Решение № 2-787/2019 2-787/2019(2-8661/2018;)~М-7615/2018 2-8661/2018 М-7615/2018 от 21 июля 2019 г. по делу № 2-787/2019

Дело № 2-787/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 июля 2019 года город Уфа

Калининский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Тухбатуллиной Л.Х.,

при секретаре Васютиной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО6 евне, ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО6, ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения недействительным.

В обоснование иска указал, что его бабушка ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: РБ, <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 подарила ФИО6, ФИО4, ФИО5 по 1/3 доли каждой вышеуказанную квартиру. В последующем ответчиками зарегистрировано право собственности на данное жилое помещение.

В сентябре 2016 года истцу позвонила его мать и рассказала, что встретила соседку ФИО1, которая рассказала, что бабушка перенесла инфаркт сердца, очень изменилась, постарела, осунулась, трясется. От бабушки исходил запах алкоголя, одевается неопрятно, потеря памяти, не узнает знакомых. В магазин с 5 этажа спускается и поднимается подолгу. Не может правильно посчитать деньги, подозревает всех в обмане, потеряла ориентир во времени, боится врачей.

Полагает, что на момент совершения сделки дарения жилого помещения ФИО1 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, осознавать последствия сделки, ввиду перенесенных заболеваний.

Просит суд признать недействительным договор дарения спорной квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, составленный ФИО1 в пользу ФИО6 евны, ФИО4, ФИО5, признать право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> порядке наследования после смерти бабушки ФИО1, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

На судебное заседание истец ФИО3 не явился, о месте и времени судебного заседания извещен надлежащим образом.

Ранее, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 суду пояснил, что ФИО1 это его бабушка, которая умерла в октябре 2018 года. При жизни она была собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> В октябре 2017 года ФИО1 подарила свою квартиру ответчикам, каждой по 1/3 доле. Ответчиков он до этого никогда не видел, познакомился с ними в морге, после смерти бабушки.

В сентябре 2007 года, когда со своей супругой развозили приглашения на свадьбу, первый раз познакомил супругу с бабушкой. В 2015 году заезжал к бабушке. У его покойного отца должен был быть юбилей, посидели у бабушки, бабушка выпила спиртное, он отказался, поскольку был за рулем.

ДД.ММ.ГГГГ заезжал с супругой к бабушке, завозили угощения. Тогда ФИО1 обращалась к нему по имени ФИО51 (по имени умершего сына), супругу не признала.

В 2017 году хотел провести ФИО1 МРТ, привез ее в ГКБ №, для проведения обследования к знакомому врачу. Врач, побеседовав с ФИО1, сообщил, что обследование провести не получится, поскольку последняя не понимает для чего и где находится. На вопросы бабушка не отвечала. Врач порекомендовал отвезти ФИО1 в психиатрическую больницу.

ФИО1 одевалась не по погоде, выглядела неопрятно, примерно с 2016 года часто не узнавала знакомых, родных, называла ФИО3 именем своего покойного сына Сергея. Иногда она вела себя агрессивно, кричала. Часто злоупотребляла спиртными напитками, ей казалось, что ее хотят отравить, продукты, которые приносили, считала отравленными.

В судебном заседании представитель ФИО3 – ФИО8, действующий по доверенности, исковые требования поддержал в полном объеме, ввиду несогласия с заключением экспертов, противоречивости выводов экспертов, просил назначит дополнительную судебно-психиатрическую экспертизу назначить ее проведение в ГНЦССП им ФИО9.

Ответчик ФИО5 на судебное заседание не явился, о месте и времени судебного заседания извещена надлежащим образом. Имеется заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

В судебном заседании ответчики ФИО6, ФИО4, их представитель ФИО10, действующий по доверенностям, возражали против удовлетворения исковых требований.

На судебное заседание нотариус ФИО11 не явилась, о месте и времени извещена надлежащим образом. Имеется заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Таким образом, принимая во внимание право истца на рассмотрение дела в сроки, предусмотренные процессуальным законодательством, и с целью недопущения нарушения этого права, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело в соответствии со ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся сторон.

Изучив и оценив материалы гражданского дела, дав оценку всем добытым по делу доказательствам, как в отдельности, так и в их совокупности, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Защита гражданских прав осуществляется способами, предусмотренными статьей 12 названного Кодекса.

Статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) определено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 123 Конституции РФ, ст. 56 ГПК РФ гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу ч. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

Как усматривается из материалов дела и установлено судом, ФИО1 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1, с одной стороны, и ФИО6, ФИО4, ФИО5, с другой стороны, заключен договор дарения вышеуказанного жилого помещения, согласно которому ФИО1 подарила ответчикам по 1/3 доли каждой спорной квартиры.

Согласно п. 5 договора, участники подтверждают, что они не лишены и не ограничены в дееспособности, под опекой и попечительством, патронажем не состоят, не страдают заболеваниями, препятствующими осознавать суть подписываемого договора и обстоятельства его заключения.

В силу положений п. 9 договора, право собственности на вышеуказанное имущество переходит от дарителей к одаряемому с момента его государственной регистрации в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Башкортостан.

Указанный договор подписан ФИО1, ФИО6, ФИО4, действующей также в интересах ФИО5, что не оспаривалось в ходе рассмотрения дела.

Данный договор дарения прошел государственную регистрацию в Управлении Росреестра, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

ФИО1 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти IV-AP №.

После смерти ФИО1 с заявлениями о принятии наследства обратились: ФИО3, ФИО4

В силу установленного правового регулирования граждане свободны в приобретении и осуществлении гражданских прав и обязанностей, руководствуясь своей волей и действуя в своем интересе, в том числе, посредством вступления в договорные правоотношения путем выбора формы, вида договора, определении его условий (статьи 1, 421, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации).

С учетом правового содержания статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общих условий действительности сделок, последние представляют собой осознанные, целенаправленные, волевые действия лиц, совершая которые, они ставят цель достижения определенных правовых последствий.

Таким образом, обязательным условием сделки как волевого правомерного юридического действия субъекта гражданских правоотношений является направленность воли лица при совершении сделки на достижение определенного правового результата (правовой цели), влекущего установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, квалифицирующим признаком сделки, совершенной в состоянии недееспособности, является отсутствие у лица в момент совершения сделки способности понимать значение своих действий или руководить ими, влекущее искаженное понимание лицом существа совершаемой сделки, ее правовых последствий или утрату способности руководить своими действиями в соответствии со сформировавшейся волей.

Суд исходит из презумпции действительности сделки до того времени, пока с достоверностью не будет доказано обратное, так как судебной защите подлежат не только права и охраняемые законом интересы истцов, но и ответчиков.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В судебном заседании, как по ходатайству истца, так и по ходатайству ответчика были допрошены свидетели.

Так, допрошенный в судебном заседании по ходатайству истца, свидетель ФИО13 показал, что работает врачом компьютерной томографии ГКБ №, знает ФИО3, который в 2017 г. привез к нему на обследование свою бабушку ФИО1, она плохо передвигалась, не понимала для каких целей и где находится. От нее исходил запах алкоголя. На вопросы отвечала неадекватно. Свою фамилию она не смогла назвать, представившись только по имени ФИО7. Провести обследование не получилось, поскольку для проведения томографии пациент не должен двигаться, а ФИО1 не могла зафиксировать голову.

Допрошенная в судебном заседании по ходатайству истца свидетель ФИО14, показала, что является супругой ФИО3 В 2015 г. она в последний раз видела бабушку супруга - ФИО1 Со слов свекрови ей стало известно, что в декабре 2016 г. ФИО1 не открывала свекрови дверь, говорила, что не узнает ее. Затем к ней ездил супруг (ФИО3) завозил продукты. Бабушка его не узнавала, называла именем своего покойного сына Сергея. Со слов супруга и свекрови ей известно, что ФИО1 злоупотребляла спиртными напитками.

Свидетель ФИО15 показала, что с 1980 г. знала ФИО1 Она всегда была скрытная, с ней было тяжело общаться. Летом 2016 г., после инфаркта, ФИО1 стала неадекватной, за год-полтора до своей смерти она часто не открывала дверь, не принимала необходимые лекарства, плохо узнавала людей, употребляла спиртные напитки, стала неопрятной, кушать не готовила, боялась, что ее отравят. В магазине ФИО1 не рассчитывалась, ей помогали, так как не могла посчитать правильно деньги. Она думала, что 50 руб. это большие деньги, крупные купюры не давала. За пенсию ФИО1 расписывалась иногда сама, ей объясняли, где ставить свою подпись и она расписывалась. У ФИО1 была <данные изъяты>, она тяжело передвигалась.

Свидетель ФИО16 показал, что работает на Колхозном рынке. Примерно 4-5 лет назад он познакомился с ФИО1, она раньше работала с его отцом. В последний раз он ее видел летом 2017 г. Он общался с ней как продавец и покупатель. Она всегда его узнавала, сама рассчитывалась за покупки, ей никто не помогал, но в деньгах ориентировалась плохо, как все пожилые люди, говорила: «возьми сколько надо». В последний раз ему показалось, что она последний раз стала забывчивая.

Свидетель ФИО17 показала, что она является тетей ФИО3, знала ФИО1, но с ней общалась редко, последние два раза в апреле и в июне 2017 г. была у нее дома. ФИО1 была в домашней одежде, с растрепанными волосами, выглядела как-то напугано, неестественно, ей показалось, что она была неадекватная. Взгляд у ФИО1 был неосознанный, растерянный, по сторонам смотрела, прислушивалась, говорила, что не кушает, так как боится, что ее отравят, обнаруживала в пище каких-то червяков. Выглядела ФИО1 болезненно, были синяки на запястье, предплечье, она говорила, что это от уколов, что это ее так лечат.

Свидетель ФИО18 показала, что жила по соседству с ФИО1 в <адрес>, вышла замуж и переехала. Ее мама и ФИО1 были соседками. В 2014 г. ФИО1 жаловалась на головную боль, отдышку, давление, на улицу одевалась не по погоде. От нее постоянно исходил запах мочи и алкоголя. До 2014 г. ФИО1 присматривала за ее детьми.

В октябре 2017 года, она приехала к маме в гости, ФИО1 также была у мамы, ФИО1 много выпила спиртного, ее пытались проводить домой, она сопротивлялась, так как думала, что находится у себя дома. То есть она путалась, думала, что квартира мамы – это ее квартира.

Свидетель ФИО19 показал, что с 1980 г. он работал совместно с ФИО1 В 2015 г. он встретил ее на Колхозном рынке, она была нормальная, разговорчивая. В 2017 г. она была странная, его не узнавала, была одета не по погоде, выглядела неопрятно.

Свидетель ФИО20 показала, что ДД.ММ.ГГГГ видела ФИО1 в гостях у знакомой ФИО15, они были соседями. ФИО1 была в халате, имела неряшливый вид, вела себя не очень адекватно, кушала руками салат, начала ругаться, когда ее повели к себе домой, рассказывала о покойном сыне – Сергее как о живом.

Свидетель ФИО21 показала, что в мае 2017 г. она вместе с матерью ФИО22 пошли домой к ФИО1, но она дверь не открывала. Они пошли в магазин и увидели там ФИО1, которая была одета не по погоде, неправильно рассчитывалась, ей помогли рассчитаться. Кассир говорила, что она постоянно неправильно рассчитывается и что иногда ее выводили с охраной. Она не узнавала свою сноху, ругалась, от нее исходил запах алкоголя.

Свидетель ФИО23 показала, что она являлась супругой сына ФИО1– ФИО53 Сергея и матерью истца ФИО3 В семье ФИО1 - ее мама, сестра и ее сын были неадекватные. Ее сын Сергей вены себе резал и потом повесился.

В декабре 2017 г. она приехала в гости к ФИО1, но она ее не узнала. В январе 2018 г. она приняла ФИО3 за своего покойного сына Сергея. ФИО1 путала адрес проживания, иногда говорила, что живет на <адрес>, там где раньше жила. Дверь входную от квартиры оставляла открытой. Она в карманы разложила записки с ее именем и адресом, чтобы она не потерялась.

В 2017 году, когда она приехала с сыном в гости к свекрови, то у последней руки были в синяках. ФИО1 пояснила, что ее так лечат. Одевалась ФИО1 не по погоде, видела червяков в еде, боялась, что ее отравят. ФИО1 злоупотребляла спиртные напитки.

В октябре 2017 г. она была в гостях у соседки ФИО1 - Флюзы пригласили в гости ФИО1. Находясь в гостях, ФИО7 очень много выпила спиртного, начала руками салат кушать, про сына Сережу говорила, как о живом, что приходил к ней недавно.

Она привезла ей электрический чайник, чтобы ФИО1 не включала газ, но она поставила чайник на плиту и он расплавился. Ей приходилась расплачиваться за ФИО1, поскольку последняя неправильно считала деньги. Ей казалось что 10 рублей это крупные деньги. Также она один раз видела, что ФИО1 лазила в мусорном баке.

Свидетель ФИО24 показала, что живет в районе Дема. В начале сентября 2017 года она гуляла с внуком, когда увидела женщину, которую потом узнала зовут ФИО1. Она с ней начала разговаривать, ФИО1 сказала, что ее привез сын ФИО51, на машине. От нее пахло перегаром. На вопросы ФИО1 не отвечала, молчала и все как-то говорила: «Выпить не дают...все болит…». Потом подбежала Зухра и ее начала звать. Под ручку вела ее Зухра и еще девочка, ФИО1 тяжело передвигалась. Как оказалось потом, они в соседнем доме живут. ФИО1 она тогда видела единственный раз.

Согласно нотариально удостоверенным письменными показаниям свидетель ФИО25 показала, что в июне 2017 г. она видела, как ФИО1 копалась в мусорном баке, была одета не по погоде, путала адрес проживания. Ее завели домой, переодели, называла свое имя, но на вопрос о возрасте ответа не давала.

Так, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО26 суду пояснила, что работает участковым врачом поликлиники № ГКБ №. Обслуживает участок, где проживала ФИО1 около 10 лет. Покойную ФИО1 знала. ДД.ММ.ГГГГ в дневное время видела ее последний раз. Был вызов на дом. Когда она приехала, то увидела, что ФИО1 плохо передвигалась по квартире, в квартире были костыли. Амбулаторная карта у нее была на руках, при осмотре было выявлено повышенное давление, пациентка жаловалась на боли в суставах. После осмотра была направлена на консультацию к ортопеду и травматологу. У нее были трудности в передвижения по квартире. У нее имелись такие заболевания <данные изъяты>. Спиртные напитки ФИО1 не употребляла. При посещении обычно ФИО1 была одна, но крайний раз с ней была какая-то женщина. <адрес>нем посещении ФИО1 была адекватная, во времени ориентировалась, всё рассказывала, жалобы подробно поясняла. Она постоянно принимала лекарства от сахарного диабета - Диабетон. У нее было небольшое повышение сахара в крови, она не была инсулинозависимой. В 2018 году ФИО1 престала сама ходить в поликлинику. При последнем её посещении на дому, женщина, которая присматривала за ФИО1, попросила оставить медицинскую карту, чтобы свозить к ортопеду.

При посещении ФИО1 вела себя как хозяйка квартиры. Употребление алкоголя при сахарном диабете вызывает панкреатит, при употреблении алкоголя сахар падает. Пациент самостоятельно решает, чем запивать принимаемые лекарства. Обычно пациенты запивают водой. При посещении ФИО1 на дому, не было заметно, что пациентка употребляла алкоголь. Состояние у неё было адекватное. Сама она выглядела чистой, ухоженной, причесанной. В квартире было чисто.

Свидетель ФИО27 в судебном заседании пояснила, что знакома с ФИО1 с 1981 года. С ней постоянно не общалась. Виделась с ней в 2007 году в ЗАГСе на свадьбе внука ФИО3, а потом только в ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО23 ходила домой навестить ФИО1 ФИО1 проживала в двухкомнатной квартире. Когда пришли, очень долго стучались, спустя некоторое время ФИО1 открыла им дверь. ФИО1 была вся седая, стояла в ночной рубашке (сорочке). В квартире было нечисто. В квартире было светло. Балкон у нее был обшитый, окна пластиковые. ФИО1 так и не узнала ее.

ФИО23 накормила ФИО1 Перед тем как покушать, ФИО1 спросила ФИО28 не отравлена ли еда? ФИО12 пояснила, что ФИО1 боится, что её отравят. После чего ФИО1 пригласила её вместе сесть за стол и покушать, но та отказалась. ФИО1 жаловалась на боли в ногах.

ФИО23 убралась в квартире. На балконе лежала зимняя одежда, которая был облита водой. ФИО1 сказала, что это её куртка. Она вытащила её отмыть, так как осенью будет одевать. Зухра спрашивала причины употребления спиртных напитков, напомнив при этом о наличии заболевания сахарного диабета, указав, что нельзя употреблять спиртные напитки при данном заболевании. ФИО1 пояснила, что ей кто-то носит водку, данную водку принес её муж – Виктор, хотя он уже давно умер. После этого ФИО1 не видела.

В судебном заседании свидетель ФИО29 пояснила, что ФИО1 знала хорошо примерно с 1980 года. Общалась с ней до 1992 года, когда у нее сын умер супруг ФИО51.

В сентябре 2017 года, когда она приехала к сестре ФИО12 Зухре по своим делам, то последняя попросила сходить к ФИО1

Они купили гостинцы, продукты для ФИО1 Они поднялись на 5 этаж. Продукты, картошку отдали соседке, так как ФИО1 не открывала дверь. Потом они еще раз постучались, спустя какое-то время ФИО1 открыла дверь. Они зашли в квартиру. ФИО1 была в нетрезвом виде. ФИО1 посмотрела на них. Её ФИО1 не узнавала. Она начала разговаривать с ФИО1, объясняла, что она является сестрой Зухры. Но ФИО1 ответила, что не узнает её. Потом они поставили чайник, накрыли на стол и сели покушать. ФИО1 говорила, что хочет выпить и достала водку из холодильника. Они спросили: откуда водка. ФИО1 ответила, что её покойный муж – Виктор принёс. Тогда они спросили о его местонахождении. Она ответила, что он на работу ушел, а сын – ФИО51 на <адрес> живет. Они знали, что и супруг и сын ФИО1 уже давно умерли. Она была одета в ночной рубашке, волосы были не расчесаны. В квартире не очень было чисто. Мусор тоже присутствовал, Зухра убралась, грязное белье собрала стирать. Меня это удивило, что она говорила о том, что её супруг и сын живые. Ей показалось, что ФИО1 не могла отдавать отчет своим действиям. Она говорила, что она уже старая, памяти у неё нет. Странность в её общении заключалось в том, что ФИО1 не узнавала никого, говорила о мертвых как о живых. Зухра ей привозила продукты. Зухра с супругом ФИО51 ранее проживали с ФИО1 со дня женитьбы. Потом они все переехали в другую квартиру, которая расположена на <адрес>, где тоже проживали вместе.

Свидетель ФИО30 суду пояснила, что работала консьержем по <адрес>, в доме, где проживет ФИО54. Как-то видела, что ФИО55 привела с собой бабушку ФИО1

ФИО1 поздоровалась с ней, назвав ее Гулей. От этой бабушки был запах алкоголя. Эта бабушка не стала заходить в лифт, так как боялась ездить на нем. После чего они пошли по лестнице. Минут через 20 они ушли. На следующий день она виделась с Зухрой. Со слов последней ей стало известно, что это была ФИО1, ее свекровь, она возили ее в гости к правнукам. Пока они гуляли бабушка ушла и потерялась. Когда зашли домой, она успела употребить водку. Пока её везли в машине домой, ФИО1 обмочилась, потому она привозила к себе домой чтобы переодеть ее.

В судебном заседании свидетель ФИО31 пояснила, что в начале сентября 2017 года она гуляла во дворе. В это же время во дворе гуляла ФИО12 с внуками, с которой была бабушка. Эта бабушка куда–то ушла, и Зухра побежала ее искать. Когда её нашли во дворе, то она сказала, что была на <адрес> у неё намёком расспрашивала, где продается спиртное. Она сказала, что во всех магазинах. Она примерно 15 – 20 минут общались ФИО1 В ходе беседы было странно, что бабушка хотела ехать на <адрес> рассказала, что в молодости жила на <адрес>, потом переехала на <адрес>. Она также рассказывала, что у неё болят ноги, но потихоньку могла ходить без палочки и костылей. Еще говорила, что когда погода меняется, то болит голова. Она была одета скромно и по погоде. В 20-х числах сентября 2017 года виделась с этой бабушкой повторно, они только поздоровались друг с другом.

Допрошенные в судебном заседании свидетели со стороны ответчиков суду пояснили следующее.

Так, свидетель ФИО32 показала суду, что с 1966 г. знала ФИО1, постоянно общались, с 2001 по 2010 г. ездили вместе отдыхать в санатории. ФИО1 деменцией не страдала, была очень щедрой, у нее была отличная память, все помнила, быстро считала, отлично все видела, одевалась модно и красиво, дома был порядок.

Свидетель ФИО33 суду показала, что она проживала в одном доме с ФИО1 Знала ее с 1969 <адрес> всегда одевалась красиво, не выпивала, странностей никогда не было, ни с кем не конфликтовала, у нее была идеальная память. Ее внука и сноху она никогда не видела. ФИО1 не страдала никаким заболеванием, немного был повышен сахар, инсульта или инфаркта не было.

Свидетель ФИО34 суду показала, что проживает в <адрес>. С 2006 года приезжала к ФИО1 в гости. Привозила мед, гостинцы. Никаких странностей у нее она не видела, спиртного ФИО1 не употребляла, болезней у нее не было, на здоровье никогда не жаловалась, провалов в памяти не было, всегда нормально общалась. Последний раз виделась в сентябре 2018 года, ФИО1 заказала ей мед.

Свидетель ФИО35 показала, что она совместно работала с ФИО1 в пищевом блоке ГКБ №, общались лет 13. Постоянно с ней созванивались, странностей не замечала, всегда была спокойной, спиртного не употребляла, одевалась хорошо, проживала одна. ФИО1 никогда не болела, ни разу не уходила на больничный. В последний раз видела ее на мероприятии, посвященном дню пожилых людей, в начале октября 2018 года. ФИО1 посидела за столом, покушала и ушла домой.

Свидетель ФИО52 суду показала, что она совместно работала с ФИО1 в пищевом блоке ГКБ №, странностей у нее не было, была приличной взрослой женщиной, на здоровье не жаловалась, чувствовала себя хорошо, спиртные напитки не употребляла, если принимала медицинские препараты, то только от простуды. В последний раз видела ее в октябре 2018 года на мероприятии, посвященном дню пожилых людей. ФИО1 кушала все подряд, в том числе и сладости.

Свидетель ФИО36 суду показала, что она совместно работала с ФИО1, с 2016-2017 г. в пищевом блоке ГКБ №, после постоянно с ней встречалась, общались. ФИО1 могла посчитать в уме, ни с кем не ругалась, любила читать, не болела, не была на больничном ни разу, всегда узнавала всех, провалов в памяти не было. В последний раз видела ее в октябре 2018 года на мероприятии, посвященном дню пожилых людей. ФИО1 на здоровье никогда не жаловалась, какие-либо лекарства не принимала. На работе даже на больничный не уходила.

Свидетель ФИО37 показала, что знала ФИО1 с рождения, ее родители и ФИО1 дружили. ФИО1 проживала одна, никогда не болела, единственное в 2018 г. сказала, что ноги у нее не очень ходят. У нее дома всегда было чисто, дома никогда не было алкоголя, его не употребляла. В больницу не обращалась, таблеток и уколов с собой не было. Новогодние праздники отмечали вместе. ФИО1 не употребляла спиртное.

Свидетель ФИО38 показал, что он работает в ЖЭУ, знал ФИО1 как жителя обслуживаемого дома по <адрес>. В 2018 г. он бывал у нее два раза в связи с заливами в квартире. ФИО56 раз залив был не по ее вине, второй раз – была трещина на унитазе, купили новый и она рассчиталась за новую сантехнику сама, странностей у нее не было, на здоровье она не жаловалась.

Свидетель ФИО39 суду пояснила, что работала вместе с ФИО1 в пищевой блоке ГКБ №, примерно до 2009 года. ФИО1 может охарактеризовать только с положительной стороны. Она была доброжелательным, добрым, отзывчивым и ответственным человеком. ФИО1 была нормальным и адекватным человеком, у нее не было проблем со здоровьем и памятью. ФИО1 не жаловалась на свое здоровье, о том, что у нее имеется заболевание - сахарный диабет не рассказывала, спиртными напитками не злоупотребляла.

С ФИО1 общалась и вне работы. В 2018 году заходила в гости. В последний раз, когда видела ФИО1, не заметила никаких странностей за ней. Она не жаловалась на какие-либо заболевания. Также ФИО1 никогда не говорила, что у нее есть какие то подобные диагнозы, как атеросклероз.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 присутствовала на празднике, посвящённому дню пожилых людей. На празднике она пробыла около двух часов, угощалась, в том числе и сладкими пирогами. На состояние здоровья не жаловалась, про болезни свои не рассказывала, передвигалась самостоятельно на ногах

Свидетель ФИО40 в судебном заседании пояснила, что знала ФИО1 Они работали вместе более 10 лет. Она устроилась в 2002 году, в то время как ФИО1 уже работала там. Может охарактеризовать ФИО1 как добросовестного и трудолюбивого человека. На здоровье она не жаловалась, неадекватного поведения за ней не наблюдала. С ФИО1 общалась и после увольнения. Они виделись примерно около 4 раз в год. Иногда ФИО1 заходила к ним на работу.

Летом 2018 года она вместе с сотрудницей – ФИО2 приходили в гости домой к ФИО1 Она не видела, чтобы ФИО1 употребляла спиртные напитки. В квартире был порядок, на столе никакие лекарства не лежали. Неадекватного поведения за ней не наблюдалось. Она не жаловалась на свое здоровье, не говорила что у неё сахарный диабет. Ей было известно, что у ФИО1 умерли муж и сын, и что она проживала в квартире одна.

Когда ФИО1 приходила на праздник, посвящённый дню пожилых людей, она была на рабочем месте и часто отлучалась из-за стола по работе и поэтому не видела, что ФИО1 кушала. На свою память ФИО1 тоже не жаловалась, память у нее была хорошая. Она вообще не жаловалась на свое здоровье. У ФИО1 было хорошее зрение, очками не пользовалась. Она хорошо видела.

Свидетель ФИО41 пояснила, что с 1959 года она проживала в многоквартирном доме, где проживала ФИО1 После того, как вышла замуж уезжала, но периодически каждое лето приезжала с дочкой к матери.

В 1980 году познакомилась с ФИО1 В период с 2003 года и до её смерти уже плотно общалась с ФИО1 В последний раз видела ФИО1 в сентябре 2018 года. ФИО41 выгуливала собаку на улице, в это время ФИО1 шла с рынка с пакетом продуктов. ФИО1 сказала, что вышла выкидывать мусор и сходить на рынок. Разговаривала с ней около 10 минут. Странностей в поведении ФИО1 ничего не замечала. Спиртными напитками ФИО1 не злоупотребляла. Вообще ФИО1 была интеллигентной женщиной, всегда была одета аккуратно, на свое здоровье не жаловалась. Во время беседы ФИО1 сама больше у неё расспрашивала, как поживает её мать. Она в ответ у ФИО1 спрашивала о её здоровье. ФИО1 отвечала, что нормально. Она её никогда не видела ни с костылями, ни с клюшкой, она не хромала.

В 90-х годах у ФИО1 умерла мать, которая проживала с ними. Примерно в 1994 году произошло несчастье с ее сыном, а в 1998 году у неё умер супруг. В последнее время ФИО1 жила одна. ФИО1 выглядела здоровой, не жаловалась.

Свидетель ФИО42 суду пояснила, что она работает на почте более 10 лет. С тех пор нала ФИО1, ежемесячно ей приносила ей пенсию. Никаких отклонений не замечала за ней, она сама получала пенсию, пересчитывала. Она всегда улыбалась, разговаривала. Она видела ФИО1 всегда одну, никогда не видела ее выпившей и не чувствовала запах спиртного от нее. ФИО1 передвигалась без костылей, без палочки, открывала дверь сразу. Она всегда уже ждала, знала их график. Ей неизвестно, принимала ли ФИО1 лекарства. По лицу были видно, что ФИО1 не пьющая. Она одевалась нарядно, всегда была приветливой. Другие бабушки все рассказывают про свои болезни, а ФИО1 не рассказывала.

В судебных заседаниях представитель истца ФИО8 предоставил заявление о принятии свидетельских показаний ФИО43, заверенных нотариусом НО <адрес> РБ ФИО44, справки врачей травматолога ФИО45, врача невролога ФИО46, представитель ответчиков ФИО10 также предоставил ходатайство о принятии свидетельских показаний ФИО47, ФИО2 ФИО48

Между тем, вышеуказанные лица в судебном заседании допрошены не были, о привлечении к уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, предусмотренных ст. 307 УК РФ, судом предупреждены не были, поэтому суд не принимает их показания в качестве относимых, достоверных, надлежащих и достаточных доказательств по делу.

Анализируя показания свидетелей со стороны истца, суд к ним относится критически, поскольку свидетели: ФИО14 является супругой истца, ФИО23 – матерью истца, ФИО27, ФИО29, ФИО17 - родственниками истца, более того, не общались с ФИО1 на протяжении длительного периода времени. Указанные свидетели заинтересованы в исходе дела. Свидетели ФИО13, ФИО24, ФИО30, ФИО49, ФИО20, ФИО21 видели ФИО1 всего один раз.

Показания свидетелей со стороны ответчиков являются аналогичными и последовательными, кроме того, они предупреждены судом об уголовной ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний, по ст. ст. 307, 308 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем подписка приобщена к материалам гражданского дела. Таким образом, оснований не доверять показаниям данных свидетелей у суда не имеется. Суд не усматривает заинтересованности в их показаниях, поскольку они не являются близкими родственниками.

Из разъяснений, содержащихся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 г. №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», следует, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (ст. 177 ГК РФ).

Принимая во внимание основания и предмет исковых требований, тот факт, что для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, необходимо разрешение вопросов, требующих наличие специальных познаний, для разрешения вопроса о психическом состоянии ФИО1 в момент составления и подписания договора дарения, определениями Калининского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ по делу были назначены посмертная и дополнительная посмертная комплексные судебные психолого-психиатрические экспертизы в отношении ФИО50, умершей ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению судебно-психиатрических экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО1 при жизни обнаруживала признаки органического непсихотического расстройства сложного генеза с изменением психических функций F 06 (ответ на вопрос 1). На это указывают данные материалов гражданского дела, свидетельских показаний о возрасте подэкспертной, наличие сахарного диабета с осложнениями, цереброваскулярного заболевания (гипертоническая болезнь, церебральный атеросклероз), обусловившие изменения психических функций (колебания настроения, внимания, снижение памяти).

При всестороннем анализе материалов гражданского дела, свидетельских показаний, в период времени, относящийся к подписанию договора дарения 10.10.2017г., можно с большей степенью вероятности говорит, что у ФИО1 отсутствовала декомпенсация соматического состояния, изменения психических функций были выражены не столь значительны, не сопровождались грубыми болезненными нарушениями мышления, интеллекта, памяти, критических и прогностических способностей, выраженными эмоционально-волевые нарушениями, психотическими нарушениями, которые могли бы оказать существенное влияние на ее волеизъявление; отмечалось сохранность социально-бытовой адаптации.

Исходя из вышеизложенного, с наибольшей степенью вероятности на интересующий суд период времени (заключения договора дарения 10.10.2017г.) ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими (ответ на вопрос 1,2). В гражданском деле сведения о том принимала ли ФИО1 в период времени с 01.09.2017г. по 31.10.2017г. лекарственные препараты, содержащие в себе наркотические, психотропные и иные сильнодействующие вещества с влиянием их на мыслительную деятельность человека, на его понимание и осознание своих действий отсутствуют (ответ на вопрос 3). Данные о приеме ФИО1 каких-либо лекарственных средств, влияющих на психическое состояние, в период времени, относящийся к подписанию договора дарения 10.10.2017г., в гражданском деле отсутствуют (ответ на вопрос 4).

По заключению психолога: психологический анализ материалов гражданского дела с учетом большинства незаинтересованных свидетельских показаний не выявляет у ФИО1 выраженных эмоционально-волевых нарушений, признаков социально-бытовой дезадаптации, которые могли оказать влияние на способность к самостоятельному принятию решения, критической оценке и прогнозированию последствий совершаемых действий. Поэтому с наибольшей степенью вероятности можно предположить, что на интересующий суд период времени (заключения договора дарения 10.10.2017г.) ФИО1 могла понимать значение своих действий и руководить ими.

В силу ч. 2 ст. 187 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта оценивается наряду с другими доказательствами, оно не имеет для суда заранее установленной силы.

Между тем, учитывая специальный характер основания иска, его наличие может быть подтверждено только выводами специалистов в области медицины, на основе полного анализа показаний свидетелей, других материалов дела. Таким образом, для оценки способности лица понимать значение своих действий и руководить ими в силу своего психического состояния (наличия психического заболевания) в качестве доказательства судом принято заключение специалистов в области медицины, данное при проведении комплексной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Оценивая экспертное заключение, суд учитывает то, что эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, компетентны в вопросах, поставленных судом на их разрешение, обладают знаниями в области медицины и психологии, имеют большой стаж работы, высокий уровень квалификации, содержание заключения соответствует клиническим и нормативно-правовым требованиям.

Суд полагает, что заключение является полным, не обнаруживает каких-либо противоречий между описательной, исследовательской частью и выводами, дано с учетом имеющихся материалов дела, не противоречит другим доказательствам по делу, выводы экспертов носят категоричный характер, соответствует требованиям Федерального закона от 31.05.2001 г. «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

Оценив показания свидетелей, проанализировав вышеуказанные доказательства, суд приходит к выводу, что о том, что у ФИО1 в момент составления и подписания договора дарения квартиры не наблюдалось такого состояния, вследствие которого она была бы не способна понимать значение своих действий или руководить ими.

Таким образом, поскольку достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих, что в момент совершения оспариваемой сделки ФИО1 не мола понимать значение своих действий и руководить ими, в силу требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в суд не представлено, оснований для удовлетворения исковых требований о признании сделки недействительной, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО6 евне, ФИО4, ФИО5 о признании договора дарения недействительным, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Калининский районный суд города Уфы Республики Башкортостан.

Судья: Л.Х. Тухбатуллина