Решение № 2-242/2017 2-242/2017(2-3952/2016;)~М-4059/2016 2-3952/2016 М-4059/2016 от 1 мая 2017 г. по делу № 2-242/2017

Дело №2-242/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 мая 2017 года

Московский районный суд г. Калининграда

в составе председательствующего судьи Гуляевой И.В.

при секретаре Ярмышко-Лыгановой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, третьи лица ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ООО «Зетта Страхование», о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

установил:

Истец ФИО1 изначально обратился в суд с названным иском к ФИО3, указав, что в ходе ДТП, имевшего место 20 июля 2016 года возле дома 20 на ул. Суворова в г. Калининграде, принадлежащий истцу автомобиль "1" получил механические повреждения вследствие нарушения требований ПДД РФ водителем мотоцикла "2", принадлежащего ФИО3 Впоследствие было установлено, что в момент ДТП за рулем мотоцикла находился ФИО2, получивший в аварии телесные повреждения. ФИО2 с места ДТП был доставлен в больницу, откуда сбежал. Мотоцикл после аварии передан ФИО4. Поскольку автогражданская ответственность владельца мотоцикла не застрахована по договору ОСАГО, истец, будучи лишенным возможности получить страховое возмещение, был вынужден за свой счет организовать оценку стоимости восстановительного ремонта своего автомобиля, которая оказалась выше рыночной стоимости машины, равной "..." руб. Стоимость годных остатков поврежденного транспортного средства составляет "..." руб. Расходы по оценке составили в совокупности "..." руб.

Таким образом, в результате данного ДТП истцу причинен материальный ущерб в сумме :

"...".

В досудебном порядке материальный ущерб никем не возмещен, что повлекло обращение истца в суд с настоящим иском.

Указанную выше сумму 152 900 руб. истец просил взыскать с ФИО3 в свою пользу, а также просил возместить почтовые расходы 702, 20 руб., расходы по оформлению доверенности на представителя 1 150 руб., расходы по оплате госпошлины 4 258 руб.

В ходе судебного разбирательства по делу установлено, что помимо автомобиля "1" и мотоцикла "2" в аварии также участвовал автомобиль "3" Н 714 ЕН/39. К участию в деле в качестве третьих лиц судом привлечены ФИО4, собственник автомобиля "3" ФИО5 и водитель данной машины ФИО6 и ООО «Зетта Страхование», как страховщик по ОСАГО автогражданской ответственности владельцев автомобилей, участвовавших в ДТП.

Заявлением от 03 марта 2017 года истец уточнил и дополнил исковые требования, изменив статус ФИО2 с третьего лица на ответчика, а статус ФИО3, в свою очередь, с ответчика на третье лицо.

Окончательно ФИО1 просит взыскать с ФИО2 в свою пользу 152 900 руб. в возмещение материального ущерба, почтовые расходы 702, 20 руб., расходы по оформлению доверенности 1 150 руб., 15 000 руб. на оплату услуг представителя, 4 258 руб. в возмещение расходов по оплате госпошлины.

Определением суда от 03 марта 2017 года по ходатайству ФИО2 по делу назначена и, силами ООО «Декорум», проведена судебная автотехническая экспертиза с составлением экспертного заключения от 03 апреля 2017 года №268-03/17М.

В судебном заседании истец и его представитель по доверенности в материалах дела ФИО7 предъявленные исковые требования с учетом их уточнения поддержали к ответчику ФИО2. Считают, что аварии виноват только он, как водитель мотоцикла. Указали, что истец является собственником автомобиля "1". В настоящее время машина восстановлена, используется истцом по назначению. С выводами экспертного заключения ООО «Декорум» не согласны. Экспертом необъективно оценивалась рыночная стоимость транспортного средства истца, в ходе оценки не применены должные аналоги. Настаивают на взыскании с ответчика заявленных в иске сумм, исходя из оценки, проведенной в досудебном порядке.

Ответчик ФИО2 подтвердил, что в июле 2016 года мотоцикл "2" был ему передан ФИО3 только для выполнения ремонтных работ. Он отремонтировал мотоцикл и без разрешения собственника воспользовался данным транспортным средством для своих нужд, поскольку проспал и опаздывал на работу. Хотел доехать побыстрее, но по пути попал в аварию. Водительского удостоверения у него не было, так как ранее он в судебном порядке лишен права управления транспортными средствами. Также ему известно, что не было договора ОСАГО в отношении мотоцикла. Считает, что в ДТП имеется вина истца ФИО1, который не включил световой указатель поворота, при выполнении маневра «правый поворот» не убедился в его безопасности тогда как он, ФИО2, на мотоцикле продолжал двигаться прямо по правой крайней полосе и Правил… не нарушал. Помимо оспаривания механизма развития ДТП, не согласен с произведенной оценкой, как в досудебном порядке, так и в ходе судебного разбирательства по делу. Настаивает на том, что автомобиль истца получил в аварии незначительные повреждения. Оценка, как проведенная истцом, так и судебным экспертом- автотехником, необъективна, завышена. Так, экспертом ООО «Декорум» в оценку стоимости восстановительного ремонта необоснованно включены детали, не поврежденные в ДТП (например, дверь передняя правая, стойка, передняя правая, стекло).

Третьи лица в суд не явились, извещены надлежаще.

Заслушав пояснения истца и его представителя, ответчика ФИО2, исследовав письменные материалы дела, обозрев материал ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду №6580/2016, материалы административного дела № 5-615/2016 мирового судьи 6 судебного участка Московского района г. Калининграда, оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии со ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд приходит к следующему.

В силу ст. 1079 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064).

В соответствии со ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Как видно из материала ОБ ДПС ГИБДД УМВД России по г. Калининграду №6580/2016, административного дела № 5-615/2016 мирового судьи 6 судебного участка Московского района г. Калининграда о привлечении ФИО2 к административной ответственности по ч. 2 ст. 12. 7 Кодекса об административных правонарушениях РФ, 20 июля 2016 года в 10-18 час. возле дома 20 на ул. Суворова в г. Калининграде произошло ДТП с участием трех транспортных средств: принадлежащего на праве собственности ФИО1 автомобиля "3" под управлением собственника (страховщик по ОСАГО ООО «Зетта Страхование), принадлежащего ФИО3 мотоцикла "2" под управлением ФИО2 (автогражданская ответственность по ОСАГО не застрахована), автомобиля "3", принадлежащего ФИО5, под управлением ФИО6 (страховщик по ОСАГО ООО «Зетта Страхование»). В результате данного ДТП все три транспортные средства получили механические повреждения. Перечень внешних повреждений, полученных каждым из них, отражен в справке о ДТП (листы 6-7 материала №6580/2016).

Из пояснений ФИО1, данных после аварии, и аналогичных его пояснений в суде следует, что автомобиль "1" под его управлением двигался по ул. Суворова прямо по левой полосе дороги, правая полоса которой была почти целиком занята припаркованными машинами. Он намеревался совершить маневр «правый поворот» на прилегающую территорию, для чего заблаговременно включил световой указатель правого поворота, сместился вправо, частично заняв правую полосу дороги. При завершении маневра «правый поворот» получил неожиданно удар в заднюю правую часть автомобиля. От удара вылетело стекло задней правой пассажирской двери. Мотоцикл обгонял его машину справа.

Из пояснений ФИО2 в суде следует, что он двигался в попутном направлении с автомобилем "1" по ул. Суворова со стороны ул. Транспортной. Направлялся в сторону Южного вокзала. Двигался по крайней правой полосе, на которой справа располагались припаркованные автомобили. По левой полосе двигалась колонна автомобилей, в которой машина истца следовала первой. Перед пешеходным переходом все остановились на запрещающий сигнал светофора, при этом мотоцикл располагался справа позади машины "1". После проезда пешеходного перехода на разрешающий сигнал светофора, когда на правой полосе закончились припаркованные машины, он, ФИО2, решил увеличить скорость и далее продолжить следовать прямо по правой полосе дороги. В этот момент автомобиль "1", не включая светового указателя поворота, начал медленно поворачивать направо на придомовую территорию, где стоял автомобиль "3", в свою очередь, намеревавшийся выехать с придомовой территории на ул. Суворова. Маневр автомобиля "1" был неожиданным, поэтому он, ФИО2, не смог избежать столкновения, ударил мотоциклом в заднее правое крыло этой машины, а своей головой попал в стекло, после чего его вместе с мотоциклом отбросило в бампер стоявшей машины "3". Причиной ДТП считает несоблюдение требований ПДД РФ истом ФИО1, который не включил правый световой указатель, тем самым, не предупредил других участников дорожного движения своевременно о выполнении маневра.

После аварии его отвезли в больницу, а знакомый его и ФИО3, - ФИО4 забрал мотоцикл с места ДТП. Из больницы он городским транспортом поехал на работу.

Место ДТП отражено на фотографиях, представленных в материалы дела сторонами (л.д. 156-158, 174-178).

Признаком того, что движущееся впереди транспортное средство намеревается повернуть налево или развернуться, может служить, кроме включения сигналов поворота, уменьшение скорости его движения и включение стоп-сигналов.

В соответствии с требованиями п. 8. 1 ПДД РФ перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления. При этом маневр должен быть безопасен и не создавать помех другим участникам движения.

Довод ФИО2 о несоблюдении требований п. 8. 1 Правил… водителем автомобиля "1" ФИО1 опровергается показаниями истца и третьего участника ДТП, водителя автомобиля "3" ФИО6, которая указывала сотруднику ГИБДД и в судебном заседании 03 февраля 2017 года, что на машине мужа следовала с придомовой территории на ул. Суворова, далее намеревалась двигаться в сторону Южного вокзала. Перед выездом на ул. Суворова остановилась перед знаком «Уступи дорогу». Увидела, что слева по ул. Суворова двигается автомобиль "1" с включенным световым указателем правого поворота. Автомобиль стал медленно поворачивать вправо и почти завершил маневр поворота. Неожиданно между автомобилем "1" и припаркованными справа по ходу его движения автомобилями, выехал мотоцикл, который ударился в заднее правое крыло "1". От удара у "1" разбились стекла. Мотоцикл упал и откатился в сторону ее автомобиля, ударив ее машину слева в бампер, после чего остановился.

В силу требований п. 8.5 ПДД РФ перед поворотом направо водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении.

Из схемы места ДТП (лист 5 материала №6580/2016) усматривается, что автомобиль "1" и мотоцикл изначально двигались в попутном направлении по ул. Суворова в сторону Южного вокзала. ФИО8 имеет в данном направлении две полосы, шириной левая 3, 4 м, правая 3, 6 м. Место столкновения автомобиля "1" и мотоцикла располагается на правой полосе, на расстоянии 1, 9 м от правого края проезжей части дороги. При этом передний правый угол машины располагается на расстоянии 0, 7 м от выезда с прилегающей территории. Исходя из расположения автомобиля на проезжей части дороги, нарушений требований п. 8.5 ПДД РФ со стороны водителя ФИО1 не усматривается.

Что касается действий водителя мотоцикла ФИО2, то суд приходит к выводу, что в сложившейся дорожной ситуации данный водитель допустил нарушение требований п. 10. 1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.

При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Таким образом, водитель мотоцикла ФИО2, видя автомобиль "1", начавший выполнение маневра, обязан был снизить, а не увеличивать скорость, и пропустить транспортное средство истца ФИО1, а затем продолжить движение прямо.

Суд также отмечает, что ответчик двигался на мотоцикле на работу, то есть, знал участок дороги по месту ДТП.

С учетом обстоятельств дела суд приходит к выводу о том, что именно нарушение ФИО2 п. 10.1 ПДД РФ находится в причинной связи с ДТП при отсутствии нарушений Правил… со стороны других двух участников ДТП.

Исходя из требований п. п. 1, 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ, обязанность возмещения вреда возлагается на гражданина, который владеет источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

В пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что если владельцем источника повышенной опасности будет доказано, что этот источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц, то суд вправе возложить ответственность за вред на лиц, противоправно завладевших источником повышенной опасности, по основаниям, предусмотренным ч. 2 ст. 1079 Гражданского кодекса РФ.

Из анализа приведенных законоположений следует, что владелец источника повышенной опасности может быть освобожден от ответственности лишь при доказанности того, что источник выбыл из его владения в результате противоправных действий других лиц, поскольку именно риск повышенной опасности для окружающих обусловливает специальный состав в качестве основания возникновения обязательства по возмещению вреда.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства 39 08 879094 (л.д. 154-155) и информации, поступившей по запросу суда из МРЭО ГИБДД (л.д. 36-39), ФИО1 является собственником автомобиля "1". Автомобиль "3" принадлежит ФИО5, который в аварии не принимал личного участия; а мотоцикл "2" с 18 июня 2013 года по настоящее время принадлежит ФИО3

Доказательств тому, что принадлежащее ФИО3 транспортное средство по состоянию на дату ДТП по сделке поступило в собственность ФИО2, ФИО4 либо иного лица, суду представлено не было.

Между тем, из пояснений ФИО3 в судебном заседании 03 марта 2017 года следует, что в аварии в 2015 году мотоцикл получил механические повреждения, после чего требовал ремонта и им, ФИО3, не использовался. Договор ОСАГО в дальнейшем не заключался за ненадобностью. В начале июля 2016 года по устной договоренности он передал мотоцикл ФИО2 для ремонта, за работу заплатил аванс. ФИО2 обязался отремонтировать мотоцикл и возвратить его в исправном состоянии. По выполнению ремонта они должны были произвести расчет за работу. Документы на мотоцикл не передавались. Распоряжения ФИО2 об использовании транспортного средства он, ФИО3, не давал. В дальнейшем он, ФИО3, намеревался мотоцикл продать, так как из за полученной в 2015 году травмы "..." управлять им уже не мог, получил "...". Об аварии, произошедшей 20 июля 2016 года, он узнал из телефонного звонка ФИО2, который сообщил, что в ДТП повредил отремонтированный мотоцикл.

Из пояснений ФИО2 в ходе рассмотрения дела также следует, что он воспользовался мотоциклом самовольно, без ведома и согласия его собственника ФИО3, который не мог этому воспрепятствовать. Починив транспортное средство, он, опаздывая на работу, решил воспользоваться мотоциклом, однако по пути попал в аварию. Водительского удостоверения на право управления транспортными средствами не имел, за что привлечен к административной ответственности.

Таким образом, в процессе рассмотрения дела суду представлены допустимые и достоверные доказательства, свидетельствующие о том, что именно ФИО2, который без законных оснований воспользовался источником повышенной опасности, принадлежащим другому лицу, должен нести гражданско-правовую ответственность за причиненный истцу материальный ущерб в ходе аварии, совершенной посредством этого источника повышенной опасности.

Из материалов дела следует, что после ДТП истец обращался в ООО «РАО «Оценка- Экспертиза», экспертным заключением которого от 12 сентября 2016 года №90/Ч/2016 (л.д. 8-13) стоимость восстановительного ремонта машины "1" определена равной "..." руб. без износа и "..." руб. с учетом износа частей и деталей. Оценщиком произведен осмотр повреждений транспортного средства, перечень которых отражен в акте осмотра (л.д. 14-15) и не противоречит перечню повреждений, указанных в справке о ДТП. ФИО3 и ФИО2 каждый телеграммами вызывались на осмотр машины (л.д. 25), куда не явились. Силами этого де оценщика произведена оценка рыночной стоимости автомобиля и стоимости его годных остатков (л.д.17-21), равные соответственно, "..." руб. и "..." руб. по состоянию на дату ДТП.

Поскольку в ходе рассмотрения дела возник спор относительно размера заявленной ко взысканию с ответчика суммы, по ходатайству ФИО2 определением суда от 03 марта 2017 года (л.д. 171-173) по делу назначена и, силами ООО «Декорум», проведена судебная автотехническая экспертиза с составлением заключения эксперта ФИО9 от 03 апреля 2017 года №268-03/17М (л.д. 198-227).

Экспертным путем определены стоимость восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа, равная сумме "..." руб., рыночная стоимость машины до аварии "..." руб. и стоимость ее годных остатков "..." руб.

Довод истца о занижении рыночной стоимости автомобиля не может быть принят во внимание.

Так, из содержания экспертного заключения следует, что в качестве аналогов исследовались автомобили того же года выпуска, что и машина истца, продаваемые в регионе по состоянию на июль 2016 года, имеющие кузов "..." модели, как и транспортное средство, принадлежащее ФИО1, тогда как истцом в судебное заседание представлена информация (л.д. 242-245) о рыночной стоимости аналогичных автомобилей по состоянию на апреля 2017 года, что не имеет правового значения по делу.

В ходе оценки стоимости восстановительного ремонта машины истца эксперт учитывал только те повреждения, которые отражены в акте осмотра автомобиля после ДТП, ранее составленном ООО РАО «Оценка Экспертиза» по заказу истца, в связи с чем не может быть принят во внимание довод ответчика о включении в стоимость ремонта частей автомобиля, не получивших повреждение в ДТП.

Эксперт ФИО14 имеет соответствующую квалификацию и стаж экспертной работы, по поручению суда предупрежден руководителем ООО «Декорум» о привлечении к уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса РФ, что подтверждено его подпиской от 15 марта 2017 года (л.д. 199 ).

При таких обстоятельствах оснований полагать необъективными выводы судебного эксперта- автотехника суд не усматривает.

Несмотря на разные подходы в оценке стоимости восстановительного ремонта машины истца, как оценщик ООО РАО «Оценка-Экспертиза» (л.д. 8-21), так и судебный эксперт ООО «Декорум» (л.д. 198-227) пришли к единому мнению превышении стоимости восстановительного ремонта автомобиля против его рыночной стоимости. Между тем, суд находит более объективным оценку, проведенную в ходе судебной автотехнической экспертизы.

В соответствии с положениями ст. 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, в частности расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права.

Следовательно, истцу ФИО1 должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства. Таким образом, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, следует учитывать необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы.

В ходе рассмотрения дела истец указывал, что после аварии годные остатки автомобиля им не реализованы, машина восстановлена, на ее ремонт затрачено около "..." руб., что отражено в протоколе судебного заседания от 03 февраля 2017 года (л.д. 128).

При таких обстоятельствах суд находит, правомерным взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме:

"..."

При разрешении вопроса о возмещении судебных расходов истца, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, помимо прямо перечисленных в ст. 94 Гражданского процессуального кодекса РФ относятся и иные расходы, признанные судом необходимыми.

Полученный истцом для обращения в суд отчет об оценке рыночной стоимости работы, частей и материалов по восстановительному ремонту автомобиля, не являющийся в силу положений ст. ст. 79, 86 Гражданского процессуального кодекса РФ экспертным заключением, в соответствии со ст. 71 Гражданского процессуального кодекса РФ относится к письменным доказательствам по делу.

С учетом изложенного, расходы истца на составление отчета об оценке относятся к судебным расходам, возмещение которых при разрешении спора по существу производится в соответствии с требованиями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ и не включаются в цену иска.

Сумма понесенных истцом расходов, связанных с оценкой стоимости восстановительного ремонта автомобиля, его рыночной стоимости и годных остатков составила в совокупности "..." руб. (л.д. 22-24). Указанные затраты истца являются необходимыми, связанными с судебным производством по настоящему спору.

В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Следовательно, в пользу истца подлежит взысканию сумма:

"...". в возмещение затрат на оценку, проведенную в досудебном порядке.

Также истец затратил денежные средства на отправку телеграмм на имя ФИО2 и ФИО3 (л.д. 26).

Почтовые расходы истца связаны с судебным производством и подлежат возмещению за счет ответчика в следующем размере:

"..."

Кроме того, истец затратил "..." руб. за оформление нотариально удостоверенной доверенности на представителя (л.д.28).

Однако, как следует из содержания доверенности, выданной истцом на представительство его интересов ФИО7, она носит общий характер и не связана с представительскими услугами только по настоящему делу, в связи с чем указанные расходы не подлежат возмещению за счет ответчика.

В соответствии с ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Определении от 21 декабря 2004 года N 454-О, обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах, является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса РФ речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

Истец оплатил за юридические услуги "..." руб.(л.д. 161), заключив 30 сентября 2016 года договор с ИП ФИО11, у которого работает ФИО7 (л.д. 162-164).

Определяя размер расходов на оплату услуг представителя, подлежащих взысканию в пользу истца, исходя из объема выполненной представителем истца работы, а именно : подготовки искового заявления, потребовавшего уточнения, занятости в двух предварительных и трех открытых судебных заседания, небольшой сложности гражданского дела, его обстоятельства и объема, суд приходит к выводу о том, что расходы по оплате услуг представителя с учетом требований разумности и справедливости подлежат взысканию в части, в размере 7000 руб.

При этом факт оплаты истцом услуг представителя в большем размере, сам по себе не является основанием для возмещения расходов на представителя в полном объеме.

При подаче иска истец уплатил госпошлину ошибочно в размере 4 258 руб., что подтверждается платежным чеком – ордером от 17 ноября 2016 года (л.д. 2), тогда как от цены иска 146 100 руб. следовало оплатить госпошлину в сумме 4 122 руб., в соответствии с ч. 1 ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, исходя из расчета:

3 200 руб. + 2% х (146 100 руб. - 100 000 руб. )= 4 122 руб.

Таким образом, в пользу истца с ФИО2 подлежит взысканию в счет понесенных расходов по оплате госпошлины:

4 122 руб. х 70,97 % = 2 925, 38 руб.

Оставшаяся сумма госпошлины (136 руб. ) подлежит возврату истцу на основании отдельного определения суда, как уплаченная излишне.

Всего сумма судебных расходов истца, подлежащих возмещению ответчиком, составляет:

498, 35 руб. (телеграфные расходы) + 7 000 руб. (услуги представителя) + 2 925, 38 руб. (госпошлина) = 10 363, 73 руб.

В остальной части иск не подлежи удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Иск ФИО1 к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, - удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 денежные средства в сумме 103 689 руб. в возмещение материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебные расходы в сумме 10 363, 73 руб.

В остальной части иск оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 10 мая 2017 года.

Судья Гуляева И.В.