Решение № 2-430/2017 от 26 декабря 2017 г. по делу № 2-430/2017

Дело №2-430/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

п.Прохоровка

27.12.2017

Прохоровский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Абрамовой С.И.

при секретаре Чурсиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ООО «Свифтлоджик», ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением,

установил:

12.10.2016 <адрес> ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, следуя задним ходом по тротуару, нарушил п.1.3, 1.5, 8.1, 8.12, 10.1 ПДД РФ, в результате чего совершил наезд на пешехода В.П., которой были причинены телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшей.

Приговором Гагаринского районного суда г.Москвы от 24.03.2017 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок один год шесть месяцев с отбыванием в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок три года. С ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда взыскана сумма в размере 500 000 руб., а также в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя – 50 000 руб.

Апелляционным постановлением Московского городского суда от 26.04.2017 названный судебный акт был изменен в части гражданского иска потерпевшего ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда с осужденного ФИО2 Гражданский иск направлен на новое рассмотрение в тот же суд в порядке гражданского судопроизводства.

В остальной части приговор Гагаринского районного суда г.Москвы от 24.03.2017 оставлен без изменения и вступил в законную силу.

Определением Гагаринского районного суда г.Москвы от 16.08.2017 гражданское дело на основании ч.5 ст.29 ГПК РФ передано по подсудности по месту регистрации ответчика в Прохоровский районный суд Белгородской области.

Дело инициировано иском ФИО1, просившего взыскать с ФИО2 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате смерти его супруги В.П. в указанном выше дорожно-транспортном происшествии, сумму в размере 2 000 000 руб., а также судебные расходы на оплату услуг представителя – 50 000 руб.

В судебное заседание истец и его представитель адвокат Алтухов А.В., будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте его проведения, не явились.

Ответчик ФИО2 надлежаще извещен о времени и месте судебного разбирательства, отбывает наказание в ФКУ ИК-4 УФСИН России по Белгородской области. Возражений относительно заявленных требований не представил.

Представитель ответчика «Свифтлоджик» при надлежащем извещении о времени и месте рассмотрения дела в суд не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие. Представил письменные возражения относительно исковых требований (л.д.109-119), пояснив, что на момент совершения дорожно-транспортного происшествия собственником транспортного средства являлся ФИО3 на основании договора купли-продажи от 08.07.2016; никаких правоотношений данное ООО с ФИО2 не имело.

Ответчик ФИО3, извещенный о времени и месте проведения судебного заседания в соответствии с требованиями ст.113, 115 ГПК РФ, в суд не явился. Возражений относительно заявленных требований не представил.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, суд признает исковые требования подлежащими удовлетворению в части взыскания с ФИО2 в счет компенсации морального вреда суммы в размере 600 000 руб.

Постановлением старшего следователя 3-го отдела следственной части по РОПД СУ УВД по ЮЗАО ГУ МВД России по г.Москве от 14.11.2016 ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу в отношении ФИО2 (л.д.1).

Как установлено вступившим в законную силу приговором Гагаринского районного суда г.Москвы от 24.03.2017 (л.д.9-17), 12.10.2016 <адрес> ФИО2, управляя автомобилем <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты>, следуя задним ходом по тротуару, нарушил п.1.3, 1.5, 8.1, 8.12, 10.1 ПДД РФ, в результате чего совершил наезд на пешехода В.П., которой были причинены телесные повреждения, повлекшие смерть потерпевшей.

Положениями ч.4 ст.61 ГПК РФ предусмотрено, что вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства <данные изъяты> с государственным регистрационным знаком <данные изъяты> (л.д.29) и сведениям ОГИБДД ОМВД России по Прохоровскому району (карточка учета транспортного средства – л.д.51) собственником указанного автомобиля с 14.12.2012 по 14.02.2017 являлось ООО «Свифтлоджик».

Между тем, ООО «Свифтлоджик» представило суду договор купли-продажи данного транспортного средства от 08.07.2016 №, заключенный с ФИО3 (л.д.115), акт приема-передачи от 08.07.2016 (л.д.116), а также платежное поручение от 08.07.2016 № (л.д.119), подтверждающее полную оплату ФИО3 приобретенного по обозначенному договору автомобиля.

При этом из материалов дела не следует, что договор купли-продажи транспортного средства и акт приема-передачи от 08.07.2016 были оспорены и признаны в установленном законом порядке недействительными.

Оценивая представленные документы с точки зрения относимости, допустимости, достоверности каждого в отдельности, а также их достаточность и взаимную связь в совокупности, суд принимает их во внимание при разрешении дела в качестве доказательств, свидетельствующих об отчуждении ООО «Свифтлоджик» транспортного средства до совершения дорожно-транспортного происшествия 12.10.2016.

Положениями ч.2 ст.218 ГК РФ предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В силу ч.1 ст.454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

По общему правилу, закрепленному в ч.1 ст.223 ГК РФ, моментом возникновения права собственности у приобретателя вещи по договору является момент ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором.

В случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом (ч.2 ст.223 ГК РФ).

Государственной регистрации в силу ч.1 ст.131 ГК РФ подлежат право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

К недвижимым вещам (недвижимое имущество, недвижимость) ч.1 ст.130 ГК РФ относит земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимым вещам относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество.

В соответствии с ч.2 ст.130 ГК РФ вещи, не относящиеся к недвижимости, включая деньги и ценные бумаги, признаются движимым имуществом. Регистрация прав на движимые вещи не требуется, кроме случаев, указанных в законе.

Автомобили не отнесены законом к объектам недвижимости, в связи с чем относятся к движимому имуществу.

Как указано в Определении Верховного Суда РФ от 10.10.2017 №36-КГ17-10, при отчуждении транспортного средства действует общее правило относительно момента возникновения права собственности у приобретателя – момент передачи автомобиля.

Согласно ч.3 ст.15 Федерального закона от 10.12.1995 №196-ФЗ «О безопасности дорожного движения» допуск транспортных средств, предназначенных для участия в дорожном движении на территории РФ, за исключением транспортных средств, участвующих в международном движении или ввозимых на территорию РФ на срок не более шести месяцев, осуществляется в соответствии с законодательством РФ путем регистрации транспортных средств и выдачи соответствующих документов.

В соответствии с п.3 Постановления Правительства РФ от 12.08.1994 №938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» собственники транспортных средств либо лица, от имени собственников владеющие, пользующиеся или распоряжающиеся на законных основаниях транспортными средствами, обязаны в установленном порядке зарегистрировать их или изменить регистрационные данные в Государственной инспекции, или военных автомобильных инспекциях (автомобильных службах), или органах гостехнадзора в течение срока действия регистрационного знака «Транзит» или в течение 10 суток после приобретения, выпуска в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством РФ о таможенном деле, снятия с учета транспортных средств, замены номерных агрегатов или возникновения иных обстоятельств, потребовавших изменения регистрационных данных.

Аналогичные положения содержатся в п.4 Приказа Министерства внутренних дел РФ от 24.11.2008 №1001 «О порядке регистрации транспортных средств».

Приведенными выше законоположениями предусмотрена регистрация самих автомототранспортных средств, обусловливающая их допуск к участию в дорожном движении.

При этом регистрация транспортных средств носит учетный характер и не служит основанием для возникновения на них права собственности.

Гражданский кодекс РФ и другие федеральные законы не содержат норм, ограничивающих правомочия собственника по распоряжению транспортным средством в случаях, когда это транспортное средство не снято им с регистрационного учета.

Отсутствуют в законодательстве и нормы о том, что у нового приобретателя транспортного средства по договору не возникает на него право собственности, если сохраняется регистрационный учет на отчужденное транспортное средство за прежним собственником.

Следовательно, исходя из того, что автомобиль <данные изъяты> был передан ФИО3 08.07.2016, право собственности у него на данное транспортное средство возникло в указанную дату.

В силу ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Положениями ч.2 ст.1079 ГК РФ установлено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

При этом предусмотренный ст.1079 ГК РФ перечень законных оснований владения источником повышенной опасности и документов, их подтверждающих, не является исчерпывающим.

В п.19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъясняется, что под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).

Обстоятельствами, имеющими значение для разрешения рассматриваемого спора, являются, в частности, обстоятельства, связанные с тем, кто владел источником повышенной опасности на момент дорожно-транспортного происшествия.

При толковании приведенных выше норм материального права и определении лица, ответственного за причинение вреда, необходимо исходить из того, в чьем законном фактическом пользовании находился источник повышенной опасности в момент причинения вреда.

При этом необходимо учитывать, что владелец источника повышенной опасности освобождается от ответственности, если транспортное средство передано в управление с надлежащим юридическим оформлением.

Принимая во внимание, что Постановлением Правительства РФ от 12.11.2012 №1156 из ПДД исключен абз.4 пп.2.1.1 п.2.1, ввиду чего действующее законодательство не предусматривает письменное уполномочие (доверенность) собственником транспортного средства иного лица на управление им, надлежащим юридическим оформлением такой передачи следует считать добровольную передачу собственником автомобиля данному лицу, а также передачу документов на автомобиль. Если указанные требования соблюдены, законным владельцем транспортного средства и причинителем вреда будет являться лицо, управляющее данным транспортным средством в момент дорожно-транспортного происшествия, но не его собственник.

Исключение из указанного общего правила установлено ст.1068 ГК РФ, согласно которой юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Между тем, в материалах дела отсутствуют сведения о том, что ФИО2, управлявший автомобилем в момент дорожно-транспортного происшествия, находился в трудовых отношениях с его собственником.

Напротив, из содержания вступившего в законную силу приговора Гагаринского районного суда г.Москвы от 24.03.2017 усматривается, что ФИО2 являлся нетрудоустроенным, путевого листа при себе не имел (л.д.9).

Обстоятельств, свидетельствующих о том, что между указанными лицами имел место гражданско-правовой договор, что водитель управлял автомобилем по заданию его собственника и в его интересах, также не установлено.

Согласно общедоступным сведениям системы «Единый агент Российского союза автостраховщиков» договор ОСАГО № от 02.03.2016 сроком до 09.03.2017 заключен на автомобиль <данные изъяты> без ограничения лиц, допущенных к управлению транспортным средством.

Каких-либо сведений, указывающих на то, что у ФИО2 на момент дорожно-транспортного происшествия отсутствовали добровольно переданные собственником ключи и регистрационные документы на автомобиль, не имеется.

Имеющиеся в материалах дела доказательства не позволяют прийти к выводу о том, что фактическое владение ФИО2 транспортным средством являлось незаконным.

При таких обстоятельствах владельцем автомобиля в смысле, придаваемом ст.1079 ГК РФ, на момент совершения дорожно-транспортного происшествия являлся ФИО2, а потому компенсацию морального вреда следует взыскать с него как с лица, управлявшего (владевшего) источником повышенной опасности на момент причинения вреда.

Основания для привлечения ФИО3 к солидарной ответственности отсутствуют.

Доказательств того, что ФИО3 не проявил должной осмотрительности и мер к сохранности принадлежащего ему источника повышенной опасности, не представлено.

При этом условием для возложения ответственности на собственника транспортного средства является доказанность его вины в противоправном изъятии источника повышенной опасности из его обладания.

В силу присущего исковому виду судопроизводства начала диспозитивности, эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон, как субъектов доказательственной деятельности.

Принцип состязательности (ч.3 ст.123 Конституции РФ) реализуется в процессе обоснования сторонами своей правовой позиции (своих требований и возражений), где каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иной не предусмотрено федеральным законом (ст.56 ГПК РФ).

Исходя из названного принципа, а также положений ч.1 ст.68 ГПК РФ, стороны несут риск наступления последствий уклонения от состязательности в виде принятия решения судом только по доказательствам, представленным другими лицами, что было разъяснено сторонам по настоящему делу в определении судьи о принятии искового заявления к производству суда от 26.09.2017.

В силу ст.35 ГПК РФ лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами. В соответствие со ст.10 ГК РФ не допускается действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Добросовестное пользование процессуальными правами отнесено к условиям реализации одного из основных принципов гражданского процесса – принципа состязательности и равноправия сторон.

Ставя реализацию процессуальных прав в зависимость от принципов разумности и добросовестности, законодатель возлагает на лиц обязанность претерпевать негативные последствия в случае нарушения данных принципов.

Отсутствие со стороны ФИО2, уклонившегося от состязательности в процессе, возражений относительно заявленных требований, непредставление им доказательств в обоснование своей позиции по делу, что неоднократно предлагалось судом осуществить, привело к принятию решения по имеющимся в деле доказательствам.

Статьей 151 ГК РФ регламентировано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья.

В силу ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Оценив совокупность имеющихся в деле доказательств, с учетом относимости, допустимости и достоверности каждого из них, на основании ст.67 ГПК РФ, суд признает доказанным, что в результате произошедшего по вине ФИО2 дорожно-транспортного происшествия, в котором погибла супруга истца В.П., ФИО1 причинены нравственные страдания, обусловленные гибелью близкого человека.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (ч.1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ч.2).

Компенсация морального вреда не преследует цель восстановить прежнее положение потерпевшего. Это невозможно, поскольку произошло умаление неимущественной сферы гражданина. До настоящего времени нет критериев человеческих страданий, нет способов их возмещения, если они уже имели место. К тому же каждый человек – это индивидуальность, имеющая только ей присущие эмоции, переживания, радости, страдания и другие психические процессы жизнедеятельности.

Денежная компенсация за причинение морального вреда призвана вызвать положительные эмоции, которые могли бы максимально сгладить негативные изменения в психической сфере личности в результате причинения морального вреда.

Принимая во внимание изложенное, на основании исследования и оценки фактических обстоятельства дела и представленных доказательств, оценив характер нравственных страданий ФИО1, с учетом обстоятельств, при которых причинен вред, длительности нахождения в браке с погибшей супругой (более 39 лет), исходя из установленного приговором суда факта причинения телесных повреждений потерпевшей по неосторожности (л.д.10), суд определяет денежную компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб.

По мнению суда, указанная сумма отвечает требованиям разумности и справедливости, оснований к взысканию компенсации морального вреда сверх указанной суммы судом не усматривается.

Что касается требования истца о взыскании в его пользу судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 50 000 руб., то оно удовлетворению не подлежит, поскольку было удовлетворено приговором Гагаринского районного суда г.Москвы от 24.03.2017 (л.д.17). Апелляционная инстанция Московского городского суда своим постановлением от 26.04.2017 отменила приговор от 24.03.2017 только в части компенсации морального вреда в размере 500 000 руб.; в остальной части указанный судебный акт оставлен без изменения (л.д.22).

Повторное взыскание судебных расходов с ответчика недопустимо.

В силу ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Учитывая, что истцом заявлено требование неимущественного характера, и он освобожден от уплаты государственной пошлины на основании п.3 ч.1 ст.333.36 НК РФ, с ФИО2 подлежит взысканию госпошлина в доход муниципального района «Прохоровский район» Белгородской области в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО1 к ФИО2, ООО «Свифтлоджик», ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, – удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 600 000 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ФИО2 в бюджет муниципального района «Прохоровский район» Белгородской области государственную пошлину в размере 300 руб.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Прохоровский районный суд Белгородской области.

Судья подпись С.И. Абрамова

Мотивированное решение суда изготовлено 09.01.2018.

Судья подпись С.И. Абрамова

Копия верна:

Судья С.И. Абрамова