Приговор № 22-685/2021 от 18 июля 2021 г. по делу № 1-42/2021

Судья Молокова Е.А. дело 22-685/2021

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ
ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

город Салехард 19 июля 2021 года

Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:

председательствующего Школина А.В.,

судей Палея С.А. и Мартыновой Е.Н.,

при секретаре Коневой Т.М.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Ломовцева Е.А., апелляционным жалобам потерпевшей ФИО1 и защитника Кизерова А.Т. на приговор Тазовского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13 мая 2021 года, по которому

ФИО2, родившийся ДД.ММ.ГГГГ <адрес>, несудимый,

осуждён по ч. 1 ст. 114 УК РФ к 8 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений и обязанностей, указанных в резолютивной части приговора.

Приговором разрешены вопросы о мере пресечения, зачёте времени содержания ФИО2 под стражей до постановления приговора, а также судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Палея С.А., изложившего содержание приговора, доводы апелляционных представления и жалоб, выступление прокурора Чернышовой М.В., потерпевшей Т. и её представителя ФИО3, просивших удовлетворить представление и жалобу потерпевшей, мнение защитника Голикова А.П., настаивавшего на удовлетворении апелляционной жалобы защитника Кизерова А.Т., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

По приговору суда ФИО2 признан виновным и осуждён по ч. 1 ст. 114 УК РФ за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны.

Как установил суд первой инстанции, преступление совершено при следующих обстоятельствах:

10 декабря 2020 года в период с 22:00 до 22:55 ФИО2, находясь в состоянии алкогольного опьянения во дворе дома <адрес>, в ходе обоюдной драки, возникшей на почве личных неприязненных отношений, превысив пределы необходимой обороны, умышленно нанёс ножом не менее четырёх ударов Т. в область головы, верхних и нижних конечностей, причинив телесные повреждения в виде резаной раны лобной области слева, двух поверхностных ран разгибательной поверхности средней трети левого предплечья, глубокой колото-резаной раны правой нижней конечности с повреждением бедренной артерии.

Смерть Т. наступила на месте происшествия от острой кровопотери в результате колото-резаного ранения правого бедра с повреждение бедренной артерии.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Ломовцев Е.А.ставит вопрос об изменении приговора в связи с неправильным применением уголовного закона и несоответствием выводов суда фактическим обстоятельствам дела. В обоснование указывает, что из исследованных судом доказательств следует, что ФИО2 умышленно нанёс удар ножом в бедро потерпевшему, о чём кроме показаний осуждённого на следствии также свидетельствует механизм образования колото-резаной раны. Кроме того, между ФИО2 и потерпевшим происходил обоюдный конфликт, в ходе которого они поочерёдно нанесли друг другу удары руками по телу. Общественно опасного посягательства, сопряжённого с насилием, опасным для жизни, в отношении осуждённого не совершалось. В данной конкретной ситуации поведение потерпевшего Т. не являлось для осуждённого неожиданным, потерпевший лишь нанёс осуждённому удары руками через малицу, от которых ФИО2 не получил никаких телесных повреждений. При этом ФИО2 имел возможность отразить посягательство со стороны потерпевшего или отойти в сторону. Когда осуждённый достал нож, потерпевший Т. не совершал активных действий в отношении него, а только шёл в сторону ФИО2, но оружия или предметов, использованных в качестве оружия, у потерпевшего не имелось. В связи с этим считает, что у ФИО2 отсутствовала необходимость в применении ножа. Нанося удар ножом по ноге потерпевшего со значительной силой, ФИО2 осознавал опасность своих действий, предвидел возможность причинения вреда здоровью потерпевшего и желал этого, при этом не желал смерти потерпевшего. С учётом этого просит действия ФИО2 квалифицировать по ч. 4 ст. 111 УК РФ и назначить ему наказание в виде 8 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной жалобе потерпевшая Т. также просит изменить приговор, квалифицировав действия осуждённого по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Указывает, что действия ФИО2 носили целенаправленный и умышленный характер. Полагает, что действия осуждённого не могут быть квалифицированы как совершённые при превышении пределов необходимой обороны, так как ФИО2 в момент причинения телесных повреждений её брату находился в состоянии опьянения и использовал нож, в то время как потерпевший Т. не имел при себе ножа или другого предмета, который можно было бы использовать в качестве оружия, каких-либо телесных повреждений осуждённому ФИО2 не причинял. Отмечает, что по своему физическому развитию ФИО2 и погибший Т. были примерно одинаковыми, драка между ними происходила один на один без чьей либо помощи со стороны, попыток избежать конфликт ФИО2 не предпринимал, а вёл себя агрессивно. Считает, что порезы на руках и голове брата свидетельствуют о том, что он оборонялся от действий осуждённого. Находит необоснованными доводы ФИО2 в судебном заседании, что тот не смог убежать из-за того, что был одет в национальную одежду - малицу и кисы, а также из-за располагавшихся сзади мусорных баков. Обращает внимание, что ФИО2 в суде изменил свои показания по сравнению с теми, что давал на следствии, однако суд не мотивировал по каким причинам принял за основу показания осуждённого, данные в суде. Также выражает несогласие с тем, что суд не признал отягчающим обстоятельством нахождение ФИО2 в состоянии опьянения. Просит признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, признать обстоятельством, отягчающим наказание осуждённого, совершение преступления в состоянии алкогольного опьянения и назначить ФИО2 12 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

В апелляционной жалобе защитник Кизеров А.Т. просит об отмене приговора и оправдании ФИО2 В обоснование своих доводов указывает, что в действиях осуждённого согласно ч. 2.1 ст. 37 УК РФ усматриваются признаки необходимой обороны, так как он действовал вследствие неожиданности посягательства со стороны потерпевшего Т. и не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения со стороны последнего. Давая собственную оценку исследованным доказательствам, указывает, что потерпевший Т. первый напал на осуждённого, нанеся ему удар головой в область носа. В последствии продолжал наносить удары по различным частям тела. В связи с тем, что ФИО2 проигрывал физически Т., то достал нож и хаотично им размахивал перед ногами потерпевшего. При этом нож сразу выпустил из рук после того, как потерпевший Т. упал.

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, проверив доказательства и заслушав участников судебного заседания, судебная коллегия считает необходимым на основании п. 2 ст. 38915, ч. 1 ст. 38917 УПК РФ УПК РФ отменить приговор суда первой инстанции в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, повлиявшим на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 305 и п. 1 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным.

При этом, описание преступного деяния во всяком случае должно соответствовать квалификации преступления, по которому суд признаёт виновным подсудимого.

Указанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции не соблюдены.

Так, суд признал ФИО2 виновным в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, совершённом при превышении пределов необходимой обороны.

Осуждение за превышение пределов необходимой обороны возможно только в том случае, когда на виновное или другое лицо совершается общественно опасное посягательство, сопряжённое с насилием, не опасным для жизни, а подсудимый, обороняясь от таких действий, прибегает к защите способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства.

В то же время, при описании преступного деяния, признанного доказанным, суд первой инстанции указал на причинение осуждённым ФИО2 телесных повреждений потерпевшему в результате обоюдной драки и не установил, что на осуждённого или других лиц со стороны потерпевшего Т. было совершено какое-либо посягательство, от которого ФИО2 имел бы право обороняться в пределах, предусмотренных ч. 2 ст. 37 УК РФ.

Указанное свидетельствует о том, что квалификация преступления, за которое осуждён ФИО2, явно противоречит описанию преступного деяния, установленного судом, в связи с чем приговор не может быть признан законным и обоснованным, а потому подлежит отмене.

Однако допущенные нарушения могут быть устранены в апелляционном порядке, в связи с чем судебная коллегия находит возможным постановить по делу новый апелляционный приговор в соответствии со ст. 38923 УПК РФ.

Судебной коллегией установлено следующее.

10 декабря 2020 года в период времени с 22 часов 00 минут до 22 часов 55 минут ФИО2 находился в помещении одной из квартир <адрес> в с. Гыда Тазовского района Ямало-Ненецкого автономного округа, куда зашла Н1. и сообщила, что во дворе указанного дома группа лица избивает общих знакомых Н2. и О.. ФИО2 вышел из квартиры на улицу и с целью прекратить возникший конфликт обратился к ранее незнакомому Т., который предложил осуждённому ФИО2 отойти в сторону. В ходе разговора Т. нанёс ФИО2 удар головой в область лица и три удара кулаками в область тела, а ФИО4 в ответ, обороняясь от действий Т., сначала нанёс тому удар кулаком в область тела, а затем прибегнул к защите от посягательства способом, применение которого явно не вызывалось характером и опасностью совершённого на него посягательства, и без необходимости нанёс Т. четыре удара ножом в область головы, а также верхних и нижних конечностей, причинив телесные повреждения в виде резаной раны лобной области слева, двух поверхностных ран разгибательной поверхности средней трети левого предплечья, глубокой колото-резаной раны правой нижней конечности с повреждением бедренной артерии. В результате колото-резаного ранения правого бедра с повреждением бедренной артерии от острой кровопотери потерпевший Т. скончался на месте происшествия.

Осуждённый ФИО2 в суде первой инстанции показал, что с друзьями употребляли спиртное. Н2.., Н1. и О. вышли из квартиры, через некоторое время забежала Н1. и сказала, что на улице толпой избивают О. Они выбежали во двор, где Т. предложил ему отойти в сторону. Они отошли в сторону от других, при этом Т. стал говорить «Куда ты лезешь, мы тебя найдём», что он воспринял как угрозу избиения. При этом Т. ударил его головой по лицу. В ответ он нанёс Т. удар кулаком по печени. Т. стал размахивать руками и нанёс ему около 6 ударов кулаками. Он был в малице, удары попадали в грудь, чувствовал от них физическую боль. Понял, что физически проигрывает Т. по росту и силе ударов, крикнул в толпу «драка», но никто не отреагировал, поэтому достал нож, чтобы прекратить действия Т., стал хаотично размахивать ножом в области ног, отходя назад и прикрывая левой рукой голову от ударов Т., который двигался в его сторону. Он понял, что задел Т., но куда попал не видел, так как целенаправленно удары не наносил. Когда Т. прекратил нападение, выпустил нож из рук, уронив его в снег.

В период предварительного следствия во время допросов и следственного эксперимента осуждённый ФИО2 давал в целом аналогичные показания, указав, что когда достал нож, нанёс им резкий удар, попав в выставленную вперёд правую ногу Т. После этого Т. продолжил наносить ему удары, которые попадали в грудь. Он вновь махнул ножом и попал Т. по руке в средней части левого предплечья, после чего отпустил нож на землю. Убивать Т. не хотел, хотел только напугать того, чтобы остановить, при этом понимал, что может сильно порезать его и причинить тяжкий вред здоровью (т. 1 л.д. 201-205, 211-214, 219-225).

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшей, существенных противоречий в показаниях осуждённого на следствии и в суде не имеется, в целом его показания можно признать последовательными.

Показания осуждённого ФИО2 согласуются с показаниями свидетеля О., который пояснил суду первой инстанции, что на улице у Н2. возник конфликт с тремя парнями. Он подошёл и стал разговаривать с Т., но тот был вспыльчивым и ударил его несколько раз. В это время подошёл ФИО2 и отошёл в сторону с Т. Между ними начался конфликт, при этом Т. стал прыгать, а ФИО2 защищался. В какой-то момент у ФИО2 в правой руке появился нож, он стал им махать в сторону Т., пытаясь того припугнуть, при этом ударов не наносил. Т. приближался к ФИО2, нанёс тому 2 удара в плечо, а ФИО2 отходил назад и, наклонившись, махал ножом. Они подбежали и стали разнимать ФИО2 и Т., он толкнул руку ФИО2 с ножом, нож выпал из рук. Утром узнал, что Т. умер.

В период предварительного следствия О. показывал, что ФИО2 и Т. отошли в сторону и у них началась потасовка. Увидел в руках ФИО2 нож, которым тот стал размахивать перед Т. Через мгновение Т. упал на землю. Он выхватил из рук ФИО2 нож и выкинул на снег. Т. лежал на земле, из ноги текла кровь (т. 1 л.д. 46-50).

Свидетель О. подтвердил оглашённые показания, указав при этом, что во время указанных событий Т. нападал на ФИО2, который отступал.

Свидетель В. показал, что в какой-то момент в квартиру пришла Н1. и позвала на улицу, сказав, что там дерутся. Он и ФИО2 вышли на улицу, там было много людей. Между ФИО2 и Т. началась драка, при этом Т. первым ударил осуждённого, который дал сдачи. Они били друг друга кулаками, каких-либо предметов в руках ни у кого не видел. События того вечера помнит плохо, так как был в состоянии опьянения.

Свидетель Н2. показал в суде, что на улице увидел троих парней, у которых спросил зачем они над ним смеялись. Началась драка. Его сестра побежала домой и позвала ФИО2, В. и его отца. Как дрались Т. и ФИО2 не видел. В последствии узнал, что Т. умер.

Свидетель Н1. в суде сообщила, что на улице её брат Н2. подошёл к толпе парней возле подъезда, кто-то ударил брата, в связи с чем они побежала домой позвать кого-нибудь, чтобы прекратить драку. Выбежали В., ФИО2 и её отец. На улице Н2. дрался с Я5., а О. с Т. Осуждённый ФИО2 отозвал Т. поговорить, они отошли вдвоём. Что происходило дальше она не видела, так как отходила. Когда вышла опять на улицу, увидела, что О. что-то забирает из рук ФИО2, а Т. лежит на снегу, рядом с ним была кровь.

Свидетель Я3. пояснил в суде, что он вместе с Я2., Т., Я5. выпивали спиртное, в какой-то момент вышли покурить у подъезда. На улице Т. и ФИО2 отошли в сторону, а утром от Я5. узнал, что между теми была драка, и ФИО2 ранил Т. ножом. Сам конфликта не видел.

В связи с наличием существенных противоречий были оглашены показания Я3. на следствии, в которых свидетель указывал, что к подъезду подошёл Н2. с которым у них возник конфликт. Затем подошёл О., и между ним и Т. произошла драка. После того, как их разняли, подошёл ФИО2, который позвал Т. в сторону. Спустя некоторое время кто-то крикнул, что ФИО2 и Т. дерутся. Все побежали туда же и стали драться между собой. Драка длилась недолго. Затем увидел, что Т. лежит на снегу, из правой ноги шла кровь (т. 1 л.д. 51-54).

Оглашённые показания свидетель Я3. подтвердил.

Свидетель Я5. показал суду, что на улице Т. подрался с О., которых разняли. Затем подошёл ФИО2 и позвал Т. в сторону. Через некоторое время кто-то крикнул драка, все побежали к ним. После драки видел, что Т. лежит на снегу, а возле него кровь. Как ФИО2 наносил удары Т. не видел.

Свидетель Я2. сообщил в суде, что на улице Т. начал драку с О., ударив того в нос. Их разняли. Потом подошёл ФИО2 и отошёл в сторону с Т. Они разговаривали, потом стали драться, наносили друг другу удары руками. Увидел у ФИО2 в правой руке нож, которым тот стал махать в сторону Т. из стороны в сторону, ниже пояса, согнувшись вперёд. Т. отходил назад, защищаясь. Как ФИО2 попал по Т. не видел, но тот упал на землю. Затем у ФИО2 нож отобрала сестра Н2.

Согласно заключения судебно-медицинской экспертизы трупа, у Т. установлены телесные повреждения: резаная рана лобной области слева; две поверхностные раны разгибательной поверхности средней трети левого предплечья; глубокая колото-резаная рана правой нижней конечности с повреждением бедренной артерии, которая повлекла причинение тяжкого вреда здоровью и наступление смерти Т. от острой кровопотери в результате повреждения бедренной артерии (т. 1 л.д. 128-136).

Судебном-медицинской экспертизой каких-либо телесных повреждений у осуждённого ФИО2 не обнаружено (т. 1 л.д. 145).

Судом первой инстанции также исследованы иные доказательства - протоколы осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 7-15, 19-27), протоколы выемки (т. 1 л.д. 112-115, 118-120), протоколы осмотра предметов (т. 1 л.д. 185-187), заключения экспертов по исследованию вещественных доказательств (т. 1 л.д. 149-152, 156-158, 163-171), заключение судебно-психиатрической экспертизы (т. 1 л.д. 176-183), а также заслушаны и исследованы показания свидетелей Я. (т. 1 л.д. 91-93), Я4. (т. 1 л.д. 88-90), Л. (т. 1 л.д. 73-75), Н. (т. 1 л.д. 76-78), Ш. (т. 1 л.д. 79-81), Т1. (т. 1 л.д. 82-84), Т2. (т. 1 л.д. 85-87), показания эксперта ФИО5, содержание которых приведено в приговоре.

Оценив исследованные в суде первой инстанции доказательства, судебная коллегия находит их относимыми и допустимыми, а в совокупности - достаточными для разрешения уголовного дела.

Давая юридическую оценку действиям осуждённого судебная коллегия приходит к следующему.

Из представленных суду первой инстанции доказательств следует, что, нанося удары ножом по телу потерпевшего, в том числе один удар с силой, достаточной для причинения Т. глубокой колото-резаной раны правой нижней конечности с повреждением бедренной артерии, осуждённый ФИО2 не мог не осознавать возможность причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а, следовательно, действовал умышленно. Об этом же свидетельствуют и показания самого осуждённого, который показал суду, что специально размахивал ножом, пытаясь прекратить действия Т.

Вместе с тем, указанные действия, вопреки доводам апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшей, были совершены осуждённым при защите от противоправного посягательства Т.

Давая такую оценку действиям осуждённого, судебная коллегия учитывает разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенные в пункте 3 постановления от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление», согласно которым под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных частью второй статьи 37 УК Российской Федерации, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряжённых с насилием, не опасным для жизни обороняющегося или другого лица.

Из представленных суду первой инстанции доказательств следует, что именно потерпевший Т. явился инициатором ссоры с ФИО2, первым ударил его головой по лицу, после чего наносил удары кулаками по телу.

Помимо самого осуждённого об этом свидетельствуют показания свидетелей О. и Я2. Кроме того, орган предварительного следствия, предъявляя осуждённому ФИО2 обвинение по ч. 4 ст. 111 УК РФ, также указал на эти обстоятельства (т. 1 л.д. 243-247, т. 2 л.д. 49-51), из которых в силу требований ст. 252 УПК РФ должен исходить суд.

При этом, предшествующее этим обстоятельствам поведение потерпевшего Т. указывало на его конфликтное поведение и агрессивный настрой, так как он являлся участником предшествующей рассматриваемым событиям ссоры со свидетелями Н2. и О., спровоцировал драку с последним, ударив по лицу. Более того, и с начала конфликта с осуждённым потерпевший Т. допустил высказывания, которые были восприняты ФИО2 как угроза причинения побоев.

Данные обстоятельства подтверждены в суде осуждённым ФИО2, а также непосредственными очевидцами произошедшего - свидетелями В., О., Н2., Я2., Я3., Я5., Н1.

Такое поведение потерпевшего Т. со всей очевидностью свидетельствует о том, что у ФИО2 были все основания полагать, что потерпевший продолжает общественно-опасное посягательство, сопряжённое с применением насилия, а следовательно осуждённый имел право на оборону.

Соответственно доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы потерпевшей об обоюдном характере конфликта и возникшей драки судебной коллегией отвергаются. Осуждённый ФИО2 не был знаком с потерпевшим и не испытывал к тому какую-либо неприязнь.

Из представленных доказательств следует, что ФИО2 применил насилие к Т., пресекая им избиение самого себя и друзей осуждённого. На это указывает и то обстоятельство, что в конфликт осуждённый вмешался только после того, как Н1. сообщила ему, что на улице толпой избивают её брата.

Кроме того, когда ФИО2 попытался воспрепятствовать действиям потерпевшего, Т. не прекращал нанесение ударов, шёл на осуждённого; после того, как осуждённый выхватил нож и ударил Т. по ноге, продолжал нападение и нанесение ударов осуждённому (показания ФИО2 и свидетеля О.).

Иной взгляд государственного обвинителя и потерпевшей Т. на оценку доказательств и фактические обстоятельства дела не является основанием отвергать версию стороны защиты.

Действительно, исходя из обстоятельств дела, ни ФИО2, ни свидетели О., В., Н2. не являются лицами, показания которых безусловно заслуживают доверия, поскольку каждый из них может быть прямо или косвенно заинтересован в благоприятном для ФИО2 (или неблагоприятном для потерпевшей стороны) исходе дела.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае это не означает, что показания данных лиц не могут приниматься во внимание, поскольку в целом их показания согласуются с показаниями свидетелей Я5., Я2., Я3., которые принимали участие в конфликте на стороне погибшего Т.

Более того, все участники события, как со стороны осуждённого, так и со стороны потерпевшего, показали, что не наблюдали непрерывно действия ФИО2 и Т., а также сослались на восприятие произошедшего с учётом их состояния опьянения. Только два свидетеля указали на то, что видели как ФИО2 махал ножом в сторону потерпевшего Т. -свидетели О. и Я2.

Свидетель О. пояснил, что именно Т. прыгал на осуждённого, а тот защищался, отходил назад, стал махать ножом, пытаясь напугать потерпевшего.

Свидетель Я2., описывая те же обстоятельства, указал, что в ходе драки ФИО2 достал нож и, согнувшись, стал им махать в сторону Т., который отходил назад, чтобы осуждённый его не задел.

Момент нанесения удара ножом в бедро ни один из свидетелей не наблюдал.

Учитывая противоречивость показаний указанных свидетелей, а также наличие у свидетеля Я2. оснований для неприязни к осуждённому вследствие причинения смерти Т., который приходился свидетелю дальним родственником, не имеется оснований считать, что показания Я2. являются столь надёжным доказательством, что оно одно способно перевесить значение доказательств, свидетельствующих в пользу ФИО2

Кроме того, в силу законоположений статьи 17 УПК РФ суд свободен в оценке доказательств, при этом судебная коллегия исходит из принципа презумпции невиновности, согласно которому все сомнения, возникающие при оценке доказательств, должны истолковываться в пользу обвиняемого (ч. 3 ст. 49 Конституции Российской Федерации и ч. 3 ст. 14 УПК РФ).

Соответственно, поскольку версия о причинении Т. вреда при защите от общественно опасного посягательства с его стороны, подробно и непротиворечиво изложенная осуждённым ФИО2, а также подтверждённая свидетелями, вступает в противоречие лишь с показаниями свидетеля Я2., суд находит эту версию не опровергнутой, а потому подлежащей принятию; мнение государственного обвинителя и потерпевшей Т. о том, что ФИО2 не находился в состоянии защиты, между осуждённым и погибшим возникла обоюдная драка, при этом осуждённый воспользовался сложившейся ситуацией, чтобы применить насилие к Т. - отвергается как не подтверждённое исследованными доказательствами.

При этом, не имеет правового значения, что у потерпевшего Т. в момент совершения общественно-опасного посягательства на осуждённого не имелось при себе какого-либо оружия или предметов, используемых в качестве оружия. Совершённые им действия (нанесение ударов головой и руками) соответствует посягательству, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ.

В то же время, вопреки доводам защитника Кизерова А.Т., в условиях необходимой обороны ФИО2 не действовал, поскольку действия, предпринятые им с целью защиты, явно не соответствовали характеру и опасности посягательства со стороны потерпевшего. В частности, избранный Т. способ причинения вреда (нанесение ударов головой и невооруженной рукой), наличие на месте происшествия нескольких лиц, способных противостоять Т., свидетельствовали о том, что причинение тяжкого вреда здоровью последнего для пресечения посягательства - и это было для ФИО2 очевидно - не требовалось.

Принимая во внимание время, место, обстановку, способ посягательства, предшествовавшие произошедшему события, а также эмоциональное состояние ФИО2, у судебной коллегии не имеется оснований считать, что для осуждённого действия потерпевшего были неожиданными, вследствие чего ФИО2 не мог объективно оценить степень и характер опасности нападения (ч. 2.1 ст. 37 УК РФ).

С учётом этого содеянное осуждённым суд апелляционной инстанции квалифицирует по ч. 1 ст. 114 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершённое при превышении пределов необходимой обороны.

То обстоятельство, что осуждённый имел возможность отразить нападение Т. другим способом или вовсе покинуть место происшествия не влияет на оценку действий ФИО2 (ч. 3 ст. 37 УК РФ). Не влияют на оценку и иные обстоятельства, указанные в апелляционной жалобе потерпевшей (состоянии опьянения осуждённого, его антропометрические данные, использование в качестве оружия ножа).

Несмотря на то, что в результате умышленных действий ФИО2 потерпевшему Т. по неосторожности была причинена смерть, содеянное осуждённым полностью охватывается ч. 1 ст. 114 УК РФ (п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года № 19 «О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление»).

Разрешая вопрос о виде и размере наказания осуждённому ФИО2, судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности содеянного им, влияние наказания на исправление осуждённого и на условия жизни его семьи. Также суд учитывает данные о личности осуждённого, его возраст, состояние здоровья, смягчающие наказание обстоятельства.

Осуждённым ФИО2 совершено умышленное преступление небольшой тяжести, при этом он ранее не судим, характеризуется удовлетворительно.

В соответствии с пп. «и», «к», «з» ч. 1 ст. 61 УК РФ судебная коллегия признаёт обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО2, осуществление им явки с повинной (т. 1 л.д. 32-33), активное способствование раскрытию и расследованию преступления, так как осуждённый на первоначальном этапе расследования добровольно представил подробную информацию об обстоятельствах совершения преступления, ранее неизвестную органам расследования (т. 1 л.д. 201-205, 211-214, 219-224), осуществление действий, направленных на заглаживание вреда, причинённого преступлением, - принесение извинений в суде первой инстанции, а также противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления.

Вопреки доводам апелляционной жалобы потерпевшей, судебная коллегия не находит оснований для признания отягчающим наказание обстоятельством совершение осуждённым преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, так как исходя из обстоятельств дела не усматривает связь между совершением преступления и употреблением осуждённым алкоголя.

Судебная коллегия находит справедливым назначить осуждённому ФИО2 в качестве наказания ограничение свободы с установлением соответствующих обязанностей и ограничений.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется.

Так как осуждённому назначается не самый строгий вид наказания, предусмотренный ч. 1 ст. 114 УК РФ, положения ч. 1 ст. 62 УК РФ применению не подлежат.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ осуждённому ФИО2 следует зачесть в срок ограничения свободы время его содержания под стражей в порядке меры пресечения в период с 11 декабря 2020 года по 13 мая 2021 года из расчёта один день содержания под стражей за 2 дня ограничения свободы.

Судьбу вещественных доказательств по делу необходимо решить в соответствии с ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Гражданский иск по делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309, 38920, 38923, 38928, 38931, 38932 УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

Приговор Тазовского районного суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13 мая 2021 года в отношении ФИО2 - отменить и постановить по делу новый приговор.

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 114 УК РФ, и назначить ему наказание в виде ограничения свободы на срок 8 месяцев, установив ограничения: не выезжать за пределы территории муниципального образования Тазовский район Ямало-Ненецкого автономного округа, не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием наказания в виде ограничения свободы, обязать являться в вышеуказанный орган один раз в месяц для регистрации.

В соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО2 в срок ограничения свободы время его содержания под стражей в порядке меры пресечения в период с 11 декабря 2020 года по 13 мая 2021 года из расчёта один день содержания под стражей за 2 дня ограничения свободы.

На основании п. 2 ч. 6 ст. 302 УПК РФ осуждённого ФИО2 от отбывания назначенного ему наказания в виде ограничения свободы освободить в связи с поглощением назначенного срока наказания временем содержания под стражей, засчитанного на основании ч. 3 ст. 72 УК РФ.

Вещественные доказательства:

- кожный лоскут, образцы крови, смыв вещества бурого цвета - уничтожить;

- пояс с ножнами, ботинки, брюки, куртку, кисы, сорочку-накидку - возвратить по принадлежности законным владельцам или их представителям, а при не востребованности уничтожить.

Апелляционный приговор может быть обжалован в кассационном порядке, предусмотренном главой 471 УПК РФ, в Седьмой кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев с момента его провозглашения путём подачи кассационных жалоб (представления) через суд первой инстанции. По истечении указанного срока стороны вправе обжаловать приговор путём направления жалоб (представления) непосредственно в суд кассационной инстанции.

В случае кассационного обжалования судебного решения, осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чём ему следует указать в своей кассационной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесённые другими участниками уголовного процесса.

Председательствующий: подпись

Судьи: подписи

Подлинник апелляционного приговора хранится в деле № 1-42/2021 том 3 в Тазовском райсуде.