Приговор № 1-289/2018 1-31/2019 от 17 февраля 2019 г. по делу № 1-289/2018

№ 1-31/2019 г.


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

с. Долгодеревенское 18 февраля 2019 года

Сосновский районный суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Лекаря Д.А.,

при секретаре судебного заседания Степанян А.Ш.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Сосновского района Челябинской области Тараненко М.Е.,

потерпевших Б.А.В., А.А.А., А.Н.В.,

представителя потерпевшего Ч.В.А.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Огур О.В.,

рассмотрев в помещении Сосновского районного суда Челябинской области по адресу: пер. Школьный, д. 7 «а» в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении гражданина <данные изъяты>

ФИО1, родившегося <данные изъяты>, зарегистрированного и проживающего по АДРЕС, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

В период времени с 23 часов 55 минут до 23 часов 57 минут 10 июля 2018 года водитель ФИО1, управлял, находясь в состояния алкогольного опьянения, автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ФИО2

Управляя указанным автомобилем, водитель ФИО1 двигался с пассажирами Л.И.А. и Л.Е.В. в пос. Терема Сосновского района Челябинской области по проезжей части ул. Городской в направлении от ул. Выборная к Мичуринскому проспекту со скоростью около 100...110 км/ч, значительно превышающей разрешенную в населенных пунктах скорость движения.

В пути следования, приближаясь к перекрестку ул. Городской и Мичуринского проспекта, водитель ФИО1, управляя автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак №, в силу своего алкогольного опьянения и значительного превышения разрешенной скорости движения, проявил преступную неосторожность, не справился с управлением автомобиля, допустил его занос, потерял контроль за движением транспортного средства, выехал за пределы проезжей части указанного перекрестка, чем создал опасность для других участников дорожного движения, и в период времени с 23 часов 55 минут до 23 часов 57 минут 10 июля 2018 года у здания №1е, расположенного по ул. Новоградской, в пос. Терема Сосновского района Челябинской области, совершил опрокидывание с последующим наездом на дизельную подстанцию.

В результате дорожно-транспортного происшествия пассажирам автомобиля <данные изъяты> Л.И.А. и Л.Е.В. причинены различные телесные повреждения, при этом Л.И.А. от полученных травм скончалась на месте происшествия.

Смерть Л.И.А., <данные изъяты> наступила в результате сочетанной травмы тела, в комплекс которой вошли:

- открытая черепно-мозговая травма: переломы костей основания черепа с разрывом твердой мозговой оболочки в проекции переломов, ушиб головного мозга с кровоизлиянем под его оболочки, кровоизлияния в мягкие ткани волосистой части головы и лица. Кожная рана и участки осаднений лица;

- тупая травма грудной клетки: перелом 9-го ребра справа;

- тупая травма костей плечевого пояса: перелом левой ключицы.

Тупая сочетанная травма тела, повлекшая смерть потерпевшей, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Между тупой сочетанной травмой тела и смертью потерпевшей усматривается причинная связь.

Л.Е.В. причинены: тупая травма головы, включившая в себя ушибленную рану и ссадины мягких тканей, черепно-мозговую травму в виде сотрясения головного мозга; перелом тела 6-го шейного позвонка; поверхностные раны правого коленного сустава.

Данные повреждения по медицинскому критерию, соответствующему большей степени тяжести вреда (вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни), квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Причиной данного дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение водителем ФИО1 требований следующих пунктов Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 г. № 1090:

- 2.7. «Водителю запрещается: управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного)...»;

- 10.1. «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил...»;

-10.2. «В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч...»;

Подсудимый ФИО1 полностью согласился с предъявленным ему обвинением и признал себя виновным в содеянном, ходатайствовал о применении особого порядка принятия судебного решения без проведения судебного разбирательства, пояснив, что он осознает характер и последствия данного ходатайства, которое заявлено им добровольно после консультаций с защитником и в его присутствии. Потерпевшие возражали против особого порядка рассмотрения уголовного дела.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании свою вину признал полностью, пояснил, что он в указанное в обвинительном заключении время приехал после работы домой, созвонился с Л.Е.В., договорились встретиться, решили выпить пива. Они общались с Л.Е.В., позже приехала Л.И.А., они сидели во дворе дома в г. Челябинске. Он первоначально выпил 0,5 литра пива, потом зашел разговор о том, что Л.Е.В. и Л.И.А. стало интересно узнать, как он водит. Он взял ключи от машины, после чего они взяли еще 1,5 литра пива, которые он употребил перед началом поездки. Он выехал из двора, перед ним ехал автомобиль, Л.Е.В. спросил у него, почему они так медленно едут, он объяснил, что впереди медленно едет автомобиль. Он обогнал первый автомобиль, потом решил обогнать второй автомобиль, в связи с этим набрал скорость более 100 км. в час, превышающую установленную. После завершения обгона он увидел знак поворота, нажал на тормоз, начал поворачивать, автомобиль занесло, он перевернулся. Он начал терять сознание, пришел в себя от крика Л.Е.В.: «Выходим!», открыл двери, подбежали люди. Он начал искать сумку Л.Е.В., в которой был телефон, чтобы позвонить в скорую помощь, однако не нашел, нашел свой телефон, но не смог позвонить, так как его телефон перестал работать, скорую помощь вызвали другие люди, сам он помощи не оказывал, так как не знал, как это делается. Позже приехали сотрудники полиции, он, испугавшись, назвался им другими данными, чужой вымышленной фамилией. В связи с шоковым состоянием его трясло, сотрудники полиции предположили, что он находится в состоянии наркотического опьянения, уехали, после этого приехали и получили от него объяснение, в котором рассказал всю правду, на тот момент сотрудники полиции уже знали его настоящие данные, он рассказал им, что он был за рулем и употреблял пиво. После ДТП он алкоголь не употреблял, находился в больнице, с результатами полученных проб, с актом освидетельствования он согласен, показания допрошенных свидетелей, оглашенные в судебном заседании подтверждает полностью. Он крайне сожалеет о содеянном, инициатива того, чтобы он сел за руль была общая. Водительского удостоверения он не получал, обучался в автошколе, не окончил, теоретический и практический экзамены в ГИБДД он не сдавал, он не был пристёгнут, пассажиры также не были пристегнуты, скорость превысил, так как пошёл на обгон, кроме пива ничего больше употреблял, считает, что был не сильно пьян.

После произошедшего он не звонил родственникам погибшей, так как считал, что они не хотят его слышать, с потерпевшим Л.Е.В. он встречался, он дважды передавал ему денежные средства в сумме 2500 и 5000 рублей, расписок не писали.

Виновность подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 264 УК РФ, полностью нашла свое подтверждение в ходе судебного заседания.

Согласно показаниям потерпевшей Б.А.В. в судебном заседании, о происшествии ей стало известно 11 июля 2018 года, примерно в 7 утра ей позвонила женщина – следователь, которая сказала, что произошла авария, погибла её сводная сестра Л.И.А., за рулём был Сигай. Ей стало известно, что у пос. Терема, с. Долгодеревенское, на автомобиле <данные изъяты> на большой скорости не вошли в поворот, машина вылетела, трижды перевернулась, Л.И.А. вылетела через заднее окно, авария произошла по вине Сигай. Следователь сказала ей, что Сигай и муж её сестры Л.Е.В. в тяжелом состоянии в реанимации, они старые друзья. На место ДТП она не выезжала, позже Л.И.А. Изида поехала на опознание. С Л.Е.В. она позже общалась, он рассказывал неохотно, говорил, что был пьяный, очнулся, когда перевернулись, сестра тоже находилась в состоянии алкогольного опьянения, у неё был День рождения, не знает точно, была ли она пристегнута, но предполагает, что нет, иначе бы её не выкинуло из автомобиля. Она созванивалась с сестрой примерно за 10 минут до произошедшего, она переживала за свою малолетнюю дочь, которую оставила у неё, свидетель успокоила её, сказала, что уложила спать дочь. Свидетелю известно, что они пили пиво, за рулем был Сигай. Об обстоятельствах произошедшего ей известно от следователя и Л.Е.В..

В целом аналогичные показания в судебном заседании дали А.Н.В. и А.А.А.

В судебном заседании с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК России были оглашены показания потерпевшего Л.Е.В., согласно которым с Л.И.А. они поженились в октябре 2016 года, у них есть дочь Александра (1,5 года). 10 июля 2018 г. он созвонился со своим другом ФИО1 с которым они знакомы со школы, договорились о встрече. Он поехал к нему на ул. Салавата Юлаева, там во дворе дома они выпивали пиво. Около 22 часов вечера к ним приехала Л.И.А., у нее было вино. В тот день у нее был день рождения. Они с ней пили вино, А* пил пиво. Когда они встретились с ФИО1 они купили 2 бутылки пива по 1,5 литра каждую, т.е. одну ему, одну ФИО1 После того как они их распили, они купили еще 2 бутылки по 1,5 литра каждая. Около 23 час. 30 мин. они с Л.И.А. собрались домой, но у них еще было не допито вино и пиво, поэтому А* предложил посидеть в автомобиле его мамы. А* сходил домой, и через некоторое время вернулся с ключами. Они втроем сели в автомобиль. Л.И.А. села на заднее сиденье, он на переднее пассажирское сиденье, а А* на водительское сиденье. Потом они куда-то поехали, он так понял, просто кататься. Они выехали на дорогу, ведущую к Новоградскому рынку. Они не были пристегнуты ремнями безопасности, ехали быстро, на спидометре было 100 км/ч. В один момент они обогнали какой-то автомобиль, затем А* увидел знак главной дороги, а именно, что она меняла направление движения и уходила в сторону. Он вывернул рулевое колесо и резко нажал на педаль тормоза. Автомобиль занесло и он потерял управление, они улетели в кювет, автомобиль перевернулся несколько раз и встал на колеса, ударившись о стоящую будку (дизельную подстанцию), он сознание не терял. У него возникла мысль, что автомобиль может загореться. Он крикнул, чтобы все вылезали. Дверь с его стороны открылась, он вылез из автомобиля, через водительскую дверь вылез и А*. Они спросили друг у друга «нормально ли все», после чего он понял, что Л.И.А. осталась в автомобиле. К тому моменту к ним подошли люди (мужчина и женщина), он так понял, из автомобиля, который они обгоняли. Он попросил их посмотреть в автомобиль, т.к. на заднем сидении была девушка. Женщина сказала, что в автомобиле никого нет. Потом она увидела Л.И.А., лежащую рядом с будкой, о которую ударился автомобиль. Считает, что причиной ДТП послужило алкогольное опьянение и отсутствия опыта вождения у ФИО1, а также что все виноваты, что сели пьяными в автомобиль, с себя тоже ответственности не снимает.

Он ознакомлен с предъявленным ФИО1 обвинением, поддерживает его, все так и было. ФИО1 перечислил ему 2.500 рублей в счет возмещения ущерба, никаких расписок они не писали (т. 1 л.д. 116-119, 120-122).

Согласно показаниям свидетеля С.Н.И. в судебном заседании, она является следователем, летом 2018 года, в июле, она в составе СОГ с сотрудником ГИБДД ФИО3 по сообщению оперативного дежурного выезжала на место ДТП с пострадавшими около 1 часа ночи у пос. Терема, было темно, место происшествия было на повороте у <...>. Рядом с дизельной подстанцией находился автомобиль иностранного производства темного цвета, рядом с задней пассажирской дверью находился труп девушки, также там стоял автомобиль скорой медицинской помощи. От сотрудников скорой помощи стало известно, что по их прибытию на место там были двое мужчин, которые были госпитализированы, один из которых ходил около разбитого автомобиля. Позже ей стало известно, что один из доставленных в больницу мужчин является Л.И.А. <данные изъяты>, второй представился чужими данными. Свидетель проверил автомобиль по базам данных, выяснили, что он принадлежит Сигай. Свидетель проехал в городскую больницу, Л.И.А. был в реанимации с подозрением на перелом позвоночника, его опросили, он устно пояснил, что они пили с его супругой и Сигай, он не помнил, как сел в автомобиль, помнил, что произошло ДТП, он вылез из машины. В хирургическом отделении находился второй госпитализированный мужчина, у него был ушиб грудной клетки, данная травма характерна для водителя, он представился другим именем, рассказал, что они ехали на такси, водитель такси после ДТП скрылся. После этого свидетель проехал к матери данного мужчины, на которую был оформлен автомобиль, созвонились с ней, она сказала, что у неё есть сын, который накануне употреблял алкоголь, ключи от автомобиля были дома, кроме сына никто не мог взять ключи. Они вернулись в больницу, мужчина признался, что он – Сигай, управлял автомобилем пьяный, они хотели покататься, развили с его слов большую скорость, минимум 110 км/час, он не справился с управлением, автомобиль на закруглении дороги поехал прямо, ударился об дизельную подстанцию. Скорую помощь вызвал сторож, охранявший рынок рядом с подстанцией, он услышал удар, но так там очень темно, сначала не видел автомобиля. У Сигай был запах алкоголя изо рта, врачи взяли у него кровь, свидетель уточняла у врачей, взяли ли на анализ кровь, они подтвердили.

В судебном заседании свидетель ФИО2 пояснил, что ФИО1 является его сыном, об обстоятельствах произошедшего ему известно от следователя и жены. Ему известно, что автомобиль перевернулся, об этом ему около 07 часов 11.07.2018 г. сообщила сестра жены по телефону, сказала, что приезжали сотрудники полиции и рассказали об аварии с потерпевшими. Через 1,5 часа он приехал в квартиру тестя, за которым ухаживает в данной квартире его жена, она приехала туда на автомобиле. Там ему стало известно, что в пос. Градский произошла авария с участием сына, он был за рулём, не справился с управлением, в каком он находился состоянии – ему неизвестно, супруга не знала, что он поехал на автомобиле, он впервые без спроса взял ключи из сумки. Позже жена ездила в больницу к сыну, сын в настоящее время живет отдельно, он с сыном по данному поводу не говорил, поступок сына оценивает, как безответственный, самого сына характеризует, как обычного человека. Его сын употреблял алкогольные напитки, он по этому поводу с ним разговаривал, странностей в поведении сына он не замечал. Знает отношение сына к произошедшему – он извиняется, раскаивается, объяснить свой поступок не может, говорит, что хотели послушать музыку. У сына нет и никогда не было водительского удостоверения, он учил сына ездить на автомобиле в 10-летнем возрасте в чистом поле, больше он за руль не садился.

В судебном заседании с согласия сторон в порядке ст. 281 УПК России были оглашены показания свидетеля Г.А.С., согласно которым 10.07.2018 г. около 23 час. 59 мин. они с Д.А.Н. двигались на его автомобиле, направлялись в пос. Кременкуль, она была за управлением. Они двигались по проезжей части ул. Городской в пос. Терема, В один момент она в зеркало заднего вида увидела свет фар, ей стало понятно, что позади, с быстрой скоростью движется автомобиль, приближаясь к ней. Он приближался очень быстро, по свету фар она поняла, что он сместился на полосу встречного направления и должен их обогнать. Когда этот автомобиль их обогнал, она поняла, что скорость его не менее 100-110 км/ч, т.к. у нее на спидометре на тот момент было около 50-60 км/ч. После обгона автомобиль вернулся в полосу для движения, и спустя 1-2 секунды она увидела, как автомобиль Хюндай, применил торможение (у него загорелся свет стоп-сигналов) и вылетел с проезжей части, после чего совершил наезд на строение. Они остановились и припарковались. Она со своего телефона позвонила в скорую помощь и сообщила о ДТП. Когда она подошла ближе к автомобилю Хюндай. увидела, как рядом с автомобилем лежит девушка без сознания, ее придерживал какой-то парень (как поняла позже ее супруг, он был плотного телосложения), а другой парень (худощавый) бегал вокруг автомобиля, осматривал повреждения (т. 1 л.д. 169-171).

Согласно показаниям свидетеля Д.А.Н., 10.07.2018 г. около 23 час. 59 мин. они с Г.А.С. двигались на его автомобиле, направлялись в пос. Кременкуль. За управлением находилась Г.А.С., он находился на переднем пассажирском сиденье. Они двигались по проезжей части ул. Городской в пос. Терема, в один момент он заметил, как их обогнал автомобиль <данные изъяты>, скорость его была высокой, около 100-110 км/ч, (оценил визуально, по сравнению с их скоростью) у них на тот момент была скорость около 50-60 км/ч. Видимо водитель этого автомобиля не знал или не учел, что проезжая часть меняла свое направление, впереди был Т-образный перекресток, поздно это заметил, применил экстренное торможение и допустил занос, в результате чего автомобиль выехал с проезжей части и совершил наезд на здание (т. 1 л.д. 172-174).

Также в судебном заседании были оглашены показания свидетеля ФИО4, согласно которым проживает с сыном ФИО4 и супругом ФИО2. 10.07.2018 автомобиль <данные изъяты> находился в её пользовании. В вечернее время, около 23 час. она приехала домой. Во дворе дома находился её сын, общался с друзьями. Около 04 час. 30 мин. 11.07.2018 ей на телефон раздался звонок, с ней хотели поговорить сотрудники полиции. В процессе разговора с сотрудником полиции ей сообщили, что её автомобиль попал в ДТП, в результате которого скончался пассажир. Она выглянула в окно, увидела, что её автомобиля во дворе дома нет, ключей от автомобиля не было. Она поняла, что автомобиль взял сын. Полицейские пояснили по обстоятельствам ДТП, а именно, что её сын, управляя их с супругом автомобилем <данные изъяты>, двигался в поселке Терема, не справился с управлением и выехал за пределы проезжей части. В его автомобиле находился его друг Л.Е.В. и его супруга. В результате ДТП девушка скончалась, а ребят увезли в ОКБ № 3 (т. 1 л.д. 175-178).

Виновность подсудимого в совершении преступления подтверждается также письменными, вещественными доказательствами:

- иным документом – справкой о дорожно-транспортном происшествии с приложением, согласно которой в период времени с 23 часов 55 минут до 23 часов 57 минут 10 июля 2018 года автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № совершил съезд в кювет с дальнейшим наездом на дизельную подстанцию. В результате ДТП у автомобиля повреждено: передний бампер, обе блок-фары, передняя панель, капот, ветровое стекло, крыша, три правые стойки, обе правые двери со стеклами и зеркалами, правый порог, заднее стекло, крышка багажника, передняя левая дверь со стеклом и зеркалами заднего вида, правые колеса. Пострадавшие в ДТП: Л.И.А., Л.Е.В., ФИО1 (т. 1 л.д. 11-12);

- протоколом осмотра места происшествия со схемой ДТП и фототаблицей, согласно которым определен вид происшествия – опрокидывание (съезд в кювет) автомобиля HYUNDAI ELANTRA 1.6, государственный регистрационный знак <***>, с последующим наездом на дизельную подстанцию. Место съезда автомобиля находится в координатах: 25,3 м от дизельной подстанции и 3,8 м от левого края проезжей части второстепенной (грунтовой) дороги; место наезда на дизельную подстанцию находится в координатах: 25,3 м от правого края проезжей части главной дороги, и 4,6 м до левого края второстепенной (грунтовой) дороги; Участок проезжей части освещен городским электроосвещением. На проезжей части (асфальтированном покрытии) зафиксированы следы торможения автомобиля, наибольший (L1) длинной 43,0 м, и L2- 42,0 м., и на обочине (травяное покрытие) след волочения, длинной 2,3 м. (т. 1л.д. 14-17,19-21);

- протоколом осмотра транспортного средства от 11.07.2018 г. с фототаблицей, согласно которому у автомобиля HYUNDAI ELANTRA 1.6, государственный регистрационный знак <***> обнаружены повреждения: передний бампер, обе блок-фары, передняя панель, капот, ветровое стекло, крыша, три правые стойки, обе правые двери со стеклами и зеркалами, правый порог, заднее стекло, крышка багажника, передняя левая дверь со стеклом и зеркалами заднего вида, правые колеса (диски повреждены, давление в шинах отсутствует). Состояние шин удовлетворительное, рисунок протектора изношен минимально. Рулевое управление автомобиля в технически исправном состоянии (т. 1 л.д. № 24,26);

- иным документом – копией справки о результатах химико-токсикологических исследований № 2306 от 11.07.2018 г., согласно которой в биосредах у ФИО1 обнаружен этанол в концентрации 0.51%о (т.1 л.д. № 47);

- иным документом – копией акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения на ФИО1 № 1562 от 11.07.2018 г., согласно которого у ФИО1 установлено состояние опьянения (обнаружен этанол в концентрации 0.51%о) (т.1 л.д. № 51);

-заключением эксперта-автотехника № 715 от 27.08.2018 г., согласно которому скорость движения, соответствующая зафиксированным на месте происшествия следам движения (торможения) колес автомобиля <данные изъяты> составляет около 89 км/ч. Определение значение скорости движения автомобиля <данные изъяты> является минимальным.

В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации, водитель автомобиля <данные изъяты> технической точки зрения, должен был руководствоваться требованиями п. 1.5 абз.1, п. 10.1 абз.1, п. 10.2 Правил дорожного движения.

С технической точки зрения, действия водителя автомобиля <данные изъяты> 1.6, не соответствующие требованиям п. 1.5 абз.1 с учетом требований п. 10.1 абз. 1 Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом происшествия (т. 1 л.д. 75-76);

- заключением судебно-медицинского эксперта № 506 от 10.09.2018 г., согласно которому смерть Л.И.А., <данные изъяты> наступила в результате сочетанной травмы тела, в комплекс которой вошли:

- открытая черепно-мозговая травма: переломы костей основания черепа с разрывом твердой мозговой оболочки в проекции переломов, ушиб головного мозга с кровоизлиянем под его оболочки, кровоизлияния в мягкие ткани волосистой части головы и лица. Кожная рана и участки осаднений лица;

- тупая травма грудной клетки: перелом 9-го ребра справа;

- тупая травма костей плечевого пояса: перелом левой ключицы.

Тупая сочетанная травма тела, повлекшая смерть, причинила тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Таким образом, между тупой сочетанной травмой тела и смертью потерпевшей усматривается причинная связь.

Тупая сочетанная травма тела, образовалась в ходе дорожно-транспортного происшествия от ударов тупых твердых предметов, которыми могли быть выступающие части салона автотранспортного средства (т. 1 л.д. 80-83);

- заключением судебно-медицинского эксперта № 6211 от 05.09.2018 г., согласно которому у Л.Е.В. имели место: тупая травма головы, включившая в себя ушибленную рану и ссадины мягких тканей, черепно-мозговую травму в виде сотрясения головного мозга; перелом тела 6-го шейного позвонка; поверхностные раны правого коленного сустава.

Данные повреждения по медицинскому критерию, соответствующему большей степени тяжести вреда (вред здоровью, опасный для жизни человека, создающий непосредственную угрозу для жизни), квалифицируются, как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни (т. 1 л.д. 87-89);

- протоколом осмотра предметов от 07.09.2018 г., согласно которому осмотрен бумажный конверт с находящейся в нем 1 темной дактопленкой прямоугольной формы размерами 32x29 мм, на которой просматривается след папиллярного узора (т. 1 л.д. 91-92);

- вещественным доказательством – 1 темной дактопленкой со следом руки, изъятым с ручки открывания водительской двери автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак №. 1 л.д. 93,94);

- протоколом выемки от 04.10.2018 г., согласно которому изъят автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты> (т. 1 л.д. 97-98);

- протоколом осмотра предметов от 04.10.2018 г. с фототаблицей, согласно которому у автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак №. имеются повреждения: передний бампер, капот, обе блок-фары, передняя панель, ветровое стекло, крыша, три правые стойки, обе правые двери со стеклами и зеркалами, правый порог, заднее стекло, крышка багажника, передняя левая дверь со стеклом и зеркалами заднего вида, задняя правая фара, правое крыло. Переднее правое и заднее правое колесо повреждены, шины разгерметизированы; Рулевое управление и тормозная система автомобиля в исправном состоянии (т. 1 л.д. 99-101,102-103);

- вещественным доказательством – автомобилем <данные изъяты> государственный регистрационный знак № (т. 1 л.д. 104).

Таким образом, суд, исследовав в совокупности все представленные доказательства, сопоставив между собой показания подсудимого, полностью признавшего свою виновность в ходе предварительного следствия и судебного заседания, показания потерпевших, свидетелей, письменные материалы дела, приходит к убеждению, что виновность ФИО1 в совершении указанного выше преступления доказана.

Суд признает достоверными показания потерпевших, свидетелей, данные, как в судебном заседании, так и в ходе предварительного следствия, так как они последовательны, подробны, конкретны, не противоречивы, подтверждаются иными имеющимися в материалах дела доказательствами. Они не противоречат не только друг другу, но и другим доказательствам по делу. Кроме того, изложенные выше показания полностью согласуются между собой и взаимодополняют друг друга, объективно подтверждаются данными, содержащимися в протоколах следственных действий, заключениях проведенных по делу экспертиз и иных документах, исследованных в судебном заседании.

Оснований не доверять показаниям указанных лиц у суда не имеется. В судебном заседании оснований для самооговора со стороны подсудимого и оговора подсудимого со стороны потерпевших и свидетелей не установлено, до совершения ФИО1 преступления они (кроме Л.Е.В.) не были знакомы между собой, их показания не противоречивы, дополняют друг друга.

Совокупность собранных по делу доказательств, исследованных в судебном заседании и перечисленных выше, судья оценивает как достаточную для разрешения дела и постановления приговора.

Оснований сомневаться в выводах проведенных экспертных исследований, в том числе, заключений экспертов у суда не имеется. Нарушений требований УПК РФ при назначении и проведении указанных экспертиз не имеется, за основу своих выводов, в числе прочих доказательств, суд принимает заключения экспертов. У суда нет оснований ставить под сомнение их выводы, поскольку они соответствуют исследовательской части заключений, судебные экспертизы проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, компетентными экспертами, имеющими высшее образование, соответствующую специальность, значительный стаж работы по специальности, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, выводы экспертов надлежащим образом аргументированы, научно обоснованы, не содержат каких-либо противоречий и неточностей.

Состояние алкогольного опьянения ФИО1 установлено актом медицинского освидетельствования, нахождение им в состоянии алкогольного опьянения, превышение им разрешенной скорости подтверждается также показаниями потерпевшего Л.Е.В., потерпевших А.А.А., Б.А.В., свидетелей С.Н.И., Г.А.С., Д.А.Н., заключением эксперта, не оспаривается самим подсудимым.

По отношению к наступившим последствиям в виде причинения тяжкого вреда здоровью и смерти человека со стороны подсудимого имеет место неосторожная форма вины.

По мнению суда, сложившаяся на месте происшествия обстановка, отсутствие какой-либо крайней необходимости, позволяли подсудимому выполнить указанные требования Правил дорожного движения РФ, и, при достаточной предусмотрительности и внимательности ФИО1, он мог избежать дорожно-транспортного происшествия.

В судебном заседании представленными и исследованными доказательствами в полной мере установлена причинно-следственная связь между нарушением водителем ФИО1 требований правил дорожного движения и наступлением смерти Л.И.А. и причинением тяжкого вреда здоровью Л.Е.В.

При этом, государственный обвинитель полагал необходимым исключить из объёма предъявленного ФИО1 обвинения указание на нарушение им п.п. 1.5, 2.1.1 ПДД РФ (в части требования водителю иметь при себе страховой полис), а также на нарушение им требований п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 г. № 1090, как излишне вмененных, не усматривая причинно-следственной связи между нарушением водителем ФИО1 данных положений закона, ПДД РФ и наступившими общественно-опасными последствиями в виде смерти человека и тяжкого вреда здоровью человека, а также в связи с тем, что п. 1.5. Правил дорожного движения, согласно которому «Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда», носит общий характер и конкретизировано в иных пунктах Правил, нарушение которых подтверждено материалами дела.

Исключение из объема обвинения данных пунктов ПДД РФ, «Основных положений…» не ухудшает положения подсудимого, не изменяет фактических обстоятельств дела.

Кроме того, суд, с учетом установленных обстоятельств, заключения эксперта №715 от 27.08.2018 г., находит прямую причинно-следственную связь действий водителя ФИО1, нарушившего п.п. 2.7, 10.1, 10.2 ПДД РФ с дорожно-транспортным происшествием и его последствиями, не усматривая при этом, таковой, в нарушении им п.п. 2.1.1 (2.1.1 и 2.1.2) ПДД РФ, п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, а также полагая, что п. 1.5. Правил дорожного движения, носит общий характер и конкретизировано в иных пунктах Правил, нарушение которых подтверждено материалами дела. Суд считает необходимым исключить из объёма обвинения указание на нарушение ФИО1 указанных пунктов п.п. 1.5, 2.1.1 (2.1.1 и 2.1.2) ПДД РФ, п. 11 Основных положений по допуску транспортных средств к эксплуатации и обязанностей должностных лиц по обеспечению безопасности дорожного движения, не усматривая прямой причинно-следственной связи между наступившими последствиями и указанными нарушениями водителем пунктов ПДД РФ.

На основании исследованных доказательств суд приходит к выводу о том, что ФИО1 совершил по неосторожности преступление, которое суд квалифицирует по ч. 4 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации – нарушение лицом, находящимся в состоянии опьянения, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека и причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При назначении наказания суд учитывает требования ст. ст. 6, 43, 60, 62 УК РФ, принимает во внимание обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, которое законом отнесено к категории средней тяжести, данные о личности подсудимого: его молодой возраст, семейное и имущественное положение, состояние здоровья, влияние наказания на исправление подсудимого, на условия его жизни и жизни его семьи.

К смягчающим наказание обстоятельствам суд относит полное признание подсудимым своей виновности и раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления, выразившееся, помимо прочего, в даче объяснений об обстоятельствах произошедшего до возбуждения уголовного дела (т.1 л.д. 31-32), частичное возмещение ущерба, причиненного в результате преступления потерпевшему Л.Е.В. (т.1 л.д. 122) и высказанное в судебном заседание намерение возмещать ущерб потерпевшим, совершение иных действий, направленных на заглаживание вреда, причиненного преступлением – принесение извинений потерпевшим в судебном заседании.

Указанное объяснение (т.1 л.д. 31-32) суд в качестве явки с повинной признать не может в связи с тем, что сотрудникам полиции на момент получения данного объяснения было известно о причастности ФИО1 к указанному ДТП, его личность была установлена, при этом судом учитывается, что ФИО1 добровольно, до возбуждения уголовного дела, сообщил следователю об обстоятельствах совершенного преступления.

Также судом в качестве смягчающего наказание обстоятельства признается поведение потерпевших Л.И.А., Л.Е.В., выразившееся в нарушении Правил дорожного движения – потерпевшие Л.И.А., Л.Е.В. пренебрегли своей безопасностью, совместно употребляя с водителем ФИО1 алкоголь и сев в автомобиль с последним, не пристегиваясь при этом. Данное поведение потерпевших хотя и не находится в причинно-следственной связи с наступившими общественно-опасными последствиями, но расцениваются судом как причины и условия, способствовавшие их наступлению, и, по мнению суда, безусловно влияют на снижение наказания подсудимому.

Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено, в связи с чем, суд, при назначении наказания ФИО1 применяет положения ч.1 ст. 62 УК РФ.

Подсудимый ФИО1 на учете у врачей психиатра, нарколога не состоит, по месту жительства характеризуется положительно.

Учитывая обстоятельства совершенного преступления, данные о личности подсудимого, суд полагает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы, данный вид наказания будет отвечать целям восстановления социальной справедливости и исправления подсудимого, способствовать предупреждению совершения новых преступлений. Санкцией статьи лишение свободы является единственным основным видом наказания.

Оснований для изменения категории совершенного подсудимым преступления на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ не имеется с учетом сведений о личности подсудимого, обстоятельств и характера совершенного преступления.

Суд также не усматривает исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и позволяющих назначить подсудимому наказание с применением ст. 64 УК РФ.

Также суд, с учетом характера и обстоятельств совершенного преступления, личности подсудимого, считает необходимым назначить подсудимому дополнительное наказание, предусмотренное ч. 4 ст. 264 УК РФ, в виде лишения права заниматься определенной деятельностью, а именно – деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами.

Оснований для применения ст. 73 УК РФ к подсудимому, несмотря на совокупность смягчающих наказание обстоятельств, учитывая сведения о личности подсудимого, характер и обстоятельства совершенного впервые преступления, его последствия, суд не усматривает, полагая, что достижение целей наказания, в том числе – восстановление социальной справедливости, возможно лишь при реальном отбывании ФИО1 наказания в виде лишения свободы.

Назначенное подсудимому наказание в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ подлежит отбыванию в колонии-поселении, не усматривая оснований для назначения подсудимому отбывания наказания в колонии общего режима. Оснований для изменения меры пресечения суд не усматривает, к месту отбывания наказания ФИО1 должен следовать самостоятельно за счёт государства.

Потерпевший А.А.А. заявил иск о взыскании в его пользу с ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей, в котором указал, что ему, как отцу Л.И.А., погибшей в результате произошедшего ДТП с автомобилем под управлением ФИО1, причинен моральный вред, который заключается в нравственных переживаниях в связи с утратой дочери, нравственных страданиях, которые выразились в форме страданий и переживаний по поводу смерти дочери. Кроме того, просит взыскать с ФИО1 материальный ущерб (вред), связанный с затратами на погребение погибшей дочери и расходы на представителя в связи с уголовным делом в общем размере 93290 рублей.

Потерпевший и его представитель в судебном заседании исковые требования поддержали. Моральный вред просили взыскать в полном объеме, подтвердив доводы, указанные в исковом заявлении. При этом сообщили, что кроме погибшей дочери у оставшегося малолетнего ребенка есть отец, которые проживает отдельно, согласно установленным в судебном заседании обстоятельствам, в настоящее время внучка – дочь погибшей, проживает совместно с отцом. Государственный обвинитель просил удовлетворить гражданский иск в полном объёме.

Подсудимый ФИО1 исковые требования признал полностью, сообщив суду, что требования к нему заявлены правомерно, он не возражает против его удовлетворения, пояснив при этом, что готов выплачивать компенсацию морального вреда частями, признал требования о возмещении материального ущерба. Защитник поддержал позицию своего подзащитного, при этом полагая завышенными требования об оплате расходов на представителя, просил уменьшить сумму исходя из требований разумности и справедливости.

Суд, оценив представленные в подтверждение исковых требований доказательства, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.ст. 150, 151, п.п. 1 и 3 ст. 1079, 1100 и 1101 ГК РФ, возмещению подлежит моральный вред (физические и нравственные страдания), материальный ущерб.

Размер понесенных расходов на представителя и затрат на погребение на сумму 93290 рублей 00 копеек подтвержден представленными потерпевшим А.А.А. документами.

Согласно ч. 3 ст. 42 УПК РФ, потерпевшему обеспечивается возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением, а также расходов, понесенных в связи с его участием в ходе предварительного расследования и в суде, включая расходы на представителя, согласно требованиям статьи 131 настоящего Кодекса.

Процессуальными издержками, в соответствии со ст. 131 УПК РФ, являются связанные с производством по уголовному делу расходы, которые возмещаются за счет средств федерального бюджета либо средств участников уголовного судопроизводства.

На основании ч.1 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки взыскиваются с осужденных.

Суд полагает исковые требования о возмещении материального ущерба обоснованными и подлежащими удовлетворению, не усматривая оснований для их снижения – сумма, выплаченная потерпевшим представителю, подтверждена копией приходного кассового ордера, определена гражданско-правовым договором, указанная сумма, по мнению суда, не является неразумной, несправедливой, учитывая объём уголовного дела, а также объём работы представителя, его работу в судебных заседаниях.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает наступившие последствия, степень нравственных и физических страданий, причиненных потерпевшему в результате преступных действий подсудимого, а также требования разумности и справедливости.

Гражданский иск потерпевшего А.А.А. о компенсации морального вреда в соответствии со ст. ст. 42, 44 УПК РФ подлежит удовлетворению, так как нравственные и физические страдания, связанные со смертью его дочери, погибшей в результате ДТП, были причинены ему в результате преступных действий подсудимого. Суд признает, что смерть дочери А.А.А., безусловно, причинила последнему душевные переживания и нравственные страдания, исковые требования потерпевшего логичны и обоснованы, нанесенный моральный вред находится в прямой причинной связи с совершенным ФИО1 преступлением.

Вместе с тем, определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень тяжести причиненного вреда, наступившие последствия, степень нравственных и физических страданий, перенесенных потерпевшим в результате преступных действий подсудимого, требования разумности и справедливости, также суд учитывает материальное положение подсудимого, который не имеет на иждивении несовершеннолетних детей, не состоит в браке, находится в трудоспособном возрасте и имеет постоянное место жительства, работает, его молодой возраст и состояние здоровья, отсутствие хронических заболеваний, в том числе, препятствующих труду.

Суд, исходя из требований разумности и справедливости, исполнимости судебного решения, учитывая обстоятельства совершенного по неосторожности преступления, личность подсудимого и потерпевшего, их имущественное положение, характер наступивших последствий, принесение в судебном заседании подсудимым извинений потерпевшим, в том числе – А.А.А., считает, что компенсация морального вреда должна быть уменьшена от заявленной потерпевшим А.А.А. суммы до 300 000 (трёхсот тысяч) рублей в его пользу.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 (два) года 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

Осужденному ФИО1 следовать в колонию-поселение самостоятельно, за счёт государства, срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, зачесть в срок наказания время следования осужденного к месту отбывания наказания из расчета один день за один день.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в отношении осужденного ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, после чего отменить.

Гражданский иск потерпевшего А.А.А. о компенсации морального вреда и материального ущерба удовлетворить частично: взыскать с осужденного ФИО1 в пользу А.А.А. компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей 00 (ноль) копеек, материальный ущерб в сумме 93290 (девяносто три тысячи двести девяносто) рублей 00 (ноль) копеек.

После вступления приговора в законную силу вещественные доказательства по делу: автомобиль <данные изъяты> государственный регистрационный знак № принадлежащий С.Н.В., хранящийся под сохранной распиской у собственника – оставить в его распоряжении, освободив от обязанности по хранению; 1 темную дактопленку со следом руки, упакованную в бумажный конверт, хранящуюся при уголовном деле – оставить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд в течение десяти суток со дня его провозглашения.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

В случае подачи апелляционного представления или апелляционных жалоб другими участниками судопроизводства, ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции подаётся осуждённым в течение 10 суток с момента вручения копии апелляционного представления либо апелляционных жалоб.

Председательствующий Д.А. Лекарь