназначенные для сбыта, были изъяты из тайников до передачи их потребителям.

Масса наркотического средства - 52,52 г, которое ФИО1 и неустановленное лицо с никнеймом «@<данные изъяты>» пытались незаконно сбыть, соответствует установленному Постановлением Правительства РФ № от 1 октября 2012 года крупному размеру.

Суд не может согласиться с доводами защитника о наличии в действиях ФИО1 добровольного отказа от совершения преступления со ссылкой на то, что только при его содействии сотрудниками правоохранительных органов были изъяты наркотические средства, заложенные в тайники, о которых ранее им известно не было.

В силу ч. 1 ст. 31 УК РФ добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца.

По смыслу закона отказ от совершения преступления может иметь место на стадии покушения на преступление лишь при условии, что он является добровольным и окончательным.

Однако, каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о добровольном отказе ФИО1 от совершения преступления, по делу не имеется.

Как видно из материалов дела, наркотические средства, заложенные ФИО1 в тайники, были изъяты сотрудниками полиции уже после изобличения его в противоправной деятельности, связанной с распространением наркотических средств. При этом его указание в процессе предварительного следствия на местонахождение сделанных им закладок с наркотическими средствами, приведшее к их изъятию, не может расцениваться, как добровольный отказ от совершения преступления.

Наличие у ФИО1 способности осознавать фактический характер и общественную опасность содеянного и руководить своими действиями не оспаривается сторонами и подтверждается заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов № от 6 августа 2018 года, согласно которому он каким-либо хроническим психическим расстройством, временным психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики, лишающими его способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, как в момент совершения ими инкриминируемого ему деяния, так и в настоящее время, не страдал и не страдает, в связи с чем мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими и не лишён такой способности в настоящее время, в связи с чем в применении принудительных мер медицинского характера он не нуждается (т. 7, л.д. 200-201).

С учётом отсутствия оснований сомневаться в психической полноценности ФИО1 суд признает его в отношении содеянного вменяемым лицом, подлежащим уголовной ответственности.

При назначении ФИО1 наказания, суд в соответствии с ч. 3 ст. 60, ч. 1 ст. 66 УК РФ, учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, личность виновного, обстоятельства, смягчающие его наказание, влияние назначенного наказания на исправление осуждённого, на условия жизни его семьи, а также обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца.

ФИО1 не судим (т. 7, л.д. 158-161), на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит (т. 7, л.д. 162-163, 166-168), разведён (т. 7, л.д. 182), имеет на иждивении 3 малолетних детей (т. 7, л.д. 151-154, 183-186), является бывшим военнослужащим в/ч № 12416 (т. 7, л.д. 155-157), по месту жительства участковым уполномоченным МО МВД РФ «Тейковский» характеризуется удовлетворительно (т. 7, л.д. 174), соседями и по месту обучения в Ставропольском военном институте связи ракетных войск - положительно (т. 7, л.д. 188, т. 9, л.д. 162-163), однако, за время прохождения военной службы в должности старшего инженера группы боевого управления (ПКП) дивизиона обеспечения боевого управления - отрицательно (т. 7, л.д. 177, 190).

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд в соответствии с п. «г» и «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признаёт наличие на его иждивении 3 малолетних детей (т. 7, л.д. 151-154, 183-186), его активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Соглашаясь с мнением государственного обвинителя о наличии в действиях ФИО1 такого смягчающего наказание обстоятельства, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, суд исходит из того, что ФИО1 непосредственно после задержания добровольно согласился сотрудничать с сотрудниками правоохранительных органов в изобличении лиц, занимающихся незаконным оборотом наркотических средств, сообщил им графический пароль доступа к своему телефону «Samsung», и тем самым предоставил им доступ ко всей содержащейся в телефоне информации, в том числе и к его переписке с лицом с никнеймом «@<данные изъяты>» об оборудованных им тайниках с наркотическими средствами в <адрес>, дал изобличающие себя показания в совершении инкриминируемого преступления, указав на свою роль в нём и на роль лица с никнеймом «@<данные изъяты>», как его соучастника а также содействовал органу предварительного следствия в установлении точного местонахождения закладок наркотических средств, их обнаружению и изъятию их из тайников.

Эти совершённые ФИО1 действия в своей совокупности, свидетельствуют о наличии в его действиях такого предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающего наказание обстоятельства, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не имеется.

С учётом фактических обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершённого ФИО1 преступления, его роли в нём, а также, исходя из общей массы наркотического средства, которое он пытался сбыть вместе с неустановленным лицом, суд не усматривает оснований для изменения категории совершённого преступления в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Проанализировав характер и степень общественной опасности совёршенного преступления, личность ФИО1, суд приходит к выводу о необходимости назначения ему наказания в виде лишения свободы на определённый срок. Оснований к применению к ФИО1 менее строгих видов наказания, равно, как и условного осуждения, в соответствии со ст. 73 УК РФ, с учётом характера и степени общественной опасности совершённого преступления, суд не усматривает, поскольку цели наказания в отношении него могут быть достигнуты лишь посредством назначения ему наказания в виде реального лишения свободы.

Учитывая, что совершённое ФИО1 преступление не было сопряжено с занятием им определённой должности или занятием им определённой деятельностью, суд находит возможным не назначать ему дополнительное наказание в виде лишения права занимать определённые должности или заниматься определённой деятельностью.

Однако, принимая во внимание, что преступление было совершено ФИО1 из корыстных побуждений, было связано с извлечением им дохода от незаконной деятельности, связанной с оборотом наркотических средств, суд считает необходимым назначить ему наряду с основным наказание и дополнительное наказание в виде штрафа.

Не усматривая исключительных обстоятельств, применительно к ст. 64 УК РФ, суд в соответствии со ст. 6 УК РФ, руководствуясь принципом справедливости и соразмерности назначаемого наказания содеянному, назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы со штрафом с учётом положений ч. 3 ст. 66, ч. 1 ст. 62 УК РФ, не применяя при этом максимального наказания.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ основное наказание в виде лишения свободы ФИО1 надлежит отбывать в исправительной колонии строгого режима.

Вещественные доказательства: компакт-диск CD-R, прилагаемый к заключению эксперта № 2/722 от 19 сентября 2018 года; компакт-диск CD-R, прилагаемый к заключению эксперта № № от 17 сентября 2018 года в соответствии с п. 5 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат хранению при уголовном деле; мобильный телефон «Nоkia», ноутбук «Acer» в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат возвращению ФИО1; автомобиль ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак №, в соответствии с п. 6 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежит возвращению ФИО7; мобильный телефон «Samsung» в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 81 УПК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, как принадлежащее обвиняемому средство совершения преступления, подлежит конфискации и обращению в доход государства; наркотическое средство, содержащее в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 51,84 г, свёрток с муляжом наркотического средства - в соответствии с п.п. 2, 3 ч. 3 ст. 81 УПК РФ подлежат уничтожению.

В целях обеспечения исполнения приговора, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранная в отношении ФИО1 на стадии предварительного следствия, подлежит изменению на заключение под стражу, поскольку ввиду строгости назначенного наказания он может скрыться.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1, ч. 3.2 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей на досудебной стадии производства по делу, равно, как и до вступления настоящего приговора в законную силу подлежит зачёту ему в срок лишения свободы из расчёта один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

Кроме того, учитывая, что преступление ФИО1 было совершено до вступления в силу Федерального закона от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ, на основании п. 2 ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок лишения свободы ФИО1 необходимо зачесть время нахождения его под домашним арестом на досудебной стадии производства по делу из расчёта один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 30 ч. 3 ст. 228.1 ч. 4 п. «г» УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет 10 (десять) месяцев со штрафом в размере 300000 (триста тысяч) рублей с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, избранную ФИО1 на стадии предварительного следствия, изменить на заключение под стражу с содержанием в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Ивановской области, взяв его под стражу в зале суда.

Срок наказания в виде лишения свободы исчислять ФИО1 со дня вступления настоящего приговора в законную силу.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время его задержания с 17 января 2018 года до 20 января 2018 года, время содержания его под стражей в ФКУ СИЗО-1 УФСИН РФ по Ивановской области - с 20 января 2018 года по 20 апреля 2018 года включительно и с 6 февраля 2020 года по день вступления настоящего приговора в законную силу включительно, а также время нахождения его под домашним арестом с 21 апреля 2018 года по 14 ноября 2018 года включительно, из расчёта один день содержания под стражей и один день нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы.

Реквизиты для уплаты штрафа: наименование получателя: УМВД РФ по Ивановской области; ИНН <***>, КПП 370201001, ОКТМО 24707000, банк получателя - отделение Иваново, БИК банка получателя - 042406001, расчётный счёт получателя - №, КБК - №, № уголовного дела №.

Вещественные доказательства: компакт-диск формата CD-R, прилагаемый к заключению эксперта № от 19 сентября 2018 года; компакт-диск формата CD-R, прилагаемый к заключению эксперта № от 17 сентября 2018 года - хранить при уголовном деле; мобильный телефон «Nоkia», ноутбук «Acer» - возвратить по принадлежности ФИО1, автомобиль ВАЗ-21074, государственный регистрационный знак №, - возвратить по принадлежности ФИО7; мобильный телефон «Samsung» конфисковать в доход государства; наркотическое средство, содержащее в своём составе 1-(5-фторпентил)-3-(2,2,3,3-тетраметилциклопропанкарбонил)индол, общей массой 51,84 г, свёрток с муляжом наркотического средства - уничтожить.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Тейковский районный суд в течение 10 суток со дня его вынесения, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня получения копии приговора. При подаче апелляционной жалобы осуждённый вправе ходатайствовать об участии в заседании суда апелляционной инстанции. Такое ходатайство может быть заявлено им в течение 10 суток со дня вручения копии приговора - в апелляционной жалобе, либо в тот же срок со дня вручения копии апелляционной жалобы или представления прокурора, затрагивающих его интересы, - в отдельном ходатайстве либо в возражениях на жалобу или представление.

Председательствующий: С.С. Кочетков