Апелляционное определение № 33-511/2026 от 31 марта 2026 г.

Судья Хохлачева С.В. Дело №2-3809/2025 (33-511/2026)

УИД-09RS0001-01-2025-001164-62


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

1 апреля 2026 года город Черкесск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики в составе

председательствующего Хубиевой Р.У.,

судей Байрамуковой И.Х., Болатчиевой М.Х.,

при секретаре судебного заседания Ураскуловой Д.Д.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3809/2025 по исковому заявлению Страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании в порядке регресса по апелляционной жалобе ответчика на решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 декабря 2025 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Карачаево-Черкесской Республики Хубиевой Р.У., объяснения представителя ответчика ФИО2, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Страховое публичное акционерное общество (СПАО) «Ингосстрах» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании в порядке регресса 175 200,00 руб. и расходов по уплате государственной пошлины в размере 6 256,00 руб. В обоснование иска указано, что <дата> имело место дорожно-транспортное происшествие (ДТП), в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству Фольксваген Туарег, государственный регистрационный знак <данные изъяты>. Согласно документам ГИБДД водитель ФИО3 нарушил Правила дорожного движения РФ, управляя транспортным средством Мерседес-Бенц Спринтер, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, что привело к ДТП. На момент ДТП гражданская ответственность водителя (виновника) была застрахована по договору №... в СПАО «Ингосстрах». Владелец транспортного средства Фольксваген Туарег обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в АО «Альфастрахование», которое признало данный случай страховым и выплатило страховое возмещение. СПАО «Ингосстрах», исполняя свои обязанности по договору страхования №..., возместило страховой компании потерпевшего выплаченное страховое возмещение в сумме 175 200,00 руб. Согласно заявлению владельца ФИО1 о заключении договора ОСАГО от <дата> транспортное средство Мерседес-Бенц Спринтер, государственный регистрационный знак №... должно использоваться в личных целях. Однако, согласно выписке с сайта Ространснадзора в отношении указанного транспортного средства действует полис страхования ОСГОП (обязательное страхование гражданской ответственности перевозчика). Предоставление владельцем ФИО1 при заключении договора ОСАГО №... недостоверных сведений относительно цели использования транспортного средства привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Заочным решением Черкесского городского суда КЧР от 14 августа 2025 года исковые требования СПАО «Ингосстрах» были удовлетворены.

Определением суда от 7 октября 2025 года данное заочное решение отменено на основании поступившего заявления ответчика, производство по делу возобновлено.

Представитель ответчика ФИО1 – ФИО2 в судебном заседании просил отказать в удовлетворения исковых требований СПАО «Ингосстрах», представил письменную позицию (пояснения) относительно иска.

Представитель истца в судебное заседание не явился, в исковом заявлении содержится просьба о рассмотрении дела в его отсутствие. Ответчик ФИО1 направила для участия в деле своего представителя, о причине своей неявки суду не сообщила. Дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Решением Черкесского городского суда КЧР от 25 декабря 2025 года исковые требования СПАО «Ингосстрах» удовлетворены, с ответчика в пользу истца взыскано в порядке регресса 175 200,00 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 256,00 руб.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО1 просит отменить данное решение, как постановленное с нарушением норм материального и процессуального закона, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований истца. В обоснование жалобы указано, что суд при рассмотрении настоящего спора не исследовал вопрос наличия прямого умысла в действиях ФИО1 по передаче страховщику сведений о цели предполагаемого использования принадлежащего ей автомобиля и неправильно распределил бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела. Сам по себе факт наличия разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров, выданного прежнему собственнику ТС Мерседес Бенц Спринтер - ИП ФИО4, не подтверждает факт использования ФИО1 указанного ТС в качестве перевозки пассажиров в период времени с <дата> (момента заключения договора страхования) по <дата> (момент совершения ДТП). Доказательств того, что о наличии разрешения на осуществление деятельности по перевозке пассажиров в отношении ТС Мерседес Бенц Спринтер, государственный регистрационный знак №..., ФИО1 было известно, в материалы дела не представлено. ФИО1 также не зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя в ФНС. Оформленные сотрудниками ГИБДД ДТП материалы о ДТП сведений о том, что столкновение произошло с ТС Мерседес Бенц Спринтер, государственный регистрационный знак №..., используемым в качестве автобуса для перевозки пассажиров, также не содержат. Таким образом, достоверность сведений, представленных ФИО1 при заключении договора ОСАГО, сомнений не вызывает, доказательств об обратном СПАО «Ингосстрах» суду не было представлено. Страховое общество в момент наступления ДТП от <дата> действие страхового полиса не прекратило и исполнило по нему обязательства. Более того, данный страховой полис продолжил свое действие до момента окончания срока страхования и сторонами недействительным не признавался.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО2 просил удовлетворить апелляционную жалобу по изложенным в ней доводам и отменить решение суда от 25 декабря 2025 года.

Представитель истца и ответчик, направивший для участия в деле своего представителя по доверенности, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили, были извещены о дате и времени рассмотрения дела надлежащим образом. На основании норм ст.167, ч.1 ст.327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, выслушав объяснения представителя ответчика, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в соответствии с ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда первой инстанции.

В соответствии с ч. 1 и ч. 2 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения суда первой инстанции в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Согласно ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких нарушений судом первой инстанции при рассмотрении настоящего дела допущено не было.

Как следует из материалов дела и установлено судом, <дата> по вине водителя транспортного средства Мерседес-Бенц Спринтер ФИО5, нарушившего п.п. 9.10 ПДД РФ, произошло ДТП, в результате которого были причинены механические повреждения транспортному средству Фольксваген Туарег, государственный регистрационный знак №..., под

управлением водителя ФИО6 (л.д.44-45).

Вина водителя ФИО5 в указанном ДТП не оспаривалась в ходе рассмотрения дела.

На момент ДТП гражданская ответственность водителя (виновника) ФИО5 была застрахована в СПАО «Ингосстрах» по договору №... от <дата> на срок с <дата> по <дата> (к управлению ТС допущено неограниченное количество лиц, л.д.70).

Владелец транспортного средства Фольксваген Туарег ФИО6 обратился с заявлением о выплате страхового возмещения в АО «Альфастрахование» (л.д.17), которое признало данный случай страховым (л.д. 41) и выплатило страховое возмещение в размере 175 200 руб. на основании экспертного заключения №... от <дата> (л.д.21-34), что подтверждается платежным поручением №... от <дата> (л.д.35).

СПАО «Ингосстрах» по данному страховому случаю, исполняя свои обязанности по договору страхования №..., <дата> возместило страховой компании потерпевшего выплаченное страховое возмещение в сумме 175 200 руб. (л.д.37).

Как усматривается из заявления владельца транспортного средства Мерседес-Бенц Спринтер (<дата> выпуска, идентификационный номер №...) о заключении договора ОСАГО от <дата> страхователем и собственником указана ФИО1, цель использования транспортного средства - личная, договор заключен на условиях неограниченного количества лиц, допущенных к управлению транспортным средством, размер страховой премии составил 18 520,35 руб. (л.д.66-67).

Истец, ссылаясь на общедоступные сведения сайта Ространснадзора, указывает, что на момент заключения договора ОСАГО в отношении транспортного средства ответчика действовал полис страхования ОСГОП (обязательное страхование гражданской ответственности перевозчика), что противоречит данным, указанным страхователем в заявлении на выдачу полиса ОСАГО, где указано о том, что данное транспортное средство может быть использовано в личных целях.

Согласно истребованной судом первой инстанции информации из МТУ Ространснадзора по ЮФО лицензия на деятельность по перевозкам пассажиров и иных лиц автобусами №... (прежние №...) от <дата> была предоставлена ИП ФИО4 (ОГРН №...), транспортное средство (VIN №...), внесено в реестр лицензий приказом от <дата> На основании сведений из ФНС и в соответствии с п. 13 ст. 20 Федерального закона от 4 мая 2011 г. «О лицензировании отдельных видов деятельности» действие указанной лицензии прекращено приказом МТУ Ространснадзора по ЮФО от <дата> в связи с прекращением физическим лицом деятельности в качестве индивидуального предпринимателя (л.д.110-114).

Разрешая спор по существу и оценив представленные по делу доказательства, суд первой инстанции пришел к выводу об обоснованности заявленных истцом требований, поскольку предоставление ответчиком при заключении договора ОСАГО в отношении транспортного средства Мерседес-Бенц Спринтер (VIN №...) недостоверных данных о цели использования транспортного средства привело к уменьшению размера страховой премии.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на исследовании доказательств, их оценке в соответствии с правилами, установленными в ст. 67 ГПК РФ, и соответствуют нормам материального права, регулирующим возникшие между сторонами правоотношения. Оснований для переоценки представленных доказательств судебная коллегия не усматривает.

Так, в силу п. 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

В соответствии с п. 1, 2 ст. 929 ГК РФ одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы). По договору имущественного страхования может быть застрахован риск утраты (гибели), недостачи или повреждения определенного имущества (ст. 930 ГК РФ).

Согласно пп. 2 п. 1 ст. 942 ГК РФ при заключении договора имущественного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страхового случая).

Положениями п. 2 ст. 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 г. № 4015-I «Об организации страхового дела в Российской Федерации» предусмотрено, что страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату страхователю, застрахованному лицу, выгодоприобретателю или иным третьим лицам.

Из приведенных правовых норм в их системной взаимосвязи с принципом свободы договора следует, что стороны договора страхования вправе по своему усмотрению определить перечень случаев, признаваемых страховыми, а также случаев, которые не могут быть признаны страховыми.

В силу п. 1 и 2 ст. 943 ГК РФ условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования). Условия, содержащиеся в правилах страхования и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборотной стороне либо

приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре.

Кроме того, в соответствии с ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 25 апреля 2002 г. № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (Закон об ОСАГО) владельцы транспортных средств обязаны на условиях и в порядке, которые установлены названным Федеральным законом и в соответствии с ним, страховать риск своей гражданской ответственности, которая может наступить вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц при использовании транспортных средств.

Согласно ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании. В пункте 2 названной статьи закреплено, что владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Положениями ст. 1 Закона об ОСАГО предусмотрено, что под владельцем транспортного средства понимается собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на

основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Вопреки позиции апеллянта, в соответствии с абз.7 п. 1.6 Правил обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, действовавших на момент заключения сторонами договора ОСАГО (Приложение 1 к Положению Банка России от 19 сентября 2014 г. № 431-П), именно владелец транспортного средства несет ответственность за полноту и достоверность сведений и документов, представляемых страховщику.

На основании ст. 14.1 Закона об ОСАГО потерпевший может предъявить требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего (прямое возмещение убытков).

В соответствии с п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом, имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Положениями пп. «к» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО предусмотрено, что к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере произведенной потерпевшему страховой выплаты, если владелец транспортного средства при заключении договора обязательного страхования предоставил страховщику недостоверные сведения, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

Использование автомобиля в качестве регулярных пассажирских перевозок влечет увеличение страхового риска в связи с изменением характера эксплуатации транспортного средства и повышением размера страховой премии.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» разъяснено, что ложными или неполными сведениями считаются представленные страхователем сведения, которые не соответствуют действительности или не содержат необходимой для заключения договора страхования информации, при надлежащем представлении которых договор не был бы заключен или был бы заключен на других условиях. Обязанность по представлению полных и достоверных сведений относится к информации, влияющей на размер страховой премии: технических характеристик, конструктивных особенностей, о собственнике, назначении и (или) цели использования транспортного средства и иных обязательных сведений, определяемых законодательством об ОСАГО (например, стаж вождения, использование легкового автомобиля в качестве такси, а не для личных семейных нужд и т.п.).

В силу п. 1 ст. 965 ГК РФ, если договором имущественного страхования не предусмотрено иное, к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Из системного толкования вышеприведенных норм следует, что в соответствии пп. «к» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО право регресса у страховщика к причинителю вреда, каковым по смыслу ст. 1079 ГК РФ и ст. 1 Закона об ОСАГО является владелец транспортного средства как источника повышенной опасности, при использовании которого причинен вред, возникает в случае осуществления страхового возмещения по договору ОСАГО, при заключении которого страхователем (владельцем транспортного средства) представлены недостоверные данные, которые привели к уменьшению размера страховой премии.

Общим принципом гражданско-правовой ответственности по регрессным требованиям является принцип вины, который носит характер опровержимой презумпции, должник по обязательству не лишен права представить доказательства, исключающие его вину в нарушении обязательства. Применительно к вышеприведенным нормам материального права суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о наличии совокупности условий для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности в порядке регресса по основаниям сокрытия ответчиком, являющимся страхователем по договору, обстоятельств относительно цели использования транспортного средства, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления, в связи с чем правильно пришел к выводу о наличии у истца права регрессного требования к ответчику по основанию, установленному пп. «к» п. 1 ст. 14 Закона об ОСАГО.

Учитывая приведенные нормы права и разъяснения по их применению, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные доводы апелляционной жалобы о том, что обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике.

Указание ответчика на то, что на момент дорожно-транспортного происшествия действовал полис ОСАГО, который недействительным не признан и страховое общество исполнило по нему обязательства, основанием для отмены решения суда первой инстанции не является, поскольку указанный полис покрывает ответственность водителя перед третьими лицами. На момент заключения договора ОСАГО с СПАО «Ингосстрах» (31 октября 2023 г.) в отношении ТС ответчика действовал полис страхования ОСГОП (прекратил действие 15 ноября 2024 г.). Вместе с тем, такие сведения ответчик при заключении договора страхования не сообщил страховщику, в связи с чем, была оплачена страховая премия, исходя из цели использования транспортного средства как «личная», которая составила 18 520,35 руб., вместо 24 820,47 руб.,

подлежащей оплате при использовании транспортного средства в качестве «регулярных перевозок» (расчёт приведен истцом в исковом заявлении).

При установленных по делу судом факт предоставления ответчиком при заключении договора обязательного страхования недостоверных сведений относительно использования автомобиля как личного транспорта был признан доказанным, в связи с чем, у истца возникло право регрессного требования.

Доводы апелляционной жалобы о том, что ответчик не знал о наличии выданной прежнему собственнику лицензии (разрешения) на использование транспортного средства для перевозки пассажиров, и в деле отсутствуют доказательства обратного, а также доводы о том, что сам факт наличия такого разрешения не подтверждает факт использования ФИО1, не являющейся индивидуальным предпринимателем, указанного ТС в качестве перевозки пассажиров в период времени с момента заключения договора ОСАГО по дату ДТП, не могут быть приняты судебной коллегией во внимание, поскольку объективно ничем не подтверждены и являются несостоятельными. Так, ответчик ФИО1 при наличии разрешения на использование транспортного средства для перевозки пассажиров обладала возможностью использовать принадлежащее ей транспортное средство в таком качестве на законных основаниях, в связи с чем, в силу ст. 56 ГПК РФ обязанность доказать обратное возлагается именно на ответчика. В момент приобретения транспортного средства у индивидуального предпринимателя ФИО1 не была лишена возможности ознакомиться с информацией о выданных разрешениях на перевозку пассажиров и иных лиц, в случае подтверждения такой информации обратиться с заявлением об аннулировании такого разрешения, однако этого не сделала.

В данном случае ответственность ФИО1 наступает за предоставление страховщику недостоверных сведений при заключении договора страхования.

В целом иные доводы апелляционной жалобы сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции по существу рассмотренного спора и неправильной оценке норм действующего законодательства; какие-либо новые обстоятельства, которые не были предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного решения, податель жалобы не указывает.

Вопреки требованиям ст. 56 ГПК РФ ответчиком не представлено относимых, допустимых, достоверных и достаточных доказательств в подтверждение своих доводов.

Учитывая вышеизложенное, содержащиеся в материалах дела письменные доказательства в своей совокупности с достоверностью подтверждают доводы истца о том, что при заключении договора ОСАГО ответчик, как страхователь, указал сведения, не соответствующие действительности относительно цели использования транспортного средства, которые привели к необоснованному снижению страховой премии, и у истца

возникло право регрессного требования, в связи с чем, суд первой инстанции правомерно удовлетворил исковые требования.

При таких обстоятельствах решение суда является законным и обоснованным, поскольку у суда имелись основания для его принятия.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Черкесского городского суда Карачаево-Черкесской Республики от 25 декабря 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика ФИО1 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение составлено 10 апреля 2026 года.

Председательствующий

Судьи: