Решение № 2|1|-61/2021 2|1|-61/2021~М|1|-40/2021 М|1|-40/2021 от 15 марта 2021 г. по делу № 2|1|-61/2021

№ 2(1)-61/2021


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Ясный 16 марта 2021 года

Ясненский районный суд Оренбургской области в составе председательствующего судьи Злобиной М.В.,

при секретаре Савченко Н.Н.

с участием истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, их представителя Г.М.МА.

представителя ответчика Блажко П.Д.

рассмотрев в открытом судебном заседании, гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда, и возмещении расходов на погребение,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО5, ФИО2 и ФИО3 обратились с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда и возмещении расходов на погребение. В обоснование исковых требований указали, что 06.07.2018 года, в 21 час 15 минут, ответчик ФИО4, управляя мотоциклом «Сузуки Бандит», с государственным номерным знаком <***> регион, двигаясь со стороны улицы Свердлова в сторону улицы Уральская, допустил наезд на пешехода З.Н.В., переходившую проезжую часть в неустановленном месте, в зоне видимости нерегулируемого пешеходного, справа налево по ходу движения автомобиля. В результате дорожно- транспортного происшествия и полученных травм З.Н.В. скончалась. Смерть З.Н.В., наступила от травматического шока, возникшего вследствие множественных переломов костей туловища и нижних конечностей, кровоизлияний в правое легкое, забрюшинное пространство справа, кишечник и его брыжейку. Смерть З.Н.В. наступила в результате травмирующего воздействия владельцем источника повышенной опасности принадлежащему ответчику, который должен нести ответственности по возмещению морального вреда на основании статей 1100, 1079 Гражданского Кодекса РФ. Факт смерти подтверждается свидетельством о смерти З.Н.В., выданного отделом ЗАГС администрации МО Ясненский городской округ Оренбургской области от 10.07.2018 года. Погибшая в результате дорожного транспортного происшествия З.Н.В. приходилась истцам родной матерью.

Истцы просили суд взыскать с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО1 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 500 000 рублей, расходы на погребение в размере 101 349 рублей, почтовые расходы по отправке иска с приложением ответчику и в суд в размере 300 рублей, в пользу истцов ФИО3 и ФИО2 в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 500 000 рублей каждому.

В судебном заседании истица ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что ей было очень тяжело морально, так как она работает в больнице и е мать З.Н.В., попав в ДТП, умирала на ее глазах, поскольку в тот день она дежурила, После смерти матери очень долгое время она была в сильнейшем стрессе, в страхе, это был сильнейший шок в ее жизни. Мама с детства заботилась ней, а также о брате и сестре. Была тем человеком, который объединял семью, так как все встречались на праздники в ее доме, она помогала ей растить и воспитывать детей. После смерти матери у неё обнаружилась беременность, которая была прервана самопроизвольно, так как она находилась в стрессовом состоянии от смерти матери. Моральный вред, причиненный ей гибелью матери оценивает в 500 000 рублей. Все расходы на погребение ФИО1 взяла на себя, ею были оплачены услуги ритуального цеха 46000 рублей, платные немедицинские услуги в морге в размере 2585 рублей, похоронные товары на сумму 25064 рубля, а также поминальные обеды в день похорон, на 9 дней, 40 дней и 1год после смерти матери на общую сумму 27700 рублей, а всего 101 349 рублей, которые также просит взыскать с ФИО4

В судебном заседании истица ФИО2 исковые требования поддержала, суду пояснила, что она проживала с матерью З.Н.В. до ее смерти. После смерти матери она осталась совершенно одна, так как у брата с сестрой есть свои семьи, а она жила с матерью. Мама снится ей каждую ночь, ведь он ушла из жизни неожиданно, она не болела смертельными болезнями. После этого она очень переживала, однако обратиться к психологу в связи с потерей близкого человека не могла. После смерти матери у нее поднялось давление, и ей вызывали на дом бригаду скорой помощи. Все это теперь вызывает в ней нравственные страдания. Она очень переживает. Ответчик ФИО4 ни разу за все время не принес им извинения. Она считает, что за смерть матери ФИО4 должен понести ответственность. Причиненный ей смертью близкого человека моральный вред оценивает в 500 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержал, суду пояснил, что обстоятельства несчастного случая, произошедшие с матерью, ему лично не известны, только из материалов расследования несчастного случая. В день, когда ему сообщили, что мать умерла он долго не мог поверить, все время пытался успокоить сестер. Он видел маму в реанимации под аппаратом ИВЛ в день ДТП, когда прибежал в больницу. Это оставило тягостные воспоминания, которые он не может спокойно воспринимать до сих пор. Мама была тем человеком, который объединял их всех вокруг себя, к которому можно было обратиться в случае сложных личных вопросов. Мама всегда готова была выслушать, оказать поддержку. С ее смерти этого не стало. Размер причиненного ему морального вреда смертью близкого человека оценивает в 500 000 рублей. Однако считает, что жизнь близкого человека невозможно оценить в денежном размере, что он готов и сам отдать эти деньги ФИО4 только чтобы вернули обратно его маму. Сам Фурман ни разу не принес извинения ему или сестрам. Он пытался обжаловать результаты рассмотрения ДТП в полиции и прокуратуре, но ФИО4 не привлекли к уголовной ответственности. Полагает, что он должен понести ответственность перед ними как близкими родственниками человека, пострадавшего от его действий.

В судебном заседании представитель истцов ФИО6 исковые требования истцов поддержал, суду пояснил, что З.Н.В. была матерью истцов. Между ними были теплые близкие отношения. Смертью З.Н.В. в их жизни образовалась пустота, которую невозможно чем-либо заполнить. С истцом ФИО1 погибшая поддерживала ежедневный контакт, как телефонный, так и путем общения с ее семьёй, проводила много времени с внуками. С ФИО2 погибшая проживала в одной квартире и невосполнимость утраты очень больно отразилась на жизни истца ФИО2, которая теперь проживает одна. Истец ФИО3 также испытал нравственные страдания в связи с гибелью самого близкого человека – матери. Полагает, что заявленные требования о компенсации морального вреда по 500 000 рублей каждому являются обоснованными, так как смерть З.Н.В. наступила в результате дорожно-транспортного происшествия с участием мотоцикла, которым управлял ответчик ФИО4,. Он как владелец источника повышенной опасности несет ответственность даже в случае отсутствия вины. Ответчиком в суд не представлено доказательств наличия непреодолимой силы, либо умышленных действий погибших, приведших к гибели последней. То есть ФИО4 должен понести ответственность за причиненные им страдания истцам в связи с потерей близкого человека. Кроме того, были понесены расходы на погребение. Ответчик помощь не оказывал, и даже не предлагал помощи истцам в погребении погибшей, не приносил соболезнования. Тяжелое материальное положения ответчика документально не подтверждено. Ответчик был лишен водительских прав и, соответственно, в тот день вообще не должен был оказаться на дороге. Просит иск удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.

Суд, на основании ст. ст. 167 ГПК РФ, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Представитель ответчика адвокат Блажко П.Д. возражал против удовлетворения исковых требований, пояснил, что истцы обратились в суд с исковым заявлением о компенсации им морального вреда лишь через 2 года 7 месяцев со дня смерти их матери, потерпевшей З.Н.В. Имеется сомнение в степени перенесённых и переносимых истцами нравственных страданий. Каких-либо препятствий для обращения за получением юридической помощи в 2019 году у истцов не было. Истцами в обоснование своих моральных требований не представлено подтверждающих документов, обосновывающих размер предъявленного иска, а также об ухудшении состояния здоровья вследствие смерти матери. Не представлено достоверных и неопровержимых доказательств, подтверждающих степень физических и нравственных страданий, связанных с наличием у потерпевших индивидуальных особенностей. Не представлены медицинские документы, подтверждающие ухудшение психолого-психического состояния истцов. Все истцы ведут активный, полноценный образ жизни, продолжают работать, воспитывать детей. Здоровье у всех хорошее, никто из истцов, тяжёлых хронических заболеваний, связанных со смертью матери, не приобрёл. Представленные в суд медицинские документы опровергают утверждения истца ФИО1 о неблагополучном исходе беременности из –за нравственных и физических переживаний. Нет медицинских документов подтверждающих диагноз ВСД у ФИО2 Экспертного заключения о наличии прямой причинной связи между нравственными переживаниями ФИО2 и ВСД по гипертоническому типу суду не представлено. Смерть ФИО7 наступила в результате грубой неосторожности пешехода, перехода проезжей части дороги в неустановленном месте, в зоне видимости нерегулируемого пешеходного перехода (до перехода 96,6 метров). Тем не менее ФИО4 приносит свои соболезнования близким погибшей. Он также после ДТП находился в шоке, приносил свои извинения, которые истцами приняты не были. Полагает, что прямой причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившей смертью пострадавшей З.Н.В. не имеется, в иске просит отказать.

Суд, выслушав стороны по делу, изучив представленные документы, приходит к следующему.

На основании ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности и имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.

Приведенная норма права в толковании Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" определяет, что в силу статьи 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Исходя из смысла ст. ст. 1100, 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии со ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (п. 1 ст. 1085 ГК РФ), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (ст. 1089 ГК РФ), а также при возмещении расходов на погребение (ст. 1094 ГК РФ). Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

По смыслу закона при установлении факта неосторожности самого потерпевшего, размер компенсации морального вреда должен быть уменьшен.

Из материалов дела следует и судом установлено, что 06.07.2018 года, в 21 час 15 минут, ответчик ФИО4, управляя мотоциклом «Сузуки Бандит», с государственным номерным знаком № регион, двигаясь со стороны улицы Свердлова в сторону улицы Уральская г. Ясный Оренбургской области, допустил наезд на пешехода З.Н.В., которая переходила проезжую часть в неустановленном месте, в зоне видимости нерегулируемого пешеходного перехода (до перехода 96,6 метров), справа налево по ходу движения автомобиля.

В результате чего от полученных повреждений З.Н.В., дд.мм.гг. г.р., скончалась дд.мм.гг..

Суд приходит к выводу, что ответчик ФИО8 нарушил пункты 10.1,10.2 Правил дорожного движения, предусматривающие, что транспортное средство должно двигаться со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.. В населенных пунктах разрешается движение транспортных средств со скоростью не более 60 км/ч, а в жилых зонах, велосипедных зонах и на дворовых территориях не более 20 км/ч.

Так, согласно заключению эксперта № от 04.10.2018 года, полученного в ходе проверки сообщения о дорожно-транспортном происшествии от 06 июля 2018 года с участием пешехода З.Н.В. и мотоцикла «Сузуки Бандит», с государственным номерным знаком № под управлением ФИО4, выводы которого не оспаривались сторонами в судебном заседании, величина скорости движения мотоцикла на момент начала следообразования была равна 88,6 км/ч, что превышало разрешенную скорость движения транспортных средств в населенных пунктах – 60 км/ч.

Кроме того, суд принимает во внимание, что на момент дорожно-транспортного происшествия ФИО4 не имел права управления транспортным средством, что подтверждается вступившим в законную силу постановлением и.о. мирового судьи в АТГ всего г. Ясного от 31 июля 2018 года в отношении ФИО4, которым он привлечен к административной ответственности по за управление 06 июля 2018 года (в день ДТП) за управление транспортным средством водителем, лишенным права управления транспортным средством.

Пешеходом З.Н.В. были нарушены пункты 4.3, 4.5 Правил дорожного движения, согласно которым пешеходы должны пересекать проезжую часть по пешеходным переходам, а при пересечении проезжей части вне пешеходного перехода должны оценить расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедиться, что переход будет для них безопасен, не должны создавать помех для движения транспортных средств.

Из заключения эксперта № от 04.10.2018 года следует, что водитель ФИО4 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на пешехода путем применения торможения в заданный момент.

Анализируя указанные, установленные судом обстоятельства, суд приходит к выводу, что несмотря на наличие нарушений Правил дорожного движения в действиях ФИО4, они не стоят в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием 06 июля 2018 года.

Суд приходит к выводу, что причиной дорожно-транспортного происшествия явилось нарушение пешеходом З.Н.В. пунктов 4.3,4.5 Правил дорожного движения, и расценивает указанное нарушение как грубую неосторожность пострадавшей.

Указанные обстоятельства установлены, в том числе, и постановлением следователя СО МО МВД России «Ясненский» Ф.И.О11 от 29 декабря 2018 года и материалами №, истребованными в МО МВД России «Ясненский» и исследованными в судебном заседании.

Данным постановлением в возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 264 УК РФ в отношении ФИО4 по сообщению о происшествии отказано по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в деянии ФИО4 состава преступления.

Судом также установлено, и не оспаривалось сторонами, что ответчик ФИО4 являлся законным владельцем транспортного средства – мотоцикла «Сузуки Бандит», с государственным номерным знаком <***> регион, его автогражданская ответственность застрахована не была, в связи с чем он должен нести ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности как его владелец.

Установлено, что истцы ФИО1, ФИО5 и ФИО3 являются детьми погибшей З.Н.В., что подтверждается материалами дела:

Согласно свидетельству о рождении ФИО5, выданного дд.мм.гг., поссоветом Домбаровский - 3 Оренбургской области, матерью указана З.Н.В..

Из свидетельства о заключении брака, выданного 27.06.2003 года, отделом ЗАГС администрации г. Ясный и Ясненский район Оренбургской области после заключения брака гражданке ФИО5 присвоена фамилия Черепко.

Согласно свидетельству о рождении ФИО3 выданного дд.мм.гг., поссоветом его матерью указана З.Н.В..

Из свидетельства о рождении ФИО2, выданного дд.мм.гг., городским ЗАГС г. Ясный Оренбургской области, матерью указана - З.Н.В..

Согласно пояснений истцов в суде, истцы поддерживали с матерью теплые семейные отношения, мать являлась для них человеком, осуществлявшим сплочение семьи, организовывала совместное семейное общение. Истец ФИО2 проживала с матерью до момента ее смерти, совместно вела с ней хозяйство. Истец ФИО1 поддерживала с матерью ежедневное общение, погибшая помогала ей в воспитании и уходе за внуками. В день гибели З.Н.В. как раз возвращалась домой после общения с детьми истца ФИО1 в период ее нахождения на дежурстве. Истец ФИО3, несмотря на раздельное проживание с матерью, периодически её навещал, созванивался с ней по телефону, получал в решении личных вопросов материнскую поддержку. Потеря матери является для истцов невосполнимой утратой.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истцами в ходе рассмотрения дела доказан факт того, что в результате смерти матери им был причинен моральный вред, то есть нравственные и душевные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истцов, суд учитывает требования разумности и справедливости, степень нравственных страданий истцов, связанных с гибелью близкого родственника - матери, степень вины нарушителя ФИО4, превысившего скоростной режим и управлявшего транспортным средством в отсутствие права управления, наличие грубой неосторожности самой погибшей, пересекавшей проезжую часть дороги в неустановленном для этого месте, не убедившись в безопасности своих действий и в отсутствие приближающихся транспортных средств, наличие обязанности возмещения ответчиком морального вреда как владельца источника повышенной опасности без вины, материальное положение ответчика.

При этом суд приходит к выводу, что ответчиком не представлено убедительных доказательств наличия тяжелого материального положения у ответчика, который является трудоспособным лицом, не имеющим инвалидности и заболеваний, препятствующих его трудоустройству и получению дохода. Наличие у ответчика кредитных обязательств по договору потребительского кредита не свидетельствует о его тяжелом материальном положении

Суд признает несостоятельными довод представителя ответчика относительно того, что истцами не доказано причинение морального вреда смертью их матери, так как не усматривается несение ими физических страданий, отсутствует прямая причинно-следственная связь между прерыванием беременности у истца ФИО1 и вегето-сосудистой дистонией у истца ФИО2

Суд полагает, что утрата близкого человека сама по себе является обстоятельством, которое нарушает психическое благополучие родственников и в дополнительных доказательствах не нуждается.

При этом, при определении размера компенсации морального вреда судом принимаются во внимание все обстоятельства по делу, в том числе, отсутствие вины нарушителя, наличие грубой неосторожности самой потерпевшей, а также наличие обязанности возмещения ответчиком морального вреда как владельца источника повышенной опасности без вины, в связи с чем, размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ответчика, судом снижается с заявленного истцами размера в 500 000 рублей до 100 000 рублей каждому из истцов.

Рассматривая исковые требования истца ФИО1 о возмещении расходов связанных с погребением в размере 101349 рублей, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Пособие на погребение, полученное гражданами, понесшими эти расходы, в счет возмещения вреда не засчитывается.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле", погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 года N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле". В соответствии со статьей 3 данного Федерального закона погребение определено как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Возмещению подлежат расходы, связанные с оформлением документов, необходимых для погребения: расходы по изготовлению и доставке гроба, приобретение одежды и обуви для умершего, а также других предметов, необходимых для погребения; расходы по подготовке и обустройству захоронения (могилы, места в колумбарии); расходы по перевозке тела (останков) умершего на кладбище (в крематорий); расходы непосредственно по погребению либо кремации с последующей выдачей урны с прахом.

Погребение предполагает право родственников умершего на его достойные похороны (ст. 1174 ГК РФ).

Таким образом, подлежат взысканию лишь те расходы на погребение, которые являются необходимыми и входят в пределы обрядовых действий по непосредственному погребению тела. При этом правом на возмещение данных расходов обладает лицо, осуществившее данные расходы.

Поминальная трапеза не противоречит обычаям и традициям по захоронению тела и обусловлена уважительным отношением к умершему лицами, присутствовавшими на похоронах, в связи с чем расходы на ее проведение подлежат возмещению.

Истцом ФИО1 в подтверждения несения расходов на погребение были представлены следующие документы:

квитанция от 10 июля 2018 года по договору об оказании платных немедицинских услуг ГБУЗ «Судебно-медицинская экспертиза» и договор № об оказании платных немедицинских услуг об оплате ФИО1 2585 рублей за услуги в отношении трупа З.Н.В.

товарные чеки кафе «Аппетит» о поминальных обедах: от 09 июля 2018 об оплате 14000 рублей на 70 человек; от 15 июля 2018 года об оплате комплексного поминального обеда из расчета 220 рублей на человека на 30 человек на сумму 6000 рублей; от 15 августа 2018 года об оплате комплексного поминального обеда из расчета 220 рублей на человека на 35 человек на сумму 7700 рублей; от 07 июля 2019 года об оплате комплексного поминального обеда из расчета 220 рублей на человека на 30 человек на сумму 6600 рублей. А всего на общую сумму 34300 рублей.

товарный чек № от 08 июля 2018 года, согласно которому МУП «Универсальная ярмарка» оплачено и отпущено товаров на общую сумму 25064 рубля покупателю ФИО1, в том числе : гроб 5064 рубля, крест 2000 рублей, оградка 8000 рублей, услуги 10 000 рублей.

квитанция от 08 июля 2018 года о принятии МУП «Универсальная ярмарка» от ФИО1 11 000 рублей за оформление заказа и оплату товаров : оформление заказа 80 рублей, табличка 285 рублей, могила 7000 рублей, гроб 3635 рублей, с отметкой оплачено.

квитанция МУП «Универсальная ярмарка» от 07 сентября 2018 года об оказании ритуальных услуг на сумму 24420 рублей и два кассовых чека от 07 сентября 2018 года о принятии наличными 13500 рублей и 10920 рублей.

По запросу суда МУП «Универсальная Ярмарка» представлена квитанция от 07 июля 2018 года, из которой следует, что в связи с продажей товаров на погребение на общую сумму 18940 рублей от ФИО1 по справке перечислено 6556,49 рублей, лично ФИО1 оплачено 12383,51 рубль.

Из информации представленной ГУ Управление Пенсионного фонда РФ следует, что денежные средства 6556,49 рублей были перечислены МУП «Универсальная Ярмарка» для выплаты пособия на погребение по гарантированному перечню услуг за умершую З.Н.В.

Согласно пояснениям истца ФИО1, наличие в двух квитанциях указания на оплату гроба произошло потому, что ею была произведена доплата за гроб, который изначально был выбран более дешевый, а затем был выбран другой гроб – дороже и произведена доплата за него. Поминальные обеды в соответствии с христианскими обрядами были проведены в день похорон, а также на 9 дней, 40 дней и один год после смерти матери З.Н.В.

Суд приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 в части возмещения расходов на поминальные обеды в размере 27 700 рублей, при этом руководствуется требованиями ст. 196 ГПК РФ, принимая в этой части решение по заявленным исковым требованиям.

Суд полагает необходимым также удовлетворить требование ФИО1 о возмещении расходов по оплате немедицинских услуг ГБУЗ «Судебно-медицинская экспертиза» в размере 2585 рублей, как необходимые услуги по подготовке трупа к погребению.

Суд также приходит к выводу об удовлетворении требований ФИО1 о возмещении расходов на погребение, выплаченных в МУП «Универсальная ярмарка» на сумму 37447,51 рублей, из расчета принятия в качестве доказательств несения таковых товарного чека № от 08 июля 2018 года на сумму 25064 рубля и квитанции от 07 июля 2018 года, представленной МУП «Универсальная Ярмарка» по запросу суда, на сумму 12383,51 рубль.

Остальные квитанции суд не принимает в качестве доказательства несения расходов по следующим основаниям.

Так в квитанции от 07 сентября 2018 года не указано - какие именно ритуальные услуги были оказаны через 2 месяца после похорон на общую сумму 24420 рублей.

Пояснения истца ФИО9 в этой части о том, что указанная квитанция подтверждает оплату оградки, опровергаются представленным ею же товарным чеком № от 08 июля 2018 года об оплате ритуальных услуг, в том числе оградки на сумму 8000 рублей. Сведений о том, какие именно ритуальные услуги оплачены квитанцией от 07 сентября 2018 года на сумму 24420 рублей истцом, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено, поэтому указанная квитанция не принимается судом в подтверждение расходов на погребение.

Квитанция от 08 июля 2018 об оплате 11000 рублей судом не принимается по причине того, что в ней также указаны ритуальные услуги – рытье могилы, отображенные в товарном чеке № от 08 июля 2018 года как оплаченные в размере 10 000 рублей.

Согласно статье 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца ФИО1 почтовые расходы, связанные с направлением иска в размере 300 рублей, поскольку указанные расходы понесены истцом ФИО1 в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела.

В соответствии со ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Согласно п.3 ч.1 ст.333.19 НК РФ государственная пошлина при подаче имущественного характера, не подлежащего оценке составляет 300 рублей.

Учитывая, что истцами не была оплачена госпошлина при подаче иска, в доход государства с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.ст. 198-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей и расходы по погребению в размере 68005 рублей, расходы по оплате направления иска в размере 300 рублей, а всего 168305 (сто шестьдесят восемь тысяч триста пять) рублей.

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В удовлетворении остальной части иска истцам ФИО1, ФИО2 и ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО4 в доход бюджета Ясненского городского округа Оренбургской области государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи апелляционной жалобы в Оренбургский областной суд через Ясненский районный суд Оренбургской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья:

Решение принято судом в окончательной форме 22 марта 2021 года.

Судья: