Решение № 2-2838/2017 2-2838/2017~М-1994/2017 М-1994/2017 от 10 декабря 2017 г. по делу № 2-2838/2017

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 декабря 2017 года г.Черкесск

Черкесский городской суд Карачаево-Черкесской Республики в составе председательствующего судьи Аслануковой М. А.,

при секретаре судебного заседания Кишмаховой Л.У.,

с участием помощника прокурора г.Черкесска Зайчук Н.А.,

истца ФИО1, его представителя в порядке ч.6 ст.53 ГПК РФ- ФИО2,

представителей ответчика- РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР» - ФИО3 и ФИО4, действующих по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ФИО1 к Республиканскому государственному казенному учреждению здравоохранения «Территориальный центр медицины катастроф Карачаево-Черкесской Республики» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за вынужденный прогул,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за вынужденный прогул. В обоснование иска истец указал, что он работает с 11 ноября 2000года в должности фельдшера-диспетчера в РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР». Приказом №-к от 31 мая 2017 года он уволен по статье 77 ч.1 п.8 Трудового кодекса РФ. Так как истец инвалид и в соответствии с Индивидуальной программой реабилитации инвалида №.1.9.2017 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина от 25 апреля 2017 года ему противопоказан труд в обычных производственных условиях, психоэмоциональные нагрузки, тяжелый физический труд, поднятие и перенос тяжелых предметов, длительная ходьба и стояние на ногах, быстрый предписанный темп работы на высоте, все это перечисленное он как фельдшер-диспетчер не осуществляет. Считает увольнение незаконным, поскольку Карта аттестации рабочего места по условиям труда, которое послужило основанием для его увольнения не отражает реальные условия его труда. С декабря 2016 года в нарушение ч.2 ст.74 Трудового кодекса РФ были изменены условия труда истца, так им как фельдшером-диспетчером не осуществляется предрейсовый и послерейсовый медицинский осмотр водителей, который предполагал наличие биологического фактора и установления класса вредности 3.3. После таких изменений работодатель должен провести внеплановую специальную оценку условий труда. Аттестация рабочих мест проводилась в 2012 году на основании Приказа Минздрава РФ от 26.04.2011г. №342н «Об утверждении Порядка проведения аттестации рабочих мест по условиям труда», который утратил силу в связи с введением в действие ФЗ-426 от 28.12.2013г. «О специальной оценке условий труда», который регулирует отношения, возникающие в связи с проведением специальной оценки условий труда, а также с реализацией обязанности работодателя по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, в соответствии с которым при проведении внеплановой аттестации рабочих мест, такие факторы, как световые, коэффициент пульсации, по которым установлен класс условий труда как 3.1 не учитывался бы при проведении специальной оценки условий труда. В записи в строке 060 Карты аттестации рабочего места по условиям труда № в пункте 1.2 рекомендовано организовать рационные режимы труда и отдыха(снижение напряженности трудового процесса), которое работодателем не исполнено.

В судебном заседании истец и его представитель исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить по основаниям, изложенным в нем.

Ответчик представил суду письменные возражения, из которых следует, что в феврале 2017 года истец представил работодателю справку серии № от 14 мая 2009 года, выданную филиалом №1 Главного бюро МСЭ КЧР, для получения стандартного налогового вычета в размере 400рублей за каждый месяц налогового периода согласно ст.218 пп.3 п.1 НК РФ. В связи с тем, что в представленной истцом Индивидуальной программе реабилитации инвалида указывалось о том, что он может работать в специально созданных условиях, в адрес ФГБУ «Главное бюро МСЭ по КЧР» было направлено письмо № от 13 февраля 2017 года с просьбой сообщить рекомендации о противопоказанных и доступных условиях и видах труда, возможности работы в режиме 24-часовой рабочей смены, работы в ночное время, а также периодичности и выдачи ИПР. В своем ответе и.о. руководителя – главного эксперта МСЭ по КЧР 17 февраля 2017 года ФИО5 указала, что для уточнения рекомендаций по условиям труда необходимо провести медико-социальную экспертизу с целью разработки ИПРА инвалида на основании направления на МСЭ, в связи с чем ФИО1 предложено представить обновленную ИПР для принятия обоснованного решения. Индивидуальной программой реабилитации инвалида ФИО1 рекомендован легкий физический труд, умственный труд, а также труд на дому. В ИПР ФИО1 конкретно указываются трудовые действия(функции), выполнение которых затруднено, а именно: труд в обычных производственных условиях, психоэмоциональные нагрузки, тяжелый физический труд, поднятие, длительное удержание и перенос предметов, длительное ходьба и стояние на ногах, быстрый предписанный темп работы и т.д. Далее, в ИПР перечисляются рекомендуемые условия труда ФИО1, а именно: труд в специально созданных условиях, учитывая противопоказанные условия, не более 35 часов в неделю, возможно систематически медицинское наблюдение, индивидуальные нормы выработки. Работа фельдшера-диспетчера связана в силу своей специфики со значительными психоэмоциональными нагрузками, быстрым предписанным темпом работы, обработкой и анализом поступающей информации, принятием оперативных решений по вопросам оказания экстренной помощи пострадавшим. Изменение характера, графика и режима работы фельдшера-диспетчера невозможно как в силу технических условий, так и в силу организационно-правовых основ работы скорой медицинской помощи.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшей исковые требования не подлежащими удовлетворению, суд пришел к следующим выводам.

Как видно из трудовой книжки(л.д.47) истец работает в Территориальном центре медицины катастроф Карачаево-Черкесской Республики с 11.11.2000г. в должности фельдшера-диспетчера.

Согласно справки №(л.д.45), выданной 14 мая 2009г., истец является инвалидом второй группы по общему заболеванию, степень ограничения-третья, инвалидность установлена бессрочно.

В соответствии с приказом №130к от 31 мая 2017 года с ФИО1 прекращен трудовой договор в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением, согласно статьи 77, части 1, пункта 8 Трудового кодекса РФ.

Не согласившись с увольнением, истец обратился в суд с вышеуказанными исковыми требованиями.

Судом в судебном заседании определены юридически значимые обстоятельства по настоящему делу, а именно: связана ли работа истца с выполнением обязанностей, которые не могут им выполняться в силу состояния здоровья, установленного медицинским заключением; проведена ли специальная оценка условий труда; имеются ли вакансии, соответствующие рекомендациям Индивидуальной программы инвалида.

В соответствии с Трудовым договором(л.д.72), заключенным между истцом и ответчиком, и Должностной инструкцией фельдшера-диспетчера отделения экстренной консультативной медицинской помощи и медицинской эвакуации ТЦМК, фельдшер-диспетчер обязан: осуществлять круглосуточный прием заявок на оказание экстренной консультативной медицинской помощи пострадавшим и больным, находящимся в лечебно-фактических учреждениях Карачаево-Черкесской Республики; осуществлять оповещение и сбор врачей-консультантов, оформление их отправки по вызовам для оказания специализированной и консультативной медицинской помощи давшим (больным); участвовать в информации специалистов, направляемых для оказания визированной медицинской помощи больным и консультативной помощи врачам лечебно - профилактических, учреждений; качественно оформлять документацию по учету выездов врачей-специалистов (обязательно выяснять полностью паспортные данные больного (пострадавшего), отмечать на листах консультантов срочность вызова (плановый, экстренный), указывать цель вызова, транспортировка, коррекция печения, неясность случая в диагностике и др.), четко фиксировать время поступления вызова, убытия и прибытия специалистов; поддерживать постоянную связь с врачами-специалистами и консультантами, находящимися на вызовах в ЛПУ; знать в любое время смены о местонахождении выехавшей на вызов бригады; осуществлять постоянный сбор, обобщение и анализ информации медико-санитарного характера о возможности и возникновении чрезвычайной ситуации (ЧС) на территории Карачаево-Черкесской Республики; оформлять оперативную документацию по результатам оценки обстановки и своевременно докладывать руководству для принятия решения; получать и своевременно передавать сигналы (распоряжения) о введениирежимов повышенной готовности; поддерживать постоянную связь с оперативным дежурным Управления по деламЧС и ПБ КЧР, дежурным диспетчером станции скорой медицинской помощи г.Черкесска, приемными покоями ЛПУ КЧР, другими организациями и учреждениями РСЧС; немедленно докладывать руководителю учреждения (или лицу егозамещающему) обо всех, чрезвычайных ситуациях, полученных сигналах и распоряжениях от вышестоящих и взаимодействующих органов; оповещать персонал учреждения о введении режима повышенной готовности и обеспечивать сбор сотрудников согласно схемы оповещения; производить оповещение и сбор по распоряжению руководства ТЦМК нештатных медицинских формирований СМК, при необходимости их доукомплектование персоналом из числа резерва, подготовка к выдвижению в соответствии с обстановкой; проводить предрейсовый и послерейсовый осмотр водителей (л.д.58,112).

Как видно из письма за № от 12.07.2017г. директора РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР» на имя председателя первичной профсоюзной организации ФИО6-Б.А. с фельдшера-диспетчера обязанности проведения предсменных и послесменных медицинских осмотров по причине отсутствия необходимости – сняты(л.д.18), то есть, в обязанности фельдшера-диспетчера уже не входит обязанность проводить предрейсовые и послерейсовые медицинские осмотры водителей.

В своем заключении независимой экспертизы условий труда № от 29.08.2017г., председатель Ставропольской краевой организации профсоюза работников здравоохранения РФ и технический инспектор труда ЦК профсоюза работников здравоохранения по СК, эксперт по контролю и независимой экспертизе условий труда в организациях системы здравоохранения на соответствие требованиям охраны труда, проведенной на основании заявления от 26 июля 2017 года об оценке результатов аттестации рабочего места фельдшера(диспетчера)РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф Карачаево-Черкесской Республики» и применении результатов аттестации в целях, определенных в статье 7 ФЗ-426 «О специальной оценке условий труда», указали, что карта аттестации рабочего места № фельдшера - диспетчера утратила легитимность с момента изменения работодателем технологического процесса, влияющего на уровень воздействия вредных или опасных производственных факторов на работника. Снятие с фельдшера-диспетчера обязанности проведения предсменных и послесменных медицинских осмотров водителей с постановкой пробы Раппопорта приводит к отмене биологического фактора, что является основанием для проведения внеплановой специальной оценки условий труда в соответствии с п.1.1 ст.17 ФЗ-426 от 28.12.2013г.(л.д.6-9)

Согласно заключения эксперта по результатам специальной оценки условий труда от 20.09.2017г.: фактический уровень вредного фактора не соответствует гигиеническим нормативам; класс условий труда-3.1(Протокол 1-н проведения исследований(испытаний) и измерений напряженности трудового процесса).

В Карте №1 специальной оценки условий труда фельдшера-диспетчера указан итоговый класс условий труда-3.1. Возможность применения труда инвалидов не рекомендуется (СП 2.2.9.2510-09 п.4.2). Прием на работу только в соответствии с картой ИПР(индивидуальной картой с указанием должностей и профессий, на которых разрешается применение труда инвалидов).

Специальную оценку условий труда проводила эксперт <данные изъяты>., имеющая сертификат эксперта и аттестована на право выполнения работ по специальной оценке условий труда, аттестат аккредитации выдан 07.06.2016г. Федеральной службой аккредитации №RA.RU.21ЭН54.

Заключение эксперта по результатам специальной оценки условий труда в судебном заседании стороной истца не оспорено, судом признается относимым и допустимым доказательством по настоящему делу.

Что касается заключения № о результатах независимой экспертизы условий труда, проведенной по определению Черкесского городского суда от 18.09.2017г. техническим инспектором труда ЦК профсоюза по <адрес>, указанное заключение нельзя считать допустимым доказательством, поскольку аналогичное заключение этих же экспертов было представлено истцом при подаче иска в суд, следовательно, оно не имеет значение по настоящему делу.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В силу статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Согласно статье 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В соответствии с Индивидуальной программой реабилитации инвалида, выданной ФКУ «Главное бюро МСЭ по КЧР»(Бюро №1), 25.04.2017г. ФИО1 на основании протокола проведения медико-социальной экспертизы, рекомендованы истцу по трудоустройству: легкий физический труд, умственный труд, труд на дому. Трудовые действия (функции), выполнение которых затруднено: вредные или опасные условия труда в обычных производственных условиях, психоэмоциональные нагрузки, тяжелый физический труд, поднятие, длительное удержание и перенос предметов, длительная ходьба и стояние на ногах, быстрый предписанный темп работы, работа на высоте, на конвейере, в горячем цехе, неблагоприятные микроклиматические условия, наличие тепловых излучений, ультрафиолетовой радиации, работа в неудобных вынужденных позах. Труд в специально созданных условиях, учитывая противопоказанные условия, не более 35 часов в неделю, возможно систематическое медицинское наблюдение, индивидуальные нормы выработки, возможность использования автотранспорта предприятия по доставке на рабочее место, оснащение(оборудование) специального рабочего места для трудоустройства инвалида с учетом имеющихся у него нарушенных функций и ограничений жизнедеятельности, достижение производственной адаптации. С содержанием ИПРА ФИО1 согласился, поставив свою подпись (л.д.24).

В Индивидуальной программе реабилитации истца указано, что ему установлена 2 степень ограничения способности к трудовой деятельности.

В соответствии с пп. "ж" п. 6 Классификаций и критериев, используемых при осуществлении медико-социальной экспертизы граждан федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы, утвержденных Приказом Минтруда России от 17.12.2015 г. N 1024н, выделяются 3 степени выраженности ограничений каждой из основных категорий жизнедеятельности человека: 2 степень - способность к выполнению трудовой деятельности в специально созданных условиях с использованием вспомогательных технических средств.

Поскольку работодатель обязан исполнять рекомендации ИПРА, соответственно истцу при увольнении должны были быть предложены вакансии с учетом рекомендаций ИПРА.

Как указал в своем Уведомлении от 26.05.2017г. директор РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР» фельдшеру-диспетчеру ФИО1, вакантные должности, соответствующие рекомендациям, указанным в ИПР, отсутствуют.

Суду представлено штатное расписание ответчика, утвержденное министром здравоохранения КЧР на период с 20.01.2017г., из которого, как и в судебном заседании подтвердил истец, видно, что отсутствуют должности, на которых он сможет работать в соответствии с рекомендациями ИПР.

Решения учреждения МСЭ об установлении инвалидности и индивидуальные программы реабилитации являются единственными документами, выдаваемыми данным учреждением по результатам проведения медико-социальной экспертизы, и в силу ст. 11 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации" - обязательными для организаций, учреждений.

Работодатель (ответчик) по объективным причинам не имел возможности создать специальные условия труда для истца на его рабочем месте исходя из обязательных для работодателя рекомендаций индивидуальной программы реабилитации инвалида, а какие либо иные должности, отвечающие требованиям индивидуальной программы реабилитации, в организации отсутствуют.

Поскольку дальнейшее замещение истцом должности фельдшера-диспетчера не представлялось возможным в силу установленных объективных причин, работодатель правомерно, руководствуясь положениями ст. 73 Трудового кодекса РФ, издал приказ об увольнении истца по основанию, предусмотренному п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании в качестве специалиста была опрошена эксперт (невролог), стаж работы по специальности 15 лет, как руководитель Бюро медико-социальной экспертизы № разработавшая Индивидуальную программу реабилитации инвалида (ФИО1), которая суду пояснила, что истцу противопоказаны психоэмоциональные нагрузки, работа в ночную смену. Если не будут созданы специальные условия труда, состояние инвалида может ухудшиться.

Свои доводы о напряженности работы фельдшера-диспетчера, представители ответчика обосновали также тем, что за период с 04 декабря 2017 года по 11 декабря 2017 года количество звонков, поступивших и набранных в РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР», достигло 400. Принадлежность ответчику номеров телефонов, указанных в представленном списке записей звонков, истец подтвердил.

Доводы истца (представителя) о том, что специальная оценка условий труда проведена ответчиком не своевременно, после его увольнения, не могут повлиять на законность увольнения, поскольку предметом рассмотрения спора были требования истца о законности увольнения истца с работы, при этом правомерность оценки условий труда не была предметом рассмотрения суда.

В силу требований, установленных статьей 224 Трудового кодекса РФ, статьями 11, 20, 23, 24 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", предусматривающими гарантии трудовой занятости инвалидов, работодатели обязаны создавать инвалидам, занятым в организациях независимо от организационно-правовых форм и форм собственности, необходимые условия труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида.

Как указала Государственная инспекция труда в Карачаево-Черкесской Республике в своем ответе от 24.05.2017г. на обращение РГКУЗ «Территориальный центр медицины катастроф КЧР», работодатель обязан обеспечить инвалиду допустимые условия труда, отвечающие требованиям Санитарных правил СП 2.2.9.2510-09, утвержденных Постановлением Главного государственного врача России от 18 мая 2009 года №30 и индивидуальной программы реабилитации(ИПР). В связи с тем, что работнику установлена инвалидность, а условия труда на рабочем месте признаны вредными, необходимо перевести его на другую работу с допустимыми условиями труда. При отказе от предложенных вакансий или при отсутствии в организации вакансий сотрудника необходимо уволить по пункту 8 части 1 статьи 77ТК РФ. Увольнение по указанному основанию направлено на охрану здоровья сотрудника и не считается нарушением его прав(л.д.52-53).

Такое основание увольнения, как отказ работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствие у работодателя соответствующей работы (пункт 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации), предусмотрено в целях недопущения выполнения работником работы, противопоказанной ему по состоянию здоровья, направлено на охрану здоровья работника, а потому не может рассматриваться как нарушающее права заявителя. Кроме того, необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 года N 1090-О-О и N 1114-О-О).

Согласно ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить недопущение работников к исполнению ими трудовых обязанностей в случае медицинских противопоказаний.

В соответствии с абзацем 5 ч. 1 ст. 76 Трудового кодекса РФ работодатель обязан отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

В силу ст. 73 Трудового кодекса РФ работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую, имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья. Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первой статьи 77 настоящего Кодекса.

Из анализа приведенной нормы следует, что в случае отказа работника от перевода или при отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается на основании п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Таким образом, основанием для прекращения трудового договора с истцом является не инициатива работодателя, а объективные, т.е. не зависящие от воли сторон трудового договора обстоятельства, в частности от воли работодателя.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Республиканскому государственному казенному учреждению здравоохранения «Территориальный центр медицины катастроф Карачаево-Черкесской Республики» о восстановлении на работе и взыскании заработной платы за вынужденный прогул, отказать.

Решение может быть обжаловано сторонами в Верховный суд КЧР через Черкесский городской суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме, начиная с 15 декабря 2017 года.

Судья Черкесского городского суда М.А. Асланукова