Решение № 2-2210/2017 2-2210/2017~М-1774/2017 М-1774/2017 от 10 сентября 2017 г. по делу № 2-2210/2017

Дело №2-2210/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 сентября 2017 года г. Старый Оскол

Старооскольский городской суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Зайцевой Ю.М.,

при секретаре судебного заседания Яковлевой А.С.,

с участием помощника Старооскольского городского прокурора Ярославцевой В.Ф.,

истца ФИО1, представителей ответчика – Бюджетного учреждения здравоохранения Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница №1» (далее – БУЗ ВО ВОКБ №1) ФИО2 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ № сроком по ДД.ММ.ГГГГ), ФИО3 (доверенность от ДД.ММ.ГГГГ сроком на один год),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница №1» о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, взыскании причиненных убытков, неустойки, штрафа и признании недействительным п.7.2 договора №8/2041 от 19.01.2016 года,

У С Т А Н О В И Л:

19.01.2016 года истец заключил с БУЗ ВО ВОКБ №1 договор №8/241 на оказание платных медицинских услуг, в соответствии с которым ему была проведена ДД.ММ.ГГГГ артроскопическая операция <данные изъяты>

Дело инициировано иском ФИО1, просившего, с учетом увеличения размера исковых требований, взыскать в его пользу с БУЗ ВО ВОКБ №1 компенсацию морального вреда в размере 500000 рублей, убытки, понесенные в связи с некачественным оказанием платной медицинской помощи в сумме 187659 рублей 80 копеек, неустойку (пеню) за отказ в удовлетворении требований потребителя в сумме 187659 рублей 80 копеек, штраф в соответствии со ст.13 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года №2300-1 «О защите прав потребителей»; признать п.7.2 договора №8/241 на оказание платных медицинских услуг от 19.01.2016 года, заключенного с БУЗ ВО ВОКБ №1 недействительным и не соответствующим закону.

В обоснование требований сослался на то, что после проведенной ответчиком операции появилось осложнение в виде <данные изъяты>, неоднократно производились пункции <данные изъяты>.

Вследствие ухудшения состояния здоровья он обращался за консультациями к оперировавшему его врачу, однако состояние здоровья не улучшалось.

Вынужден был соблюдать постельный режим, постоянно испытывал сильную физическую боль, качество его жизни значительно снизилось.

После повторной <данные изъяты> операции, проведенной в ЦИТО им. Н.Н. Приорова, воспалительные процессы в <данные изъяты> прекратились, состояние значительно улучшилось, в настоящее время передвигается без костылей и трости.

Полагает, что специалистами БУЗ ВО ВОКБ №1 ему была оказана некачественная медицинская помощь, в результате которой он чуть не стал инвалидом, несколько месяцев был ограничен в передвижении, проходил длительное бесполезное лечение, принимал медицинские препараты, которые оказывали вредное воздействие на организм, перенес более 10 проколов в <данные изъяты>, испытывал нравственные и физические страдания, вынужден был повторно перенести наркоз и хирургическое вмешательство.

Полагает, что оспариваемый им п.7.2 договора на оказание платных медицинских услуг ущемляет его права как потребителя по сравнению с правилами, установленными законами и иными правовыми актами.

В судебном заседании истец ФИО1 требования поддержал.

Представители БУЗ ВО ВОКБ №1 ФИО2 и ФИО3 иск не признали.

В обоснование возражений сослались на то, что БУЗ ВО ВОКБ №1 была оказана ФИО1 качественная медицинская помощь, отвечающая всем необходимым нормам и стандартам.

Развившиеся в послеоперационном периоде у ФИО1 последствия являются самостоятельным заболеванием, которое не связано с особенностями проведенного консервативного и хирургического лечения, что исключает причинно-следственную связь между действиями ответчика и ухудшением состояния здоровья истца.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, с учетом заключения прокурора Ярославцевой В.Ф., полагавшей необходимым отказать истцу в удовлетворении заявленных требований, суд признает иск подлежащим удовлетворению в части признания недействительным п.7.2 договора №8/2041 от 19.01.2016 года, в остальной части – необоснованным и подлежащим отклонению, по следующим основаниям.

В пунктах 1.1, 2.1 договора №8/241 на оказание платных медицинских услуг от 19.01.2016 года, заключенного ФИО1 с БУЗ ВО ВОКБ №1, определены условия оказания платных медицинских услуг, цена услуги определена на уровне <данные изъяты>.

Согласно товарным чекам к договорам №8/241 от 19.01.2016 года и №10/242 от 22.01.2016 года, истец оплатил <данные изъяты> и <данные изъяты> за оказанные медицинские услуги.

Как установлено судом из представленных в суд медицинских документов, в частности, выписного эпикриза из медицинской карты больного от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 специалистами БУЗ ВО ВОКБ №1 была проведена <данные изъяты>.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ заявитель находился на стационарном лечении в травматологическом отделении МБУЗ «Городская больница №2» города Старый Оскол, где ему проводилось консервативное лечение в виде <данные изъяты> (выписка из истории болезни от ДД.ММ.ГГГГ).

По данным медицинской документации, в том числе медицинской карты ФИО1 МБУЗ «Городская больница №2» № следует, что в послеоперационный период он неоднократно обращался за медицинской помощью с жалобами на <данные изъяты>.

Согласно выписному эпикризу ФГБУ «ЦИТО им. Н.Н. Приорова» от ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в клинико-диагностическом отделении ФГБУ «ЦИТО им. Н.Н. Приорова» с диагнозом: <данные изъяты>. Обратился с жалобами на боли и ограничения движений в правом коленном суставе. При этом со слов пациента установлено, что он перенес травму в ДД.ММ.ГГГГ. При <данные изъяты> выявлено: <данные изъяты>. Произведено: <данные изъяты>. Выписан в удовлетворительном состоянии.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 направил в адрес БУЗ ВО ВОКБ №1 письменную претензию с требованием выплатить в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 300000 рублей, в возмещение причиненных убытков - 187659 рублей 80 копеек.

В удовлетворении его требований было отказано согласно ответу БУЗ ВО ВОКБ №1 от ДД.ММ.ГГГГ №

С целью установления обстоятельств, имеющих юридическое значение для дела, требующих специальных познаний в области медицины, определением Старооскольского городского суда от 07.07.2017 года была назначена комплексная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено областному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы».

Заключением эксперта №., составленным специалистами ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» с привлечением врача ортопеда-травматолога ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» ФИО14. от ДД.ММ.ГГГГ, установлено, что на момент госпитализации ФИО1 в БУЗ ВО ВОКБ №1 имелись клинические, а также МРТ признаки повреждения <данные изъяты>, что является прямым показанием к <данные изъяты> операции на правом коленном суставе. <данные изъяты> операция на правом коленном суставе, согласно протоколу операции от 21.01.2016 года, выполнена специалистами БУЗ ВО ВОКБ №1 согласно медицинским правилам, дефектов при выполнении операции не выявлено. Объем вмешательства и степень резекции мениска решает оперирующий хирург исходя из визуального осмотра самого мениска. В случае если патологический сигнал от мениска на МОТ регистрируется, а хирург во время <данные изъяты> не видит повреждения, требующего резекции, то резекция мениска не проводится, так как удаление мениска впоследствии ведет к развитию деформирующего артроза сустава. Удалению или резекции подлежат лишь те части мениска или же весь мениск, если поврежденная его часть травмирует суставные поверхности, приводя в дальнейшем к развитию артроза.

В результате проведения 21.01.2016 года <данные изъяты> операции причина заболевания ФИО1 была устранена (<данные изъяты>), однако выявленные изменения суставных поверхностей внутренних мыщелков в <данные изъяты>., устранить невозможно.

Дефектов при оказании медицинской помощи ФИО1 в период прохождения им лечения в БУЗ ВО ВОКБ №1 не найдено.

Имеющийся <данные изъяты> правого коленного сустава у ФИО1 можно расценивать не как осложнение <данные изъяты> вмешательства, а как особенность течения имеющегося заболевания коленного сустава в виде <данные изъяты>. у ФИО1 определялись по данным МРТ от ДД.ММ.ГГГГ, т.е. до <данные изъяты> вмешательства).

Учитывая вышеизложенные условия формирования прямой причинно-следственной связи и принимая во внимание, что наличие патологического поражения <данные изъяты> коленного сустава у ФИО1 установлено еще до проведения оперативного вмешательства, экспертная комиссия считает, что между действиями врачей БУЗ ВО ВОКБ №1, в том числе и оперативным вмешательством от 21.01.2016 года и выявленными в ФГБУ «ЦИТО им. Н.Н. Приорова» патологическими состояниями, прямая причинно-следственная связь отсутствует.

С учетом установленных обстоятельств суд приходит к выводу о несостоятельности и бездоказательности утверждений истца о том, что вред ему был причинен в результате некачественно оказанной ответчиком медицинской услуги.

В основу решения суд считает возможным положить заключение эксперта №., составленное специалистами ОГБУЗ «Белгородское бюро судебно-медицинской экспертизы» с привлечением врача ортопеда-травматолога ОГБУЗ «Белгородская областная клиническая больница Святителя Иоасафа» ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ.

Приведенное экспертное заключение соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 г. N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является ясным, логичным, полным и последовательным, не допускает неоднозначного толкования и не вводит в заблуждение. Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз образование, квалификацию, специальности, стаж работы. При проведении экспертного исследования эксперты непосредственно изучили медицинскую документацию, оформленную медицинскими организациями, в которых ФИО1 проходил обследование и лечение, проанализировали и сопоставили все имеющиеся исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своих специальностей, всесторонне и в полном объеме.

Таким образом, оснований усомниться в достоверности экспертного заключения у суда не имеется, так как никакими объективными доказательствами выводы заключения судебной медицинской экспертизы, со стороны истца, опровергнуты не были.

При этом никаких достоверных доказательств, с бесспорностью свидетельствующих о необъективности выводов экспертизы, материалы дела не содержат, таких доказательств истцом суду представлено не было.

Предусмотренных ч. 1 ст. 87 ГПК РФ оснований для назначения повторной экспертизы у суда не имелось, в удовлетворении соответствующего ходатайства судом отказано.

В соответствии со ст. 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Согласно п. 3 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ (ред. от 03.07.2016) "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг.

В силу ч. 1 ст. 37 названного Закона медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации.

В соответствии с п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от 21.11.2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно ч.ч.2-3 ст. 98 названного Закона медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В силу п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 4 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года №2300-1 "О защите прав потребителей" продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

В соответствии со ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации для возложения на лицо имущественной ответственности за причиненный вред необходимо установить наличие вреда, его размер, противоправность действий причинителя вреда, наличие его вины (умысла или неосторожности), а также причинно-следственную связь между действиями причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Исходя из смысла приведенных норм закона, ответственность за вред (ущерб) наступает лишь в случае наличия причинно-следственной связи между деяниями (действием либо бездействием) работников учреждений здравоохранения, независимо от форм собственности, и наступившими последствиями у пациента. Иное означало бы нарушение принципа равенства, закрепленного в ст. 19 Конституции Российской Федерации и ст. 6 ГПК РФ.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Основания компенсации морального вреда предусмотрены ст. ст. 1099, 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что компенсация морального вреда, по общему правилу, допускается при наличии вины причинителя вреда, с учетом установленных обстоятельств, суд приходит к выводу, что оснований для удовлетворения исковых требований и взыскания компенсации морального вреда, предусмотренных гражданским законодательством, в том числе ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, ввиду отсутствия виновных действий ответчика в причинении вреда здоровью ФИО1, в ходе судебного разбирательства не установлено.

Поскольку судом не установлено фактов нарушения БУЗ ВО ВОКБ №1 прав и законных интересов истца как потребителя, предусмотренные законом основания для взыскания с ответчика убытков, неустойки и штрафа, предусмотренных ст.ст. 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации и законом Российской Федерации от 07.02.1992 года №2300-1 "О защите прав потребителей", также отсутствуют.

При этом суд полагает необходимым отметить, что оказание медицинской помощи является специфическим видом деятельности, проведение медицинских мероприятий, даже при условии их точного соответствия установленным нормам и правилам, медицинским показаниям, не может гарантировать полного выздоровления или иного ожидаемого пациентом результата, поскольку действенность оказанной медицинской помощи зависит не только от выбранной тактики лечения и действий медицинского персонала, но и от индивидуальных особенностей организма, условий жизнедеятельности, иных, не поддающихся точному прогнозированию и учету, обстоятельств.

Поэтому само по себе наступление вреда здоровью пациента не является основанием для возмещения вреда, если действия медицинского персонала соответствовали медицинским показаниям, правильно выбранной тактике лечения, производились в соответствии с установленными нормами и правилами.

Показания допрошенных судом в качестве свидетелей ФИО16 ФИО17 ФИО18 ФИО19 выводов судебной экспертизы не опровергают и о наличии вины ответчика в причинении вреда здоровью истца, не свидетельствуют.

Между тем доводы истца о несоответствии закону п.7.2 договора №8/2041 на оказание платных медицинских услуг от 19.01.2016 года, заключенного им с БУЗ ВО ВОКБ №1, предусматривающего, что судебные споры разрешаются в судах общей юрисдикции по месту нахождения БУЗ ВО ВОКБ №1, суд признает убедительными.

Согласно Конституции Российской Федерации никто не может быть лишен права на рассмотрение его дела в том суде и тем судьей, к подсудности которых оно отнесено законом (статья 47, часть 1).

Право на судебную защиту, равно как и его необходимая составляющая - право на законный суд, вытекающее из предписаний статей 46 (части 1 и 2) и 47 (часть 1) Конституции Российской Федерации, закреплены также Международным пактом о гражданских и политических правах (статья 14) и Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (статья 6), в соответствии с которыми каждый в случае спора о его гражданских правах и обязанностях или при рассмотрении любого предъявленного ему уголовного обвинения имеет право на справедливое публичное разбирательство дела в разумный срок компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

В соответствии с частями седьмой и десятой статьи 29 ГПК Российской Федерации по искам о защите прав потребителей истец по своему выбору вправе подать иск по месту своего жительства или по месту пребывания либо по месту заключения или месту исполнения договора. Такое же положение содержится в пункте 2 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей".

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 17.01.2012 N 145-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО4 на нарушение его конституционных прав статьями 28, 29, 32, 33 и 222 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", указав, что статья 32 ГПК Российской Федерации предоставляет сторонам право изменить территориальную подсудность спора между ними по обоюдному соглашению, заключенному до принятия судом дела к своему производству (договорная подсудность), в то же время признал за гражданином право в соответствии с пунктом 1 статьи 16 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей" оспаривания положения о договорной подсудности, содержащегося в типовом договоре со ссылкой на сложившуюся практику Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации.

В соответствии с п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.

Договором присоединения признается договор, условия которого определены одной из сторон в формулировках или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом (ч.1 ст.428 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как установлено судом, при заключении сторонами договора №8/2041 на оказание платных медицинских услуг от 19.01.2016 года ФИО1 был фактически лишен возможности влиять на содержание договора, представляющего собой разработанный медицинской организацией типовой бланк, предусматривающий внесение в него лишь фамилии, имени, отчества пациента, наименования услуги и цены услуги.

Таким образом, по смыслу пункта 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации данный договор, заключенный между медицинской организацией и гражданином-пациентом, следует квалифицировать как договор присоединения, следовательно, ФИО1 обладает всеми правами стороны, присоединившейся к договору (пункт 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации). Включение в договор условий, ущемляющих эти права, свидетельствует о нарушении ответчиком прав истца как потребителя медицинских услуг.

При этом суд учитывает тот факт, что указанный договор заключался ответчиком с лицом, нуждающимся в оказании ему медицинской помощи, заинтересованным в том, чтобы указанная помощь была ему оказана специалистами именно выбранного им лечебного учреждения. Вследствие чего несогласие с пунктом договора об установлении договорной подсудности не могло повлиять на желание пациента заключить договор с БУЗ ВО ВОКБ №1, учитывая наличие у него на тот момент медицинских показаний для проведения операции.

Положения пункта 2 статьи 17 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" предоставляют потребителю возможность самостоятельно определить суд, в котором будет рассматриваться его требование к контрагенту, в первую очередь исходя из критерия удобства участия самого потребителя в судебном разбирательстве. При этом законодатель не установил процессуальных правил для рассмотрения споров, в которых потребитель является ответчиком, так как по общему правилу иск предъявляется в суд по месту нахождения ответчика (статья 28 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). В связи с этим дела с участием потребителей при наличии его желания должны рассматриваться в суде по месту жительства потребителя. Данная гарантия, предоставляемая потребителю-гражданину законом, не может быть изменена или отменена договором присоединения, вынуждающим в данном случае пациента присоединиться к уже установленным медицинской организацией в одностороннем порядке условиям.

При названных обстоятельствах суд приходит к выводу, что включение спорного положения о подсудности споров в договор на оказание платных медицинских услуг, являющийся типовым, с заранее определенными условиями, ущемляет права потребителя и противоречит пункту 2 статьи 17 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей", ст. 29 ГПК Российской Федерации, вследствие чего, в силу п. 1 ст. 16 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей", ч.1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, является недействительным.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница №1» о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, взыскании причиненных убытков, неустойки, штрафа и признании недействительным п.7.2 договора №8/2041 от 19.01.2016 года, удовлетворить в части.

Признать недействительным пункт 7.2 договора №8/2041 на оказание платных медицинских услуг от 19.01.2016 года, заключенного между ФИО1 и Бюджетным учреждением здравоохранения Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница №1».

В удовлетворении остальной части иска ФИО1 к Бюджетному учреждению здравоохранения Воронежской области «Воронежская областная клиническая больница №1» о компенсации морального вреда, причиненного некачественным оказанием медицинских услуг, взыскании причиненных убытков, неустойки, штрафа и признании недействительным п.7.2 договора №8/2041 от 19.01.2016 года, отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Старооскольский городской суд Белгородской области.

Судья Ю.М. Зайцева

Решение в окончательной форме принято 19 сентября 2017 года.