Решение № 2-1342/2017 2-27/2018 2-27/2018(2-1342/2017;)~М-88/2017 М-88/2017 от 4 февраля 2018 г. по делу № 2-1342/2017

Дело 2-27/2018


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

05 февраля 2018 года

Ленинский районный суд ФИО13 в составе:

председательствующего судьи Н.А. Ярошевой

с участием старшего помощника прокурора Ленинского района ФИО14 ФИО1,

при секретаре Л.А. Кудрявцевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением, встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, в обоснование указав, что ФИО3 не является членом ее семьи, однако пользуется на праве проживания жилым помещением, принадлежащем ей на праве собственности в соответствии с договором купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ по адресу: <адрес>, кадастровый №. Ответчик является ее отчимом, проживал в квартире, поскольку являлся членом семьи бывшего собственника – её умершей матери, и продолжает пользоваться квартирой. ДД.ММ.ГГГГ ею в адрес ответчика было направлено уведомление о добровольном выселении из квартиры и снятии с регистрационного учета. Её требования об освобождении указанного жилого помещения в течение 30 дней ответчик добровольно не удовлетворил. Полагает, что оснований для пользования данным помещением у ответчика не имеется. Просит признать ФИО3 утратившим право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, со снятием с регистрационного учета; выселить ФИО3 из жилого помещения: двухкомнатная квартира, площадью 69,5 кв.м., расположенная по адресу: <адрес>; взыскать с ФИО3 в её пользу судебные расходы в размере 30 000 рублей.

ФИО3 обратился с встречным иском о признании договора купли-продажи квартиры, заключенного между ФИО4 и ФИО2 недействительным и применении последствий недействительности сделки, также просит вернуть стороны в первоначальное состояние, поскольку он проживает в <адрес>. Данное жилое помещение приобретено его женой по договору купли-продажи, удостоверенного нотариусом Владивостокского нотариального округа ФИО5 в марте 1997 года, в период зарегистрированного ДД.ММ.ГГГГ Ленинским ЗАГСом <адрес> брака с ним. ДД.ММ.ГГГГ его жена умерла. ДД.ММ.ГГГГ он получил предупреждение о выселении из жилого помещения от дочери его жены ФИО2 Однако, квартира, на ? долю которой он имеет право в соответствии со ст.34 Семейного кодекса РФ, как на общее совместное имущество супругов, против воли выбыла из его владения, согласия на продажу этого имущества он не давал, о факте продажи квартиры его женой своей дочери он узнал только в сентябре 2016 года из предупреждения о выселении.

ФИО2 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ уточнила исковые требования, просила признать ФИО3 утратившим право пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес> соблюдением правил регистрационного учета, указала, что до ДД.ММ.ГГГГ единоличным собственником спорной квартиры являлась ее мать ФИО4, сделка купли-продажи была произведена с согласия ФИО3 После перехода права собственности фактически в квартире продолжала проживать ее мать с супругом. В 2015, в связи с болезнью матери и необходимостью постоянного ухода за ней, они перевезли ее в ФИО15, где она проживала последние полтора года своей жизни до ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 после убытия матери выехал из квартиры и по настоящее время по указанному адресу не проживал. Она никаких прав ответчику в отношении жилого помещения не предоставляла, считает, что он утратил право пользования квартирой и его регистрация носит формальный характер, нарушает ее права на распоряжение имуществом, кроме того, она вынуждена оплачивать коммунальные услуги. Брак между ФИО3 и ее матерью был зарегистрирован, когда ей было 25 лет. Она на тот момент была замужем, проживала вместе с мужем в другом городе, с ФИО3 никогда не проживала, совместного хозяйства не вела, членом его семьи не была. У ФИО3 имеется родная дочь, которая вместе с ним ведет совместный бизнес, никаких отношений с членами семьи ФИО3 не имеется. Ей известно, что ФИО3 является учредителем юридических лиц, занимается бизнесом, имеет крупный доход, а также является собственником нескольких земельных участков в дачном некоммерческом поселке в ФИО16.

Представитель ФИО2, действующий на основании доверенности ФИО6, в судебном заседании настаивал на удовлетворении уточненных требований ФИО2, по изложенным в иске и уточнениях к иску доводам, возражал против удовлетворения встречных требований ФИО3, полагал, что ФИО3 пропущен срок исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании указанной сделки. Дополнительно пояснил, что в настоящее время ФИО3 в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, не проживает, и никто другой в настоящее время в указанной квартире не проживает. Однако ключи от спорной квартиры у ФИО3 имеются, у ФИО7 ключей нет. На момент продажи квартиры ФИО3 был зарегистрирован в указанной квартире, как супруг предыдущего собственника, с 1998 по 2015 он и мать ФИО2 проживали в указанной квартире. ФИО3 знал о продаже квартиры, давал свое согласие на совершение сделки, вместе с ФИО2 и ее матерью приходил к нотариусу. Отношения между ФИО3 и матерью ФИО2 были хорошие. С 1998 лицевой счет по спорной квартире открыт на имя ФИО2, оплата коммунальных платежей осуществлялась через банк, банковский счет имелся только у ответчика, следовательно, он не мог не знать о том, что квартира продана. Затем с 2016 ФИО2 стали приходить требования от судебных приставов-исполнителей о взыскании задолженности по коммунальным платежам, в связи с чем, ФИО2 приняла решение распорядиться квартирой по своему усмотрению. Считает, что условиями договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, в частности пунктом 7 указанного договора, права ФИО3 урегулированы.

Представитель ФИО3, действующая на основании доверенности ФИО8, в судебном заседании возражала против удовлетворения требований ФИО2, настаивала на удовлетворении встречных исковых требований ФИО3, пояснила, что при заключении договора купли-продажи стороны нарушили требования Гражданского кодекса РФ, поскольку указанный договор не содержит перечень лиц, которые имеют право пользования жилым помещением. ФИО3 являлся супругом ФИО4, был зарегистрирован и проживал в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, заявление о том, что он обязуется сняться с регистрационного учета не писал. В нарушение ст. 432, 558 ГК РФ между сторонами не достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. ФИО3 согласие на продажу квартиры не давал, что подтверждается имеющимся в материалах дела заключением эксперта. Сделка от ДД.ММ.ГГГГ никогда сторонами не исполнялась, то есть ФИО2 денежные средства не передавала, в спорной квартире не проживала, ключи от указанного жилого помещения у нее отсутствуют, а также ФИО2 не оплачивала коммунальные платежи. ФИО3 проживает в спорной квартире, другого жилого помещения не имеет. Когда его супруга (ФИО4) заболела, они переехали в ФИО17, проживали в квартире брата ФИО2, при этом ФИО2 отказалась участвовать в несении расходов на содержание больной матери. Кроме ФИО3, ключей от спорной квартиры ни у кого нет, ФИО3 живет там один. Задолженность по коммунальным платежам была взыскана с ФИО2 за 2015-2016, коммунальные платежи по спорной квартире оплачивались матерью ФИО2 – ФИО4, поэтому с 2015 года, когда они (ФИО4 и ФИО3) выехали с квартиры, оплата ими не вносилась. ФИО3 также с 2015 года не нес расходы по оплате коммунальных платежей. Он обращался к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти своей супруги, но выяснилось, что наследником является сын ФИО4 на основании завещания от 2009 года, о чем ФИО3 также не был уведомлен.

Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля нотариус ФИО18 ФИО5 пояснила, что 23.05.1998 г. ею был удостоверен договор купли-продажи квартиры, согласно которому ФИО4 продала квартиру ФИО2, при этом было также истребовано согласие супруга ФИО4 – ФИО3 на продажу квартиры. Данное согласие зарегистрировано в реестре от ДД.ММ.ГГГГ за номером 3359. Обстоятельства совершения сделки между ФИО4 и ФИО2, а также оформления согласия ФИО3 за давностью не помнит, но все происходило в соответствии с установленным порядком: человек приходит к ней, предъявляет паспорт, который осматривается на предмет его подлинности, затем сверяется фотография паспорта с лицом гражданина, который предъявил паспорт, затем гражданин знакомиться с содержанием документа, который должен подписать, ему разъясняются последствия подписания документа, после чего в ее присутствии документ подписывается. Также гражданин ставит свою подпись в реестре, расписываясь за получение этого документа. Присутствие человека, который подписывает документ, наличие его паспорта, является обязательным условием. Заявление на согласие и договор купли-продажи оформляются одновременно, все люди, подписавшие документы приходили вместе, это видно из нумерации, и согласно процедуре удостоверения, согласие может быть дано или до или в момент заключения сделки. В данном случае все заключалось одновременно. Если бы ФИО3 не присутствовал, то не было бы его паспорта и подписи. Он ставил подписи на двух документах. Визуально это одни подписи. Согласие, как документ в письменном виде, было изготовлено ею. Договор купли-продажи был составлен ее (нотариуса) секретарем. Денежные средства по договору купли-продажи в ее присутствии не передаются. Уверена, что подпись в журнале и согласии принадлежит ФИО3

ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте слушания извещены надлежащим образом, ходатайства об отложении слушания либо о рассмотрение дела в их отсутствие в адрес суда не поступали, причины неявки суду неизвестны.

Выслушав представителя ФИО2, представителя ФИО3, свидетеля, заключение старшего помощника прокурора, полагавшей требования ФИО2 подлежащими удовлетворению, требования ФИО3 не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы дела, суд считает, что исковые требования ФИО2 обоснованы и подлежат удовлетворению, исковые требования ФИО3 не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 был заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО4 продала, а ФИО2 купила квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>, который был зарегистрирован в установленном законом порядке, что подтверждается договором от ДД.ММ.ГГГГ, а также выпиской из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости, удостоверяющей проведенную государственную регистрацию прав от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно имеющегося в материалах дела свидетельства о смерти № ФИО4 умерла, о чем ДД.ММ.ГГГГ Отделом ЗАГС ФИО19 района Комитета по делам ЗАГС Правительства ФИО20 составлена запись акта о смерти №.

Из имеющейся в материалах дела формы-10 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что собственником квартиры по адресу: <адрес>, является ФИО2, которая в указанной квартире не зарегистрирована, в данной квартире была зарегистрирована мать собственника ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ и по дату смерти ДД.ММ.ГГГГ, а также отчим ФИО3 – с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время.

В соответствии со ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с п.1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежит права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно п.1 ст. 288 ГК РФ собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В силу п. 2 ст. 292 ГК РФ переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Положениями ст. 30 ЖК РФ предусмотрено право собственника пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему жилым помещением, а также право предоставлять жилое помещение в пользование другим лицам на каком-либо законном основании.

В соответствии с п.1 ст.35 ЖК РФ в случае прекращения у гражданина права пользования жилым помещением по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими федеральными законами, договором, или на основании решения суда данный гражданин обязан освободить.

Ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривает права пользования жилым помещением наравне с его собственником только для членов семьи, к которым относятся супруг, дети и родители собственника.

В судебном заседании установлено, что ФИО3 является отчимом ФИО2, совместно с ней никогда не проживал, общее хозяйство не ведет и не вел, не являлся и не является членом семьи ФИО2, при этом ФИО3 продолжает пользоваться квартирой, в связи с чем ДД.ММ.ГГГГ году ФИО2 в адрес ФИО3 было направлено предупреждение о добровольном выселении из квартиры и снятии с регистрационного учета, однако, требования ФИО2 об освобождении указанного жилого помещения в течение 30 дней ФИО3 добровольно не удовлетворены что подтверждается материалами дела и не оспаривалось в судебном заседании.

В соответствии со ст.1 Закона РФ «О праве граждан РФ на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ» каждый гражданин РФ имеет право на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах РФ, в силу ст.3 указанного Закона регистрация или отсутствие таковой не могут служить основанием ограничения или условием реализации прав и свобод граждан…

Согласно п.2 ст.1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе и распоряжаются ими.

В связи с чем, суд полагает, что в судебном заседании нашел подтверждение тот факт, что ФИО3 членом семьи ФИО2 не являлся и не является, соглашения, предоставляющего ФИО3 право проживания в спорной квартире, заключенного между ФИО2 и ФИО3, не имеется, в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств обратного суду не предоставлено, следовательно, смена собственника жилого дома на основании ст. 35 ЖК РФ влечет для ФИО3 прекращение права пользования вышеуказанным жилым домом, в связи с чем, ФИО3 утратил право пользования спорным жилым помещением.

ФИО3, заявляя требования о признании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным указывает, что при отчуждении спорной квартиры в договоре должно быть указано право лица, которое в нем проживает, а именно сохранения за ним права пользования данным жилым домом, в ином случае договор считается недействительным, поскольку не достигнуто соглашение по всем существенным условиям, в оспариваемом договоре это не указано.

Между тем, указанные доводы основаны на неверном толковании норм материального закона.

В соответствии с п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно п. 1 ст. 558 ГК РФ существенным условием договора продажи жилого дома, квартиры, части жилого дома или квартиры, в которых проживают лица, сохраняющие в соответствии с законом право пользования этим жилым помещением после его приобретения покупателем, является перечень этих лиц с указанием их прав на пользование продаваемым жилым помещением.

Из анализа указанной нормы следует, что сохранение права пользования жилым помещение при переходе права собственности предусмотрено только в отношении тех лиц, чье право предусмотрено законом.

Как указано в п.п. 4,5,6,7 Договора от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии со ст.460 ГК РФ продавец заявил покупателю, что указанная квартира свободна от любых имущественных прав и претензий третьих лиц. До настоящего времени отчуждаемая квартира никому не продана, не подарена, под запрещением (арестом) не состоит, судебных споров не имеет. Настоящий договор содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства, которые могли быть приняты или сделаны сторонами до заключения настоящего договора. В соответствии со ст.292 ГК РФ лиц, сохраняющих право пользования отчуждаемой квартирой, в том числе несовершеннолетних членов семьи собственника не имеется, о чем продавец сообщил покупателю. Продавец сохраняет право постоянного проживания в отчуждаемой квартире.

Учитывая, что ФИО3 не относится к категории лиц, сохраняющих в соответствии с законом право бессрочного пользования жилым помещением после его отчуждения, условиями договора не предусматривалось сохранения за ФИО3 права бессрочного пользования и проживания в спорной квартире, при этом наличие права пользования жилым помещение на момент совершения договора не предусматривает право на дальнейшее бессрочное пользование жилым помещением при отсутствии согласия нового собственника, невключение в договор купли-продажи жилого дома условия о сохранении за истцом права пользования домом не влечет недействительность указанного договора по смыслу ст. 168, ст. 558 ГК РФ.

Доводы ФИО3 о том, что договор купли-продажи, заключенный между ФИО4 и ФИО2 является недействительным, поскольку сделка заключена помимо его воли, не было получено его согласия на продажу квартиры, суд признает необоснованными в силу следующего.

Согласно ст. 34, 35 СК РФ, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. При совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга. Сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

Исходя из анализа указанных выше норм, бремя доказывания, что другая сторона в сделке, получая по этой сделке имущество, знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение сделки по отчуждению имущества, по смыслу абз. 2 п. 2 ст. 35 СК РФ, возложено на супруга, заявившего требование о признании сделки недействительной.

Из имеющегося в материалах дела свидетельства о заключении брака № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что брак между ФИО3 и ФИО9 был заключен ДД.ММ.ГГГГ, после заключения брака присвоены фамилии: муж Кривич, жене Кривич.

В судебном заседании установлено, что в период брака ФИО4 была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, что подтверждается материалами дела и не оспаривалось в судебном заседании.

Из имеющегося в материалах дела заявления от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированного в реестре за № следует, что ФИО3 дает согласие на продажу квартиры, находящейся по адресу: <адрес>, его женой ФИО4 за цену и на условиях ему не известных, из указанного заявления также следует, что нотариус ФИО21 ФИО5 свидетельствует подлинность подписи ФИО3, которая сделана в ее присутствии, личность подписавшего документ установлена.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В соответствии с п.7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №23 «О судебном решении» судам следует иметь в виду, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 ГПК РФ). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

Определением Ленинского районного суда ФИО22 от ДД.ММ.ГГГГ, по ходатайству представителя ФИО3, действующей на основании доверенности ФИО8, была назначена почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «ФИО23».

Из сообщения ФБУ «ФИО23» Министерства юстиции РФ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что для решения поставленных судом вопросов по существу, необходимо дополнительно предоставить свободные образцы подписи ФИО3, близкие к исследуемой подписи по дате выполнения (выполненные в период 1997-1998). Согласно сообщения от ДД.ММ.ГГГГ определение оставлено без исполнения.

Определением Ленинского районного суда ФИО22 от ДД.ММ.ГГГГ, судом была назначена почерковедческая экспертиза, производство экспертизы поручено экспертам ООО «Центр экспертиз «Регион-ФИО26».

Согласно Заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного экспертом ООО «Центр экспертиз «Регион-ФИО26», подпись в заявлении на имя нотариуса ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, наиболее вероятно, выполнена не ФИО3, а иным лицом, но с подражанием подписи ФИО3, значащейся в договоре купли-продажи квартиры за ДД.ММ.ГГГГ. Более категорический вывод сделать не представляется возможным из-за отсутствия сравнительных образцов подписей периода исполнения исследуемой подписи – 1997-1998 годов. При этом указано, что между исследуемой подписью и сравнительными образцами существует значительный временной разрыв в семь-девятнадцать лет, при этом экспериментальные образцы подписей отобраны с отклонениями от требований отбора образцов – листы не линованные и подписи исполнены с отклонениями от исследуемой подписи в сторону исключения цифровых записей, присутствующих в исследуемой подписи.

Суд полагает, что указанное заключение не может быть положено в основу решения, поскольку выводы эксперта носят вероятностный, предположительный характер, при этом в судебном заседании при рассмотрении дела по существу на разрешение участников был поставлен вопрос о назначении повторной экспертизы, представитель ФИО3 пояснила, что считает нецелесообразным назначение повторной экспертизы, поскольку возможность представления свободных образцов подписи ФИО3 отсутствует, явиться в судебное заседание для получения экспериментальных образцов подписи ФИО3 не может, т.к. находится на лечении.

Представителем ФИО2 представлено заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненное ЧЭУ «Городское учреждение судебной экспертизы», согласно которого изображение подписи, выполненное от имени ФИО3 в электронной копии заявления ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, вероятно, выполнено ФИО3 Решить вопрос в категоричной форме не представилось возможным из-за отсутствия в распоряжении специалиста оригиналов исследуемых документов и образцов.

Факт получения согласия ФИО3 на совершение сделки купли-продажи спорной квартиры между ФИО4 и ФИО2 подтверждается пояснениями свидетеля ФИО5, которая, будучи предупрежденной об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ ею был удостоверен договор продажи квартиры, согласно которому ФИО4 продала квартиру ФИО2, при этом было также истребовано согласие супруга ФИО4 – ФИО3 на продажу квартиры по данному договору, которое было подписано в ее присутствии, личность подписавшего документ была установлена по паспорту.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО3 не предоставлено, а судом не добыто достаточных и допустимых доказательств подложности подписи ФИО3 в согласии от ДД.ММ.ГГГГ, полагает, что при заключении сделки купли-продажи спорной квартиры между ФИО4 и ФИО2 согласие ФИО3 ПР. на совершение сделки было получено в установленном законом порядке.

Доводы представителя ФИО3 о том, что сделка никогда сторонами не исполнялась, ФИО2 денежные средства не передавала, в спорной квартире не проживала, ключи от указанного жилого помещения у нее отсутствуют, суд признает необоснованными, поскольку согласно п.1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы, у участников мнимой сделки отсутствует действительное волеизъявление на создание соответствующих ей правовых последствий, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. Формально, выражая волеизъявление на заключение мнимой сделки, фактически ее стороны не желают установления, изменения или прекращения гражданских прав и обязанностей по отношению друг к другу. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Таким образом, обращаясь с иском о признании сделки ничтожной по основаниям, предусмотренным статьей 170 ГК РФ, истец должен доказать, что при ее совершении стороны не только не намеревались ее исполнять, но и то, что оспариваемая сделка действительно не была исполнена.

Вместе с тем, по имеющимся в деле доказательствам, суд приходит к выводу, что стороны договора купли-продажи спорной квартиры исполнили свои обязательства, новый собственник обозначил себя в качестве титульного владельца имущества, зарегистрировав право собственности в органе регистрации, претензий относительно исполнения договора стороны друг к другу не имели, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, доказательств обратного суду не предоставлено.

Таким образом, по представленным ФИО3 в обоснование заявленных доводов, а также ФИО2 в обоснование своих возражений, доказательствам, суд приходит к выводу, что оснований для признания сделки купли-продажи, совершенной между ФИО4 и ФИО2, не имеется.

Кроме того, суд полагает заслуживающим внимания доводы представителя ФИО2 о том, что ФИО3 пропущен срок исковой давности.

В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 указанного Кодекса. Согласно п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

Согласно разъяснениям абзаца 2 п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

При этом суд исходит из того, что ФИО3 обратился в суд с иском о признании сделки недействительной через 17 лет, уважительных причин пропуска срока исковой давности не представлено, дав согласие на совершение сделки и проживая в спорной квартире ФИО3, при должной заботливости и осмотрительности, мог и должен был знать о том, что с 1998 собственником квартиры является ФИО2, поскольку в соответствие с действующим законодательством РФ сведения о зарегистрированных правах на недвижимое имущество являются открытыми.

Учитывая изложенное, суд полагает, что оснований для удовлетворения требований ФИО3 о признании договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО4 и ФИО2, недействительным не имеется.

Поскольку в удовлетворении требований ФИО3 о признании сделки недействительной отказано, требования ФИО3 о применении последствий недействительности сделки удовлетворению также не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО2 к ФИО3 о признании утратившим право пользования жилым помещением удовлетворить.

Признать ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, утратившим право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании договора купли-продажи квартиры недействительным и применении последствий недействительности сделки отказать.

Решение может быть обжаловано в ФИО26 краевой суд через Ленинский районный суд ФИО22 в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения.

Судья Ленинского районного суда

ФИО22 Н.А. Ярошева

мотивированное решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ