Апелляционное постановление № 22-142/2025 22-2744/2024 от 11 февраля 2025 г. по делу № 1-126/2024

Дело № 22-142/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 12 февраля 2025 года

Ленинградский областной суд в составе судьи Ковалевой М.Г.,

при секретаре Холовой О.А.,

с участием:

государственного обвинителя – прокурора отдела управления прокуратуры Ленинградской области Дзуцевой А.Р.,

защитника – адвоката Мищенко В.А.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционному представлению <адрес> прокурора Борисова А.М. на постановление ФИО1 <адрес> от 07 ноября 2024 года, которым уголовное дело в отношении

ФИО2, <данные изъяты>, судимого:

- 31 января 2011 года <адрес> по п.п. «б, в» ч.2 ст.158 УК РФ с учетом постановления <адрес> от 28 октября 2016 года к 1 году 11 месяцам лишения свободы;

- 01 марта 2011 года <адрес> по п. «а» ч.3 ст.158 УК РФ к 3 годам лишения свободы, ч.5 ст.69 УК РФ с учетом постановления <адрес> суда от 14 ноября 2012 года и постановления <адрес> от 28 октября 2016 года окончательное наказание 3 года 4 месяца лишения свободы, освобожден 11 сентября 2013 года условно-досрочно на 7 месяцев 3 дня;

- 05 ноября 2014 года <адрес> по п. «а» ч.3 ст.158, «а» ч.3 ст.158 УК РФ, ч.3 ст.69 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы, отменено условно-досрочное освобождение по приговору от 01 марта 2011 года, окончательно в соответствии со ст.70 УК РФ с учетом постановления <адрес> от 28 октября 2016 года назначено 2 года 11 месяцев лишения свободы;

- 14 ноября 2014 года <адрес> по п.п. «а, б, в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно назначено наказание на срок 3 года 8 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в колонии строгого режима. Освобожденного 06 февраля 2018 года по отбытии наказания,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ,

возвращено <адрес> прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Этим же постановлением суда оставлена без изменения мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО2

Изложив содержание обжалуемого судебного решения, доводы апелляционного представления <адрес> прокурора Борисова А.М., выслушав выступление прокурора Дзуцевой А.Р., поддержавшей доводы апелляционного представления, защитника Мищенко В.А., возражавшей против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

установил:

Предварительным следствием ФИО2 обвиняется в совершении разбоя, то есть в нападении в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

27 апреля 2024 года уголовное дело с обвинительным заключением поступило в <адрес> для рассмотрения по существу.

В судебном заседании 29 октября 2024 года судом по собственной инициативе был поставлен вопрос о возвращении уголовного дела прокурору на основании п. 1, 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Обжалуемым постановлением <адрес> от 07 ноября 2024 года уголовное дело возращено прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Возвращая уголовное дело прокурору, суд указал, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, а также в связи с наличием существенных нарушений, препятствующих вынесению судебного решения по уголовному делу, поскольку установленные по делу фактические обстоятельства свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий ФИО2 как более тяжкого преступления, что не позволяет суду принять законное и обоснованное решение на основании данного обвинительного заключения.

В апелляционном представлении <адрес> прокурор Борисов А.М. выражает несогласие с постановленным судом решением о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Ссылаясь на п.21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 года № 29, отмечает, что из предъявленного ФИО2 обвинения по ч.2 ст.162 УК РФ следует, что потерпевшему Потерпевший №1, действительно, не было причинено телесных повреждений, однако в момент применения насилия со стороны подсудимого, который нанес потерпевшему не менее трех ударов по голове и трех ударов по животу деревянной палкой, существовала реальная опасность для жизни и здоровья Потерпевший №1, поскольку в своих показаниях последний пояснял, что в момент причинения ему ударов он испытывал сильную физическую боль и боялся за свою жизнь, что позволяет сделать вывод о наличии в действиях ФИО2 квалифицирующего признака – применение насилия, опасного для жизни и здоровья.

Кроме того, ссылаясь на п.19 того же Постановления Пленума Верховного Суда РФ, а также на показания потерпевшего Потерпевший №1, который пояснял о том, что подсудимый двери в его квартиру не выламывал, первые три из них открыл самостоятельно, а четвертую открыл он сам, так как ФИО2 в нее стучал, автор представления приходит к выводу о том, что умысел ФИО2 на завладение имуществом Потерпевший №1 возник в процессе нахождения ФИО2 у Потерпевший №1 в целях обнаружения сожительницы Свидетель №1

Также полагает формулировку суда о том, что ФИО2 требовал от потерпевшего передать ему наркотическое средство «кайф», не соответствующей материалам дела, поскольку не имеется сведений о виде и весе наркотического средства, а слово «кайф» является жаргонным и его употребление, по мнению прокурора, не свидетельствует о хищении наркотических средств. Обращает внимание, что из показаний потерпевшего следует, что ФИО2 требовал отдать ему «кайф»; о том, что «кайф» является наркотическим средством, он мог только предполагать, а в судебном заседании потерпевший сообщил, что ему могло это послышаться.

Отмечает, что в случае хищения наркотических средств и хищения материальных ценностей имеет место совокупность указанных преступлений, которая не влечет необходимости вменения лицу более тяжкого преступления.

Просит постановление суда отменить, уголовное дело направить в <адрес> для рассмотрения по существу в ином составе суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнения участников процесса, суд апелляционной инстанции находит постановление подлежащим отмене, а уголовное дело возвращению в суд первой инстанции для рассмотрения по существу.

Согласно п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований уголовно-процессуального закона, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения судом иного решения на основе данного заключения.

В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Однако обжалуемое постановление <адрес> от 07 ноября 2024 года указанным требованиям закона не отвечает.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами суда первой инстанции о наличии в обвинительном заключении в отношении ФИО2 обстоятельств, исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения судом иного решения на основе данного обвинительного заключения, а следовательно, и оснований для возвращения настоящего уголовного дела прокурору на основании ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству» от 22.12.2009 N 28, при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в ст. 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в ст. 220 УПК РФ положений, которые служат препятствием для принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения.

По смыслу указанной нормы, возвращение уголовного дела прокурору может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства, при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления участников процесса о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, не устранимых в судебном заседании и исключающих возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

Подобных нарушений, вопреки выводам суда, при составлении обвинительного заключения в отношении ФИО2 не допущено.

Положенные в обоснование необходимости возвращения уголовного дела прокурору выводы суда о том, что в диспозиции инкриминируемого обвинения и описательной его части содержатся противоречия в формулировке квалифицирующего признака «применение насилия, опасного для жизни и здоровья», а именно указано, что ФИО2 применил к потерпевшему насилие, опасное для жизни и здоровья, но при этом у потерпевшего не имеется телесных повреждений, которые являются опасными для жизни и здоровья, а также выводы суда о необходимости оценки со стороны органов следствия действий ФИО2 в части проникновения в жилище потерпевшего, нельзя признать обоснованными.

Согласно обвинительному заключению ФИО2 обвиняется в совершении разбоя, то есть в нападении в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Из предъявленного обвинения следует, что ФИО2 в период времени с 22 часов 26 февраля 2024 по 09 часов 26 минут 27 февраля 2024 года, имея умысел на совершение разбойного нападения, направленного на хищение чужого имущества, действуя умышленно, прибыл по адресу: <адрес>, где с корыстной целью, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, с применением предмета, используемого в качестве оружия - деревянной палкой длиной 81 см и шириной 5 см в диаметре, высказал Потерпевший №1 требование о передаче ему денежных средств и, получив отказ, нанес не менее трех ударов по голове и не менее трех ударов по животу Потерпевший №1 вышеуказанной деревянной палкой, которую заранее приискал для совершения нападения, после чего покинул вышеуказанную квартиру, при этом от вышеуказанных повреждений Потерпевший №1 испытал сильную физическую боль. Далее и в продолжение своего преступного умысла ФИО2 в вышеуказанный период времени вернулся в данную квартиру, в правой руке которого находилась приисканная им ранее деревянная палка для совершения нападения в целях хищения чужого имущества, применив к нему насилие, опасное для жизни и здоровья и, используя данную палку в качестве предмета, используемого в качестве оружия, нанес Потерпевший №1 не менее трех ударов по голове и не менее трех ударов по животу, от чего Потерпевший №1 испытал сильную физическую боль, при этом в момент нанесения ударов он (ФИО3) высказал ему требование о передаче ему имущества и, увидев, что Потерпевший №1 игнорирует исполнение данных требований, взял металлическую кочергу длиной 70 см и шириной 2 см, которая находилась в вышеуказанной квартире, и, применяя ее в качестве предмета, используемого в качестве оружия, нанес ей не менее трех ударов по голове Потерпевший №1 и не менее трех ударов по рукам последнего, от чего Потерпевший №1 испытал сильную физическую боль и опасаясь за свою жизнь, закрыл руками свое лицо, после чего он (ФИО3) нанес ему не менее пяти ударов по рукам металлической кочергой.

После чего ФИО3 в продолжение своего преступного умысла, направленного на нападение в целях хищения чужого имущества, высказал Потерпевший №1 требование о передаче ему мобильного телефона и мини компьютера, после чего нанес Потерпевший №1 не менее четырех ударов по рукам, используя металлическую кочергу в качестве оружия и, последний, опасаясь за свою жизнь и здоровья, а также продолжая испытывать физическую боль, передал ФИО3 мини компьютер марки «Пай По» стоимостью 24720 рублей и мобильный телефон «Хонор 7а» стоимостью 1498 рублей, на что он (ФИО3), забрав вышеуказанное имущество, высказал требование о передаче ему еще пяти тысяч рублей, и в целях запугивания Потерпевший №1 высказал требование, чтобы последний забрался в погреб, после чего, покинув квартиру, скрылся в неизвестном направлении, похищенным имуществом распорядились по своему усмотрению, причинив Потерпевший №1 материальный ущерб в размере 26218 рублей.

Несмотря на то, что у потерпевшего Потерпевший №1 согласно заключению экспертизы не имеется телесных повреждений, которые являются опасными для жизни и здоровья, однако, учитывая агрессивное поведение нападавшего, характер примененного насилия к нему, создали реальную опасность для жизни и здоровья Потерпевший №1

Как видно, вышеуказанное описание деяния, совершение которого инкриминируется ФИО2, позволяет дать ему правовую оценку и квалификацию действиям ФИО2

При вынесении обжалуемого постановления и указывая о противоречиях в обвинении, выразившихся в отсутствии у потерпевшего телесных повреждений при квалификации органом следствия действий ФИО2 с квалифицирующим признаком «применение насилия, опасного для жизни и здоровья», суд первой инстанции не учел разъяснения, изложенные в абз. 3 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 декабря 2002 года N 29 "О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое", согласно которому деяние следует расценивать как разбой с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, которое хотя и не причинило вред здоровью потерпевшего, однако в момент применения создавало реальную опасность для его жизни и здоровья.

Вывод суда первой инстанции о необходимости возвращения уголовного дела прокурору в связи с тем, что предварительным следствием не дана оценка действиям ФИО2 в части требования последнего у потерпевшего Потерпевший №1 передать «кайф» и незаконного, по мнению суда, проникновения в жилище потерпевшего, заключается в требовании о необходимости производства досудебных действий, направленных на восполнение предварительного следствия и обвинение ФИО2 в совершении более тяжкого преступления.

При этом из представленных материалов уголовного дела вывод о бесспорном наличии признаков более тяжкого преступления в действиях ФИО2 не усматривается.

По смыслу уголовно-процессуального закона предположение суда о неправильной квалификации действий обвиняемого, возникшее в результате ознакомления с материалами уголовного дела, следует проверить в судебном следствии, поскольку условием возвращения уголовного дела прокурору для предъявления более тяжкого обвинения является установление фактических обстоятельств, свидетельствующих о необходимости его усиления.

Из материалов уголовного дела, протоколов судебного заседания, представленных в суд апелляционной инстанции усматривается, что полученные до настоящего времени, в том числе и в ходе судебного следствия доказательства, также не содержат безусловного и бесспорного подтверждения вывода суда о наличии признаков более тяжкого преступления.

При указанных обстоятельствах является обоснованным довод автора апелляционного представления о преждевременности вывода о наличии неустранимых препятствий для рассмотрения уголовного дела, требующих его возвращению прокурору.

Обвинительное заключение, в том числе и в части изложения обстоятельств совершения вышеуказанного преступления, соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, поскольку содержит все необходимые указания, включая существо обвинения, место, время совершения преступлений, способ, форму вины, последствия и иные обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, позволяющие суду при исследовании доказательств проверить и оценить их. Текст обвинительного заключения соответствует постановлению о привлечении ФИО2 в качестве обвиняемого, обвинительное заключение утверждено соответствующим прокурором и направлено с уголовным делом в суд для рассмотрения по существу.

С учетом изложенного постановление суда первой инстанции не соответствует ч. 4 ст. 7 УПК РФ и подлежит отмене, а уголовное дело направлению на новое судебное разбирательство, по результатам которого должно быть постановлено законное и обоснованное судебное решение с учетом доводов сторон.

В ходе нового рассмотрения суду необходимо принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, после чего, проверив все обстоятельства, имеющие значение для дела, дать надлежащую оценку представленным доказательствам и в зависимости от установленных обстоятельств дела, принять законное, обоснованное, мотивированное и справедливое судебное решение.

В ходе предварительного следствия ФИО2 избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая судом первой инстанции оставлена без изменения. С учетом сведений о личности ФИО2, а также характера и общественной опасности инкриминируемого ему деяния, оснований для ее отмены либо изменения суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389.15, п.п. 4 и 10 ст. 389.20, ч.1 ст. 389.22, ст. 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление <адрес> от 7 ноября 2024 года о возвращении уголовного дела в отношении ФИО2 <адрес> прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом отменить; уголовное дело передать на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление <адрес> Борисова А.М. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции. Кассационная жалоба, представление подаются в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в соответствии с требованиями главы 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья