Приговор № 2-21/2018 от 27 декабря 2018 г. по делу № 2-21/2018

Дело № 2-21/2018


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Курган 28 декабря 2018 г.

Курганский областной суд

в составе председательствующего Мазикова Д.А.,

с участием государственного обвинителя прокурора отдела прокуратуры Курганской области Якушина П.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Ржавцева Е.Б.,

при секретаре Сидоренко О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Кургане уголовное дело

в отношении ФИО1, <...>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162, пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Бельков группой лиц по предварительному сговору совершил разбой – нападение в целях хищения чужого имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, и предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также совершил в группе лиц сопряженное с разбоем убийство лица, заведомо для него находящегося в беспомощном состоянии.

Преступления совершены в <адрес> при следующих обстоятельствах.

В один из дней с <...> в период <...>. Бельков и лицо, уголовное преследование которого прекращено в ходе предварительного следствия в связи с его смертью (далее – соучастник), договорившись о завладении имуществом Г, металлической кочергой совместно взломали запор входной двери его дома, расположенного по адресу: <адрес>, и с указанной целью незаконно проникли в него. В доме Бельков и соучастник, действуя совместно, с целью хищения имущества и лишения жизни Г, <...> р., осознавая его беспомощное состояние и неспособность защитить себя и оказать активное сопротивление в связи со старческим возрастом и состоянием здоровья, удерживая его руками, связали его руки и ноги кусками материи, электрическим проводом и лентой-скотч, а также туго обмотали голову и шею Г полотенцем, тряпкой и тканью, которые зафиксировали лентой-скотч, использовав указанные предметы в качестве оружия, тем самым перекрыв дыхательные пути и лишив его возможности дышать, причинив ему комплекс повреждений в виде двух странгуляционных борозд на шее и вдавления кожи на лице, который привел к развитию угрожающего для жизни состояния – механической асфиксии, повлекшей тяжкий вред здоровью, в результате чего Г скончался на месте происшествия от удушения.

Затем Бельков и соучастник, обыскав дом, нашли и завладели денежными средствами Г в сумме <...>.

В суде Бельков виновным себя по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ не признал, по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ – признал частично, и показал, что <...> с М договорился забрать деньги у мужчины, проживавшего в <адрес>, не лишая его жизни, для чего взял с собой ленту-скотч для связывания потерпевшего. С на автомобиле <...> золотистого цвета привез их к переулку, где находился дом мужчины. Открыв дверь кочергой, они вошли в дом, где был включен свет. М удерживал мужчину, а он перевязал ему рот лентой-скотч, оставив нос свободным. Они без усилий обмотали вокруг его головы тряпки, а затем ленту-скотч, оставив ему возможность дышать. Также они связали мужчине руки, возможно и ноги. Взломав сундук, забрали оттуда <...> Когда уходили из дома мужчина был жив, шевелился и дышал. Они отдали С <...>., который отвез их в <адрес>. Впоследствии узнал, что мужчина умер. Ранее данного мужчину не видел, о его старческом возрасте не знал. Убивать его он не хотел и об этом с М не договаривался, возможности его смерти не допускал. В доме он видел электропровод, который брал в руки. На вид мужчине было <...>. Ударов ему они не наносили, так как видели, что он старый человек, и его никто бы не стал бить. Во время этих событий мужчина сопротивления им не оказывал.

В письменном обращении в <адрес> и приобщенном к нему заявлении о явке с повинной Бельков указал, что в <...>. в <адрес> он и М проникли в дом мужчины возрастом около <...>, связали его и похитили денежные средства в сумме около <...>. Позже узнал, что данный мужчина скончался (т. 1 л.д. 157, 158).

Согласно протоколу принятия заявления о явке с повинной Бельков добровольно сообщил о том, что <...> по предварительному сговору он и М связали хозяина дома и завладели находившимися в сундуке <...>. После этого они ушли, оставив хозяина дома живым (т. 1 л.д. 159-160).

На предварительном следствии при допросе в качестве обвиняемого Бельков показал, что подростком гостил у бабушки в <адрес> и узнал, что недалеко от нее один проживал пожилой мужчина Г который получал хорошую пенсию. Проникнув в дом, он и М действовали вместе: сначала он держал мужчину, при этом М связывал, а затем связывал он. Они связали мужчине лентой-скотч руки, рот, ноги, перевязали тряпками, накинули тряпку на голову. При этом мужчина какого-либо сопротивления не оказывал (т. 3 л.д. 152-156).

В суде Бельков эти заявления и показания подтвердил, настаивая на том, что до указанных событий мужчину не видел, не отрицая, что возможно он и М связывали мужчине ноги. Также пояснил, что ошибочно указал о том, что данные события произошли <...>

Потерпевшая Ч показала, что погибший Г приходился ей отцом. О его смерти ей сообщили телеграммой. О том, что он убит, узнала от главы сельсовета МЕ Отец хранил деньги в сундуке. Он ранее перенес <...> Подсудимый возместил ей причиненный преступлениями материальный ущерб и компенсировал моральный вред, выплатив <...>

Свидетель С показал, что <...> назад, возможно в <...> по просьбе ФИО1 отвозил его и М в <адрес> к бабушке за деньгами. Бельков указал место, где остановить автомобиль, и ушел с М. Они вернулись через <...> после чего он отвез их в <адрес>. На обратной дороге они рассчитались за поездку. В то время у него был автомобиль <...> светлого цвета.

Согласно карточке учета транспортных средств С в период с <...> по <...> являлся владельцем автомобиля <...> цвета светло-серо-бежевый металлик (т. 3 л.д. 15).

Свидетель МА в суде показал, что примерно <...> после <...> он увидел, что возле дороги к дому Г остановился автомобиль светлого цвета, возможно <...> который через некоторое время уехал. Через <...> после этого узнал о смерти Г Состояние здоровья Г соответствовало его возрасту, он «побаливал» как старый человек.

Согласно показаниям свидетеля Ш <...> в <...> он увидел, как в тупике рядом с его домом остановился автомобиль. Из него вышли двое мужчин, которые направились к дому Г Затем он видел этот автомобиль через <...> а в <...> его уже не было (т. 1 л.д. 65-68, 248-250).

Свидетель ШН, работавшая <...> почтальоном, показала, что <...> в течение нескольких дней Г не забирал оставленные ею газеты, о чем она сообщила кому-то из жителей села, после чего узнала, что он убит (т. 1 л.д. 244-247).

Из показаний свидетелей МЕ, <...>, ГО, племянника погибшего, а также свидетеля К следует, что <...> они зашли в дом Г, где обнаружили его труп, который был чем-то обернут, по показаниям К – в покрывало. Вещи в комнате были разбросаны. Кроме того, по показаниям МЕ, голова Г была обмотана тряпками (т. 1 л.д. 35-37, 78-80).

Свидетель К также показал, что в то время Г был немощным, плохо передвигался (т. 2 л.д. 23-25).

Свидетель ГА показал, что <...> участвовал понятым в осмотре дома Г, где был обнаружен его труп. Он лежал посреди комнаты весь обмотанный, на голове была наволочка, к шее и ногам был привязан провод. Когда сняли наволочку, он увидел, что рот Г был заклеен лентой-скотч. Находившийся в комнате сундук был взломан, рядом лежала кочерга.

По показаниям свидетеля З Г очень редко обращался <...> где она работала <...> На состояние здоровья он не жаловался. Если у него и имелись заболевания, то они были связаны с его возрастом (т. 2 л.д. 11-13).

Свидетель Б показала, что примерно с <...> в доме Г не топилась печь. В последнее время из-за болезни ног он ходил с тростью (т. 1 л.д. 62-64).

Свидетель БВ, отец подсудимого, в суде показал, что <...> по просьбе сына отвез его в прокуратуру <адрес>. Позже узнал, что там сын оформил явку с повинной о совершенном им преступлении в <адрес>.

По показаниям свидетеля ГН, матери М, следует, что до смерти <...> сын общался с Бельковым (т. 2 л.д. 61-64).

Согласно протоколу осмотра места происшествия <...> в комнате дома Г обнаружен его труп, ноги которого связаны полотенцем, простыней, тряпкой, наволочкой, тканью, обернуты простыней, другой конец которой завязан на запястьях. Руки в районе запястий завязаны тканью, обмотаны и перевязаны тканью, проводкой. Голова трупа снаружи обмотана полотенцем, под которым тряпка. Также голова обмотана тканью. Шея и голова в прилегающем к ней месте обмотаны лентой-скотч, которая также частично находится во рту. В комнате имеется сундук, замок которого взломан, рядом обнаружена и изъята «клюка». Также изъята лента-скотч (т. 1 л.д. 7-15).

Свидетель А, показал, что он проводил осмотр места происшествия – дома Г. Наряду с указанными в протоколе предметами им также были изъяты вещи, которыми был связан Г - провод, простынь, два полотенца и две наволочки, упакованные и помещенные в комнату для хранения вещественных доказательств. Вследствие оформления протокола на месте он в нем ошибочно не указал об этом (т. 2 л.д. 26-29).

Согласно заключениям экспертов на изъятых при осмотре места происшествия проводке обнаружены следы, образованные в результате смешения биологического материала Г и ФИО1, на ленте-скотч – следы, содержащие биологический материал трех и (или) более лиц, при этом присутствие в них биологического материала ФИО1 не исключается (т. 2 л.д. 169-175, 182-186).

По заключению судебно-медицинской экспертизы смерть Г наступила от механической асфиксии в результате закрытия отверстий дыхательных путей мягкими предметами в результате тугого обматывания головы кусками материи (т. 1 л.д. 18-22).

Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы на трупе Г обнаружен комплекс повреждений на голове и шее в виде замкнутой и незамкнутой странгуляционных борозд на шее, полосовидного участка вдавления кожи на правой щеке, который причинен в результате тугого обматывания головы кусками материи и фиксацией их клейкой лентой в срок около 5-7 мин. к моменту смерти, привел к развитию механической асфиксии и повлек тяжкий вред здоровью по признаку угрожающего для жизни состояния. Также обнаружены не повлекшие вреда здоровью ссадины в области предплечий, правого лучезапястного сустава, которые причинены в результате затягивания рук полосовидным предметом, ссадины лба, левой ушной раковины, кровоподтек и ссадина спинки носа, кровоподтеки правого плеча, правого локтевого сустава, передней поверхности грудной клетки справа с кровоизлиянием в мягкие ткани, причиненные твердыми тупыми предметами в срок до нескольких десятков минут к моменту смерти (т. 2 л.д. 249-250).

По информации <...> Г являлся <...> (т. 3 л.д. 242).

Согласно свидетельству о смерти М скончался <...> (т. 2 л.д. 70).

Постановлением следователя уголовное преследование М прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 27, п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью (т. 3 л.д. 112-113).

Суд не находит оснований для исключения какого-либо из указанных доказательств из числа допустимых, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при их сборе не допущено.

Относительно вещественного доказательства – электрического провода (переноски), суд учитывает, что его наличие на месте происшествия отражено в протоколе осмотра и подтверждается показаниями участвовавшего в качестве понятого свидетеля ГА Его изъятие именно в ходе этого следственного действия, наряду с показаниями проводившего его свидетеля А подтверждается его надлежащей упаковкой в одну коробку с лентой-скотч с трупа Г снабженной пояснительной надписью с подписями понятых, что следует из описания вещественных доказательств в заключении эксперта, а также их последующего осмотра. При таких обстоятельствах ошибочное неуказание в протоколе об изъятии провода не является основанием для признания его недопустимым доказательством (т. 2 л.д. 3-11, 169-175).

Суд признает недостоверными показания ФИО1 о том, что он и М без усилий обмотали голову Г, оставив ему возможность дышать. Они опровергаются заключением судебно-медицинского эксперта, согласно которому комплекс повреждений на голове и шее Г причинен в результате тугого обматывания головы кусками материи и фиксацией их лентой-скотч, при этом данные повреждения привели к развитию механической асфиксии, повлекшей смерть Г в течение около <...> после их причинения.

В этой связи суд признает установленным, что Бельков и соучастник совместно туго обмотали голову Г кусками материи, а затем и лентой-скотч, тем самым лишив его возможности дышать.

Перекрытие дыхательных путей в результате тугого обматывания головы Г кусками материи и лентой-скотч в условиях отсутствия у него возможности их освободить вследствие связывания рук и ног свидетельствует о наличии у ФИО1 и соучастника прямого умысла на лишение жизни Г, который также подтверждает наступление его смерти в течение <...>. после этих действий.

О том, что указанные действия были направлены именно на лишение жизни Г свидетельствует обматывание его головы не одним, а тремя кусками материи с фиксацией их лентой-скотч, совокупная плотность которых исключала возможность дышать.

Суд отвергает как недостоверные показания подсудимого о неосведомленности о старческом возрасте Г Они опровергаются его показаниями на предварительном следствии, согласно которым о пожилом возрасте Г и получении им пенсии он узнал еще подростком.

Г к моменту лишения его жизни достиг <...>, страдал <...> по показаниям К являлся <...>

Показания З данные обстоятельства не опровергают, поскольку Г к ней обращался очень редко, при этом она даже не была осведомлена о его <...>

При таких обстоятельствах для ФИО1 по внешнему виду Г являлось очевидным, что тот, в силу старческого возраста и обусловленного им физического состояния был неспособен защитить себя и оказать активное сопротивление, которое, как следует из показаний ФИО1, он и не оказал. Понимание Бельковым этого обстоятельства, в том числе подтверждается и его собственными показаниями о том, что Г никто не стал бы бить в связи с его возрастом.

Таким образом, собранные по делу доказательства подтверждают, что Бельков и соучастник, заранее договорившись о завладении имуществом Г напали на него, против его воли проникнув в дом, где, сознавая его неспособность защитить себя и оказать активное сопротивление, используя в качестве оружия куски материи и ленту-скотч, совместно причинили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью Г и его смерть.

Подсудимый и соучастник, действуя совместно с прямым умыслом на убийство Г, оба непосредственно участвовали в лишении его жизни, однако доказательства договоренности между ними об этом до начала выполнения этих действий отсутствуют, в связи с чем суд исключает из обвинения не нашедший своего подтверждения признак совершения убийства по предварительному сговору и квалифицирует действия ФИО1 по совершению посягательства на Г и завладению его имуществом, а также лишению его жизни в соответствии со ст. 9 УК РФ и уголовным законом, действовавшим во время совершения преступлений:

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ) как разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершенное с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего;

- по пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ) как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, заведомо для виновного находящемуся в беспомощном состоянии, совершенное группой лиц, сопряженное с разбоем.

По заключению эксперта Бельков хроническим психическим расстройством не страдал и в настоящее время не страдает. В момент совершения инкриминируемого деяния он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Бельков ранее, в том числе в момент совершения преступления, обнаруживал и в настоящее время обнаруживает <...> однако данное заболевание не лишало его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т. 2 л.д. 231-236).

Эти выводы эксперта, а также поведение подсудимого во время и после совершения преступлений, при расследовании дела и в ходе судебного разбирательства, не оставляют сомнений в его вменяемости при совершении преступлений и отсутствии у него психических расстройств в настоящее время.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает предусмотренные законом его общие цели и принципы, характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о его личности, в том числе смягчающие обстоятельства, а также влияние наказания на его исправление.

Подсудимый участковым уполномоченным полиции характеризуется удовлетворительно, по месту жительства соседями, а также родственниками – положительно (т. 3 л.д. 211).

В соответствии с пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ смягчающими наказание обстоятельствами за все преступления суд признает его явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, изобличению другого соучастника преступлений путем дачи показаний об обстоятельствах их совершения, добровольное возмещение причиненного разбоем имущественного ущерба, а убийством – морального вреда.

Кроме того, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ смягчающим обстоятельством суд признает неудовлеторительное состояние здоровья ФИО1: его инвалидность и наличие тяжелых и хронических заболеваний (т. 3 л.д. 207-208, 215).

В связи с наличием смягчающих обстоятельств, предусмотренных пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, и отсутствием отягчающих обстоятельств, суд назначает наказание по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ с учетом положений ч. 1 ст. 62 УК РФ, не применяя их при назначении наказания по пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ в силу ч. 3 ст. 62 УК РФ.

Смягчающие наказание обстоятельства суд не находит исключительными и не усматривает других, которые могли бы быть признаны исключительными, то есть существенно снижающими общественную опасность совершенных преступлений или личность подсудимого, дающими основания для применения положений ст. 64 УК РФ.

При этом с учетом материального положения ФИО1 суд полагает возможным не назначать ему по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ дополнительное наказание – штраф.

Поскольку Бельков совершил преступления до осуждения по приговору от 27 апреля 2006 г. окончательное наказание подлежит назначению по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ.

По приговору от 27 апреля 2006 г. Бельков осужден за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 158 УК РФ, и ему назначено окончательное наказание в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием по приговору от 11 апреля 2006 г., по которому он осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ за кражу на сумму <...> преступность и наказуемость которой устранена в связи с изменением размера мелкого хищения Федеральным законом от 3 июля 2016 г. № 326-ФЗ.

В этой связи суд назначает ФИО1 окончательное наказание согласно ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения с наказанием только за преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 158 УК РФ, по приговору от 11 апреля 2006 г., в которое засчитывает отбытое за данное преступление лишение свободы.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы ФИО1 назначается в исправительной колонии строгого режима.

С учетом тяжести совершенных преступлений, данных о личности подсудимого, в целях обеспечения исполнения приговора суд изменяет избранную в отношении него меру пресечения на заключение под стражу.

На основании п. 5 ч. 2 ст. 131, чч. 1 и 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу в виде вознаграждения адвокату за участие в деле в качестве защитника по назначению в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства подлежат взысканию с подсудимого. Предусмотренных законом оснований для его освобождения от обязанности возместить процессуальные издержки не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 302, 307, 308, 309 УПК РФ, суд,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ), пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ), и назначить ему наказание:

- по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ) – 8 лет лишения свободы;

- по пп. «в», «ж», «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального закона от 21 июля 2004 г. № 73-ФЗ) – 8 лет 6 месяцев лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначить ФИО1 9 лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения этого наказания с наказанием, назначенным по ч. 3 ст. 158 УК РФ по приговору Курганского городского суда Курганской области от 27 апреля 2006 г., окончательно назначить ФИО1 10 лет 10 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Зачесть ФИО1 в окончательное наказание 2 года лишения свободы, отбытых им по ч. 3 ст. 158 УК РФ по приговору Курганского городского суда Курганской области от 27 апреля 2006 г.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 изменить на заключение под стражу. Взять ФИО1 под стражу в зале суда и поместить в следственный изолятор.

Срок наказания ФИО1 исчислять с <...>

На основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 3 июля 2018 г. № 186-ФЗ) время содержания под стражей ФИО1 в порядке применения меры пресечения по настоящему уголовному делу с <...> по день вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки – суммы, выплаченные адвокату за участие в деле в качестве защитника по назначению в размере 24 350 руб.

<...>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Российской Федерации с подачей апелляционных жалоб через Курганский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным в тот же срок со дня получения им копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Желание принять участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также желание иметь защитника, либо отказ от участия защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, должны быть выражены осужденным в апелляционной жалобе или отдельном заявлении.

Председательствующий Д.А. Мазиков