Приговор № 1-15/2025 1-432/2024 от 2 февраля 2025 г. по делу № 1-15/2025

Дело № 1-15/25

59RS0035-01-2024-003980-89


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Соликамск 3 февраля 2025 года

Соликамский городской суд Пермского края в составе председательствующего судьи Анфалова Ю.М., с участием

государственного обвинителя Асадовой Н.В.,

потерпевшей ИЮИ,

подсудимой ФИО1,

защитников Тупицына А.С., Деменева Е.В.,

при секретарях судебного заседания Кушниной А.Л., Никитиной А.Л., помощнике судьи Долотовских Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, судимой

20.10.2022 <...> городским судом <...> по п. «г» ч. 3 ст. 158, ст. 64 УК РФ к 1 году исправительных работ, постановлением <...> городского суда <...> от 15.08.2023 неотбытая часть исправительных работ заменена на 3 месяца 8 дней лишения свободы, освободившаяся 22.11.2023 из ИК<...><...> по отбытии наказания,

по настоящему делу в порядке ст.ст. 91,92,108 УПК РФ под стражей содержится с 20.06.2024,

обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «в,г» ч. 2 ст. 127, ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 161, п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ,

у с т а н о в и л:

ФИО1 угрожала убийством ИЮИ, а также незаконно лишила ее свободы и умышленно с применением предмета, используемого в качестве оружия, причинила ей тяжкий вред здоровью, при следующих обстоятельствах.

20.03.2024 в вечернее время ФИО1, находясь в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в квартире <...>, имея умысел на угрозу убийством ИЮИ, испытывая к ней личную неприязнь, реализуя свой преступный умысел, направленный на ее запугивание, а также с целью вызвать у нее чувства тревоги и беспокойства за свою жизнь и здоровье, во время нанесения в ходе скандала ударов, высказала ИЮИ угрозу убийством, а именно, что задушит и увезет в лес. Учитывая вышеуказанные обстоятельства в сложившейся обстановке, ИЮИ данную угрозу убийством воспринимала реально, опасалась и боялась ее осуществления. Затем ФИО1, продолжая реализовывать свой преступный умысел, утащила ИЮИ на балкон, обхватила руками ее шею, чем перекрыла ей свободный доступ воздуха, при этом высказала угрозу убийством: «Задушу тебя сейчас, увезу в лес, и никто не найдет!».

В сложившейся обстановке, учитывая агрессивное состояние ФИО1, отсутствие препятствий для осуществления последней своей угрозы убийством, а также вызванное у ИЮИ действиями ФИО1 чувство страха, угрозу убийством последняя воспринимала реально и боялась ее осуществления, так как всем своим видом и действиями ФИО1 показывала, что данную угрозу может осуществить.

Через непродолжительное время, в период с 18:00 20.03.2024 до 02:37 21.03.2024, у ФИО1, находящейся в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в квартире <...>, совместно с ИЮИ, которая была в комнате, возник умысел на незаконное лишение ее свободы. Осознавая противоправный характер и общественную опасность своих действий, предвидя наступление общественно-опасных последствий в виде нарушения гарантированных ст. 27 Конституции РФ прав ИЮИ на свободу передвижения и выбора места пребывания, не обладая предусмотренными законом полномочиями для их лишения или ограничения, действуя из личных неприязненных отношений к потерпевшей, вопреки ее воле и согласию, игнорируя требования ИЮИ выпустить ее из вышеуказанной квартиры, ФИО1 не давала ей выйти из квартиры, вырвала из ее рук мобильный телефон «<данные изъяты>», стоимостью 2 000 руб., принадлежащей потерпевшей. После чего, пресекая попытки ИЮИ уйти из квартиры по вышеуказанному адресу, отталкивала ее, умышленно нанесла последней множественные удары руками по лицу и телу, при этом высказывая в адрес последней оскорбления в нецензурной форме, чем причинила ИЮИ множественные кровоподтеки и ссадины на теле, не причинившие вред здоровью человека (п. 9 «Медицинских критериев», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н), а также физическую боль.

Попытки ИЮИ открыть дверь и покинуть квартиру ФИО1 пресекала, оттаскивала ее от двери, тем самым незаконно лишив ее свободы, существенно нарушив права ИЮИ, предусмотренные ст.ст. 22, 27 Конституцией РФ. 21.03.2024 около 02:37 ИЮИ, воспользовавшись тем, что ФИО1 спит, открыла дверь и покинула вышеуказанную квартиру.

Кроме этого, в период с 22:00 20.03.2024 до 02:37 21.03.2024, у МЕГ, находящейся в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, в комнате <...><...>, на почве личных неприязненных отношений, возник преступный умысел, направленный на умышленное причинение ИЮИ, которую она лишила свободы, тяжкого вреда здоровью. Осуществляя свой преступный умысел, МЕГ вооружилась ножом, подошла к ИЮИ и умышленно нанесла последней один удар ножом в область живота, причинив ей колото-резаное ранение живота, <данные изъяты>, которое квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. <дата> «Медицинских критериев», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от <дата> №н).

Подсудимая ФИО1 вину не признала, при этом показала, что 20.03.2024 по приглашению ШРВ приехала к нему в гости в <...> на такси, купив по дороге 1 л водки. У ШРВ была ИЮИ. С ее слов избил сожитель. Видела у нее синяк под глазом. Втроем на кухне распивали спиртное. ИЮИ вела себя неадекватно, при этом сообщила, что покурила «соль». Также приходила женщина по имени Юля и ГАГ. ИЮИ вела себя взывающие, поэтому перестали давать ей пить. В какой-то момент пошла через веранду в туалет. Увидела на веранде ИЮИ на корточках. Заметила у нее на груди небольшую рану. Спросила: «Резаться собралась?». ИЮИ грубо ответила, что нее дело. Попыталась ее приподнять за халат, но та сопротивлялась. В это время зашел ШРВ. Отпустила ИЮИ. Также в ходе распития брала у ИЮИ телефон. Звонила своему знакомому. ИЮИ подумала, что звонят ее сожителю, выхватила телефон, а потом бросала его на пол. В дальнейшем телефон оставила на холодильнике. Затем легла спать в комнате, а ИЮИ рядом. Утром проснулась от стука. В комнате был только ШРВ. ИЮИ пропала. Пришли полицейские, которые спросили, есть ли какие-то вещи ИЮИ. Показала телефон на холодильнике. Их увезли в полицию, где взяли объяснения, а потом отпустили. С ШРВ пришла к ИЮИ в больницу. На вопрос ШРВ, ИЮИ сказала, что сама себя ударила ножом. Полагает, что ИЮИ ее оговаривает, так как приревновала к ШРВ, а кроме этого испытывает к ней личную неприязнь, из-за вмешательства в их отношения с Носковым.

Несмотря на такие показания, вина подсудимой подтверждается следующими исследованными доказательствами:

Показаниями потерпевшей ИЮИ, которая суду, а также в ходе следствия № показала, что 19.03.2024 около 04:00 по предложению ШРВ в социальных сетях приехала к нему домой на такси, по дороге купив 3 бутылки водки. Там с ШРВ и женой его брата Наташей распили спиртное, которая потом уехала. Ближе к вечеру приехала ФИО1. Втроем стали распивать водку. 20.03.2024 днем, проснувшись, втроем продолжили употреблять спиртные напитки. В ходе распития спиртного ФИО1 сильно опьянела и стала предъявлять ей претензии по поводу расставания с ее братом. ФИО1 забрала у нее телефон, чтобы написать сожителю САВ всякие гадости про нее. Находясь на кухне, ФИО1 нанесла ей удары ладонями по щекам, а также по различным частям тела. Во время нанесения ударов ФИО1 сказала, что задушат ее, увезут в лес, и ее никто не найдет. Данные угрозы воспринимала реально, и боялась их осуществления в этот момент. ФИО1 утащила ее на балкон и стала душить, говоря, что она плохая, никому не нужна. Также говорила, что ее задушат, увезут в лес, и ее никто не найдет. Когда уже начала задыхаться и стала кряхтеть, это услышал ШРВ. Он оттащил ФИО1 и сказал ей: «Ты что делаешь?». Ушла в комнату, где села в кресло. Спустя примерно час, ШРВ уснул от выпитого спиртного. ФИО1 снова начала говорить ей всякие гадости, периодически вновь нанося ей удары по лицу ладонями, а именно внутренней стороной кисти и ногтями. Когда ФИО1 наносила удары ей по лицу, то ШРВ проснулся и вышел из комнаты. Уйти из дома ШРВ не могла, поскольку двери были закрыты. Когда пыталась уйти, и когда подходила к двери, то Малышева ей не давала этого сделать, тащила обратно в комнату. Не могла никуда позвонить, так как ФИО1 забрала у нее сотовый телефон и куда-то спрятала. Спрашивала про него у ФИО1. Та сказала, что он на холодильнике, но его там не было. ФИО1 постоянно контролировала, чтобы не ушла из квартиры. К ШРВ не могла подойти за помощью, так как он был сильно пьян. Обе двери были закрыты. Когда пыталась их открыть, Малышева ее оттаскивала от двери. Хотела уйти из квартиры ШРВ, чтобы избежать дальнейшего насилия со стороны ФИО1, но она насильно ее удерживала. Затем ФИО1 взяла с журнального столика нож, подошла к ней и резко ударила ее этим ножом в область живота. Достав нож из тела, ФИО1 вытерла его салфеткой. Рану придерживала правой рукой, ничего не говорила при этом, испытывала боль, терпела. Крови было немного. Спустя час-полтора, пришли какие-то мужчины, которые на кухне стали распивать спиртное. Один из них, по имени Сергей, зашел в комнату. Показала ему рану, и попросила забрать ее из квартиры. Тот пообещал, и вышел на кухню. ФИО1 выгнала мужчин. После этого ШРВ с ФИО1 легли спать. Поняв, что они уснули, тихонько оделась и убежала из дома. Дошла до школы <...>. У охранника спросила, как можно выйти из <...>, при этом придерживала рукой рану. Охранник, видя ее состояние, спросил у нее: «Тебе плохо?», на что ничего не ответила. Посадив ее на лесенки здания школы, охранник вызвал «Скорую» которая приехала через 20-30 минут. Ее увезли в больницу, где сделали операцию. На следующий день после операции к ней в палату пришла ФИО1 и ШРВ. ФИО1 сказала, чтобы сотрудникам полиции сказала, что сама себе нанесла ножевое ранение, высказав при этом угрозу. Испугалась и поэтому сотрудникам полиции в объяснении сообщила, что сама себе нанесла ножевое ранение. Всего ФИО1 удерживала ее в квартире в период с 18:00 20.03.2024 до 02:37 21.03.2024. С какой целью ФИО1 забрала ее телефон, не знает. В тот момент хотела уехать домой. ФИО1 прятала телефон где-то в квартире, где именно не знает. ФИО1 предлагала написать САВ и таким образом, издевалась над ней, хотела позлить ее и САВ.

Показаниями свидетеля ШРВ, который суду, а также в ходе следствия № показал, что 19.03.2024 в социальной сети «<данные изъяты>» путем переписки пригласил к себе домой ИЮИ, которая сообщила, что поругалась с мужем и хочет от него уйти. ИЮИ приехала к нему на такси, которое оплатил. С собой она привезла 4 пакета с вещами и 3 бутылки водки. Увидел у нее синяк под левым глазом. Выделил ей большую комнату. В этот и последующие дни выпивали спиртное, поэтому события помнит плохо. 20.03.2024 около 16:00 по телефону позвал ФИО1 в гости к себе, чтобы выпить спиртное. Около 18:00 она приехала, при этом вновь оплатил такси. Втроем продолжили распивать спиртное на кухне. В ходе распития спиртного периодически уходил в комнату поспать, а потом вновь возвращался на кухню, чтобы выпить спиртное. Между ФИО1 и ИЮИ стали происходить конфликты. ФИО1 кричала на ИЮИ, а из-за чего не помнит, не обращал внимания. Не помнит, чтобы ФИО1 ударяла ИЮИ, но предполагает, что это было, так как сама Малышева ему об этом говорила. 20.03.2024 к нему приехала подруга ее дочери Юля, а около 20:00 пришел ГАГ с бутылкой водки. Вчетвером стали употреблять спиртное. В это время ИЮИ находилась в комнате, спиртное с ними уже не употребляла, из комнаты не выходила. В какой-то момент Юля ушла, а потом - ГАГ. В какой-то момент увидел, что ИЮИ и ФИО1 находились на веранде (балконе). Там ФИО1 держала ИЮИ за шею. Показалось, что ФИО1 душила ИЮИ. Сказал ей прекратить. С ФИО1 продолжил распивать спиртное на кухне. ФИО1 выходила с кухни, а когда вернулась, то сказала, что ИЮИ куда-то пошла с ножом, и что она якобы собирается вскрыться. Пошел к ИЮИ и увидел ее на веранде (балконе), но ножа у нее в руках не было. Также видел у ИЮИ рану (царапину) в районе груди. ИЮИ сказала, что все нормально. После распития спиртного с МЕГ лег спать. Утром его разбудили сотрудники полиции, от которых узнал, что ИЮИ находится в больнице с ножевым ранением. Полицейские осмотрели квартиру и изъяли с холодильника сотовый телефон ИЮИ. Откуда он там появился, не знает. Их с ФИО1 доставили в отдел полиции. Из полиции поехали к ИЮИ в больницу. Там спросил у ИЮИ о том, что случилось, так как полицейские сказали, что ее подрезала ФИО1. ИЮИ сообщила, что сама себя порезала, но причину не сообщила.

Показаниями свидетеля МНГ, которая показала, что 20.03.2024 около 22:00, когда пошла спать, услышала, что у соседа ШРВ находятся гости женского пола. Ночью проснулась от криков, которые доносились из квартиры ШРВ. Также слышала громкий голос женщины на повышенных тонах №.

Показаниями свидетеля ОВА, который суду, а также в ходе следствия № показал, что в ночь на 21.03.2024 охранял школу. 21.03.2024 в 03:20 постучалась женщина (как позже узнал ИЮИ), которая рукой держалась за живот. Она попросила вызвать «Скорую» и полицию, сообщив, что ее подрезали. Вызвал «Скорую». Крови на одежде ИЮИ не видел. Она была в состоянии алкогольного опьянения. В 03:45 приехала «Скорая» и ИЮИ увезли.

Показаниями свидетеля ГНН (фельдшера «Скорой помощи»), которая показала, что 21.03.2024 в 03:26 поступило сообщение о ранении грудной клетки, живота, спины ИЮИ. В составе бригады выехала в <...>. По приезду их встретил охранник школы. На крыльце школы, на лестнице сидела ИЮИ, которая пояснила, что ее ударили ножом в живот. Она была в состоянии алкогольного опьянения, из-за чего не могла пояснить, кто ее ударил ножом. Со слов ИЮИ поняла, что 20.03.2024 ее избили, а сегодня ночью ударили ножом. У ИЮИ обнаружила колото-резаную рану живота. Доставили ее в больницу №

Показаниями свидетеля САВ (фельдшера «Скорой помощи»), который показал, что 21.03.2024 ночью в составе бригады «Скорой помощи» выезжал к школе <...>, где обнаружил ИЮИ в состоянии опьянения с ранением живота. Оказали ей медицинскую помощь и доставили в больницу. Со слов ИЮИ записал в карте вызова, что «была избита неизвестной в доме знакомого, получила удар ножом в живот через одежду».

Показаниями свидетеля САГ, который суду, а также в ходе следствия № показал, что 18.03.2024 или 19.03.2024 ушел на работу в ночную смену. ИЮИ находилась дома. Периодически ей звонил. Она отвечала, но потом перестала ему отвечать. В социальной сети «<данные изъяты>» обнаружил ее переписку с ШРВ, который позвал ее в гости, а ИЮИ согласилась. Периодически пытался дозвониться до ИЮИ, но на телефон никто не отвечал, а потом кто-то сбрасывал звонки, после этого телефон был отключен. Во вторую ночную смену ему позвонила ИЮИ с неизвестного номера. Сообщила, что у нее порезан живот, и она не может уехать из <...>. Через 10 минут перезвонил на этот номер. Ответила женщина, сообщив, что ИЮИ уже ушла. Сказала, что ИЮИ заходила к ним домой, чтобы позвонить. Куда ушла, не знает. 21.03.2024 или 22.03.2024 ему позвонила ИЮИ с неизвестного номера, сообщив, что находится в больнице. На следующий день пришел в больницу к ИЮИ. Видел у нее царапины на лице. Была испуганная, и сказала, что сама себя порезала. По истечении нескольких дней ИЮИ призналась, что ножевое ранение ей нанесла ФИО1 в гостях у ШРВ из-за брата. Также сказала, что Малышева ее била по лицу, издевалась. От ИЮИ узнал, что к ней в больницу приезжала ФИО1. Также от ИЮИ узнал, что у нее украли телефон.

Показаниями свидетеля ССА, которая показала, что в конце марта 2024 года спала дома. Ее разбудила незнакомая женщина с запахом алкоголя, спросив, как ей уехать из <...>. Она вывела ее в подъезд. Дала позвонить. Женщина разговаривала с мужчиной по имени САГ по громкой связи. Просила ее забрать, на что тот ответил, чтобы сама добиралась. Со слов женщины, она была в гостях у ШРВ. Также сказала, что ее пырнули в живот. Затем женщина ушла. Через некоторое время ей перезвонил САГ, которому рассказала, что просто дала женщине телефон позвонить №.

Показаниями свидетеля ГАГ, который суду, а также в ходе следствия № показал, что 20.03.2024 около 20:00 пришел к ШРВ выпить спиртного. У ШРВ в гостях были ФИО1, ИЮИ и женщина по имени Юля. На кухне с ШРВ, ФИО1 и ФИО2 распил спиртное. ИЮИ в это время находилась в комнате. Опьянел и сразу ушел домой, где лег спать. В ходе распития спиртного никаких конфликтов не было, никто никого не бил.

Показаниями свидетеля ЗДИ, который показал, что 21.03.2024 утром в качестве следователя в составе следственно-оперативной группы выезжал в <...>, так как оттуда в больницу была доставлена ИЮИ с ранением. Установили квартиру, где была ИЮИ. При осмотре квартиры в ней был мужчина (хозяин) и женщина. Увидел на кухне на столе сотовый телефон. Поинтересовался, чей он. О том, что у ИЮИ был похищен телефон, не знал, так как было сообщение только о ранении. Ответили, что это телефон ИЮИ, а также указали еще на несколько сумок ее вещей. Телефон изъял, а сумки оставил в квартире.

Вина подсудимой подтверждается также:

- сообщением № и справкой №, согласно которых 21.03.2024 в 04:30 в больницу бригадой «Скорой помощи» доставлена ИЮИ из <...> с проникающим колото-резанным ранением живота, УМТЛ. Обстоятельства травмы - ударила 21.03.2024 ножом знакомая;

- копией карты вызова «Скорой помощи» № согласно которой 21.03.2024 по сообщению от сторожа в 03:26 бригада «Скорой помощи» в составе САВ и ГНН в 03:54 прибыли к школе <...>, где обнаружили ИЮИ с колото-резанным ранением передней стенки живота и ушибами мягких тканей лица. Со слов ИЮИ была избита неизвестной в доме знакомого, получила удар ножом в живот через одежду;

- копией медицинской карты № согласно которой 21.03.2024 в 04:25 в хирургическое отделение поступила ИЮИ с колото-резанным ранением живота, ушибами мягких тканей лица, шеи, верхних конечностей. История заболевания: ударила ножом и избила знакомая 21.03.2024 около 03:00;

- протоколом осмотра места происшествия № согласно которого 21.03.2024 при осмотре квартиры <...> обнаружены и изъяты 5 ножей, сотовый телефон, полотенце с пятнами бурого цвета, следы рук. Входная дверь в квартиру оборудована врезным замком и щеколдой. Также имеется балкон-веранда;

- протоколами выемки № и осмотра №, согласно которых 21.03.2024 в городской больнице изъято женское белье (боди) ИЮИ, которое в последующем осмотрено. На боди чуть ниже груди спереди обнаружен отверстие, по краям которого имеется пятно бурого цвета;

- протоколами выемки № и осмотра №, согласно которого изъят диск с аудиозаписью вызова «Скорой помощи», который в последующем осмотрен. На диске имеется аудиофайл «21 мар. 07.08_.аас» с разговором между мужчиной и диспетчером. Мужчина сообщает, что он охранник в школе <...> и к нему обратилась ИЮИ с просьбой вызвать «Скорую» и полицию, сообщив, что ей очень плохо и у нее ножевое;

- протоколом осмотра № согласно которого 20.06.2024 осмотрен изъятый 21.03.2024 <...>, сотовый телефон «<данные изъяты>» черного цвета;

- протоколами выемки № и осмотра № согласно которых 10.07.2024 у САГ изъята детализация его телефонных соединений, которая в последующем осмотрена. Установлены входящие и исходящие соединения, а именно: 1) 19.03.2024 в период с 01:38 по 03:14 между ИЮИ и ШРВ; 2) 20.03.2024 в 16:53 с абонентским номером №. При звонке на этот номер ответил мужчина, представившись САГ, при этом сообщил, что ИЮИ не знает, но знаком с ФИО1; 3) 21.03.2024 в 02:37 (входящее соединение) и в 02:45 (исходящее соединение) с ССА

- детализацией телефонных соединений № и протоколом осмотра № согласно которой имеются входящие и исходящие соединения 19.03.2024 в период с 01:38 по 03:14 между ШРВ и ИЮИ Также имеется входящие и исходящие соединения 19.03.2024 в период с 17:16 по 19:00 между ШРВ и ФИО1;

- протоколом предъявления предмета для опознания № согласно которого ИЮИ из 3 ножей опознала нож, длинной 23,3 см с черной рукояткой, черным клинком с белыми точками, как нож, которым ей ФИО1 причинила ранение живота;

- протоколом осмотра № согласно которого осмотрены 5 ножей, изъятые 21.03.2024 <...> при этом выявлено наличие 3 ножей различной длины с рукояткой и клинком черного цвета, на котором имеются белые точки. Один из трех ножей имеет длину 23,3 см. Также осмотрено полотенце с пятнами бурого цвета;

- протоколами выемки № и осмотра № согласно которых в комиссионном магазине <...> изъят чек и договор на покупку сотового телефон «<данные изъяты>», которые в последующем осмотрены. Установлено, что телефон «<данные изъяты>» продан 08.02.2024 за 2 000 руб.;

- заключением эксперта № согласно которого на женском белье (боди) имеется сквозное динамическое колото-резанное повреждение;

- заключениями эксперта № согласно которому у ИЮИ обнаружены телесные повреждения: 1) множественные кровоподтеки и ссадины на теле, которые образовались в результате ударных воздействий и трения твердого тупого предмета, возможно и при обстоятельствах указанных ИЮИ и не влекут кратковременного расстройства здоровья и (или) стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому квалифицируются как повреждения не причинившие вред здоровью человека (п. 9 «Медицинских критериев», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н); 2) колото-резаное ранение живота, <данные изъяты> которое могло образоваться 21.03.2024 от удара клинком ножа, в том числе одним из трех представленных эксперту, и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (п. 6.1.15 «Медицинских критериев», утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н). Повреждение находится в области доступной для нанесения его собственной рукой потерпевшей;

- показаниями эксперта ААВ № согласно которых колото-резаное ранение ИЮИ могло быть причинено ножом, длинной 23,3 см черного цвета с белыми точками на клинке, который в числе прочих ему был представлен для проведения экспертизы;

- заключением эксперта № согласно которого на женском белье (боди) и полотенце обнаружена кровь, принадлежащая ИЮИ

Исследованные доказательства суд оценивает, как достоверные и достаточные для обоснования выводов по делу, вину подсудимой доказанной совокупностью этих доказательств. Действия подсудимой квалифицируются судом:

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угроза убийством, при этом имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. Судом установлено, что ФИО1, действуя с прямым умыслом, из личных неприязненных отношений с целью вызвать у ИЮИ чувство страха, высказала ей в непродолжительный период времени дважды угрозу убийством, а именно, что задушит и увезет в лес, при этом в подтверждение высказанной угрозы применила насилие, в том числе схватила за шею, сдавила ее, ограничивая доступ воздуха. В сложившейся обстановке, с учетом агрессивного поведения подсудимой, находящейся в состоянии опьянения, вызванного употреблением алкоголя, у ИЮИ имелись реальные основания опасаться ее осуществления;

- по ч. 1 ст. 127 УК РФ как незаконное лишение человека свободы, не связанное с его похищением. Судом установлено, что подсудимая, действуя с прямым умыслом, из личной неприязни, находясь в квартире <...>, ограничила ИЮИ в передвижении, а именно не выпускала из квартиры, без законных на то оснований, лишив ее возможности покинуть квартиру, чем незаконно лишила ИЮИ свободы, нарушив предусмотренное ст. 27 Конституции РФ право на свободу передвижения и выбора места пребывания, места жительства. Суд исключает из предъявленного обвинения, с учетом позиции государственного обвинителя, квалифицирующие признаки «с применением насилия опасного для жизни и здоровья» и «с применением предметов, используемых в качестве оружия», как не нашедшие своего подтверждения исследованными доказательствами. Судом установлено, что тяжкий вред здоровью, то есть насилие опасное для жизни и здоровья ИЮИ подсудимая применила не с целью лишения свободы потерпевшей, а из личной неприязни. Причиняя тяжкий вред здоровью, ФИО1 применила кухонный нож, который использовала в качестве оружия. Какое-либо насилие, опасное для жизни и здоровья, для достижения цели (лишения ИЮИ свободы) подсудимая не применяла, а только нанесла удары руками, что не причинило вред здоровью потерпевшей, и отталкивала. Также ФИО1 не применяла для лишения свободы предметы, используемые в качестве оружия. Все это свидетельствует об отсутствии указанных квалифицирующих признаков, в связи с чем они подлежат исключению;

- по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия. Судом установлено, что ФИО1 из личных неприязненных отношений, с целью причинения тяжкого вреда здоровью человека, действуя незаконно, с прямым умыслом, поскольку осознавала, что нанося удар ножом (предметом обладающий высокими поражающими свойствами) в тело может причинить опасный для жизни человека вред здоровью, и, желая этого, нанесла ИЮИ удар ножом по телу, причинив телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью человека. Между действиями подсудимой и наступившими последствиями, в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшей имеется прямая причинно-следственная связь.

Суд исключает из предъявленного обвинения, с учетом позиции государственного обвинителя, квалификацию действий подсудимой по ч. 1 ст. 161 УК РФ, поскольку представленными доказательствами, установлено, что телефон у потерпевшей ФИО1 забрала с целью лишения ее свободы, а именно воспрепятствовать позвонить родственникам, экстренным службам, либо иным способом позвать на помощь. Сведений о наличия корыстной цели деяния подсудимой суду не представлено. Так, потерпевшая показала, что ФИО1 забрала у нее телефон из рук и спрятала, когда она хотела уехать домой. В дальнейшем сообщила, что он на холодильнике, но его там не было. Также потерпевшая показала, что ФИО1 намеревалась использовать телефон для сообщения САВ ложной информации о ней. С учетом указанных показаний потерпевшей, а также принимая во внимание то обстоятельство, что телефон сотрудниками полиции был обнаружен на месте совершения преступления, а именно на кухне, где он находился свободно, и его никто не прятал, суд пришел к убеждению, что в действиях подсудимой отсутствует корыстная цель.

Согласно закону, под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправное безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившее ущерб собственнику.

В соответствии с разъяснениями п. 7 Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» не образуют состава кражи или грабежа противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество.

Из совокупности доказательств следует, что телефон у потерпевшей подсудимая забрала в момент лишения ее свободы, воздействуя на потерпевшую, чтобы она не могла им воспользоваться, позвать на помощь, и в дальнейшем им не распоряжалась.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о том, что в действиях ФИО1 по завладению телефоном потерпевшей отсутствует состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, в связи с чем подсудимая подлежит оправданию на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 133 УПК РФ к лицам, имеющим право на реабилитацию, не относятся, в частности, подозреваемый, обвиняемый, осужденный, преступные действия которых переквалифицированы или из обвинения которых исключены квалифицирующие признаки, ошибочно вмененные статьи при отсутствии идеальной совокупности преступлений либо в отношении которых приняты иные решения, уменьшающие объем обвинения, но не исключающие его.

Судом установлено, что ФИО1 ошибочно вменено совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ, при отсутствии идеальной совокупности с преступлением, предусмотренным ч. 1 ст. 127 УК РФ. С учетом этого оправдание ее по ч. 1 ст. 161 УК РФ не влечет за собой возникновение у подсудимой права на реабилитацию, так как фактические действия по изъятию телефона потерпевшей входят в объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 127 УК РФ, и вменены органами следствия подсудимой.

Суд признает несостоятельными доводы защиты о том, что ФИО1 потерпевшей не угрожала, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшей о высказанной ей дважды угрозе убийством, при этом в последнем случае подсудимая ее душила. Ее показания согласуются с показаниями свидетеля ШРВ, который видел, как на балконе ФИО1 душила ИЮИ У суда нет оснований сомневаться в показаниях потерпевшей, свидетеля, поскольку они последовательны, не противоречивы, взаимно дополняют друг друга, при этом подтверждаются другими исследованными доказательствами, в том числе заключением эксперта и медицинскими документами о том, что на шее потерпевшей обнаружены следы ногтей. Ставить под сомнение правильность выводов экспертного заключения, которое является научно обоснованным, проведенным экспертом с большим стажем и с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, у суда оснований не имеется.

То обстоятельство, что в заключении эксперта не указаны повреждения ИЮИ на лице (кровоподтек под глазом), причиненные ей накануне преступления свидетелем САГ, не свидетельствуют о недопустимости данного доказательства. Эксперт исследовал представленные ему письменные медицинские документы, при этом осмотр потерпевшей лично не проводил. В медицинских документах записи об указанном повреждении на лице, достаточные для определения телесного повреждения, его вида, локализации, давности, тяжести и механизма причинения, не имелось, в связи с чем выводы эксперта были основаны на тех материалах, которые ему были представлен. Суд оценивает данное заключение эксперта наряду с иными доказательствами.

Оснований для оговора потерпевшей и указанным свидетелем подсудимой судом не установлено. Вопреки доводам защиты, сведений о наличии у ИЮИ неприязни к ФИО1, в том числе в связи с отношениями с ее братом, суду не представлено. Потерпевшая показала, что неприязни к подсудимой не имела, и причин оговаривать ее у нее не имелось. Суд признает несостоятельными доводы защиты о наличии у ИЮИ ревности к ФИО1 из-за ШРВ Потерпевшая об этом не говорила, как и свидетель ШРВ Позицию подсудимой в этой части суд расценивает как избранный способ защиты.

Вопреки доводам защиты высказанные подсудимой фразы о том, что задушит ее, вывезет в лес и никто не найдет, свидетельствуют именно об угрозе убийством, и по иному истолкованы быть не могут.

О реальности высказанной угрозы, свидетельствуют показания потерпевшей о том, что подсудимая в это время наносила ей удары, душила и была агрессивна. Именно эти действия ФИО1 вызвали у нее чувство страха, с учетом того, что подсудимая находилась в состоянии опьянения, а присутствующий в квартире ШРВ, не пресекал преступные действия подсудимой, а только попросил прекратить душить ИЮИ на балконе.

То обстоятельство, что ИЮИ, спустя некоторое время, смогла выйти самостоятельно из квартиры, не свидетельствует о том, что подсудимой не приняты меры к лишению его свободы, поскольку это ей удалось только лишь, когда ФИО1 уснула, и соответственно не могла контролировать действия потерпевшей. До этого ФИО1 приняты все зависящие от нее меры для лишения потерпевшей свободы, а именно: ИЮИ была лишена средств связи (телефона); подсудимая не пускала ее к входной двери, чтобы та ее не могла открыть, отталкивала, наносила удары и словесно запрещала выйти из квартиры. Именно в результате этих умышленных действий подсудимой ИЮИ в период с вечера <дата> до 02:37 <дата>, вопреки своему желанию, не могла выйти из квартиры, то есть была лишена свободы. По смыслу закона деяние, предусмотренное ст. 127 УК РФ представляет собой оконченное преступление с момента фактического лишения человека свободы независимо от длительности пребывания потерпевшего в таком состоянии. Возможность передвижения ИЮИ из комнаты на кухню и на балкон, не свидетельствует о том, что потерпевшая имела свободу передвижения, поскольку подсудимая препятствовала ее выходу из квартиры.

Наличие в квартире, помимо подсудимой и потерпевшей, хозяина квартиры ШРВ, к которому ИЮИ не обратилась за помощью выйти из квартиры, не свидетельствует о ложности ее показаний. Анализируя показания потерпевшей, свидетеля ШРВ, ГАГ, суд пришел к убеждению, что ШРВ и ГАГ были сильно пьяны, в связи с чем не могли оказать потерпевшей действенную помощь, и не были в этом заинтересованы, так как ИЮИ была им мало знакома. При этом суд учитывает, что ФИО1 длительное время в квартире применяла насилие к потерпевшей, что следует из ее показаний, а также показаний свидетеля ШРВ, и действенной помощи по ее защите со стороны ШРВ оказано не было. Суд учитывает, что основное время ШРВ распивал спиртное на кухне, а когда сильно пьянел, уходил на непродолжительное время спать в комнату. С учетом этого, а также своего состояния опьянения не мог, оказывать действенную помощь потерпевшей, которая во время совершаемых в отношении нее преступных действий находилась на балконе и в комнате.

Доводы подсудимой о том, что рану ИЮИ нанесла себе сама, опровергаются показаниями потерпевшей, а также показаниями свидетелей ОВА, ГНН и САВ, которым потерпевшая непосредственно после причинения ей ранения сообщила о том, что рану ей причинила знакомая. Именно эта информация была в последующем отражена в карте вызова «Скорой медицинской помощи» и медицинских документах. У суда нет оснований не доверять показаниями указанных свидетелей, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, последовательны, не противоречивы. Причин для оговора и личной заинтересованности судом не установлено.

То обстоятельство, что по выводам эксперта повреждение от колото-резанного ранения живота находится в области доступной для нанесения его собственной рукой потерпевшей, не опровергают показаний потерпевшей, поскольку факт такой доступности, не свидетельствует, что потерпевшая нанесла себе ранение. Заключение эксперта оценивается судом наряду с другими доказательствами, в том числе с показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными документами. Именно совокупность данных доказательств, позволяет суду прийти к убеждению, что удар ножом потерпевшей в область живота нанесла ФИО1

Позицию подсудимой о том, что ИЮИ сама себе нанесла ножевое ранение, суд расценивает как избранный способ защиты, поскольку она опровергается приведенными выше доказательствами. Кроме этого, о ложности показаний подсудимой свидетельствует и то, что ее показания в части общения 20.03.2024 по телефону с ШРВ (когда он пригласил ее к себе), опровергаются представленной детализацией телефонных соединений, согласно которой имелись входящие и исходящие соединения 19.03.2024 в период с 17:16 по 19:00 между ШРВ и ФИО1 Это же согласуется с показаниями ИЮИ о том, что ФИО1 приехала к ШРВ 19.03.2024.

Вопреки доводам защиты, экспертиза с целью установления наличия (отсутствия) следов рук на ноже, длинной 23,3 см, не проводилась, поэтому утверждение защиты об отсутствии на нем следов подсудимой и наличии следов рук иных лиц, объективно никаким доказательствами не подтверждается. Суд учитывает, что следы рук остаются не на всех поверхностях, а также то, что указанный нож был изъят спустя продолжительное время из квартиры, при этом наличие (отсутствие) воздействие на него иных лиц, после совершения преступления, не установлено. В то же время суд принимает во внимание заключение эксперта, что ранение потерпевшей могло быть причинено этим ножом.

Объяснение ИЮИ от 21.03.2024 № а также показания ШРВ о том, что ему в больнице стало известно от потерпевшей об обстоятельствах получения ранения, не опровергают показания потерпевшей, поскольку она показала, что данные пояснения дала по указанию ФИО1, которая ей угрожала. У суда нет оснований не доверять показаниям потерпевшей, при этом суд учитывает, что непосредственно после ухода из квартиры ШРВ потерпевшая сообщила ОВА, ГНН и САВ, что рану ей причинила знакомая, и именно эти сведения были занесены в медицинские документы.

Доводы защиты о склонности потерпевшей к членовредительству объективно ничем не подтверждены. Доказательств этого суду не представлено.

То обстоятельство, что потерпевшая в квартире ШРВ покурила вещество (со слов потерпевшей возможно наркотик), не свидетельствуют о ложности либо недопустимости ее показаний по делу, поскольку сведений о том, что она в силу опьянения, в том числе алкогольного, либо иного, лишена была возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющее значение для дела и давать показания, суду не представлено.

Вопреки доводам защитника ДЕВ на женском белье (боди) потерпевшей обнаружено сквозное динамическое колото-резанное повреждение, а не рванное, как указано им. Указанное обстоятельство, наряду с тем, что на боди обнаружена кровь ИЮИ, позволяют суду прийти к убеждению, что в момент причинения ей ножевого ранения боди было надето на ней, что опровергает показаниям подсудимой в этой части.

Смягчающими наказание подсудимой обстоятельствами в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ являются – состояние здоровья, в том числе психического.

Отягчающими наказание подсудимой обстоятельствами в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ является рецидив преступлений.

В силу ст. 18 УК РФ по отношению к приговору <...> городского суда <...> от 20.10.2022 по преступлению, предусмотренному п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ рецидив является опасным, а по преступлениям, предусмотренным ч. 1 ст. 119 и ч. 1 ст. 127 УК РФ - простым.

Убедительных доказательств того, что состояние опьянения, вызванное употреблением алкоголя, привело к совершению ФИО1 преступлений, и данные обстоятельства необходимо признать отягчающими наказание, суду не представлено. Подсудимая отрицает причастность к инкриминируемым деяниям. Свидетель ШРВ показал, что в состоянии опьянения ФИО1 спокойная и странное поведение, агрессию не проявляет. Иных доказательств суду не представлено.

Подсудимая по месту жительства характеризуется удовлетворительно, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит. Согласно заключению экспертов № ФИО1 хроническим психическим расстройством либо слабоумием не страдала и не страдает<данные изъяты>. Однако указанные изменения психики выражены не столь значительно, не сопровождаются грубыми нарушениями памяти, интеллекта, мышления, критических способностей и не лишали ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

При назначении ФИО1 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, относящихся к категории небольшой тяжести и тяжких, личность подсудимой, смягчающие и отягчающие обстоятельства, и в соответствии со ст.ст. 6,43,60 УК РФ считает необходимым назначить наказание в виде лишения свободы, с учетом требований ч. 2 ст. 68 УК РФ, как наиболее целесообразное для ее исправления и предупреждения совершения новых преступлений.

Оснований для применения к подсудимой правил ст. 64, ч. 3 ст. 68, ст. 53.1 УК РФ не имеется с учетом ее личности, наличия отягчающих наказание обстоятельств, и отсутствия каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами совершенных преступлений, поведением подсудимой во время и после совершения преступлений, и других юридически значимых обстоятельств, существенно уменьшающих характер и степень общественной опасности совершенных деяний.

С учетом личности подсудимого, обстоятельств совершения преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и наличия смягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Правовых оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ в отношении преступления, предусмотренного п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ, не имеется, поскольку установлены отягчающие наказание обстоятельства.

Правовых оснований для применения к подсудимой правил ст. 73 УК РФ не имеется, поскольку в ее действиях содержится опасный рецидив.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание ФИО1 должна отбывать в исправительной колонии общего режима.

Вопрос о вещественных доказательствах суд, с учетом отсутствия каких-либо споров, решает в соответствии с положениями ст. 81 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

В целях надлежащего обеспечения исполнения приговора, соблюдения целей уголовного судопроизводства, с учетом назначения наказания в виде лишения свободы, и при отсутствии оснований для оставления подсудимой ФИО1 вне мест изоляции, до вступления приговора в законную силу, в отношении нее следует сохранить избранную меру пресечения в виде заключения под стражу.

Время содержания ФИО1 под стражей с 20.06.2024 до дня вступления приговора в законную силу судом в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок лишения свободы, из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Руководствуясь ст.ст. 303-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

ФИО1 признать виновной в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 127, п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ и назначить ей наказание:

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ в виде лишения свободы на срок 9 месяцев,

- по ч. 1 ст. 127 УК РФ в виде лишения свободы на срок 9 месяцев,

- по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ в виде лишения свободы на срок 5 лет.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний ФИО1 назначить наказание в виде лишения свободы на срок 6 лет, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, с исчислением срока наказания со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения ФИО1 оставить прежней в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок лишения свободы время содержания под стражей с 20.06.2024 до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

ФИО1 признать невиновной по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ и оправдать за отсутствием состава преступления на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.

Вещественные доказательства:

- диск, детализацию телефонных соединений – хранить при деле;

- женское белье (боди), кухонное полотенце – уничтожить;

- сотовый телефон «<данные изъяты>» - оставить потерпевшей ИЮИ по принадлежности;

- нож вернуть свидетелю ФИО3 ШРВ, а в случае отказа в явке за его получением – уничтожить.

Приговор может быть обжалован в Пермский краевой суд через Соликамский городской суд в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок, но со дня получения копии приговора.

Судья Анфалов Ю.М.