Апелляционное определение № 33-434/2026 от 25 февраля 2026 г.

Председательствующий по делу Дело №33-434/2026

судья Базаржапова А.Б. (в суде 1-й инстанции 2-526/2025)

УИД75RS0013-01-2025-000857-55


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Слепцова И.В.,

судей Погореловой Е.А., Епифанцевой С.Ю.,

при секретаре Балагуровой А.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 26 февраля 2026 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю,Федеральной службе исполнения наказаний,Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Забайкальскому краю о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционным жалобам представителя ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю ФИО2, истца ФИО1

на решение Карымского районного суда Забайкальского края от 9 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Слепцова И.В., судебная коллегия,

установила:

ФИО1 обратился в суд с названным заявлением, мотивируя свои требования тем, что В период времени с <Дата> года истец отбывал наказание в ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю (далее – ФКУ ИК-8). В указанный период являлся инвалидом 3 группы в связи с заболеванием: <данные изъяты> установлена первая степень ограничений способности к самообслуживанию, передвижению и трудовой деятельности. В указанный период времени истец передвигался без опорной трости, что создавало неудобство, в зимний период времени были случаи падения на скользкой поверхности тротуара, истец всегда передвигался с опасностью возможного падения, причинения себе вреда без надлежащей опоры. Без трости истец испытывал физические страдания, боли в области бедренного сустава, боли в мышцах правой ноги вследствие переноса веса тела на нее. Кроме того, истец испытывал нравственные страдания, связанные с <данные изъяты>. ФИО1 неоднократно обращался к администрации исправительного учреждения с просьбой обеспечить его тростью с устройством противоскольжения, однако никаких мер реагирования не последовало со ссылкой на отсутствие денежных средств в бюджете. Вынужден был самостоятельно изготовить опорную трость без устройства противоскольжения.Нуждаемость <данные изъяты> подтверждается индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида от 08 ноября 2018 года № №. Решением Карымского районного суда Забайкальского края от 12 сентября 2019 года на ФКУ ИК-8 была возложена обязанность обеспечить истца индивидуальным средством реабилитации – тростью, решение суда впоследствии было исполнено. Считает, что в результате длительного периода бездействия ФКУ ИК-8 с 21 июля 2018 года по день исполнения решения Карымского районного суда Забайкальского края, выразившегося в не обеспечении истца индивидуальными средствами реабилитации согласно индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида № № от 08 ноября 2018 <данные изъяты> противоскольжения, истцу причинены физические и нравственные страдания.

С учетом уточнения исковых требований просил взыскать с ФКУ ИК-8 в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей (л.д. 4-8, 29-31).

Определением судьи от 13 августа 2025 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Федеральная служба исполнения наказаний (далее – ФСИН России), Управление Федеральной службы исполнения наказания России по Забайкальскому краю (далее – УФСИН России по Забайкальскому краю) (л.д. 1-2).

Решением Карымского районного суда Забайкальского края от 9 сентября 2025 года исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. С Российской Федерации в лице ФСИН России за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в сумме 15 000 рублей, судебные расходы 3 000 рублей, всего 18 000 рублей. В остальной части требований к ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю, Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Забайкальскому краю отказано (л.д. 79-83).

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю ФИО2 просит решение суда первой инстанции отменить, принять по делу новое решение, в удовлетворении исковых требований отказать. Указывает, что согласно справке по личному составу ФИО1 прибыл из ФКУ ИК-5 УФСИН России по Забайкальскому краю в ФКУИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю только 02 декабря 2018 года, соответственно ответчик не мог с 09 ноября 2018 года по 02 декабря 2019 года нарушать личные неимущественные права инвалида. В решении Карымского районного суда Забайкальского края от 12 сентября 2019 года № 2а-430/2019 установлено, что ответчиком направлялись заявки о выделении денежных средств для обеспечения осужденного ФИО1 средствами индивидуальной реабилитации. Правовых оснований в части взыскания морального вреда не имеется, поскольку отношения между истцом и ответчиком по предоставлению технических средств реабилитации несли исключительно имущественный характер. Истцом не представлены доказательства подтверждающие причинение вреда, размер причиненного вреда, степень физических и нравственных страданий, причинно-следственной связи между причинением вреда и наступившими нравственными страданиями. Ссылаясь на нормы постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», полагает, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требования о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий (л.д. 105-106).

В апелляционной жалобе истец ФИО1 просит решение изменить в части размера компенсации морального вреда. Считает, что присужденная судом сумма компенсации морального вреда занижена и не соответствует принципам разумности, соразмерности и справедливости. Указывает, что судом не было принято во внимание тот факт, что отсутствие опорной трости у истца повлекло (могло повлечь) неблагоприятные последствия для его здоровья, а именно ухудшает состояние здоровья истца, причинило ему нравственные и физические страдания. Считает, что взысканная в его пользу компенсация морального вреда не отвечает принципам разумности и справедливости и является существенно заниженной. Суд в решении не обосновал почему он пришел к выводу о взыскании компенсации морального вреда именно в таком размере – 15000 руб., то есть 44,51 руб. за каждый день допущенного нарушения. Суд не привел толкование норм материального и процессуального права согласно требованиям статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в части, касающейся определения определенного судом к взысканию размера компенсации морального вреда. В связи с чем, решение суда первой инстанции является незаконным и не основанном на нормах материального и процессуального права (л.д. 131-132).

В судебное заседание представители ответчиков ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю, ФСИН России, УФСИН России по Забайкальскому краю не явились, надлежащим образом извещались о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

В силу части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционных жалоб, выслушав пояснения истца ФИО1, поддержавшего доводы апелляционной жалобы и возражавшего против доводов апелляционной жалобы ФКУ ИК-8 УФСИН России по Забайкальскому краю, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

При рассмотрении настоящего дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены.

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (статья 17 Конституции Российской Федерации).

В силу части 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации (часть 2 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Правовые и организационные основы предоставления мер социальной поддержки инвалидов установлены Федеральным законом от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», определяющим государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации.

Одной из мер социальной поддержки инвалидов является реабилитация инвалидов - система и процесс полного или частичного восстановления способностей инвалидов к бытовой, общественной, профессиональной и иной деятельности (часть 1 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»).

Медицинская реабилитация, как следует из содержания частей 2 и 3 статьи 9 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», - одно из направлений реабилитации инвалидов, предусматривающее, в том числе использование инвалидами технических средств реабилитации.

Государство гарантирует инвалидам проведение реабилитационных мероприятий, получение технических средств и услуг, предусмотренных федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду за счет средств федерального бюджета (часть 1 статьи 10 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»).

В соответствии со статьей 11 названного Федерального закона индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида - комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида содержит как реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, предоставляемые инвалиду с освобождением от платы в соответствии с федеральным перечнем реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, так и реабилитационные мероприятия, технические средства реабилитации и услуги, в оплате которых принимают участие сам инвалид либо другие лица или организации независимо от организационно-правовых форм и форм собственности.

К техническим средствам реабилитации инвалидов относятся устройства, содержащие технические решения, в том числе специальные, используемые для компенсации или устранения стойких ограничений жизнедеятельности инвалида. Решение об обеспечении инвалидов техническими средствами реабилитации принимается при установлении медицинских показаний и противопоказаний (статья 11.1Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»).

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 30 декабря 2005 года № 2347-р утвержден федеральный перечень реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду, который к числу технических средств реабилитации относит трости опорные, ортопедическую обувь и др.

Согласно части 14 статьи 11.1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» технические средства реабилитации предоставляются инвалидам по месту их жительства (месту пребывания, фактического проживания) уполномоченными органами в порядке, определяемом Правительством Российской Федерации, Фондом пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а также иными заинтересованными организациями.

Порядок обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения (часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

В развитие приведенных положений Приказом Минюста России от 22 сентября 2015 года № 222 утвержден Порядок обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях (далее по тексту – Порядок).

В пункте 1 Порядка установлено, что порядок обеспечения условий для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, разработан в соответствии со статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и Федеральным законом от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации».

Пунктом 2 названного Порядка установлено, что условия для проведения реабилитационных мероприятий, пользования техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, обеспечиваются администрацией исправительного учреждения.

Согласно пункту 4 Порядка обеспечение условий для реабилитационных мероприятий, за исключением реабилитационных мероприятий, указанных в пункте 3, в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, осуществляется администрацией исправительного учреждения в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных ФСИН России в федеральном бюджете на осуществление деятельности в установленной сфере.

Из содержания пунктов 192, 194 "Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений", утв. Приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295 (действовавших в юридически значимый период) следует, что обеспечение осужденным-инвалидам равных с другими осужденными возможностей в реализации прав осуществляется в соответствии с Федеральным законом "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации". Администрация исправительного учреждения обеспечивает осужденных-инвалидов в соответствии с индивидуальной программой реабилитации необходимым объемом реабилитационных мероприятий, предоставляет возможность пользования техническими средствами реабилитации.

В соответствии с пунктом 16 Постановления Правительства РФ № 240 от 07 апреля 2008 года "О порядке обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями" (в редакции, действовавшей на момент спорных правоотношений) финансирование расходов по обеспечению техническими средствами реабилитации в отношении инвалидов из числа лиц осужденных к лишению свободы и отбывающих наказание в исправительных учреждениях, осуществляется за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на обеспечение выполнения функций исправительных учреждений и органов, исполняющих наказания.

Обеспечение условий для иных реабилитационных мероприятий в отношении осужденных, являющихся инвалидами и находящихся в исправительных учреждениях, осуществляется администрацией исправительного учреждения в пределах бюджетных ассигнований, предусмотренных ФСИН России в федеральном бюджете на осуществление деятельности в установленной сфере.

Согласно абзацу четвертому подпункта 2 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, ФСИН России осуществляет медико-санитарное обеспечение осужденных и лиц, содержащихся под стражей, федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, а также применение к осужденным принудительных мер медицинского характера и обязательного лечения.

Сроки предоставления инвалидам технических средств реабилитации установлены постановлением Правительства Российской Федерации от 07 апреля 2008 года № 240 «О порядке обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями» (далее – Правила), принятого в соответствии состатьей 11.1Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» и статьями 14-19 Федерального закона от 12 января 1995 года № 5-ФЗ «О ветеранах».

Так, в соответствии с абзацем 7 пункта 5 Правил срок обеспечения инвалида (ветерана) техническим средством (изделием) серийного производства в рамках государственного контракта, заключенного с организацией, в которую выдано направление, не может превышать 30 календарных дней, а для инвалида, нуждающегося в оказании паллиативной медицинской помощи, 7 календарных дней со дня обращения инвалида (ветерана) в организацию, в которую выдано направление, а в отношении технических средств (изделий), изготавливаемых по индивидуальному заказу с привлечением инвалида (ветерана) и предназначенных исключительно для личного использования, - 60 календарных дней.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи он вправе заявить требования о взыскании с соответствующей медицинской организации компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьями 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом первой инстанции установлено, что в период с <Дата> года ФИО1 отбывал наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-8, с <Дата> года отбывает наказание ФКУ ИК-22 ГУФСИН России по Приморскому краю (л.д. 53, 54).

ФИО1 является <данные изъяты> (л.д. 55, 68).

ФКУ «ГБ МСЭ по Забайкальскому краю» 08 ноября 2018 года была разработана индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида, согласно которой ФИО1 установлена первая степень ограничения в способности к самообслуживанию, передвижению и к трудовой деятельности, он нуждается в технических средствах реабилитации, а именно трости опорной, регулируемой по высоте, с устройством противоскольжения, исполнителем рекомендованных реабилитационных мероприятий указано УФСИН России по забайкальскому краю (л.д. 69-74).

Вступившим в законную силу 15 октября 2019 года решением Карымского районного суда Забайкальского края от 12 сентября 2019 года по делу № 2а-430/2019 исковые требования Читинского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Забайкальского края, в интересах осужденного ФИО1, удовлетворены, на ФКУ ИК-8 возложена обязанность обеспечить осужденного ФИО1 индивидуальными средствами реабилитации - тростью опорной, регулируемой по высоте, с устройством противоскольжения, за счет средств соответствующих бюджетных ассигнований федерального бюджета (л.д. 9-10).

Из решения суда следует, что ФИО1 имеет заболевание: некроз правого тазобедренного сустава шейки бедра, в нарушение установленной обязанности ФКУ ИК-8 не обеспечило его необходимым техническим средством реабилитации, начиная с 09 ноября 2018 года по дату принятия решения суда.

В ходе рассмотрения дела ФИО1 пояснял, что <данные изъяты> была выдана ему по решению суда 12 октября 2019 года.

Истец полагает, что в результате длительного периода бездействия ФКУ ИК-8, выразившегося в не обеспечении истца индивидуальными средствами реабилитации согласно индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида тростью опорной, регулируемой по высоте с устройством противоскольжения, истцу причинены физические и нравственные страдания, в связи с чем, он обратился в суд с иском.

Разрешая спор и частично удовлетворяя исковые требования ФИО1, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 151, 1069, 1071, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принял во внимание, что отсутствие рекомендованного средства реабилитации неизбежно влечет ограничение жизнедеятельности инвалида и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить нравственные и физические страдания, необеспечение ФИО1 техническим средством реабилитации с учетом индивидуальных особенностей истца затрагивает его здоровье и свидетельствует о причинении ФИО1 морального вреда.

Установив период нарушения прав истца с 09 ноября 2018 года по12 октября 2019 года, руководствуясь требованиями закона о разумности, соразмерности и справедливости денежной компенсации морального вреда, определил к взысканию в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции и не находит оснований для отмены или изменения решения суда по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, согласно сведениям ФКУ ИК-8 ФИО1 в указанном учреждении отбывал наказание в период с <Дата> по приговору Падунского районного судом г. Братска от 14 июня 2018 года в связи с совершением преступления, предусмотренного частью 1 статьей 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 53, 54).

Согласно справкам № от <Дата>, № ФИО1 <данные изъяты> (л.д. 55, 68).

Согласно Индивидуальной программе реабилитации или абилитации инвалида ФКУ «ГБ МСЭ по Забайкальскому краю» 08 ноября 2018 года ФИО1 установлена первая степень ограничения в способности к самообслуживанию, передвижению и к трудовой деятельности, он нуждается в технических средствах реабилитации, а именно трости опорной, регулируемой по высоте, с устройством противоскольжения, исполнителем рекомендованных реабилитационных мероприятий указано УФСИН России по Забайкальскому краю. Срок, в течение которого рекомендовано проведение реабилитационных или абилитационных мероприятий – с 30 октября 2018 года до 01 ноября 2019 года (л.д. 69-74).

Ввиду непринятия исправительным учреждением мер к предоставлению ФИО1, имеющему заболевание: некроз правого тазобедренного сустава шейки бедра, трости опорной Читинским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Забайкальского края подано исковое заявление, содержащее требование об обеспечении инвалида ФИО1 (истца) техническими средствами реабилитации. Решением Карымского районного суда Забайкальского края от 12 сентября 2019 года исковые требования прокурора удовлетворены, на ФКУ ИК-8 возложена обязанность обеспечить осужденного ФИО1 индивидуальными средствами реабилитации - <данные изъяты>, за счет средств соответствующих бюджетных ассигнований федерального бюджета, в случае недостаточности денежных средств у ФКУ ИК-8, возложить обязанность на УФСИН России, УФСИН России по Забайкальскому краю выделить денежные средства ФКУ ИК-8 для обеспечения ФИО1 положенными ему техническими средствами реабилитации. Решение суда вступило в законную силу 15 октября 2019 года, исполнено 12 октября 2019 года (л.д. 9-10).

С даты выдачи Индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида ФКУ «ГБ МСЭ по Забайкальскому краю», а именно с 09 ноября 2018 года до даты исполнения решения исправительным учреждением решения суда (до 12 октября 2019 года) прошло более 11 месяцев.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что ответчик не мог с 09 ноября 2018 года по 02 декабря 2019 года нарушать личные неимущественные права инвалида, заслуживают внимания.

Как следует из справки о периоде нахождения осужденного ФИО1 в ФКУ ИК-8 от 18 февраля 2026 года, представленной в суд апелляционной инстанции по запросу судебной коллегии(л.д.), ФИО1:

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Решением Карымского районного суда Забайкальского края от 12 сентября 2019 года установлено, что начиная с 09 ноября 2018 года ФКУ ИК-8 не выполнило обязанность по обеспечению ФИО1 техническим средством реабилитации. Вместе с тем, судебной коллегией принимается во внимание, что <Дата> ФИО1 убыл из ФКУ ИК-8 п. Карымское в ФКУ ИК-5 г. Чита и прибыл в ФКУ ИК-8 02 декабря 2018 года.

Поскольку индивидуальная программа реабилитации инвалида <Дата> ФИО1 убыл в ФКУ ИК-5, после возвращения ФИО1 в ИК-8 <Дата> учреждение должно было обеспечить его техническим средством реабилитации.

Изложенное свидетельствует о том, что ФКУ ИК-8 не были своевременно предприняты необходимые меры для обеспечения истца техническим средством реабилитации – трости опорной, требуемой ФИО1, что повлекло задержку в обеспечении гарантированных законом и государством технических средств реабилитации инвалида. При этом срок обеспечения инвалида техническим средством не может превышать 30 календарных дней (абзац 7 пункта 5 Правил обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 07 апреля 2008 года № 240).

Как следует из ответа ФКУ ИК-8 от 20 февраля 2026 года № 77/ТО/38/11-463 исправительным учреждением в 2019 году направлено 4 заявки в ФКУЗ МСЧ-75 УФСИН России по Забайкальскому краю на выделение денежных средств на ФИО1, а именно <Дата>. В ФКУЗ МСЧ-75 УФСИН России по Забайкальскому краю 27 ноября 2019 года направлена информация о заключении контракта на приобретение технического средства реабилитации, в том числе ФИО1<Дата> года направлена информация <данные изъяты><Дата> год (л.д.).

Судебная коллегия, отклоняя доводы жалобы ответчика о совершении ФКУ ИК-8 о принятии необходимых действий для обеспечения осужденного ФИО1 техническими средствами реабилитации, невозможности обеспечения истца техническими средствами реабилитации, в том числе, ввиду ограниченного объема бюджетных средств, исходит из того, что реализация права инвалида на обеспечение техническими средствами реабилитации не может быть поставлена в зависимость от наличия или отсутствия достаточного финансирования расходов на приобретение технических средств реабилитации, а недостаточность поступлений средств на указанные цели не освобождает ответчика от исполнения возложенной на него законом обязанности по обеспечению инвалидов техническими средствами реабилитации.

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ФКУ ИК-8, Федеральная служба исполнения наказаний России, Управление Федеральной службы исполнения наказаний России по Забайкальскому краю должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в период отбывания наказания.

Исходя из преамбулы Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», настоящий Федеральный закон определяет государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией РФ, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международным договором РФ.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Поскольку установлено, что ФКУ ИК-8 несвоевременно обеспечило ФИО1 техническими средствами реабилитации, нуждаемость в которых определена индивидуальной программой реабилитации инвалида, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФКУ ИК-8 были нарушены законные права и интересы инвалида.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации). Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда (пункт 2).

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 33, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из предназначения социального государства механизм социальной защиты, предусмотренный законодательством, должен позволять наиболее уязвимым категориям граждан получать поддержку, включая материальную, со стороны государства и общества и обеспечивать благоприятные, но не ущемляющие охраняемое государством достоинство личности условия для реализации ими своих прав. Несоблюдение государственными органами нормативных предписаний при реализации гражданами права на социальное обеспечение, может порождать право таких граждан на компенсацию морального вреда в связи с тем, что социальное обеспечение граждан неразрывно связано с их нематериальными благами и личными неимущественными правами.

Технические средства реабилитации относятся к числу мер социальной поддержки инвалидов, и направлены на обеспечение определенного жизненного уровня этих граждан, необходимого для поддержания их здоровья и благосостояния.

Длительное неисполнение обязанности по предоставлению технического средства реабилитации нарушает не только непосредственно имущественные права истца, но и влечет нарушение личных неимущественных прав такого гражданина, в числе которых здоровье гражданина, достоинство его личности, право гражданина-инвалида на достойную жизнь и возможность реализации конституционных прав и свобод наравне с другими гражданами.

Установив нарушение прав истца в виде несвоевременного обеспечения его как инвалида гарантированных ему Конституцией Российской Федерации и федеральным законодательством прав в сфере социальной защиты техническими средствами реабилитации, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО1 вправе требовать компенсации морального вреда.

Сам факт несвоевременного обеспечения техническими средствами реабилитации является доказательством того, что инвалиду причинены нравственные и физические страдания, поскольку отсутствие рекомендованных средств реабилитации и их непредоставление в установленные сроки (не превышающие 30 календарных дней) неизбежно влечет ограничение жизнедеятельности инвалида, создавая при этом дополнительные препятствия для его социальной адаптации, приводит к нарушению его права как инвалида на своевременное и в полном объеме социальное обеспечение, что не позволило истцу сохранять жизненный уровень, необходимый для поддержания его жизнедеятельности и здоровья, то есть ответчиком были нарушены личные неимущественные права истца, чем ФИО1 причинены нравственные и физические страдания, то имеются основания для взыскания с ответчика компенсации морального вреда.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В связи с чем, доводы истца о том, что суд первой инстанции определяя размер компенсации морального вреда исходил из суммы 44,51 руб. за каждый день допущенного нарушения, судебной коллегией отклоняются.

Доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что компенсация морального вреда, определенная судом к взысканию в пользу истца, не отвечает принципам разумности, соразмерности и справедливости и является существенно заниженной, судебной коллегией отклоняются.

Определяя размер компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей, суд учел конкретные обстоятельства дела, длительность периода нарушений прав истца, возраст истца, характер имеющегося у него заболевания, группу инвалидности, степень причиненного вреда, обстоятельства его причинения, степень вины ответчика, значимость для истца нарушенного права, принципы разумности и справедливости.

Судебная коллегия соглашается с данными выводами суда первой инстанции, при этом исходит из того, что понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе, и как категория оценочная, определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, перечисленных в законе условий, влияющих на размер такого возмещения.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что правовых оснований в части взыскания морального вреда не имеется, поскольку отношения между истцом и ответчиком по предоставлению технических средств реабилитации несли исключительно имущественный характер, судебной коллегией отклоняются, поскольку они основаны на неверном понимании норм законодательства, регулирующих спорные правоотношения, содержат иное толкование закона, направлены на оспаривание правильности выводов суда первой инстанции об установленных им обстоятельствах и правильности применения судом норм материального права.

При этом, судебная коллегия полагает, что то обстоятельство, что ИК-8 должно было обеспечить истца техническим средством реабилитации с 02 декабря 2018 года, в связи с тем, что ФИО1 с <Дата> отсутствовал в ИК-8, были направлены заявки на выделение финансирования, не может служить основанием для уменьшения размера компенсации морального вреда определенного судом первой инстанции к взысканию, поскольку с учетом имеющегося у истца заболевания: некроз правового тазобедренного сустава шейки бедра, наличия первой степени ограничения способности к самообслуживанию, передвижению и трудовой деятельности, возраста истца (<Дата>), в условиях исправительного учреждения, размер компенсации морального вреда в сумме 15000 рублей соответствует принципам разумности, справедливости и соразмерности. Кроме того, в таком размере будет обеспечен баланс частных и публичных интересов.

Судебная коллегия принимает во внимание пояснения истца в ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной о том, что физические страдания выразились в виде боли в области пораженного участка тазобедренного сустава при движении без опорной трости, а также в результате неоднократных случаев падения в зимний период времени на скользкой поверхности земли. Нравственные страдания выразились в осознании того, что передвижение без надлежащей опоры всегда было сопряжено с возможным причинение себе вреда. Испытывал чувство унижения, беспомощности, осознание своей неполноценности из-за ограничений в перемещении без трости.

Каких-либо оснований, в соответствии с представленными в дело доказательствами, для уменьшения взысканной суммы компенсации морального вреда судебная коллегия не усматривает.

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции соответствующими обстоятельствам дела и представленным доказательствам, основанными на правильном применении и толковании норм материального права, регулирующих спорные отношения.

С учетом изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения решения по доводам апелляционных жалоб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Карымского районного суда Забайкальского края от 9 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы сторон оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) путем подачи кассационной жалобы через Карымский районный суд Забайкальского края.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 25 марта 2026 года.