Решение № 12-24/2017 от 4 октября 2017 г. по делу № 12-24/2017

№ 12-24/2017


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

с. Казанское

Казанского района

Тюменской области

04 октября 2017 года

Судья Казанского районного суда Тюменской области Первушина Н.В.,

при секретаре судебного заседания Массёровой А.В.,

с участием:

лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1,

должностного лица, составившего протокол об административном правонарушении, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области от 06 сентября 2017 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев,

установил:

06 сентября 2017 года мировым судьей судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области было вынесено постановление о назначении административного наказания, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее ? КоАП РФ), и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

ФИО1 с данным постановлением не согласился, подав в установленный законом срок жалобу на вышеуказанное постановление, в которой просит постановление отменить, производство по делу прекратить в связи с наличием обстоятельств, предусмотренных ст. 24.5 КоАП РФ, а также в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление. Свою жалобу мотивирует следующим:

Вынесенное мировым судьей постановление основывается на противоречивых данных, имеет существенные внутренние противоречия, в нем искажены и неверно указаны фактические обстоятельства дела, выводы мирового судьи не мотивированы, не обоснованы, постановление вынесено с нарушением норм процессуального и материального права, а именно:

На момент его (ФИО1) ознакомления с материалами дела (18.09.2017 года) в деле об административном правонарушении находился подлинник постановления от 06.09.2017 года, не подписанный мировым судьей.

В протоколах судебных заседаний его (ФИО1) объяснения, показания свидетелей искажены, изложены неполно, протоколы судебных заседаний значительно отличаются от аудиозаписей судебных заседаний, протокол судебного заседания №3 содержит существенные расхождения в части исследования письменных доказательств с аудиозаписью судебного заседания.

Кроме того, мировым судьей нарушен принцип непрерывности процесса рассмотрения дела об административном правонарушении. КоАП РФ не содержит норм о перерывах при рассмотрении дела. Применение норм о перерыве в судебном заседании по аналогии не допускается. При производстве по делам об административных правонарушениях речь может идти лишь об отложении рассмотрения дела по основаниям, предусмотренным п. 7 ч. 1 ст. 29.7 КоАП РФ. Между тем, согласно имеющимся протоколам судебных заседаний и аудиозаписям, мировым судьей объявлялся перерыв на длительное время (несколько дней), после чего судебное заседание продолжалось. Кроме того, при отложении судебного заседания, спустя несколько дней судебное заседание объявлялось продолженным.

Резолютивная часть постановления оглашена мировым судьей не в полном объеме, она имеет несовпадения с резолютивной частью постановления, врученного ему.

В установочной части постановления мировой судья указывает формулировку инкриминируемого ему правонарушения не в соответствии с протоколом об административном правонарушении, произвольно изменив её в части места совершения инкриминируемого правонарушения, то есть самостоятельно, по собственной воле мировой судья изменила описание объективной стороны правонарушения.

В материалах дела об административном правонарушении и в постановлении от 06.09.2017 года неправильно указано место совершения инкриминируемого правонарушения. Указание в постановлении, что «согласно протоколу об административном правонарушении событие происходило по адресу: <...>», не соответствует действительности. Таким образом, мировым судьей не установлено место совершения инкриминируемого ему административного правонарушения.

В постановлении от 06.09.2017 года мировой судья не указывает номер и дату протокола об административном правонарушении, который ею рассмотрен.

Выводы мирового судьи, изложенные в постановлении, не обоснованы, не мотивированы, противоречат установленным обстоятельствам дела, не всем его (ФИО1) доводам дана правовая оценка.

Настаивает, что в момент освидетельствования на состояние алкогольного опьянения он в состоянии алкогольного опьянения не находился. В акте освидетельствования он написал слово «согласен», предполагая, что пишет свое согласие с показаниями, увиденными на мониторе алкотестера. Заключение о том, что он находится в состоянии алкогольного опьянения, в акте освидетельствования указано не было, он делал запись «согласен» и расписывался в пустых незаполненных бланках. В дальнейшем ему стало известно, что запись «согласен» в акте освидетельствования свидетельствует о его согласии с заключением о нахождении в состоянии алкогольного опьянения, поэтому до составления протокола об административном правонарушении он неоднократно обращался к сотрудникам ДПС с просьбой направить его на медицинское освидетельствование, однако ему в этом было отказано. Свою просьбу пройти медицинское освидетельствование он изложил в письменном виде в протоколе об административном правонарушении, однако его на медицинское освидетельствование сотрудники ДПС не направили. Считает, что сотрудники ДПС обязаны были направить его на медицинское освидетельствование, однако не сделали этого, не имея для этого никаких препятствий.

После оформления всех процессуальных документов он сразу направился в медицинское учреждение для прохождения медицинского освидетельствования, где ему дважды было в этом отказано. На следующий день - 24.06.2017 года после повторного обращения ему было проведено медицинское освидетельствование и установлено отсутствие алкоголя как в выдыхаемом воздухе, так и в крови. Считает, что он действовал добросовестно и тот факт, что медицинское освидетельствование не было произведено своевременно, не может быть поставлено ему в вину, поскольку он не обязан доказывать свою невиновность.

Указывает на допущенные при проведении процедуры освидетельствования нарушения: понятые ему не представлялись, права им не разъяснялись, он с ними не общался, перед началом процедуры освидетельствования у него про употребление лекарственных препаратов не выяснялось, алкотестер в тестовом режиме не включался.

Полагает, что показания алкотестера (0,24 мг/л) связаны с допущенными сотрудниками ДПС нарушениями при проведении процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Также указывает, что мировым судьей не дано никакого суждения, никакой оценки его доводам, связанным с употреблением лекарственного средства непосредственно перед поездкой.

Отстранение от управления транспортным средством произведено в отсутствие понятых.

В процессуальных документах (акте освидетельствования, протоколе об отстранении, протоколе об административном правонарушении) имеются неточности в указании адресов, ошибки в указании его отчества, даты поверки алкотестера, неоговоренное исправление в указании номера алкотестера, произведенное без его участия, в нарушение требований КоАП РФ, что, по его мнению, влечет признание данных документов недопустимыми доказательствами.

Мировой судья на стадии подготовки к рассмотрению дела, обнаружив исправление в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, выполненное явно без соблюдения требований КоАП РФ, обязана была возвратить данное дело для устранения допущенных недостатков, однако она этого не сделала. Неправильное указание номера алкотестера, даты его поверки, по мнению ФИО1, ставят под сомнение то обстоятельство, каким именно прибором было проведено освидетельствование.

Также ФИО1 в жалобе указывает на недопустимость использования в качестве доказательств письменных объяснений понятых Ш. и В., поскольку они выполнены на бланках, которые исключают возможность альтернативного ответа, их содержание не соответствует фактическим обстоятельствам дела и фактам, установленным в ходе судебного разбирательства.

Во всех документах, составленных сотрудниками ДПС, не указано наименование района, а указано лишь наименование населенного пункта ? с. Казанское. Хотя в Тюменской области имеется два населенных пункта: «с. Казанское» ? в Казанском и в Вагайском районе.

Полагает, что мировым судьей необоснованно не приняты во внимание показания свидетелей В. и Я. в части того, что он (ФИО1) неоднократно обращался к сотрудникам ДПС с просьбой направить его на медицинское освидетельствование, мировой судья свой вывод обосновал тем, что указанные лица являются его близкими родственниками, их показания противоречат иным собранным по делу доказательствам. Однако данный вывод ничем не аргументирован, не обоснован, не указано, каким именно доказательствам противоречат показания свидетелей В. и Я. Считает, что сам по себе факт близкого родства данных лиц не является основанием для выражения недоверия их показаниям, поскольку они были предупреждены об ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

В имеющемся в материалах дела рапорте инспектора ДПС ФИО2 указана дата его составления - 23.07.2017 года, отсутствует резолюция руководителя. Данному обстоятельству мировым судьей оценка не дана.

Также не соответствует действительности вывод мирового судьи о том, что свое желание пройти медицинское освидетельствование он (ФИО1) выразил лишь после составления протокола об административном правонарушении, тогда как в ходе рассмотрения дела он неоднократно указывал о том, что направить его на медицинское освидетельствование он просил должностных лиц неоднократно во-первых, задолго до составления протокола об административном правонарушении, во-вторых, до подписания им (ФИО1) иных процессуальных документов, что подтверждается показаниями свидетелей В., Я. Данные ими показания никем не оспорены, не опровергаются и не противоречат иным доказательствам по делу. В данном случае имеющиеся сомнения должны были трактоваться мировым судьей в его (ФИО1) пользу, как лица, привлекаемого к административной ответственности.

Незаконными, по мнению ФИО1, являются как нахождение 23.06.2017 года сотрудников ДПС на территории Казанского района Тюменской области, так и остановка ими транспортного средства под его управлением вне стационарного поста ДПС для проверки документов.

Указывает на то, что мировым судьей оставлен без внимания акт медицинского освидетельствования от 24.06.2017 года, однако дано суждение об акте медицинского освидетельствования от 24.07.2017 года, хотя такого документа материалы дела и не содержат.

Полагает, что в удовлетворении заявленного им ходатайства о признании недопустимыми доказательствами имеющихся в материалах дела документов было безосновательно отказано, что противоречит требованиям КоАП РФ.

Указывает на то, что именно должностные лица обязаны были доказывать его вину, однако они от этой обязанности фактически самоустранились, тем самым, вынудили его доказывать свою невиновность.

Полагает, что мировым судьей в постановлении необоснованно указано, что положение части 3 статьи 1.5 КоАП РФ согласно приложению к ст. 1.5 КоАП РФ не распространяется на административные правонарушения, предусмотренные главой 12 КоАП РФ.

Однако данная норма является исключением из общего правила и относится к правонарушениям, связанным с фиксацией административных правонарушений специальными средствами в автоматическом режиме, но ни в коей мере ни к составу административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Указывает, что ему права разъяснялись не в полном объеме и не с начала производства по делу об административном правонарушении, объяснение по существу вменяемого ему административного правонарушения дать не предлагалось, что повлекло нарушение его права на защиту.

Настаивает, что никаких противоправных действий, тем более умышленно, он не совершал.

В связи с тем, что транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения он не управлял, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения произведено с существенными нарушениями действующего законодательства Российской Федерации, документы, представленные в деле об административном правонарушении, имеют существенные недостатки, влекущие их недопустимость и невозможность использования в качестве доказательств его вины, считает, что производство по делу об административном правонарушении подлежит прекращению в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

ФИО1 в судебном заседании жалобу и изложенные в ней доводы, а также объяснения, данные им при рассмотрении дела мировым судьей, в том числе, письменные, поддержал, дополнительно пояснил, что он был остановлен на перекрестке улиц Промышленная?Ишимская в с. Казанское Казанского района Тюменской области. Сотрудник ДПС ФИО2 предложил ему пройти в патрульный автомобиль ДПС, в котором находился сотрудник ДПС ФИО3 Освидетельствование на состояние алкогольного опьянения проводилось дважды. При этом первый раз освидетельствование на состояние алкогольного опьянения производилось алкотестером с уже установленным мундштуком без участия понятых, показания прибора ему не показывались, о результатах освидетельствования ему сотрудник ДПС не сообщал. Второй раз освидетельствование на состояние алкогольного опьянения производилось позднее. При этом понятые ему не представлялись, он их не видел. Ему было видно, что около автомобиля со стороны водительской двери находятся люди, но кто именно, ему не известно. Перед началом освидетельствования ни ему, ни понятым права не разъяснялись, алкотестер в тестовом режиме не включался, нулевые показания прибора ему не показывались. С понятыми он не общался, они ему не представлялись. После того, как у него был осуществлен забор выдыхаемого воздуха, ему показали показания алкотестера - он видел, что на мониторе высветились показания 0,24 мг/л. После этого ФИО3 достал из папки бланки документов синего и зеленого цвета, в одном из документов ему предложили написать слово «согласен». Данную запись он сделал в пустом, незаполненном бланке и расписался. После этого ему было разрешено выйти из патрульного автомобиля ДПС. Выйдя из машины, он смог осмыслить ситуацию, связался со знакомыми по телефону, которые пояснили, что слово «согласен» он написал, подтвердив тем самым, что он согласен с тем, что находится в состоянии алкогольного опьянения. Так как он с этим согласен не был, в состоянии алкогольного опьянения не находился, он немедленно подошел к сотрудникам ДПС и попросил направить его на медицинское освидетельствование. Однако сотрудник ДПС ФИО3 пояснил, что он может пройти медицинское освидетельствование самостоятельно. Пока он ждал вручения документов, он еще один раз просил сотрудников ДПС направить его на медицинское освидетельствование, но в прохождении медицинского освидетельствования сотрудниками ДПС ему было повторно отказано. О своем желании пройти медицинское освидетельствование он также указал в протоколе об административном правонарушении, но никаких действий со стороны сотрудников ДПС при этом вновь не последовало. После того, как он подписал документы, они ему вручены не были. В патрульном автомобиле ДПС он был доставлен в здание ОМВД России по Казанскому району, где ему вручили копии документов. После этого он со своими родственниками немедленно поехал на станцию скорой медицинской помощи ГБУЗ ТО «Областная больница №14» (с. Казанское) для прохождения медицинского освидетельствования, но в проведении медицинского освидетельствования медицинскими работниками скорой медицинской помощи ему дважды было отказано по причине того, что для проведения медицинского освидетельствования необходимо было направление на медицинское освидетельствование от инспекторов ДПС и их присутствие в медицинском учреждении.

Утром 24 июня 2017 года он вновь обратился на станцию скорой медицинской помощи ГБУЗ ТО «Областная больница №14» (с. Казанское) с просьбой провести медицинское освидетельствование, но ему вновь было отказано в проведении медицинского освидетельствования по тем основаниям, что дежурный врач был занят и сможет принять его лишь после 12 часов дня. После 12 часов дня 24 июня 2017 года ему было проведено медицинское освидетельствование и было зафиксировано отсутствие алкоголя в выдыхаемом воздухе (0,00 мг/л), был произведен забор крови на анализ. В результате химико-токсикологического исследования крови установлено отсутствие алкоголя в крови.

Настаивает, что на момент прохождения освидетельствования сотрудниками ДПС он не находился в состоянии алкогольного опьянения, так как спиртные напитки не употреблял, а показания прибора возможно связаны с употреблением им лекарства непосредственно перед поездкой.

Должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении, инспектор ДПС взвода №1 СБ ДПС ГИБДД ОР УМВД России по Тюменской области ФИО2 в судебном заседании с доводами жалобы ФИО1 не согласился, пояснив, что на основании устного распоряжения своего руководства 23.06.2017 года он совместно с командиром взвода ДПС ФИО3 прибыл на территорию Казанского района Тюменской области для оказания практической помощи по обеспечению безопасности дорожного движения. С письменным приказом о направлении в данную командировку он не знакомился. В соответствии с п. 2.1 Правил дорожного движения Российской Федерации на перекрестке улиц Ишимская-Промышленная в с. Казанское Казанского района Тюменской области он остановил автомобиль под управлением ФИО1 для проверки документов. При общении с ФИО1 он почувствовал запах алкоголя изо рта ФИО1, поэтому он (ФИО2) предложил ФИО1 пройти в патрульный автомобиль ДПС, который стоял на противоположной стороне улицы. Он сообщил ФИО3 о том, что у ФИО1 имеется запах алкоголя изо рта, на что ФИО3 сказал, что нужно пригласить понятых. Когда он пригласил понятых, ФИО1 уже находился в салоне патрульного автомобиля ДПС на переднем пассажирском сиденье. Понятые и он (ФИО2) во время процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения стояли около патрульного автомобиля ДПС с водительской стороны. ФИО3 сообщил понятым, что у ФИО1 имеется запах алкоголя изо рта, поэтому тот отстраняется от управления транспортным средством и будет проведено его освидетельствование на состояние алкогольного опьянения. При этом фактически отстранение было произведено им (ФИО2), путем препровождения ФИО1 в патрульный автомобиль ДПС, а затем в присутствии понятых был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством. После этого была проведена процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Перед началом освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения понятым было разъяснено, что они вправе присутствовать в качестве понятых, а также положения ст.17.9 КоАП РФ. Устанавливал ли ФИО3 личности понятых вслух, выяснял ли их взаимоотношения с ФИО1, пояснить не смог. Затем ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, на что ФИО1 согласился. Был подготовлен прибор, распакован мундштук и проведена процедура освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Показания прибора - 0,24 мг/л были показаны понятым и ФИО1 У ФИО1 ФИО3 спросил, согласен ли тот с показаниями прибора, на что ФИО1 ответил, что согласен, и расписался в протоколе измерения. Далее ФИО3 достал бланк акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в котором ФИО1 написал слово «согласен», расписался, затем в акте расписались понятые, после чего ФИО3 начал заполнять данный бланк. Все процессуальные документы, объяснения понятых оформлял ФИО3, он (ФИО2) поставил в них только свою подпись. Протокол об административном правонарушении составлялся в отсутствии понятых. В течение всего времени оформления процессуальных документов он (ФИО2) находился рядом с патрульным автомобилем ДПС, поэтому процедура оформления процессуальных документов и их содержание ему известны. После того, как ФИО1 вышел из патрульного автомобиля ДПС, он пообщался с кем-то по телефону, после чего подошел к патрульному автомобилю ДПС и попросил направить его на медицинское освидетельствование, однако ему было сообщено, что, так как первоначально он согласился с результатами освидетельствования, то сейчас может пройти медицинское освидетельствование самостоятельно. Оснований для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование не имелось. Полагает, что если бы они направили ФИО1 на медицинское освидетельствование, то это бы противоречило уже составленным процессуальным документам. Считает, что ничего не препятствовало ФИО1 пройти медицинское освидетельствование самостоятельно, поскольку в его (ФИО1) интересах было доказать свою невиновность. Права и обязанности ФИО1 он лично не разъяснял. Исправление в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в части указания номера прибора, которым проводилось освидетельствование, внес ФИО3 Полагает, что исправление внесено законно, поскольку процедура внесения исправлений предусмотрена лишь для протокола об административном правонарушении, а в иные документы должностные лица вправе самостоятельно вносить любые исправления.

Исследовав материалы дела, выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, суд приходит к следующим выводам:

Согласно статьи 1.2 КоАП РФ задачами законодательства об административных правонарушениях являются защита личности, охрана прав и свобод человека и гражданина.

В соответствии со ст. 24.1 КоАП РФ задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом, обеспечение исполнения вынесенного постановления.

Согласно ч. 1 ст. 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом. Исходя из этого обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагает не только наличие законных оснований для применения административного наказания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Согласно п. 8 ч.2 ст.30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы по делу об административном правонарушении проверяются на основании имеющихся в деле и дополнительно представленных материалов законность и обоснованность вынесенного постановления.

В соответствии с ч.3 ст.30.6 КоАП РФ при рассмотрении жалобы на постановление по делу об административном правонарушении судья не связан доводами жалобы и проверяет дело в полном объеме.

В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Никакие доказательства не могут иметь заранее установленную силу.

Постановлением от 06.09.2017 года, вынесенным мировым судьей судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области, ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ) и ему было назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев. В постановлении указано, что ФИО1 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ - управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния (л.д. 21-27 том 2).

Оценивая данное постановление и доводы жалобы, суд исходит из следующего:

В соответствии со ст. 29.10. КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении должно быть законным, мотивированным и обоснованным.

Согласно ч. 5 ст. 29.10 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении подписывается судьей, вынесшим постановление.

ФИО1 в жалобе указывает, что на момент его ознакомления с материалами дела подлинник постановления, имеющегося в материалах дела, не был подписан мировым судьей. Данное обстоятельство подтверждается представленной им фотокопией постановления (л.д. 66-76 том 2). Анализ нумерации страниц на фотокопии, форма листа 11 постановления, на котором должна стоять подпись мирового судьи, подтверждает данные доводы ФИО1

В соответствии со ст. 29.11 КоАП РФ постановление по делу об административном правонарушении объявляется немедленно по окончании рассмотрения дела. В исключительных случаях по решению лица (органа), рассматривающего дело об административном правонарушении, составление мотивированного постановления может быть отложено на срок не более чем три дня со дня окончания разбирательства дела, за исключением дел об административных правонарушениях, указанных в частях 3 - 5 статьи 29.6 настоящего Кодекса, при этом резолютивная часть постановления должна быть объявлена немедленно по окончании рассмотрения дела.

Однако как следует из аудиозаписи судебного заседания от 06.09.2017 года, исследованной в судебном заседании, резолютивная часть вынесенного постановления по делу об административном правонарушении была оглашена мировым судьей не в полном объеме, оглашенный текст не полностью соответствует печатному тексту (в части фамилии секретаря судебного заседания, данных о личности лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении).

Кроме того, при рассмотрении дела судом были установлены существенные противоречия между аудиозаписью судебных заседаний и печатной версией протоколов судебных заседаний, неполнота печатной версии протоколов судебных заседаний в части объяснений лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1, показаний иных лиц, участвующих в деле, исследованных материалов дела.

Указанные выше обстоятельства являются существенными нарушениям требований КоАП РФ, допущенными мировым судьей при рассмотрении дела по существу, которые не позволяют сделать вывод о том, что вынесенное мировым судьей постановление является законным.

Также суд находит обоснованными доводы жалобы о нарушении принципа непрерывности судебного разбирательства, однако данный факт сам по себе не свидетельствует о незаконности вынесенного постановления.

Оценивая доводы жалобы о незаконности осуществления сотрудниками ДПС ФИО2 и ФИО3 служебной деятельности по обеспечению безопасности дорожного движения 23.06.2017 года в Казанском районе Тюменской области и незаконности остановки транспортного средства под управлением ФИО1, суд принимает во внимание следующее:

Согласно имеющейся в материалах дела копии приказа УМВД России по Тюменской области от 16.06.2017 года № л/с «О направлении в командировку» майор полиции ФИО3 и капитан полиции ФИО2 были командированы на срок с 23 по 26 июня 2017 года в МО МВД России «Тобольский» для оказания практической помощи ОГИБДД. При этом к месту командировки им нужно было прибыть 23 июня 2017 года (л.д. 111-114 том 1).

Из объяснений должностного лица ФИО2 и свидетеля Б.. судом достоверно установлено, что 23.06.2017 года сотрудники СБ ДПС ГИБДД ОР УМВД России по Тюменской области ФИО2 и ФИО3 находились в служебной командировке в Казанском районе Тюменской области для оказания практической помощи по обеспечению безопасности дорожного движения на основании устного распоряжения руководителей указанных сотрудников ДПС (кто именно из руководителей отдал им такое распоряжение ни ФИО3, ни ФИО2 в судебном заседании не смогли пояснить).

Из текста приказа от 07.07.2017 года № л/с следует, что в приказ от 16.06.2017 года № л/с внесены изменения в части места прохождения командировки сотрудниками ФИО2 и ФИО3 - приказано считать местом командировки МО МВД России «Ишимский», ОМВД России по Казанскому району (л.д. 115-117 том 1).

Требования к оформлению документов, связанных с командированием сотрудников органов внутренних дел, регламентируются нормами приказа МВД России от 14.02.2014 года № 65 «Об утверждении порядка и условий командирования сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации на территории Российской Федерации»

Издание приказа от 07.07.2017 года № л/с в части внесения изменений в приказ от 16.06.2017 года № л/с об изменении места прохождения командировки сотрудниками ФИО2 и ФИО3 произведено с нарушением требований вышеуказанного нормативного акта. Однако, по мнению суда, это не может быть поставлено в вину указанным сотрудникам ДПС. У суда не вызывает сомнения тот факт, что в Казанском районе Тюменской области указанные лица находились не самовольно, а именно по распоряжению руководства.

Согласно п.3 ч. 1 ст. 27 Федерального закона РФ от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» сотрудник полиции обязан выполнять приказы и распоряжения руководителей (начальников), отданные в установленном порядке и не противоречащие федеральному закону.

Таким образом, сам факт ненадлежащего документирования служебной командировки не свидетельствует о незаконности деятельности сотрудников ДПС ФИО3 и ФИО2 по обеспечению безопасности дорожного движения на территории Казанского района Тюменской области 23 июня 2017 года.

В ходе судебного заседания судом достоверно установлено, что 23 июня 2017 года около 22 часов 35 минут инспектор ДПС ФИО2 на перекрестке улиц Промышленная-Ишимская с. Казанское Казанского района Тюменской области остановил двигавшийся по ул. Ишимской со стороны ул. Солнечная в сторону ул. Гагарина автомобиль , под управлением ФИО1

Инспектор ДПС ФИО2 пояснил, что автомобиль был остановлен им для проверки документов. Судом достоверно установлено, что автомобиль под управлением ФИО1 был остановлен вне стационарного поста ГИБДД. Доказательств тому, что 23 июня 2017 года проводилось какое-либо специальное профилактическое или рейдовое мероприятие, суду не представлено и в материалах дела сведений об этом не имеется.

Согласно абзацу 10 пункта 63 Административного регламента МВД РФ исполнения государственной функции по контролю и надзору за соблюдением участниками дорожного движения требований в области обеспечения безопасности дорожного движения, утвержденного Приказом МВД России от 02.03.2009 N 185 (далее административный регламент №185) (в редакции, действовавшей по состоянию на 23.06.2017 года) остановка для проверки документов на право пользования и управления транспортным средством, документов на транспортное средство и перевозимый груз, а также документов, удостоверяющих личность водителя и пассажиров, допускается только на стационарных постах ДПС.

При таких обстоятельствах суд находит убедительными доводы лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 об отсутствии у инспектора ДПС ФИО2 законных оснований для остановки 23.06.2017 года транспортного средства под его (ФИО1) управлением для проверки документов вне стационарного поста ДПС.

Однако данный факт сам по себе не свидетельствует об отсутствии в действиях ФИО1 инкриминируемого ему административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ.

Частью 1 ст. 12.8 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Таким образом, значимым обстоятельством, подлежащим доказыванию по данному делу, является факт нахождения водителя в состоянии алкогольного опьянения.

Согласно п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.10.2006 N 18 (ред. от 09.02.2012) «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.8 КоАП РФ, надлежит учитывать, что доказательствами состояния опьянения водителя являются акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения. Наряду с указанными актами не исключается подтверждение факта нахождения водителя в состоянии опьянения и иными доказательствами (например, показаниями свидетелей). С учетом того, что в силу статей 26.2, 26.11 КоАП РФ акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения являются доказательствами по делу об административном правонарушении, они должны исследоваться и оцениваться в совокупности с другими собранными по делу доказательствами и не могут быть оспорены в порядке гражданского судопроизводства.

Следовательно, вывод мирового судьи о том, что доказательством нахождения ФИО1 в состоянии опьянения, является «тест дыхания», не согласуется с позицией Верховного Суда. Таким доказательством является акт освидетельствования и (или) актом медицинского освидетельствования. Иные доказательства оцениваются лишь в совокупности с указанными документами.

Согласно ч. 6 ст. 27.12 КоАП РФ освидетельствование на состояние опьянения и оформление его результатов осуществляются в порядке, установленном Правительством Российской Федерации.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 475 утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов (далее - Правила освидетельствования).

Согласно п. 2, 3 Правил освидетельствования освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения, медицинскому освидетельствованию на состояние опьянения подлежит водитель транспортного средства, в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что он находится в состоянии опьянения. Достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не соответствующее обстановке.

Оценивая законность проведения процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, суд принимает во внимание следующее:

В судебном заседании должностное лицо ФИО2 пояснил, что основанием для проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения явилось наличие у ФИО1 запаха алкоголя изо рта, иных признаков алкогольного опьянения у ФИО1 не имелось. Данный факт подтвердил в судебном заседании свидетель Б. И ФИО2, и ФИО3 в судебном заседании пояснили, что ФИО1 вел себя спокойно, адекватно. Иные допрошенные в судебном заседании свидетели: Я., В., М., А. пояснили, что 23.06.2017 года они общались с ФИО1 лично непосредственно сразу после проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, однако при этом запаха алкоголя изо рта у ФИО1 не имелось.

Согласно п. 130 административного регламента № 185 освидетельствование на состояние алкогольного опьянения осуществляется сотрудником после отстранения лица от управления транспортным средством в присутствии двух понятых с использованием специального технического средства, обеспечивающего запись результатов исследования на бумажном носителе и разрешенного к применению Федеральной службой по надзору в сфере здравоохранения и социального развития, поверенного в установленном порядке Федеральным агентством по техническому регулированию и метрологии, тип которого внесен в Государственный реестр утвержденных типов средств измерений.

В процессуальных документах: акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 23.06.2017 года (л.д. 4 том 1), в протоколе измерений (л.д. 5 том 1), в протоколе об отстранении от управления транспортным средством от 23.06.2017 года (л.д. 3 том 1), в качестве понятых указаны Ш. и В.

Однако В. в судебном заседании пояснил, что он не присутствовал при проведении самой процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, а был приглашен сотрудниками ГИБДД лишь для того, чтобы подписать документы об освидетельствовании, что он и сделал в салоне патрульного автомобиля ДПС. В его присутствии у ФИО1 отбор выдыхаемого воздуха не производился, полагает, что на момент его приглашения в качестве понятого эта процедура уже была произведена.

Тот факт, что В. не присутствовал при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, должностным лицом ФИО2 не отрицался и им не опровергнут. Свидетель Б. по этому поводу также не смог ничего пояснить.

Из пояснений должностного лица ФИО2 следует, что перед началом проведения освидетельствования понятым и ФИО1 был разъяснен порядок проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Кроме того, понятым были разъяснены положения ст. 51 Конституции Российской Федерации, ст. 17.9 КоАП РФ. Какими еще правами пользуются понятые, ни ФИО2 в судебном заседании пояснить не смог.

Свидетель Б., непосредственно проводивший процедуру освидетельствования, пояснил, что дополнительно разъяснял понятым положения ст. 25.1 КоАП РФ.

Оценивая действия сотрудников ДПС по разъяснению прав понятым, суд учитывает следующее:

Статья 25.1 КоАП РФ регламентирует правовой статус лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Правовой статус понятых, их права и обязанности предусмотрены ст. 25.7 КоАП РФ. Согласно положениям указанной нормы в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, должностным лицом, в производстве которого находится дело об административном правонарушении, в качестве понятого может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо. Число понятых должно быть не менее двух. В случаях, предусмотренных главой 27 и статьей 28.1.1 настоящего Кодекса, обязательно присутствие понятых или применение видеозаписи. Понятой удостоверяет в протоколе своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты. Понятой вправе делать замечания по поводу совершаемых процессуальных действий. Замечания понятого подлежат занесению в протокол. В случае необходимости понятой может быть опрошен в качестве свидетеля в соответствии со статьей 25.6 настоящего Кодекса.

Допрошенный в судебном заседании В. пояснил, что ему права понятого не разъяснялись. ФИО1 также настаивал, что права понятым не разъяснялись и их личности в его присутствии не устанавливались.

Учитывая в совокупности показания В., объяснения ФИО1 и тот факт, что ни ФИО2, ни ФИО3 в судебном заседании не смогли назвать правами, которыми пользуются понятые, суд находит убедительными доводы жалобы и объяснения ФИО1 о том, что права, предусмотренные ст. 25.7 КоАП РФ, понятым не разъяснялись.

Кроме того, у суда вызывает сомнение тот факт, что перед началом процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения устанавливались надлежащим образом личности понятых, поскольку в этом случае ФИО1 достоверно знал бы, кто именно являлись понятыми. Однако он этого не знал, поэтому до момент подписания протокола об административном правонарушении заявлял о том, что один из понятых приходится ему родственником, имея, при этом в виду человека по фамилии М.. Об участии этого лица в качестве понятого он узнал уже после проведения процедуры освидетельствования, о чем он немедленно сообщил сотрудникам ДПС, а впоследствии написал об этом в протоколе об административном правонарушении. Тот факт, что после проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 сообщал сотрудникам ДПС о том, что один из понятых приходится ему родственником, ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании не оспаривали. При этом ФИО3 пояснил, что он сообщил ФИО1 о том, что М. не являлся понятым лишь после составления протокола об административном правонарушении.

Те обстоятельства, что права понятым не разъяснялись, их личности надлежащим образом не устанавливались, один из понятых, указанный в процессуальных документах ? В., при проведении процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения не присутствовал, являются существенными нарушениями процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

ФИО1 в жалобе указывает, что при проведении процедуры его освидетельствования на состояние алкогольного опьянения не были соблюдены требования руководства по эксплуатации алкотестера Alcotest 6810.

Судом было исследовано имеющееся в материалах дела руководство по эксплуатации анализатора паров этанола в выдыхаемом воздухе Alcotest 6810 (л.д. 36-52 том 1).

Должностное лицо ФИО2 в судебном заседании пояснил, что с данным руководством по эксплуатации алкотестера он знакомился длительное время назад, поэтому детально положения этого руководства он не помнит.

И должностное лицо ФИО2, и свидетель Б. считают, что про употребление лекарственных препаратов у освидетельствуемого лица перед началом проведения освидетельствования они выяснять не должны, о чем пояснили в судебном заседании.

Однако данное утверждение не соответствует правилам, указанным в руководстве по эксплуатации.

Согласно п. 2.3.1.1 руководства по эксплуатации к прибору Alcotest 6810 при выполнении теста анализируемая проба воздуха не должна содержать частиц табачного дыма, остатков алкоголя или медикаментозных спиртосодержащих препаратов из ротовой полости, а также мокрот и слюны. Поэтому перед проведением теста должно пройти не менее 20 минут после употребления спиртных напитков, алкогольсодержащих лекарственных препаратов, спреев для ротовой полости, а также пищевых продуктов, содержащих небольшие концентрации алкоголя (кисломолочные продукты, квас и т.д.).

Следовательно, нельзя признать обоснованными утверждения должностного лица ФИО2 и свидетеля Б. о том, что они не обязаны выяснять у освидетельствуемого лица об употреблении им лекарственных препаратов. Напротив, это может быть установлено только путем выяснения непосредственно у освидетельствуемого лица вопросов, связанных с употреблением средств, указанных в руководстве по эксплуатации. И только при неукоснительном соблюдении требований руководства по эксплуатации показания алкотестера будут соответствовать действительности и не будут вызывать сомнений.

ФИО1 на протяжении всего производства по делу заявлял о том, что непосредственно перед поездкой он выпил лекарство, что, по его мнению, и повлекло наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе.

Однако перед началом процедуры освидетельствования этот вопрос сотрудниками ДПС у ФИО1 не выяснялся, необходимый, установленный руководством по эксплуатации временной интервал между приемом лекарства и проведением процедуры освидетельствования не выдерживался, что, по мнению суда, влечет неустранимые сомнения в правильности результатов проведенного освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения.

Свидетель Б. пояснил, что детально процедуру в частности и события в целом, связанные с освидетельствованием ФИО1 и оформлением документов, он не помнит, поэтому в судебном заседании рассказал алгоритм своих действий, который он обычно выполняет при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. В частности, он пояснил, что при подготовке алкотестера к эксплуатации он включает прибор, после того, как на дисплее появится сообщение о готовности прибора, он устанавливает на него в присутствии понятых новый мундштук и проводит освидетельствование.

Однако согласно требованиям руководства по эксплуатации (п.2.3.1.2, 2.1.3.3, 2.1.3.4), процедура подготовки алкотестера к эксплуатации производится в ином порядке: сначала осуществляется установка нового мундштука на прибор, а затем уже осуществляется забор воздуха для определения готовности прибора к освидетельствованию. Это обусловлено необходимостью исключения возможности нахождения паров этанола в мундштуке, и, как следствие, искажения показаний прибора при проведении освидетельствования.

Ни ФИО2, ни ФИО3 не опровергли доводы лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, ФИО1 о том, что нулевые показатели и готовность прибора к эксплуатации не демонстрировались понятым и ФИО1

При таких обстоятельствах суд находит убедительным доводы ФИО1 о нарушении требований руководства по эксплуатации прибора при проведении освидетельствования его на состояние алкогольного опьянения 23.06.2017 года.

Все указанные выше обстоятельства в их совокупности, по мнению суда, свидетельствуют о том, что процедура освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения была проведена с существенными нарушениями требований законодательства РФ. При этом, отсутствие при проведении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения одного из понятых исключает возможность использования результатов проведенного освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в качестве доказательств по делу.

Как указано выше, основным доказательством нахождения водителя в состоянии алкогольного опьянения является акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и (или) акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Оценивая имеющийся в материалах дела акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 23.06.2017 года (л.д. 4 том 1), суд принимает во внимание следующее:

Место составления данного акта указано неточно. Судом достоверно установлено, что освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения было произведено на перекрестке улиц Ишимская-Промышленная в с. Казанское Казанского района Тюменской области, а не напротив дома №7 по ул. Ишимская с. Казанское.

В данном акте имеется исправление в указании заводского номера прибора, которым проводилось освидетельствование, неправильно указана дата поверки прибора. Из совокупности представленных материалов, показаний лиц, опрошенных в судебном заседании, судом достоверно установлено, что первоначально в акте было указано, что освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения было произведено прибором ALCOTEST 6810 ARBD 0493, дата последней поверки: 21.06.2017 года. После того, как копия акта освидетельствования была вручена ФИО1, в данный акт сотрудником ДПС ФИО3 было внесено исправление в части указания заводского номера прибора: «ARBD 0493» исправлено на «ARBD 0473». Это обстоятельство должностное лицо ФИО2 и свидетель Б. подтвердили в судебном заседании. При этом ранее, будучи допрошенными при рассмотрении дела мировым судьей они поясняли, что им не известно, кем, когда и при каких обстоятельствах это исправление было внесено.

То факт, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с внесенным в него исправлением не вручался ФИО1, ни должностным лицом ФИО2, ни свидетелем Б. не опровергнут и не оспорен.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля инспектор по ИАЗ ОГИБДД Отд МВД России по Казанскому району Л. пояснил, что документы в отношении ФИО1 были переданы в ОГИБДД ОМВД России по Казанскому району. Он вынес определение о передаче дела мировому судье для рассмотрения по подведомственности, составил опись и направил дело в судебный участок. При ознакомлении с поступившими материалами он видел, что в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения имеется исправление.

В судебном заседании 04.10.2017 года ФИО3 и ФИО2 настаивали, что требования к внесению исправлений предусмотрены ст. 28.2 КоАП РФ лишь для протокола об административных правонарушениях. Исправления в акт освидетельствования могут вноситься должностным лицом произвольно и без участия освидетельствуемого лица и понятых.

Однако суд находит данные доводы не состоятельными по следующим основаниям:

Главой 27 КоАП РФ определен порядок применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, к которым, в частности, относится освидетельствование лица на состояние алкогольного опьянения.

Согласно части 1.1 статьи 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 указанной статьи.

Результаты освидетельствования на состояние алкогольного опьянения отражаются в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, форма которого утверждается Министерством внутренних дел Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Форма акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения предполагает, в частности, наличие подписи лица, освидетельствованного на состояние алкогольного опьянения (Приложение № 1 к Приказу МВД России от 4 августа 2008 г. N 676 «Об утверждении форм акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения»).

В силу части 6.1 статьи 27.12 КоАП РФ акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения прилагается к соответствующему протоколу. Копия акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения вручается лицу, в отношении которого он был составлен.

Согласно ст. 36 административного регламента №185 внесенные исправления (дополнения) в процессуальные документы, должны быть оговорены и заверены подписью сотрудника, составившего процессуальный документ. Соответствующие участники производства по делу об административном правонарушении должны быть ознакомлены под роспись с внесенными исправлениями (дополнениями), а при невозможности этого, копия исправленного (дополненного) процессуального документа высылается им в течение трех дней со дня внесения исправления (дополнения). В случае отказа указанных лиц от подписи об этом делается соответствующая запись в процессуальном документе.

Из смысла частей 3, 5, 6, 6.1 статьи 27.12 и части 3, 5 статьи 27.12.1 КоАП РФ, пункта 9 Правил освидетельствования, Приказа МВД России от 4 августа 2008 г. N 676, ст. 36 административного регламента №185 в их совоупности следует, что акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения составляется в присутствии лица, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении и удостоверяется, в том числе, его подписью. Данные требования применяются и при внесений исправлений в указанные документы.

Толкование положений КоАП РФ в их системной взаимосвязи позволяет прийти к выводу о том, что изменения сведений, ранее внесенных в протокол об административном правонарушении, иные процессуальные документы, составленные при возбуждении дела, производятся в присутствии лица, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении. В его отсутствие такие изменения могут быть внесены в процессуальные акты только при наличии сведений о надлежащем извещении такого лица. Иное толкование вышеприведенных норм КоАП РФ означало бы нарушение прав лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении. Таким образом, указанными выше нормами лицу, привлекаемому к административной ответственности, обеспечивается правовая возможность для защиты прав и законных интересов и непосредственное участие его при составлении акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, иные процессуальные документы, и внесении изменений в такие процессуальные акты. В связи с изложенным, административный орган не вправе в одностороннем порядке самовольно составлять, либо вносить изменения в указанные протоколы и иные процессуальные документы.

Данные выводы согласуются с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной, в том числе, в постановлении Верховного Суда Российской Федерации от 23.05.2016 года № 5-АД16-24.

Процедура освидетельствования предусматривает обязательное оглашение сведений о приборе, которым производится освидетельствование, сведения о приборе имеют существенное юридическое значение для оценки правильности, соблюдения требований законодательства при проведении освидетельствования.

В протоколе об административном правонарушении от 23.06.2017 года указано, что освидетельствование проводилось прибором Alcotest 6810 ARBD 0473, дата поверки прибора - 21.06.2017 года (л.д. 2 том 1). В акте освидетельствования первоначально было указано, что освидетельствование производилось прибором Alcotest 6810 ARBD 0493, дата поверки прибора 21.06.2017 года. К материалам дела приложено свидетельство о поверке прибора Alcotest 6810 ARBD 0473, в котором указана дата поверки: 22.06.2017 года (л.д. 13-14 том 1).

Таким образом, первоначальное содержание акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения претерпело существенные изменения.

Вместе с тем, в материалах дела отсутствуют данные, свидетельствующие о том, что изменения в акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения были внесены при составлении указанного процессуального акта в присутствии ФИО1 и с его согласия. Подписи названного лица напротив внесенного изменения, как и сведения об ознакомлении последнего с внесенными изменениями, отсутствуют. И должностное лицо ФИО2 и свидетель Б. подтвердили, что исправление было внесено в акт освидетельствования в отсутствие ФИО1

В ходе судебного разбирательства ФИО1 высказывал свои возражения относительно внесенного исправления.

Также суд считает, что вывод мирового судьи о том, что ознакомление ФИО1 в судебном заседании с актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с внесенным в него исправлением, является достаточным основанием для того, чтобы отказать в признании данного акта недопустимым доказательством, поскольку данный вывод мирового судьи не основан на нормах КоАП РФ, регламентирующих процедуру внесения исправлений, и правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации.

Согласно пункту 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 г. N 5 (ред. от 19 декабря 2013 г.) "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" когда протокол об административном правонарушении составлен или другие материалы оформлены неправильно, судье на основании пункта 4 части 1 статьи 29.4 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях необходимо вынести определение о возвращении протокола об административном правонарушении и других материалов дела в орган или должностному лицу, которыми составлен протокол.

Несмотря на указанное разъяснение Верховного Суда Российской Федерации, на стадии подготовки к рассмотрению дела мировым судьей протокол об административном правонарушении с материалами дела не был возвращен в подразделение ГИБДД для устранения противоречий относительно внесенных в процессуальные документы изменений.

В настоящее время такая возможность утрачена, возвращение протокола об административном правонарушении для устранения недостатков после начала рассмотрения дела нормами КоАП РФ не предусмотрено, устранение допущенного нарушения на стадии рассмотрения дела невозможно.

Внесение изменений в акт освидетельствования с нарушением требований законодательства в части указания заводского номера прибора, которым проводилось освидетельствование, в совокупности с неправильным указанием даты поверки прибора, является существенным пороком данного документа и влечет невозможность использования данного документа в качестве доказательства по делу, поскольку ставит под сомнение тот факт, каким именно прибором производилось освидетельствование ФИО1 на состояние алкогольного опьянения, хотя данное обстоятельство является значимым, поскольку прибор, которым осуществляется освидетельствование, должен отвечать требованиям п. 130 административного регламента № 185.

При таких обстоятельствах суд находит необоснованными, немотивированными и не отвечающими требованиям законодательства выводы мирового судьи о том, что в судебном заседании установлено и подтверждается «тестом дыхания» (л.д. 5), что освидетельствование ФИО1 проведено с использованием прибора Alcotest 6810 ARBD 0473, и о том, что результатом анализа установлено у ФИО1 наличие абсолютного этилового спирта в концентрации 0,24 мг/л выдыхаемого воздуха.

ФИО1 в ходе судебного разбирательства неоднократно заявлял о том, что слово «согласен» он писал в пустом бланке акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, полагая, что соглашается с показаниями алкотестера, а не с заключением освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Данные же доводы указаны им в жалобе на постановление по делу об административном правонарушении от 06.09.2017 года.

Из показаний ФИО1 и должностного лица ФИО2, данных ими в судебном заседании, следует, что слово «согласен» ФИО1 писал в пустом бланке. Данное обстоятельство, отвечая на вопросы суда, неоднократно подтвердил в судебном заседании должностное лицо ФИО2, пояснив, что это обычная процедура оформления актов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения: сначала водитель пишет слово «согласен», и только после этого происходит дальнейшее оформление всех документов. Несмотря на то, что он лично не заполнял бланки процессуальных документов, все бланки заполнял ФИО3, а он (ФИО2) лишь ставил подписи, но он на протяжении всего времени оформления документов находился рядом с патрульным автомобилем ДПС и видел все действия ФИО4 и содержание оформляемых им документов. Свидетель Б. пояснил, что он точно не помнит происходившие события, связанные с привлечением ФИО1 к административной ответственности, в своих показаниях он основывался на порядке действий, которые он обычно производит в аналогичных ситуациях.

При этом и ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании пояснили, что после проведения процедуры освидетельствования ФИО1 был задан вопрос о том, согласен ли он с показаниями прибора, на что ФИО1 выразил согласие, после чего ему было предложено написать слово «согласен» в акте освидетельствования, что тот и сделал.

Обязанность по доказыванию виновности лица возлагается на должностное лицо, составившее протокол об административном правонарушении. В данном случае, несмотря на то, что всю техническую работу выполнял ФИО3, все документы подписаны ФИО2, следовательно, именно он обязан доказывать вину ФИО1 При таких обстоятельствах у суда нет оснований не доверять объяснениям ФИО2 и ФИО1, которые согласуются между собой в части того, что слово «согласен» ФИО1 писал в пустом бланке акта овидетельствования. При этом, суд учитывает, что объяснения ФИО1 в этой части на протяжении всего производства по делу являются последовательными.

Таким образом, суд находит, что доводы ФИО1 о том, что запись «согласен» он ставил в пустом бланке акта освидетельствования, предполагая, что эта запись свидетельствует о его согласии с показаниями прибора, которые он лично видел на дисплее алкотестера, нашли свое подтверждение в ходе судебного заседания.

Суд находит убедительными доводы ФИО1 о том, что ранее он в аналогичной ситуации не был, поэтому растерялся, кроме того, опасался того, что отказ от подписи в акте освидетельствования может быть расценен как отказ от освидетельствования, поэтому он беспрекословно выполнял все указания должностных лиц.

Тот факт, что слово «согласен» ФИО1 написал и расписался в пустом бланке, по убеждению суда, является существенным нарушением требований законодательства, поскольку с целью обеспечения защиты прав и законных интересов гражданина, на подпись должен предоставляться полностью заполненный бланк процессуального документа, чтобы гражданин (будь то лицо, привлекаемое к административной ответственности, либо понятой) могли ознакомиться с его содержанием и осознанно подтвердить своей подписью.

В соответствии с частью 1 статьи 1.6 КоАП РФ лицо, привлекаемое к административной ответственности, не может быть подвергнуто административному наказанию и мерам обеспечения производства по делу об административном правонарушении иначе как на основаниях и в порядке, установленных законом.

Положения названной статьи КоАП РФ в обеспечение законности при применении мер административного принуждения предполагают не только наличие законных оснований для применения административного взыскания, но и соблюдение установленного законом порядка привлечения лица к административной ответственности.

Доказательствами по делу об административном правонарушении в силу статьи 26.2 названного Кодекса являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. Эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами, предусмотренными данным Кодексом, объяснениями лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, показаниями потерпевшего, свидетелей, заключениями эксперта, иными документами, а также показаниями специальных технических средств, вещественными доказательствами.

Согласно части 3 статьи 26.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях не допускается использование доказательств по делу об административном правонарушении, если указанные доказательства получены с нарушением закона.

Таким образом, при проведении процедуры освидетельствования и оформлении акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 23.06.2017 года (л.д. 4 том 1) должностным лицом, осуществлявшим производство по делу, были допущены многочисленные нарушения, которые в своей совокупности исключают возможность использования данного акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в качестве доказательства, а, следовательно, не позволяют сделать законный, обоснованный вывод о том, что на момент освидетельствования ФИО1 находился в состоянии алкогольного опьянения.

Оценивая доводы ФИО1 о незаконности отказа в направлении его на медицинское освидетельствование, суд исходит из следующего:

Пунктом 10 Правил освидетельствования предусмотрено, что направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения водитель транспортного средства подлежит, в том числе, при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Судом достоверно установлено, что сразу после проведения освидетельствования ФИО1 написал в акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения слово «согласен», но сделал он это в пустом, незаполненном бланке.

Тот факт, что ФИО1 до составления протокола об административном правонарушении неоднократно подходил к сотрудникам ДПС с просьбой направить его на медицинское освидетельствование, в судебном заседании не оспаривал должностное лицо ФИО2, а также подтвердили свидетели Я., В., М.

Каких-либо оснований не доверять их показаниям у суда не имеется. То обстоятельство, что В. и Я. являются близкими родственниками ФИО1, при отсутствии оснований и противоречий с другими доказательствами не может ставить под сомнение их показания, поскольку они согласуются с показаниями других лиц.

Должностное лицо ФИО2 в судебном заседании не оспаривал тот факт, что ФИО1 выражал свое несогласие с результатами освидетельствования, но полагает, что он сделал это несвоевременно, поскольку о своем несогласии он должен был заявить немедленно после освидетельствования.

Однако данные доводы суд находит несостоятельными, поскольку требования п. 10 Правил освидетельствования не регламентируют того, в какой момент освидетельствуемое лицо должно выразить свое несогласие с результатами освидетельствования, и что это должно быть выражено немедленно после проведения освидетельствования.

В соответствии со ст. 24.4 КоАП РФ лица, участвующие в производстве по делу об административном правонарушении, имеют право заявлять ходатайства, подлежащие обязательному рассмотрению органом, должностным лицом, в производстве которых находится данное дело. Ходатайство заявляется в письменной форме и подлежит немедленному рассмотрению.

Указанные нормы в их совокупности и системном толковании позволяют сделать вывод о том, что после того, как ФИО1 выразил свое несогласие с результатами освидетельствования и желание пройти медицинское освидетельствование, учитывая, что процессуальные документы, в частности, протокол об административном правонарушении, составлены не были, у должностного лица, ведущего производство по делу, возникла обязанность направить ФИО1 на медицинское освидетельствование.

Однако, не имея на то никаких препятствий, сотрудники ДПС немотивированно, без законных на то оснований, этого не сделали, нарушив тем самым право ФИО1 на справедливое и беспристрастное разбирательство по делу. Действия должностного лица, выразившиеся в отказе в направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование, доводы ФИО2 о том, что ФИО1 имел возможность пройти медицинское освидетельствование самостоятельно с целью доказывания своей невиновности, в том числе, на платной основе, не отвечают принципам производства по делам об административных правонарушениях (законность, равенство перед законом, презумпция невиновности) и ставят ФИО1 в заведомо невыгодное для него положение.

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО1 непосредственно сразу после вручения ему всех процессуальных документов 23.06.2017 года дважды обращался в медицинское учреждение для проведения медицинского освидетельствования, однако ему было отказано: первый раз в связи с отсутствием направления, второй раз - в связи с тем, что при проведении освидетельствования необходимо присутствие сотрудников ГИБДД.

Факт обращения ФИО1 в медицинское учреждение непосредственно сразу после вручения ему документов подтверждается показаниями свидетелей В., Я., М., А. в их совокупности. У суда отсутствуют основания не доверять показаниям указанных лиц, поскольку они ничем не опровергнуты, согласуются как между собой, так и с объяснениями ФИО1 и с показаниями помощника начальника Отд МВД России по Казанскому району С., который пояснил, что 24.06.2017 года в 00 часов 45 минут выдавал ФИО1 по его просьбе протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

По независящим от ФИО1 обстоятельствам он смог пройти медицинское освидетельствование лишь 24.06.2017 года в 12 часов 20 минут.

Из акта медицинского освидетельствования № от 24.06.2017 года следует, что на основании исследования выдыхаемого воздуха и химико-токсикологического исследования, показавших отсутствие алкоголя как в выдыхаемом воздухе, так и в крови, признаков алкогольного опьянения у ФИО1 не установлено (л.д. 61 том 1).

Суд находит, что тот факт, что ранее 12 часов 20 минут 24.06.2017 года ФИО1 не смог пройти медицинское освидетельствование по независящим от него обстоятельствам, не может быть поставлен ему в вину, поскольку он, действуя добросовестно, предпринял все возможные меры к тому, чтобы данная процедура была произведена своевременно, однако в ночное время 23.06.2017 года в медицинском учреждении ему было дважды отказано в проведении медицинского освидетельствования.

Оценивая доводы жалобы ФИО1 о недопустимости использования в качестве доказательств письменных объяснений понятых В. и Ш., суд исходит из следующего:

Судом достоверно установлено, что имеющиеся в материалах дела письменные объяснения Ш. и В. от 23.06.2017 года (л.д. 7,8 том 1), были оформлены ФИО3 от имени ФИО2, а ФИО2 лишь подписаны. Объяснения оформлены на бланках с заранее заготовленным текстом.

В ходе судебного разбирательства судом достоверно установлено, что понятые с ФИО1 лично не общались, о наличии у него запаха алкоголя изо рта им сообщил ФИО3

Свидетель Б. в судебном заседании пояснил, что все сведения в объяснения понятых он вносил не со слов понятых, а самостоятельно, поскольку понятые не знали номера прибора, которым производилось освидетельствование, номера автомобиля, которым управлял ФИО1 и некоторых других сведений, внесенных в объяснения. После этого он предложил им ознакомиться и расписаться в объяснениях. Понятые против этого не возражали, а зафиксировали правильность внесенных сведений своими подписями.

Согласно ч. 1 ст. 26.3 КоАП РФ доказательством по делу являются, в том числе, показания свидетелей, которые представляют собой сведения, имеющие отношение к делу и сообщенные указанными лицами в устной или письменной форме.

С учетом того, что В. не принимал участия в проведении процедуры освидетельствования, а лишь поставил свои подписи, сведения в объяснение Ш. внесены не с его слов, а в их основу положены сведения, известные ФИО3, что подтверждено им в судебном заседании, суд считает, что объяснения понятых не могут быть приняты в качестве доказательств, подтверждающих обстоятельства, имеющие значение для дела.

Обстоятельством, подлежащим доказыванию по делу об административном правонарушении, является место совершения административного правонарушения.

При рассмотрении жалобы ФИО1 судом было достоверно установлено, что ФИО1 двигался по ул. Ишимская в с. Казанское Казанского района Тюменской области со стороны ул. Солнечная в сторону ул. Гагарина. Сотрудниками ДПС он был остановлен на перекрестке улиц Промышленная-Ишимская. При этом он остановился, не доехав значительное расстояние до дома №7 по ул. Ишимская. Поэтому суд находит обоснованными доводы жалобы ФИО1 о том, что неправильно установлено место совершения инкриминируемого ему правонарушения. Суд находит, что местом совершения инкриминируемого ФИО1 правонарушения является участок улицы Ишимская от ул. Солнечная до ул. Промышленная в с. Казанское Казанского района Тюменской области. Все процессуальные документы составлялись, на перекрестке улиц Промышленная-Ишимская в с. Казанское Казанского района Тюменской области, следовательно, местом составления процессуальных документов является перекресток улиц Промышленная-Ишимская в с. Казанское Казанского района Тюменской области, а не ул. Ишимская, д. 7 с. Казанское, как это указано во всех процессуальных документах.

Оценивая доводы жалобы о допущенных нарушениях при проведении процедуры отстранения от управления транспортным средством, суд исходит из следующего:

Согласно ч. 1, 2 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения. Отстранение от управления транспортным средством соответствующего вида, осуществляются должностными лицами, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью движения и эксплуатации транспортного средства соответствующего вида, в присутствии двух понятых

Пунктами 127 - 127.2 административного регламента № 185 определен порядок действий сотрудников органов внутренних дел, связанных с отстранением лица от управления транспортным средством, согласно которым отстранение лица от управления транспортным средством по основаниям, предусмотренным КоАП РФ, осуществляется сотрудником непосредственно после выявления соответствующих оснований в присутствии двух понятых путем запрещения управления этим транспортным средством данным водителем до устранения причины отстранения (пункт 127). Об отстранении от управления транспортным средством в соответствии с положениями статьи 27.12 КоАП РФ составляется протокол, в котором указываются дата, время, место, основания отстранения от управления, должность, специальное звание, фамилия и инициалы сотрудника, составившего протокол, сведения о транспортном средстве и о лице, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (пункт 127.1). Протокол об отстранении от управления транспортным средством подписывается сотрудником, его составившим, и лицом, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении. Копия протокола вручается лицу, в отношении которого применена данная мера обеспечения производства по делу об административном правонарушении (пункт 127.2).

Судом достоверно установлено, что сразу после остановки транспортного средства инспектором ДПС ФИО2 ФИО1 был приглашен в патрульный автомобиль ДПС. При чем это было произведено в отсутствие понятых. В дальнейшем был составлен протокол об отстранении от управления транспортным средством. Как пояснили инспектор ДПС ФИО2 и свидетель Б., протокол об отстранении от управления транспортным средством составлен до начала проведения процедуры освидетельствования Как установлено в судебном заседании, понятой В. при проведении процедуры освидетельствования ФИО1 на состояние алкогольного опьянения не присутствовал, а был приглашен после того, как процедура освидетельствования ФИО1 была произведена. Таким образом, очевидным является тот факт, что В. не мог участвовать при проведении процедуры отстранения ФИО1 от управления транспортным средством, а лишь подписал протокол.

Кроме того, в протоколе неправильно указано отчество лица, отстраняемого от управления транспортным средством «Серсеевич» вместо «Сергеевич».

При таких обстоятельствах протокол отстранения от управления транспортным средством от 23.06.2017 года (л.д. 3 том 1) составлен с существенными нарушениями требований законодательства и является недопустимым доказательством по делу.

ФИО1 в своей жалобе указывает на то, что при производстве по делу об административном правонарушении были допущены нарушения его права на защиту, выразившиеся в том, что ему не разъяснены его права, в том числе, его право на участие защитника, не предоставлена реальная возможность воспользоваться своими правами, не дана возможность дать объяснения по существу вменяемого ему правонарушения.

Оценивая данные доводы жалобы, суд исходит из следующего:

По смыслу ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого Резолюцией 2200 A (XXI) Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1966 г., лицо само определяет объем своих прав и реализует их по своему усмотрению. Отказ в силу личного волеизъявления от дачи объяснения, от подписания составленных в отношении водителя процессуальных документов и получения их копий является способом реализации по своему усмотрению процессуальных прав гражданина.

Должностное лицо ФИО2 в судебном заседании пояснил, что лично он права, предусмотренные КоАП РФ, ФИО1 не разъяснял. ФИО3 пояснил, что все права, предусмотренные КоАП РФ, а также порядок проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 были разъяснены, свое объяснение ФИО1 написал в бланке протокола об административном правонарушении, об участии защитника не ходатайствовал.

В протоколе об административном правонарушении от 23.06.2017 года в графе о разъяснении прав имеется подпись ФИО1 том, что ему разъяснены его права, в графе «объяснение» ФИО1 внес собственноручно запись о том, что права ему не разъяснены, отразил свое отношение к делу (л.д. 2 том 1).

В дальнейшем при разбирательстве по делу ФИО1 давал письменные объяснения, которые приобщены к материалам дела.

Из материалов дела следует, что остановлен ФИО1 был 23.06.2017 года в 22 часа 30 минут. В период с 22 часов 30 минут до 23 часов 10 минут были произведены ряд процессуальных действий с участием ФИО1 Однако отметка о разъяснении прав имеется лишь в протоколе об административном правонарушении (л.д. 2), из чего следует, что ранее, с момента совершения первого процессуального действия и до составления протокола об административном правонарушении, права ФИО1 не разъяснялись, а, следовательно, он не имел реальной возможности ими воспользоваться.

Суд соглашается с доводами ФИО1 о том, что по смыслу закона, права должны быть разъяснены лицу, в отношении которого ведется производство по делу, до начала всех процессуальных действий, а не после того, как составлены все процессуальные документы, так как это позволит гражданину реализовать возможность воспользоваться предоставленными ему законом правами либо отказаться.

При таких обстоятельствах суд находит убедительными доводы ФИО1 о нарушении его права на защиту, выразившееся в несвоевременном разъяснении прав, предусмотренных КоАП РФ.

Иные доводы жалобы и обстоятельства, указанные ФИО1, существенного значения для дела не имеют.

В постановлении мировой судья делает вывод о том, что доказательств, опровергающих виновность ФИО1, суду не представлено, указывает, что при вынесении постановления мировым судьей учтены положения ч. 3 ст. 1.5 КоАП РФ, согласно которым лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность, за исключением случаев, предусмотренных примечанием к настоящей статье, согласно которому положение части 3 ст. 1.5 КоАП РФ не распространяется на административные правонарушения, предусмотренные главой 12 настоящего Кодекса.

Однако данные выводы мирового судья являются неправильными, основаны на неверном толковании норм закона.

Так, согласно приложению к ст.1.5 КоАП РФ положение части 3 настоящей статьи не распространяется на административные правонарушения, предусмотренные главой 12 настоящего Кодекса, и административные правонарушения в области благоустройства территории, предусмотренные законами субъектов Российской Федерации, совершенные с использованием транспортных средств либо собственником, владельцем земельного участка либо другого объекта недвижимости, в случае фиксации этих административных правонарушений работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи.

Таким образом, данной нормой КоАП РФ установлен особый порядок привлечения к административной ответственности за административные правонарушения в области дорожного движения при их фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, либо работающими в автоматическом режиме средствами фото- и киносъемки, видеозаписи. В иных случаях действует общий принцип презумпции невиновности, который означает, что лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность даже в том случае, если оно виновно в совершении вменяемого ему административного правонарушения. При этом отказ лица от доказывания своей невиновности не является свидетельством признания им своей вины и не освобождает судью, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело об административном правонарушении, от бремени доказывания вины данного лица. Вместе с тем положения ч. 3 ст. 1.5 КоАП РФ не исключают для лица, привлекаемого к административной ответственности, возможности по своему желанию доказывать свою невиновность в совершении вменяемого ему административного правонарушения.

Следовательно, бремя доказывания по данному делу мировым судьей распределено неправильно, с существенным нарушением требований ст. 1.5 КоАП РФ и принципа презумпции невиновности, что само по себе, является нарушением права на защиту лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении.

В силу положений ч. 1 и 4 ст. 1.5 КоАП РФ лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Данное положение предусмотрено также нормами Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Учитывая указанные нормы, задачи производства по делам об административных правонарушениях, при рассмотрении дел об административных правонарушениях должно быть обеспечено всестороннее, полное, объективное исследование и оценка в совокупности всех материалов дела, в том числе, представленных лицом, привлеченным к административной ответственности. Содержание ч. 4 ст.1.5 КоАП РФ корреспондирует с содержанием ч. 2 ст.1.5 КоАП РФ, требующей, чтобы вина лица во вмененном ему правонарушении была доказана и установлена. Если имеющиеся доказательства с неоспоримостью не подтверждают вину лица, оставляют неустранимые сомнения в виновности лица, нельзя считать, что вина установлена.

Согласно п. 3 ч. 1. ст. 30.7 КоАП РФ по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении может быть вынесено, в том числе, решение об отмене постановления и о прекращении производства по делу при наличии хотя бы одного из обстоятельств, предусмотренных статьями 2.9, 24.5 настоящего Кодекса, а также при недоказанности обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.

В соответствии с п.2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии хотя бы одного из обстоятельств, указанных в статье, в том числе, в случае отсутствия состава административного правонарушения.

Оценивая все изложенные выше установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу, что допущенные по настоящему делу нарушения требований, предусмотренных КоАП РФ, являются существенными, повлияли на всесторонность и полноту рассмотрения дела, а также законность принятого мировым судьей решения.

Должностным лицом, составившим протокол об административном правонарушении, ФИО2 достоверных, допустимых и неопровержимых доказательств того, что по состоянию на 22 часа 30 минут 23.06.2017 года ФИО1, управляя транспортным средством, находился в состоянии алкогольного опьянения, суду не представлено, освидетельствование на состояние алкогольного опьянения было проведено с существенными нарушениями, исключающими возможность использования результатов освидетельствования на состояние алкогольного опьянения в качестве доказательств, в направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование ему было необоснованно отказано.

Таким образом, доводы ФИО1 о том, что на момент проведения освидетельствования он не находился в состоянии алкогольного опьянения, ничем не опровергнуты.

В соответствии с положением, закрепленным в ч. 4 ст.1.5 КоАП РФ, все сомнения толкуются в пользу лица, привлекаемого к административной ответственности.

На основании вышеизложенного, с учетом обстоятельств, установленных судом при рассмотрении жалобы ФИО1 на постановление от 06.09.2017 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст.12.8 КоАП РФ, суд приходит к выводу о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, поэтому в соответствии с п.3 ч.1 ст. 30.7 КоАП РФ постановление о назначении административного наказания от 06.09.2017 года подлежит отмене, производство по делу – прекращению на основании п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ в связи с отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, судья

решил:

Жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области от 06.09.2017 года удовлетворить.

Постановление мирового судьи судебного участка №1 Казанского судебного района Тюменской области от 06.09.2017 года, которым ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ, и ему назначено административное наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев, отменить, производство по делу прекратить в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

Решение вступает в законную силу немедленно.

Решение изготовлено в печатном варианте 09 октября 2017 года.

Судья:/подпись/

Копия верна.

Подлинник решения подшит в дело № 5-536/2017-1м и хранится судебном участке №1 Казанского судебного района Тюменской области.

Судья Н.В. Первушина