Решение № 2-989/2019 2-989/2019~М-803/2019 М-803/2019 от 19 августа 2019 г. по делу № 2-989/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 августа 2019 года п. Теплое Тепло-Огаревского района

Тульской области

Щекинский районный суд Тульской области в составе:

председательствующего Жучковой О.А.,

при секретаре Дубровиной Т.С.,

с участием истца – ответчика по встречному иску ФИО1,

представителя истца – ответчика по встречному иску ФИО1 по ордеру адвоката Савельева А.В.,

ответчика – истца по встречному иску ФИО2,

представителя ответчика – истца по встречному иску ФИО2 по ордеру адвоката Пармухина В.И.,

рассмотрел в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2-989/2019 по исковому заявлению ФИО1, ФИО3 к ФИО2 о признании жилого дома самовольной постройкой, обязании снести жилой дом и по встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании реконструкции жилого дома незаконной, обязании снести пристройку и перенести стену помещения,

установил:

ФИО1, ФИО3 обратились в суд с иском к ФИО2 о признании жилого дома самовольной постройкой, обязании снести жилой дом.

Свои требования истцы обосновывали тем, что они являются собственниками жилого дома <адрес>, площадью 62,8 кв.м., и земельного участка площадью 2743+/-18 кв.м. По соседству с ними находится жилой дом <адрес> и земельный участок, принадлежащие ФИО2 ФИО2 спорный жилой дом приобрела у Ч.В.Д.., которая вступила в права наследования после смерти Ч.Д.Т.

Однако при проведении межевания земельного участка истцов было установлено, что часть домовладения ФИО2 находится на их земельном участке.

Считают, что приобретенный ФИО2 жилой дом не имел и не имеет никакого разрешения на строительство. При строительстве жилого дома земельному участку не был присвоен кадастровый номер.

При новом обмере земельного участка и жилого дома <адрес>, принадлежащих ФИО2, из земельного участка Ч-вых было изъято 600 кв.м., при этом граница земельных участков была сдвинута кадастровым инженером З. в сторону земельного участка Ч-вых, в результате чего площадь земельного участка уменьшилась. В составленном акте подпись Ч.Л.Т. ему не принадлежит, так как он умер ДД.ММ.ГГГГ, а акт обмера составлялся в 2009 году.

Самовольно и без разрешения построенный дом был продан как единое строение под одной крышей, однако, это два разных жилых строения.

На протяжении всей жизни дом, в котором они родились, выросли и живут был под №, а теперь их дом стал иметь №.

Считают, что дом ФИО2 построен в нарушении договора от 1955 года и СНиП, так как им созданы препятствия для работ по ремонту дома истцов, а также дальнейшего поддержания в нормальном состоянии.

В связи с чем просили суд признать жилой дом <адрес>, принадлежащий ФИО2, приобретенный ДД.ММ.ГГГГ, самовольным строением и обязать ответчика снести спорный жилой дом.

Ответчик ФИО2 обратилась в суд со встречным исковым заявлением к ФИО1, ФИО3 о признании реконструкции незаконной, обязании снести пристройку и переносе стены помещения.

Исковые требования мотивировала тем, что ФИО1 и ФИО3 являются сособственниками жилого дома <адрес>, площадью 62,8 кв.м., а также земельного участка, площадью 2743+/-18 кв.м. По соседству с Ч-выми находится жилой дом <адрес>, принадлежащий на праве собственности ФИО2, который она купила ДД.ММ.ГГГГ у Ч.В.Д.наследницы Ч.Д.Т.). При покупке дома ФИО2 передала деньги Ч.Т.М., действующей по доверенности от имени Ч.В.Д.., а последняя передала земельный участок общей площадью 1700 кв.м. (кадастровый №), в границах плана с расположенным на нем жилым одноэтажным кирпичным домом, площадью 51,3 кв.м. Техническая инвентаризация принадлежащего ей строения производилась неоднократно, в разные годы. Инвентарные карточки в БТИ составлялись в связи с учетом строений и переоценкой домовладения. Утверждает, что позднее 1962 года капитальных ремонтов, реконструкций и изменения функционального назначения здания - жилого дома <адрес> не проводилось. При проведении обследования здания в 1969 году не выявлено нарушений требований нормативных документов по пожарной безопасности, принятых в 1962 году. На указанное домовладение по адресу была выдана домовая книга с регистрацией всех членов семьи. Строения были учтены в БТИ. Домовладению ФИО2 был присвоен номер и указан адрес, жилой дом был присоединен к общим электрическим сетям, данный факт подтверждает, что спорным домом правомерно владели и пользовались проживающие и зарегистрированные в нем лица. Спорный жилой дом <адрес> перешел ей с согласия прежнего владельца Ч.В.Д. ФИО2 с 2000 года (19 лет) несет бремя содержания спорного дома, поддерживает его в пригодном состоянии, производит оплату налогов, страховки, жилой дом в реестре муниципальной собственности не значится, бесхозным не признан. ФИО2 на праве собственности принадлежит земельный участок, на котором расположен спорный жилой дом.

Согласно договору о разделе дома Ч-вых от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Ч.Т.В.., Ч.В.Т. и Ч.Л.Т.., разделу подлежал дом кирпичный 7х7 метров и сенцы размером 3х7. Таким образом, площадь дома на № составляла 7х10, то есть 70 кв. м., что не соответствует размерам согласно технического паспорта 11,5х7,76 на момент обращения в суд. Согласно технического паспорта на жилой дом Ч-вых имеется пристройка лит. «а», которая не описана в договоре от ДД.ММ.ГГГГ. Изменение площади дома Ч-вых и наличие пристройки под литером «а», а также реконструкция сенцев лит. «А1» свидетельствует о том, что Ч-выми без должного на то разрешения произведена реконструкция дома, в результате чего линейный размер дома увеличился на 1,5 метра в сторону участка ФИО2, то есть приблизился к ее дому. Что нарушает правила пожарной безопасности. Согласно данным МКУ «Щекинский архив» сведений о разрешении на строительство пристройки Ч.Л.Т. и Ч.Т.В.. не имеется. Считает, что реконструкция жилого дома <адрес>, принадлежащего ответчикам, приведшая к увеличению площади, нарушило ее права, так как в результате реконструкции нарушен противопожарный разрыв. Считает, что ответчики ФИО1 и ФИО3 должны привести в соответствии с договором о разделе дома от ДД.ММ.ГГГГ площадь, принадлежащего им жилого дома в связи, с чем просила суд признать реконструкцию дома <адрес> незаконной, обязать ФИО1 и ФИО3 снести пристройку спорного жилого дома под лит. «а» и перенести стену помещения лит. «А1» на 1,5 метра от границ земельного участка, принадлежащего ФИО2

В судебном заседании истец - ответчик по встречному иску ФИО1 исковые требования поддержал. Указал, что приобретенный ФИО2 дом не имел и не имеет никакого разрешения на строительство, при строительстве дома не было землеотвода под строительство, в связи с чем полагал жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, самовольным строением. Подтвердил, что договором от ДД.ММ.ГГГГ дом и земельный участок был разделен на четверых: Ч.Т.В. Ч.Д.Т.., Ч.Л.Т. Ч.В,Т. С рождения он проживает в доме №40 д. Грецовка, всегда знал, в том числе и с момента оформления прав на свой жилой дом в 2009 году, что дом ФИО2 построен без разрешения на строительство, не соответствует строительным нормам, слишком близко построен к их дому и мешает его ремонту. Пояснил, что пристройка лит. «а» к дому № 40-а возведена еще его отцом ФИО4 на месте и в границах предыдущей пристройки. Разрешения на строительство пристройки не имелось.

В судебном заседании представитель истца – ответчика по встречному иску ФИО1 по ордеру адвокат Савельев А.В. поддержал позицию истца - ответчика по встречному иску ФИО1, полагая дом ФИО2 самовольным строением. Указал, что заключением эксперта установлено, что ее дом построен с нарушениями. Встречные требования не признал. Дом истцов построен в ДД.ММ.ГГГГ. Пристройка возведена дедушкой истцов, потом на старом фундаменте построена настоящая пристройка. Довод о сносе пристройки не состоятелен. В заключении эксперта не написано, что есть нарушения. Поддержал заявление о применении срока исковой давности, ссылаясь на то, что ФИО2 с момента приобретения своего дома в ДД.ММ.ГГГГ знала о расположении пристройки Ч-вых.

В судебном заседании ответчик – истец по встречному исковому заявлению ФИО2 первоначальные требования не признала. Указала, что ее дом построен в ДД.ММ.ГГГГ, имеется схема расположения дома на земельном участке, отраженная в постановлении ДД.ММ.ГГГГ. К постановлению истцов схема дома не приложена. Встречные исковые требования поддержала. Пояснила, что узнала о том, что пристройка истцов незаконная, только сейчас. Указала на нарушение ее прав тем, что пристройка построена с нарушением пожарных и строительных норм.

В судебном заседании представитель ответчика – истца по встречному исковому заявлению ФИО2 по ордеру адвокат Пармухин В.И. просил в удовлетворении исковых требований Ч-вых отказать. Как следует из постановления от ДД.ММ.ГГГГ, дом ФИО2 возведен в 1958 году на земельном участке Ч.Д.Т. Ранее споров не возникало. Впоследствии права ФИО2 были нарушены возведением пристройки лит «а». Срок возведения пристройки установлен заключением эксперта. Срок исковой давности не может быть применен, поскольку ФИО2 узнала о том, что пристройка незаконна только в ходе рассмотрения дела. Кроме того, пристройка нарушает противопожарные нормы и может возникнуть угроза жизни, в связи с чем срок исковой давности не применим. Спор по земле разрешен решением суда от 2012 года. Просил требования ФИО2 удовлетворить.

В судебное заседание истец-ответчик ФИО3 не явилась, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, письменно просила рассмотреть дело в свое отсутствие, указав, что свои исковые требования поддерживает в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 просит полностью отказать.

В судебное заседание представитель истцов-ответчиков ФИО1, ФИО3 по ч. 6 ст. 53 ГПК РФ ФИО5 не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

В судебное заседание представитель третьего лица администрации МО Щекинский район не явился, о дне, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, письменно просил рассмотреть дело в отсутствие представителя.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из выписок из ЕГРН от 02.04.2019 года ФИО1 и ФИО3 являются собственниками жилого дома, площадью 62,8 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, а также собственниками земельного участка с кадастровым номером №, площадью 2 743+/-18 кв.м, расположенного при указанном доме.

Как следует из материалов дела, смежным с домовладением истцов по первоначальному иску является домовладение <адрес>, собственником которого является ФИО2

В обоснование своих требований истцы по первоначальному иску ссылаются на то, что дом, принадлежащий ФИО2, возведен незаконно, самовольно, с нарушением строительных норм и подлежит сносу.

В свою очередь ФИО2, ссылалась на незаконную реконструкцию дома Ч-вых, заключающуюся в возведении пристройки лит. «а» и увеличении сенцев лит. «А1», просила снести пристройку лит. «а» и перенести стену лит. «А1» их дома.

Статьей 209 ГК РФ предусмотрено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Согласно статье 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

При удовлетворении иска об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

Согласно положениям статьи 263 ГК РФ собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил и требований о назначении земельного участка.

Согласно ст. 222 Гражданского кодекса РФ самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки.

В силу п. 2 ст. 222 Гражданского кодекса РФ самовольная постройка подлежит сносу или приведению в соответствие с параметрами, установленными правилами землепользования и застройки, документацией по планировке территории, или обязательными требованиями к параметрам постройки, предусмотренными законом, осуществившим ее лицом либо за его счет, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

В соответствии с п. 3 ст. 222 Гражданского кодекса РФ право собственности на самовольную постройку может быть признано судом за лицом, в собственности, пожизненном наследуемом владении, постоянном (бессрочном) пользовании которого находится земельный участок, на котором создана постройка, при одновременном соблюдении следующих условий: если в отношении земельного участка лицо, осуществившее постройку, имеет права, допускающие строительство на нем данного объекта; если на день обращения в суд постройка соответствует установленным требованиям; если сохранение постройки не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц и не создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Как указано в п.26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29.02.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», рассматривая иски о признании права собственности на самовольную постройку, суд устанавливает, допущены ли при ее возведении существенные нарушения градостроительных и строительных норм и правил, создает ли такая постройка угрозу жизни и здоровью граждан.

Отсутствие разрешения на строительство само по себе не может служить основанием для отказа в иске о признании права собственности на самовольную постройку. В то же время суду необходимо установить, предпринимало ли лицо, создавшее самовольную постройку, надлежащие меры к ее легализации, в частности к получению разрешения на строительство и/или акта ввода объекта в эксплуатацию, а также правомерно ли отказал уполномоченный орган в выдаче такого разрешения или акта ввода объекта в эксплуатацию.

Таким образом, требуя возложить на ответчика обязанность устранить препятствия в пользовании принадлежащим истцу имуществом путем сноса жилого дома и сноса пристройки к жилому дому, истцы по правилам ст. 56 ГПК РФ, обязаны доказать, что сохранение спорных строений на месте в существующем виде препятствует им в пользовании имуществом, находящимся в их собственности, что указанные строения нарушают иные права и охраняемые законом интересы, что данное строение несет для них угрозу жизни и здоровью. Кроме того, на истца также возлагается обязанность доказать, что нарушенное право возможно защитить только избранным им способом.

Как следует из Обзора судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 марта 2014 года, наличие допущенных при возведении самовольной постройки нарушений градостроительных и строительных норм и правил является основанием для отказа в удовлетворении иска о признании права собственности на самовольную постройку либо основанием для удовлетворения требования о ее сносе при установлении существенности и неустранимости указанных нарушений.

При этом применяются градостроительные и строительные нормы и правила в редакции, действующей на время возведения самовольной постройки.

К существенным нарушениям строительных норм и правил суды относят, например, такие неустранимые нарушения, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц.

При оценке значительности допущенных нарушений при возведении самовольных построек принимаются во внимание и положения ст. 10 Гражданского кодекса РФ о недопустимости действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, или злоупотребление правом в других формах, а также соразмерность избранному способу защиты гражданских прав.

Также Верховным Судом Российской Федерации было указано на необходимость обеспечивать при рассмотрении дел по искам о сносе самовольных построек соблюдение конституционно-правовых принципов справедливости, разумности и соразмерности, соответствия избранного истцом (истцами) способа защиты характеру и степени допущенного нарушения прав или законных интересов, публичных интересов.

Согласно п. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации реализация прав и свобод человека и гражданина не должна нарушать права и свободы других лиц, защита права собственности и иных вещных прав должна осуществляться на основе соразмерности и пропорциональности, с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется истцом и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса. При этом избранный истцом способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

Сам по себе факт нарушения строительных норм и правил при строительстве строений недостаточен для применения последствий в виде сноса либо переноса строения.

По смыслу указанных норм, а также исходя из положений пункта 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации вопрос о том, является ли постройка самовольной, должен разрешаться с учетом ст.109 Гражданского кодекса РСФСР 1964 г. и 1922 г., применяемой по аналогии не только к самовольно возведенным гражданами жилым домам (дачам), но и к другим самовольным строениям независимо от их назначения и от того, кем они построены, и иных нормативных актов, действовавших на момент постройки спорного сооружения.

Разрешая первоначальные исковые требования ФИО6 о признании жилого дома <адрес> самовольной постройкой и сносе дома, суд учитывает следующее.

Из пояснений истцов следует, что дом № и земельный участок при нем принадлежали их деду – Ч.Т.В.., который разделил данный дом и земельный участок на четверых: себя и своих сыновей – Ч.Д.Т.., Ч.В.Т.., Ч.Л.Т.

Данные обстоятельства подтверждаются договором раздела дома от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что разделу подлежал кирпичный дом размером 7х7 м и сенцы размером 3х7 м, а также сад.

Как следует из архивной справки от 05.04.2012 года по похозяйственным книгам <адрес> за 1947-1979 годы значится хозяйство Ч.Д.Т. В личной собственности хозяйства значится жилой дом: в книгах 1947- 1957 г.г. – год возведения до 1918 года, в книге за 1958-1966 г.г. – 1/3 жилого дома, год возведения до 1918 года, в книге за 1967-1970 г.г. – 1/3 жилого дома исправлено на ?, год возведения до 1918 года, в книге за 1971-1979 г.г. – жилой дом, год возведения 1969 год. Земля, находящаяся в личном пользовании хозяйства: за 1947-1954 г.г. – всего 0,19, за 1955-1956 г.г. – 0,02, за 1957 г. – 0,12, за 1958 г. – 0,17,5, за 1959-1979 г.г. – 0,15.

Из выписок из похозяйственных книг за 1983-1985 г.г., за 1986-1990 г.г., за 1991-1996 г.г. следует, что в хозяйстве Ч.Д.Т.., расположенного по адресу: <адрес>, значится жилой дом, площадью 50 кв.м., 1969 года постройки, и земля в размере 0,17 га.

В соответствии с ч. 1 ст. 25 Земельного кодекса Российской Федерации права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».

Согласно ч. 1 ст. 49 Федерального закона от 13.07.2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права собственности гражданина на земельный участок, предоставленный до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации для ведения личного подсобного хозяйства …, на праве собственности, пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования либо если в акте, свидетельстве или другом документе, устанавливающих или удостоверяющих право гражданина на указанный земельный участок, не указано право, на котором предоставлен указанный земельный участок, или невозможно определить вид этого права, осуществляется на основании, в том числе, выдаваемой органом местного самоуправления выписки из похозяйственной книги о наличии у такого гражданина права на указанный земельный участок.

Согласно свидетельству на право собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ Ч.Д.Т. принадлежит земельный участок, площадью 0,17 га, расположенный по адресу: <адрес>

На основании изложенного, суд приходит к выводу о том, что Ч.Д.Т. построен жилой дом на принадлежащем ему земельном участке.

Как усматривается их технического паспорта на дом <адрес>, составленного по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, собственниками дома значатся последовательно: Ч.Д.Т.., Ч.В.Д.., ФИО2, И. Год постройки дома указан – ДД.ММ.ГГГГ.

Из технического плана на дом <адрес>, составленного по состоянию на 21.07.2017 года, следует, что год его постройки – ДД.ММ.ГГГГ

Согласно архивной справке от ДД.ММ.ГГГГ в документах МКУ «Архив Щекинского района» в архивном фонде <данные изъяты> сельского Совета Щекинского района Тульской области и его исполнительного комитета в протоколах заседаний исполкома за ДД.ММ.ГГГГ решения о разрешении на строительство частного дома по адресу: Тульская <адрес>, на имя Ч.Д.Т. не имеется.

Вместе с тем были предприняты меры к легализации построенного жилого дома.

Согласно постановлению главы <данные изъяты> сельской администрации Щекинского района Тульской области № от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что на основании записи в похозяйственной книге № в <адрес> гражданину Ч.Д.Т. принадлежит кирпичное домовладение, площадью 51,3 кв.м., выстроенное в 1958 году, за №, постановлено зарегистрировать домовладение <адрес> за Ч.Д.Т. с выдаче регистрационного удостоверения.

Таким образом, <данные изъяты> сельская администрация Щекинского района Тульской области ДД.ММ.ГГГГ признала жилой дом <адрес>, площадью 51,3 кв.м., построенный Ч.Д.Т.., законной постройкой.

Согласно копиям свидетельств о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ наследником Ч.Д.Т. является дочь Ч.В.Д.., наследственное имущество состоит из земельного участка, площадью 1700 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, а также из жилого одноэтажного кирпичного дома, площадью 51,3 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>.

Неотъемлемой частью свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ является план участка, из которого усматривается, что в границах земельного участка, расположенного по вышеуказанному адресу, находится жилой дом.

На основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ Ч.В.Д. выдано свидетельство на право собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ №. Из плана участка Ч.В.Д.., являющегося приложением к свидетельству №, следует, что в границах земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, находится жилой дом. Смежными землепользованиями в точках 10-1 являются земли д. №, - Ч.А.Н.., Ч.В.Д.

Из договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО2 приобрела у Ч.В.Д. земельный участок, площадью 1700 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> с расположенным на нем жилым домом, площадью 51,3 кв.м.

Как следует из пояснений ФИО2, впоследствии указанное имущество было продано ДД.ММ.ГГГГ И.., а затем приобретено вновь у него по договору от ДД.ММ.ГГГГ.

На основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с И.., ФИО2 является собственником земельного участка, площадью 1700 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, с расположенным на нем жилым домом. Данные обстоятельства подтверждаются копиями свидетельств о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, выписками из ЕГРН от 02.04.2019 года, 17.04.2019 года.

В подтверждение своих доводов истцами Ч-выми представлено заключение землеустроительной и нормативно-технической экспертизы, подготовленное 27.05.2019 года ООО «<данные изъяты>» по их обращению. Согласно выводам заключения в связи с отсутствием доступа на земельный участок с кадастровым номером № в собственности ФИО2 необходимых данных для анализа и формирования выводов по вопросу о том, нарушает ли жилой дом и иные постройки, расположенные по адресу: <адрес>, градостроительные нормы и регламенты, установленные правила землепользования и застройки, санитарно-эпидемиологические и противопожарные нормы, и т.д., не собрано. При этом на основании выполненной топографической съемки без доступа на участок ФИО2 и полученных частичных данных выявлены следующие нарушения: - между жилыми домами не выдержан минимально допустимый санитарно-эпидемиологический и противопожарный разрыв в 6 метров; - газовая труба, которая обеспечивает газоснабжение жилого дома с кадастровым номером №, расположенного на участке ФИО2, проходит по земельному участку Ч-вых, в непосредственной близости к фасаду дома Ч-вых в том месте, где дом должен технологически оборудован отмосткой, выполняющей функции водоотведения от фундамента дома и его препятствию промерзания, тем самым выполняя его защитные функции от скорого разрушения; - к фасаду дома Ч-вых со всей стороны земельного участка ФИО2 отсутствует доступ для необходимого осмотра, технического обслуживания и ремонта фундамента, стен, кровли, несмотря на то, что по топосъемке видно, что полоска земли с данной стороны находится в собственности Ч-вых; - повсеместно нарушена смежная граница между земельными участками ФИО2 и Ч-вых.

Выводы заключения ООО «<данные изъяты>» о нарушениях расположения газовой трубы, смежной границы земельных участков, отсутствие доступа к дому Ч-вых со стороны земельного участка ФИО2 не относятся к предмету заявленных исковых требований о признании жилого дома самовольной постройкой. В основу выводов о нарушении градостроительных и строительных норм и правил положены строительные правила и нормы, вступившие в силу после строительства указанного дома. В силу изложенного, оценив данное заключение в соответствии с положениями ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что заключение ООО «<данные изъяты>» не может быть принято судом в качестве надлежащего доказательства доводов истцов.

Разрешая встречные исковые требования ФИО2 о признании реконструкции жилого дома незаконной, обязании снести пристройку и перенести стену помещения, суд учитывает следующее.

Как следует из технического паспорта на жилой дом <адрес>, составленного по состоянию на 22.12.1997 год, собственником является Ч.Л.Т.., площадь дома – 62,8 кв.м, площадь земельного участка при доме 2 895 кв.м. Дом состоит из основного строения лит. «А», год постройки -ДД.ММ.ГГГГ, основной пристройки лит. «А1», площадью 20,9 кв.м., год постройки - ДД.ММ.ГГГГ, пристройки лит. «а», год постройки – ДД.ММ.ГГГГ.

Как установлено решением Щекинского районного суда Тульской области от 08.07.2009 года по гражданскому делу по иску ФИО1, ФИО3 к Управлению Федеральной регистрационной службы по Тульской области, администрации МО Костомаровское Щекинского района Тульской области, Щекинскому отделу Тульского филиала ФГУП «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ», ФИО2 о внесении изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним и выдаче свидетельств о регистрации права собственности постановлением главы администрации МО Костомаровское Щекинского района № от ДД.ММ.ГГГГ упорядочена нумерация домов: ФИО2 - №, Ч.Л.Т. - №.

Из технических паспортов жилого дома <адрес>, составленных по состоянию на 20.06.2006 года и 30.06.2011 год, следует, что дом состоит из основного строения лит. «А», год постройки -ДД.ММ.ГГГГ, основной пристройки лит. «А1», площадью 20,9 кв.м, год постройки не указан, пристройки лит. «а», год постройки не указан, общая площадь – 62.8 кв.м.

Согласно свидетельству на право собственности на землю от 06.10.1992 года Ч.Л.Т. принадлежит земельный участок, площадью 0,2 га, расположенный по адресу: <адрес>. Согласно свидетельству на право собственности на землю от ДД.ММ.ГГГГ Ч.Л.Т.. принадлежит земельный участок, площадью 0,8 га, расположенный по адресу: <адрес>

Таким образом, спорная пристройка лит «а» к дому № возведена собственником ФИО4 на земельном участке при доме, который передан ему в собственность.

Истцом – ответчиком по встречному иску ФИО1 в судебном заседании не отрицалось, что разрешения на строительство пристройки лит. «а» не имелось.

Согласно постановлению главы <данные изъяты> сельской администрации Щекинского района Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ №, учитывая, что на основании записи в похозяйственной книге <адрес> гражданину Ч.Л.Т. принадлежит жилой дом, площадью 62,8 кв.м., выстроенный в ДД.ММ.ГГГГ, постановлено зарегистрировать домовладение <адрес> за Ч.Л.Т.

Наследником, принявшим наследство после смерти Ч.Л.Т.., умершего ДД.ММ.ГГГГ, является жена Ч.В.Д.., наследственным имуществом является земельный участок с расположенными на нем жилым домом и надворными постройками, находящиеся по адресу: <адрес>.

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ наследниками, принявшим наследство после смерти Ч.В.Д.., являются по ? доли в праве собственности сын ФИО1, дочь ФИО3, наследственным имуществом является жилой дом и надворные постройки, находящиеся по адресу: <адрес>, площадью 62,8 кв.м.

Из анализа норм права, регулирующих спорные правоотношения, следует, что для удовлетворения требований о сносе самовольной постройки, обстоятельствами, подлежащими доказыванию, являются: существенное нарушение градостроительных норм и правил при строительстве, нарушение прав граждан возведенной постройкой и наличие угрозы для жизни и здоровья граждан возведенным строением. При этом доказанность одного из обстоятельств не может быть основанием для удовлетворения требований о сносе строения.

Отсутствие разрешения на строительство и градостроительного плана не относится к числу оснований для удовлетворения иска о сносе самовольной постройки, так как отсутствие разрешения на строительство и градостроительный план, с учетом положений ст. 222 ГК РФ, не является безусловным основанием для сноса самовольно возведенного объекта недвижимости.

На основании определения Щекинского районного суда Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству истцов Ч-вых была проведена строительно-техническая экспертиза.

Как следует из заключения эксперта ООО «<данные изъяты>» № 101 давность постройки дома №, расположенного по адресу: <адрес>, на земельном участке с кадастровым номером №, можно определить до 1960 года. Давность постройки дома №, расположенного по адресу: <адрес>, на земельном участке с кадастровым номером №, можно определить до 1950 года. Давность проведения реконструкции указанного дома: при возведении пристройки лит. А1 – до 1960 года, при возведении холодной пристройки лит. «а» - до 1990 года.

В указанный период при строительстве дома №, при строительстве дома № и реконструкции дома № в лит. А1 строительные нормы и правила, регулировавшие застройку (расстояние между жилыми зданиями, расстояния от жилых зданий до границ соседнего земельного участка), отсутствуют. При проведении реконструкции в лит. «а» дома № должны были быть применены следующие нормы и правила: СНиП 2.07.01-89* «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», СНиП 2.01.02-85* «Противопожарные нормы». На период реконструкции дома № 40а (возведения пристройки лит. «а»), со стороны домовладения № нарушено минимальное расстояние по санитарно-бытовым и противопожарным условиям, составляющее 6 метров.

Выявленные нарушения при реконструкции дома № (возведения пристройки лит. «а») нарушают законные интересы ФИО2 в части несоблюдения допустимых санитарно-бытовых и противопожарных расстояний, что может создавать потенциальную угрозу жизни, здоровью и имуществу третьих лиц.

Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом п. 2 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, указывающего на то, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; п. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающего, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом наравне с иными доказательствами по делу по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применив приведенные нормы права, суд полагает правильным принять в качестве доказательства заключение судебной экспертизы ООО «Эксперт Центр», соглашаясь с выводами эксперта о том, что при строительстве дома №, дома №, реконструкции дома № в лит. А1 строительные нормы и правила, регулировавшие застройку, отсутствовали, следовательно, не могли быть нарушены, поскольку оно полностью согласуется с материалами дела, научно обосновано, аргументировано, при проведении экспертизы эксперт был предупрежден за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Вместе с тем, учитывая дату возведения пристройки лит. «а» дома <адрес>, зафиксированную в техническом паспорте на жилой дом от 22.12.1997 года, а именно 1987 год, суд приходит к выводу о невозможности применения СНиП 2.07.01-89* «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений», вступивших в силу с 01.01.1990 года, т.е. после даты возведения пристройки.

Из содержания СНиП 2.01.02-85* «Противопожарные нормы» не усматривается требований к расстояниям между жилыми домами.

Однако согласно п. 5.25, 5.26 СНиП II-К.2-62 «Нормы проектирования. Планировка и застройка населенных мест», действовавшего в момент возведения пристройки лит. «а», противопожарные разрывы между жилыми, общественными и вспомогательными зданиями промышленных предприятий надлежит принимать не менее 6 метров. Разрывы между одно-двухквартирными домами усадебной застройки в пределах одной пары домов не нормируются. При этом разрывы между соседними парами домов, между одной парой домов и хозяйственными строениями двух пар домов должны быть не менее 6 метров.

В соответствии со ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; самовольного занятия земельного участка; в иных предусмотренных федеральными законами случаях.

Действия, нарушающие права на землю граждан и юридических лиц или создающие угрозу их нарушения, могут быть пресечены путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В силу п. 17 ст. 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства, реконструкции объектов, не являющихся объектами капитального строительства (киосков, навесов и других), строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования.

Согласно п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

В п. 46 указанного выше Постановления разъяснено, что при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Согласно ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При таком положении применительно к указанным нормам материального и процессуального права, именно собственник, заявляющий требования, основанием которых является факт нарушения действующих норм и правил, регламентирующих возведение строения на земельном участке, а также нарушение прав и охраняемых законом интересов, должен доказать, что имеются нарушения его права собственности со стороны лица, к которому заявлены эти требования.

Суд исходит из процессуально-правового принципа необходимости доказывания обоснованности своих требований стороной, заявившей о них.

Снос самовольной постройки представляет санкцию за совершенное правонарушение и возможен при существенном нарушении градостроительных и строительных норм и правил, в результате которого создана угроза жизни или здоровью граждан. Между тем, доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, подтверждающих наличие названных юридически значимых для данного спора обстоятельств, сторонами суду не представлено.

Самовольное строение может быть снесено только, если его сохранение нарушает право собственности или законное владение истца, а также права и охраняемые законом интересы других лиц и создает угрозу жизни и здоровью граждан.

Таким образом, снос самовольной постройки является крайней мерой, применяемой, по смыслу закона, только в случае, если будет установлено, что сохранение такой постройки исключает ее эксплуатацию, как нарушающую права и охраняемые законом интересы граждан и юридических лиц, либо создающую угрозу жизни и здоровью граждан.

С учетом изложенного, суд приходит к основанному на представленных в дело доказательствах, выводу о том, что спорные строения – жилой дом № и пристройка к жилому дому № - не препятствуют правам ФИО6 и ФИО2 в пользовании и владении принадлежащим им на праве собственности земельными участками с кадастровыми номерами № и № соответственно.

Учитывая, что жилой дом ФИО2 возведен предыдущим собственником на принадлежащем ему земельном участке, но без соответствующего разрешения на строительство, однако нарушение строительных норм и правил не установлено в силу отсутствия их на момент постройки дома, доказательств нарушения прав Ч-вых не представлено, угроза жизни и здоровью граждан не установлена, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований.

Доводы ФИО6 о нахождении части домовладения ФИО2 на их земельном участке опровергается материалами дела: межевым планом от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на земельных участках Ч-вых расположен объект недвижимости с кадастровым номером № – <адрес>, иных объектов недвижимости не указано; план участка, расположенного по адресу: <адрес>, межевой план от ДД.ММ.ГГГГ подтверждают нахождение жилого дома № в границах данного земельного участка.

Спор сторон о смежной границе между земельными участками сторон разрешен Щекинским районным судом. Решением Щекинского районного суда Тульской области от ДД.ММ.ГГГГ с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, установлена граница между земельными участками ФИО6 и ФИО2 При вынесении данного решения суд также учел необходимость истцов в обслуживании и ремонте своего дома.

Кроме того, ФИО2 заявлено о пропуске истцами Ч-выми срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности.

Разрешая заявление о пропуске истцом срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 195 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу ст. 196, 200 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В судебном заседании истец ФИО1 пояснил, что о строительстве дома ФИО2 самовольно, без разрешения, с нарушением строительных норм, знал всегда, поскольку с рождения проживает в доме № Ч.Д.Т.

Таким образом, с момента оформления права собственности на жилой дом <адрес> в 2009 году и на земельный участок при нем в 2010 году ФИО6 знали о нарушении своих прав расположением дома ФИО2

При данных обстоятельствах, срок исковой давности по заявленным требованиям истекал в 2013 году, в суд с настоящим иском ФИО6 обратились 08.04.2019 года, т.е. за пределами срока исковой давности.

В соответствии со ст. 199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске, в связи с чем исковые требования Ч-вых суд оставляет без удовлетворения.

При разрешении встречных исковых требований ФИО2, суд учитывает, что реконструкция жилого дома <адрес> в части лит. «А1» произведена без нарушения строительных норм и правил в силу отсутствия их на момент реконструкции дома, на земельном участке при доме, который передан предыдущему собственнику дома в собственность, а также тот факт, что пристройка лит. «а» к дому <адрес> возведена с нарушением СНиП II-К.2-62 «Нормы проектирования. Планировка и застройка населенных мест», без разрешения на строительство, однако доказательств нарушения прав собственности ФИО2, прав и охраняемых законом интересов других лиц, создание реальной угрозы жизни и здоровью граждан не представлено.

Вывод заключения эксперта ООО «<данные изъяты>» о том, что выявленные нарушения при реконструкции дома № при возведении пристройки лит. «а» в части несоблюдения допустимых санитарно-бытовых и противопожарных расстояний могут создавать потенциальную угрозу жизни, здоровью и имуществу третьих лиц носит предположительный характер и не может быть принят судом во внимание.

Доказательств того, что пристройка лит. «а» к дому <адрес> по своему техническому состоянию создает угрозу жизни и здоровью граждан, суду не представлено.

При этом суд учитывает, что пристройка лит. «а» дома <адрес> находится на земельном участке более 30 лет.

Истцом ФИО1 также было заявлено о пропуске ФИО2 срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности.

Между тем установленные Гражданским кодексом РФ правила об исковой давности не подлежат применению в случаях предъявления требования о сносе самовольной постройки, создающей, по мнению истца, угрозу жизни и здоровью граждан (пункт 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", пункт 7 Обзора).

При названных обстоятельствах, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. ст. 12, 55 - 57, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, применив нормы материального права, суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявленных исковых требований ФИО2

Как указано выше, по делу была проведена строительно-техническая экспертиза, обязанность по оплате возложена на истцов – ответчиков по встреченному иску ФИО1, ФИО3 Оплата в экспертное учреждение не поступила.

ООО «<данные изъяты>» обратилось с заявлением об оплате расходов за производство строительно-технической экспертизы, представив счета от 24.07.2019 года №07/19-017 и № 07/19-018, плательщики – ФИО1, ФИО3 соответственно, цена – 15 000 рублей с каждого.

На основании п. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе, суммы, подлежащие выплате экспертам.

В силу требований ч. 2 ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и учитывая положения ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд находит возможным взыскать в пользу ООО «<данные изъяты>» расходы за производство экспертизы с ФИО1, ФИО3 в размере 15 000 рублей с каждого.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1, ФИО3 к ФИО2 о признании жилого дома самовольной постройкой, обязании снести жилой дом, отказать.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1, ФИО3 о признании реконструкции жилого дома незаконной, обязании снести пристройку и перенести стену помещения, отказать.

Взыскать с ФИО1, ФИО3 в пользу ООО «<данные изъяты>» расходы за производство экспертизы в размере 15 000 рублей с каждого.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Щекинский районный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 25.08.2019 года.

Председательствующий подпись