Апелляционное постановление № 22К-5112/2020 от 17 августа 2020 г. по делу № 3/1-62/2020

Судья Чагин А.В.

Дело № 22К-5112


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 18 августа 2020 года

Пермский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Долгих Е.В.,

при ведении протокола помощником судьи Ершовой А.А.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

подозреваемого Т.,

адвокатов Ершова Е.В., Варламовой Ю.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи дело по апелляционной жалобе адвокатов Ершова Е.В. и Варламовой Ю.А. в защиту подозреваемого Т. на постановление Соликамского городского суда Пермского края от 8 августа 2020 года, которым

Т., дата рождения, уроженцу ****, подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 4 ст. 158 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 28 суток, то есть до 5 октября 2020 года

Изложив содержание обжалуемого решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступления подозреваемого и адвокатов Ершова Е.В., Варламовой Ю.А. по доводам апелляционной жалобы, мнение прокурора Нечаевой Е.В. об оставлении постановления без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

органами предварительного расследования Т. подозревается в тайном хищении имущества, принадлежащего МУП "*** г. Березники", на общую сумму 20862000 рубля, совершенном в особо крупном размере.

5 августа 2020 года по признакам преступления, предусмотренного п. "б" ч. 4 ст. 158 УК РФ, возбуждено уголовное дело.

7 августа 2020 года Т. задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, в тот же день допрошен в качестве подозреваемого, 13 августа 2020 года ему предъявлено обвинение.

Старший следователь СО ОМВД России по Соликамскому городскому округу обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении Т. меры пресечения в виде заключения под стражу, по которому судом принято вышеизложенное решение.

В апелляционной жалобе адвокаты Ершов Е.В. и Варламова Ю.А. выражают несогласие с вынесенным судебным решением, считают его незаконным и необоснованным. Полагают, что суд, избирая Т. меру пресечения в виде заключения под стражу, не проанализировал фактическую возможность избрания более мягкой меры пресечения. Считают, что материалы, представленные следователем в обоснование заявленного ходатайства, оценки суда не получили, не отражены они и в вынесенном решении. Выводы суда о том, что Т., находясь на свободе, может скрыться от следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью, по мнению авторов жалобы, не имеют под собой доказательственной основы. Указывают, что Т. является самозанятым – получает дивиденды от размещенных ранее доходов, имеет на иждивении малолетнего ребенка, часто за границу не выезжал, родственников за пределами Российской Федерации не имеет, от органов предварительного расследования не скрывался, является по первому требованию. Данные обстоятельства, по мнению защитников, опровергают выводы суда о намерении Т. скрыться от органов следствия и суда. Обращают снимание, что по уголовному делу, возбужденному в отношении их подзащитного по ч. 3 ст. 260 УК РФ, с мая 2020 года какие-либо следственные действия не проводятся, процессуальные решения не выносятся, что указывает на волокиту. Мера пресечения Т. по указанному делу избрана в виде залога, при этом возбуждено оно по одним событиям с настоящим уголовным делом. Указывают, что в дальнейшем эти дела органы следствия намерены соединить в одно дело, по которому фактически будут две меры пресечения. Ставят под сомнение наличие у Т. возможности каким-либо образом повлиять на ход следствия, поскольку свидетели по делу уже допрошены, их показания закреплены иными процессуальными действиями. Указывают, что ранее их подзащитный давления на свидетелей также не оказывал. На основании изложенного, ставят вопрос об отмене обжалуемого судебного решения, избрании в отношении Т. иной более мягкой меры пресечения.

Проверив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ч. 1 ст. 97 УПК РФ любая предусмотренная законом мера пресечения может быть избрана при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый скроется от предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

В соответствии со ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения ее вида при наличии оснований, предусмотренных ст. 97 КПК РФ, должны учитываться также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

На основании ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения; при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Приведенные требования закона судом при разрешении ходатайства следователя учтены в полной мере.

Суд первой инстанции, без вхождения в обсуждение вопросов, подлежащих разрешению при рассмотрении уголовного дела по существу, в том числе, связанных с доказанностью вины Т. в инкриминируемом ему деянии, проверил наличие достаточности данных об имевшем место событии преступления, а также обоснованности выдвинутого против него подозрения, что следует из устного заявления о преступлении, протокола осмотра места происшествия, протокола допроса в качестве подозреваемого и др.

При этом доводы жалобы, касающиеся необоснованности уголовного преследования в отношении Т. в связи с неустановлением лица, которому причинен имущественный вред, размера ущерба, равно как и доводы о критической оценке имеющихся в деле доказательств, не могут являться предметом рассмотрения в порядке ст. 108 УПК РФ, поскольку при решении вопроса о мере пресечения в компетенцию суда не входит оценка доказательств по существу и суд не вправе входить в обсуждение вопросов о доказанности либо недоказанности вины лица в инкриминируемом ему деянии и квалификации содеянного, поскольку оценка предъявленного обвинения подлежит проверке при рассмотрении уголовного дела по существу.

Выводы суда о необходимости избрания Т. меры пресечения в виде заключения под стражу соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу.

Как следует из представленных материалов, Т. подозревается в совершении преступления, направленного против собственности, относящегося к категории тяжких, официального места работы и источника дохода не имеет, поскольку документов, свидетельствующих о регистрации в качестве самозанятого, или иного источника дохода подозреваемого, защитой суду не представлено, кроме того, материалы дела подтверждают факт знакомства подозреваемого со свидетелями по уголовному делу, поскольку он предоставлял им ранее работу, также в ОМВД России по Соликамскому городскому округу в отношении него имеется другое уголовное дело, ранее он судим.

В этой связи суд первой инстанции, сославшись на конкретные, фактические обстоятельства, пришел к обоснованному выводу о том, что, находясь на свободе, Т. может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелем, а, опасаясь возможного наказания, скрыться от органов предварительного следствия и суда.

При этом вопрос об избрании Т. более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста, вопреки доводам защиты, судом первой инстанции был рассмотрен, оснований для этого обоснованно установлено не было. Не находит их и суд апелляционной инстанции, поскольку с учетом вышеизложенного более мягкая мера пресечения будет недостаточной для обеспечения производства по делу и проведения предварительного расследования и рассмотрения дела в разумные сроки.

Ссылка защитника на наличие на иждивении подозреваемого несовершеннолетнего ребенка законность и обоснованность обжалуемого судебного решения под сомнение не ставит.

Данных о наличии у Т. заболеваний, препятствующих его содержанию под стражей, суду не представлено.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, конституционных прав подозреваемого, судом первой инстанции не допущено.

Вместе с тем постановление суда подлежит изменению по следующим основаниям.

Так, удовлетворяя заявленное ходатайство и устанавливая срок, на который Т. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, равный 1 месяцу 28 суткам, суд первой инстанции оставил без внимания, что следователь ходатайствовал об избрании последнему меры пресечения на 1 месяц 27 суток. Указанное обстоятельство свидетельствует, что суд вышел за пределы заявленного следователем ходатайства и неверно определил период действия избранной меры пресечения.

В связи с допущенным нарушением суд апелляционной инстанции полагает необходимым постановление суда изменить, установив срок, на который Т. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу 1 месяц 27 суток, то есть до 4 октября 2020 года.

Внесение подобных изменений в обжалуемое постановление в данном случае не ставит под сомнение выводы суда о необходимости избрания подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражей.

На основании изложенного и руководствуясь 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Соликамского городского суда Пермского края от 8 августа 2020 года в отношении Т. изменить: указать, что мера пресечения в виде заключения под стражу избрана в отношении Т. на срок 1 месяц 27 суток, то есть до 4 октября 2020 года.

В остальной части постановление суда в отношении Т. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвокатов Ершова Е.В. и Варламовой Ю.А. – без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, установленном главой 471 УПК РФ.

Председательствующий подпись