Апелляционное определение № 33-247/2026 33-3756/2025 от 28 января 2026 г.

Судья Баянина Т.В. № 2-2428/2025

(в первой инстанции)

№ 33-247/2026 (33-3756/2025)

(в апелляционной инстанции)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 года г.Севастополь

Судебная коллегия по гражданским делам Севастопольского городского суда в составе:

председательствующего судьи Ваулиной А.В.,

судей Просолова В.В., Григоровой Ж.В.,

при секретаре Белименко С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г.Севастополю на решение Ленинского районного суда города Севастополя от 01 октября 2025 года по гражданскому делу по исковому заявлению ФИО1 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г.Севастополю о признании решения незаконным и понуждении к совершению определенных действий,

(третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора: Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Краснодарскому краю),

заслушав доклад судьи Ваулиной А.В.,

установила:

ФИО2 обратился в суд с иском к ОСФР по г.Севастополю, в котором с учётом изменений просил:

- признать незаконным решение ответчика № 43628/25 от 07 мая 2025 года;

- признать право на назначение страховой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ с применением расчёта баллов индивидуального пенсионного коэффициента с учётом работы в учреждениях (организациях) Черноморского флота Российской Федерации в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно на территории Украины с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории Крыма и города Севастополя с исчислением размера пенсии с учётом, как поступивших страховых взносов на индивидуальный лицевой счёт, так и не поступивших страховых взносов в объёме, полагавшимся к уплате работодателями (страхователями) в этот периоды работы до ДД.ММ.ГГГГ с индексацией расчётного пенсионного капитала, подлежащего формированию из страховых взносов за 2002-2014 годы на величину коэффициентов индексации, определённых Постановлениями Правительства Российской Федерации;

- выплатить денежную сумму в объёме полагавшихся пенсионных выплат с даты возникновения права на установление страховой пенсии по старости - с ДД.ММ.ГГГГ по дату фактического назначения пенсии ДД.ММ.ГГГГ, с учётом работы в учреждениях (организациях) Черноморского флота Российской Федерации в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно на территории Украины с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории Крыма и города Севастополя с исчислением размера пенсии с учётом, как поступивших страховых взносов на индивидуальный лицевой счёт, так и не поступивших страховых взносов в объёме, полагавшимся к уплате работодателями (страхователями) в периоды работы до ДД.ММ.ГГГГ с индексацией расчётного пенсионного капитала, подлежащего формированию из страховых взносов за 2002-2014 годы на величину коэффициентов индексации, определённых Постановлениями Правительства Российской Федерации

- взыскать компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей.

В обоснование своих требований указал, что является гражданином Российской Федерации, которому с ДД.ММ.ГГГГ назначена и выплачивается страховая пенсия по старости. На основании решения Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, размер страхового обеспечения с момента его установления был пересчитан за счёт повышения величины индивидуального пенсионного коэффициента и индексации расчётного пенсионного капитала, исходя из учтённого в страховом стаже периода работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по трудовым договорам на должностях гражданского персонала в войсковых частях Черноморского флота Российской Федерации, на тот момент дислоцировавшемся на территории Украины в г.Севастополе, а с ДД.ММ.ГГГГ на территории Российской Федерации. Между тем, ФИО1 считал, что право на установление страховой пенсии по старости у него возникло ещё при первоначальном обращении в пенсионный орган в 2015 году, и что решением УПФ РФ в Лазаревском районе г.Сочи от ДД.ММ.ГГГГ № в этом ему незаконно отказал, исключив из страхового стажа трудовую деятельность с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве гражданского персонала войсковых частей Черноморского флота Российской Федерации, и в этой связи посчитав страховой стаж недостаточным. Более того, решением ответчика от ДД.ММ.ГГГГ № пенсионный орган также неправомерно отказал ему в перерасчёте пенсии с действительной даты возникновения права на неё по день установления пенсионного обеспечения.

Решением Ленинского районного суда города Севастополя от 01 октября 2025 года требования ФИО1 удовлетворены частично, а именно за исключением требований о компенсации морального вреда, которые районный отклонил.

С таким решением суда ОСФР по г.Севастополю не согласно и в апелляционной жалобе просит его отменить, как постановленное в нарушении норм материального и процессуального права, приняв новое решение об отказе истцу в иске. Указывает, что апеллянт в 2015 году решения об отказе гражданину в назначении страховой пенсии по старости не выносил, оценку его пенсионных прав не производил и соответственно прав пенсионера не нарушал. Решение же от 11 декабря 2015 года № 645, принятое УПФ РФ в Лазаревском районе г.Сочи, в отсутствии необходимых сведений для расчёта страхового стажа, ФИО1 не обжаловал. Между тем, районный суд, возлагая на ОСФР по г.Севастополю обязанность по выплате истцу страховой пенсии по старости с ДД.ММ.ГГГГ, отсутствие вины ответчика не учёл, ОСФП по Краснодарскому Краю, в которое было реорганизовано УПФ РФ в Лазаревском районе г.Сочи, к участию в деле в качестве соответчика не привлёк и не учёл самостоятельность отделений Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации. А потому не только постановил решение в отношении прав и обязанностей не привлечённого лица, но и безосновательно взыскал недополученную пенсию с апеллянта. Отдельно, ОСФР по г.Севастополю отмечает, что в условиях прекращения Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Украины о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины, а, следовательно, освобождения Российской Федерации от исполнения этого международного договора, размер страховых взносов той категории лиц, к которым отнесён ФИО1 определяется по нормам Федерального закона от 13 декабря 2024 года № 455-ФЗ, вступившего в законную силу 01 июля 2025 года.

ФИО1 в своих письменных возражениях просит апелляционную жалобу отклонить.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представители ОСФР по г.Севастополю, ОСФР по Краснодарскому краю не явились, были надлежащим образом извещены о времени и месте его проведения. В соответствии со статьёй 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия определила рассмотреть дело отсутствие не явившихся лиц.

ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий по устному ходатайству, решение суда просили оставить без изменения.

Выслушав сторону истца, проверив материалы дела, законность и обоснованность постановленного решения суда в порядке, установленном главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учётом положений части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является гражданином Российской Федерации, который был застрахован в системе обязательного пенсионного страхования Российской Федерации.

Истец с ДД.ММ.ГГГГ неоднократно обращался в пенсионный орган с заявлением о назначении страховой пенсии по старости по общим основаниям стать 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» с учётом Закона Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей».

Однако, решениями УПФР в <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № в установлении заявленного пенсионного обеспечения было отказано и соответственно в качестве мотивов для этого указано:

- отсутствие сведений о стаже, учтённом при назначении пенсии по линии Минобороны России;

- отсутствия требуемого страхового стажа 6 лет (стаж заявителя окончательно был исчислен продолжительностью 4 года 03 месяца 23 дня).

Позднее, с ДД.ММ.ГГГГ указанная страховая пенсия по старости ФИО1 была назначена и её выплата с 2018 года и по настоящее время осуществляется ОСФР по г.Севастополю.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, а также решением Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, за гражданином признано право и на ОСФР по г.Севастополю возложена обязанность пересчитать с ДД.ММ.ГГГГ размер страховой пенсии по старости с применением расчёта балов индивидуального пенсионного коэффициента с учётом, как поступивших страховых взносов на его индивидуальный лицевой счёт, так и не поступивших страховых взносов в объёме, полагавшемся к уплате работодателями (страхователями) за периоды его работы в войсковых частях Черноморского флота Российской Федерации (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории Украины и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории г.Севастополя). Кроме того, пенсионный орган был обязан выплатить истцу недополученную с ДД.ММ.ГГГГ сумму пенсии с учётом всех индексаций и индексаций расчётного пенсионного капитала, подлежащего формированию из страховых взносов за 2002-2014 годы на величину коэффициентов индексаций, определённых Постановлением Правительства Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился в ОСФР по г.Севастополю с заявлением о перерасчёте пенсии с даты возникновения права на её установление (назначение) – с ДД.ММ.ГГГГ по дату состоявшегося назначения пенсионного обеспечения - по 1– августа 2017 года с учётом его работы в войсковых частях Черноморского флота Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории Украины и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории г.Севастополя.

Между тем, решением ответчика № 43628/25 от 07 мая 2025 года поданное заявление истца было отклонено ввиду того, что данный перерасчёт был произведён ДД.ММ.ГГГГ по решению суда с ДД.ММ.ГГГГ. Отдельно отмечено, что рассмотрение назначения (установления) страховой пенсии по старости в рамках поданного заявления о перерасчёте размера пенсии от ДД.ММ.ГГГГ Административным регламентом предоставления Пенсионным фондом Российской Федерации государственной услуги по установлению страховых пенсий, накопительной пенсии и пенсий по государственному пенсионному обеспечению, утверждённому постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 23 января 2019 года № 16п, не предусмотрено.

Полагая такое решение незаконным, нарушающим его пенсионные права, а также считая, что с учётом трудовой деятельности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве гражданского персонала войсковых частей Черноморского флота Российской Федерации, зачтённого в 2017 году для назначения пенсии и по указанным судебным актам для исчисления её размера, он ещё при первоначальном обращении в 2015 году приобрёл право на назначение страховой пенсии по старости, которая ему была установлена лишь с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 в рамках настоящего спора заявил о судебной защите.

Разрешая спор в пользу гражданина, районный суд, приняв во внимание ранее состоявшиеся судебные акты, имеющие силу преюдиции, исходил из того, что все предусмотренные законом условия для назначения страховой пенсии по старости по общим основаниям стать 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» у истца на момент его первоначального обращения в пенсионный орган ДД.ММ.ГГГГ имелись. В связи с чем, фактически признав неправомерным установление гражданину пенсионного обеспечения с ДД.ММ.ГГГГ, пришёл к выводу о праве ФИО1 и корреспондируемой ответчику обязанности на назначение такой пенсии и выплату недополученной её части с даты первоначального обращения за ней, то есть с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. При этом, суд также как в поименованных судебных актах указал, что подлежащий выплате размер пенсионного обеспечения должен исчисляться в части расчёта баллов индивидуального пенсионного коэффициента и индексации расчётного пенсионного капитала с учётом периода работы гражданина с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в качестве гражданского персонала войсковых частей Черноморского флота Российской Федерации. Потому требования иска удовлетворил частично, отказав лишь в требованиях о компенсации морального вреда за их необоснованностью.

С такими выводами судебная коллегия соглашается, поскольку они согласуются с фактическими обстоятельствами, собранными по делу доказательствами и закону соответствуют.

В силу частей 1 и 2 статьи 39 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом. Государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии регламентируется Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», вступившим в силу с 01 января 2015 года.

Согласно части 1 статьи 4 названного Федерального закона право на страховую пенсию имеют граждане Российской Федерации, застрахованные в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации», при соблюдении ими условий, предусмотренных настоящим Федеральным законом.

В силу взаимосвязанных положений части 1 статьи 8, частей 1-3 статьи 35 и Приложения № 3 Федерального закона «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости в 2015 году имеют мужчины ДД.ММ.ГГГГ года рождения, достигшие возраста 60 лет, при наличии не менее 6 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 6,6.

В соответствии с частью 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

В данном случае то обстоятельство, что в страховой стаж ФИО1 подлежит включению его работа в качестве гражданского персонала войсковых частях Черноморского флота Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, а также с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, не является спорным, так как первый период трудовой деятельности пенсионным органом был добровольно учтены при назначении страховой пенсии по старости ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, в настоящее время при наличии имеющих силу преюдиции апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, а также решения Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ, оставленного без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и определением судебной коллегии по гражданским делам Четвёртого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ, является установленным и не подлежит повторному доказыванию тот факт, что период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на должностях гражданского персонала войсковых частей Черноморского флота Российской Федерации также подлежит учёту для целей расчёта баллов индивидуального пенсионного коэффициента и индексации расчётного пенсионного капитала.

При таких обстоятельствах, районный суд с учётом ответа ОСФР по г.Севастополю от ДД.ММ.ГГГГ №-к верно, установил, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, то есть на дату своего первоначального обращения, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, достиг возраста 60 лет, то есть пенсионного возраста, выработал страховой стаж продолжительностью 17 лет 05 дней (при требуемом 6 лет) и приобрёл величину индивидуальных пенсионных коэффициентов - 34,04 (при требуемой 6,6). И таким образом, действительно с этой даты приобрёл право на установление страховой пенсии по старости по общим основаниям статьи 8 Федеральным законом от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», которая ему была назначена лишь с ДД.ММ.ГГГГ.

В силу части 2 статьи 26 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия, не полученная пенсионером своевременно по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, выплачивается ему за прошедшее время без ограничения каким-либо сроком.

Принимая во внимание, что истец ещё при обращении ДД.ММ.ГГГГ за назначением страховой пенсии по старости представил все необходимые документы, включая свою трудовую книжку серии ТК-IV № от ДД.ММ.ГГГГ и, тем самым, сообщил сведения о выработанном им стаже, в том числе о периоде работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, который при наличии действовавшего в то время Соглашения о гарантиях прав граждан государств - участников Содружества Независимых Государств в области пенсионного обеспечения от ДД.ММ.ГГГГ из страхового стажа решением пенсионного органа от ДД.ММ.ГГГГ 363 был исключен, но добровольно зачтён в последующем в 2017 году; а также учитывая, что пенсионный орган по юридически значимому обращению на необходимость представления каких-либо дополнительных документов гражданину не указал, в частности не запрашивал у него справки о заработной плате, необходимые для исчисления размера пенсии за периоды трудовой деятельности с 2002 года; районный суд обоснованно признал, что пенсия своевременно – с ДД.ММ.ГГГГ не назначалась и в полном объёме пенсионеру не выплачивалась фактически по вине органа, осуществляющего пенсионное обеспечение. В связи с чем, принятым по делу решением правомерно признал право истца на назначение отыскиваемого пенсионного обеспечения с ДД.ММ.ГГГГ и обязал ОСФР по г.Севастополю выплатить недополученную за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ пенсию. Следовательно, таким способом в полном объёме восстановил нарушенное право на своевременное и полное получение страховой пенсии по старости от добросовестно выработанного страхового стажа.

При этом, также верно отметил, что недополученная пенсия также как и по вступившим в законную силу апелляционному определению судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ и решению Ленинского районного суда города Севастополя от ДД.ММ.ГГГГ подлежит исчислению с применением расчёта балов индивидуального пенсионного коэффициента с учётом, как поступивших страховых взносов на индивидуальный лицевой счёт ФИО1, так и не поступивших страховых взносов в объёме, полагавшемся к уплате работодателями (страхователями) за периоды его работы в войсковых частях Черноморского флота Российской Федерации (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории Украины и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на территории г.Севастополя), и с учётом всех индексаций и индексаций расчётного пенсионного капитала, подлежащего формированию из страховых взносов за 2002-2014 годы на величину коэффициентов индексаций, определённых Постановлением Правительства Российской Федерации. Поскольку, по сути, право на такое исчисление у истца возникло с момента учёта этой работы в страховой стаж.

Доводы апелляционной жалобы ОСФР по г.Севастополю о том, что истец требований о признании незаконным решения УПФР в Лазаревском районе г.Сочи от 11 декабря 2015 года № 645 не заявлял, юридического значения не имеют, поскольку законность этого решения пенсионного органа могла быть и была проверена судом при разрешении настоящего иска ФИО1 о признании права на назначение страховой пенсии по старости по общим основаниям статьи 8 Федерального закона «О страховых пенсиях» с ДД.ММ.ГГГГ.

Судебная коллегия отмечает, что истцу не может быть поставлено в вину то, что на дату вынесения пенсионным органом данного решения от ДД.ММ.ГГГГ № ответ на запрос от ДД.ММ.ГГГГ исх.№.31/60255 Военный комиссариат Краснодарского края не представил и не сообщил сведения о стаже, учтённом при назначении пенсии по линии Минобороны России. В этих условиях при поступлении необходимых сведений пенсионный орган мог и должен был вернуться к рассмотрению первоначального заявления гражданина, чего в нарушении пенсионных прав последнего не сделал. Более того, решением от ДД.ММ.ГГГГ № при поступивших документах военного комиссариата учёл не весь стаж, что повлекло установление ФИО1 пенсионного обеспечения лишь с ДД.ММ.ГГГГ, то есть со дня, когда вся трудовая деятельность гражданина для целей назначения пенсии была учтена.

Таким образом, удовлетворяя иск, суд первой инстанции, вопреки позиции апеллянта, фактически констатировал, что пенсионное обеспечение, право на которое у гражданина возникло ещё при его первоначальном обращении ДД.ММ.ГГГГ, безосновательно не было установлено по вине пенсионного органа, и что нарушенное ввиду этого пенсионное право ФИО4 подлежит восстановлению.

Доводы апелляционной жалобы ОСФР по г.Севастополю о том, что решение от ДД.ММ.ГГГГ № было принято УПФР в <адрес>, а не ответчиком, который в этой связи оценку пенсионных прав гражданина по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не производил и прав истца не нарушал, о том, что на ОСФР по <адрес> в этих условиях не могла быть возложена ответственность за решение иного территориального пенсионного органа, который после произошедшей реорганизации в ОСФР по <адрес>, к участию в настоящем споре не привлекался и о его разрешении не извещался, также подлежат отклонению.

Переход субъективного права или обязанности в правоотношении, по поводу которого производится судебное разбирательство, осуществляется посредством универсального правопреемства (смерть гражданина, бывшего стороной либо третьим лицом, - пункт 2 статьи 17 Гражданского кодекса Российской Федерации; реорганизация юридического лица - статьи 57 и 58 Гражданского кодекса Российской Федерации), или в результате сингулярного правопреемства (перевод долга, уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательстве).

В публичных правоотношениях государственный орган участвует не в качестве юридического лица, обладающего определенным комплексом гражданских прав и обязанностей, а в качестве особого публичного субъекта, наделенного властными полномочиями, правопреемство между государственными органами определяется предметной и территориальной компетенцией соответствующих публичных образований, а не статусом юридического лица и переходом материальных прав.

Содержание функционального правопреемства органов государственной власти состоит в фактическом переходе элементов или части правового статуса (задач, функций, полномочий или их части, ответственности и др.) от одного государственного органа к другому (другим).

Цель такого правопреемства - сохранение непрерывности осуществления властных функций в правовом режиме и, прежде всего, непрерывности и защиты прав физического или юридического лица.

Материально-правовая основа такого правопреемства - изменения в сфере государственного регулирования и в его субъектном составе.

Функциональное правопреемство является аналогом правопреемства в материальных правоотношениях, отличаясь по основаниям возникновения (передача полномочий от одних публичных органов другим в первом случае, имущественные правоотношения, гражданско-правовые обязательства – во втором), и означает переход от одного государственного органа к другому государственному органу обязательств, возникших в связи с передачей (перераспределением) соответствующих функций и полномочий.

Изложенное, по смыслу вышеприведенных положений, применимо и для Социального фонда России с его территориальными органами, исполняющими государственные полномочия в сфере пенсионного обеспечения и социального страхования.

Потому переход от одного территориального пенсионного органа к другому обязанностей по выплате назначенной пенсии гражданину, переехавшему на постоянное место жительства в другой регион Российской Федерации, должно рассматривать как состоявшееся функциональное правопреемство на стороне отделений государственного учреждения (Социального фонда России), предоставляющее пенсионеру право на защиту его пенсионных прав в отношении того пенсионного органа, который в настоящее время осуществляет его пенсионное обеспечение, независимо от того, что такой территориальный пенсионный орган мог и не принимать решение, нарушившее интересы гражданина.

В этой связи, ОСФР по г.Севастополю, в настоящее время реализующий пенсионное обеспечение гражданина, по всем заявленным ФИО1 требованиям является надлежащим ответчиком, к которому при функциональном правопреемстве перешла бессрочная обязанность по установлению должного пенсионного обеспечения истца на основании его заявления от ДД.ММ.ГГГГ, которая до этого правопредшественником апеллянта (УПФР в <адрес>, ныне ОСФР по <адрес>) исполнена не была, при том, что пенсионер непосредственно к ответчику с соответствующим заявлением от ДД.ММ.ГГГГ обращался, однако, он решением № от ДД.ММ.ГГГГ данное заявление неправомерно отклонил.

При таких обстоятельствах, решением суда решение ОСФР по г.Севастополю № 43628/25 от 07 мая 2025 года обоснованно признано незаконным и на ответчика верно возложена обязанность осуществить выплату недополученной ФИО2 страховой пенсии за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В этих условиях участие в деле ОСФР по <адрес> не являлось необходимым и обязательным, а постановленное решение, независимо от разрешения вопроса о праве истца на пенсию с ДД.ММ.ГГГГ, на самом деле не было принято в отношении прав и обязанностей лица, не привлечённого к участию в деле, поскольку касалось исключительно прав и обязанностей ОСФР по г.Севастополю.

Доводы жалобы ответчика о том, что в условиях прекращения Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Украины о статусе и условиях пребывания Черноморского флота Российской Федерации на территории Украины, а, следовательно, освобождения Российской Федерации от исполнения этого международного договора, размер страховых взносов той категории лиц, к которым отнесён ФИО1 определяется по нормам Федерального закона от 13 декабря 2024 года № 455-ФЗ, вступившего в законную силу 01 июля 2025 года, судебная коллегия также отклоняет.

Ссылаясь на положения Федерального закона от 13 декабря 2024 года № 455-ФЗ, апеллянт, между тем, не представил никаких доказательств тому, что исчисление пенсии истца в соответствии с этим законом для него будет более выгодным по сравнению с тем, как оно производится с учётом вступивших в законную силу апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Севастопольского городского суда от 25 апреля 2022 года и решения Ленинского районного суда города Севастополя от 29 ноября 2023 года.

Фактически все доводы апелляционной жалобы основаны на неправильном толковании норм материального и процессуального права, направлены на иную оценку обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статьей 12, 56, 59, 60 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не содержат новых обстоятельств, которые не были бы предметом обсуждения судом первой инстанции или опровергали бы выводы судебного решения.

Нарушений норм процессуального права, влекущих за собой обязательную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено и судебной коллегией не установлено.

Правоотношения сторон в рамках заявленных требований и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие правовое значение, установлены на основании добытых по делу доказательств, оценка которым дана в соответствии с процессуальным законом, в связи с чем, доводы апелляционной жалобы, оспаривающие выводы суда по существу рассмотренного спора, не могут повлиять на содержание постановленного судом решения, правильность определения судом прав и обязанностей сторон в рамках спорных правоотношений, не свидетельствуют о наличии предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований к отмене состоявшегося судебного решения.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда города Севастополя от 01 октября 2025 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г.Севастополю – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 12 февраля 2026 года.

Председательствующий: А.В. Ваулина

Судьи: В.В. Просолов

Ж.В. Григорова