Приговор № 1-149/2018 1-3/2019 от 21 марта 2019 г. по делу № 1-149/2018

Дело № 1-3/2019

(...)


ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Калтан 22 марта 2019 г.

Калтанский районный суд Кемеровской области в составе:

председательствующего судьи Крыжко Е.С.,

при секретаре Галиевой Л.А.,

с участием государственного обвинителя Казанцевой В.А.,

потерпевшей –гражданского истца ШТС,

ее представителя адвоката Сычевой А.С.,

потерпевшей ШЮВ,

подсудимого –гражданского ответчика ФИО1,

и его защитника адвоката Плахотского Я.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

ФИО1, родившегося .../.../.... в ..., гражданина РФ, женатого, не имеющего на иждивении детей, являющегося пенсионером, имеющего среднее образование, зарегистрированного и проживающего по адресу: ..., несудимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, то есть преступление, предусмотренное ч.1 ст. 105 УК РФ, при следующих обстоятельствах:

22.05.2018 в вечернее время, ФИО1, находясь в квартире по адресу: ..., будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, возникших в результате оскорблений со стороны потерпевшей, действуя умышленно, с целью убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, нанес ШЕВ один удар клинком ножа в область расположения жизненно-важных органов, а именно, грудной клетки, причинив потерпевшей: одиночное колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждением мягких тканей грудной клетки, сердечной сорочки и сердца, осложнившееся массивной кровопотерей, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, которое повлекло за собой смерть потерпевшей на месте происшествия, т.е. ФИО1 убил ШЕВ

Подсудимый ФИО1 в суде отказался от дачи показаний, воспользовавшись ст. 51 Конституции РФ, не возражал против оглашения его показаний, данных на предварительном следствии, в связи с чем были оглашены его показания, данные при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, из которых следует, что он вину признавал, раскаивался в содеянном, сообщал, что с ШЕВ находился в дружеских отношениях. Днем 22.05.2018, находясь в алкогольном опьянении, т.к. спиртное употреблял в течение двух недель, из-за чего обстоятельства произошедшего помнит плохо, он пришел к потерпевшей с продуктами и спиртным, стал распивать спиртное с дедом у того в комнате, в комнате потерпевшей находились она и молодой парень по имени ШПР. Он ушел домой, через некоторое время вновь вернулся к потерпевшей, где в ее комнате между ними возник словесный конфликт, т.к. он ей сказал, что не следует общаться с гражданами, злоупотребляющими спиртным, в ответ она его стала оскорблять, что его разозлило, он взял с полки складной нож с пластиковой черной рукоятью, который ранее принес к потерпевшей и использовал в быту, выпрямил клинок ножа и нанес один удар ножом в грудь потерпевшей, после чего та ничего не говорила, присела на диван, он ушел к себе домой, где находился некоторое время, когда позднее вернулся к потерпевшей, та лежала на полу в комнате на животе в крови, у него не было умысла на убийство, раскаивается. В тот день он был одет в черные штаны, белую полосатую футболку, жилет цвета «хаки», на нем были черные ботинки, он допускает, что на них могла попасть кровь, когда он нанес удар потерпевшей, иные телесные повреждения он потерпевшей не причинял, та часто ходила с синяками, откуда они у нее были, не знает (л.д. 52-54 Т.1, л.д. 75-78 Т.1, л.д. 91-93 Т.1, л.д. 154-155 Т.1, л.д. 156-158 Т.1, л.д. 161-163 Т.1), и которые подтверждаются протоколом явки с повинной от 23.05.2018 (л.д. 59-60 Т.1), протоколом проверки показаний на месте от 24.05.2018 (л.д. 79-88 Т.1).

После оглашения показаний, подсудимый показания подтвердил частично, заявил о своей невиновности, указывая на, что события того дня помнит плохо из-за нахождения в состоянии алкогольного опьянения, он не убивал потерпевшую, не ругался с ней, нож не брал, когда пришел в тот день к ней домой на ней были синяки, та указала, что ее избила мать, на которую хотела написать заявление, приходил участковый ФИО2, указывал также, что потерпевшая в тот день распивала спиртное с ШПР у нее в комнате, а он с дедом в другой комнате, когда пошел за сигаретами в квартире находились ШЕВ и дед, ШПР он не видел, сказал той закрыться, а когда вернулся примерно через полтора часа, она лежала на полу на кухне на животе, вокруг нее была кровь. Ему неизвестно кто ее убил, она сама могла нанести себе удар, т.к. ранее он отбирал у нее вилку и шило, та не хотела жить. Он сам написал явку с повинной, давал показания на следствии, на него не оказывали давление.

Виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая ШТС в суде сообщила, что ее дочь ШЕВ злоупотребляла спиртными напитками, в состоянии алкогольного опьянения скандалила только с ней, с приятелями вела себя спокойно. Вечером 22.05.2018 ей позвонил отец МВИ, который сказал, что дочь убили, она лежит в крови на кухне, в квартире находится он и ФИО1. По приходу в квартиру вместе с ФИО3, там находились ФИО1 и ее отец, она увидела, что дочь лежит мертвая на кухне на полу в крови, у той был синяк под глазом, ссадина на переносице, в руках ключи от квартиры. ФИО1 утверждал, что в квартире были посторонние, которых он хотел найти, выгораживал себя. Со слов отца знает, что к нему в комнату заходили дочь и подсудимый, выпили по стопке и ушли, затем тот уснул, ничего не слышал. В тот день она созванивалась с дочерью, та ничего не опасалась. Балаев не вызвал ни полицию, ни скорую. В квартире у дочери она видела ШПН два раза, после Нового года и в начале мая 2018г., они вместе с ФИО4 и дочерью распивали спиртное, она их выгоняла, дочь о ШПР ничего не рассказывала, в тот день его в квартире не было.

Изложенные выше обстоятельства подтвердила в суде потерпевшая ШЕВ, которой об обстоятельствах смерти сестры ШЕВ, стало известно со слов матери, которая ей также говорила, что в тот день у ФИО1 были ботинки в крови, тот рассказывал, что якобы в квартиру приходили трое неизвестных, которым сестра открыла дверь, они ее ткнули ножом и убежали.

Из показаний свидетеля МВИ, данных в суде при допросах, на предварительном следствии, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в связи с противоречиями (л.д. 134-136 Т.1), следует, что его внучка ШЕВ проживала с ним в квартире в отдельной комнате, часто выпивала, к ней приходили ННМ, ФИО1, ШОЕ 22.05.2018 он видел у ШЕВ на лице гематомы, днем к нему в комнату она заходила с ФИО1, выпили водки и ушли к себе в комнату, больше он их не видел. Вечером к нему в комнату постучался ФИО1, сказал, что ШЕВ лежит на кухне в крови. Когда он зашел на кухню, внучка лежала на полу за дверью в луже крови, он не мог полностью открыть дверь. Он позвонил дочери ШТС В тот день он в квартире видел только ФИО1, ШПР не было, спать лег около 19.00-20.00 часов, на улице было светло, ничего не слышал, ему не известно, кто убил внучку.

Свидетель СМА в суде показала, что дочь ее подруги ШТС – ШЕВ проживала с МВИ, злоупотребляла спиртными напитками. 22.05.2018 около 23.00 часов ей позвонила ШТС попросила сходить к дочери, т.к. дед позвонил и сказал, что ту зарезали. В квартире на кухне она увидела потерпевшую, которая лежала на животе в луже крови головой к двери, дверь в кухню не открывалась. ФИО1 пояснил, что они вместе с ШЕВ и дедушкой выпивали, затем он спал, слышал, как стучались в квартиру, заходили трое молодых людей, которые ругались с потерпевшей, затем ушли, когда он проснулся от шума в квартире никого не было, а та лежала в кухне на полу в крови. Она не видела на кухне следов борьбы.

Из показаний свидетеля ТВИ, данных в суде и на предварительном следствии, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, в связи с противоречиями, которые свидетель подтвердил (л.д. 137-140 Т.1), следует, что он проживает над квартирой убитой, из которой периодически доносились крики, скандалы. Вечером .../.../.... из той квартиры также были слышны крики, кто-то громко разговаривал, он слышал женский голос. Ночью приехали сотрудники полиции, которые сказали, что там произошло убийство, ему не известно, кто приходил в ту квартиру в тот день.

Свидетель ШОЕ в суде сообщила, что подругу ШЕВ видела за две недели до произошедшего, та не рассказывала ей о каких-либо конфликтах, в том числе с ФИО1, на ее теле не было повреждений, та была по характеру спокойная, добродушная, общалась также с ННМ, знакомого ШПР у нее не было. В компании с ШЕВ и ФИО1 она давно распивала спиртные напитки, конфликтов между теми не было, ФИО1 к ней не проявлял агрессию, но она ранее наблюдала, как он в других компаниях проявлял агрессию.

Из показаний свидетеля ННМ, данных в суде и на предварительном следствии, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, в связи с противоречиями (л.д. 131-133 Т.1), следует, что у нее с ШЕВ были дружеские отношения, заходила к ней в тот день днем, та была трезвая, на столе спиртного не было, была одна, у нее не было ссадин и гематом, она ушла около 13.00 часов. О произошедшем узнала ночью от сотрудников полиции. Она ранее видела ФИО1 у потерпевшей дома, ШЕВ ей рассказывала, что однажды тот ее побил, зимой она видела у потерпевшей синяки.

Из показаний свидетеля ШАА, данных в суде и на предварительном следствии, оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, в связи с противоречиями (л.д. 56-58 Т.1), следует, что он с ФИО1 в дружеских отношениях, часто употребляли спиртное в течение нескольких дней, в состоянии алкогольного опьянения тот не проявлял агрессию, подсудимый общался с ШЕВ у них были дружеские отношения, конфликтов между ними не было. .../.../.... около 13.00 часов он зашел в квартиру к ФИО1, с которым они употребляли спиртное, затем тому позвонила потерпевшая, попросила принести поесть. ФИО1 ушел к ШЕВ, оставил ему ключи от квартиры, после чего он того не видел, находился в квартире у подсудимого до утра. Потерпевшую видел давно в синяках, кто ее избивал ему не известно. В тот день ФИО1 был одет в темные штаны и футболку. При допросе ни на него, ни на ФИО1 сотрудники полиции давления не оказывали, в отделе полиции ФИО1 говорил, что в квартире у потерпевшей в тот день еще кто-то был, что ее убили, на конкретного гражданина не указывал.

Свидетель ШПН в суде сообщил, что был знаком с ШЕВ, у которой пару раз был в гостях вместе с ЧЕ, они употребляли спиртное, приходила мать потерпевшей их выгоняла. В день убийства он не был у потерпевшей в гостях, не употреблял с ней спиртное, с ней не созванивался, у него не было ее номера телефона, между ним и потерпевшей никогда не было конфликтов. В тот день он собирался к потерпевшей в гости, купил вино в магазине, но до нее не дошел, т.к. встретил знакомого Руслана, с которым они с 16.00 часов около часа распивали спиртное, после чего он ушел домой было еще светло, лег спать, на следующий день узнал, что ШЕВ убили. ФИО1 в квартире у потерпевшей он никогда не видел.

Показания свидетеля ШПН согласуются с показаниями свидетеля АРИ, который в суде сообщил, что действительно в теплое время года в один из дней около магазина встретил знакомого ШПН в 16.00-17.00 час., с которым они на лавочке возле магазина около часа распивали спиртное, после чего тот пошел в сторону дома, не говорил, что собирается к кому-либо в гости, о потерпевшей тот не говорил, давление на него не оказывали, а также с показаниями свидетелей ШНП и ШСА, которые показали, что их сын ШПН проживает с ними, не было случаев, в том числе в мае 2018г., чтобы он приходил домой ночью, не ночевал дома, приходил взволнованный или со следами крови.

Свидетель СТВ в суде положительно охарактеризовала ШЕВ пояснила, что с потерпевшей у нее были дружеские отношения, видела ее за неделю до смерти, та была не конфликтная. В день смерти потерпевшей днем, она встретила выпившего ФИО1, который с пельменями и водкой пошел домой к потерпевшей, о других гостях ничего не говорил, ШЕВ и ФИО1 периодически употребляли спиртное. Между подсудимым и потерпевшей конфликтов не наблюдала, агрессии Балаев не проявлял. Несколько раз видела у потерпевшей синяки, та говорила, что упала. Ей известно, что потерпевшая была знакома с ШПН, они общались не часто, она того не видела никогда у нее дома, и в тот день не видела, чтобы тот шел к ней домой.

Свидетель ЧЕЮ в суде показала, что у нее с ШЕВ были дружеские отношения, она в апреле и в начале мае 2018г. была в гостях у потерпевшей вместе с ШПН, но тот после этого к потерпевшей в гости не приходил. Она зимой видела у ШЕВ синяки, та поясняла, что их причинил ФИО1, что они с ним подрались, об обстоятельствах убийства ей ничего не известно.

Свидетель АВС в суде сообщил, что общался с ШЕВ, в день убийства она ему звонила вечером, голос у нее был выпивший, на фоне он слышал голос ФИО1, других голосов не слышал. В отделе полиции после произошедшего видел ФИО1, который утверждал, что он якобы тоже был в тот день в квартире потерпевшей, но он там не был, общался с ней только по телефону. ФИО1 также говорил, что в квартире в тот день были ННМ с сыном и какой-то парень.

Свидетель БАГ в суде показал, что он работает участковым уполномоченным ОМВД России по г. Калтан на участке п. Малиновка, знаком с ФИО1, с которым проводил беседы по поводу злоупотребления спиртными напитками, в квартире у убитой того никогда не видел, ШЕВ не писала при нем заявления по факту причинения ей побоев. Потерпевшая злоупотребляла спиртными напитками, мешала соседям, в связи с чем поступали вызовы.

Помимо указанных доказательств, виновность подсудимого ФИО1 в совершении преступления, подтверждается иными доказательствами, исследованными и оглашенными в судебном заседании в порядке ст. 285 УПК РФ, а именно, протоколом осмотра места происшествия от 23.05.2018, из которого следует, что при осмотре квартиры по адресу: ..., обнаружен труп ШЕВ, с места происшествия изъяты нож с коричневой рукоятью, нож складной с рукоятью черного цвета, нож с деревянной рукоятью (л. д. 4-26 Т.1).

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа ШЕВ ... от 02.07.2018, причиной смерти потерпевшей явилось одиночное проникающее колото-резаное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждением мягких тканей грудной клетки, сердечной сорочки и сердца, осложнившегося массивной кровопотерей, которое вызвало вред здоровью, квалифицирующийся как тяжкий по признаку опасности для жизни, между его причинением и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Рана причинена предметом, имеющим обух и лезвие.

Учитывая характер ранения, не исключена возможность наружного кровотечения, без фонтанирования, не исключается возможность совершения активных действий потерпевшей с момента получения травмы, до момента наступления смерти.

Расположение повреждений позволяет считать, что взаиморасположение потерпевшего и нападавшего могло быть любым, при условии доступности соответствующих областей тела для причинения повреждений.

Данная область (передняя поверхность грудной клетки слева) доступна для нанесения повреждений собственной рукой.

При исследовании обнаружены: кровоподтеки лобной области слева, в проекции правой брови с переходом на верхнее и нижнее веки правого глаза и на правый боковой скат носа (1), правой скуловой области (1), передней поверхности правой голени в верхней трети (1), которые образовались от воздействий твердого тупого предмета (предметов), незадолго до момента наступления смерти, вреда здоровью не причинили.

Характер трупных явлений, зафиксированных при осмотре трупа на месте обнаружения 23.05.2018г. в 00 час. 15 мин., позволяет считать, что давность наступления смерти составила около 3-6 часов до момента осмотра ( л. д. 175-178 Т.1).

Опрошенный в суде эксперт ВАВ, проводивший указанное медицинское исследование сообщил, что телесные повреждения на теле потерпевшей, которые не были причиной смерти, были причинены незадолго до ее смерти, т.е. в период до 12 часов максимум до 1 суток. Потерпевшая могла совершать активные действия вплоть до момента наступления смерти, которые подразумевают под собой любые виды передвижений. При таких повреждениях смерть наступает от нескольких минут до нескольких десятков минут, до часа, ввиду повреждения сердца, как основного органа. По истечении более часа смерть наступить не могла.

Из протоколов выемки от 23.05.2015 (л.д. 29-32 Т.1, л.д. 35-37 Т.1), протокола осмотра предметов от 25.05.2018 (л.д. 105-115 Т.1), постановления о признании и приобщении в качестве вещественных доказательств (л.д. 116-117 Т.1), следует, что были осмотрены и приобщены в качестве вещественных доказательств нож с коричневой рукоятью, нож с деревянной рукоятью, нож складной с рукоятью черного цвета, изъятые на месте происшествия; и туфли черные, штаны черного цвета, куртка черного цвета, майка белая с красными полосами, джинсы синего цвета, джинсы черного цвета, жилет зеленый, жилет цвета хаки, джинсовка черная, жилет серый, кофта черная, трико черное, изъятые у ФИО1

Согласно информации о соединениях между абонентами и абонентскими устройствами, имеются сведения о звонках подсудимого ФИО1 потерпевшей ШЕВ в день убийства (л.д. 96-101 Т.2).

Согласно протоколов получения образцов для сравнительного исследования от 23.05.2018, у ФИО1 были получены смывы с рук и срезы ногтевых пластин, образцы крови, следы отпечатков пальцев ( л. д.39-41 Т.1, л.д. 43-45 Т.1, л.д. 47-49 Т.1, л.д. 62-63 Т.1).

Согласно заключению экспертизы вещественных доказательств ... от 06.07.2018, следует, что кровь из трупа ШЕВ группы А?, кровь ФИО1 группы АВо; на рубашке, туфлях, жилете цвета хаки, изъятых у ФИО1, обнаружена кровь человека группы А?, происхождение которой от потерпевшей ШЕВ не исключается. Данных за присутствие крови обвиняемого ФИО1 в этих пятнах не получено.

В остальных исследованных пятнах на жилете цвета хаки, в пятнах на сине-серых джинсах, изъятых в ходе выемки в квартире, найдена кровь человека, в которой установлены антигены А и В. Таким образом, при условии происхождения крови от одного лица, им должен быть человек группы АВо, каковым является обвиняемый ФИО1 и тогда кровь от потерпевшей ШЕВ произойти не могла. Однако, такие же результаты исследования могли быть получены и при смешении крови двух и более лиц с различным сочетанием у них выявленных групповых свойств, в том числе, нельзя исключить возможность смешения крови потерпевшей ШЕВ и обвиняемого ФИО1 (л. д. 203-214 Т.1).

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы ... от 20.07.2018, рана на кожном лоскуте грудной клетки трупа ШЕВ, является колото-резаной, причинена плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего «П»-образный в поперечном сечении обух с хорошо выраженными ребрами и острое лезвие. В механизме образования данной раны имело место изменение оси длинника клинка и одновременное давление на лезвие при извлечении травмирующего предмета из раневого канала. Максимальная ширина погрузившейся части клинка составляет 16-18 мм. Вышеописанная рана могла быть причинена клинком ножа складного с черной рукоятью, представленного на экспертизу ( л. д. 221-225 Т.1).

Из заключения эксперта ... от 28.06.2018, следует при исследовании ножа складного с рукоятью черного цвета, образца крови, контроля к образцу крови, дактокарты ФИО1, следов папиллярных линий, пригодных для идентификации личности, на поверхности ножа не обнаружено.При исследовании образца ФИО1 установлены генетические признаки, пригодные для идентификации. При исследовании рукояти представленного на экспертизу ножа обнаружены кровь и эпителиальные клетки, которые произошли от двух или более лиц, одним из которых является ФИО1 (л. д. 186-196 Т.1).

Согласно заключению эксперта ... от 15.06.2018, у ФИО1, каких-либо видимых телесных повреждений на лице и волосистой части головы, туловище, конечностях в виде кровоподтеков, ссадин, ран, пигментных пятен не обнаружено (л. д. 168 Т.1).

Доказательствами, на которые ссылается сторона защиты, являются показания подсудимого ФИО1, данные в суде.

При таких обстоятельствах, учитывая изложенное, действия подсудимого ФИО1 суд квалифицирует по ч.1 ст.105 УК РФ, поскольку подсудимый совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, оснований для иной квалификации содеянного, не имеется.

Приведенные в совокупности доказательства получены без нарушения УПК РФ и могут быть положены в основу обвинительного приговора, что дает суду основания сделать вывод о том, что 22.05.2018 в вечернее время, ФИО1, находясь в квартире по адресу: ..., будучи в состоянии алкогольного опьянения, на почве личных неприязненных отношений, возникших в результате оскорблений со стороны потерпевшей, действуя умышленно, с целью убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, нанес ШЕВ один удар клинком ножа в область расположения жизненно-важных органов, а именно, грудной клетки, причинив потерпевшей: одиночное колото-резанное ранение передней поверхности грудной клетки с повреждением мягких тканей грудной клетки, сердечной сорочки и сердца, осложнившееся массивной кровопотерей, квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, которое повлекло за собой смерть потерпевшей на месте происшествия, т.е. ФИО1 убил ШЕВ

Виновность подсудимого в совершении данного преступления подтверждается совокупностью добытых в ходе предварительного следствия и исследованных в суде доказательств, изложенных судом выше, не доверять которым у суда не имеется оснований, сомнений у суда не вызывают, и поэтому суд считает их относимыми, допустимыми и достоверными, а так же достаточными, для постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1

Подсудимый на предварительном следствии не отрицал вину в совершении инкриминируемого деяния, давал последовательные и подробные признательные показания при допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого, при проверки показаний на месте, написал явку с повинной, которые согласуются между собой, не противоречат другим доказательствам по делу, подсудимый указал место и способ совершения преступления, мотивы его совершения, данные об оговоре подсудимым в материалах дела отсутствуют, следователь УВА в суде указал, что на предварительном следствии давление на подсудимого не оказывали, что также не отрицал сам подсудимый, подтверждали свидетели ШАА, АРИ, Г..

В суде подсудимый не исключал, что нанес удар ножом ШЕВ, в грудь, от чего наступила ее смерть, он был пьян и многое не помнит.

Вина подсудимого в совершении указанного преступления подтверждается изложенными выше доказательствами, показаниями подсудимого, данными на предварительном следствии, протоколом проверки показаний на месте, протоколом явки с повинной, показаниями потерпевших ШТС, и ШЮВ, свидетелей МВИ, СМА, ННМ, ШАА, СТВ, ФИО65, БАГ, письменными доказательствами, заключениями проведенных по делу экспертиз.

Инкриминируемое деяние совершено подсудимым в форме действия, поскольку ФИО1 с целью убийства, то есть умышленного причинения смерти другому человеку, нанес потерпевшей ШЕВ один удар клинком ножа в область расположения жизненно-важных органов, а именно, грудной клетки, в результате чего потерпевшей причинен тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, в результате которого наступила ее смерть, что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы ... от 02.07.2018.

Об умысле подсудимого ФИО1 на причинение смерти потерпевшей, свидетельствуют его целенаправленные действия, который с целью убийства нанес ШЕВ один удар ножом в область грудной клетки, в связи с чем должен был осознавать, что характер его действий может причинить смерть человеку.

Изложенные обстоятельства указывают на прямую причинно-следственную связь между смертью потерпевшей и действиями ФИО1

Мотивом совершения преступления явились личные неприязненные отношения, возникшие у подсудимого к потерпевшей из-за оскорблений со стороны последней.

Орудие преступления нож складной с рукоятью черного цвета, было обнаружено на месте совершения преступления, куда его принес подсудимый ранее с целью использования в быту, на нем имеются следы крови потерпевшей, данным ножом ей был нанесен удар, от которого наступила смерть, на котором обнаружены эпителиальные клетки подсудимого, что подтверждается заключением эксперта ... от 28.06.2018, и согласуется с заключением медико-криминалистической экспертизы ... от 20.07.2018, заключением экспертизы вещественных доказательств ... от 06.07.2018, из которого также следует, что на рубашке, туфлях, жилете цвета хаки, изъятых у ФИО1, в которых он был в тот день, что подтверждается показаниями самого подсудимого, свидетеля ШАА, обнаружена кровь человека группы А?, происхождение которой от потерпевшей ШЕВ не исключено, что также подтверждает виновность ФИО1 в совершении убийства, указанным доказательствам у суда не имеется оснований не доверять.

Все вышеуказанные обстоятельства образуют объективную и субъективную стороны преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевших и свидетелей при даче показаний в отношении подсудимого, оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях об юридических значимых обстоятельствах, ставящих эти показания под сомнение, и которые могут повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступления не установлено.

Оснований для оправдания подсудимого суд не находит, поскольку его виновность нашла своё полное подтверждение совокупностью достоверных и достаточных доказательств, приведенных судом выше, которые свидетельствуют о наличии вины подсудимого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

При этом, суд учитывает, что на предварительном следствии подсудимый показания не менял, сразу говорил о произошедшем событии именно при таких обстоятельствах, в том числе указывал на то, что в тот день находился у потерпевшей, после ее оскорблений он разозлился, взял нож и нанес ей удар в область груди, после чего ушел, а по возвращении через некоторое время обнаружил ту мертвой.

Версия подсудимого о том, что он не совершал убийства, а преступление совершено иными лицами, проверена в суде, и подтверждения не нашла, т.к. потерпевшая ШТС пояснила, что в тот день у дочери посторонних не было, она не опасалась за свою жизнь, свидетель МВИ, указывал, что в тот день к потерпевшей приходил только подсудимый, иных лиц не было, свидетель ФИО5 пояснил, что когда ему звонила потерпевшая, он слышал на фоне голос ФИО1, свидетель ШАА сообщил, что ФИО1 пошел к подсудимой и больше в тот день он его не видел, свидетель ФИО6 видела, как ФИО1 в тот день шел к потерпевшей, ШПН не видела, свидетель ЧЕЮ сообщила, что у потерпевшей они с ШПН были дважды вместе, не в день убийства, что также согласуется с детализацией соединений по абонентскому номеру ШПН, из которой следует, что данный гражданин не звонил в тот день потерпевшей (л.д. 109-114 Т.2).

По указанным основаниям суд считает показания подсудимого о том, что в тот день в квартире у потерпевшей находились иные лица, в гостях был парень по имени ШПР, недостоверными, т.к. они опровергаются указанными выше доказательствами, подсудимый как на предварительном следствии, так и в суде показания в указанной части менял, путался, что связано было с тем, что на протяжении двух недель до совершения убийства ФИО1 употреблял спиртное, в том числе с потерпевшей, в гостях у которой периодически были иные лица, но не в день убийства, подсудимый указывал на то, что события помнил плохо, в момент совершения убийства также находился в состоянии алкогольного опьянения.

Кроме того, свидетели ННМ, ЧЕЮ, показывали, что со слов потерпевшей ШЕВ им было известно, что ранее подсудимый причинял ей телесные повреждения.

То обстоятельство, что из показаний ФИО1 следует, что конфликт произошел в комнате потерпевшей, а обнаружил он ее в крови на кухне, проверено в суде, данный факт не ставит под сомнение изложенные выше доказательства и не свидетельствует о невиновности подсудимого, т.к. из показаний ФИО1 на следствии следует, что удар ножом он нанес потерпевшей, когда они находились в комнате, дальнейшие действия ее не видел, т.к. ушел из квартиры, эксперт ВАВ в суде указал на то, что потерпевшая после получения повреждения могла передвигаться, смерть наступила в течение часа, что согласуется с заключением экспертизы, и откуда следует, что ШЕВ из комнаты ушла в кухню, где наступила ее смерть. Кроме того, орудие преступления было обнаружено не на кухне, а в комнате потерпевшей, что согласуется с изложенными обстоятельствами, и показаниями свидетелей СТВ, ННМ, которые указывали на то, что ножи у потерпевшей хранились на полке в ее комнате, откуда подсудимый взял нож, на что он указывал при проведении предварительного следствия.

По факту телесных повреждений, обнаруженных на теле потерпевшей ШЕВ, указанных в заключении судебно-медицинской экспертизы ... от 02.07.2018, судом исследовалось указанное заключение, опрошен в суде эксперт, допрошены свидетели, и установлено, что телесные повреждения не явились следствием действий подсудимого.

Утверждение ФИО1 о том, что потерпевшая могла сама себе нанести удар, т.к. ранее он у нее отбирал острые предметы, та не хотела жить, опровергается исследованными судом доказательствами, изложенными выше, а также тем, что при осмотре места происшествия возле трупа потерпевшей не было обнаружено таких предметов, которыми она могла нанести удар, в результате которого наступила ее смерть.

При этом, оценивая показания свидетеля ЕАК суд считает, что данные показания нельзя положить ни в основу обвинительного приговора, ни оправдательного, так как свидетель данных об обстоятельствах произошедшего не сообщал, положительно охарактеризовал ШЕВ

При назначении подсудимому ФИО1 наказания за совершенное преступление, суд в соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, который является пенсионером, привлекается к уголовной ответственности впервые, на учете у врача-психиатра не состоит, состоит на учете у ... с ... по настоящее время по поводу ..., положительно характеризуется по месту жительства, состояние здоровья, возраст, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание за совершенное преступление суд учитывает полное признание вины и раскаяние в содеянном на следствии, явку с повинной, состояние здоровья, возраст, положительные характеристики по месту жительства, привлечение к уголовной ответственности впервые.

Суд с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, фактических обстоятельств и мотивов его совершения, сведений о личности подсудимого, который в течение многих лет пребывает под наблюдением врача-нарколога, с 03.02.2017 состоит на учете по поводу ..., злоупотребляет спиртными напитками, страдает запоями, перенес ..., из которого вышел в результате оказания специализированной помощи в условиях наркологического стационара, считает, что имеются достаточные основания для признания в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ обстоятельством, отягчающим наказание, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, т.к. судом установлено, что на протяжении около двух недель и незадолго до случившегося ФИО1 употреблял алкоголь, его нахождение в состоянии алкогольного опьянения способствовало совершению им преступления, что подтверждается исследованными в суде доказательствами, в том числе заключением комиссии экспертов от 23.01.2019 ... (л.д. 1-4 Т.3), из которого следует, что у ФИО1 имеются .... Именно состояние алкогольного опьянения вызвало у ФИО1 агрессию в отношении потерпевшей из-за оскорблений с ее стороны, что явилось поводом для убийства, т.к. подсудимый в судебном заседании неоднократно показывал об обстоятельствах распития спиртных напитков в квартире потерпевшей, что соответствует показаниям потерпевшей ШТС, свидетелей МВИ, СМА, ШАА, СТВ

Поскольку судом установлено отягчающее наказание обстоятельство, то суд не находит оснований для применения при назначении ФИО1 наказания по ч.1 ст. 105 УК РФ, положений ч.1 ст. 62 УК РФ в части явки с повинной.

При назначении наказания ФИО1 за совершенное преступление, суд учитывает положения ст. 22 УК РФ, поскольку по заключению комиссии экспертов от 23.01.2019 ... (л.д. 1-4 Т.3), у подсудимого имеются ..., между тем, хроническим психическим расстройством в настоящее время не страдает и не страдал им в период, относящийся к совершению инкриминируемого ему деяния, в принудительных мерах медицинского характера по психическому состоянию не нуждается, следовательно, в силу положений ст. 23 УК РФ ФИО1 подлежит уголовной ответственности.

Учитывая изложенные выше обстоятельства, в том числе характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность подсудимого, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, его возраст, состояние здоровья, суд считает необходимым назначить ФИО1 за совершенное преступление наказание в виде лишения свободы. Применение другой меры наказания является недостаточным и нецелесообразным и не приведет к достижению целей наказания и восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого, предупреждению совершения им новых преступлений.

Суд не находит исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением подсудимого во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в связи с чем не находит оснований для применения при назначении наказания ФИО1 положений ст. 64 УК РФ.

Принимая во внимание данные о личности подсудимого ФИО1, наличие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд считает, что исправительное воздействие основного наказания за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, будет достаточным, поэтому дополнительное наказание в виде ограничения свободы не назначает.

На основании ч.6 ст.15 УК РФ с учетом данных о личности подсудимого, фактических обстоятельств совершенного подсудимым преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, степени его общественной опасности, смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую.

На основании п. «в» ч.1 ст. 58 УК РФ ФИО1 отбывание наказания в виде лишения свободы следует назначать в исправительной колонии строгого режима, поскольку подсудимый осуждается к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, и ранее не отбывал лишение свободы.

При этом, учитывая характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимого, в том числе смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства, то обстоятельство, что ФИО1 осуждается за совершение особо тяжкого преступления, суд считает, что исправление подсудимого не возможно без реального отбывания наказания, то есть не находит оснований для назначения условного наказания с применением ст. 73 УК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 задерживался 24.05.2018 (л.д. 71-73 Т.1), на основании постановления Калтанского районного суда от 25.05.2018 в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу отказано (л.д. 97-99 Т.1), 25.05.2018 освобожден из под стражи под подписку о невыезде и надлежащем поведении, которая при поступлении уголовного дела в суд оставлена без изменения (л.д. 23 Т.2).

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 следует изменить на заключение под стражу до вступления приговора суда в законную силу, взять под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания исчислять с 22 марта 2019г.

Медицинских противопоказаний, установленных постановлением Правительства РФ от 14.01.2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», исключающих содержание под стражей ФИО1 не имеется.

Согласно п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ в редакции Федерального Закона № 186-ФЗ «О внесении изменений в статью 72 Уголовного Кодекса Российской Федерации» от 3 июля 2018 года, время содержания ФИО1 под стражей по данному делу – с 24.05.2018 по 25.05.2018, с 22.03.2019 до вступления приговора суда в законную силу, следует зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день.

Потерпевшей ШТС заявлены к ФИО1 исковые требования о возмещении компенсации морального вреда, причиненного убийством дочери, в размере 1 000 000 руб., и возмещении затрат на похороны в размере 67 572 руб. (л.д. 41-43 Т.2), которые суд считает обоснованными.

Моральный вред и ущерб причинены потерпевшей ШТС в результате виновных, преступных действий ФИО1, который иск признал частично в части расходов на погребение, в остальной части требования не признал, заявив о своей невиновности, однако, совершение ФИО1 убийства ШЕВ установлено судом на основании представленных доказательств.

Моральный вред выразился в нравственных страданиях потерпевшей ШТС, полученных в результате насильственной смерти дочери ШЕВ, которая положительно характеризовалась по месту жительства, в результате совершения ФИО1 убийства, потерпевшая ШТС потеряла дочь, данная утрата является невосполнимой, она перенесла сильный стресс и потрясение, переживания, душевные страдания, которые испытывает до сих пор.

Судом не установлено обстоятельств, свидетельствующих о наличии оснований для освобождения подсудимого от обязанности по возмещению компенсации морального вреда потерпевшей.

Руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1064, 1099, 1101 ГК РФ, с учетом всех обстоятельств, характера причиненных потерпевшей ШТС нравственных страданий, степени вины подсудимого в виде умысла, требований разумности и справедливости, фактических обстоятельств, при которых причинен моральный вред, с учетом имущественного положения ФИО1, который является пенсионером, размер его пенсии составляет около 11 000 рублей, иных доходов не имеет, его пожилого нетрудоспособного возраста, суд считает, что исковые требования о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению, с ФИО1 в пользу ШТС следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.

Оценивая доводы потерпевшей о том, что в результате убийства дочери у нее ухудшилось состояние здоровья, и представленные потерпевшей выписку из истории болезни о том, что она находилась в ГБУЗ КО НГКБ № 2 в неврологическом отделении в период с 17.01.2017 по 01.02.2017 (л.д. 103 Т.2), выписку из истории болезни ПАО «Санаторий «Прокопьевский» в неврологическом отделении в период с 01.02.2017 по 19.02.2017 (л.д. 104 Т.2), суд считает, что данные обстоятельства не являются основанием для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в большем размере, т.к. из указанных медицинских документов следует, что заболевания перенесены потерпевшей до убийства дочери.

В материалы уголовного дела потерпевшей ШТС представлены наряд заказ ... от 24.05.2018 (л.д. 44 Т.2), квитанция к приходному кассовому ордеру от 24.05.2018 (л.д. 45 Т.2), справка настоятеля прихода от 23.09.2018 (л.д. 46 Т.2), квитанция ... от 24.05.2018 (л.д. 47 Т.2), счет на оплату ритуальных услуг (л.д. 38 Т.3), из которых следует, что ШТС, в связи с убийством дочери ШЕВ понесла расходы по оплате услуг морга 2404 руб., за отпевание 2000 руб., за поминальный обед без спиртных напитков 5750 руб., за панихиду 1250 руб., по оплате ритуальных услуг и принадлежностей 56 168 руб., всего в сумме 67 572 руб.

Исковые требования потерпевшей в указанной части также являются обоснованными, и подлежат удовлетворению в полном объеме, с учетом имущественного положения ответчика, который является пенсионером, размера его пенсии, пожилого, нетрудоспособного возраста.

Суд принимает во внимание также то, что подсудимый согласился возместить расходы потерпевшей на погребение в сумме 30 000 руб., т.к. находился в дружеских отношениях с потерпевшей, и то, что указанные расходы истца являлись необходимыми для обеспечения достойного отношения к телу умершей и ее памяти, в пределах обрядовых действий по непосредственному погребению тела, в размер затрат не включены спиртные напитки, а пособие на погребение в счет возмещения вреда не засчитывается.

С учетом всех обстоятельств, согласно ст. 1064, 1094 ГК РФ, положений Федерального закона от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», суд считает, что с ФИО1 в пользу ШТС следует взыскать расходы по оплате услуг морга 2404 руб., за отпевание 2000 руб., за поминальный обед без спиртных напитков 5750 руб., за панихиду 1250 руб., по оплате ритуальных услуг и принадлежностей 56 168 руб., всего компенсацию материальных затрат на погребение в размере 67 572 руб.

Потерпевшая ШТС в суде заявила ходатайство о взыскании с ФИО1 процессуальных издержек по оплате услуг представителя при рассмотрении уголовного дела в суде в сумме 52000 руб., за составление искового заявления в размере 5000 руб., которые ФИО1 не признал.

Из письменных материалов уголовного дела следует, что адвокат Сычева А.С. представляла интересы потерпевшей ШТС при рассмотрении уголовного дела в суде на основании соглашения от 09.10.2018 (л.д. 72 Т.3), участвовала в судебных заседаниях 10.10.2018, 23.10.2018, 09.11.2018, 14.11.2018, 20.11.2018, 21.11.2018, 28.11.2018, 22.02.2019, 05.03.2019, 15.03.2019, 18.03.2019, 22.03.2019, оказывала юридическую помощь потерпевшей.

В обоснование расходов по оплате услуг представителя в судебных заседаниях при рассмотрении уголовного дела, ШТС представила квитанции серии АП ... от 09.10.2018, серии АП ... от 17.10.2018, серии АП ... от 08.11.2018, серии АП ... от 13.11.2018 на суммы по 5000 руб., квитанцию серии АП ... от 30.11.2018 на сумму 9000 руб. (участие в судебных заседаниях 14.11.2018 и 20.11.2018), квитанцию серии АП ... от 27.11.2018 на сумму 9000 руб. (участие в судебных заседаниях 21.11.2018 и 28.11.2018), квитанцию серии АП ... от 04.03.2019 на сумму 14000 руб. (участие в судебных заседаниях 22.02.2019, 05.03.2019, и оказание юридической помощи), из которых следует, что потерпевшая оплатила адвокату Сычевой А.С. за участие в судебных заседаниях и оказание юридической помощи всего сумму в размере 52 000 руб. (л.д. 26-31 Т.3, л.д. 39 Т.3), а также согласно квитанции серии АП ... от 25.09.2018, ШТС оплатила адвокату за составление искового заявления 5000 руб. (л.д. 48 Т.2).

В силу положений ч.3 ст. 42, ст. 131, ст. 132 УПК РФ, и разъяснений, содержащихся в п. 2, п. 5, п.7, п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 42 от 19.12.2013 года «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 г. № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», с учётом категории дела, его сложности, объёма юридической помощи, оказанной потерпевшей адвокатом Сычевой А.С., суд считает, что заявленная к возмещению сумма расходов за участие представителя в суде в размере 52 000 рублей, и за составление искового заявления в размере 3000 руб., отвечает принципу разумности, является необходимой и оправданной, подтверждена представленными квитанциями, в связи с чем, указанные расходы всего в сумме 55 000 руб. подлежат возмещению потерпевшей ШТС за счет средств федерального бюджета Российской Федерации.

Оснований для возмещения потерпевшей процессуальных издержек за составление искового заявления в большей сумме суд не находит.

Учитывая то, что в суде установлена имущественная несостоятельность ФИО1, который является пенсионером, размер его пенсии составляет около 11000 руб., иных доходов не имеет, в силу возраста и состояния здоровья у него отсутствует возможность трудиться, то считает необходимым освободить ФИО1 от процессуальных издержек.

Кроме того, согласно постановления следователя было произведено вознаграждение адвокату Плахотскому Я.А. за участие при расследовании уголовного дела в качестве защитника ФИО1 в сумме 9295 руб. (л.д. 156-157 Т.1, л.д. 36 Т.3).

Суд считает необходимым освободить ФИО1 от процессуальных издержек за оказание юридической помощи на предварительном следствии защитником адвокатом Плахотским Я.А. в указанном размере, поскольку в судебном заседании установлена имущественная несостоятельность подсудимого по указанным основаниям.

Согласно постановления следователя к уголовному делу в качестве вещественных доказательств приобщены нож с коричневой рукоятью, нож с деревянной рукоятью, нож складной с рукоятью черного цвета, изъятые на месте происшествия; и туфли черные, штаны черного цвета, куртка черного цвета, майка белая с красными полосами, джинсы синего цвета, джинсы черного цвета, жилет зеленый, жилет цвета хаки, джинсовка черная, жилет серый, кофта черная, трико черное, изъятые у ФИО1, вещественные доказательства хранятся в камере вещественных доказательств СО по г. Осинники СУСК РФ по КО (л.д. 116-117 Т.1).

Согласно постановления следователя нож с коричневой рукоятью, нож с деревянной рукоятью исключены из числа вещественных доказательств и возвращены МВИ под расписку (л.д. 148 -149 Т.1).

В соответствии с п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, вещественные доказательства нож складной с рукоятью черного цвета, жилет цвета хаки, джинсы синие, майку белую с красными полосками, черные туфли, хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по г. Осинники СУСК РФ по КО, следует уничтожить, поскольку нож являлся орудием преступления, а иные вещи сохранили на себе следы преступления, что подтверждается исследованными в суде заключениями судебных экспертиз.

Вещественные доказательства: куртку черного цвета, кофту черную, штаны черного цвета, жилет серый, жилет зеленый, трико черное, джинсовку черную, черные джинсы, следует возвратить ФИО1 или его дочери ЧНН, т.к. они не являются орудиями преступления и не сохранили на себе следы преступления.

Руководствуясь ст.ст. 303–304, 307–309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде 9 (девяти) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 изменить на заключение под стражу до вступления приговора суда в законную силу, взять под стражу в зале суда.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы исчислять с 22 марта 2019г.

Время содержания ФИО1 под стражей по данному делу – с 24.05.2018 по 25.05.2018г., с 22.03.2019 до вступления приговора суда в законную силу, зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за один день на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ.

Гражданский иск ШТС удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу ШТС компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, компенсацию материальных затрат на погребение в размере 67572 рубля, всего взыскать сумму в размере 567 572 (пятьсот шестьдесят семь тысяч пятьсот семьдесят два) рубля.

В удовлетворении исковых требований ШТС о взыскании с ФИО1 компенсации морального вреда в большем размере отказать.

Возместить из средств федерального бюджета Российской Федерации потерпевшей ШТС процессуальные издержки в сумме 55000 (пятьдесят пять тысяч) рублей.

Освободить ФИО1 от возмещения процессуальных издержек потерпевшей в сумме 55 000 рублей, и по оплате услуг адвоката Плахотского Я.А. на предварительном следствии в размере 9295 рублей.

Вещественные доказательства по уголовному делу:

- нож складной с рукоятью черного цвета, жилет цвета хаки, джинсы синие, майку белую с красными полосками, черные туфли, хранящиеся в камере вещественных доказательств СО по г. Осинники СУСК РФ по КО, уничтожить;

- куртку черного цвета, кофту черную, штаны черного цвета, жилет серый, жилет зеленый, трико черное, джинсовку черную, черные джинсы, выдать ФИО1 или его дочери ЧНН

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд участниками процесса в течение 10 суток со дня постановления приговора, осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня получения копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. Если осужденный заявляет ходатайство об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, об этом указывается в его апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья Е.С. Крыжко