Решение № 2-977/2019 2-977/2019~М-938/2019 М-938/2019 от 14 августа 2019 г. по делу № 2-977/2019

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 августа 2019 года г.Шелехов

Шелеховский городской суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Плындиной О.И., при секретаре Галихановой А.В., с участием старшего помощника прокурора г.ФИО3 Липовцевой И.В., истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2 действующего на основании доверенности *номер скрыт* от *дата скрыта*, сроком действия по *дата скрыта*.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-977/2019 по иску Прокурора г.ФИО3 в защиту интересов ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью при исполнении трудовых обязанностей,

установил:

В обоснование искового заявления указано, что в прокуратуру города ФИО3 поступило заявление от ФИО1 с просьбой обратиться в суд в защиту его прав и законных интересов о взыскании с ООО «РУС-Инжиниринг» компенсации морального вреда, причиненного здоровью при исполнении им трудовых обязанностей. В ходе проверки доводов заявителя было установлено, что в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* он работал ООО «РУС-Инжиниринг» в должности электрогазосварщика 5-6 разрядов в цехе по ремонту оборудования анодного производства, участка по ремонту технологического оборудования дирекции по ремонту технологического оборудования.

*дата скрыта* трудовой договор с ФИО1 был прекращен на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ – в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Стаж его работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 33 года 4 месяца.

В связи с осуществлением профессиональной деятельности ФИО1 подвергался влиянию вредных производственных факторов, оказывающих неблагоприятное воздействие на его здоровье, в результате чего получил профессиональное заболевание: <данные изъяты>.

Вследствие полученного профессионального заболевания ФИО1 органами медико-социальной экспертизы установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 10% (Справка *номер скрыт* от *дата скрыта*).

Указанное заболевание им получено в период работы в ООО «РУС-Инжиниринг», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта*.

В своем заявлении прокурор ссылается на то, что вследствие полученных профессиональных заболеваний ФИО1 испытывает моральные страдания и нравственные переживания, связанные с утратой здоровья, в связи с чем, не ощущает себя полноценным человеком в жизни, испытывает значительные неудобства в быту и дома. В связи со снижением слуха он вынужден постоянно увеличивать громкость телевизора, что доставляет неудобства для членов его семьи, в связи с чем, происходят конфликты. Он испытывает неудобства при общении с друзьями и родственниками, поскольку вынужден часть переспрашивать обращенную к нему речь, так как не может расслышать её первоначально. На улице он плохо слышит звуки приближающихся автомобилей, что создает опасность для его жизни и здоровья.

Свои моральные страдания ФИО1 оценивает в размере 500 000 рублей. У ответчика возникает обязанность компенсации в денежном выражении ФИО1 морального вреда в результате установленной утраты профессиональной трудоспособности в период его работы на данном предприятии.

Прокурор г.ФИО3 просит взыскать с ООО «РУС-Инжиниринг» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании старший помощник прокурора г.ФИО3 Липовцева И.В. исковые требования поддержала в полном объёме по доводам, изложенным в заявлении, дополнительно суду пояснила, что ФИО1 в связи с имеющимся у него профессиональным заболеванием, испытывает нравственные страдания, не ощущает себя полноценным человеком в жизни, испытывает значительные неудобства в быту и дома.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить. Дополнительно пояснил, что страдает <данные изъяты> утрата трудоспособности составляет 10 процентов. Испытывает нравственные страдания, возникают конфликты с супругой, <данные изъяты>

Представитель ответчика ФИО2, действующий на основании доверенности, с объемом полномочий, предусмотренных ст.ст. 53-54 ГПК РФ, заявленные требования не признал, пояснил, что профессиональное заболевание получено истцом при стаже работы во вредных условиях труда 28 лет 1 месяц.

Профессия электрогазосварщик попадает под список № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей на подземных работах, на работах с особо вредными и особо тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных основаниях, утвержденный Постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 № 10.

Работая электрогазосварщиком, истец обладал полной информацией о вредностях в цехе и последствиях длительной работы во вредных условиях труда.

Во время работы в ООО «РУС-Инжиниринг» истец в соответствии с требованиями действующего законодательства ежегодно проходил периодический медицинский осмотр, по результатам которых признавался годным к выполняемым работам с вредными и опасными условиями труда.

Согласно заключению Клиники Ангарского филиала ФГБУ ВСЫЦ ЭЧ истцу был установлен диагноз: <данные изъяты>. Истцу определены рекомендации по лечению: прием лекарств, санаторно-курортное лечение, оздоровление в профилактории, так же противопоказана работа с шумом. МСЭК установлена степень утраты профессиональной трудоспособности по данным заболеваниям в размере 10%.

При определении размера морального вреда необходимо учитывать, что при приеме на работу с вредными или опасными условиями груда, истец знал, что его трудовая деятельность будет непосредственно проходить во вредных условиях труда. Однако, все равно принял решение работать в данных условиях больше установленного срока для льготного пенсионного обеспечения.

Законодатель допускает работу во вредных условиях труда, предоставляя взамен таким работникам ряд гарантий, таких как: оплата груда по более высоким расценкам; сокращенная продолжительность рабочей недели; льготный трудовой стаж для реализации права на пенсию; более длительные оплачиваемые отпуска за работу во вредных условиях труда. Работа во вредных условиях труда наиболее высокооплачиваемая, работникам предоставляются повышенные гарантии и льготы, по сравнению с другими работниками филиала. Кроме того, работодатель на протяжении всего периода работы истца на предприятии, принимал все необходимые меры для уменьшения воздействия на истца и других работников вредных условий труда: обеспечивал истца и других работников, которые работают во вредных условиях труда усовершенствованными средствами индивидуальной защиты, молоком, по установленным нормам, и лечебно-профилактическим питанием.

Согласно актам об установлении профессионального заболевания у истца, комиссией вынесено заключение, что непосредственной причиной заболевания послужил длительный контакт с шумом. Таким образом, наличие профессионального заболевания, и как следствие, морального вреда, причиненного данным заболеванием, вызвано, в том числе небрежностью истца по отношению к состоянию своего здоровья после выработки им необходимого стажа для назначения льготной пенсии и длительной работы во вредных условиях труда. В связи с этим предприятие не может единолично нести ответственность за осознанное причинение истцом вреда своему здоровью. Также согласно п. 21 акта указано, что, лица допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил не установлены. Просил отказать истцу в удовлетворении требований.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст.2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

Согласно ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Из смысла приведенных процессуальных норм следует, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов лиц, обращающихся в суд, то есть судебной защите подлежат лишь нарушенные или оспоренные права, при этом, обязанность по доказыванию самого наличия такого права и его нарушения кем-либо лежит на лице, обратившимся в суд.

В силу ч.1 и ч.4 ст.15, ст.120 Конституции, ст.5 ТК РФ, суд обязан разрешать дела на основании Конституции РФ, Трудового кодекса РФ, других федеральных законов, иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права.

Как установлено судом, ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ООО «РУС-Инжиниринг», в период с *дата скрыта* по *дата скрыта* он работал ООО «РУС-Инжиниринг» в должности электрогазосварщика 5-6 разрядов в цехе по ремонту оборудования анодного производства, участка по ремонту технологического оборудования дирекции по ремонту технологического оборудования, что подтверждается представленной в материалы дела трудовой книжкой (л.д.13-19). *дата скрыта* трудовой договор с ФИО1 был прекращен на основании п.8 ч.1 ст.77 ТК РФ – в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением.

Также судом установлено, что у ФИО1 имеется профессиональное заболевание: <данные изъяты> ФИО1 органами медико-социальной экспертизы установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере <данные изъяты>%, что подтверждается справкой *номер скрыт* от *дата скрыта* (л.д.23). Указанное заболевание получено истцом в период работы в ООО «РУС-Инжиниринг», что подтверждается актом о случае профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта* (л.д.20-22).

Право работника требовать компенсацию морального вреда в случае нарушения его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя предусмотрено ст.21 ч.1 абз.14 ТК РФ, ст.237 ТК РФ. Обязанность возместить моральный вред работодатель несет при условии наличия в его действии (бездействии) вины.

Статьями 20 и 41 Конституции Российской Федерации, статьей 150 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

В соответствии со ст.56 ГПК Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ч.1 ст.67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

В силу ч.3 и 4 названной статьи суд оценивает относимость, допустимость и достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В процессе рассмотрения настоящего гражданского дела по существу, судом, бесспорно, установлено, что вина работодателя ООО «Рус-Инжиниринг» в нарушении трудовых прав ФИО1 нашла свое подтверждение, что подтверждается собранными по делу доказательствами, оцененными судом в совокупности, в частности, актом о случае профессионального заболевания *номер скрыт* от *дата скрыта*, из которого следует, что ФИО1., работнику ООО «Рус-Инжиниринг» установлен заключительный диагноз: <данные изъяты> ФИО1 неоднократно, в период с 2012 по 2019 год проходил лечение и обследование в профпатологическом отделении Клиники Ангарского филиала ФГБУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований».

Как следует из медицинского заключения *номер скрыт* Клиники Ангарского филиала ФГБУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ФИО1 находился на лечении и обследовании с *дата скрыта* по *дата скрыта*, ему установлен диагноз: <данные изъяты> – заболевание профессиональное (л.д.31).

В материалы дела стороной истца представлена справка МСЭ, согласно которой установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 10 (десять)%.

В силу ст.184 ТК РФ при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника. Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Кроме того, обязанность работодателя компенсировать моральный вред предусмотрена Федеральным законом от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», согласно ст.8 данного Закона возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда. Данное положение также содержится в Постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

К числу признаваемых в Российской Федерации и защищаемых Конституцией Российской Федерации прав и свобод относятся, прежде всего, право на жизнь, как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, и право на охрану здоровья, которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

В силу указанных положений Конституции Российской Федерации на государство возложена обязанность уважения данных конституционных прав и их защиты законом. В гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.

Пункт 1 ст.150 ГК РФ относит здоровье человека к нематериальным благам.

Статьей 151 ГК РФ предусмотрена возможность денежной компенсации морального вреда в случаях, если вред причинен гражданину действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо действиями, посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага.

В гражданском законодательстве Российской Федерации моральный вред разграничивается на нравственные и физические страдания, поскольку любое причинение вреда здоровью вызывает у потерпевшего нравственные страдания. Нравственные страдания включают такие понятия как обида, страх, возмущение, горе, чувство утраты, а физические страдания выражаются в виде боли, удушья, головокружения и т.д.

Кроме того, моральный вред оценивается самим потерпевшим, который сам испытывает и оценивает последствия причиненного морального вреда. Для каждого человека наносимая психическая травма как последствие морального вреда по степени тяжести различна, так же как и физические страдания. Истец, обращаясь в суд с требованиями о компенсации морального вреда должен самостоятельно оценивать последствия морального вреда, реально их воспринимать. Именно индивидуальное восприятие потерпевшим происходящих изменений в результате совершения в отношении действий, которые причинили ему нравственные и физические страдания свидетельствует о том, что моральный вред как ущерб, причиняемый моральным качествам, нравственным благам личности, различен при его восприятии.

В соответствии со ст. 1099-1101 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст.151 ГК РФ. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда, независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности), либо нарушающими имущественные права гражданина».

Моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Судом оценены и приняты во внимание возражения ответчика о том, что работодателем совершает действия, направленные на сглаживание последствий профессионального заболевания, обеспечивал средствами индивидуальной защиты.

Однако представитель ответчика не ссылается на необоснованность заключения Клиники Ангарского филиала ФГБУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований», согласен с определением истцу степени утраты трудоспособности. В связи с профессиональным заболеванием истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности, он нуждается в реабилитационных мероприятиях.

Взыскание морального вреда не может быть поставлено в зависимость от того, осознанно ли истец согласился на работу во вредных условиях и понимал ли о последствиях его работы в таких условиях, так как закон связывает обязанность возмещения морального вреда именно с наличием профессионального заболевания.

В соответствии с абз.1 ст.212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Обязанность по обеспечению здоровых и безопасных условий труда возложена на работодателя, равно как и обязанность проведения мероприятий по предупреждению возникновения профессиональных заболеваний.

В нарушение требований ст.22, 209 ТК РФ ответчик не обеспечил истцу безопасные условия труда на рабочем месте, допустил длительное воздействие опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов.

Противоправность действий ответчика - работодателя выразилась в ненадлежащем контроле за соблюдением требований охраны и гигиены труда (ст.212 ТК РФ). То есть между бездействием ответчика (его работников) по не обеспечению безопасности истца при выполнении трудовых обязанностей, и причинением вреда здоровью, имеется прямая причинно-следственная связь.

Установленная ст.1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия вины должен представить сам ответчик. Таких доказательств в соответствии с требованиями ст.56 ГПК РФ не представлено.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника. В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами.

Следует также учесть, что ответчиком, в нарушение требований ст.56 ГПК РФ, не представлено доказательств, однозначно свидетельствующих об отсутствии его вины в получении истцом профессионального заболевания.

По усмотрению суда, получение истцом в период работы выплат за вредные условия труда, не может являться основанием для освобождения ответчика от обязанности компенсировать причиненный моральный вред, поскольку указанные выплаты не являются возмещением физических или нравственных страданий гражданина в связи с получением профессионального заболевания, вследствие чего, истец не лишен права требовать возмещения морального вреда в порядке гражданского судопроизводства.

Кроме того, принимаемые работодателем меры по безопасности и охране труда оказались недостаточными и не исключили полностью влияние вредных производственных факторов на здоровье работника. Доказательства, свидетельствующие о том, что вред здоровью истца был причинен с его согласия, отсутствуют.

Право истца свободно распоряжаться своими трудовыми способностями и возможностями, основан на основополагающих конституционных принципах, гарантирующих право свободно трудиться. При этом обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возложены на работодателя.

Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом, - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания. Конкретный размер компенсации морального вреда определяется судом по его усмотрению в зависимости от характера причиненных этому лицу физических и нравственных страданий, учитывая требования разумности и справедливости (ч. 2 ст. 1101 ГК РФ).

Поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Оценивая по делу фактические обстоятельства, учитывая степень утраты профессиональной трудоспособности, тяжесть и характер профессиональных заболеваний, состояние здоровья истца, степень вины работодателя, отсутствие вины работника, а также принцип разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что исковые требования, заявленные истцом о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, с учетом разумности и справедливости. Суд полагает, что с ответчика в пользу истца надлежит взыскать в счет компенсации морального вреда 40 000,00 рублей.

С ответчика подлежит взысканию в бюджет Шелеховского муниципального района, в соответствии со ст.103 ГПК РФ, государственная пошлина в размере 300,00 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования Прокурора г.ФИО3 в защиту интересов ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного здоровью при исполнении трудовых обязанностей удовлетворить.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в пользу ФИО1 в счет возмещения компенсации морального вреда 40 000 (сорок тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в бюджет Шелеховского муниципального района государственную пошлину в размере 300,00 рублей (триста рублей).

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Шелеховский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме 19 августа 2019 года в 17 часов 00 минут.

Судья О.И.Плындина