Апелляционное определение № 33-2770/2025 от 17 декабря 2025 г.

Судья Тискова Л.Н. № 33-2770/2025

Дело № 13-478/2025

УИД 67RS0002-01-2017-002927-29


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

18 декабря 2025 г. г. Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

судьи Степченковой Е.А.

при секретаре (помощнике судьи) Морозовой А.В.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании без извещения лиц, участвующих в деле, материал № 13-478/2025 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО1 о процессуальном правопреемстве, восстановлении срока предъявления исполнительного документа к исполнению, выдаче дубликата исполнительного документа,

с частной жалобой ФИО2 на определение Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. о процессуальном правопреемстве, восстановлении срока предъявления исполнительного документа к исполнению, выдаче дубликата исполнительного листа,

у с т а н о в и л:

Заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. с ФИО11 в пользу ОАО «Смоленский Банк» в лице конкурсного управляющего - Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскана задолженность по кредитному договору № № от 27 июня 2013 г. в сумме 508 058 руб. 70 коп., а также 8 280 руб. 59 коп. - в возврат оплаченной при подаче иска государственной пошлины (приложение к материалу № 13-478/2025 на 1 листе).

Определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 25 октября 2023 г. произведена замена взыскателя с ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на правопреемника – индивидуального предпринимателя ФИО3 в правоотношении, установленном заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. по гражданскому делу №2-1848/2017 по иску ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО12 о взыскании задолженности по кредитному договору (материал № 13-1284/2023: л. д. 92-93).

Индивидуальный предприниматель ФИО1, уточнив требования, обратился в суд с заявлением о процессуальном правопреемстве – замене стороны взыскателя по гражданскому делу №2-1848/2017 с ИП ФИО3 на правопреемника ИП ФИО1, замене стороны должника с умершего ФИО10 на его наследника, выдаче дубликата исполнительного листа и восстановлении срока для предъявления исполнительного документа.

В обоснование доводов заявления ИП ФИО1 указал, что на основании договора возмездной уступки прав требования (цессии) от 11 декабря 2024 г. № №, заключенного с ИП ФИО3, заявителю перешли права требования задолженности к ФИО13 по кредитному договору от 27 июня 2013 г. <***>, в том числе права, обеспечивающие исполнение обязательств по договору займа.

Заявитель также указывает, что ни при заключении договора цессии, ни позднее исполнительный документ по гражданскому делу № 2-1848/2017 в отношении должника ФИО17. ему передан не был. Исполнительный документ был предъявлен к исполнению первоначальным кредитором, возбуждено исполнительное производство, однако 10 декабря 2024 г. оно окончено на основании пункта 4 части 1 статьи 46 Федерального закона от 2 октября 2007 г. №229-ФЗ «Об исполнительном производстве», следовательно, установленный законом срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек (л. м. 3-4, 34-37).

Протокольным определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 14 июля 2025 г. к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ИП ФИО3 и ФИО2, являющаяся единственным наследником, принявшим наследство, открывшееся со смертью должника ФИО19 (л. д. 66).

Заявление рассмотрено в отсутствие ИП ФИО1, заинтересованных лиц ИП ФИО3 и ФИО2, надлежащим образом извещавшихся о времени и месте судебного разбирательства.

Определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. (с учетом определения от 29 сентября 2025 г. об исправлении описки) заявление ИП ФИО1 удовлетворено частично.

Произведена замена взыскателя ИП ФИО3 на правопреемника - ИП ФИО1 по гражданскому делу № 2-1848/2017 по иску ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО4 о взыскании задолженности по кредитному договору.

Произведена замена должника ФИО20 на правопреемника - ФИО2, <дата> года рождения, зарегистрированную по адресу: <адрес> по гражданскому делу № 2-1848/2017 по иску ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО21 о взыскании задолженности по кредитному договору.

ИП ФИО1 выдан дубликат исполнительного листа, выданного на основании заочного решения Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. по гражданскому делу № 2-1848/2017 по иску ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО22 о взыскании задолженности по кредитному договору (л. <...>).

ФИО2 в лице представителя ФИО5 подала частную жалобу с последующими дополнениями, в которой ставит вопрос об отмене определения Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. в части требований о замене взыскателя и должника правопреемником, выдаче дубликата исполнительного листа, с разрешением вопроса по существу об отказе ИП ФИО1 в удовлетворении перечисленных требований.

Выражая несогласие с обжалуемым судебным актом, ФИО2 указывает, что представленная заявителем выписка из Приложения №1 к договору уступки права требования от 11 декабря 2024 г. не может являться письменным и допустимым доказательством по делу, подтверждающим передачу заявителю прав в отношении обязательств, указанных в этой выписке.

По мнению ФИО2, заявителем не доказано и обстоятельство передачи ИП ФИО3 права требования к ФИО23. именно по кредитному договору <***> от 27 июня 2013 г., установленные решением суда по гражданскому делу № 2-1848/2017.

Обстоятельства утраты исполнительно листа ФС № № после окончания исполнительного производства судом первой инстанции не установлены, заявителем не доказан факт отсутствия передачи исполнительного документа от ИП ФИО3, а, следовательно, основания для выдачи ИП ФИО1 дубликата исполнительного листа отсутствовали.

Кроме того, ФИО2 также указывает, что суд первой инстанции не установил размер и стоимость наследственного имущества, в то время как стоимость наследственного имущества, открывшегося со смертью ФИО24 составляет 165 121 руб. 21 коп., что ниже остатка задолженности по исполнительному листу – 419 515 руб. 74 коп. При этом судом не устанавливались обстоятельства наличия у наследодателя всех имеющихся у него долгов перед иными кредиторами. Без определения размера конкретной ответственности наследника перед заявителем в настоящем споре в пределах стоимости принятого наследства, при наличии требований иных кредиторов наследодателя, судебный акт о правопреемстве не будет отвечать принципам обязательности и исполнительности судебного акта, приведет к порождению иных судебных споров (л. <...>).

В отзыве на частную жалобу ИП ФИО1 просит определение Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. оставить без изменения, частную жалобу ФИО2 – без удовлетворения, указывая на то, что законодательством не установлены требования к форме и содержанию договора уступки прав требований, а также форма и содержание реестра уступаемых прав. Обращает внимание на то, что в реестре указаны фамилия, имя, отчество должника, а также номер и дата кредитного договора, что позволяет идентифицировать конкретный кредитный договор, по которому произведена уступка прав требования.

Пакет документов, переданный при заключении договора уступки прав требований, не имеет отношения к существу рассматриваемого заявления, так как права требования уступлены в соответствии с заключенным договором.

ФИО1 настаивает, что на момент рассмотрения заявления о выдаче дубликата исполнительного документа срок его предъявления не истек.

Кроме того, заявитель обращает внимание, что каких-либо доводов, свидетельствующих о замене умершего должника ненадлежащим лицом, апеллянтом не представлено, напротив, из текста частной жалобы следует, что именно ФИО2 является наследником, и, как следствие, правопреемником ФИО25

Законность определения суда первой инстанции проверена судьей судебной коллегии по гражданским делам Смоленского областного суда в порядке, установленном главой 39 ГПК РФ, с учетом части 1 статьи 327.1 ГПК РФ в пределах доводов частной жалобы.

В соответствии с частью 3 статьи 333 ГПК РФ частная жалоба рассматривается судом апелляционной инстанции без извещения лиц, участвующих в деле.

Проверив представленные материалы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со статьей 44 ГПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства (часть 1).

Все действия, совершенные до вступления правопреемника в процесс, обязательны для него в той мере, в какой они были бы обязательны для лица, которое правопреемник заменил (часть 2).

На основании части 1 статьи 52 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) в случае выбытия одной из сторон исполнительного производства (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка права требования, перевод долга) судебный пристав-исполнитель производит замену этой стороны исполнительного производства ее правопреемником.

При осуществлении правопреемства на стадии исполнения судебного акта суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен, а также в случае, если срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек (пункт 35 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки»).

Из материалов дела следует, что заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. с ФИО26 пользу ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» взыскана задолженность по кредитному договору № № от 27 июня 2013 г. в сумме 508 058 руб. 70 коп., а также 8 280 руб. 59 коп. в возврат оплаченной при подаче иска государственной пошлины (приложение к материалу № 13-478/2025 на 1 листе).

Решение суда вступило в законную силу 1 июля 2017 г.

Во исполнение заочного решения Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. был выдан исполнительный лист ФС № №, на основании которого судебным приставом-исполнителем Ленинского РОСП г. Смоленска УФССП России по Смоленской области 12 февраля 2018 г. было возбуждено исполнительное производство № №

Постановлением судебного пристава-исполнителя от 10 декабря 2024 г. исполнительное производство № № окончено по основаниям, предусмотренным пунктом 4 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве (материал № 13-1284/2023: л. д. 84 - 85, 78).

Определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 25 октября 2023 г., вступившим в законную силу 17 ноября 2023 г., произведена замена взыскателя с ОАО «Смоленский банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» на ИП ФИО3 в правоотношении, установленном заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. по гражданскому делу №2-1848/2017 (материал №13-1284/2023: л. д. 92-93).

По договору уступки прав требования (цессии) № 111224 от 11 декабря 2024 г. ИП ФИО3 уступил ИП ФИО1 в полном объеме все имущественные права (требования) в отношении задолженности, возникшие на дату уступки, а также право на проценты и штрафные санкции. О состоявшейся переуступке прав должнику ФИО27. направлено уведомление (л. м. 14-17).

Условиями названного договора предусмотрено, что Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме права требования к должникам Цедента, наименования которых, а также основания возникновения прав требования и иные сведения указаны в Реестре должников по форме Приложения №1 Договора. По настоящему Договору к Цессионарию переходят все имеющиеся у Цедента права в отношении задолженности, возникшие на дату уступки. Цессионарий вправе начислять и взыскивать проценты и штрафные санкции в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации. При этом Цедент подтверждает, что по каждому из договоров займа (микрозайма), права требования, по которым Цедент уступает в пользу Цессионария, обязательства Должника по оплате суммы задолженности на момент заключения настоящего Договора уже наступили (пункт 1.1).

Уступаемые по настоящему Договору права требования Цедента к Должникам по состоянию на дату подписания настоящего Договора принадлежат Цеденту и включают все имущественные права требования, вытекающие из договоров займа, указанных в Реестре должников, включая, но не ограничиваясь, суммы задолженности, а также начисленные, но не уплаченные проценты, суммы неустоек, другие связанные с требованием права, в том числе права, обеспечивающие исполнение обязательств Должниками (пункт 1.2) (л. м. 14).

В выписке из Приложения №1 к Договору возмездной уступки прав требования (цессии) №111224 от 11 декабря 2024 г. отражено, что размер задолженности ФИО28 кредитному договору от 27 июня 2013 г. № № на момент уступки составлял 419 515 руб. 74 коп. (л. м. 6).

Должник ФИО29 умер в <дата> (число, месяц неизвестны), о чем 25 октября 2022 г. составлена запись акта о смерти № № (л. м. 57, материал № 13-1284/2023: л. м. 86).

Из материалов наследственного дела к имуществу ФИО30 усматривается, что 27 марта 2023 г. с заявлением к нотариусу о принятии наследства обратилась дочь ФИО31 ФИО2, указав впоследствии перечень наследственного имущества, в состав которого включены: 1) пенсия по старости; жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> (л. д. 57-58).

1 августа 2023 г. ФИО32 выданы свидетельства о праве на наследство по закону, в том числе на: 1) пенсию по старости на май 2022 г. в сумме 26 438 руб. 60 коп.; 2) Федеральную социальную доплату на май 2022 г. в сумме 6 682 руб. 61 коп.; 3) жилой дом, находящийся по адресу: <адрес> (л. д. 60-61).

Разрешая заявление ИП ФИО1, суд первой инстанции, проанализировав имеющиеся доказательства, руководствуясь положениями статьи 430 ГПК РФ, статей 12, 21 Закона об исполнительном производстве, пришел к выводу о том, что отсутствие сведений о местонахождении исполнительного листа указывает на его утрату.

По указанным основаниям, а также, исходя из того, что срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек (датой окончания исполнительного производства является 10 декабря 2024 г.), решение суда до настоящего времени не исполнено, а спорные правоотношения допускают правопреемство, суд удовлетворил требования ФИО1 в части требований о выдачи дубликата исполнительного листа, а также в части процессуального правопреемства, осуществив замену взыскателя ИП ФИО3 на правопреемника ИП ФИО1, и замену должника ФИО33. на правопреемника ФИО2

Оценивая доводы частной жалобы ФИО2, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В силу вышеприведенных правовых норм в случае выбытия взыскателя или должника в исполнительном производстве, возбужденном на основании выданного судом исполнительного документа (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в правоотношениях), вопрос о правопреемстве подлежит разрешению судом.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», осуществляя процессуальное правопреемство на стадии исполнения судебного акта, суд производит замену цедента цессионарием по заявлению или с согласия последнего в той части, в которой судебный акт не исполнен. Если истек срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, суд производит замену только в случае восстановления срока на предъявление исполнительного листа к исполнению (статьи 23, 52 Федерального закона от 2 октября 2007 г. № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве»).

Таким образом, вопрос о возможности процессуальной замены стороны (взыскателя) по делу ее правопреемником в целях дальнейшего принудительного исполнения решения суда зависит от наличия или утраты возможности такого принудительного исполнения.

Для замены цедента цессионарием необходимо наличие самого долга.

Из приведенных норм материального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что при разрешении требования о правопреемстве суду следует установить: состоялась ли уступка, ее объем, предъявлен ли исполнительный лист к взысканию, возбуждено ли исполнительное производство (окончено, прекращено), не истек ли срок для предъявления исполнительного листа к исполнению, наличие долга (его размер).Согласно пункту 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

В силу статьи 384 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Анализ представленных в материалы дела доказательств, объективно и достоверно свидетельствует о том, что на основании договора уступки прав требования (цессии) от 1 февраля 2023 г., заключенного с ОАО «Смоленский Банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов», и вступившего в законную силу определения Ленинского районного суда г. Смоленска от 25 октября 2023 г. ИП ФИО3 в порядке процессуального правопреемства перешли все имущественные права (требования) первоначального кредитора в отношении задолженности, возникшей у должника ФИО35 в рамках заключенного им кредитного договора от 27 июня 2013 г. <***>.

Впоследствии, на основании договора уступки прав требования (цессии) от 11 декабря 2024 г. № 111224, заключенного с ИП ФИО3, имущественные права (требования) к указанному должнику, возникшие из рассматриваемого кредитного договора, перешли к ИП ФИО1

Доводы частной жалобы ФИО2 о недостаточности идентификационных данных должника ФИО37 содержащихся в Приложении № 1 к договору уступки прав требования (цессии) от 11 декабря 2024 г., суд апелляционной инстанции не может принять во внимание, поскольку выписка из указанного Приложения, помимо фамилии, имени и отчества должника ФИО38., содержит также сведения о номере кредитного договора (№ №), дате его заключения (27 июня 2013 г.) и остатке задолженности (419 515 руб. 74 коп.), что в полной мере соответствует обстоятельствам, установленным вступившими в законную силу судебными актами – заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г., определением Ленинского районного суда г. Смоленска от 1 февраля 2023 г., и свидетельствующим как о факте заключения ФИО39. именно указанного кредитного договора, так и о неисполнении им обязанностей, вытекающих из договора, что привело к образованию просроченной задолженности.

Учитывая изложенное, а также то, что срок предъявления исполнительного листа к исполнению не истек, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии предусмотренных законом оснований для осуществления процессуального правопреемства на стороне взыскателя, заменив правопредшественника ИП ФИО3 – правопреемником ИП ФИО1

Суд апелляционной инстанции соглашается и с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения заявления ИП ФИО1 в части выдачи дубликата исполнительного документа.

Частью 1 статьи 430 ГПК РФ предусмотрено, что в случае утраты подлинника исполнительного листа или судебного приказа (исполнительных документов) суд, принявший решение, вынесший судебный приказ, может выдать по заявлению взыскателя или судебного пристава-исполнителя дубликаты исполнительных документов.

Заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд до истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению, за исключением случаев, если исполнительный документ был утрачен судебным приставом-исполнителем или другим осуществляющим исполнение лицом и взыскателю стало об этом известно после истечения срока, установленного для предъявления исполнительного документа к исполнению. В этих случаях заявление о выдаче дубликата исполнительного документа может быть подано в суд в течение месяца со дня, когда взыскателю стало известно об утрате исполнительного документа (часть 2 статьи 430 ГПК РФ).

При рассмотрении заявления о выдаче дубликата исполнительного документа суд выясняет обстоятельства, свидетельствующие об утрате исполнительного документа, и исследует доказательства, подтверждающие его утрату (часть 3 статьи 430 ГПК РФ).

Согласно распечатке с официального сайта ФССП России, исполнительное производство №№, возбужденное 12 февраля 2018 г. в отношении должника ФИО40 было окончено 10 декабря 2024 г. в соответствии с требованиями пункта 4 части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве (отсутствие у должника имущества, на которое может быть обращено взыскание) (л. д. 78).

Исходя из даты окончания исполнительного производства №№ - 10 декабря 2024 г. срок для повторного предъявления исполнительного листа устанавливается до 10 декабря 2027 г.

Поскольку заявление о процессуальном правопреемстве, выдаче дубликата исполнительного листа было подано ИП ФИО1 20 февраля 2025 г., то есть до истечения трехгодичного срока предъявления исполнительного листа к исполнению, а также, учитывая доводы заявителя о непередаче ему цедентом ИП ФИО3 оригинала исполнительного документа, отсутствии сведений о местонахождении указанного документа, суд первой инстанции также пришел к обоснованному выводу об удовлетворении требований ИП ФИО1 в части выдачи ему дубликата исполнительного листа.

Утверждение ФИО2 о недоказанности факта утраты исполнительного листа суд апелляционной инстанции находит неубедительными, поскольку доказательств, опровергающих приведенные заявителем доводы, ФИО2 не представлено; сведения о наличии в производстве службы судебных приставов исполнительного производства в отношении должника ФИО41. на основании ранее выданного исполнительного листа на официальном сайте ФССП России отсутствуют.

ФИО2 выражает также несогласие и с обжалуемым определением в части осуществления судом процессуального правопреемства на стороне должника ФИО42

Приходя к выводу о замене ответчика ФИО44. его правопреемником ФИО2, суд исходил из того, что ФИО2, являясь наследником по закону первой очереди к имуществу ФИО45., в установленный законом срок приняла наследство, открывшееся с его смертью, а, следовательно, в силу положений статьи 44 ГПК РФ должна быть допущена к участию в исполнительном производстве в качестве правопреемника должника.

В соответствии со статьей 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

Пунктом 1 статьи 1175 ГК РФ предусмотрено, что наследники, принявшие наследство, отвечают по долгам наследодателя солидарно (статья 323). Каждый из наследников отвечает по долгам наследодателя в пределах стоимости перешедшего к нему наследственного имущества.

В соответствии со статьей 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Не входят в состав наследства права и обязанности, неразрывно связанные с личностью наследодателя, в частности право на алименты, право на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, а также права и обязанности, переход которых в порядке наследования не допускается настоящим Кодексом или другими законами. Не входят в состав наследства личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону. Принявшие наследство наследники должника становятся солидарными должниками (статья 323 ГК РФ) в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Наследники, совершившие действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, отвечают по долгам наследодателя в пределах стоимости всего причитающегося им наследственного имущества. При отсутствии или недостаточности наследственного имущества требования кредиторов по обязательствам наследодателя не подлежат удовлетворению за счет имущества наследников и обязательства по долгам наследодателя прекращаются невозможностью исполнения полностью или в недостающей части наследственного имущества (пункт 1 статьи 416 ГК РФ).

Стоимость перешедшего к наследникам имущества, пределами которой ограничена их ответственность по долгам наследодателя, определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства вне зависимости от ее последующего изменения ко времени рассмотрения дела судом (пункт 61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. № 9 «О судебной практике по делам о наследовании»)

Из приведенных правовых норм в их взаимосвязи следует, что процессуальная замена стороны (взыскателя) по делу ее правопреемником-наследником в целях дальнейшего принудительного исполнения решения суда осуществляется в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества, величина которой определяется его рыночной стоимостью на время открытия наследства.

Исходя из фактических обстоятельств дела, подтверждающих факт принятия наследства, открывшегося со смертью должника ФИО47 его дочерью ФИО2, а также неполучение взыскателем ранее присужденных ему денежных средств, которые также входят в состав наследства, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что долговые обязательства ФИО48 после его смерти перешли к наследнику, принявшему наследство по закону, - ФИО2

Из материалов наследственного дела к имуществу ФИО49 усматривается, что его наследнику ФИО2 были выданы свидетельства о праве на наследство, в состав которого включены: пенсия по старости на май 2022 г. в сумме 26 438 руб. 60 коп.; федеральная социальная доплата на май 2022 г. в сумме 6 682 руб. 61 коп.; жилой дом, находящийся по адресу: г<адрес>

Согласно отчету об определении рыночной стоимости жилого дома, принадлежащего ФИО50 по состоянию на 25 октября 2022 г., составленному <данные изъяты> по инициативе ФИО2 в рамках оформления ею наследственных прав, величина рыночной стоимости объекта оценки – жилой дом, площадью 37,8 кв. м, расположенного в пределах земельного участка, площадью 585 кв. м, по вышеуказанному адресу, составляет 1 281 600 руб., в том числе: жилого дома – 132 000 руб., земельного участка – 1 149 600 руб.

К указанному отчету приложена копия свидетельства о праве на наследство по закону, выданного 21 января 1999 г. ФИО52 как наследнику к имуществу его матери ФИО51 на наследственное имущество, в состав которого включен, среди прочего, жилой бревенчатый дом, находящийся <адрес>, расположенный на земельном участке, находящимся в пользовании наследодателя (л. д. 148).

Подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации установлено, что все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами.

Пунктом 1 статьи 273 ГК РФ также закреплен принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов недвижимости, провозглашенный Земельным кодексом Российской Федерации.

В соответствии с этими нормами при переходе права собственности (независимо от способа перехода) на здание или сооружение, принадлежащее собственнику земельного участка, на котором оно находится, к приобретателю здания или сооружения переходит право собственности на земельный участок, занятый зданием или сооружением и необходимый для его использования, если иное не предусмотрено законом.

Следовательно, вопреки доводам частной жалобы ФИО2, с переходом права собственности на жилой дом, принадлежащий ФИО53., ей в порядке наследования перешло и право собственности на земельный участок, рыночная стоимость которого на дату открытия наследства определена в размере 1 149 600 руб.

Таким образом, вопреки доводам частной жалобы ФИО2, общая рыночная стоимость всего наследственного имущества ФИО54 перешедшего в порядке наследования по закону к наследнику ФИО2, не превышает размер задолженности наследодателя по кредитному договору № № от 27 июня 2013 г. (419 515 руб. 74 коп.).

Принимая во внимание, что необходимость замены должника в исполнительном производстве в данном случае является очевидной и вытекает из указанных обстоятельств, поскольку ФИО2 обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства и является наследником, принявшим наследство, вне зависимости от получения ею свидетельства о праве на наследство на все наследственное имущество (включая земельный участок), учитывая также сумму задолженности и наличие у наследодателя в собственности имущества, за счет которого может быть произведено погашение суммы задолженности, выводы суда первой инстанции о возможности осуществления процессуального правопреемства на стороне должника являются законными и обоснованными.

Вместе с тем, осуществляя процессуальное правопреемство на стороне должника, суд первой инстанции не принял во внимание вышеприведенные законоположения и разъяснения по их применению, устанавливающие лимит ответственности наследника в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Вследствие изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отмене определения суда в части неуказания при осуществлении процессуального правопреемства стороны должника предела ответственности наследника с разрешением вопроса по существу о замене должника ФИО55 на его правопреемника ФИО2 в пределах стоимости наследственного имущества.

Утверждение ФИО2 о наличии правовой неопределенности ввиду наличия нескольких кредиторов к имуществу ФИО4, является безосновательным, поскольку принципы пропорциональности, очередности и преимущественного права подлежат установлению судебным приставом-исполнителем в рамках сводного исполнительного производства (статья 34 Закона об исполнительном производстве).

Суд апелляционной инстанции также отклоняет и доводы частной жалобы ФИО2 о том, что она не была извещена о времени и месте рассмотрения заявления ИП ФИО1

Положения пункта 1 статьи 35 ГПК РФ закрепляют перечень прав, принадлежащих лицам, участвующим в деле, которые направлены на реализацию их конституционного права на судебную защиту, и согласно пункта 1 данной статьи эти лица должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Частью 3 статьи 167 ГПК РФ предусмотрено, что суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Как следует из представленных материалов, судом в адрес ФИО2 направлялись судебные извещения по адресу ее регистрации: <адрес> а также по адресу регистрации по месту пребывания: <адрес>

Судебные извещения возвращены в суд с отметками об истечении срока их хранения в отделении связи.

Неявка адресата за получением судебной корреспонденции и ее возвращение в адрес суда за истечением срока хранения в силу положений, содержащихся в пункте 1 статьи 165.1 ГК РФ, приравнивается к надлежащему извещению лица.

Данные о нахождении ФИО2 за пределами г. <адрес> суду первой инстанции на момент вынесения обжалуемого определения представлены не были.

При наличии перечисленных обстоятельств, определение суда первой инстанции подлежит отмене в части, суд апелляционной инстанции полагает необходимым дополнить третий абзац резолютивной части определения указанием, что замена должника правопреемником ФИО2 производится в пределах стоимости перешедшего в ее собственность в порядке наследования имущества.

Руководствуясь статьями 333, 334 ГПК РФ, суд

о п р е д е л и л:

определение Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. (с учетом определения судьи от 29 сентября 2025 г. об устранении описки) отменить в части, изложив абзац третий резолютивной части определения в следующей редакции:

«Допустить процессуальное правопреемство в правоотношении, установленном заочным решением Ленинского районного суда г. Смоленска от 10 мая 2017 г. по гражданскому делу № 2-1848/2017 по иску ОАО «Смоленский Банк» в лице конкурсного управляющего – Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» к ФИО56 о взыскании задолженности по кредитному договору, заменив должника ФИО57 - на правопреемника ФИО2, <дата> года рождения, зарегистрированную по адресу: <адрес> (паспорт №), в пределах стоимости наследственного имущества, открывшегося со смертью ФИО58, умершего в <дата>

В остальной части определение Ленинского районного суда г. Смоленска от 19 августа 2025 г. (с учетом определения судьи от 29 сентября 2025 г. об устранении описки) оставить без изменения, частную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационный суд общей юрисдикции в срок, не превышающий трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения.

Судья Е.А. Степченкова