Решение № 2-504/2025 2-504/2025~М-402/2025 М-402/2025 от 13 октября 2025 г. по делу № 2-504/2025

Дело № 2-504/2025

УИД 51RS0009-01-2025-001182-86

Мотивированное
решение изготовлено 14 октября 2025 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

06 октября 2025 года город Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Каторовой И.В.,

при секретаре Шальневой Е.А.,

с участием истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в помещении Кандалакшского районного суда посредством видеоконференц-связи с Ленинским районным судом города Нижний Новгород в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, об истребовании имущества из чужого незаконного владения,

установил:

ФИО1 (далее также истец) обратился в суд с иском к ФИО2 (далее также ответчик) о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства и об истребовании из чужого незаконного владения автомобиля Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>.

Требования мотивированы тем, что он является собственником находящегося у ФИО2 автомобиля. Данный автомобиль он не продавал, договор купли-продажи не подписывал, однако транспортное средство на основании фиктивного договора, подписанного от его имени с ФИО2, перешло в собственность последнего.

Истец принимал участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи с Ленинским районным судом г. Нижний Новгород, требования поддержал по доводам, изложенным в иске.

Ответчик в судбеном заседании возражал против удовлетворения иска, указал, что при заключении договора он действовал добросовестно, убедился в наличии воли ФИО1 на продажу автомобиля. Он полностью оплатил стоимость транспортного средства посреднику ФИО3, который действовал, выполняя волеизъявление предыдущего собственника. При постановке на учет автомобиля в ГИБДД никаких препятствий не имелось. Обратил внимание, что ФИО1, получив от ФИО3 копию его (ФИО2) паспорта, принимал меры для снятия автомобиля с регистрационного учета в связи с его продажей. К тому, что ФИО3 – как посредник при продаже автомобиля присвоил денежные средства продавца, он отношения не имеет.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, определением суда от 05 мая 2025 года на основании статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации привлечен ФИО3 (т.1, л.д. 1 оборот), определением суда, вынесенным в протокольной форме 17 июня 2025 года, привлечена ФИО5 (т.1. л.д. 97).

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, ФИО3 и ФИО5, будучи надлежащим образом извещенными о дате, месте и времени судебного заседания, в суд не явились, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного заседания не просили.

Суд, руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, поскольку их неявка не является препятствием к рассмотрению дела.

Заслушав участвующих в деле лиц, допросив свидетелей, изучив материалы гражданского дела, суд находит исковые требования неподлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Согласно пунктам 1, 3 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно (пункт 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Согласно пункту 1 статьи 302 данного кодекса, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 35 и 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. По смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. Недействительность сделки, во исполнение которой передано имущество, не свидетельствует сама по себе о его выбытии из владения передавшего это имущество лица помимо его воли. Судам необходимо устанавливать, была ли воля собственника на передачу владения иному лицу.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

При этом бремя доказывания факта выбытия имущества из владения собственника помимо его воли, а в случае недоказанности этого факта - бремя доказывания недобросовестности приобретателя возлагается на самого собственника.

ФИО1 на праве собственности принадлежал автомобиль Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>, что подтверждается копией свидетельства о регистрации транспортного средства серии <номер><номер> (т.1, л.д. 10), копией паспорта автомобиля (т.1, л.д. 136-137) и не оспаривалось сторонами по делу.

По утверждению истца, изложенному в исковом заявлении, в первых числах сентября 2024 года он передал ФИО3 вышеуказанный автомобиль во временное пользование. В середине сентября от ФИО3 ему стало известно, что последний продал автомобиль (т.1, л.д. 5).

Вместе с тем, в судебном заседании истец пояснил, что автомобиль Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>, был передан им ФИО3 с целью поиска покупателя и демонстрации транспортного средства, поскольку сам истец проживал в Нижнем Новгороде, а ФИО3 – в Москве, где и предполагалась продажа автомобиля. Ссылаясь на то, что ФИО1 не уполномочивал ФИО3 на продажу авто и получение за него денежных средств, указал на договоренность с ФИО3 о личном участии при подписании договора. В настоящее время им от ФИО3 получены денежные средства в размере 70 000 рублей в счет частичной оплаты за автомобиль Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>. Копия договора купли-продажи была получена им от ФИО3 посредством мессенджера «Телеграмм», также как и копия паспорта ФИО2 – как покупателя спорного автомобиля, для снятия машины с регистрационного учета через Федеральную государственную информационную систему «Единый портал государственных и муниципальных услуг (функций)». Перерегистрировать собственника автомобиля через портал он не смог ввиду недостаточности данных. Указанные события имели место спустя несколько дней после фактической продажи машины – 17 сентября 2024 года (т.1, л.д. 93-97). В судебном заседании 06 октября 2025 года ФИО1 указал, что основанием для обращения в суд с настоящим иском явилось неисполнение ФИО3 обязанности по передаче ему денежных средств (т.2, л.д.92).

Свидетель ФИО4 в судебном заседании подтвердила факт принадлежности спорного автомобиля ее сыну – ФИО1 (т.1, л.д. 96).

Ответчик в судебном заседании пояснил, что был знаком с ФИО3 как с лицом, занимающимся куплей-продажей автомобилей. В июле 2024 года он по указанию ФИО3 в счет предоплаты за покупку автомобиля передал последнему 620 000 рублей путем перечисления на счет его подруги - ФИО5 В сентябре 2024 года ФИО3 в городе Москве предложил ему, ФИО2, приобрести за счет переведенных средств автомобиль Volvo S40, 2007 года выпуска, который он получил от собственника ФИО6 для продажи. На момент подписания в договоре купли-продажи автомобиля, представленном ФИО3, стояла подпись от имени ФИО1 В подтверждение волеизъявления ФИО1 на продажу автомобиля ФИО3 показал ему видеозапись, на которой ФИО1 передаёт привет будущему собственнику его машины. У ФИО3 также имелось само транспортное средство, ключи от него и документы. Ввиду изложенного сомнений в волеизъявлении собственника на продажу автомобиля не возникло. При приобретении автомобиля ФИО2 также проверил автомобиль на предмет нахождения его в угоне, залоге. После передачи ему машины, он через ФИО3 направлял ФИО6 фото своего паспорта для снятия последним автомобиля с учета. При этом ему известно о принимаемых ФИО1 попытках снять автомобиль с учета. Претензий относительно сделки, в том числе и получения денежных средств, ФИО1 ему не высказывал. Полагает, истец обратился в суд с настоящим иском в связи с тем, что ему посредник ФИО3 вернул лишь часть оплаченных им денежных средств в размере 200 000 рублей (т.1, л.д.69-71, 86-88, л.д. 93-97, т.1, л.д. 161-166, л.д.2. л.д. 90-94).

В переписке между ответчиком с ФИО3 последний указал для необходимость перечисления денежных средств за автомобиль на номер телефона <номер> (т.1, л.д. 90). Данный факт не оспаривался сторонами по делу.

ФИО5 в судебном заседании подтвердила факт принадлежности ей указанного номера телефона и получения от ФИО2 денежных средств в сумме 620 000 рублей, что также подтверждается скриншотами чеков по операции в общей сумме 620 000 рублей (т.1, л.д. 89). Указанная сумма была снята ФИО3 ФИО5 указала на наличие договоренности между ФИО2 и ФИО3 о приобретении последним ФИО2 автомобиля за счет вышеуказанных денежных средств. Кроме того, ФИО5 сообщила на наличие соглашения между ФИО1 и ФИО3 о том, что за счет вырученных от продажи спорного автомобиля денежных средств ФИО3 должен был приобрести другой автомобиль (т.1, л.д. 161-166).

Указанные ФИО5 обстоятельства истцом в судебном заседании не оспаривались.

Согласно скриншоту переписки ФИО1 с ФИО3, наличие которой подтвердил истец в судебном заседании, ФИО3 направил 17 сентября 2024 года ФИО1 копию паспорта ФИО2 как покупателя спорного автомобиля, в ответ на которое ФИО1 направил ФИО3 скрин страницы с портала «Госуслуги» с сообщением о невозможности завершить операцию по подаче заявления о снятии автомобиля с регистрационного учета в связи с его продажей (т.1, л.д. 91).

Истец оспаривал принадлежность ему подписи в договоре купли-продажи. Указал на получение от ФИО3 в счет оплаты автомобиля только 70 000 рублей. В остальном подтвердил доводы, приведенные ответчиком в судебном заседании.

27 сентября 2024 года автомобиль был поставлен на учет в органах ГИБДД на имя ФИО2

В правоохранительные органы ФИО1 по факту незаконного выбытия спорного автомобиля не обращался.

С настоящим иском ФИО1 обратился в суд спустя шесть месяцев с даты продажи ФИО3 спорного транспортного средства.

В ходе рассмотрения гражданского дела по ходатайству истца судом назначалась судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой было поручено ФБУ Мурманской ЛСЭ Минюста России.

Согласно заключению эксперта от 28 августа 2025 года <номер> определить кем выполнены две надписи «ФИО1» и подписи от его имени, расположенные в разделе 5 в договоре купли-продажи автомобиля Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>, им самим или другим лицом не представляется возможным. Так как ни совпадения, ни различия, выявленные в ходе оценки результатов сравнительного исследования, не могут служить основанием для какого-либо определенного вывода. Выявленные совпадающие признаки, их количество и значимость при наличии различий, не образуют индивидуальной совокупности, достаточной для положительного вывода о выполнении исследуемых записей ФИО1 В отношении выявленных различий эксперт не установил являются ли они признаками почерка другого лица либо их появление в исследуемых записях связано с изменениями ФИО1 своего почерка (в том числе намеренного) (т.2, л.д. 25-45).

Истец не согласился с заключением экспертизы, настаивая на очевидности фальсификации его подписи. В подтверждение своих доводов представил аудиозапись своего разговора с ответчиком от 17 июня 2025 года, в которой ФИО2 озвучивает мнение об отсутствии сходства подписи, имеющейся на оспариваемом договоре с подписью, имеющейся в паспорте ФИО1 (т.2, л.д. 87-89). Данный разговор не оспаривался ФИО2 Вместе с тем в судебном заседании ответчик указал, что по утверждению ФИО3 на момент приобретения спорного автомобиля подпись от имени собственника автомобиля была поставлена именно ФИО1 Оснований усомниться в истинности слов ФИО3 у него не имелось.

Суд не принимает в качестве надлежащего доказательства представленную истцом аудиозапись, поскольку высказанные предположения ответчика не являются допустимым доказательством при оспаривании подписи и безусловно не свидетельствуют о том, что истцом спорная подпись не была поставлена.

Экспертное заключение <номер> от 28 августа 2025 года в полной мере отвечает требованиям статей 55, 59, 60, 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, выполнено с учетом установленных по делу обстоятельств, содержит подробное описание исследований материалов дела, обоснованные ответы и выводы на поставленные вопросы; эксперт имеет соответствующее образование и квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности; доказательства, указывающие на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящие под сомнение её выводы, суду не представлены.

По ходатайству ответчика к материалам дела приобщена видеозапись, на которой ФИО1, подтверждая свою личность путем предъявления паспорта, передает привет новому собственнику автомобиля Volvo S40 (т.1, л.д. 157). Истец, не оспаривая записи им данного видеоролика, указал, что она была выполнена для другого покупателя.

Вместе с тем, суд принимает во внимание, что на видео обращение ФИО1 не адресовано конкретному лицу. Указанная запись и ее наличие у ФИО3 в совокупности с представленными ответчиком доказательствами подтверждает наличие волеизъявления истца на продажу спорного транспортного средства, свидетельствует об отсутствии намерения личного участия истца в совершении сделки.

Из представленных сторонами доказательств следует, что ФИО1 как собственник транспортного средства Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>, обратился к ФИО3 с целбю продажи данного автомобиля. В начале сентября 2024 года ФИО1 передал последнему автомобиль, ключи и документы. ФИО3 13 сентября 2024 года совершил от имени ФИО1 сделку купли-продажи автомобиля, передав транспортное средство ФИО2, за счет предоплаченных им ранее денежных средств в размере 620 000 рублей. 17 сентября 2024 года на основании полученных от ФИО3 оспариваемого договора купли-продажи и копии паспорта ФИО2 ФИО1 принимал меры для подачи заявления через портал «Госуслуги» с целью переоформления права собственности на спорный автомобиль на имя ФИО2

Указанные судом обстоятельства не оспариваются сторонами по делу, подтверждаются показаниями третьего лица ФИО5, а также письменными доказательствами и скриншотами.

Таким образом, суд приходит к выводу, что ФИО1 однозначно выразил волю на продажу принадлежащего ему транспортного средства Volvo S40, 2007 года выпуска, VIN <номер>. Автомобиль приобретен ФИО2 возмездно, за оговоренную в договоре купли-продажи цену – 600 000 рублей, 70 000 рублей из которых были получены ФИО1 20 000 рублей уплачены ФИО2 ФИО3 за посреднические услуги. При этом ФИО5 и самим истцом подтвержден факт наличия договоренности использования ФИО3 денежных средств, полученных от продажи спорного автомобиля. Указанное также свидетельствует о том, что истец также уполномочил ФИО3 на получение денежных средств от продажи его имущества.

На момент приобретения автомобиль в залоге или в розыске не находился, правами третьих лиц обременен не был.

При заключении договора ФИО2 был предоставлен договор купли-продажи с подписью от имени собственника, передан подлинный паспорт автомобиля, а впоследствии велась переписка с его собственником, что не могло вызвать у покупателя сомнений в истинности и воли продавца на продажу машины.

Как следует из пояснений ответчика, на момент покупки автомобиля он проверял наличие обременений и залогов относительно него. Согласно полученным им данным каких-либо обременений не было.

Каких-либо сомнений в том, что ответчик принял все необходимые меры к проверке судьбы приобретаемого автомобиля материалы дела не содержат.

После приобретения автомобиля ответчик открыто пользовался автомобилем и поставил его на учет в ГИБДД.

Доказательств, свидетельствующих о том, что автомобиль выбыл из владения собственника помимо его воли, суду не представлено.

Частичное неисполнение ФИО3 обязательств по возврату ФИО1 вырученных от продажи автомобиля денежных средств также не свидетельствует об отсутствии воли собственника транспортного средства на его отчуждение, а означает лишь неисполнение указанным лицом обязательств по передаче вырученных от продажи денег.

Отсутствие письменной доверенности (несоблюдение ее письменной формы) либо отсутствие надлежащего письменного договора купли-продажи при установленных по делу обстоятельствах само по себе не влечет недействительность сделки и не является основанием для признания приобретателя недобросовестным. В данном случае полномочия представителя, которому был передан автомобиль для продажи с ключами, документами и номерами, при наличии договора, подписанного от имени собственника, явствовали из обстановки. Факт того, что подпись на договоре не принадлежит ФИО1, не установлен.

При этом, суд принимает во внимание, что основанием для обращения в суд к ФИО2 является отсутствие встречного предоставления за переданный им автомобиль.

Таким образом, доводы истца ФИО1 о выбытии автомобиля из его владения помимо его воли в нарушение положений статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не только не доказаны истцом, но и опровергаются фактическими обстоятельствами дела и собранными по делу доказательствами.

При этом в соответствии с пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Согласно абзацу первому пункта 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

При установленных судом обстоятельствах передачи автомобиля ФИО2, его утверждения о том, что он является добросовестным приобретателем автомобиля, признаются судом обоснованными и соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

При этом пунктом 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Учитывая вышеизложенное, установив, что между сторонами фактически заключен договор купли-продажи спорного имущества при выраженном волеизъявлении истца, возмездность договора, отсутствие претензий в течении длительного времени со стороны истца, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных истцом исковых требований.

При этом истец не лишен возможности восстановить нарушенное право посредством предъявления требования к ФИО3

В ходе рассмотрения дела истцом подано ходатайство об обеспечении иска в виде наложения ареста на предмет спора.

Определением суда от 02 июля 2025 года приняты меры по обеспечению иска и наложен запрет на регистрационные действия в отношении легкового автомобиля Volvo S40, 2007 года выпуска, идентификационный номер (VIN) <номер>, государственный регистрационный знак <номер> (т.1, л.д. 182-185).

В соответствии с положениями статьи 144 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда.

Пунктом 36 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 01 июня 2023 года № 15 «О некоторых вопросах принятия судами мер по обеспечению иска, обеспечительных мер и мер предварительной защиты» предусмотрено, что в случае отказа в удовлетворении иска обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта (часть 3 статьи 144 ГПК РФ, части 4 и 5 статьи 96 АПК РФ, часть 3 статьи 89 КАС РФ).

Учитывая принятое судом решение об отказе в удовлетворении иска, принятые судом обеспечительные меры в отношении спорного автомобиля Volvo S40, 2007 года выпуска, идентификационный номер (VIN) <номер>, государственный регистрационный знак <номер>, суд приходит к выводу, что необходимость в сохранении обеспечительных мер также отпала.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства, об истребовании имущества из чужого незаконного владения оставить без удовлетворения.

Отменить по вступлению решения в законную силу принятые определением Кандалакшского районного суда Мурманской области от 02 июля 2025 года меры по обеспечению иска в виде запрета на регистрационные действия в отношении легкового автомобиля Volvo S40, 2007 года выпуска, идентификационный номер (VIN) <номер>, государственный регистрационный знак <номер>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Мурманский областной суд подачей жалобы через Кандалакшский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судебные постановления могут быть обжалованы в суд кассационной инстанции в течение трех месяцев со дня их вступления в законную силу при условии, что были исчерпаны иные установленные Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации способы обжалования судебного постановления до дня его вступления в законную силу.

Председательствующий подпись И.В. Каторова