Апелляционное постановление № 22-961/2024 от 19 июня 2024 г. по делу № 1-220/2024

Судья Сокольская Е.В.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е уголовное

дело № 22-961/2024
г. Астрахань
20 июня 2024 г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Торчинской С.М.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Рябовой О.Н.,

с участием:

государственного обвинителя прокурора апелляционно-кассационного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Астраханской области Твороговой Д.Р.,

осуждённого ФИО1,

защитника в лице адвоката Астраханской региональной коллегии адвокатов «Дело-Лекс» Умеровой Г.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам адвоката Умеровой Г.М. в интересах осуждённого ФИО1, представителя заинтересованного лица С.Е.Г. – Б.С.А. на приговор Кировского районного суда <адрес> от 24 апреля 2024 г.,

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Кировского районного суда <адрес> от 24 апреля 2024 г.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес><адрес>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 2641 УК РФ к штрафу в размере 250000 рублей, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года;

автомобиль марки «AUDI Q7», государственный регистрационный знак № регион, принадлежащий ФИО1, конфискован;

арест, наложенный на автомобиль марки «AUDI Q7», государственный регистрационный знак № регион, принадлежащий ФИО1, сохранен до конфискации, после конфискации постановлено арест отменить;

разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

По приговору суда ФИО1 признан виновным и осуждён за управление автомобилем в состоянии опьянения 16 ноября 2023 г. в <адрес>, будучи подвергнутым административному наказанию за невыполнение законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО1 вину признал полностью, по его ходатайству уголовное дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства.

В апелляционной жалобе представитель заинтересованного лица С.Е.Г. – Б.С.А. не соглашается с приговором суда в части применённой судом первой инстанции конфискации имущества в виде автомобиля марки AUDI Q7, государственный регистрационный знак № регион, по причине неправильного применения судом уголовного закона.

Указывает, что преступление совершено ФИО1 16 ноября 2023 г. на транспортном средстве, которое приобреталось ФИО1 7 августа 2020 г. в ООО «Рольф» (<адрес>) на основании договора лизинга (финансовой аренды) №АСТ-АСД/05/2020 от 7 августа 2020 г., заключенного между ФИО1 (Лизингополучатель) и ООО «РЕСО-Лизинг» (Лизингодатель) в отношении указанного автомобиля, срок лизинга по договору - до 31 августа 2025г.. На основании предварительного договора купли-продажи транспортного средства от 9 января 2024 г., заключенного между ФИО1 (Продавец) и С.Е.Г. (Покупатель), стороны договорились заключить основной договор купли-продажи транспортного средства - автомобиля марки AUDI Q7, в счёт оплаты стоимости которого в размере 2 187 441, 05 рубля, С.Е.Г. оплатил по договору лизинга №АСТ- АСД/05/2020 от 7 августа 2020 г. на счёт Лизингодателя - ООО «РЕСО-Лизинг» в погашение остатка задолженности, выкупной стоимости за Лизингополучателя по договору.

Отмечает, что С.Е.Г. был допрошен в рамках предварительного расследования по настоящему уголовному делу в качестве свидетеля, однако его показания не были приняты судом во внимание при принятии решения о конфискации автомобиля, принадлежащего С.Е.Г..

Утверждает, что обязательства Лизингополучателя ФИО1, по договору лизинга №АСТ-АСД/05/2020 от 7 августа 2020 г., заключенного между ФИО1 (Лизингополучатель) и ООО «РЕСО-Лизинг» (Лизингодатель), исполнены в полном объёме 9 января 2024 г., путём производства оплаты С.Е.Г. в размере 2 187 441, 05 рубля, который на основании заключенного в соответствии с предварительным договором купли-продажи транспортного средства от 9 января 2024 г., договора купли-продажи автотранспортного средства от 16 января 2024 г. является в настоящее время собственником указанного транспортного средства.

Полагает, что на момент совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2641 УК РФ при управлении автомобилем марки AUDI Q7 16 ноября 2023 г., ФИО1 не являлся собственником указанного автомобиля в соответствии со ст.ст. 209, 223 ГК РФ, поскольку автомобиль являлся предметом договора лизинга, т.е. являлся собственностью Лизингодателя — ООО «PECO Лизинг», а на момент вынесения судом обжалуемого приговора от 24 апреля 2024 г. ФИО1 уже не являлся собственником указанного автомобиля, в связи с чем, в отношении данного автотранспортного средства не могла быть применена его конфискация в соответствии с положениями п. «д» ч. 1 ст. 1041 УК РФ.

Просит отменить приговор в части конфискации имущества в виде автомобиля марки AUDI Q7.

В апелляционной жалобе адвокат Умерова Г.М., действующая в интересах осуждённого ФИО1, также не соглашается с приговором суда в части примененной к ФИО1 дополнительной меры, а именно конфискации автомобиля, по причине неправильного применения уголовного закона, в связи с чем, считает, что приговор подлежит изменению.

Указывает, что преступление ФИО1 совершено 16 ноября 2023 г. на автомобиле, который им был приобретен в Московской области для осуществления предпринимательской деятельности в ООО «Рольф» по договору лизинга (финансовой аренды) от 7 августа 2020 г., заключенного между ФИО1 (Лизингополучатель) и ООО «PECO-Лизинг» (Лизингодатель). Срок лизинга по договору - до 31 августа 2025 г.

Отмечает, что уголовное дело судом рассмотрено в порядке особого производства, и доказательства отсутствия у ФИО1 права собственности на автомобиль, суд не исследовал, хотя они в материалах дела имеются. Также утверждает, что судом не установлено обстоятельств, указывающих на формальность отчуждения автомобиля С.Е.Г..

Утверждает, что ФИО1 (Лизингополучатель) обязательства по договору лизинга исполнил в полном объёме 9 января 2024 г., путём произведенного взаимозачета С.Е.Г. за ФИО1 по договору первоначального договора купли - продажи от 9 января 2024 г. в размере 2 187 441, 05 рубля, после чего, на основании договора купли-продажи автомобиля от 16 января 2024 г. заключенного между ФИО1 и С.Е.Г. и дополнительному к нему соглашению от 18 января 2024 г. автомобиль перешел в собственность С.Е.Г..

Считает, что на момент совершения ФИО1 преступления, конфискованный судом автомобиль не являлся его собственностью, а находился у последнего во временном владении и пользовании, ввиду заключенного договора лизинга, то есть на момент вынесения приговора уже находился в собственности С.Е.Г..

Обращает внимание, что договор купли-продажи автомобиля от 16 января 2024 г., заключенный между ФИО1 и С.Е.Г. недействительным, ничтожным не признан, в судебном порядке сторонами, либо иными лицами не оспорен.

Полагает, что при установлении факта отсутствия права собственности у ФИО1 на указанный автомобиль, судом в отношении последнего может быть применена дополнительная мера - конфискация в отношении иного имущества, принадлежащего ему на праве собственности.

Просит приговор изменить, исключить из его резолютивной части конфискацию имущества в виде автомобиля марки «AUDI Q7».

На вышеуказанные апелляционные жалобы государственным обвинителем, участвовавшим по делу, ФИО2 были принесены возражения, в которых она отмечает, что принятое судом первой инстанции решение о конфискации транспортного средства является законным и обоснованным, принятым в соответствии с требованиями уголовного закона.

В суде апелляционной инстанции адвокат Умерова Г.М., осуждённый ФИО1, а также заинтересованное лицо С.Е.Г. доводы апелляционных жалоб поддержали, просили изменить приговор суда в части разрешения вопроса о конфискации имущества.

Государственный обвинитель Творогова Д.Р. возражала против удовлетворения доводов апелляционных жалоб, просила приговор оставить без изменения.

Изучив доводы апелляционных жалоб и возражений на них, проверив материалы дела и представленные документы, выслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Уголовное дело в отношении ФИО1 рассмотрено в соответствии с положениями главы 40 УПК РФ, регламентирующей особый порядок принятия судебного решения при согласии обвиняемого с предъявленным обвинением.

Как следует из материалов уголовного дела, требования, предусмотренные ст.ст. 314-316 УПК РФ о порядке проведения судебного заседания и постановления приговора, судом соблюдены.

Ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства ФИО1 заявил в ходе ознакомления с материалами дела в соответствии с требованиями ст. 217 УПК РФ, в присутствии защитника.

Из протокола судебного заседания следует, что предусмотренные законом права ФИО1 судом разъяснены, он поддержал свое ходатайство о рассмотрении дела в порядке особого производства. С обвинением осужденный был согласен в полном объеме, признал себя виновным в совершении преступления. Ходатайство о проведении судебного разбирательства в особом порядке заявил добровольно, после консультации с защитником. Последствия вынесения приговора при особом порядке судебного разбирательства ФИО1 были разъяснены.

Участники судебного процесса не возражали против рассмотрения дела в порядке особого производства.

Вывод суда о виновности ФИО1 в содеянном, основан на имеющихся в деле доказательствах, и сомнений не вызывает.

Суд, удовлетворив ходатайство осужденного ФИО1 о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, убедившись в том, что предъявленное ему обвинение является обоснованным и подтверждается собранными по делу доказательствами, обоснованно пришёл к выводу о виновности ФИО1 и правильно квалифицировал его действия по ч. 1 ст. 2641 УК РФ.

При расследовании уголовного дела органами предварительного следствия и при рассмотрении дела судом нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение приговора, не допущено.

Наказание ФИО1 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО1, смягчающих обстоятельств: признания вины, наличия на иждивении ребенка, состояния здоровья, наличия благодарностей и положительных характеристик.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Решение о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде штрафа, является правильным и в приговоре надлежаще мотивировано. Размер основного наказания в виде штрафа и дополнительное наказание назначены судом в соответствии с требованиями уголовного закона и не являются несправедливыми.

Оснований для применения положений ст. 64 УК РФ суд обоснованно не нашел, не усматривает их и суд апелляционной инстанции.

Решение о судьбе вещественных доказательств судом принято в соответствии с законом.

Вместе с тем, доводы апелляционных жалоб относительно не обоснованного применения судом первой инстанции положений п. «д» ч. 1 ст. 1041 УК РФ заслуживают внимание.

Согласно п. 5 ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать обоснование принятых решений по вопросам, указанным в статье 299 УПК РФ.

В силу п... . 10.1 ч. 1 ст. 299 УПК РФ, при постановлении приговора суд разрешает вопросы о доказанности того, что имущество, подлежащее конфискации, получено в результате совершения преступления или является доходами от этого имущества либо использовалось или предназначалось для использования в качестве орудия преступления либо для финансирования терроризма, экстремистской деятельности, организованной группы, незаконного вооруженного формирования, преступного сообщества.

При постановлении приговора судом принято решение о конфискации принадлежащего ФИО1 автомобиля марки «AUDI Q7» с государственным регистрационным знаком <***> регион, и сохранении ареста, наложенного на него, до исполнения приговора суда в этой части.

С решением суда первой инстанции в данной части нельзя согласиться по следующим основаниям.

Так, в силу требований п. «д» ч. 1 ст. 1041 УК РФ конфискации, то есть принудительному и безвозмездному изъятию и обращению в собственность государства на основании обвинительного приговора, подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст. 2641 УК РФ. Указанная норма является императивной и подлежит безусловному применению.

По смыслу уголовного закона применение положений п. «д» ч. 1 ст. 1041 УК РФ не зависит от условий жизни и материального положения осужденного, для ее применения необходимо наличие совокупности двух условий: транспортное средство принадлежит обвиняемому и оно использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ст. 2641, 2642, или 2643 УК РФ.

Как следует из разъяснений, изложенных в п. п. 3(1) - 3(3) Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 г. №17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве» (в редакции от 12 декабря 2023 г.), в силу положений п. п. "г" и "д" ч. 1 ст. 1041 УК РФ орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, транспортное средство, которое было использовано обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного ст. 2641, 2642, или 2643 УК РФ, подлежат конфискации при условии, что они принадлежат обвиняемому. Для целей главы 151 УК РФ принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц, в том числе в совместной собственности супругов. По смыслу п. 8 ч. 1 ст. 73 УПК РФ факт принадлежности обвиняемому орудий, оборудования или иных средств совершения преступления, транспортного средства, использованного обвиняемым при совершении преступления, предусмотренного ст. 2641, 2642, или 2643 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств (показаний свидетелей, документов, подтверждающих приобретение имущества, и др.). При этом следует учитывать, что исходя из положений п. 1 ст. 223 ГК РФ право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства, а не с момента государственной регистрации уполномоченным органом, если иное не предусмотрено законом или договором. В тех случаях, когда, например, по делу о преступлении, предусмотренном ст. 2641, 2642, или 2643 УК РФ, представленные обвиняемым сведения об отчуждении транспортного средства, использованного при совершении такого преступления, опровергаются исследованными материалами дела (протоколами осмотра и выемки транспортного средства по месту его хранения обвиняемым, показаниями свидетелей или документами, указывающими на отсутствие факта передачи денежных средств обвиняемому и (или) передачи самого транспортного средства другому участнику договора, и т.п.) и судом будет установлено, что транспортное средство продолжает принадлежать обвиняемому, оно также подлежит конфискации. Судам следует иметь в виду, что исходя из требований ст. ст. 1041 и 1042 УК РФ конфискация имущества, в том числе транспортного средства согласно п. "д" ч. 1 ст. 1041 УК РФ, подлежит обязательному применению при наличии оснований и соблюдении условий, предусмотренных нормами главы 151 УК РФ.

Приведенные требования закона судом первой инстанции не были соблюдены.

Как следует из материалов дела и установлено судом, о чем прямо указано при описании преступного деяния, признанного доказанным, и не оспаривается участниками процесса, ФИО1 при совершении преступления 16 ноября 2023 г. использовал автомобиль марки «AUDI Q7», с государственным регистрационным знаком № регион.

Однако с выводами суда первой инстанции о том, что данный автомобиль в момент совершения преступления, а именно 16 ноября 2023 г. являлся собственностью ФИО1, суд апелляционной инстанции не может согласиться.

Согласно свидетельству о регистрации транспортного средства, имеющегося в материалах уголовного дела (т.1 л.д. 32), действительно ФИО1 указан в качестве собственника спорного автомобиля. Однако в нем имеются особые отметки о временном учете транспортного средства до 31 августа 2025 г., в связи с наличием договора лизинга от 7 августа 2020 г.

По сообщению УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно сервиса Федеральной информационной системы Госавтоинспекции МВД России, по состоянию на 16 ноября 2023 г. автомобиль марки «AUDI Q7» с государственным регистрационным знаком № регион, 2020 года выпуска, идентификационный номер (№, на основании договора лизинга №АСТ-АСД/05/2020/ от 7 августа 2020 г., зарегистрирован за ООО «РЕСО-Лизинг» (Лизингодатель), лизингополучатель - ФИО1. Срок временной регистрации до 31 августа 2025 г. (т.2 л.д.56)

При этом, согласно данному договору лизинга за №АСТ-АСД/05/2020/ от 7 августа 2020 г., спорный автомобиль (являющийся «предметом лизинга») был приобретен в собственность ООО «РЕСО-Лизинг» (Лизингодатель), у выбранного ИП ФИО1 (Лизингополучателем) продавца – ООО «РОЛЬФ» (п.1.1.), и передан во временное владение и пользование (лизинг) ФИО1 на срок до 31 августа 2025 г. (п.2.1.) на основании трехстороннего акта приема-передачи от 14 августа 2020г. (т. 1 л.д.126-140).

Согласно п. 4 указанного договора, государственная регистрация имущества в органах ГИБДД МВД РФ осуществляется на имя Лизингополучателя (ФИО1) на срок в соответствии с п. 2.1. Договора лизинга, то есть на срок – до 31 августа 2025 г..

Кроме того, в соответствии с п.7.1. вышеуказанного Договора лизинга, имущество переходит в собственность Лизингополучателя (ИП ФИО1) по истечении срока Договора (31 августа 2025 г.) или до его истечения при условии выполнения Лизингополучателем (ИП ФИО1) всех обязательств перед Лизингодателем (ООО «РЕСО-Лизинг»), предусмотренных Договором.

Из приложения № к вышеуказанному Договору лизинга, также следует, что имущество («Предмет лизинга») является собственностью Лизингодателя п.1.1., п. 3.1..

В силу п. 1.4. вышеуказанного Договора лизинга, п.3.1. приложения № к нему, Лизингополучатель (ИП ФИО3) является лишь балансодержателем данного имущества.

Таким образом, по условиям вышеуказанного договора лизинга, лизингодатель, а именно ООО «РЕСО-Лизинг» приобрел в собственность указанное лизингополучателем – ИП ФИО1 имущество – спорный автомобиль и предоставил лизингополучателю это имущество за плату во временное владение и пользование.

Согласно ст. 11 Федерального закона от 29 октября 1998г. № 164-ФЗ (в редакции от 28 апреля 2023 г.) "О финансовой аренде (лизинге)", предмет лизинга, переданный во временное владение и пользование лизингополучателю, является собственностью лизингодателя. Право владения и пользования предметом лизинга переходит к лизингополучателю в полном объеме, если договором лизинга не установлено иное. Право лизингодателя на распоряжение предметом лизинга включает право изъять предмет лизинга из владения и пользования у лизингополучателя в случаях и в порядке, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации и договором лизинга.

Вышеуказанное положение Федерального закона согласуется с положениями ч. 1 ст. 665 ГК РФ, согласно которой по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование.

Из имеющихся материалов дела, следует, что право собственности ФИО1 на спорный автомобиль возникло при подписании документов о закрытии договора лизинга 12 января 2024 г., в связи с выкупом имущества - автомобиля ФИО1. Согласно п.1.3. договора №АСТ-АСД/01/2024 от 12 января 2024 г., ООО «РЕСО-Лизинг» («Продавец») передало в собственность ИП ФИО1 («Покупатель») спорный автомобиль за 2066322,90 рубля. (т.1 л.д.141-146)

Согласно письма ООО «РЕСО-Лизинг» от 30 мая 2024г., договор лизинга закрыт 12 января 2024 г. в связи с выкупом имущества лизингополучателем ФИО1. (т.2 л.д.55)

Таким образом, суд, верно установив, что ФИО1 в соответствии с договором купли-продажи от 12 января 2024 г. перешло право собственности на транспортное средство, которое использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 2641 УК РФ, не приняв во внимание, вышеприведенные положения Договора лизинга от 7 августа 2020 г. о принадлежности автомобиля до заключения договора от 12 января 2024 г. лизингодателю – ООО «РЕСО-Лизинг», ссылаясь на требования п. «д» ч. 1 ст. 1041 УК РФ пришел к выводу о конфискации указанного автомобиля и обращении его в собственность государства, в то время как на момент совершения преступления спорный автомобиль ФИО1 не принадлежал, в том числе исходя из положений ГК РФ о том, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, то есть собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом. (п.п. 1, 2 ст. 209 ГК РФ).

А как следует, из условий договора лизинга, ФИО1 автомобиль был передан во временное владение и пользование, и в соответствии с его условиями он не мог распоряжаться им как своим собственным.

То обстоятельство, что на момент постановления приговора и разрешения судом вопроса о конфискации автомобиля, а также о сохранении ареста наложенного на него, автомобиль не находился в лизинге, не может являться основанием для его конфискации, так как в силу требований уголовного закона конфисковано может быть лишь то транспортное средство, которое именно в момент совершения преступления являлось собственностью виновного.

Не могло являться основанием для конфискации транспортного средства и то обстоятельство, что транспортное средство было передано ФИО1 еще 14 августа 2020 г., поскольку в данном случае право собственности у него возникло не с момента его фактической передачи, а в соответствии с вышеприведенными положениями закона после его выкупа в 2024 г.. (ч. 1 ст. 223 ГК РФ)

Таким образом, доводы апелляционных жалоб суд апелляционной инстанции признает обоснованными и являющимися основанием для отмены решения суда в части конфискации автомобиля и освобождения транспортного средства от ареста, наложенного в рамках предварительного следствия по уголовному делу.

Иных оснований для отмены или изменения приговора суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 38920, 38928, 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Кировского районного суда г. Астрахани от 24 апреля 2024г. в отношении ФИО1 в части конфискации автомобиля марки «AUDI Q7» с государственным регистрационным знаком № регион, коричневого цвета, 2020 года выпуска, идентификационный номер №, и обращения его в пользу государства отменить, указанный автомобиль, возвратить по принадлежности.

Снять арест, наложенный постановлением Кировского районного суда г. Астрахани от 17 января 2024 г. на автомобиль марки «AUDI Q7» с государственным регистрационным знаком № регион, коричневого цвета, 2020 года выпуска, идентификационный номер №.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката и представителя заинтересованного лица - удовлетворить.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу.

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе заявить ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, а также вправе пригласить защитника по своему выбору или ходатайствовать о назначении ему защитника.

Председательствующий подпись С.М. Торчинская