Апелляционное определение № 33АП-1599/2026 от 21 апреля 2026 г.

УИД <номер>

Дело <номер> Судья первой инстанции

Докладчик Васильев О.Д. Касымова А.А.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

22 апреля 2026 года г. Благовещенск

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда в составе:

председательствующего Васильева О.Д.,

судей _

при секретаре _,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО СК «Сбербанк Страхование жизни» о защите прав потребителя,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Благовещенского городского суда Амурской области от 10 февраля 2026 года.

Заслушав доклад судьи Васильева О.Д., представителя ФИО1 ФИО2, действующего на основании доверенности № <номер> от <дата>, изучив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью СК «Сбербанк Страхование жизни» (далее - ООО СК «Сбербанк Страхование жизни», страховая компания) о взыскании страховой выплаты в размере 2 376 152 рубля, штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей». В обоснование требований истец указала, что между страховой компанией и Ф.И.О.3 заключен договор страхования жизни <номер>, страховым риском по которому, в том числе, является смерть застрахованного лица. Ф.И.О.3 умер 1 августа 2024 года. Истец, являясь выгодоприобретателем по указанному договору, обратилась в страховую компанию, однако в страховой выплате было отказано по мотивам непризнания страховым случаем наступившего события (смерть застрахованного лица Ф.И.О.3), поскольку оно произошло в результате заболевания, диагностированного у застрахованного лица до даты заключения договора страхования. Истец, полагая указанное решение ООО СК «Сбербанк страхование жизни» незаконным обратилась с настоящим иском в суд.

Представитель истца на требованиях искового заявления настывал, в дополнение указав, что страховой компанией отказ мотивирован со ссылками на п. 3.3.1.1 Правил страхования ООО СК «Сбербанк страхование жизни» (далее - Правила), однако договор страхования содержит исчерпывающий перечень документов, являющихся неотъемлемой частью договора, и по страховому риску «смерть» не предусматривает исключений их страхового покрытия событий, указанных в пп. 3.3.1 и 3.3.2. Полагает, что данные Правила не являются неотъемлемой частью соглашения сторон и не могут односторонне вводить ограничения, не предусмотренными условиями самого договора страхования. Отказ страховщика от предусмотренного пунктом 2 статьи 945 ГК РФ права провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья с учетом возраста Ф.И.О.3 может и должен расцениваться как недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом), влекущее предусмотренные пунктом 2 статьи 10 ГК РФ последствия. Подписывая декларацию застрахованного лица с перечнем отсутствующих у него заболеваний, Ф.И.О.3 не был ознакомлен с п.п. 3.3.1.1. Правил страхования. Заполняя декларацию застрахованного лица, Ф.И.О.3 мог не помнить диагностирование у него шесть лет ранее гипертонической болезни и иных заболеваний.

Иные лица участия в судебном заседании не принимали.

Представитель ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в письменном отзыве, возражал против удовлетворения искового заявления указав, что, что из представленных документов следует, что заболевание, явившееся причиной смерти, имелось у Ф.И.О.3 до даты заключения договора страхования. В этой связи страховщиком принято решение об отказе в страховой выплате.

Решением Благовещенского суда Амурской области от 10 февраля 2026 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать в удовлетворении исковых требований к ООО СК «Сбербанк Страхование жизни» о защите прав потребителя отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 полагает решение суда принято с нарушением норм материального права, регулирующих правоотношения страхования, в том числе положений ст. ст. 945, 935 ГК РФ и ст. 16 Закона РФ «О защите прав потребителей», поскольку суд необоснованно придал Правилам страхования статус неотъемлемой части договора без доказательств их согласования со сторонами и применения к страховому риску «смерть» без учета действующего законодательства о толковании условий договора, согласно которым при отсутствии соглашения сторон они трактуются буквально в соответствии с текстом договора страхования. Указывает, что в нарушение п. 2 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ в мотивировочной части решения судом не дана оценка доводу стороны истца о ничтожности пункта 3.3. Правил страхования, как ущемляющего права потребителя и нарушающего императивные нормы, предусмотренных пунктами 1, 2 Закона РФ «О защите прав потребителей» во взаимосвязи с требованиями пункта 3 статьи 944 ГК РФ. В заполненной декларации застрахованного лица указано, что сообщение заведомо ложных сведений о существенных обстоятельствах для оценки страхового случая влечет последствия, установленные п. 3.3. Правил страхования. Однако данная формулировка допускает неоднозначное толкование, поскольку не содержит четкого перечня существенных обстоятельств и не исключает возможность ее использования страховщиком как универсального основания для отказа в выплате, что является злоупотреблением права с учётом широкого характера исключений, предусмотренных п. 3.3. названных Правил. Действия страховщика являются недобросовестными в силу ст. 10 ГК РФ, поскольку заключение долгосрочного договора страхования (5 лет) с лицом 64 лет без проверки состояния его здоровья (п. 2 ст. 945 ГК РФ), заполнившим декларацию без должного информирования со стороны страховщика и последующий отказ в выплате на предусмотренные Правилами страхования оговорки под видом исключения из перечня страховых случаев, фактически освобождают страховщика от исполнения обязательств по выплате, что свидетельствуют о недобросовестности его действий и направленности на уклонения от страховой выплаты.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

Лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб извещены надлежащим образом, в связи с чем в соответствии со ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила рассмотреть жалобы в их отсутствие.

Проверив законность и обоснованность решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Из материалов дела следует, что 02 марта 2023 года между Ф.И.О.3 и ПАО «Сбербанк страхование жизни» заключен договор страхования жизни (страховой полис) «Формула жизни» <номер>

Договор страхования заключен на основании Правил страхования № <номер>, утвержденных приказом ООО СК «Сбербанк страхование жизни» от 07 октября 2022 года№ <номер> Условия, содержащиеся в Правилах страхования и не включенные в текст настоящего Страхового полиса, применяются к Договору страхования и обязательны для страхователя (выгодоприобретателя). Договор страхования заключен на основании письменного заявления страхователя, которое является его неотъемлемой частью.

Договор заключен в рамках вида деятельности страховщика «добровольное страхование жизни» и является договором страхования жизни на случай смерти, дожития до определенного возраста или срока либо наступления иного события. Указанный вид договоров предусмотрен подпунктом 1 пункта 1 статьи 32.9 Закона РФ «Об организации страхового дела».

Согласно условиям страхового полиса, страховщиком является ООО СК «Сбербанк страхование жизни», страхователем и застрахованным лицом – Ф.И.О.3 (пункты 1-3 страхового полиса).

Пунктом 4 страхового полиса предусмотрены основные условия страхования, в частности, страховые риски: «дожитие», «смерть», страховая премия по которым определена в размере 1 746 105 рублей, страховая сумма по риску – 2 376 152 рубля, и «смерть от несчастного случая», страховая премия по которому определена в размере 1 311 рублей, страховая сумма по риску – 174 742 рубля.

Страховая премия, размер которой предусмотрен пунктом 6.2 страхового полиса, уплачена страхователем в сумме 1 747 416 рублей, что подтверждается чеком-ордером от 02 марта 2023 года.

Согласно пункту 4.3 страхового полиса события, которые не являются страховыми случаями (исключения из страхового покрытия) и в связи с этим не влекут за собой возникновение у страховщика обязательств осуществить страховую выплату содержатся в настоящем страховом полисе (если предусмотрены) и в Правилах страхования: в п.п. 3.4 – 3.7 Правил, в подп. 3.3.1. Правил.

По настоящему договору страхования установлены формы страховой выплаты, а именно: по всем страховым рискам – в денежной форме (пункт 4.4. Полиса).

Согласно условиям страхового полиса, а именно: пункту 5, выгодоприобретателем по страховому риску «дожитие» является застрахованное лицо – Ф.И.О.3; выгодоприобретателем по страховому риску «смерть», «смерть от несчастного случая» - ФИО1.

В пункте 7 страхового полиса сторонами согласовано условие о сроке действия договора страхования; срок страхования. Так, сроком действия договора и страхования, соответственно, является период с 02 марта 2023 года по 01 марта 2028 года включительно.

Согласно пункту 8.7 страхового полиса к настоящему страховому полису прилагаются и являются его неотъемлемой частью – Информация о выкупной сумме.

Согласно пункту 3.3 Правил страхования <номер>, утв. приказом ООО СК «Сбербанк страхование-жизни» от 07 октября 2022 №<номер> если это прямо предусмотрено соглашением сторон, по страховым рискам «смерть» и «дополнительное страхование жизни на срок» не признаются страховыми случаями (исключения из страхового покрытия) события, указанные в подп. 3.3.1 или в подп. 3.3.2 Правил (в зависимости от того, какой из данных подпунктов будет в таком случае предусмотрен Договором страхования), в частности:

3.3.1. смерть застрахованного лица, наступившая при следующих обстоятельствах:

3.3.1.1. в результате заболевания, диагностированного у застрахованного лица до даты заключения договора страхования, или несчастного случая, произошедшего с застрахованным лицом до даты заключения договора страхования.

В рассматриваемом случае соглашением сторон, а именно: пунктом 4.3 договора страхования (страховой полис) предусмотрены исключения из страхового покрытия, которые не влекут за собой возникновение у страховщика обязательств осуществить страховую выплату, а именно: содержащиеся в настоящем страховом полисе (если предусмотрены) и в Правилах страхования: в п.п. 3.4 – 3.7 Правил, в подп. 3.3.1. Правил.

Согласно декларации застрахованного лица (Приложение к заявлению на заключение договора страхования жизни (страхового полиса) «Формула жизни» <номер> от 02 марта 2023 года), Ф.И.О.3 подтвердил, что не обращался за медицинской помощью и / или у него не диагностированы заболевания, в числе которых, сердечно-сосудистые заболевания или болезни сердца и системы кровообращения (ишемическая болезнь сердца, артериальная гипертония, нарушения сердечного ритма, инфаркт, стенокардия, кардиосклероз, атеросклероз, пороки сердца, сердечная недостаточность, тромбоз, аневризмы сосудов и / или др.). Согласно преамбуле указанной декларации, применительно ко всем страховым рискам, которые будут предусмотрены договором страхования для указанного в настоящей декларации застрахованного лица, к обстоятельствам, имеющим существенное значение для определения вероятности наступления страхового риска, относятся сведения, указанные в настоящей декларации. Сообщение заведомо ложных сведений о существенных обстоятельствах для оценки страхового риска может повлиять на принятие решения о страховой выплате и может стать основанием для признания договора страхования недействительным.

01 августа 2024 года Ф.И.О.3 умер. ФИО1 (супруга умершего) является выгодоприобретателем по страховому риску «смерть» согласно условиям договора страхования (пункт 5 Полиса).

ФИО1 направила в ООО СК «Сбербанк страхование жизни» заявление и документы, касающиеся наступления смерти Ф.И.О.3, застрахованного по договору страхования <номер> от 02 марта 2023 года, на которое получила ответ, содержащий требование предоставить оригиналы или надлежащим образом заверенные копии выписки из амбулаторной карты медицинского учреждения, в которое обращалось застрахованное лицо (Ф.И.О.3) за медицинской помощью, за период с 2018 года по 2023 год, с указанием дат обращений, установленных диагнозов и точных дат их установления, в том числе указать периоды, за которые клиент не обращался.

Согласно выписке из медицинской карты <номер> Ф.И.О.3, выданной зав. отделения ГАУЗ Амурской области «Городская поликлиника № 1» 27 декабря 2024 года, Ф.И.О.3 прикреплен на медицинское обслуживание к ГАУЗ АО «ГП№1» с 2016 года. С этого же времени наблюдался у кардиолога, состоял на учете с диагнозом: Гипертоническая болезнь III стадии, АГ 3 степени, риск IV. ИБС: стабильная стенокардия напряжения II ФК. Желудочковая экстрасистолия 4а градации по Lown. ХСН - ПА, II ФК. Последнее обращение к кардиологу «ГП№1» 22 февраля 2017 года. В период с 2018 по 2023 года обращений в ГАУЗ АО «ГП№1» не было.

<дата> страховщик – ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в адрес Ф.И.О.1 направил ответ, из содержания которого следует, что ООО СК «Сбербанк страхование жизни» принято решение об отказе в страховой выплате, мотивированное тем, что из представленных документов следует, что заболевание, явившееся причиной смерти, имелось у Ф.И.О.3 до даты заключения договора страхования, что является исключением из страхового покрытия.

Учитывая заявленные стороной истца обстоятельства, свидетельствующие о наличии оснований для признания смерти Ф.И.О.3 страховым случаем, а также доводы ответчика о наличии обстоятельств, указывающих об обратном, определением Благовещенского городского суда от <дата> по настоящему гражданскому делу назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза по исследованию медицинских документов, производство которой поручено ГБУЗ «Амурской бюро судебно-медицинской экспертизы».

Согласно заключению эксперта комиссионной судебной медицинской экспертизы № 56, выполненной ГБУЗ АО «Амурской бюро судебно-медицинской экспертизы» причиной смерти Ф.И.О.3 явилась гипертоническая болезнь, которая имелась у него в 2016 году, а в 2024 году привела к ишемическому инсульту и почечной недостаточности. Развившаяся преренальная острая почечная недостаточность (острое повреждение почек) является многофакторным осложнением ишемического инсульта, свидетельствующее о плохом прогнозе. Острое повреждение почек протекало на фоне хронической болезни почек (как проявление гипертонической болезни). Смерть Ф.И.О.3, <дата> года рождения, наступила в результате прогрессирования гипертонической болезни с развитием осложнений – ишемического инсульта и почечной недостаточности (острое повреждение почек на фоне хронической болезни почек) с последующим отеком головного мозга с дислокацией

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что заболевание диагностировано у Ф.И.О.3 задолго до заключения договора, о чем он страховщика не уведомил, имевшееся у страхователя заболевание является исключением из страхового покрытия, поэтому страховой случай не наступил.

Судебная коллегия по гражданским делам Амурского областного суда находит, что с выводами суда первой инстанции согласиться нельзя по следующим основаниям.

Согласно части 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 «О судебном решении», решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61 и 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что суд оценивает доказательства и их совокупность по своему внутреннему убеждению, однако это не предполагает возможность оценки судом доказательств произвольно и в противоречии с законом.

Результаты оценки доказательств суд должен указать в мотивировочной части судебного постановления, в том числе доводы, по которым он отвергает те или иные доказательства или отдает предпочтение одним доказательствам перед другими.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. N 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации» (далее - Закон об организации страхового дела) страхование - отношения по защите интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении определенных страховых случаев за счет денежных фондов, формируемых страховщиками из уплаченных страховых премий (страховых взносов), а также за счет иных средств страховщиков.

Целью организации страхового дела является обеспечение защиты имущественных интересов физических и юридических лиц, Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований при наступлении страховых случаев (пункт 1 статьи 3 Закона об организации страхового дела).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 4 названного закона объектами страхования жизни могут быть имущественные интересы, связанные с дожитием граждан до определенных возраста или срока либо наступлением иных событий в жизни граждан, а также с их смертью (страхование жизни); объектами страхования от несчастных случаев и болезней могут быть имущественные интересы, связанные с причинением вреда здоровью граждан, а также с их смертью в результате несчастного случая или болезни (страхование от несчастных случаев и болезней).

В силу статьи 9 этого же закона страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам (пункт 2), а страховым риском является предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Событие, рассматриваемое в качестве страхового риска, должно обладать признаками вероятности и случайности его наступления (пункт 1).

В силу пункта 1 статьи 934 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию), уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая).

На основании пункта 3 статьи 940 данного кодекса страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования.

Положениями статьи 944 названного выше кодекса предусмотрено, что при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства неизвестны и не должны быть известны страховщику.

Существенными признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в его письменном запросе (пункт 1).

Если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, страховщик не может впоследствии требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем (пункт 2).

Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 этого кодекса (пункт 3).

В силу пункта 2 статьи 945 ГК РФ при заключении договора личного страхования страховщик вправе провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Статьей 959 ГК РФ предусмотрено, что страховщик, уведомленный об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, вправе потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска.

Если страхователь (выгодоприобретатель) возражает против изменения условий договора страхования или доплаты страховой премии, страховщик вправе потребовать расторжения договора в соответствии с правилами, предусмотренными главой 29 данного кодекса (пункт 2).

При неисполнении страхователем либо выгодоприобретателем предусмотренной в пункте 1 данной статьи обязанности незамедлительно сообщить страховщику о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных страховщику при заключении договора, если эти изменения могут существенно повлиять на увеличение страхового риска, страховщик вправе потребовать расторжения договора страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением договора (пункт 5 статьи 453) (пункт 3).

При личном страховании последствия изменения страхового риска в период действия договора страхования, указанные в пунктах 2 и 3 данной статьи, могут наступить, только если они прямо предусмотрены в договоре (пункт 5).

Согласно пункту 4 статьи 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Подпунктом 2 пункта 2 статьи 942 названного кодекса предусмотрено, что при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая).

В соответствии с пунктом 1 статьи 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условиями договора страхования предусмотрено ограниченное страховое покрытие и предоставляется только при условии отсутствия у застрахованного лица заболеваний, указанных в декларации застрахованного лица, что прямо следует и преамбулы декларации.

Действительно, как установлено судом первой инстанции и следует из медицинской карты <номер> пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, Ф.И.О.3, осмотра терапевта (первичный прием) 01 декабря 2016 года, осмотра кардиолога: первичный прием – 08 декабря 2016 года, повторный прием – 28 декабря 2016 года и 02 февраля 2017 года, медицинского заключения МБУЗ «Городская клиническая больница» от 21 декабря 2016 года, выписного эпикриза <номер> отделения кардиологии ГАУЗ АО «Благовещенская городская клиническая больница» (период лечения с 12.01.2017 года по 26.01.2017 года), Ф.И.О.3 установлен диагноз «Гипертоническая болезнь III стадии, АГ 3 степени, риск IV. ИБС: стабильная стенокардия напряжения II ФК. Желудочковая экстрасистолия 4а градации по Lown. ХСН - ПА, II ФК».

Таким образом, до начала действия договора страхования ФИО3 страдал сердечно-сосудистым заболеванием, а именно: в 2016 году после обследования ему установлен указанный выше диагноз.

При таких обстоятельствах факт наличия у застрахованного лица заболевания, при котором Условиями страхования предусмотрено ограниченное страховое покрытие, подтверждается имеющейся в материалах дела медицинской документацией.

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора», условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Согласно пункту 45 этого же постановления при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).

Кроме того, статьей 10 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» на исполнителя возлагаются дополнительные обязанности по предоставлению потребителю в доступной форме необходимой и достоверной информации об услуге, обеспечивающей возможность правильного ее выбора.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что условия договора личного страхования должны толковаться с учетом его цели и существа законодательного регулирования этих отношений, а все противоречия, неясности и сомнения подлежат толкованию в пользу гражданина-потребителя, в том числе выгодоприобретателей и правопреемников.

В частности, для сходных правоотношений в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 г. N 19 "О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества" разъяснено, что исходя из положений пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон договора страхования имущества, в связи с чем к условиям договора помимо перечисленных в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации могут быть отнесены и другие условия (в частности, территория использования или место нахождения застрахованного имущества; перечень случаев, которые не могут быть признаны страховыми (например, управление транспортным средством лицом, не допущенным к управлению в рамках договора добровольного страхования транспортного средства; угон транспортного средства с оставленными регистрационными документами, если в соответствии с договором страхования страховым риском является кража или угон транспортного средства без документов и (или) ключей).

Стороны вправе включать в договор добровольного страхования имущества (страховой полис) перечень страховых событий и исключений из него, условия о способе расчета убытков, подлежащих возмещению при наступлении страхового случая, и другие условия, если они не противоречат действующему законодательству, в частности не ущемляют права потребителя (статья 16 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 "О защите прав потребителей").

При этом в пункте 16 этого же постановления указано, что по общему правилу при неясности условий договора страхования, изложенных в полисе и правилах страхования, и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия (часть 2 статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной является страховщик как лицо, профессионально осуществляющее деятельность в страховой сфере.

Таким образом, при заключении договора личного страхования в нем должно быть определено событие (страховой случай), связанное с причинением вреда жизни или здоровья страхователя или иного названного в договоре гражданина, с наступлением которого страховщик обязуется уплачивать страхователю или выгодоприобретателю единовременно или периодическими платежами страховую сумму.

При этом страховой риск и обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков, подлежат определению при заключении договора с последующей обязанностью страхователя (выгодоприобретателя) сообщать об изменениях в этих обстоятельствах.

Страховщик может воспользоваться правом на оценку страхового риска путем обследования страхуемого лица для оценки состояния его здоровья либо оговорить в стандартной форме договора страхования (страхового полиса) или в письменном запросе обстоятельства, имеющие существенное значение для оценки страхового риска, о наличии или отсутствии которых страхователь обязан сообщить при заключении договора страхования.

В случае неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон толкование условий договора осуществляется в пользу гражданина-потребителя, заключившего договор с профессиональным страховщиком.

Фактически, это означает, что стороны для заключения договора должны, во-первых, изъявить желание на его заключение, во-вторых, прийти к общему соглашению по поводу условий договора, т.е. выдержать баланс интересов, который бы устроил всех при его заключении.

Между тем, декларация застрахованного лица, являющаяся неотъемлемым приложением к заявлению на заключение договора страхования жизни (страхового полиса) «Формула жизни» <номер> от 2 марта 2023 года, действительно не содержит в себе указание на наличие у застрахованного лица Ф.И.О.3 заболеваний сердца, в том числе гипертоническую болезнь.

Однако, как следует из материалов дела, она была заполнена страховщиком за страхователя автоматически, путем проставления машинописном виде показателя «нет» при ответе на вопросы, связанные с основаниями наличия повышенного риска причинения вреда здоровью застрахованного лица, а также его смертью в результате болезни, после чего передано Ф.И.О.3 на подписание совместно с включением в него права страховщика на проведение медицинского осмотра / обследования застрахованного лица персональных данных.

При этом, из указанной декларации не следует, что застрахованному лицу были надлежащим образом разъяснены правовые последствия заполнения декларации, в том числе значение ответов на вопросы о заболеваниях, относящихся к исключениям из страхового покрытия.

Содержание декларации само по себе не свидетельствует о согласовании сторонами безусловно и заранее определенного перечня обстоятельств, исключающих страховое покрытие, поскольку включение в декларацию общих положений о том, что указанные в ней сведения имеют значение для оценки страхового риска, носит декларативный характер и не подменяют собой условия договора страхования.

При таких обстоятельствах указанная декларация не может являться надлежащим доказательством сообщения им (Ф.И.О.3) сведений о состоянии здоровья, поскольку она была заполнена не самим застрахованным лицом, а формально подписана лишь в конце документа, без указания застрахованным лицом, вносившим в нее данных, поскольку содержала утвердительные ответы страхователя об отсутствии каких-либо заболеваний, без возможности каким-либо образом повлиять на содержание его условий.

Кроме того, из декларации следует, что внесенные в нее сведения в том числе об артериальном давлении и иных показателях здоровья, были внесены без фактической их проверки при подписании, в связи с чем нельзя считать, что застрахованному лицу надлежащим образом были разъяснены и согласованы все содержащиеся в декларации сведения.

Доказательств наличия у Ф.И.О.3 возможности выбора вариантов ответов в материалы дела не представлено.

Ввиду того, что порядок заключения договора страхования определен самим страховщиком, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере и требующей специальных познаний, именно на ООО СК «Сбербанк Страхование» лежит риск недостатков формы договора для целей определения действительного волеизъявления страхователя.

Более того, согласно указанной декларации, одновременно с заявлением страховщик вправе потребовать у страхователя документы, подтверждающие сведения, изложенные в заявлении, а также документы, необходимые для оценки риска страховщиком. Перечень этих документов не является ограниченным.

Также, в указанной декларации установлено, что при страховании страховщик вправе попросить заявителя пройти медицинское обследование и представить документы, подтверждающие состояние его здоровья, о чем страховщик уведомляет страхователя о таких условиях заключения договора страхования и порядке их выполнения.

Указанные положения, совместно с обстоятельствами подписания заявления, определенно заслуживают внимания, поскольку именно страховщик, имея подобного рода возможность, при заключении договора страхования не предлагал Ф.И.О.3 пройти медицинское освидетельствование, что свидетельствует о том, что он осознавал риски, связанные с тем, что лицо, подписывающее договор страхования, подтверждает недостоверную информацию по причине незнания или отсутствия полной информации о своих заболеваниях.

По мнению судебной коллегии, указанные обстоятельства не могут свидетельствовать о согласовании с застрахованным лицом правильности полученных ответов на поставленные вопросы, и, соответственно, не могут быть бесспорным доказательством прямого умысла в сокрытии сведений о состоянии здоровья страховщика, поскольку имевшееся у застрахованного лица заболевание диагностированное в 2016 году, при отсутствии в период до заключения договора страхования обращений застрахованного лица с жалобами на состояние здоровья (отсутствие в медицинской документации обращений Ф.И.О.3 в медицинские учреждения), и заключение договора страхования в 2023 года с подписанием декларации в которой перечислены заболевания не входящие в страховое покрытие свидетельствует о том, что застрахованное лицо могло не придавать значение формально заполненной страховщиком декларации и не осознавать правового значения содержащихся в ней вопросов и ответов.

При этом в материалах дела не имеется доказательств, подтверждающих умышленное сокрытие Ф.И.О.3 каких-либо сведений о наличии у него заболевания от страховой компании.

В связи с этим, а также учитывая отсутствие доказательств, подтверждающих, что до страхователя была доведена информация о заключении договора на условиях только ограниченного покрытия, судебная коллегия приходит к выводу о том, что Страховщик заключил с Ф.И.О.3 договор личного страхования на условиях стандартного страхового покрытия, включающего в качестве страхового случая смерть застрахованного лица по любой причине, трактуя при этом условия договора в пользу гражданина-потребителя, как более слабой стороны договора.

Согласно условиям договора, страховая сумма по риску «Смерть застрахованного лица по любой причине» составляет 2 376 152 рублей.

При таких обстоятельствах, поскольку смерть Ф.И.О.3 является страховым случаем, и страховщиком необоснованно отказано выгодоприобретателю по договору Ф.И.О.1 в выплате страхового возмещения, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для взыскания указанной суммы с ответчика в пользу истца.

При разрешении требований истца о взыскании штрафа в соответствии с п. 6 ст. 13 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07 февраля 1992 N 2300-1 (далее - Закона РФ «О защите прав потребителей»), судебная коллегия исходит из следующего.

В преамбуле Закона РФ «О защите прав потребителей» установлено, что потребителем является гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, продавцом - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, реализующие товары потребителям по договору купли-продажи, импортером - организация независимо от организационно-правовой формы или индивидуальный предприниматель, осуществляющие импорт товара для его последующей реализации на адрес.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.

Как следует из пп. «а» п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что, исходя из преамбулы названного закона и ст. 9 Федерального закона от 26 января 1996 года N 15-ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю Законом о защите прав потребителей и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).

По смыслу приведенных положений закона и акта его толкования, в результате заключения договора страхования гражданин, заказавший и оплативший соответствующую финансовую услугу, его наследники и выгодоприобретатели, как лица, использующие приобретенные вследствие таких отношений услуги на законном основании, являются потребителями услуги страхования, в связи с чем на возникшие правоотношения распространяется Закон о защите прав потребителей.

После смерти Ф.И.О.3 к выгодоприобретателю Ф.И.О.1 перешло право требовать исполнения договора страхования жизни, а, следовательно, на отношения между Ф.И.О.1 и страховщиком распространяется действие Закона РФ «О защите прав потребителей», в том числе в части взыскания штрафа.

В соответствии с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Таким образом, с ответчика ООО СК «Сбербанк страхование жизни» в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 1 188 076 рубля (2 376 152 /2).

Исходя из положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета местного бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 20 080,76 рубль.

Руководствуясь статьями 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

Решение Благовещенского городского суда Амурской области от 10 февраля 2025 года отменить.

Исковые требования ФИО1 удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью СК «Сбербанк страхование жизни» (ИНН <номер>, ОГРН <номер>) в пользу ФИО1, <дата> года рождения (паспорт <номер>, выдан <дата> ОВД города Благовещенск, код подразделения 280-002) сумму страхового возмещения в размере 2 376 152 рубля, штраф в размере 1 188 076 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью СК «Сбербанк страхование жизни» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 20 080,76 рублей.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение в окончательной форме изготовлено 22 апреля 2026 года