Апелляционное определение № 33-27466/2025 33-3609/2026 от 6 апреля 2026 г.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. № 33-3609/2026 Судья: Златьева В.Ю.

УИД 78RS0012-01-2024-006148-52


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 7 апреля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

Председательствующего Луковицкой Т.А.

судей Игумновой Е.Ю., Бородулиной Т.С.

при помощнике судьи Легковой А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-617/2025 по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 4 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Луковицкой Т.А., объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в Ленинский районный суд Санкт-Петербурга с иском к ФИО2 Ю, в котором просил взыскать с ответчика неосновательное обогащение в размере 5 755 816 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 5 октября 2021 года по 6 ноября 2024 года в размере 1 343 527,89 рублей с последующим начислением по дату уплаты суммы долга, расходы по оплате государственной пошлины.

В обоснование заявленных требований указал, что ФИО1 в период с октября 2021 года по 2024 года различными суммами переводил со своего банковского счета на счет ФИО2 на приобретение запасных частей для автомобилей, которые ответчиком для истца не приобретались и ему не передавались. Ро мнению истца, на стороне ответчика возникло неосновательное обогащение, так как встречные обязательства ответчиком не исполнены.

Решением Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 4 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов отказано.

ФИО1 в апелляционной жалобе просит решение суда отменить как незаконное, принять по делу новое решение, ссылаясь на то, что суд необоснованно применил п. 4 ст. 1109 ГК РФ, неверно распределил бремя доказывания. Полагает, что ответчик обязан был подтвердить законность использования денежных средств, чего им сделано не было. Считает, что в версиях ответчика имеются противоречия, ответчик злоупотребляет своими правами.

Частью 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) предусмотрено, что суд апелляционной инстанции извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте рассмотрения жалобы, представления в апелляционном порядке.

Истец и ответчик, извещенные о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явились, воспользовались правом, предусмотренным ст. 48 ГПК РФ, на ведение дела через представителя.

Третье лицо, извещенное о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в заседание суда апелляционной инстанции не явилось, причин уважительности неявки не представило, об отложении судебного заседания не ходатайствовало.

С учётом требований ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ сведения о времени и месте проведения судебного заседания размещены в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» на официальном сайте Санкт-Петербургского городского суда.

На основании изложенного, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 167, ст. 327 ГПК РФ, судебная коллегия определила рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие не явившихся лиц.

Ознакомившись с материалами дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, п. 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что согласно выписке из банковской карты, принадлежащей истцу, в период с 4 октября 2021 года по 10 января 2024 года истцом были осуществлены 109 операций по переводу денежных средств в сумме 5 407 111 рублей (различными суммами от 150 до 160 000 рублей) на карту получателя, принадлежащую ФИО2 Назначение каждого платежа истца при переводе денежных средств ответчику отсутствует.

Возражая против удовлетворения исковых требований, ответчик ссылался на то, что денежные средства поступали в связи с ведением ими общего бизнеса на приобретение автозапчастей и на выплату ответчику заработной платы истцом. Обстоятельства передачи денежных средств для приобретения конкретных автозапчастей для ФИО1 сторона ответчика оспаривала.

В материалы дела также представлена переписка сторон, из которой следует, что стороны совместно осуществляют предпринимательскую деятельность (т. 1 л.д. 199-250, т. 2 л.д. 1-13).

В суде первой инстанции был допрошен свидетель ФИО3, работающий совместно с ФИО1, ФИО2, указавший последних как своих руководителей по работе.

Разрешая исковые требования, суд, руководствуясь ст.ст. 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), исходя из того, что истец при достижении соглашения с ответчиком действовал добровольно и осознанно, переводя регулярно и неоднократно денежные средства на банковский счет ответчика, связанные с их совместной предпринимательской деятельностью, пришел к выводу, что заявленные ко взысканию денежные средства в качестве неосновательного обогащения подлежащего возврату, удовлетворению не подлежат. Суд отметил, что условий о возврате перечисленных ответчику денежных средств до обращения в суд истец не ставил, ни с какими заявлениями в банк об ошибке перевода и требованиями возврата истец более двух лет не обращался. Напротив, на протяжении длительного периода времени стороны осуществляли покупку-продажу запчастей, каждый из них являлся предпринимателем, связанным с продажей автозапчастей.

Суд указал, что фактическое согласование условий договора между сторонами и его фактическое исполнение истцом свидетельствует о воле истца на переводы всех указанных в иске сумм ответчику, ввиду чего на стороне ответчика отсутствует неосновательное обогащение. При этом суд учел, что само по себе отсутствие письменных договоров на правоотношения сторон спора не влияет, учитывая, что своими действиями они подтвердили существование указанных правоотношений.

В связи с отсутствием оснований для удовлетворения требований о взыскании неосновательного обогащения, суд отказал в удовлетворении производных требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, судебных расходов.

Судебная коллегия находит указанные выводы суда правильными, основанными на совокупной оценке собранных по делу доказательств и требованиях норм материального права, регулирующих возникшие спорные правоотношения.

Отклоняется как несостоятельный довод апелляционной жалобы о том, что суд необоснованно применил п. 4 ст. 1109 ГК РФ.

В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

На основании п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Указанная норма подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего (дарение) либо с благотворительной целью.В предмет доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения входят следующие обстоятельства: 1) факт принадлежности истцу спорного имущества; 2) факт нахождения спорного имущества у ответчика, а в отношении денежных средств - факт их сбережения; 3) момент, когда соответствующее лицо узнало или должно было узнать о неправомерности своего владения имуществом; 5) другие обстоятельства.

По общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В п. 7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019, указано, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о возникновении между сторонами обязательственных правоотношений по поводу приобретения ответчиком именно для истца автозапчестей.

Судом правомерно установлено, что между истцом и ответчиком отсутствовали оформленные в письменном виде обязательства или соглашение, во исполнение которых истец перечислял денежные средства ответчику, следовательно, действия истца были совершены во исполнение несуществующего обязательства, соглашения, о чем истец должен был знать.

При этом представленные истцом в материалы дела документы, с достоверностью не подтверждают, что ответчик не исполнил конкретное обязательство, о котором договорились стороны, перед истцом. Каких-либо иных документов, подтверждающих позицию истца, в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено.

Поскольку истец, не имея на то ни договорного, ни иного законного основания, действуя по собственному усмотрению, осуществил вложения в имущество, принадлежащее ответчику, эти действия не порождают у ответчика обязанности по возврату стоимости таких вложений.

Как верно указал суд первой инстанции, из переписки сторон, показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 23 октября 2024 года в совокупности следует, что между сторонами имелись правоотношения в рамках ведения бизнеса.

Также вопреки доводам апелляционной жалобы, бремя доказывания юридически значимых обстоятельств судом определено правильно.

Доводы апеллянта об отсутствии доказательств наличия законных оснований для приобретения спорной денежной суммы, равно как и доказательств их возврата и о том, что отсутствие письменного договора не может служить основанием для отказа в иске, выражают субъективное мнение о правильности разрешения спора и направлены по существу на иную оценку представленных доказательств и установленных судом обстоятельств, что не может служить основанием к отмене обжалуемого судебного постановления.

Истец указывает, что ответчик не представил в материалы дела доказательств передачи товара истцу. Вместе с тем судебная коллегия обращает внимание на то, что истцом не представлено необходимых, достаточных, достоверных и допустимых доказательств того, что ответчик принял на себя конкретное обязательство в отношении истца и не исполнил его. В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что денежные средства ответчик получил без законных на то оснований, однако именно истец, утверждающий о неосновательном обогащении ответчика за его счет, должен доказать указанное обстоятельство. Каких-либо доказательств тому не представлено. Лишь в случае предоставления надлежащих доказательств со стороны истца ответчик должен был бы доказывать обратное, опровергая их.

Также подлежит отклонению довод апелляционной жалобы о том, что ответчик злоупотребляет своими правами.

В силу п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, данным в абзацах 3, 4 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны.

По общему правилу, закрепленному в ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Таким образом, именно на истце в данном случае лежит бремя доказывания недобросовестного поведения ответчика.

Судебной коллегией не установлено в действиях ответчика злоупотребления им своими правами. Заявителем не представлено доказательств недобросовестности действий ответчика. Указанные доводы истца являются лишь его субъективным мнением, оценочным суждением.

Развернутые доводы апелляционной жалобы, связанные с оценкой обстоятельств дела, также сводятся к оценочным суждениям о неправильности выводов суда первой инстанций, не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Апелляционная жалоба не содержит иных доводов, которые влияли бы на выводы и законность решения суда.

Таким образом, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ и подробно изложена в мотивировочной части решения, в связи с чем доводы апелляционной жалобы по существу рассмотренного спора не могут повлиять на правильность определения прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, к отмене состоявшегося судебного решения.

Руководствуясь положениями ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 4 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18 мая 2026 года