Апелляционное постановление № 22К-1110/2024 УК-22-1110/2024 от 26 августа 2024 г. по делу № 3/2-552/2024

Судья Потапейко В.А. Дело № УК-22-1110/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калуга 26 августа 2024 года

Калужский областной суд в составе

председательствующего судьи Прокофьевой С.А.

при секретаре Беликовой И.А.

с участием прокурора Маркушева Е.С.,

обвиняемого ФИО1 и его защитника – адвоката Шамониной Л.А.

рассмотрел в открытом судебном заседании 26 августа 2024 года материал по апелляционной жалобе защитника обвиняемого ФИО1 – адвоката Шамониной Л.А. на постановление Калужского районного суда Калужской области от 12 августа 2024 года, которым

ФИО1, родившемуся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ,

продлен срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего - до 4 месяцев 23 суток, то есть до 16 сентября 2024 года включительно.

Заслушав объяснения обвиняемого ФИО1 и его защитника – адвоката Шамониной Л.А., поддержавших апелляционную жалобу, прокурора Маркушева Е.С., возражавшего на доводы апелляционной жалобы, полагавшего обжалуемое судебное постановление оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

в производстве старшего следователя по ОВД отдела по расследованию преступлений в кредитно-финансовой и бюджетной сферах СЧ СУ УМВД России по <адрес> находится возбужденное уголовное дело по обвинению ФИО1, срок предварительного следствия по которому был продлен 07 июня 2024 года заместителем начальника Следственного департамента МВД России в общей сложности до 30 месяцев, то есть до 16 сентября 2024 года.

По данному уголовному делу 25 апреля 2024 года ФИО1 был задержан в качестве подозреваемого в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и ему было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, а именно в совершении присвоения, то есть хищения чужого имущества, вверенного виновному, с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере.

26 апреля 2024 года в отношении обвиняемого ФИО1 была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, срок действия которой 11 июня 2024 года был продлен в общей сложности до 3 месяцев 23 суток, то есть до 16 августа 2024 года включительно.

09 августа 2024 года в суд поступило ходатайство старшего следователя, в производстве которого находится уголовное дело, внесенное с согласия временно исполняющего обязанности заместителя начальника СУ УМВД России по <адрес>, о продлении срока содержания обвиняемого ФИО1 под стражей на 2 месяца, а всего - до 5 месяцев 23 суток, то есть до 16 октября 2024 года включительно, которое обжалуемым постановлением Калужского районного суда Калужской области от 12 августа 2024 года удовлетворено частично, срок содержания под стражей в отношении обвиняемого ФИО1 продлен на 1 месяц, а всего – до 4 месяцев 23 суток, то есть до 16 сентября 2024 года включительно.

В апелляционной жалобе защитник – адвокат Шамонина Л.А. находит судебное постановление от 12 августа 2024 года незаконным и необоснованным. Считает, что основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, в настоящее время отсутствуют или недостаточны для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Обстоятельства, предусмотренные ст. 99 УПК РФ, представленные суду, носят формальный характер и недостаточны для продления срока содержания обвиняемого под стражей. В подтверждение доводов о необоснованности выводов суда защитник указывает, что оснований скрываться у ФИО1 не имеется, и он не намерен это делать, ФИО1 имеет постоянное место регистрации и жительства в <адрес>, социально адаптирован, женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка и престарелую мать, являющуюся инвалидом № группы, он официально работает не только в тех организациях, по которым ему предъявлено обвинение; сведения о том, что обвиняемый не проживает по месту регистрации, учитываться не могут, поскольку он имеет место жительства также на территории <адрес>, которое правоохранительным органам известно; выводы о том, что ФИО1 может оказать воздействие на потерпевших и свидетелей, уничтожить доказательства, не подтверждены, попыток воздействия на участников уголовного судопроизводства со стороны обвиняемого и его родственников не предпринималось, вся документация, которая и является вещественными доказательствами, находится в распоряжении следствия, намерений препятствовать производству по делу ФИО1 не имеет, к тому же расследуемые события имели место в 2019-2020 годах, и с начала расследования по настоящее время обвиняемый производству по делу не препятствовал. Кроме того, защитник обращает внимание на то, что факт обвинения в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет, достаточным основанием для продления срока содержания под стражей не является; достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что действия, в совершении которых обвиняется ФИО1, он совершил не в сфере предпринимательской деятельности, представлено не было. В связи с изложенным автор апелляционной жалобы ставит вопрос об отмене постановления районного суда и изменении обвиняемому меры пресечения на домашний арест.

Проверив представленные материалы, доводы, изложенные в апелляционной жалобе и приведенные участниками апелляционного разбирательства в судебном заседании, суд апелляционной инстанции находит, что обжалуемое постановление о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, вынесено с учетом положений ст. ст. 97, 99, 109, 110 УПК РФ, разъяснений, данных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2013 № 41 (ред. от 11.06.2020) «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий», является обоснованным и мотивированным. При принятии решения судом первой инстанции в полной мере и верно учтены все обстоятельства, имеющие значение при разрешении вопроса о продлении срока содержания под стражей. Выводы суда соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

Вступившее в законную силу постановление об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 содержит выводы о достаточности данных об обоснованности подозрения в его причастности к преступлению, предусмотренному ч. 4 ст. 160 УК РФ, а также о том, что инкриминируемое обвиняемому преступление совершено не в связи с осуществлением им полномочий по управлению коммерческой организацией или не в связи с осуществлением этой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности. Данных для иного вывода из представленных материалов не усматривается.

Как верно установлено судом, порядок привлечения ФИО1 в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированный главой 23 УПК РФ, не нарушен.

Вопросы о доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении при рассмотрении вопроса о продлении срока содержания под стражей обсуждению судом не подлежат, поскольку, согласно действующему законодательству, предъявленное обвинение и полученные в ходе следствия доказательства подлежат проверке и оценке судом на стадии рассмотрения уголовного дела по существу.

Приложенные органом следствия к ходатайству о продлении срока содержания под стражей материалы с учетом правовой и фактической сложности уголовного дела в целом подтверждают обоснованность срока следствия по нему.

Само по себе то обстоятельство, что в отдельные периоды предварительного следствия непосредственно с участием ФИО1 не проводились следственные и иные процессуальные действия, не свидетельствует о том, что расследование по уголовному делу не проводится и необходимость в избранной обвиняемому мере пресечения отпала.

Из представленных материалов следует, что после предыдущего продления срока содержания под стражей следственные и иные процессуальные действия по делу производились.

Волокиты, которая могла бы послужить основанием для отказа в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, со стороны органов предварительного расследования при производстве предварительного следствия по уголовному делу не допущено.

Срок, на который продлено содержание обвиняемого ФИО1 под стражей, определен исходя из объема следственных и иных процессуальных действий, запланированных к проведению органом предварительного следствия, является разумным и обоснованным.

Находящие свое подтверждение в представленных материалах сведения о наличии у обвиняемого постоянного места жительства в <адрес>, источника доходов, его семейном положении, о наличии у него малолетнего ребенка в соответствии с ч. 1 ст. 99 УПК РФ оценивались судом в совокупности со всеми обстоятельствами, подлежащими учету при решении вопроса о мере пресечения и определении ее вида, и обоснованно признаны недостаточными для изменения ФИО1 меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей.

Как верно отмечено судом, основания, которые учитывались при избрании ФИО1 меры пресечения в виде заключения под стражу и при предыдущем продлении ему срока содержания под стражей, к настоящему времени не изменились, необходимость в избранной обвиняемому мере пресечения не отпала.

С учетом не утративших к настоящему времени своего значения сведений о тяжести преступления, в котором обвиняется ФИО1, имеющихся в представленных материалах данных о конкретных обстоятельствах указанного преступления, о вовлечении в сферу расследования по уголовному делу знакомых обвиняемому лиц, в том числе находившихся у него в служебной зависимости, и о том, что обвиняемый предпринимал действия по сокрытию и уничтожению предметов и документов, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела, суд апелляционной инстанции находит выводы суда первой инстанции о том, что при избрании меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, ФИО1 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать давление на свидетелей либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, обоснованными, подтвержденными конкретными фактическими обстоятельствами.

Приведенные обстоятельства и основания исключают возможность избрания в отношении ФИО1 в настоящее время более мягкой меры пресечения, поскольку указывают на то, что мера пресечения, не связанная с содержанием под стражей, не сможет обеспечить надлежащее поведение обвиняемого и предупредить его возможное противодействие нормальному производству по уголовному делу.

В этой связи изменение обвиняемому ФИО1 меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, в том числе на домашний арест, невозможно.

При таких данных следует признать, что суд первой инстанции правомерно продлил срок содержания ФИО1 под стражей, обоснованно не усмотрев оснований для отмены или изменения избранной обвиняемому меры пресечения.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение судебного постановления, допущено не было. Ходатайство органа следствия о продлении обвиняемому ФИО1 срока содержания под стражей рассмотрено судом всесторонне, полно и объективно.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения постановления суда первой инстанции не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

постановление Калужского районного суда Калужской области от 12 августа 2024 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Шамониной Л.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий