Решение № 2-1077/2023 2-6/2024 2-6/2024(2-1077/2023;)~М-1009/2023 М-1009/2023 от 29 января 2024 г. по делу № 2-1077/2023

№ 2-6/2024


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сибай 30 января 2024 года

Сибайский городской суд Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Суфьяновой Л.Х.

при секретаре судебного заседания Смирновой Е.И.

с участием прокурора Ильченбаевой А.Ю.,

представителя истца ФИО1,

представителя ответчика АО «Сибайский горно-обогатительный комбинат» ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Акционерному обществу «Сибайский горно-обогатительный комбинат», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2» о признании медицинского заключения незаконным, об установлении связи заболевания с профессией, взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к Акционерному обществу «Сибайский горно-обогатительный комбинат», ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница № 2» о признании медицинского заключения незаконным, об установлении связи заболевания с профессией, взыскании компенсации морального вреда. Исковые требования мотивированы тем, что работал в БМСК, позже в АО «Учалинский ГОК», ООО «Башкирская медь», АО «Ямалтранстрой», АО «ЧЭМК», АО «Гайский ГОК» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ водителем БелАЗ по вывозке руды и вскрыши из карьера. Имеет стаж работы в указанной должности более 25 лет. ДД.ММ.ГГГГ была составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания. В ней указан профмаршрут, специальная оценка условий труда с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в том числе вредные производственные факторы, дано заключение о состоянии условий труда: водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного цеха участка ОР (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) - 3.3 класс, данные по итогам аттестации ДД.ММ.ГГГГ года; водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного цеха участка ОР (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг.) - 3.2 класс, данные по итогам карты СОУТ ДД.ММ.ГГГГ года; водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного цеха участка ОР (с ДД.ММ.ГГГГ года) - 3.2 класс, данные по итогам карты СОУТ ДД.ММ.ГГГГ года. Санитарно-гигиеническая характеристика не охватывает профмаршрут ФИО3 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг., хотя в эти периоды он также работал в особых (тяжелых, вредных) условиях труда по Списку № 2 от 1991 года. Позднее, период его профмаршрута с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. был установлен после получения ответов на запрос Управления Роспотребнадзор по Оренбургской области, что видно из письма от ДД.ММ.ГГГГ. Однако ответ на запрос за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг., в период работы в AО «БМСК» от держателя архива - АО «Сибайский ГОК» не поступил до настоящего времени в уполномоченный орган, в связи с чем специалисты данного органа не могут внести коррективы в СГХ либо выдать новую, для представления ее в профпатологу для установления связи его заболеваний с профессиональной деятельностью. На ДД.ММ.ГГГГ он имел следующие заболевания: <данные изъяты>. Тем не менее, ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница № 2» Областного центра профессиональной патологии указало, что окончательное экспертное заключение не вынесено, однако по имеющимся данным связь указанных выше его заболеваний с профессией не устанавливается. Направлен запрос в Управление Роспотребнадзора по Оренбургской области на дополнение СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ по всем вредным и опасным производственным факторам за годы в БМСК за ДД.ММ.ГГГГ гг., ОАО БМСК за ДД.ММ.ГГГГ гг., СФ ОАО «УГОК» за ДД.ММ.ГГГГ гг., ООО «Башкирская медь» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. В последующем, ДД.ММ.ГГГГ выдано новое медицинское заключение №, где указано, что учитывая данные СГХ, клинико-экспертный анамнез (отсутствие сведений по шуму за ДД.ММ.ГГГГ гг. на предприятии ОАО «БМСК», с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. на других предприятиях), результаты обследования, заключение специалистов, комиссия пришла к выводу, что связь его заболеваний с профессией не обнаружена. В последующем, он обратился в Управление Роспотребнадзора с заявлением, в котором просил составить новую СГХ, нежели СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ, с указанием всех периодов работы, которые не вошли в данную сангигхарактеристику. В ответе на его обращение от ДД.ММ.ГГГГ Управление Роспотребнадзора по Оренбургской области дало отписку, что документы были запрошены у работодателей заявителя, однако в связи с чем не пришли ответы на запросы Роспотребнадзор по периоду работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. (в БМСК), как они повлияли (или нет) на СГХ, какие изменения были внесены в СГХ от ДД.ММ.ГГГГ не указано, нам новую СГХ не прислали, чем существенно нарушили его права на возмещение вреда, причиненного профессиональным заболеванием. Однако, считает, что он в настоящее время имеет право на установление ему профессионального заболевания в силу следующего. Согласно производственной характеристики на его имя, условия труда водителя автомобиля БелАЗ за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. относятся к п. 3.3 и п. 3.2 (вредные условия труда). Из заключения СГХ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что условия труда водителя грузового автомобиля БелАЗ имеют следующие вредные производственные факторы: тяжесть трудового процесса, напряженность трудового процесса, шум, вибрация. Таким образом, его работа была связана с длительным воздействием вредных производственных факторов, которые могли вызвать у последнего профессиональное заболевание. Тем не менее до настоящего времени не получена надлежаще оформленная санитарно-гигиеническая характеристика: условий труда работника с указанием всего периода трудовой деятельности с вредными условиями труда.

Уточнив исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, просит признать незаконным медицинское заключение об отсутствии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, выданное ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница №; установить связь заболевания - <данные изъяты> с профессиональной деятельностью истца ФИО3; взыскать с АО «УГОК», ООО «Сангалыкский диоритовый карьер», АО «Ямалтрансстрой», ПАО «Гайский ГОК», АО «ЧЭМК», в его пользу в счет компенсации морального вреда 1 500 000 рублей

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены АО «УГОК», ООО «Сангалыкский диориторный карьер», АО «Ямалтрансстрой», ПАО «Челябинский металлургический комбинат», ПАО «Гайский ГОК».

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал исковые требования.

Представитель ответчика АО «Сибайский горно-обогатительный комбинат» ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился.

Истец ФИО3, представители ответчиков АО «УГОК», ООО «Сангалыкский диориторный карьер», АО «Ямалтрансстрой», АО «ЧЭМК», ПАО «Гайский ГОК», представитель третьего лица Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области в судебном заседании не участвовали, уведомлены надлежаще.

В материалы дела представлены: отзыв ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница № 2» на исковое заявление ФИО3, просят отказать в удовлетворении искового заявления в полном объеме; ходатайство АО «Ямалтрансстрой» о признании их ненадлежащими ответчиками по делу.

Учитывая изложенное, на основании ст.167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, дав оценку всем добытым по делу доказательствам, как в отдельности, так и в их совокупности, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования законными и обоснованными, подлежащими удовлетворению в размере компенсации морального вреда, определенной судом с учетом принципа разумности и справедливости, суд приходит к следующему выводу.

Статьей 60 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» установлено, что медико-социальная экспертиза проводится в целях определения потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма. Медико-социальная экспертиза проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации о социальной защите инвалидов.

Федеральный закон от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ) дает понятие медико-социальной экспертизы как признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма (часть 1 статьи 7 Федерального закона).

Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения (часть 2 статьи 7 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ).

Согласно статье 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ медико-социальная экспертиза осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, подведомственными федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения. Порядок организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

На федеральные учреждения медико-социальной экспертизы возлагается, в частности, определение степени утраты профессиональной трудоспособности (пункт 5 части 3 статьи 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ).

Решение учреждения медико-социальной экспертизы является обязательным для исполнения соответствующими органами исполнительной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности (часть 4 статьи 8 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ).

Согласно абз. 17, 18 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ) под профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а под степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

В соответствии с абз. 2 п. 3 ст. 11 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ порядок установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний определяется Правительством Российской Федерации.

Во исполнение данного Федерального закона Правительством Российской Федерации принято Постановление от 16 октября 2000 года № 789 «Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» (далее - Правила).

Пунктом 4 Правил предусмотрено, что освидетельствование пострадавшего проводится в учреждении медико-социальной экспертизы по месту его жительства либо по месту прикрепления к государственному или муниципальному лечебно-профилактическому учреждению здравоохранения.

Степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации (п. 2 Правил).

Пунктом 12 Правил предусмотрено, что на основе полученных документов и сведений, личного осмотра пострадавшего определяется степень утраты его профессиональной трудоспособности, исходя из оценки имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных или специально созданных производственных условиях.

Под специально созданными производственными условиями понимается организация работы, при которой пострадавшему устанавливаются сокращенный рабочий день, индивидуальные нормы выработки, дополнительные перерывы в работе, создаются соответствующие санитарно-гигиенические условия, рабочее место оснащается специальными техническими средствами, проводятся систематическое медицинское наблюдение и другие мероприятия.

Согласно Временным критериям определения степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, формы программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, утвержденным Постановлением Минтруда РФ от 18 июля 2001 года № 56, степень утраты профессиональной трудоспособности определяется исходя из последствий повреждения здоровья вследствие несчастного случая на производстве с учетом имеющихся у пострадавшего профессиональных способностей, психофизиологических возможностей и профессионально значимых качеств, позволяющих продолжать выполнять профессиональную деятельность, предшествующую несчастному случаю на производстве и профессиональному заболеванию, того же содержания и в том же объеме либо с учетом снижения квалификации, уменьшения объема выполняемой работы и тяжести труда в обычных, специально созданных производственных или иных условиях; выражается в процентах и устанавливается в пределах от 10 до 100 процентов (п. 1).

Основным методологическим принципом экспертизы профессиональной трудоспособности пострадавшего является совокупный анализ следующих критериев: клинико-функциональных; характера профессиональной деятельности (квалификации, качества и объема труда, способности к его выполнению); категории и степени ограничений жизнедеятельности (п. 2 Временных критериев).

При определении степени утраты профессиональной трудоспособности в рамках клинико-функционального критерия проводится совокупный анализ характера и тяжести травмы, профессионального заболевания; особенности течения патологического процесса, обусловленного несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием; характер (вид) нарушений функций организма; степень нарушений функций организма; клинический и реабилитационный прогноз; психофизиологические способности; клинико-трудовой прогноз (пункт 3 Временных критериев).

Пунктом 33 Временных критериев степень утраты профессиональной трудоспособности при очередном освидетельствовании устанавливается с учетом результатов реабилитации пострадавшего.

Из материалов дела следует, что ФИО3 осуществлял трудовую деятельность по специальности водитель БеЛАЗа. Согласно профмаршруту (записям в трудовой книжке):

ДД.ММ.ГГГГ - учеба в Сибайском горно-обогатительном техникуме;

ДД.ММ.ГГГГ - принят в строймехцех контролером технического состояния автотранспортных средств;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен в связи с призывом в ряды Советской Армии (п. 3 ст. 29 КЗОТ РСФСР);

ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ - служба в рядах Советской Армии;

ДД.ММ.ГГГГ - принят слесарем-агрегатчиком по третьему разряду;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по ст. 31 КЗОТ РСФСР по собственному желанию;

Юго-Восточная геологоразведочная экспедиция, ПГО «Башкиргеология»:

ДД.ММ.ГГГГ – принят водителем 3 класса;

ДД.ММ.ГГГГ - переведен слесарем по ремонту оборудования 2 разряда;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по ст. 31 КЗОТ РФ по инициативе работника;

Медно-серный комбинат, г. Сибай:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в автотранспортное предприятие дублером водителя автомобиля БелАЗ на вывозке руды и вскрыши из карьера 3 класса;

ДД.ММ.ГГГГ - переведен водителем автомобиля БелАЗ на вывозке руды и вскрыши из карьера 3 класса автотранспортного предприятия;

ДД.ММ.ГГГГ - постоянно закреплен на вывозке руды и вскрыши из сибайского карьера;

ДД.ММ.ГГГГ - БМСК преобразован в АООТ «Башкирский медно-серный комбинат»;

ДД.ММ.ГГГГ - АООТ «БМСК» переименован в ОАО «БМСК»

ДД.ММ.ГГГГ - переведен водителем автомобиля «БелАЗ» 3 класса на вывозку руды и вскрыши карьеров автотранспортного предприятия;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен в связи с переводом в Сибайский филиал ОАО «Учалинский горно-обогатительный комбинат» пункт 5 статьи 77 Трудового Кодекса Российской Федерации:

Сибайский филиал ОАО «Учалинский горно-обогатительный комбинат» г. Сибай РБ:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в Автотранспортное предприятие водителем автомобиля БеЛАЗ 3 класса по вывозке руды вскрыши из карьеров переводом с ОАО «БМСК»;

ДД.ММ.ГГГГ - в связи с изменением штатного расписания присвоена квалификация водителя автомобиля БелАЗ 5 разряда на вывозке руды и вскрыши из карьеров глубиной до 150 м. самосвального парка автотранспортного предприятия;

ДД.ММ.ГГГГ – в связи с изменением штатного расписания переведен водителем автомобиля 5 разряда (БелАЗ грузоподъемностью 30 тн) на вывозке руды и вскрыши из карьеров глубиной до 150 м службы эксплуатации карьерного транспорта автотранспортного предприятия;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по собственному желанию пункт 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

ОАО «Сангалыкский диоритовый карьер»:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в автотранспортный участок водителем автомобиля БелАЗ;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по собственному желанию пункт 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

филиал АО «Ямалтрансстрой» г. Лабытнанги Ямало-Ненецкого АО, район крайнего севера.

ДД.ММ.ГГГГ - принят в мехколонну 2 водителем автомобиля 3 класса;

ДД.ММ.ГГГГ - трудовой договор расторгнут по инициативе работника, пункт 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

ОАО «Гайский горно-обогатительный комбинат»:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в открытый рудник водителем автомобиля, занятым на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного участка, с испытательным сроком 3 месяца;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по собственному желанию пункт 3 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

Приуральский филиал «Конгор-Хром» ОАО «Челябинский электрометаллургический комбинат» <адрес>:

ДД.ММ.ГГГГ - принят на рудник «Центральный» водителем грузового автомобиля «БелАЗ» занятый полный рабочий день в технологическом процессе на вывозе горной массы;

ДД.ММ.ГГГГ - переведен в обособленное структурное подразделение «Горно-добывающее управление» ОАО «Челябинский электрометаллургический комбинат» в должности: в той же должности в том же участке, находящееся <адрес>;

ДД.ММ.ГГГГ - уволен по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, собственное желание;

ООО «Башкирская медь» г. Сибай РБ:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в Автотранспортный цех водителем автомобиля БелАЗ 45тн 6 разряда на открытых горных работах в карьере глубиной 150 м и ниже участка технологического транспорта;

ДД.ММ.ГГГГ - трудовой договор расторгнут в связи с истечением срока действия трудового договора, пункт 2 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации;

ОАО «Гайский ГОК»:

ДД.ММ.ГГГГ - принят в открьггый рудник водителем автомобиля, занятым на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе открытых горных работ;

ДД.ММ.ГГГГ - Открытое акционерное общество «Гайский горно-обогатительный комбинат (ОАО Гайский ГОК) переименовано в Акционерное общество «Гайский горно-обогатительный комбинат (АО «Гайский ГОК»);

ДД.ММ.ГГГГ - Акционерное общество «Гайский горно-обогатительный комбинат (АО «Гайский ГОК) переименовано в Публичное акционерное общество «Гайский горно-обогатительный комбинат (ПАО «Гайский ГОК»)

ДД.ММ.ГГГГ - продолжает работать по настоящее время.

На основании извещения об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ГБУЗ «ГБ» г. Гая, составлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению о состоянии условий труда: водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного цеха участка ОР (ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ) - 3.3 класс, данные по итогам аттестации ДД.ММ.ГГГГ года. Водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного цеха участка ОР (ДД.ММ.ГГГГ гг.) - 3.2 класс, данные по итогам карты СОУТ ДД.ММ.ГГГГ года. Водитель автомобиля, занятый на транспортировании горной массы в технологическом процессе бригады транспортировки горной массы в технологическом процессе автотранспортного участка ОР (ДД.ММ.ГГГГ – по настоящее время) - 3.2 класс, данные по итогам карты СОУТ ДД.ММ.ГГГГ года.

В период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пройдя амбулаторное обследование в ОЦПП, ФИО3 выданы медицинские заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии профессионального заболевания.

Диагноз заболевания (с указанием кода по МКБ-10), в отношении которого проведена экспертиза связи заболевания с профессией: <данные изъяты>

На основании ст. 63 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», экспертиза связи заболевания с профессией проводится специализированной медицинской организацией или специализированным структурным подразделением медицинской организации в области профессиональной патологии при выявлении профессионального заболевания.

Согласно п. 13 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967 (далее - Положение), учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз - хроническое профессиональное заболевание (отравление), в месячный срок обязано направить больного на амбулаторное или стационарное обследование в специализированное лечебно-профилактическое учреждение или его подразделение с представлением следующих документов: выписки из медицинской карты амбулаторного и (или) стационарного больного; сведений о результатах предварительного (при поступлении на работу) и периодических медицинских осмотров; санитарно-гигиенической характеристики условий труда; копии трудовой книжки и (или) сведений о трудовой деятельности.

Приказом Минздрава РФ от 28.05.2001 № 176 утверждена Инструкция о порядке применения вышеуказанного Положения (далее - Инструкция), в соответствии с п.п. 3.1, 3.2 которой извещение об установлении предварительного диагноза хронического профессионального заболевания направляется в Центр госэпиднадзора. Центр госсанэпиднадзора при получении извещения в двух недельный срок представляет в учреждение здравоохранения, установившее предварительный диагноз, санитарно-гигиеническую характеристику, предварительно получив следующие документы: копию трудовой книжки больного; результаты предварительного и периодических медицинских осмотров (при наличии, по возможности, за весь период работы); сведения о наличии у работника ранее установленного диагноза профзаболевания.

Так в Восточный территориальный отдел Управления Роспотребнадзора по Оренбургкой области ДД.ММ.ГГГГ из ГБУЗ «ГБ» г. Гая поступило извещение об установлении ФИО3 предварительного диагноза профессионального заболевания. После получения данного извещения должностными лицами ВТО Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области ДД.ММ.ГГГГ направлен запрос по последнему месту работы ФИО3 - ПАО «Гайский ГОК» о предоставлении копии трудовой книжки и условиях труда на рабочем месте. Ответ на данный запрос получен ДД.ММ.ГГГГ.

На основании полученных сведений ВТО Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области ДД.ММ.ГГГГ оформлена санитарно-гигиеническая характеристика условий труда ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ в адрес ВТО Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области поступил запрос от ГАУЗ «ООКБ № 2» по вопросу уточнения сведений, содержащихся в данной санитарно-гигиенической характеристике.

ДД.ММ.ГГГГ на данный запрос отправлен ответ, в соответствии с которым уточнены условия труда по периодам осуществления ФИО3 трудовой деятельности в ОАО «Учалинский ГОК» и ООО «Башкирская медь».

Сведения об условиях труда за период осуществления ФИО3 трудовой деятельности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. не уточнены по причине того, что ДД.ММ.ГГГГ ОАО «БМСК» ликвидировано без правопреемства, в связи с чем данные сведения не предоставлены в ВТО Управление Роспотребнадзора по Оренбургской области, что не противоречит требованиям Положения и Инструкции.

По ходатайству стороны истца по делу была назначена судебная экспертиза связи заболевания с профессией, перед экспертами поставлен вопрос об установлении связи заболевания – <данные изъяты> с профессиональной деятельностью ФИО3 Проведение экспертизы поручено ФГБНУ «НИИ МТ».

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, по данным представленной и проанализированной медицинской документации, у ФИО3 имеется заболевание органа слуха - <данные изъяты>

Развитие <данные изъяты> связано с постепенным поражением <данные изъяты> работника и снижением его адаптивной способности за интервал времени между рабочими сменами восстанавливать <данные изъяты>, увеличивающийся в результате действия повышенного производственного шума в течение длительного времени. Эффект воздействия шума носит кумулятивный характер, когда неблагоприятные изменения в организме накапливаются постепенно в процессе воздействия вредного фактора.

Заболевание <данные изъяты> у ФИО3 является следствием длительного воздействия вредного фактора - шума, превышающего ПДУ в течение его трудовой деятельности.

Представленные и исследованные документы, в том числе результаты клинического, клинико-аудиологического обследования (наличие типичной для шумовой патологии клинико-аудиологической картины нарушения органа слуха, верификация диагноза в период его работы в контакте с шумом, уровень которого превышает предельно допустимый - 80 дБАХ данных санитарно-гигиенической характеристики условий труда от ДД.ММ.ГГГГ №, составленной Восточным ТО Управления Роспотребнадзора по Оренбургской области, длительного стажа работы водителем автомобиля БеЛАЗ в условиях воздействия шума, превышающего предельно допустимый уровень, отсутствие в анамнезе интоксикаций, заболеваний, вызывающих формирование <данные изъяты> наличия типичной для шумовой патологии клинико-аудиологической картины нарушения <данные изъяты> позволяет экспертам сделать вывод о профессиональном генезе имеющегося у ФИО3 заболевания органа слуха «<данные изъяты>».

По определению Международной организации труда (МОТ), профессиональное заболевание - это заболевание, развившееся в результате воздействия факторов риска, обусловленных трудовой деятельностью.

В соответствии с Федеральным законом от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (ст. 3).

Порядок расследования случаев профессионального заболевания установлен Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 5 июля 2022 года № 1206, вступившими в силу с апреля 2023 года, ранее - Положением о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденным постановлением Правительства РФ от 15.12.2000 № 967 (далее - Положение), которое утратило силу в связи с вступлением в силу Правил.

Под хроническим профессиональным заболеванием (отравлением) понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности и (или) его смерть (п. 2 Правил).

Порядок проведения экспертизы связи заболевания с профессией и формы медицинского заключения о наличии или об отсутствии профессионального заболевания утвержден приказом Минздрава России от 31.01.2019 № 36н (далее Порядок).

Согласно п. 7 Порядка и п. 10 Правил для проведения экспертизы связи хронического профессионального заболевания с профессией представляются следующие документы: а) выписка из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях, содержащую клинические данные состояния здоровья гражданина, и (или) медицинской карты стационарного больного; б) сведения о результатах предварительного (при поступлении на работу) и периодических медицинских осмотров; в) санитарно-гигиеническая характеристика условий труда, а также (при наличии) возражения к ней; г) копия трудовой книжки и (или) сведения о трудовой деятельности, предусмотренные статьей 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации; д) копии протоколов лабораторных испытаний, выполненных в ходе осуществления производственного контроля на рабочем месте работника (при наличии у работодателя).

Приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 31 марта 2008 года № 103 утверждена Инструкция по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания.

Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 27 апреля 2012 года № 417н утвержден перечень профессиональных заболеваний. Заболевания, связанные с воздействием производственного шума (проявления: шумовые эффекты внутреннего уха, нейросенсорная тугоухость двусторонняя Н83.3, Н90.6) входят в перечень профессиональных аоолеваний (п. 2.4.1), обязательным условием для развития профессиональной двусторонней нейросенсорной тугоухости является превышение уровней шума.

Потеря слуха, вызванная шумом или профессиональная потеря слуха - медленно развивающееся нарушение слуха, причиной которого является воздействие производственного шума, уровень которого превышает предельно допустимый (В Российской Федерации ПДУ шума производственных помещений нормируется в соответствие с требованиями СанПиН 2.2.4.3359-16 «Санитарно-эпидемиологические требования к физическим факторам на рабочих местах» и составляет 80 дБА), представляющее собой поражение звуковоспринимающего отдела слухового анализатора (нейроэпителиальных структур внутреннего уха), и проявляющееся клинически в виде хронической двусторонней сенсоневральной (нейросенсорной) тугоухости (СНТ).

Развитие профессиональной тугоухости связано с постепенным поражением органа слуха работника и снижением его адаптивной способности за интервал времени между рабочими сменами восстанавливать порог слышимости, увеличивающийся в результате действия повышенного производственного шума. Развитие патологических изменений в органе слуха происходит в том случае, когда повышенный шум действует на работника в течение длительного времени (более 10 лет). Эффект воздействия шума, таким образом, носит кумулятивный характер, когда неблагоприятные изменения в организме накапливаются постепенно в процессе действия вредного фактора. Поэтому вероятность возникновения профессиональной тугоухости у работника за период его профессиональной деятельности зависит от сочетания двух факторов: уровня шума на рабочем месте и стажа работ в данной профессии.

Профессиональная нейросенсорная тугоухость (ПНСТ) развивается медленно, в течение нескольких лет, обычно не менее 10 лет (первые изменения на аудиограмме могут появиться при стаже 5-7 лет работы в условиях воздействия шума, превышающего ПДУ). Пороги слуха как костного, так и воздушного звукопроведения при хронической потере слуха, вызванной шумом, нарушаются в одинаковой степени по всему диапазону звуковых частот, т.е. наблюдается отсутствие костно-воздушной диссоциации. Потеря слуха всегда двусторонняя, повышение порогов звуковосприятия отмечается в большей степени в зоне высоких частот.

Учитывая неспецифичность клинико-аудиологических показателей при хронической двусторонней сенсоневральной тугоухости, развивающейся при потере слуха, вызванной шумом, и ее полиэтиологичность, диагностика профессионального характера заболевания проводится на основании изучения истории развития заболевания, условий труда и жизни работника для исключения других факторов, способствующих развитию тугоухости. Диагностика основывается на наличии типичных клинико-аудиометрических признаков у стажированных работников «шумовых» профессий, данные профессионального маршрута (длительность профессионального стажа в условиях воздействия шума, уровни которого превышали предельно допустимые), санитарно-гигиенической характеристики условий труда (СГХ), анамнеза жизни, объективного обследования ЛОР-органов, клинико-физиологических исследований.

При постановке диагноза профессионального заболевания «Потеря слуха, вызванная шумом» специалисты обращают внимание на выполнение следующих условий: 1) Уровень производственного шума от 80 до 90 дБА при стаже работы, как правило, не менее 15 лет; уровень производственного шума свыше 90 дБА при стаже работы, как правило, не менее 10 лет; 2) Типичная аудиологическая картина: всегда двусторонняя потеря слуха, повышение порогов звуковосприятия преимущественно на высокие частоты, на начальных стадиях нарушения слуха - четко различимый зубец (или впадина) аудиометрической кривой на частоте 4000 Гц (реже 3000 или 6000 Гц); 3) Объективная верификация и постановка диагноза строго в период контакта с шумом, уровень которого превышает 80 дБА. Обязательным условием для развития профессиональной двусторонней нейросенсорной тугоухости является превышение предельно допустимого уровня шума в течение трудового стажа.

Согласно представленным документам, ФИО3 работал в ПАО «Гайский ГОК» (до ДД.ММ.ГГГГ - ОАО «Гайский ГОК», до ДД.ММ.ГГГГ - АО «Гайский ГОК) с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (9 лет) водителем автомобиля, занятым на транспортировании горной массы.

В соответствии с представленными в санитарно-гигиенической характеристике сведениями о характере и условиях его трудовой деятельности в указанный период (п. 3 СГХ «профессия или должность» указано - водитель БелАЗа) - подвергался воздействию шума, уровни которого на рабочем месте превышали предельно допустимые от 2 до 5 дБА (п 10.1 Шум).

В периоды с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 также работал водителем автомобиля БелАЗ на металлургических предприятиях (ОАО «БМСК», Сибайский филиал ОАО «Учалинский горно-обогатительный комбинат», ОАО «Сангалыкский диоритовый карьер», Приуральский филиал «Конгор-Хром» ОАО «Челябинский электрометаллургический комбинат», ООО «Башкирская медь»), где данные об условиях труда не представлены.

Согласно п. 5 Инструкции по составлению санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания «В случае невозможности представления данных об условиях труда (ликвидация цеха, участка, организации, реконструкция, отсутствие документов о количественной характеристике вредных факторов), используют другие документы (выписка из трудовой книжки, журналов инструктажа, ссылки на литературные справочные материалы по количественной характеристике факторов производственной среды и трудового процесса для аналогичных производств, профессий и др.), подтверждающие наличие вредных производственных факторов и их количественные характеристики.

Работа на схожих технических средствах (автомобиль БелАЗ), подтвержденная записями в трудовой книжке, не позволяет исключить воздействие на работника шума, превышающего предельно допустимые уровни, по результатам оценки условий труда на рабочем месте водителя, за весь период работы в профессии водителя и в указанные выше годы на других местах работы на автомобиле БелАЗ.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания незаконным медицинского заключения от ДД.ММ.ГГГГ № об отсутствии профессионального заболевания, выданное ГАУЗ «Оренбургская областная клиническая больница № 2».

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя (часть 1 статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с данным кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (часть 1 статьи 216 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен.

Пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В пункте 25 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Согласно п. 27 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

При определении размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда суд, руководствуясь критериями, предусмотренными ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, с учетом разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, определяя размер компенсации морального вреда, учитывает вину ответчиков, не обеспечившего безопасные условия труда, характер страданий истца, выразившихся в снижении слуха, испытываемой им физической боли в связи с приобретенными в период работы у ответчиков профессиональными заболеваниями, его возраст, период работы во вредных условиях труда, длительность воздействия на здоровье истца вредных производственных факторов, необходимость прохождения медицинского лечения, принятия лекарственных препаратов, прохождения медицинских процедур, а также руководствуется принципами разумности и справедливости.

Кроме того, судом принято во внимание, что непосредственной причиной заболевания истца послужило длительное воздействие на его организм вредных производственных факторов, профессиональное заболевание развивалось в течение длительного периода трудовой деятельности, что свидетельствует о наличии причинной связи между работой истца у ответчиков и возникновением профессионального заболевания, что является основанием для возложения на ответчиков обязанности компенсировать моральный вред, при этом размер компенсации морального вреда следует снизить до 1 000 000 руб., что, по мнению суда, соответствует общим принципам разумности и справедливости.

Распределяя ответственность между ответчиками, суд учитывает конкретные обстоятельства по делу, в частности периоды работы истца у разных работодателей.

Так, при общем стаже работы истца 17 лет, работа под воздействием неблагоприятного фактора шума составляет 15 лет 8 месяцев, в частности:

- АО «УГОК» - 3 года 9 месяцев (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ),

- ООО «Сангалыкский диориторный карьер» - 6 месяцев (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ),

- АО «Ямалтрансстрой» - 5 месяцев (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ),

- ПАО «Челябинский металлургический комбинат» - 02 года 2 месяца (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ),

- ПАО «Гайский ГОК» - 1 год (ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ), 7 лет 10 месяцев (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

В процентном соотношении периоды работы истца у работодателей под воздействием неблагоприятного фактора шума от общего стажа работы истца составит 92,5%, в том числе:

- АО «УГОК» - 22%,

- ООО «Сангалыкский диориторный карьер» - 3%,

- АО «Ямалтрансстрой» - 2,5%,

- ПАО «Челябинский металлургический комбинат» - 13%,

- ПАО «Гайский ГОК» - 52%.

Таким образом, к взысканию следует определить компенсацию морального вреда в размере 925 000 руб. из расчета 1 000 000 руб. х 92,5%, из которых:

- АО «УГОК» - 220 000 руб.,

- ООО «Сангалыкский диориторный карьер» - 30 000 руб.,

- АО «Ямалтрансстрой» - 25 000 руб.,

- ПАО «Челябинский металлургический комбинат» - 130 000 руб.,

- ПАО «Гайский ГОК» - 520 000 руб.

Согласно с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации с ответчиков надлежит взыскать государственную пошлину в соответствующий бюджет в размере 400 руб., что в процентном соотношении составит: - АО «УГОК» - 88 руб., ООО «Сангалыкский диориторный карьер» - 12 руб., АО «Ямалтрансстрой» - 10 руб., ПАО «Челябинский металлургический комбинат» - 62 руб., ПАО «Гайский ГОК» - 228 руб.

В порядке ст. 85 ГПК РФ, суд, по ходатайству ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф.Измерова» обязан распределить судебные расходы по оплате стоимости проведения судебных экспертиз.

Так, ФГБНУ «НИИ МТ» представило заявление о возмещении понесенных расходов, согласно которому стоимость на проведение судебно-медицинской экспертизы составила 37 000 рублей. Определение суда исполнено, экспертиза проведена. С учетом указанных положений ст. 85 ГПК РФ у ФГБНУ «НИИ МТ» возникло право на возмещение расходов в связи с проведением назначенной судом судебной экспертизы, которая не была предварительно оплачена соответствующей стороной.

Учитывая, что исковые требования ФИО3 удовлетворены частично, суд считает правомерным возложить на ответчиков обязанность по оплате проведенной по делу судебной экспертизы:

- АО «УГОК» - 22% - 8 800 рублей,

- ООО «Сангалыкский диориторный карьер» - 3% - 1 200 рублей,

- АО «Ямалтрансстрой» - 2,5% - 1 000 рублей,

- ПАО «Челябинский металлургический комбинат» - 13% - 5 200 рублей,

- ПАО «Гайский ГОК» - 52% - 20 800 рублей.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 к Акционерному обществу «Сибайский горно-обогатительный комбинат», Государственному автономному учреждению здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2», Акционерному обществу «Учалинский горно-обогатительный комбинат», Обществу с ограниченной ответственностью «Сангалыкский диориторный карьер», Акционерному обществу «Ямалтрансстрой», Публичному акционерному обществу «Челябинский металлургический комбинат», Публичному акционерному обществу «Гайский горно-обогатительный комбинат» о признании медицинского заключения незаконным, об установлении связи заболевания с профессией, взыскании компенсации морального вреда - удовлетворить частично.

Признать незаконным медицинское заключение об отсутствии профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ №, выданное Государственным автономным учреждением здравоохранения «Оренбургская областная клиническая больница № 2».

Установить связь заболевания - <данные изъяты> с профессиональной деятельностью истца ФИО3.

Взыскать с Акционерного общества «Учалинский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 220 000 (двести двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сангалыкский диориторный карьер» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 30 000 (тридцать тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Ямалтрансстрой» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 130 000 (сто тридцать тысяч) рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Гайский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) в пользу ФИО3 (<данные изъяты>) в счет компенсации морального вреда 520 000 (пятьсот двадцать тысяч) рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Учалинский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 88 рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сангалыкский диориторный карьер» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 12 рублей.

Взыскать с Акционерного общества «Ямалтрансстрой» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 10 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 62 рубля.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Гайский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину 228 рублей.

Взыскать в пользу ФГБНУ «Научно-исследовательский институт медицины труда имени академика Н.Ф.Измерова» (ИНН <***>) расходы по проведению судебно-медицинской экспертизы:

с Акционерного общества «Учалинский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) – 8 800 (восемь тысяч восемьсот) рублей.

с Общества с ограниченной ответственностью «Сангалыкский диориторный карьер» (ИНН <***>) – 1 200 (одна тысяча двести) рублей.

с Акционерного общества «Ямалтрансстрой» (ИНН <***>) – 1 000 (одна тысяча) рублей.

с Публичного акционерного общества «Челябинский металлургический комбинат» (ИНН <***>) – 5 200 (пять тысяч двести) рублей.

с Публичного акционерного общества «Гайский горно-обогатительный комбинат» (ИНН <***>) – 20 800 (двадцать тысяч восемьсот) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда в большем размере – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Сибайский городской суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Л.Х.Суфьянова