Решение № 12-604/2019 от 16 сентября 2019 г. по делу № 12-604/2019

Дело № 12-604/19


РЕШЕНИЕ

по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении

Извлечение для размещения на интернет сайте суда

Санкт-Петербург 17 сентября 2019 г.

Судья Калининского районного суда Санкт-Петербурга Терещенко О.В. в зале 106 Калининского районного суда Санкт-Петербурга по адресу: Санкт-Петербург, ул. Бобруйская, д. 4,

в отсутствие: ФИО1, извещенного о времени и месте рассмотрения жалобы,

рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 49 Санкт-Петербурга от 24.12.2018 года, в соответствии с которым

ФИО1 «…» признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год шесть месяцев,

УСТАНОВИЛ:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 49 Санкт-Петербурга от 24.12.2018 года по делу об административном правонарушении ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев.

На указанное постановление по делу об административном правонарушении ФИО1 подана жалоба, в которой он выражает несогласие с вынесенным постановлением.

В жалобе указано на то, что не управлял транспортным средством, так как отмечал свое день рождение и был в состоянии алкогольного опьянения, что к автомобилю подошел, чтобы забрать вещи ребенка, зарядное устройство от телефона и сигареты, в этот момент ко мне подошли сотрудники ДПС. Наезд на транспортное средство «И» - не совершал. Сотрудник ГИБДД на месте задержания никаких протоколов не составлял, фото, видео-фиксацию не проводил. Понятые были только в Отделе ГИБДД.

От прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения не отказывался, несмотря на то, что ТС не управлял. Однако его доставили не в медицинское учреждение, а в 6 отдел полиции.

Также в жалобе приведены доводы о том, что в показаниях опрошенных мировым судьей свидетелей имеются существенные противоречия, которые не были устранены, и им не была дана оценка. Кроме того, все свидетели утверждали, что Есаулов не отказывался пройти медицинское освидетельствование на месте задержания.

Также указывает на то, что на действия сотрудников ГИБДД дважды подавал жалобу в прокуратуру Калининского района.

Считает, что все процессуальные документы составлены с нарушениями, в ходе рассмотрения дела мировым судьей была занята обвинительная позиция, дело рассмотрено не объективно и не всесторонне. В связи с чем, просит постановление по делу отменить, производство по делу прекратить.

ФИО1 в судебное заседание не явился. О времени и месте рассмотрения жалобы извещен надлежащим образом. Не сообщил суду об уважительных причинах неявки, не просил суд отложить рассмотрение жалобы. Поскольку до начала судебного заседания от него никаких ходатайств не поступило, судом принято решение о рассмотрении жалобы в его отсутствие.

Изучив доводы жалобы, проверив материалы дела, суд считает, что постановление мирового судьи судебного участка № 49 Санкт-Петербурга от 24.12.2018 года законно и обоснованно, а потому отмене или изменению не подлежит.

Из материалов дела об АП следует, что 19.01.2018 года около 22 час. 30 мин. ФИО1, управлял автомобилем «П», государственный регистрационный знак «..» с признаками опьянения, двигался в дворовой территории дома 27 кор.4 по Гражданскому пр. в Санкт-Петербурге, где после совершения ДТП был доставлен сотрудниками ГИБДД в отдел ГИБДД УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга по адресу: Санкт-Петербург, ул. Лужская, д.9, где в нарушение п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ, 20.01.2018 года в 00 час. 24 мин. не выполнил законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, при этом, его действия (бездействие) не содержат уголовно наказуемого деяния, тем самым совершил административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ..

Мировым судьей были исследованы следующие доказательства, которые подтверждают вину ФИО1 в совершении правонарушения:

- письменное объяснение гр-на «И», который сообщил сотруднику ГИБДД о правонарушении, совершенном ФИО1, который являлся непосредственным очевидцем факта управления ФИО1 транспортным средством с признаками алкогольного опьянения (л.д.20);

- письменные объяснения свидетелей «А, «Т»., подтвердивших факт своего участия в качестве понятых при проведении процедуры освидетельствования в отношении ФИО1 (л.д.5-6);

- показания свидетелей - сотрудников ГИБДД «В, «Е» об обстоятельствах выявления правонарушения, совершенного ФИО1 и обстоятельствах проведения процедуры освидетельствования и составления процессуальных документов, которые подтвердили все сведения, указанные в составленном протоколе об АП и других материалах дела;

- показания свидетеля «И»., данных в ходе рассмотрения дела у мирового судьи, сообщившего о том, что водитель ФИО1 управлял ТС с признаками алкогольного опьянения, двигался во дворе дома, где совершил ДТП – наезд на припаркованное ТС, которым управляет «И».;

- протокол об административном правонарушении от 20.01.2018 года, в котором описаны время, место, событие административного правонарушения. Данный протокол составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ. При этом, при составлении протокола об АП ФИО1 отказался от подписания данного протокола, отказ от подписи удостоверен должностным лицом, составившим протокол об АП, что полностью соответствует требованиям положений ст.28.2 КоАП РФ (л.д.14);

- протокол об отстранении от управления транспортным средством от 20.01.2018 года, в соответствии с которым ФИО1 отстранен от управления ТС в связи с имеющимися признаками опьянения: запах алкоголя изо рта, нарушение речи (л.д. 15);

- Акт освидетельствования на состояние алкогольного опьянения от 20.01.2018 года, согласно которому ФИО1 был освидетельствован на состояние алкогольного опьянения при помощи технического средства измерения, по результатам освидетельствования установлено состояние алкогольного опьянения, показания технического средства измерения – 1,331 мг/л (л.д. 17). ФИО1 не согласился с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, отказался от подписания данного Акта (л.д.17);

- бумажным носителем, приложенным к Акту освидетельствования, в котором зафиксировано в графе «Тест» - 1,331 мг/л (л.д.16);

- протокол о направлении на медицинское освидетельствование от 20.01.2018 года (л.д. 18), согласно которому в связи с тем, что ФИО1 не согласился с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, ему предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения. ФИО1 пройти медицинское освидетельствование также отказался,

- протокол о задержании ТС от 20.01.2018 года, согласно которому инспектором ГИБДД принято решение в соответствии со ст.27.13 КоАП РФ о задержании ТС, которым управлял ФИО2 (л.д.19);

- справка ИЦ ГИБДД, из которой следует, что ФИО1 ранее к ответственности по ст.ст.12.8, 12.26 КоАП РФ не привлекался, (л.д.21);

- копии материалов ДТП (л.д.51-52);

другие материалы дела.

При рассмотрении дела суд оценивает собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ и с позиции соблюдения требований закона при их получении, то есть по части 3 ст. 26.2 КоАП РФ. Противоречий в имеющихся доказательствах, которые могли бы поставить по сомнение достоверность изложенных в них обстоятельств, не имеется.

Сведения, содержащиеся в протоколе об АП и иных документах, принимаются в качестве доказательств вины, так как они составлены компетентным лицом, с соблюдением требований ст. ст. 28.2, 28.3 КоАП РФ, все необходимые сведения, предусмотренные ст. 28.2 КоАП РФ протокол содержит.

Согласно ч.1 ст.26.2 КоАП РФ, доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные.

В силу ч.2 ст.26.2 КоАП РФ, эти данные устанавливаются протоколом об административном правонарушении, иными протоколами.

Тем самым, протокол об АП является одним из доказательств по делу об АП.

Протокол об административном правонарушении составлен уполномоченным должностным лицом, в протоколе сформулировано нарушение Правил дорожного движения Российской Федерации, с протоколом об административном правонарушении, как и с остальными протоколами, ФИО1 был ознакомлен, права, предусмотренные ст. 25.1 КоАП РФ, и положения ст. 51 Конституции РФ были разъяснены. От дачи объяснений и от подписи данного процессуального документа при составлении протокола об АП ФИО1 отказался. Данный отказ удостоверен подписью должностного лица, составившего протокол об АП, что полностью соответствует требованиям ч.5 ст.28.2 КоАП РФ, в соответствии с которой «в случае отказа указанных лиц от подписания протокола, а также в случае, предусмотренном частью 4.1 настоящей статьи, в нем делается соответствующая запись». Законодатель не возлагает в этой части на должностное лицо иных обязанностей, в частности по принудительному подписанию протокола и получению объяснений от лица, в отношении которого протокол об АП составлен.

Каких-либо оснований сомневаться в достоверности сведений, внесенных в протокол об административном правонарушении, протокол об отстранении от управления транспортным средством, протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, по мнению суда, не имеется, поскольку каких-либо причин, по которым сотрудник ДПС мог быть заинтересован лично, прямо или косвенно в привлечении ФИО1 к административной ответственности, судом установлено не было.

Исправления, внесенные в процессуальные документы, заверены должностным лицом, составившим административный материал, при этом, исправления внесены с участием лица, в отношении которого они составлены, то есть с участием ФИО1, который был надлежащим образом извещен о времени и месте внесения исправлений, что соответствует требованиям ст.28.2 КоАП РФ.

В ходе рассмотрения дела с целью выполнения требований ст.ст.24.1, 26.1 КоАП РФ, мировым судьей опрошены в качестве свидетелей сотрудники ГИБДД «В», «Е» прибывшие по вызову, свидетель «И».

При этом, мировым судьей дана подробная оценка показаниям всех опрошенных свидетелей, кроме того оценено письменное заявление гр-на «И» свидетелю разъяснены положения ст.25.6 КоАП РФ, он был предупрежден по ст.17.9 КоАП РФ.

Получение объяснений в ходе рассмотрения дела об АП от должностного лица, составившего протокол об АП, не противоречит положениям, закрепленным в Кодексе РФ об административных правонарушениях.

Объяснения от инспекторов ГИБДД «В, «Е» от свидетеля «И» получены в соответствии с положениями ст.ст.25.6, 17.9 КоАП РФ, обоснованно положены в основу постановления как допустимые доказательства. Районный суд соглашается с выводами мирового судьи об относимости и допустимости таких доказательств как объяснения указанных свидетелей.

Оснований не доверять показаниям свидетелей «В, «Е» суд не усматривает. Тот факт, что они проходят службу в органах внутренних дел не свидетельствует о том, что они в силу занимаемой должности, лично прямо или косвенно заинтересованы в исходе дела. Исполнение ими своих служебных обязанностей само по себе к такому выводу не приводит. Их показания логичны, последовательны, и в соответствующих частях подтверждаются другими исследованными судом доказательствами.

Также суд не усматривает оснований не доверять показаниям свидетеля «И», поскольку ранее он с ФИО1 знаком не был, неприязни к нему не испытывает, его показания подтверждаются, в том числе, копиями материалов по ДТП, представленных в ходе рассмотрения дела (л.д.51-52).

Довод о том, что инспектором ГИБДД он не был отстранен от управления ТС на месте задержания, суд не принимает во внимание в силу следующего.

Факт составления протокола об отстранении от управления транспортным средством не на месте остановки автомобиля не влияет на правильность установления фактических обстоятельств дела и на допустимость этого протокола как доказательства. Указанные процессуальные действия проведены в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ. При этом КоАП РФ не предусматривает обязательное составление протокола об отстранении от управления транспортным средством на месте остановки транспортного средства.

Кроме того, в силу положений ст. 27.12 КоАП РФ отстранение от управления автомобилем заключается не в самом фактическом отстранении водителя от управления транспортным средством, а в применении к нему такой меры обеспечения по делу об административном правонарушении, заключающейся в объявлении водителю об этом, составлении соответствующего протокола с участием понятых либо применением видеозаписи после фактического отстранения водителя от управления и вручении ему копии этого протокола.

Довод о том, что в протоколе об отстранении от управления ТС указано на установление у ФИО1 состояние алкогольного опьянения, противоречит содержанию указанного протокола, поэтому не может быть принят во внимание, данный довод основан на неверном понимании положений КоАП РФ и Постановления Правительства № 475, которым утвержден порядок проведения процедуры освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, направления на медицинское освидетельствование.

Та, ч.1 ст.27.12 КоАП РФ установлено, что лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежат отстранению от управления транспортным средством до устранения причины отстранения.

На основании ч.ч.3,4 ст.27.12 КоАП РФ, об отстранении от управления транспортным средством составляется соответствующий протокол. В протоколе об отстранении от управления транспортным средством соответствующего вида, указываются, в том числе, основания отстранения от управления.

Согласно п.3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов и правил определения наличия наркотических средств или психотропных веществ в организме человека при проведении медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 26.06.2008 N 475 (ред. от 10.09.2016), достаточными основаниями полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: а) запах алкоголя изо рта; б) неустойчивость позы; в) нарушение речи; г) резкое изменение окраски кожных покровов лица; д) поведение, не соответствующее обстановке.

Из протокола об отстранении от управления ТС следует, что ФИО1 отстранен от управления ТС в связи с тем, что управлял ТС с признаками алкогольного опьянения – запах алкоголя изо рта, что полностью соответствует требований ст.27.12 КоАП РФ и Правилам освидетельствования. В данном протоколе не указано на то, что ФИО1 управлял ТС в состоянии опьянения.

Тем самым, податель жалобы подменяет понятия состояние опьянения и признаки алкогольного опьянения.

Также являются несостоятельными доводы о том, что ФИО1 не отказывался от прохождения медицинского освидетельствования на месте, был согласен его пройти, что также подтвердили сотрудники ГИБДД, указав, что он был согласен «продуть в прибор», то есть осуществить выдох воздуха необходимого для исследования в алкотестер, поскольку в этой части доводы жалобы также основаны на неверном понимании норм права, а именно: порядка проведения процедуры освидетельствования, направления на медицинское освидетельствование и проведении медицинского освидетельствование.

Из Акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения действительно следует, что ФИО1 согласился и прошел освидетельствование на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства измерения (алкотестера), по результатам которого у него было установлено состояние алкогольного опьянения, показания технического средства измерения 1,331 мг/л (л.д.17).

Однако с данным результатом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения ФИО1 не согласился, в связи с чем, у инспектора ГИБДД появились законные основания для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, что прямо указано в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование (л.д.17), от прохождения которого ФИО3 отказался.

Отказ от прохождения медицинского освидетельствования подтвердили как сотрудники ГИБДД, так и понятые принимавшие участие при проведении указанной процедуры.

Вопреки доводам жалобы, протокол о направлении на медицинское освидетельствование не содержит волеизъявления ФИО1 пройти медицинское освидетельствование: нет не согласия в соответствующей графе протокола, ни подписи о согласии пройти данный вид освидетельствования (л.д.18).

То обстоятельство, что пройти освидетельствование и медицинское освидетельствование ФИО1 было предложено не в месте остановки транспортного средства, а по адресу: Санкт-Петербург, ул. Лужская, д.9 по которому расположен Отдел ГИБДД УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга, не противоречит нормам КоАП РФ и не свидетельствует о незаконности совершенных в его отношении сотрудником полиции процессуальных действий.

Фактически все доводы жалобы, в том числе, о том, что ФИО1 не управлял транспортным средством, были предметом разбирательства в ходе рассмотрения дела мировым судьей, тщательно исследованы в ходе рассмотрения дела, все обстоятельства и доказательства получили надлежащую оценку в постановлении, в том числе объяснения свидетелей, опрошенных в ходе рассмотрения дела. При этом, доводы жалобы направлены на переоценку исследованных мировым судьей доказательств, оснований к которой районный суд не усматривает.

Факт управления ФИО1 транспортным средством подтверждается, в том числе, как показаниями гр-на «И», который являлся непосредственным очевидцем факта управления ТС ФИО1, так и протоколом об отстранении от управления ТС, и другими материалами дела.

Довод о том, что инспектор ГИБДД «В», который составил протокол об АП не задерживал ФИО1 при управлении им ТС и не видел сам факта управления ФИО1 транспортным средством, суд не принимает во внимание в силу следующего.

Согласно положениям п.п.1 и 3 ч.1 ст.28.1 КоАП РФ поводом к возбуждению дела об АП является не только непосредственное обнаружение должностными лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях, достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения, но также и сообщения и заявления физических лиц, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

Поскольку сотрудники ГИБДД получили такое сообщение от заявителя «И» то у них имелись основания для возбуждения дела об АП.

«И» были разъяснены положения ст.25.6 КоАП РФ, ст.51 Конституции РФ, он был предупрежден об административной ответственности по ст.17.9 КоАП РФ. В связи с чем, заявление указанного лица обоснованно положены в основу постановления, районный суд также доверяет показаниям указанного лица, оснований для оговора не усматривает.

Факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования, подтверждается совокупностью представленных в материалах дела доказательств, которые были исследованы в ходе судебного заседания и получили правильную оценку в постановлении. Все представленные доказательства были оценены мировым судьей в совокупности.

Таким образом, на основе полного, всестороннего и объективного исследования всех обстоятельств дела, мировой судья пришел к правильному выводу о наличии события правонарушения и виновности ФИО1 в совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Из материалов дела следует, что протоколы, отражающие применение мер обеспечения производства по делу составлены последовательно уполномоченным должностным лицом, нарушений требований закона при их составлении не допущено, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в протоколах отражены правильно.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения, подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с частью 6 указанной статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Из протокола о направлении на медицинское освидетельствование следует, что основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование явился факт несогласия указанного лица с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения. Факт отказа ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения зафиксирован инспектором.

При этом из материалов дела следует, что процессуальные действия в отношении ФИО1 были проведены в присутствии понятых, в протоколах указаны их данные, стоят их подписи. Таким образом, у суда не имелось оснований сомневаться в участии понятых при проведении в отношении ФИО1 процессуальных действий.

Сомневаться в участии понятых при проведении процессуальных действий у суда оснований не имеется, поскольку в протоколах указаны полные данные этих лиц, имеются их подписи, замечаний и дополнений по составлению документов ни от кого, в том числе и от ФИО1 не поступило. Свидетель «В» пояснил, что все действия проводил с участием понятых.

Согласно ст.25.7 КоАП РФ в качестве понятого может быть привлечено любое не заинтересованное в исходе дела совершеннолетнее лицо. Число понятых должно быть не менее двух.

При этом, в силу ч.2 ст. 25.7 КоАП РФ, понятой удостоверяет в протоколе своей подписью факт совершения в его присутствии процессуальных действий, их содержание и результаты.

На основании ч. 4 ст.25.7 КоАП РФ, понятой вправе делать замечания по поводу совершаемых процессуальных действий. Замечания понятого подлежат занесению в протокол.

Все процессуальные документы: Протокол об отстранении от управления т/с, Акт освидетельствования, Протокол о направлении на медицинское освидетельствование содержат необходимые сведения, в том числе о понятых.

Так, в них отражены сведения о фамилии, имени, отчестве, а также сведения о месте жительства понятых, также в материалах дела имеются сведения о разъяснении понятым положений ст.25.7 КоАП РФ, имеются их подписи в протоколах, следовательно, своей подписью они удостоверили факт проведения тех процессуальных действий, которые осуществлял инспектор ГИБДД. При этом, никаких замечаний по поводу совершаемых процессуальных действий не высказали.

Следовательно, все вышеуказанные процессуальные документы являются допустимыми доказательствами по делу.

Как установлено мировым судьей, и районным судом в ходе рассмотрения жалобы, процедура освидетельствования была полностью соблюдена, соответствовала требованиям Постановления Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 475, которым утверждены Правила освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, вышеуказанных Правил.

Документы, являющиеся основанием для прекращения производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, в отношении ФИО1, в материалах дела отсутствуют.

Каких-либо существенных противоречий, которые могли бы повлиять на принятие законного и обоснованного решения по делу, судом не установлено. Вышеперечисленные доказательства суд признает достоверными, полученными в соответствии с действующим законодательством и не вызывающими никаких сомнений в их допустимости, а доводы жалобы ФИО1 не нашли своего объективного подтверждения в ходе рассмотрения жалобы.

Оснований для переоценки представленных и исследованных доказательств у суда не имеется, с оценкой доказательств, данной мировым судьей, районный суд согласен. Все собранные доказательства получили оценку в соответствии с требованиями статьи 26.11 КоАП РФ.

В силу пункта 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации водитель транспортного средства обязан по требованию должностного лица, которому предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Основанием полагать, что водитель транспортного средства ФИО1 находится в состоянии опьянения, явилось наличие у него такого признака опьянения, как: запах алкоголя изо рта, нарушение речи, неустойчивость позы, что согласуется с п.3 Правил, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 475.

Поскольку ФИО1 был не согласен с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения с помощью технического средства измерения, то инспектор ГИБДД имел законные основания для его направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения согласно требованиями п.10 указанных Правил.

Протокол о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения оформлен в соответствии с требованиями действующих нормативных документов в присутствии двух понятых, с указанием основания для направления – отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, действия сотрудника ДПС соответствуют требованиям п.11 Правил.

Вместе с тем, ФИО1 не выполнил законное требование уполномоченного должностного лица - сотрудника полиции (ГИБДД) о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Согласно части 1 статьи 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях административным правонарушением признается невыполнение водителем законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, если такие действия не содержат уголовно наказуемого деяния.

Как указал Верховный суд РФ в Постановлении Пленума ВС РФ от 24.10.2006 года № 18, основанием привлечения к административной ответственности по статье 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный, как непосредственно должностному лицу Государственной инспекции безопасности дорожного движения (далее - ГИБДД), так и медицинскому работнику.

Отказ ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения заявлен непосредственно должностному лицу ГИБДД и зафиксирован в протоколе об АП, а потому, учитывая вышеизложенное, суд считает, что действия ФИО1 правильно квалифицированы по указанной статье.

Следовательно, его действия образуют объективную сторону правонарушения, ответственность за которое предусмотрена ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Фактически все доводы жалобы о нарушениях при выявлении правонарушения, проведении освидетельствования и составлении процессуальных документов по его результатам, в том числе аналогичные содержащимся в настоящей жалобе, были предметом исследования в ходе рассмотрения дела, опровергнуты представленными в материалах дела доказательствами, в связи с чем, обоснованно признаны несостоятельными.

При этом, доводы жалобы сводятся к несогласию с оценкой, которую дал мировой судья полученным и исследованным в ходе рассмотрения дела доказательствам и направлены на их переоценку, оснований к которой не имеется.

Из вышеизложенного следует, что при производстве по данному делу юридически значимые обстоятельства мировым судьей определены правильно, представленным доказательствам дана надлежащая правовая оценка, применен материальный закон, регулирующий возникшие правоотношения.

При этом, суд полагает необходимым внести изменения в установочную часть постановления в части касающейся времени управления ТС ФИО1, поскольку данные изменения не влияют на время совершения административного правонарушения.

Так, из материалов дела об АП следует, что ФИО1 управлял ТС 19.01.2018 года в 22 час. 30 мин., что следует из протокола об отстранении от управления ТС (л.д.15), отказался от прохождения медицинского освидетельствования 20.01.2018 года в 00 час. 24 мин. (л.д.18,14).

Вместе с тем, при изготовлении мотивированного постановления, мировым судьей в тексте постановления допущена явная техническая ошибка (опечатка), ошибочно указано, что ФИО1 управлял ТС «20.01.201 года в 22 час. 30 мин.» (л.д.76).

Данную техническую ошибку суд признает опечаткой, которая не влияет на законность вынесенного постановления, не является существенной и не влечет отмену вынесенного постановления.

Суд считает установленным, что ФИО1 управлял ТС 19.01.2018 года в 22 час. 30 мин.

В остальном, существенных нарушений требований закона, прав лица, привлекаемого к административной ответственности, как при составлении процессуальных документов должностным лицом, так и при рассмотрении данного дела мировым судьей не допущено, наказание назначено в соответствии с требованиями ст.ст. 4.1-4.3 КоАП РФ в пределах санкции статьи, в связи с чем, законных оснований для отмены судебного решения не имеется, также не имеется оснований для изменения вида и размера назначенного наказания. На основании изложенного и руководствуясь п.1 ч.1 ст. 30.7 Кодекса РФ об административных правонарушениях, суд

РЕШИЛ:

Постановление мирового судьи судебного участка № 49 Санкт-Петербурга от 24.12.2018 года в отношении ФИО1, согласно которому он признан виновным в совершении правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок один год шесть месяцев, оставить без изменения, а жалобу ФИО1 – оставить без удовлетворения.

Решение вступает в силу с момента вынесения и может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в порядке, предусмотренном ст. ст. 30.12-30.14 КоАП РФ.

Судья: