Решение № 2-325/2018 2-325/2018 ~ М-54/2018 М-54/2018 от 12 февраля 2018 г. по делу № 2-325/2018

Дело № 2-325/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Междуреченский городской суд

Кемеровской области

В составе председательствующего судьи Чирцовой Е.А.,

при секретаре Малоедовой И.В.,

с участием прокурора Кузнецовой З.А., рассмотрев в открытом судебном заседании 13 февраля 2018 года в г. Междуреченске дело по иску ФИО1 к Публичному акционерному обществу « Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Публичному акционерному обществу « Угольная компания «Южный Кузбасс» (далее ПАО «Южный Кузбасс») о взыскании компенсации морального вреда.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ в период работы на ОАО с ним произошел несчастный случай, о чем был составлен акт формы Н-1 № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве. Впоследствии на основании предписания № от ДД.ММ.ГГГГ и заключения главного государственного инспектора труда в Кемеровской области С. был оформлен акт формы Н-1 № о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ.

Заключением БМСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>. <данные изъяты>

В результате несчастного случая в настоящее время ему установлен диагноз в соответствии с ПРП от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>

ОАО приказом № от ДД.ММ.ГГГГ выплатило ему в добровольном порядке в связи с производственной травмой, в возмещение морального вреда <данные изъяты>. Считает указанную сумму компенсации морального вреда недостаточной.

24 апреля 2017 года он обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда в добровольном порядке, однако ответа так и не получил.

В связи с полученной производственной травмой истец испытывает нравственные и физические страдания, которые оценивает в размере 148000 руб, которую на основании ст.ст. 151-151, 1099-1101 ГК РФ просит взыскать с ответчика. Также просит взыскать расходы по оказанию юридических услуг за составление искового заявления 3000 рублей и за участие представителя в суде 5000 рублей.

В судебном заседании истец на удовлетворении заявленных требований настаивал, по основаниям, изложенным в исковом заявлении, Также пояснил, что ответчиком в 2005 году было выплачено в счет компенсации морального вреда в связи в несчастным случаем <данные изъяты>, полагает, что указанная компенсация не в полной мере достаточна. Дополнительно пояснил, что травму получил, работая на предприятии ответчика. <данные изъяты>

Представитель истца адвокат Кирищенко Д. П., действующий на основании ордера, поддержал позицию истца, настаивал на удовлетворении заявленных требований в полном объеме, пояснив, что улучшений состояния здоровья не наблюдается, полагая, что сумма компенсации морального вреда <данные изъяты>, выплаченная ответчиком в 2005 году недостаточна.

Представитель ответчика ПАО «Южный Кузбасс» - ФИО2, действующая на основании доверенности, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, предоставила письменный отзыв (л.д. 70- 71), доводы которого сводятся к тому, что истцу на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ была произведена выплата <данные изъяты>. единовременного пособия в связи <данные изъяты> согласно п. 5.1.3. ОТС по угольной промышленности на 2004-2006 г.г., и <данные изъяты>. в счет компенсации морального вреда, всего <данные изъяты>. Полагает, что принимая ОТС на 2004-2006 г.г. стороны подписавшие его определили суммы исчисления морального вреда : 20 процентов за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности и данная сумма была возмещена истцу в 2005 году в размере <данные изъяты>.

Кроме того, согласно акта № от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве, произошедшего с ФИО1, причинами несчастного случая явилось нарушение пострадавшим производственной дисциплины, в части использования им выработки, не предназначенной и не оборудованной для передвижения людей. Установлена степень вины пострадавшего 40%.

Согласно сведений трудовой книжки истца, после получения травмы, он продолжает работать во вредных условиях труда <данные изъяты> (более 14 лет с момента травмы), то есть сознательно ухудшает свое здоровье.

Считает, что заявленный истцом размер компенсации морального вреда явно завышен и не соответствует требованиям справедливости и разумности при определении размера компенсации морального вреда. Также считает завышенным, заявленный истцом размер судебных расходов, который подлежит уменьшению до разумных пределов.

Заслушав лиц, участвующих в деле, опросив свидетелей, выслушав заключение прокурора, полагавшего иск обоснованным и подлежащим частичному удовлетворению, изучив материалы дела, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований по следующим основаниям.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.

Так, в соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Разрешая доводы представителя ответчика относительно того, что сумма выплаченная истцу единовременного пособия в связи с утратой профессиональной трудоспособности в размере 31480 рублей согласно п. 5.1.3. ОТС на 2004 -2006 года, также относится в счет возмещения морального вреда не может быть принята во внимание, поскольку не соответствует материалам дела.

Согласно ст. 45 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение - это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

Между тем, как в отраслевом тарифном соглашении, действовавшем на 2004 -2006 года в период возникновения права истца на компенсацию морального вреда, так и в коллективном договоре того же периода, размер компенсации морального вреда не согласован сторонами. Из приказа о выплате морального вреда следует, что расчета морального вреда, либо определения суммы морального вреда по каким-либо другим критериям, в приказе не приведено. Исходя из каких критериев и актов работодатель определил сумму морального вреда, и что учитывал при определении суммы морального вреда, установить не возможно.

С учетом изложенного, суд вправе при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда, причиненного работнику прийти к выводу об определении размера компенсации с учетом разумности и справедливости и отличной от той, что выплатил работодатель.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьёй 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (в редакции от 6 февраля 2007 г.).

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Судом установлено и подтверждается материалами дела: сведениями трудовой книжки (л.д. 10-14), актом о несчастном случае на производстве № (л.д. 17-18), оформленном на основании предписания № от ДД.ММ.ГГГГ главного государственного инспектора труда в Кемеровской области, что в период работы истца в ОАО ДД.ММ.ГГГГ произошел несчастный случай, в результате которого истец получил травму<данные изъяты>, где степень вины пострадавшего 0%..

Исторической справкой представленной в материалы дела подтверждается, что ОАО входит в состав предприятий ПО Южный Кузбасс» (л.д. 25).

Заключением БМСЭ № от ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты> (л.д. 47).

<данные изъяты>( л.д. 38).

<данные изъяты> (л.д. 38).

Согласно приказа ОАО № от ДД.ММ.ГГГГ истцу выплачена компенсация морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве <данные изъяты>., выплата произведена на основании ОТС на 2004-2006 г.г., Гражданского кодекса Российской Федерации, вина предприятия установлена 60 процентов. (л.д. 21).

В досудебном порядке истец обращался 24.04.2017 года к ответчику за компенсацией морального вреда в размере, однако ответа не получил (л.д. 24).

На основании представленного индивидуальных программ реабилитации пострадавшего, выпиской из амбулаторной карты, судом установлено, что после травмы, произошедшей ДД.ММ.ГГГГ истец находился на лечении с диагнозом<данные изъяты>, также в настоящее время ему установлен диагноз в соответствии с ПРП от ДД.ММ.ГГГГ: <данные изъяты>.

Доводы представителя ответчика ПАО «Южный Кузбасс» о том, что истец, продолжая работать во вредных условиях труда, способствовал ухудшению состояния своего здоровья, в связи с чем, в его действиях присутствует и его вина, не могут быть приняты во внимание, поскольку установлено, что профессиональное заболевание у истца развились по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда в нарушение требований законодательства, вины истца, в том числе и неосторожной, не установлено, что подтверждается актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 17-18), оформленном на основании предписания № от ДД.ММ.ГГГГ главного государственного инспектора труда в Кемеровской области.

Свидетель З. в судебном заседании поясняла, что проживает совместно с истцом около шести лет, ей известно, что у истца была производственная травма <данные изъяты>, из-за травмы он постоянно испытывает боль, <данные изъяты>.

Свидетель К., который приходится племянником истцу, в судебном заседании пояснил, что часто общаются с истцом, ему известно, что после травмы <данные изъяты> истец постоянно испытывает боли <данные изъяты>. Он часто ему помогает. В любом физическом труде. <данные изъяты>

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации определяется судом в зависимости от характера причиненных физических и нравственных страданий, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего. В соответствии со ст. 1101 ГК РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Таким образом, суд считает заслуживающим внимание доводы истца и его представителя о том, что вследствие произошедшей производственной травмы он испытывает нравственные и физические страдания, поскольку возникли ограничения обычной жизнедеятельности, обусловленные ухудшением состояния здоровья <данные изъяты>.

Факт причинения вреда здоровью истца подтвержден в судебном заседании в полной мере.

Оценивая представленные доказательства, суд полагает обоснованными доводы истца о том, что в результате травмы ему причинен моральный вред, поскольку, он длительное время испытывал болевые ощущения, до настоящего времени ограничен в обычной полноценном передвижении, что, безусловно, причиняет ему нравственные страдания.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, обстоятельства произошедшей травмы, время реабилитационного периода и возможность продолжать работу в прежней должности, а также что последствием травмы явилась <данные изъяты>, истец нуждается в медицинской реабилитации.

С учетом требований разумности и справедливости, суд определил размер доплаты компенсации морального вреда 38 000 рублей, в связи с полученной травмой на производстве, с учетом вины предприятия, а также с учетом выплаченной ответчиком в досудебном порядке в счет компенсации морального вреда в 2005 году суммы <данные изъяты>.

Указанную сумму в размере 38 000 рублей, суд считает соразмерной причиненным физическим и нравственным страданиям истца, в удовлетворении остальной части иска суд считает необходимым отказать, полагая требования истца о компенсации морального вреда в размере 148 000 руб., завышенными, не отвечающими требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст. ст. 94, 98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», суд считает возможным удовлетворить требования истца о взыскании в его пользу, понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг, с учетом объема проделанной работы, подготовки иска и документов, сложности рассмотрения дела, количества судебных заседаний в размере 6 000 рублей, полагая указанные расходы разумными. Вместе с тем истцом представлена квитанция в подтверждение указанных расходов на сумму <данные изъяты> (л.д. 7).

Истец освобожден от уплаты госпошлины в соответствии со ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, в соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ государственная госпошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

На основании изложенного выше, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования ФИО1 к Публичному акционерному обществу «Угольная компания «Южный Кузбасс» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Публичного акционерного общества «Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного вследствие производственной травмы 38 000 рублей, в удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Публичного акционерного общества Угольная компания «Южный Кузбасс» в пользу ФИО1 расходы по оказанию юридических услуг 6 000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества Угольная компания «Южный Кузбасс» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Кемеровский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Междуреченский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 19 февраля 2018 года.

Судья: Е. А. Чирцова

Копия верна

Судья Е. А. Чирцова